№

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

9 сентября 2025 года <адрес>

Ленинский районный суд <адрес> края в составе:

председательствующего судьи Корсаковой А.А.

при ведении протокола секретарем Матяниным М.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Газпромбанк» о защите прав потребителей, признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением. В обоснование заявленных требований указывает, что ДД.ММ.ГГГГ на имя истца в АО «Газпромбанк» был одновременно оформлен потребительский кредит на сумму 250 000 руб., и денежная сумма в размере 230 000 руб. была переведена в сторонний банк третьему лицу с комиссией в 13 000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ на телефон № поступил звонок в 15:54 с номера № девушка представилась сотрудником АО «Газпромбанк» и сообщила истцу, что на его имя пытались оформить кредитную карту в банке, а служба безопасности заподозрила мошеннические действия и необходимо отменить запрос на кредит. Истцу сообщили, что если он не отменит сейчас действие, на его имя будет оформлен кредит. По второй линии истцу позвонили с номера № и сообщили, что на телефон истца будут направлены смс-сообщения, истец должен сообщить код из смс-сообщений, сообщили, что надо перевыпустить дебетовую карту и для этого попросили цифры, указанные на ней. Истц добровольно сообщила коды мошенникам.

Отмечает, что она не имела намерения брать кредит, договор заключен истцом с АО «Газпромбанк» с нарушением закона, под влиянием обмана.

Так, все действия по заключению кредитного договора совершены одним действием - путем введения четырехзначного цифрового кода, направленного банком в смс-сообщении.

В нарушение Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (Далее - Закон о потребительском кредите) сторонами не согласовывались индивидуальные условия договора, истец не ознакомлена с условиями кредитного договора.

По ее мнению, упрощенный порядок предоставления кредита противоречит порядку заключения договора потребительского кредита и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как Законом о потребительском кредите, так и Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (Далее - Закон о защите прав потребителей).

Полагала, что действия Банка не являлись добросовестными и осмотрительными, поскольку истцу незамедлительно перевели очень крупную денежную сумму, которая превышает ее годовой доход.

Данная операция была нестандартна для истца, при этом банк, являясь профессиональным участником кредитного рынка, не убедился в ее волеизъявлении на получение кредита, не предупредил о возможных рисках, не приостановил сомнительную операцию, не заблокировал карту, не сообщил о возможном мошенничестве.

С учетом уточнений исковых требовании просит признать недействительным кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ №, применить последствия недействительности сделки; признать не заключённым договор коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней от ДД.ММ.ГГГГ; исключить запись из кредитной истории истца по кредитной карте № взыскать с ответчика 379 295,41 руб., штраф по Закону о Защите прав потребителей, денежную сумму в размере 150 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО1 на доводах, изложенных в исковом заявлении, поддержала в полном объеме. Просила удовлетворить. В обоснование своей позиции суду пояснила, что действительно ей поступил звонок на номер телефона, и она осуществляла общение, в том числе, передавала коды из тех сообщений, которые ей поступали. Настаивала, что в смс-сообщениях были исключительно цифры, без предупреждений и уточнений о том, какие действия производятся. Полагала, что именно Банк должен был проверить всю информацию о потребителе, прежде чем выдавать согласие на получение кредитных обязательств, в том числе, сверить персональные данные, данные о работе и семейных обстоятельствах. В настоящее время заведено уголовное дело, она признана потерпевшей.

Представитель ответчика ФИО2 возражала против удовлетворении исковых требований, полагала возможным оставить исковое заявление без рассмотрения по существу по мотиву несоблюдения досудебного порядка урегулирования данного спора. Кроме того, указала, что истец вводит суд в заблуждение, поскольку все смс-сообщения имеют полный текст о производимых действиях, а также предупреждение о запрете передаче данных требований сторонним лицам. Более того, в адрес истца на ее электронный адрес были направлены условия кредитного договора, следовательно истец понимала какие именно действия совершаются и что она фактически заключает договор кредитования. Просила суд в удовлетворении исковых требований отказать по мотивам, изложенным в письменных возражениях, в случае, если суд придет к выводу о наличии оснований для рассмотрения настоящего искового заявления по существу.

Выслушав всех участников процесса, исследовав материалы дела, собранные и истребованные судом письменные доказательства, суд полагает собранные и представленные в соответствии с требованиями статей 56-71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (Далее - ГПК РФ) доказательства допустимыми и достаточными для вынесения решения, а исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте части 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 67 ГПК РФ).

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 названной статьи).

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (пункт 2 названной статьи).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 названной статьи).

Согласно статье 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 статьи 179 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является клиентом АО «Гвзпромбанк» (Далее - Банка ГПБ (АО)), на ее имя было выпущено несколько банковских карт Банка.

Согласно пункту 2.11 Правил банковского обслуживания физических лиц Банка ГПБ (АО) (Далее также - Правила) договор комплексного банковского облуживания (Далее - ДКО) распространяется на счета карт, открытые как до, так и после введения в Банке ДКО. В случае если на момент ввода в действие ДКО между Клиентом и Банком заключен Договор об открытии банковского счета, об эмиссии и использовании банковских карт Банка ГПБ (АО), то с даты введения ДКО в Банке условия указанного договора считаются изложенными в редакции ДКО, а правоотношения Сторон, возникшие ранее, регулируются в соответствии с ДКО.

Стороны договорились, что указанные действия по скачиванию нового приложения Банка и регистрация Клиента в системе «Мобильный банк «Телекард» являются согласием Клиента на присоединение к Правилам комплексного обслуживания (заключением ДКО) и к Правилам дистанционного банковского обслуживания физических лиц с использованием Мобильного Банка в Банке ГПБ (АО). С даты присоединения Клиента к Правилам комплексного обслуживания (заключения ДКО) условия Договора оказания услуги «Мобильный банк «Телекард» считаются изложенными в редакции ДКО и Договора дистанционного банковского обслуживания (далее-ДБО), а правоотношения Сторон, возникшие ранее, регулируются в соответствии с ДКО и Договором дистанционного банковского обслуживания.

Действие ДКО в части предоставления услуг через «Мобильный банк «Телекард» распространяется на счета карт, банковские счета, счета вкладов, а также иные счета, открытые Клиенту в рамках отдельных договоров, как до, так и после введения в Банке ДКО.

В соответствии с пунктом 7.5 Правил любые изменения и дополнения, вносимые в Условия и/или Тарифы Банка, с даты вступления их в силу с соблюдением процедур, описанных в настоящем разделе, равно распространяются на всех лиц, заключивших Договор Счета карты, в том числе заключивших Договор Счета карты ранее даты вступления изменений в силу.

Условия использования банковских карта банка ГПБ (АО) являются приложением № 1 и неотъемлемой частью Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ГПБ (АО) (далее по тексту - Правила комплексного обслуживания, приложение № 2).

Согласно пункту 8.5 Правил комплексного обслуживания любые изменения и дополнения, вносимые в Условия использования БК и/или Тарифы Банка, с даты вступления их в силу равно распространяются на всех лиц, заключивших Договор счёта карты, в том числе заключивших Договор счёта карты ранее даты вступления изменений в силу.

Пунктом 7.6. Правил комплексного обслуживания установлено, что Правила комплексного обслуживания, включая Правила по банковским продуктам, и/или Тарифы Банка, а также условия ДКО и заключенного(-ых) в его рамках Договора(-ов) о предоставлении банковского продукта считаются измененными по соглашению Сторон с даты вступления изменений в действие при условии, что в течение этого срока Банк не получит от Клиента письменного(-ых) заявления(-ий) о расторжении всех Договоров о предоставлении банковского продукта.

Согласно пункту 2.11 Условий использования банковских карт Банка ГПБ (АО) (Далее - Условия) При совершении операций идентификация Держателя осуществляется на основе реквизитов карты. Операции считаются совершенными по распоряжению Держателя, если они осуществлены с использованием ПИН, либо иными аналогами собственноручной подписи Держателя, а также кодом безопасности, индивидуальным телефонным персональным идентификационным номером.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО) № с лимитом кредитования 250 000 руб., который был оформлен через мобильное приложение Банка ГПБ (АО).

ФИО1 была оформлена кредитная банковская карта №

Для входа в приложение и проведение операций были использованы одноразовые пароли, которые согласно Условиям использования банковских карт Банка ГПБ (АО) являются аналогом собственноручной подписи Держателя карты.

Также ДД.ММ.ГГГГ по банковской карте Истца № были зафиксированы следующие расходные операции:

- 9:40 - совершен успешный перевод по номеру телефона № в размере 243 720 руб., в том числе 13 720 руб. комиссии, через мобильное приложение Банка ГПБ (АО). Операция подтверждена вводом верного одноразового пароля, направленного на телефон Истца. Пароль введен корректно. Банк получателя денежных средств - АО «Райфайзенбанк».

Разрешая спор, суд, руководствуясь положениями статей 8, 154, 160, 166, 167, 179, 307, 309, 421, 422, 432, 433, 435, 438, 807 - 810, 819, 820 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 11 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», статьи 7 Закона о потребительском кредите, статей 2, 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» (Далее - Закон об электронной подписи), проанализировав процедуру заключения кредитного договора, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания его недействительным, поскольку кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ заключен истцом и ответчиком на согласованных сторонами условиях в установленном законом порядке путем электронного взаимодействия и подписания истцом документов аналогом собственноручной подписи с использованием системы Мобильный банк «Телекард».

Согласно статье 160 ГК РФ письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и тому подобное), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (пункт 1 указанной статьи).

Использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон (пункт 2 указанной статьи).

В соответствии с пунктом 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Пунктами 1 и 2 статьи 432 ГК РФ определено, что договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Согласно части 1 статьи 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных названным Федеральным законом.

При предоставлении потребительского кредита (займа) должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на предоставление услуг (работ, товаров), указанных в пункте 3 части 4 статьи 6 данного Федерального закона, при их наличии (часть 2 статьи 7 Закона о потребительском кредите).

В силу части 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет".

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6 статьи 7 Закона о потребительском кредите).

В целях заключения договоров обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи, в порядке, установленном законом или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами (пункт 4 статьи 11 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации").

В соответствии с пунктом 2 статьи 5 Закона об электронной подписи простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Пунктом 2 статьи 6 Закона об электронной подписи установлено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью.

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

При этом законодательство Российской Федерации допускает заключение кредитного договора путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи при условии соглашения сторон о специальном способе достоверного определения лица, выразившего волю на заключение договора.

Согласно пунктам 2.23-2.24 Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ГПБ (АО) (далее - Правила) стороны договорились, что документы могут быть направлены Клиентом в Банк в форме электронных документов, подписанных простой электронной подписью, которые признаются сторонами документами, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью. В указанных целях Клиент, представляет Банку номер его мобильного телефона/адрес электронной почты. Банк направляет на указанные Клиентом номер мобильного телефона / адрес электронной почты сообщение, являющееся ключом простой электронной подписи. Клиент подписывает согласие в электронном виде с использованием ключа простой электронной подписи.

Документы в электронной форме, направленные Клиентом в Банк, после аутентификации Клиента в системах Банка считаются отправленными от имени Клиента и признаются равными соответствующим бумажным документам и порождают аналогичные им права и обязанности Сторон. Стороны соглашаются с тем, что электронные документы, подписанные простой электронной подписью Клиента, влекут юридические последствия, аналогичные последствиям подписания собственноручной подписью документов на бумажном носителе.

Стороны согласны признавать данные, полученные в порядке электронного документооборота, информацию в электронном виде, в качестве доказательств для разрешения споров и разногласий, в том числе при решении спорных вопросов в ходе судебного разбирательства.

В силу пункта 2.15 Правил банковского обслуживания в рамках ДБО Банк предоставляет Клиенту возможность воспользоваться любым Банковским продуктом, предусмотренным ДКО, заключив в порядке, установленном настоящими Правилами комплексного обслуживания. Договор о предоставлении банковского продукта на условиях, установленных Правилами по банковскому продукту.

В соответствии с пунктом 2.17 Правил комплексного банковского обслуживания договор о предоставлении банковского продукта считается заключенным с момента акцепта Банком в лице уполномоченного работника предложения (оферты) Клиента, оформленного в виде заявления о предоставлении банковского продукта, по форме, установленной Банком. Заявление о предоставлении банковского продукта оформляется Клиентом в подразделении Банка или может быть оформлено и направлено в Банк с использованием Удаленных каналов обслуживания/системы ДБО.

Согласно пункту 2.10 Правил дистанционного обслуживания (Приложение № 4 Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ГПБ (АО)) и пункта 1.9 приложения 1 к указанным правилам Клиент может совершать, в частности, банковскую операцию по направлению Заявления-анкеты на предоставление кредита.

Порядок заключения кредитного договора с использованием дистанционных каналов связи предусмотрен пунктами 5.17, 5.18 Правил дистанционного обслуживания.

Указанные выше условия соответствуют нормам статьи 160 ГК РФ, статей 6, 9 Федерального закона от 06.04.2011 № 6Э-ФЗ «Об электронной подписи».

В соответствии с пунктом 8.4. Правил дистанционного обслуживания в случае оспаривания Клиентом факта направления электронного документа или корректности его параметров при разборе спорной ситуации Банк основывается на данных протоколов (журналов) Интернет Банка и Мобильного Банка.

Пунктом 8.5. Правил дистанционного обслуживания установлено, что сформированные Банком соответствующие отчеты по произведенным действиям (операциям) в ДБО (системах «Мобильный Банк» и/или «Интернет Банк») на бумажных носителях по форме Банка, подписанные уполномоченным лицом Банка, являются достаточными доказательствами фактов совершения Операций и действий, предусмотренных Правилами, и могут быть использованы при разрешении любых споров, а также предоставлены в любые судебные органы.

Банк в подтверждение фактов совершения Операций и действий Клиента в ДБО (системе «Мобильный Банк») прилагает к настоящим возражениям соответствующий отчет по произведенным операциям и действиям (логи).

В пункте 15 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.10.2023) указано на обязанность банка или иной кредитной организации доводить до потребителя финансовых услуг информацию об общих условиях предоставления кредита (займа) и согласовывать с ним индивидуальные условия его кредитования независимо от того, обращается потребитель за предоставлением кредита (займа) очно или дистанционно.

Клиент в Мобильном приложении направил заявление-анкету на получение потребительского кредита, подписанную его простой электронной подписью с использованием одноразового пароля в качестве меры дополнительной аутентификации при совершении операции.

Так, ДД.ММ.ГГГГ в мобильном приложении Банка истец перешел в раздел с кредитным предложением, где выбрал параметры кредита: валюту, тип платежа, процентную ставку, срок кредита.

Путем проставления галочки истец дал согласие на обработку персональных данных, на получение рекламных сообщений от Банка, на отправку смс-сообщений, на запрос в БКИ, на уступку третьим лицам требований по договору, подтвердил информирование об условиях неисполнения обязательств и предоставление достоверных сведений.

Введя одноразовый пароль, истец подписал заявление на выдачу кредита.

Банк ГПБ (АО), рассмотрев направленные Клиентом параметры кредитной заявки, направил итоговые параметры кредитного договора для подписания Клиентом.

Истец путем ввода одноразового пароля подписал договор потребительского кредита № № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, истец, пользуясь услугами дистанционного обслуживания Банка и пройдя процедуры идентификации и аутентификации, своими последовательными действиями прошёл все этапы, необходимые для заключения указанного договора.

Доказательств того, что на момент заключения спорного кредитного договора у ответчика имелись основания полагать, что данные действия происходят без согласия истца либо третьими лицами, в материалы дела не представлено. Каждая операция в данном случае неоднократно подтверждалась одноразовым паролем, направленным на сотовый телефон истца.

Таким образом, доводы истца о том, что кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ является недействительным, поскольку между сторонами в надлежащей письменной форме не было достигнуто соглашение по всем существенным условиям, не могут быть приняты во внимание, как противоречащие требованиям действующего законодательства и договору банковского обслуживания, в соответствии с которым предусмотрена возможность заключения кредитного договора через систему Мобильный банк «Телекард».

Ссылка в исковом заявлении на отсутствие у истца воли на заключение оспариваемой сделки является несостоятельной, поскольку на момент осуществления операций по заключению кредитного договора личный кабинет в системе Мобильный банк «Телекард» был привязан к номеру мобильного телефона истца, подтверждение ее волеизъявления на заключение кредитного договора на предложенных Банком условиях произведено через указанное мобильное приложение с идентификацией владельца карты и счета по номеру мобильной связи с использованием истцом персональных кодов и паролей по каждой проведенной транзакции, аутентификация происходила с вводом правильного пароля.

То, что кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ заключен истцом в результате действий третьих лиц, повлиявших на ее волеизъявление, не влечет недействительности сделки на основании подпункта 5 пункта 2 статьи 178 ГК РФ, поскольку данное обстоятельство при заключении договора не было очевидным для Банка, действовавшего добросовестно, и не должно иметь для него негативных последствий.

В ходе рассмотрения дела установлено и не оспаривалось стороной истца то обстоятельство, что именно на ее номер телефона приходили смс-сообщения, поскольку привязка нового устройства не осуществлялась. Кроме того, истец добровольно диктовала коды из смс-сообщений, направленных в её адрес Банком. Согласно представленным текстовым распечатках смс-сообщений следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 08:57 ФИО1 пришло уведомление об оформлении дебетовой карты.

В 09:07 пришло сообщение о регистрации/восстановлении доступа в интернет-банк. Дополнительно в сообщении указано: «Никому не сообщайте код».

В 09:23 и в 09:24 продолжают приходить сообщения с кодами, аналогичной указано: «Никому не сообщайте код».

В 09:26 ФИО1 направлено сообщение о том, что Банком принята заявка к рассмотрению. Следовательно, ФИО1 при должной осмотрительности должна была прийти к выводу о том, что она осуществляет действия, направленные на оформление кредитного договора.

Следующее смс-сообщение направлено в адрес ФИО1 в 09:29, то есть по прошествии времени после уведомления о рассмотрении заявки на оформление кредита. Согласно указанному сообщению ФИО1 уведомлена о том, что её заявка на получение кредитной карты одобрена, установлен лимит в размере 250 000 руб. Указано о том, что уведомление о готовности карты придет в другом смс-сообщении.

Кроме того, в 09:29 Банк, действия добросовестно, направил на электронный адрес ФИО1 смс-сообщение о том, что на ее электронный адрес направлен проект договора, который необходимо также подписать. Согласно исковому заявлению, а также представленной в материалы дела анкете ФИО1 указала действующую электронную почту, которая в полной мере совпадает с информацией, предоставленной Банку, а именно: «<данные изъяты>». Доказательств того, что какие-либо уведомления на электронную почту не поступали, в том числе, копия кредитного договора, истцом не представлено.

Таким образом, согласно предоставленной банком детализированной системной информации истцом в ходе сессий произведено ознакомление с условиями банка на заключение кредитного договора, оформление заявки на получение кредита. После одобрения банком заявки истцом подписаны индивидуальные условия кредитного договора, т.е. осуществлено ознакомление с ними и выражение согласия на заключение кредитного договора, поскольку технология подписания индивидуальных условий кредитного договора допускает введение кода только после проставления отметки об ознакомлении и согласии с условиями кредитного договора.

В связи с действиями клиента истцу на принадлежащий ей номер мобильного телефона Банком направлялись смс-сообщения, содержащие понятную для обычного восприятия информацию (на русском языке) о совершаемых действиях, пояснения к направленному коду (паролю) и целях, для которых он предназначен (а также предупреждения о конфиденциальности этой информации, которая не должна быть доступна иным лицам).

В указанной части суд ставит под сомнение доводы истца о том, что она не получала какие-либо уведомления о происходящих действия, не была уведомлена о том, что совершает действия, направленные на получение заемных денежных средств и в целом не осознала происходящее. После получения уведомления о наличии на ее электронной почте копии кредитного договора, ФИО1 также продолжила вводить коды из приходящих смс-сообщений.

В последующем в период в с 09:30 до 09:40 ФИО1 осуществила ввод кодов в количестве четырех штук. При этом каждое поступающее в адрес ФИО1 сообщение содержало в себе уведомление: «Никому не сообщайте код», а также «Нельзя сообщать пин-код третьим лицам».

Утверждение истца, что в смс-сообщения, в котором значение кода для заключения кредитного договора указано латинским шрифтом не соответствует действительности, о чем свидетельствует представленная распечатка CMC-сообщений, направленных истцу Банком.

Доказательств того, что ответчиком не были соблюдены требования банковской тайны и конфиденциальная информация об истце была распространена именно работниками АО «Газпромбанк», суду не представлено.

Доказательств наличия у Банка причин, позволяющих усомниться в правомерности поступивших от истца распоряжений денежными средствами по своему усмотрению, не представлено.

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств не усматривается каких-либо виновных действий (бездействия) ответчика, которые находятся в причинно-следственной связи с возникшими последствиями - заключением оспариваемого договора и распоряжением представленными по нему денежными средствами.

Довод истца о том, что она признана потерпевшей по уголовному делу также не может служить основанием для признания кредитного договора недействительным, поскольку не свидетельствует о допущенных Банком нарушениях действующего законодательства. Признание истца потерпевшей предоставляет ей возможность реализации своего права в будущем на получение денежных средств с виновного лица.

Судом также критично оцениваются доводы стороны истца о необходимости при вынесении решения принятия во внимания судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, приобщенной к материалам дела, по причине того, что согласно представленным копиям судебных актов, потребители передавали все права по своим аккаунтам и профилям сторонним лицам, ввиду чего в ходе рассмотрения представленных гражданских дел, суды приходили к выводу о том, что именно сторонние лица, путем использования чужих персональных данных, ограничив доступ к аккаунтам непосредственного владельца, осуществляли заключение кредитных договоров. Вместе с тем, как указанно судом ранее, из представленных ответчиком материалов следует, что все действия осуществлялись непосредственно с телефонного номера самой ФИО1, в том числе, путем направления дополнительной информации на ее электронный адрес, который согласно исковому заявлению, истец до настоящего времени использует в личных целях.

Более того, то обстоятельство, что каждое направленное в адрес истца сообщение содержало уведомление о запрете по передаче информации из смс-сообщения сторонним лицам, свидетельствует о том, что Банк всеми возможными способами с учетом удаленности заключения кредитного договора информировал потребителя о наличии ограничений.

При этом при должной осмотрительности со стороны истца, с учетом многочисленной информации, размещенной в открытых источниках сети «Интернет», а также на иных коммуникационных платформах, о запрете к передаче каких-либо данных из смс-сообщений сторонним лицам, а также необходимости личного обращения в отделения Банков, в случае каких-либо сомнений в своих действиях, истец не могла не осознавать последствия своих действий.

То обстоятельство, что истец просит принять во внимание некорректные данные, отраженные в заявлении на оформление кредита, в части смены фамилии и места работы, семейного положения, судом также отклоняется, поскольку Банк лишен возможности осуществлять непосредственный учет и проверку смены персональных данных, в частности фамилии, изменении семейного положения или места работы, поскольку указание такого рода сведений относится к числу проявления добросовестности самого клиента, равно как и его ежемесячный доход.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.09.2018 № ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

С учетом изложенного суд полагает, что Банком в полной мере надлежащим образом выполнены обязанности при заключении и исполнении договора потребительского кредита, действуя при этом добросовестно.

С учетом норм действующего законодательства, а также наличия права у потребителя осуществлять действия по получению кредита дистанционным образом, Банк в полной мере, учитывая интересы потребителя и обеспечивая безопасность дистанционного предоставления услуг, осуществлял предупреждение ФИО1 о совершаемых действиях.

Перекладывание обязанностей потребителя в равной мере с Банком осуществлять добросовестное и осмотрительное отношение по осуществлению действий, направленных на получение кредитных денежных средств, подразумевало бы под собой нарушение баланса интересов сторон.

При этом подход, направленный на то, что любые действия потребителя, совершенные путем дистанционного оформления кредитных обязательств, могут быть признаны недействительными, устанавливая недобросовестность Банка и снимая с потребителя всю ответственность по осмотрительности своих действий, свидетельствовало бы также о нарушении баланса сторон.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что законных оснований для признания недействительным кредитного договора не имеется.

Поскольку суд не находит оснований для удовлетворения основного требования, то производные от него требования также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд через Ленинский районный суд <адрес> в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья А.А. Корсакова

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.