Решение по делу № 2-1/2026 от 21.01.2026 - о признании права собственности на земельный участок, признание договора дарения недействительным, признание сделки купли-продажи недействительной, признании результатов кадастровых работ по образованию земельных участков недействительными.

УИД 56RS0003-01-2025-000577-57

Дело № 2-1-2026

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Акбулак 21 января 2026 год

Акбулакский районный суд Оренбургской области под председательством судьи Маловой Е.П.,

при секретаре Ефременко Е.А.,

с участием представителя истца ФИО2 – ФИО3,

ответчика ФИО7, его представителей – ФИО10, ФИО11,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика администрации МО Сагарчинский сельсовет Акбулакского района Оренбургской области ФИО12,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к администрации МО <адрес>, ФИО13, ФИО17, ФИО19, ФИО20, ФИО21, о признании права собственности на земельный участок, признание договора дарения недействительным, признание сделки купли-продажи недействительной, признании результатов кадастровых работ по образованию земельных участков недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеозначенным иском к администрации МО <адрес> и ФИО7, указав, что он является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Жилой дом и земельный участок с кадастровым номером № площадью 562000 кв.м. он использует с 1995 года. С 2005 года официально ведет деятельность в статусе крестьянско-фермерского хозяйства. Более 30 лет проживает в доме, обрабатывает земельный участок, открыто и добросовестно владеет указанным имуществом, неся бремя содержания.

В августе 2024 года при подготовке документов на регистрацию права собственности на указанный земельный участок, ему стало известно, что земельный участок оформлен на ФИО7 и его дом расположен на его участке. Между тем, с 1995 года никто никогда прав и претензий по пользованию указанного земельного участка не заявлял. Считает, что ФИО7 произвел регистрацию права собственности на спорный земельный участок, не имея на то законные основания.

Полагает право собственности на земельный участок с кадастровым номером 56:03:1117003:237 площадью 562000 кв.м. возникло у него в силу приобретательной давности.

Ссылаясь на положения ст.ст.234, 167, 168 ГК РФ, просил суд признать недействительным договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО7 Применить последствия недействительности сделки: исключить из Единого государственного реестра недвижимости записи № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 562000 кв.м. Признать за ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, МО Сагарчинский сельсовет, расположенный в южной части кадастрового квартала №, с кадастровым номером № площадью 562000 кв.м. – в силу приобретательной давности.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил исковые требования. Указал, что в материалах реестрового дела имеется договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ (как документ основание возникновения права собственности у ФИО1) заключенный между ФИО4 и ФИО1, в котором документом удостоверяющим право собственности ФИО4 указано свидетельство на право собственности на землю серии №, выданное Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, регистрационная запись №, но в материалах реестрового дела указанное свидетельство отсутствует, также как не имеется договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО1

Считает, что указанные договора дарения и последующая регистрация на их основании права собственности ФИО1 на спорный земельный участок незаконны по следующим основаниям.

Согласно действующего законодательства, участник долевой собственности вправе распорядиться земельной долей по своему усмотрению, например, продать или подарить постороннему лицу только после выделения земельного участка в счет земельной доли. Однако, со слов кадастрового инженера ФИО6, при составлении договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, выдел земельного участка ФИО4 и ФИО9, не производился. Более того, нет доказательств принадлежности на праве собственности ФИО4 и ФИО9, передаваемого ими в дар земельного участка.

Между тем, в соответствии со ст.12 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ (в ред. от 26.12.2024) «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» без выделения земельного участка в счет земельной доли участник долевой собственности по своему усмотрению вправе только завещать свою земельную долю, отказаться от права собственности на земельную долю, внести её в уставный (складочный) капитал сельскохозяйственной организации, использующей земельный участок, находящейся в долевой собственности или передать свою земельную долю в доверительное управление.

Признание недействительной сделки дарения влечет признание недействительным последующего договора купли-продажи.

Кроме того, ФИО7 нарушена процедура выдела земельного участка с кадастровым номером №.

Проект межевания земельного участка с кадастровым номером № подготовлен ДД.ММ.ГГГГ, извещение о выделе земельного участка якобы опубликовано в газете «Степные ФИО1» в 2019 году. Между тем, извещение о выделе земельных участков сельскохозяйственного назначения действует в течение одного года. Если за этот срок изменились условия выделения или список желающих выделиться, необходимо обратиться в органы управления земельными ресурсами для обновления информации и принятия соответствующих решений.

Из материалов дела следует, что общим собранием всех участников долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № решение об утверждении проекта межевания земельного участка, не принималось. На основании п.п.9-12 ст.13.1 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ (в ред. от 26.12.2024) «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» проект межевания земельного участка, утверждаемый решением собственника земельной доли или земельных долей, подлежит обязательному согласованию с участниками долевой собственности. Предметом согласования являются размер и местоположение границ выделяемого в счет земельной доли или земельных долей земельного участка.

Кроме того, в нарушение ст.11.9 Земельного кодекса РФ при формировании указанного земельного участка не учтено, что на нем располагается зарегистрированный объект недвижимости – жилой дом с кадастровым номером №.

Истец окончательно просил:

- признать недействительным договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО17 и ФИО7, кадастровый номер земельного участка № площадью 562000 кв.м.;

- применить последствия недействительности сделки, а именно исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись № – № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 562000 кв.м.;

- признать за ФИО2 право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, МО Сагарчинский сельсовет, в южной части кадастрового квартала №, с кадастровым номером № площадью 562000 кв.м., в силу приобретательской давности;

- признать договор дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО19 и ФИО17, недействительным;

- применить последствия недействительности сделки, а именно исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 28,1га;

- признать договор дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО20 и ФИО17, недействительным;

- применить последствия недействительности сделки, а именно исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 28,1га;

- признать результаты кадастровых работ по межеванию (образованию) земельного участка с кадастровым номером № площадью 562000 кв.м., недействительным.

В последнее судебное заседание истец ФИО2 не явился, был надлежаще извещен. Ранее в судебном заседании поддержал заявленные требования, просил их удовлетворить по указанным в нём основаниям. Суду пояснил, что в <адрес> примерно в 1 километре от села, он живет с 1995 года. Данный дом он приобрел вместе с семьей, приватизировали его. В настоящее время проживает в данном доме один. В 2004 году он организовал крестьянско-фермерское хозяйство, которое занималось растениеводством и животноводством. Изначально посев культур он осуществлял на принадлежащих ему на праве собственности землях сельхозназначения, которые граничат со спорным участком. Выпас мелкого и крупнорогатого скота он осуществлял около дома на спорном земельном участке круглый год (зимой и летом). На этом же участке находилась животноводческая база, где содержался скот (60 голов мелкого рогатого скота, 30 голов крупного рогатого скота и 5 лошадей). Данной базы в настоящее время не существует, она сгорела. Когда-то давно он обращался к главе администрации МО Сагарчинский сельсовет по вопросу оформления спорного земельного участка, но ему было сказано, что это земли сельсовета, ввиду чего он не стал оформлять данный земельный участок. При этом, глава администрации не запрещал ему использовать спорные земли для выпаса скота. До 2021 года он занимался животноводством, а после в связи с эпидемией бруцеллёза, он перестал держать скот. В настоящее время заявляет права на спорный земельный участок именно в тех границах, которые были установлены ответчиком, площадью 562000 кв.м., поскольку длительное время им открыто пользовался. Более того, на этом земельном участке расположен его жилой дом, под домом земля оформлена, что в большей степени гарантирует его право на спорный земельный участок. Полагает, что не учтены его интересы при оформлении сделки купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО17 и ФИО7, поскольку означенным участком фактически длительное время пользовался он, а потому в силу приобретательной давности участок должен принадлежать ему. О том, что данный земельный участок продан, на котором находится его дом, ему стало известно от администрации МО Сагарчинский сельсовет. Просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности от 19.02.2025, исковые требования поддержала и касательно признания договоров дарения недействительными пояснила, что на момент сделки фактически выдел земельного участка не производился, что является нарушением действующего законодательства. В дальнейшем при выделении земельного участка с кадастровым номером № площадью 562000 кв.м., также были допущены нарушения следующего характера: уведомление подано кадастровым инженером за много лет до того как выделился земельный участок (межевание земельного участка проведено в 2023 году, а извещение было в 2019 году) и при выделении земельного участка не учтено, что там находится жилой дом, на который зарегистрировано право собственности. Просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика - администрации МО <адрес> ФИО22 в последнее судебное заседание не явился, был надлежаще извещен. Ранее в суде возражал по заявленным требованиям истца, находя их необоснованно заявленными. Пояснил, что процедура выдела земельного участка соблюдена настолько, насколько это позволяет специальный закон. Просил в иске отказать.

Ответчик ФИО7, его представители – ФИО10, ФИО11, в судебном заседании возражали по заявленным в иске требованиям. Указали, что истцом необоснованно принимаются во внимание действующие в настоящее время основания и последствия недействительности сделки, совершенной до ДД.ММ.ГГГГ, что является недопустимым и противоречит действующему законодательству. В качестве довода о незаконности сделок дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ в иске приводится норма ст.12 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ (в ред. от 26.12.2024) «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения». Однако, истец не обоснованно не принимает во внимание положения ст.4 ГК РФ, согласно которой акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Истец в качестве основания не соответствия сделок требованиям законодательства ссылается на норму закона в редакции от 26.12.2024. При этом, на момент дарения, то есть ДД.ММ.ГГГГ действовала иная редакция ст.12 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» - от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, обменять, завещать, отдать в залог, внести в уставный (складочный) капитал юридического лица свою долю или распорядиться ею иным образом с соблюдением при её возмездном отчуждении правил, предусмотренных ст.250 ГК РФ. Таким образом, нормативными актами, действующими на момент заключения договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО19 и ФИО17, а также ФИО20 и ФИО17, не предусматривался запрет на распоряжение земельной долей (включая дарение) без выдела земельного участка. Полагали, что истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной, поскольку в силу ст.181, 196 ГК РФ, срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Ввиду чего, основания для признания недействительными договоров дарения земельных долей от ДД.ММ.ГГГГ и применения последствий недействительности сделки, отсутствуют. Также считают, что истцом не представлены допустимые доказательства возникновения права собственности на спорный земельный участок в силу приобретательной давности. Из искового заявления следует, что право собственности на спорный земельный участок возникло, по мнению истца, в связи с расположением на участке принадлежащего ему жилого дома. Однако, данный вывод опровергается следующим: истец не представил доказательства давностного владения домом; истцом не представлены доказательства владения и пользования земельным участком площадью 56,2 га – площадь жилого дома, принадлежащего истцу составляет 49,5 кв.м., что несоразмерно площади спорного участка, документы, подтверждающие несение бремени содержания объектов недвижимости, в частности внесение платы за землю, оплату коммунальных услуг и др., отсутствуют; в настоящее время согласно данным сервиса «Национальная система пространственных данных», жилой дом, на который указывает истец в качестве основания возникновения прав на спорный земельный участок является объектом без координат границ, что не позволяет однозначно установить привязку местоположения жилого дома и спорного участка; истцом не указано каким образом и какой конкретно земельный участок им обрабатывался; категория, к которой относится спорный участок – земли сельскохозяйственного назначения – не предусматривает возможность размещения на законных основаниях объектов недвижимости, используемых для постоянного проживания граждан.

Отмечают, что отсутствие одного из пяти условий, предусмотренных ст.234 ГК РФ, исключает приобретение права собственности.

Обращают внимание, что в рассматриваемом споре факт нарушения прав истца ответчиком отсутствует. Истец длительное время не предпринимал мер по установлению правового статуса жилого дома и земельного участка, необходимого для его использования; непринятие мер по установлению координат границ объекта недвижимости не позволили соотнести границы жилого дома и спорного земельного участка при осуществлении межевания и регистрации договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Имеет место и злоупотребление правом со стороны истца, который на протяжении длительного времени не предпринимал никаких действий по оформлению прав на землю. При должной осмотрительности имел возможность представить возражения относительно размера и местоположения границ выделяемого в счет земельных долей земельного участка, указанного в извещении, опубликованном в 2019 году в официальном печатном издании (газета «Степные ФИО1»), но не сделал этого. Учитывая вышеизложенное, просили в иске ФИО2 отказать в полном объеме.

Привлеченные к участию в дело в качестве ответчиков ФИО17, ФИО19, ФИО20, в суд не явились, о месте и времени рассмотрения дела надлежаще извещены, о чем имеются сведения в материалах дела.

Привлеченный к участию в дело в качестве ответчика – кадастровый инженер ФИО21 в последнее судебное заседание не явился, ранее выразил несогласие с заявленными ФИО2 исковыми требованиями. Пояснил, что процедура выдела земельного участка проведена в соответствии с требованиями действующего земельного законодательства. В 2019 году в официальном печатном издании «Степные ФИО1» была опубликована информация о выделе земельного участка в счет земельных долей. При доводах, заявленных истцом (расположение дома на спорном земельном участке), установить (увидеть) данный объект недвижимости, не представилось возможным, поскольку ФИО2 не позаботился об установлении границ земельного участка, на котором расположен его дом. Проводя межевые работы, использовались карты, запрашивался кадастровый план территории с означенным кадастровым кварталом, где жилой дом истца, не числился. Жилой дом расположен в кадастровом квартале самого <адрес>, то есть земли населенных пунктов, а земельный участок, где выделился ФИО17 находится совершенно в ином кадастровом квартале – это земли сельскохозяйственного назначения. При выделе спорного участка, последний был совершенно пуст, ничем не обременен, что не повлекло никаких препятствий для его оформления. Жилой дом, принадлежащий истцу, ранее фактически таковым не являлся, был зданием для временного летнего пребывания, поскольку имелись карды для животных. В настоящее время эту постройку сложно назвать домом, поскольку она очень ветхая. Более того, земля, на которую претендует истец, относится к паевому фонду, не признана невостребованной долей. Касательно сделок дарения указал, что ранее закон позволял производить отчуждение земельной доли, при условии, что лицо, приобретаемое земельную долю, уже является собственником иных земельных долей. Поскольку ФИО17 на момент дарения уже являлся собственником земельных долей, то никаких нарушений закона допущено не было. Просил в удовлетворении заявленных истцом требований, отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика администрации МО Сагарчинский сельсовет <адрес> ФИО8, в суде возражал по заявленным требованиям, находя их необоснованно заявленными. Пояснил, что действительно на территории Сагарчинского сельсовета имеется <адрес> и <адрес>, с домом №. Данный дом расположен примерно в 1 км от самого поселка Ушкунь. Собственником дома является ФИО2, который работает вахтовым методом, в поселке появляется редко. Хозяйственную деятельность уже давно истец не ведет. Просил в удовлетворении иска, отказать.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – Управление Росреестра по <адрес>, ФГБУ «ФКП Росреестра» по <адрес> своих представителей в суд не направили, о месте и времени рассмотрения дела надлежаще извещены, о чем имеются сведения в материалах дела.

Суд определил, рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса, при указанной явке.

Выслушав истца, ответчиков, их представителей, третьих лиц, допросив свидетеля, специалиста, и исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 260 Гражданского кодекса РФ лица, имеющие в собственности земельный участок, вправе продавать его, дарить, отдавать в залог или сдавать в аренду и распоряжаться им иным образом (статья 209) постольку, поскольку соответствующие земли на основании закона не исключены из оборота или не ограничены в обороте.

В соответствии со ст.153 Гражданского кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п.1 ст.154 Гражданского кодекса РФ сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.

Как следует из п.п. 1, 2 ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п.1 ст.168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из п.1 ст.549 Гражданского кодекса РФ следует, что по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность (ст.550 Гражданского кодекса РФ).

В силустатьи 160 Гражданского кодекса РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Толкование приведенной нормы позволяет сделать вывод о том, что подпись является важнейшим реквизитом документа, составленного в письменной форме, подпись - это реквизит, которым завершается составление договора; подпись подтверждает, что содержание договора соответствует действительной воле стороны.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО2 является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.

Согласно п.1 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО18 (бывшая супруга истца) продала, а ФИО2 купил в частную собственность жилой дом с кадастровым номером 56:03:1105001:70, назначение: жилое, 1-этажное, общей площадью 49,5 кв.м., по адресу: <адрес>. На момент продажи, жилой дом принадлежал ФИО18 на праве частной собственности, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ /т.1 л.д.7/.

По сведениям ГКН об объекте недвижимости с кадастровым номером 56:03:1105001:70, кадастровый номер земельного участка, в пределах которого расположен объект недвижимости – жилой дом, отсутствует /т.1 л.д.129-132/.

Таким образом, жилой дом с кадастровым номером 56:03:1105001:70 является объектом без координат границ.

Заявляя требования о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ с кадастровым номером №, заключенного между ФИО17 и ФИО7, истец указал о возникновении у него права собственности на означенный земельный участок в силу приобретательной давности. В качестве довода сослался на то, что принадлежащий ему на праве собственности жилой дом с кадастровым номером 56:03:1105001:70, находится на спорном земельном участке.

Проверяя довод истца, суд установил, что ФИО17 являлся собственником двух земельных долей в размере 28,1га, каждая, назначение: земли сельскохозяйственного назначения, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ №, № /т.1 л.д.53, 54/.

ДД.ММ.ГГГГ кадастровым инженером ФИО21 в соответствии с положениями ч.ч.4-6 ст.13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» был подготовлен проект межевания земельных участков, который в последующем утвержден ФИО17, ФИО14 /т.1 л.д.44-48/.

Согласно данному проекту межевания, образовывались два земельных участка: №, площадью 562000 кв.м. – правообладатель ФИО17 и №), площадью 281000 кв.м. – правообладатель ФИО14

В соответствии со ст.13.1 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» в газете «Степные зори» выпуск от 01.08.2019 №29(11391) было опубликовано извещение о согласовании проекта межевания земельных участков, выделяемых в счет земельных долей в праве общедолевой собственности в отношении земельного участка с кадастровым номером 56:03:0000000:55, расположенного: <адрес>, колхоз «Сагарчинский». Предоставлена возможность в течение 30 дней со дня публикации ознакомиться с проектом межевания и подать возражения относительно границ и местоположения земельного участка.

Однако, в означенный срок возражения относительно границ и местоположения выделяемых в счет земельных долей двух земельных участков, в адрес кадастрового инженера ФИО21, не поступили.

ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления ФИО17, органом регистрации недвижимости был присвоен кадастровый номер № выделенному земельному участку сельскохозяйственного назначения и зарегистрировано право собственности /т.1 л.д.41-63/.

ДД.ММ.ГГГГ земельный участок с кадастровым номером № был продан собственником - ФИО7, при этом был соблюден порядок о преимущественном праве выкупа. В адрес <адрес>, администрации МО <адрес> направлены письма с предложением выкупа означенного земельного участка, на что получен отказ /т.1 л.д.88-99/.

Суд отмечает, что при проведении межевых работ по установлению границ и местоположения спорного земельного участка, а также последующего оформления прав на него, нарушений норм закона, допущено не было. Довод истца о том, что принадлежащий истцу на праве собственности жилой дом расположен на спорном земельном участке сельскохозяйственного назначения, не свидетельствует о недействительности сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Являясь собственником объекта недвижимости – жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее временя, истец не принял мер для оформления земельного участка как под жилым домом, так и придомовой территории, которая согласно материалам реестрового дела составляет 568 кв.м. /т.1 л.д.177-188/. Доказательств бесспорно свидетельствующих о том, что жилой дом с кадастровым номером № расположен на спорном земельном участке, суду не представлено. Поскольку жилой дом является объектом без координат границ, установить привязку его местоположения и спорного участка, не представляется возможным.

Свидетель ФИО15 – глава администрации МО Сагарчинский сельсовет <адрес> в суде показал, что на территории <адрес> проживает более 25 лет, главой администрации является с 2023 года. В 2006 году ФИО2 вместе с супругой приобрели дом, который расположен в <адрес>, без участка, примерно в 1 км от самого поселка. В последующем они с супругой развелись и дом перешел в собственность ФИО2 У ФИО2 другого жилья, не имеется, работает вахтовым методом, подсобного хозяйства не имеет. Ранее, когда ФИО2 имел свой скот, он дополнительно принимал скот у частных лиц для пастьбы в летний период. На какой именно территории он осуществлял выпас скота, ему не известно, поскольку на тот момент он не работал главой администрации. Расположен ли дом ФИО2 на земельном участке, принадлежащем ФИО7, он не знает.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО16 показал, что является кадастровым инженером. При выполнении межевых работ необходимо руководствоваться принципом единства объекта и земельного участка. Если смотреть с этой точки зрения, то имеется нарушение при выделе земельного участка с кадастровым номером №, поскольку дом с кадастровым номером №, со слов истца, расположен в центре спорного земельного участка. Вместе с тем, объект недвижимости в виде жилого дома должен иметь описание координат границ, поскольку их отсутствие приводит к подобным проблемам. Даже имея на момент выдела документы на дом, невозможно определить (привязать) его к определенному земельному участку. Выдел, как правило, производится с использованием карт, поскольку земельные участки сельскохозяйственного назначения в натуре не осмотришь. А подобный факт можно было бы только выявить при натурном обследовании спорного земельного участка, при условии, что этот дом действительно оказался в границах земельного участка с кадастровым номером №. Собственник дома при наличии у него крестьянско-фермерского хозяйства может претендовать на земельный участок в размере не менее 1 га и выход к землям общего пользования. Но при этом, ему необходимо будет выкупить такой земельный участок у администрации сельсовета, на территории которой он находится.

На вопрос представителя истца, ФИО16 пояснил, что землеустроительное дело в настоящее время при осуществлении выдела земельного участка, не формируется. Межевой план является неким аналогом землеустроительного дела.

Оснований усомниться в показаниях допрошенных свидетеля, специалиста в судебном заседании, у суда не имеется. Свидетель предупреждался судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, его показания стабильны, непротиворечивы и подтверждают выводы суда.

Довод представителя истца в той части, что проект межевания земельных участков, утверждаемый решением собственника земельной доли или земельных долей, подлежит обязательному согласованию с участниками долевой собственности, несостоятелен ввиду следующего.

В соответствии с ч.4-6 ст.13 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ (в ред. от 26.12.2024) «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», если указанное в пункте 3 настоящей статьи решение общего собрания участников долевой собственности отсутствует, собственник земельной доли или земельных долей для выдела земельного участка в счет земельной доли или земельных долей заключает договор с кадастровым инженером, который подготавливает проект межевания земельного участка для выдела земельного участка в счет земельной доли или земельных долей.

Размер земельного участка, выделяемого в счет земельной доли или земельных долей, определяется на основании данных, указанных в документах, удостоверяющих право на эту земельную долю или эти земельные доли. При этом площадь выделяемого в счет земельной доли или земельных долей земельного участка может быть больше или меньше площади, указанной в документах, удостоверяющих право на земельную долю или земельные доли, если увеличение или уменьшение площади выделяемого в счет земельной доли или земельных долей земельного участка осуществляется с учетом состояния и свойств почвы выделяемого земельного участка и земельного участка, из которого он образуется.

Размер и местоположение границ земельного участка, выделяемого в счет земельной доли или земельных долей, должны быть согласованы кадастровым инженером в порядке, установленном статьей 13.1 настоящего Федерального закона.

Поскольку закон позволяет провести процедуру выдела земельного участка без согласования с участниками долевой собственности, при соблюдении вышеприведенных положений закона, чем воспользовался ФИО17, нарушений при проведении межевых работ по выделу земельного участка с кадастровым номером №, допущено не было.

Таким образом, оснований для признания договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО17 и ФИО7, не имеется.

Не имеется таких оснований и для признания недействительным договора дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО19 и ФИО17, а также договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО20 и ФИО17

Заявляя указанные требования, истец сослался на п.2 ст.168 Гражданского кодекса РФ, а также ст.12 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ (в ред. от 26.12.2024) «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», полагая, что ФИО19 и ФИО20 фактически выдел земельного участка не производился, ввиду чего, они не вправе были распорядиться принадлежащей им земельной долей.

В соответствии со ст.4 Гражданского кодекса РФ, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

На момент совершения сделки (дарение), то есть ДД.ММ.ГГГГ, действовала иная редакция ст.12 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ (ред. от 03.10.2004) «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», согласно которой участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, обменять, завещать, отдать в залог, внести в уставный (складочный) капитал юридического лица свою долю или распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных ст.250 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, запрет на распоряжение земельной долей, в том числе её дарение, без выдела земельного участка, по состоянию на дату сделки – ДД.ММ.ГГГГ, действующим законодательством не предусматривался.

Более того, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в п.69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ от 07.05.2013 применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года.

Ввиду чего, вышеприведенные доводы истца, его представителя, о применении закона, действующего в настоящее время к сделкам, совершенным до ДД.ММ.ГГГГ, не обоснованы.

По мнению суда, срок исковой давности истцом для оспаривания сделок дарения, не пропущен, поскольку о нарушении своего права ФИО2 должен был узнать в 2019 году, в тот момент, когда в газете «Степные ФИО1» выпуск от ДД.ММ.ГГГГ было опубликовано извещение о согласовании проекта межевания земельных участков, выделяемых в счет земельных долей в праве общедолевой собственности в отношении земельного участка с кадастровым номером №, расположенного: <адрес>, колхоз «Сагарчинский». То есть именно в указанный момент у ФИО2 была возможность узнать о существовании, в том числе, договоров дарения, заключенных 09.12.2004.

В силу ст.234 Гражданского кодекса РФ, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 12.12.2023) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ); владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Из указанных выше положений закона и разъяснений Пленума следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

Истец, в качестве основания возникновения права собственности на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 562000 кв.м., указал приобретательную давность.

Из материалов дела следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя – главы крестьянского (фермерского) хозяйства, с основными видами деятельности: выращивание однолетних кормовых культур и предоставление услуг в области растениеводства /т.2 л.д.206/.

Фактически с 1995 года он проживает на территории <адрес>, занимался посевом сельскохозяйственных культур и держал скот. На принадлежащих ему на праве собственности земельных участках сельскохозяйственного назначения, расположенных в непосредственной близости от спорного участка, он производил посев культур, а на спорном участке пас скот. В подтверждение данных обстоятельств, истец представил суду копии документов статистической отчетности о сборе урожая, поголовье скота за 2011, 2016 годы, налоговые декларации по единому сельскохозяйственному и земельному налогу за 2010, 2011, 2014-2018 и 2024 годы, ведомости по уплате страховых взносов и платежные документы, подтверждающие их уплату, а также акт обследования объектов растениеводства, пострадавших в результате чрезвычайной ситуации (стихийного бедствия) от ДД.ММ.ГГГГ /т.2 л.д.207-324/.

В судебном заседании истец пояснил, что около его дома, находилась животноводческая база, где содержался скот. Данной базы в настоящее время не существует, она давно сгорела, а с 2021 года он перестал занимался животноводством, в связи с эпидемией бруцеллёза.

Как отмечено выше, лицо, считающее, что оно стало собственником имущества в силу приобретательной давности, должно доказать наличие указанных в ст. 234 Гражданского кодекса РФ пяти необходимых условия: открытое владение имуществом, непрерывное владение имуществом, владение в течение установленного законом срока, добросовестное владение имуществом, владение имуществом как своим.

Истец должен представить доказательства непосредственного владения и пользования спорным недвижимым имуществом на протяжении всех заявленных лет. Отсутствие же любого из пяти перечисленных условий исключает приобретение права собственности в порядке ст.234 Гражданского кодекса РФ.

Однако, истцом данные требования закона не соблюдены, совокупности необходимых пяти условий, установленных ст. 234 Гражданского кодекса РФ, на стороне ФИО2 не установлено. К такому выводу суд пришел исходя из следующего.

Заявляя требования о давностном владении и пользовании спорным земельным участком, истец ФИО2 голословно указал период (с 1995 года по настоящее время), не представив тому доказательств. Копии документов статистической отчетности о сборе урожая, поголовье скота за 2011, 2016 годы, налоговые декларации по единому сельскохозяйственному и земельному налогу за 2010, 2011, 2014-2018 и 2024 годы, ведомости по уплате страховых взносов и платежные документы, подтверждающие их уплату, а также акт обследования объектов растениеводства, пострадавших в результате чрезвычайной ситуации (стихийного бедствия) от 18.07.2012, не подтверждают непрерывное и давностное владение спорным земельным участком, а свидетельствуют лишь о том, что ФИО2 как глава крестьянского (фермерского) хозяйства выполнял обязанности, возложенные законом на индивидуального предпринимателя по уплате налогов, страховых взносов, поскольку осуществлял посев сельскохозяйственных культур на принадлежащем ему на праве собственности земельном участке. Более того, спорный земельный участок является пастбищем и не предназначен для посева сельскохозяйственных культур, тогда как большая часть документов касается деятельности, связанной с растениеводством.

Опровергается данный довод и показаниями самого истца, который в суде пояснил, что с 2021 года по настоящее время животноводством, не занимается, выпас скота не осуществляет.

Также истец не представил доказательства тому, что владел и пользовался спорным земельным участком именно в тех границах и той площади, которая образовалась в 2019 году после подготовки проекта межевания земельного участка с кадастровым номером №, а также несения бремени содержания данного объекта недвижимости.

При таких обстоятельствах, основания для удовлетворения требований истца в части признания права собственности на земельный участок с кадастровым номером №, площадь 562000 кв.м., в силу приобретательной давности, отсутствуют.

Статьей 46 Конституции РФ, ст.11 Гражданского кодекса РФ, заинтересованным лицам гарантирована судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и (или) законных интересов их прав и свобод.

Положениями ст.12 Гражданского кодекса РФ, предусмотрены способы защиты гражданских прав.

Выбор способа защиты нарушенного права должен осуществляться с таким расчетом, что удовлетворение заявленных требований и к конкретному лицу приведет к наиболее быстрой и эффективной защите и (или) восстановлению нарушенных и (или) оспариваемых прав.

Истцом, его представителем, избран неверный способ защиты, поскольку факт нарушения прав истца со стороны ответчиков, не доказан.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к администрации МО <адрес>, ФИО7, ФИО17, ФИО19, ФИО5, ФИО21, о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО17 и ФИО7, договора дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО1, договора дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО20 и ФИО17, применении последствий недействительности сделок, а именно исключения из Единого государственного реестра недвижимости записей о праве собственности на земельные участки с кадастровыми номерами № (площадь № кв.м.), № (площадь 28.1га) и № (площадь 28.1га), признании недействительными результатов кадастровых работ по межеванию (образованию) земельного участка с кадастровым номером № площадью № кв.м. и признании за ФИО2 права собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, МО Сагарчинский сельсовет, в южной части кадастрового квартала №, с кадастровым номером № площадью № кв.м., в силу приобретательской давности, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Акбулакский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме будет изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Е.П. Малова