УИД 23RS0040-01-2025-003058-14
К делу № 2-3147/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
17 декабря 2025 года Первомайский районный суд
г. Краснодара в составе
председательствующей Медоевой Е.Н.
секретаря Одобеско Т.М.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Сбербанк» о взыскании убытков,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в Первомайский районный суд г. Краснодара с исковым заявлением к ПАО «Сбербанк» о взыскании убытков.
В обоснование заявленных требований указано, что 19.05.2023г. ФИО1 находилась по приглашению персонального менеджера Сбербанк «Премьер» в дополнительном офисе №8619/0115 ПАО «СБЕРБАНК» по адресу: <...>, по вопросу совершения финансовых операций.
В процессе обслуживания сотрудник банка настойчиво информировал ФИО1 о том, что в связи санкциями, веденными в отношении России международными финансовыми организациями, а также в связи с ожидаемыми санкциями и ограничениями на свободное обращение с валютой, ей стоит позаботиться о своих валютных сбережениях. При этом менеджер настойчиво убеждал ФИО1. в том, что лучше обменять валюту, так как уже на то время были ограничения в снятии сумм, ожидается, что курс валюты будет существенно падать и скорее всего обращение валюты на территории России будет прекращено.
Также сотрудник настойчиво убеждал ФИО1 в том, что на текущую дату самым гарантированным сохранением денег является их вложение в инвестиционные паи, которые по прогнозу банка будут только расти, но в любом случае, клиент гарантированно через некоторое время сможет получить обратно именно вложенную сумму, а при этом на нее еще будут начисляться доходы, превышающие проценты, которые может предложить банк. Для большой уверенности, сотрудник иллюстрировал графики, отзывы клиентов, привлекал к разговору своих коллег, которые говорили ФИО1 о преимуществах такого решения вопроса. ФИО1 сообщила сотруднику банка о том, что ранее также по активной рекомендации персонального менеджера банка уже приобретала паи инвестиционных фондов, которые стали для нее убыточными. На что сотрудник банка сообщил, что тогда, видимо, ее неверно информировали или неверно поняла консультанта, так как те вложения действительно имеют риски падения, но сейчас ей предлагают гарантированный продукт банка, который действительно выгоден для нее, так как ведущие специалисты фонда сами выгодно размещают инвестиции, выбирая только прибыльные компании, в связи с чем, проект не может быть убыточным. Раз в 3 месяца клиент будет получать доход от инвестиций ориентировочно в размере более 40 000 руб., а по итогу году из дохода будет удержан НДФЛ. В результате длительной беседы с рекомендациями, ФИО1 согласилась на приобретение продукта. При этом, ее заверили, что это фактически продукт ПАО «Сбербанк», он будет отображаться в её личном кабинете и учитываться как вклады в банке. Далее ФИО1 проинформировали, что сотрудники банка проведут все необходимые операции с её счетами, оформят за нее покупку паев, а позже с ней свяжется сотрудник управляющей компании этого фонда облигаций и направит ей договор о приобретении облигаций.
В связи с чем, для приобретения инвестиционных паев на сумму 1 300 000 рублей ФИО1 были проданы банку 14 900 долларов США на сумму 1 158 326 рублей, по курсу 77,74 рубля за 1 доллар США, а также 1 823,67 Евро на сумму 152 180, 36 рублей, по курсу 83,45 рубля за 1 Евро.
24.05.2023 года с ФИО1 связался сотрудник управляющей компании «Первая» и начал задавать вопросы по поводу приобретенных инвестиционных паев, и разъяснять условия покупки паев. Из общения с ним клиенту стало понятно, что в банке ей дали недостоверную и неполную информацию об этом продукте, абсолютно не соответствующую действительности. Фактически в отношении нее был совершен обман и введение в заблуждение. В связи с этим, ФИО1 сразу через звонившего сотрудника оформила обращение на горячую линию фонда и банка за №230524-0839-123700, в которой требовала возмещения всех причиненных убытков и возвращение в первоначальное положение.
На основании изложенного истец просит взыскать с ПАО «Сбербанк» в пользу ФИО1 денежную сумму в счет погашения убытков размере 839 897.69 рублей, из которых 111 695,96 рублей в счет компенсации разницы в стоимости валют, 118 484,43 рублей в счет компенсации убытка от покупки паев, 230 180,39 рублей в счет уплаты неустойки за нарушение сроков исполнения требования, 115 090,20 рублей штраф за отказ от добровольного исполнения законного требования, 20 000 рублей в счет компенсации причиненного морального вреда, 244 446,71 рублей в счет компенсации упущенной выгоды.
20.11.2025 в соответствии со ст. 39 ГПК РФ истец уточнила заявленные исковые требования и просила взыскать убытки в размере 2,5% от стоимости гашения пая в размере 32 500 рублей.
Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования в полном объеме. Просила их удовлетворить, по основаниям, изложенных в исковом заявлении с учетом пояснений данных в ходе судебного разбирательства.
Представитель ответчика ПАО «Сбербанк» - ФИО3, против удовлетворения заявленных требований возражал, по основаниям изложенным в возражениях на исковое заявление, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.
Представитель АО УК «Первая», в судебное заседание не явился, своевременно уведомлен надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, посредством направления электронной судебной повестки (ШПИ 80403614356802) которая вручена адресату, о причинах неявки суду дополнительно не сообщалось. Ранее, в материалы дела представлены письменные возражения, содержащие ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, третьего лица, в соответствии с доводами возражений, просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, рассмотреть дело в отсутствие представителя.
Суд, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, пришел к следующему.
В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.
Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.
Согласно п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Сделки могут быть двух или многосторонними (договоры) и односторонними. Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (ч.1, ч.2 cт. 154 ГК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 19.05.2023г. в дополнительном офисе ПАО «Сбербанк» №8619/0115 по адресу: <...>, получила консультацию от сотрудника банка, в результате чего, ФИО1 через ПАО «Сбербанк» (агент Компании по выдаче, обмену и погашению инвестиционных паев паевых инвестиционных фондов под управлением Компании) была подана заявка № 13/520060/2182 на многократное приобретение инвестиционных паев (далее - Заявка) ОПИФ рыночных финансовых инструментов «Первая - Фонд акций с выплатой дохода» (далее - Фонд), находящегося под управлением Компании, подписанная простой электронной подписью истца, а также были перечислены денежные средства в оплату инвестиционных паев по заявке на сумму 1 300 000 руб. 00 коп, что подтверждается платежным поручением №993117 от 19.05.23г..
22 мая 2023 года заявка была исполнена.
Истцу были выданы инвестиционные паи Фонда в количестве 25.4647513 шт. по цене 51050 руб. 96 коп. за 1 инвестиционный пай на дату. Истцу было направлено Уведомление о совершении операции по лицевому счету №.
Таким образом, 19.05.2023г. между ФИО1 и АО УК «Первая» заключен договор доверительного управления паевыми инвестиционными фондами.
24.05.2023 года с ФИО1 связался сотрудник управляющей компании «Первая». В результате общения с ним, истцу стало понятно, что в банке ей дали недостоверную и неполную информацию о продукте, абсолютно не соответствующую действительности. В связи с этим, ФИО1 оформила обращение на горячую линию фонда и банка за №, в которой требовала возмещения всех причиненных убытков и возвращение в первоначальное положение.
21.06.2023 года ПАО «Сбербанк» дал ответ, что продлен срок рассмотрения обращения ФИО1 № до 22.07.2023г.
29.06.2023 года АО УК «Первая» направила в адрес ФИО1 ответ на обращение от 24.05.2023 года №.
Согласно указанного ответ установлено, что в результате проверки был подтвержден факт некорректной консультации сотрудником Банка.
ФИО1 предложено решение, согласно текста которого «для расторжения договора необходимо погасить принадлежащие Вам инвестиционные паи. Управляющая компания не вправе погасить инвестиционные паи без получения от Вас заявки на погашение инвестиционных паев Фонда. Согласно Правилам Фонда для погашения паев и получения денежных средств необходимо подать заявку на погашение инвестиционных паев Фонда. Сумма денежной компенсации, подлежащей выплате в случае погашения инвестиционных паев: определяется на основе расчетной стоимости инвестиционного пая на рабочий день, предшествующий дню погашения инвестиционных паев. Итоговая сумма денежных средств, подлежащая выводу, может быть определена только после погашения инвестиционных паев, удержания скидки (если применимо) и НДФЛ (если применимо). Обращаем внимание, что до проведения операции погашения паёв и расчета суммы к выплате, финансовый результат от инвестирования в Фонд, а, следовательно, и возможная сумма компенсации не могут быть определены. В случае возникновения отрицательного Финансового результата по итогам инвестирования, вопрос о возможности возмещения денежных средств будет рассмотрен в рамках Вашего повторного обращения. Мы приносим Вам свои искренние извинения за причиненные неудобства и надеемся, что случившееся не станет препятствием к дальнейшему сотрудничеству».
14.05.2025г. Дрепак обратилась с досудебной претензией в адрес ПАО «Сбербанк», однако, заявитель получил ответ от 16.05.2025г. на досудебную претензию, в соответствии с которым банк выражает готовность рассмотреть вопрос о возмещении курсовой разницы в случае получении отрицательного финансового результата после проведения операции погашения инвестиционных паев.
Пунктом 4 статьи 1012 ГК РФ предусмотрено, что особенности доверительного управления паевыми инвестиционными фондами устанавливаются законом.
Отношения, связанные с привлечением денежных средств и иного имущества путем заключения договоров доверительного управления в целях их объединения и последующего инвестирования, регулируются Федеральным законом от 29.11.2001 N 156-ФЗ "Об инвестиционных фондах".
Паевой инвестиционный фонд - обособленный имущественный комплекс, состоящий из имущества, переданного в доверительное управление управляющей компании учредителем (учредителями) доверительного управления с условием объединения этого имущества с имуществом иных учредителей доверительного управления, и из имущества, полученного в процессе такого управления, доля в праве собственности на которое удостоверяется ценной бумагой, выдаваемой управляющей компанией (п. 1 ст. 10 Закона N 156-ФЗ). Доверительное управление ПИФом осуществляет управляющая компания на основании договора доверительного управления паевым инвестиционным фондом (ст. 11 Закона N 156-ФЗ).
На основании ст. 27 Закона N 156-ФЗ, п. 6 Положения о требованиях, предъявляемых к агентам по размещению и выкупу инвестиционных паев, утвержденного Постановлением ФКЦБФР при Правительстве РФ от 19.06.1996 N 12, банк вправе выступать агентом по выдаче, погашению и обмену инвестиционных паев, действуя от имени и за счет управляющей компании на основании договора поручения или агентского договора, заключенного с управляющей компанией, а также выданной ею доверенности. Банк, действуя в данном статусе, вправе осуществлять прием заявок на приобретение инвестиционных паев.
Согласно ст. 14 Закона N 156-ФЗ инвестиционный пай является именной ценной бумагой, удостоверяющей долю его владельца в праве собственности на имущество, составляющее паевой инвестиционный фонд, право требовать от управляющей компании надлежащего доверительного управления паевым инвестиционным фондом, право на получение денежной компенсации при прекращении договора доверительного управления паевым инвестиционным фондом со всеми владельцами инвестиционных паев этого фонда (прекращении паевого инвестиционного фонда).
Целью инвестиционной политики управляющей компании является получение дохода при инвестировании имущества, составляющего фонд, в объекты, предусмотренные настоящими Правилам, в соответствии с инвестиционной политикой управляющей компании (пункты 20 и 21 вышеуказанных Правил).
Риск убытков, связанных с изменением рыночной стоимости имущества, составляющего паевой инвестиционный фонд, несут владельцы инвестиционных паев.
Из преамбулы к Закону о защите прав потребителей следует, что потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
В Определении Конституционного Суда РФ от 24.10.2013 N 1577-О разъяснено, что посредством присоединения к договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом граждане осуществляют экономическую деятельность, рассчитывая при этом получить доход в виде роста стоимости инвестиционного пая. Такая экономическая деятельность предполагает определенный финансовый риск, который предопределяется тем, что деятельность управляющей компании, осуществляющей доверительное управление паевым инвестиционным фондом, представляет собой предпринимательскую деятельность - самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли (п. 1 ст. 2 Гражданского кодекса РФ). В силу рискового характера данной деятельности для субъектов предпринимательской деятельности, а соответственно, и для лиц, передавших свое имущество для ведения данной деятельности, существует вероятность наступления отрицательных последствий в результате не обеспечения должной осмотрительности при ее организации и осуществлении, неблагоприятной конъюнктуры рынка, неудачного управления имуществом, снижения рыночной стоимости имущества и других причин.
В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При этом в информационном письме от 13 января 2021 г. N ИН-01-59/2 "Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей" указано, что в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей - физических лиц Банк России рекомендовал страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.
Указанное разъяснение также может быть применено и при разрешении данного спора. Истцом указано на введение ее в заблуждение работниками банка при заключении сделок по приобретению инвестиционных паев, что подтверждается результатами служебной проверки.
Из материалов дела следует, что АО УК «Первая» осуществляет деятельность по доверительному управлению паевыми инвестиционными фондами, в том числе ФИО1 на основании Правил доверительного управления Фондом.
Из материалов дела усматривается, что между АО УК «Первая» и ПАО Сбербанк (в качестве Агента) заключен Договор поручения на осуществление функций агента по выдаче и погашению инвестиционных паев, согласно которому Агент принимает на себя обязанность по осуществлению от имени Управляющей Компании функций агента по выдаче и погашению инвестиционных паев паевых инвестиционных фондов под управлением Управляющей компании, в том числе и инвестиционных паев Открытого паевого инвестиционного фонда рыночных финансовых инструментов «Первая - Фонд облигаций с выплатой дохода», по переводу денежных средств физических лиц со счета и без открытия счета на банковские счета Управляющей Компании, предназначенные для учета денежных средств, переданных в оплату инвестиционных паев. При осуществлении агентских функций Агент действует от имени и по поручению Управляющей Компании на основании договора.
Как следует из пояснений истца, последняя 19.05.2023 находилась по приглашению персонального менеджера Сбербанк «Премьер» в дополнительном офисе №8619/0115 ПАО «Сбербанк» по адресу: <...>, по вопросу совершения финансовых операций. В процессе обслуживания сотрудник банка настойчиво информировал ФИО1 о том, что в связи санкциями, веденными в отношении России международными финансовыми организациями, а также в связи с ожидаемыми санкциями и ограничениями на свободное обращение с валютой, ей стоит позаботиться о своих валютных сбережениях. При этом менеджер настойчиво убеждал ФИО1. в том, что лучше обменять валюту, так как уже на то время были ограничения в снятии сумм, ожидается, что курс валюты будет существенно падать и скорее всего обращение валюты на территории России будет прекращено.
Также, установлено и сторонами не оспаривается, что сотрудник Банка настойчиво убеждал ФИО1 в том, что на текущую дату самым гарантированным сохранением денег является их вложение в инвестиционные паи, которые по прогнозу банка будут только расти, клиент гарантированно через некоторое время сможет получить обратно именно вложенную сумму, а при этом на нее еще будут начисляться доходы, превышающие проценты, которые может предложить банк. В результате длительной беседы с рекомендациями, ФИО1 согласилась на приобретение продукта. При этом, ее заверили, что это фактически продукт ПАО «Сбербанк», он будет отображаться в её личном кабинете и учитываться как вклады в Банке. В связи с чем, для приобретения инвестиционных паев на сумму 1 300 000 рублей ФИО1 были проданы банку 14 900 долларов США на сумму 1 158 326 рублей, по курсу 77,74 рубля за 1 доллар США, а также 1 823,67 Евро на сумму 152 180, 36 рублей, по курсу 83,45 рубля за 1 Евро.
Суд отмечает, что ФИО1, являясь обычным гражданином, рядовым потребителем услуг, находящимся в заведомо в более уязвимом положении, не смогла надлежащим образом разобраться в особенностях заключаемого ею договора, об отсутствии какой-либо гарантии получения прибыли по данному договору, по которому вложила значительные для себя денежные средства.
В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны.
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.
В силу пункта 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам услуг перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.
При отказе от исполнения договора потребитель обязан возвратить товар (результат работы, услуги, если это возможно по их характеру) продавцу (исполнителю).
На основании пункта 4 статьи 12 данного Закона при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги).
В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10).
Информация о товарах (работах, услугах) в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Закона должна доводиться до сведения потребителя в наглядной и доступной форме в объеме, указанном в пункте 2 статьи 10 Закона. Предоставление данной информации на иностранном языке не может рассматриваться как предоставление необходимой информации и влечет наступление последствий, перечисленных в пунктах 1, 2 и 3 статьи 12 Закона.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" также разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (пункт 28).
Таким образом, бремя доказывания факта предоставления надлежащей информации не обладающему специальными познаниями потребителю услуги в доступной для него форме законом возложено на исполнителя.
Обращаясь в суд с настоящим иском, сторона истца ссылалась на нарушение права ФИО1, а именно на информацию о приобретаемой услуге и введение ее при заключении спорного договора в заблуждение относительно правовой природы данного договора, при котором у нее создалось убеждение о заключении договора, который является разновидностью сберегательного вклада, гарантирующего высокий процент за хранящиеся на вкладе денежные средства, защищающий от инфляции, в связи с чем, была и совершена спорная сделка.
Кроме этого установлено, что предложение о заключении оспариваемого договора последовало от сотрудника банка с целью получения гарантированного более высокого дохода. Истцу была разъяснена лишь возможность получения высокого дохода. Заключение оспариваемого договора осуществлялось в офисе банка в один день с одномоментным перечислением денежных средств, возможность ознакомления с текстом договоров в спокойной обстановке предоставлена не была.
Между тем, доказательств того, что ПАО «Сбербанк» как агент АО УК «Первая» довел до потребителя достоверную и полную информацию о финансовой услуге, о полномочиях банка как агента, об условиях договора инвестирования, суду не представлено.
ФИО1, обращаясь в банк, как организацию, осуществляющую деятельность по привлечению денежных средств во вклады для извлечения выгоды, рассчитывала, что находящиеся в банке сотрудники окажут необходимые ей услуги по заключению договора банковского вклада, а также предоставят всю необходимую информацию по заключаемому договору. Однако заключенный истцом договор не предусматривает гарантированный доход от инвестиций.
Кроме того, согласно ответа УК «Первая» от 29.06.2023 года, направленного в адрес ФИО1, на обращение от 24.05.2023 года №230524-0839-123700, установлено, что в результате проверки был подтвержден факт некорректной консультации сотрудником банка при обращении истца 19.05.2023г. в ПАО «Сбербанк».
Согласно представленного истцом расчета, который ответчик не оспаривал, прямые убытки исчисляются следующим образом.
19.05.2023 года истцом были проданы банку 14 900 долларов США на сумму 1 158 326 рублей по курсу 77,74 рубля за 1 доллар США.
08.05.2025 года для приобретения у банка 14 900 долларов США по курсу 83,70 рубля за 1 доллар США сумма составляет в размере 1 247 130 рублей.
Таким образом, разница составляет 88 804 рубля.
19.05.2023 года истцом были проданы банку 1 823,67 Евро на сумму 152 180, 36 рублей по курсу 83,45 рубля за 1 Евро.
08.05.2025 года для приобретения у банка 1 823,67 Евро по курсу 96,00 рубля за 1 Евро сумма составляет в размере 175 072,32 рублей.
Таким образом, разница составляет 22 891.96 рублей.
Общий убыток составляет 111 695,96 рублей.
19.05.2023 года истцом были приобретены через банк инвестиционные паи на сумму 1 300 000 рублей.
08.05.2025 года сумма инвестиций составляет 1 181 515,57 рублей.
Таким образом, разница составляет 118 484.43 рублей, то есть убыток составляет 118 484,43 рублей.
Таким образом, всего убыток составляет 230 180,39 рублей, который подлежат выплате в порядке компенсации за нарушение банком прав потребителя.
Суд, исследовав и проверив представленный расчет, находит его верным, обоснованным и подтвержденным материалами дела. Иного расчета суду не представлено.
При таких обстоятельствах, суд считает исковые требования о взыскании с ответчика суммы задолженности по кредитному договору законными и обоснованными.
Рассматривая требования истца о взыскании упущенной выгоды, суд исходит из следующего
Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 14 Постановления от дата № 25 разъяснил, что по смыслу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с абз. 3 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 7 упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.
В п. 3 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 7 даны разъяснения, согласно которым при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.
Таким образом, возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.
Таким образом, в соответствии со ст. 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Намерение не может быть принято во внимание при рассмотрении дел о взыскании упущенной выгоды.
При этом, возмещение упущенной выгоды предполагает восстановление нарушенного права лица до положения, которое существовало до момента нарушения права.
Бремя доказывания наличия упущенной выгоды возлагается на истца.
Настаивая на наличии упущенной выгоды, истец представил суду доказательства принятия мер для получения такой выгоды, которую мог бы получить истец.
Представленный истцом расчет, если данные денежные средства в размере 1 300 000 рублей разместить в ПАО «Сбербанк» на вклады под проценты, то получен доход в размере 517 920 рублей за период с 19.05.2023г. по 19.05.2025г. из расчета 20% годовых (в среднем 1,66% в месяц).
1 300 000 х 20% х 2 года = 517 920 рублей - упущенная выгода за период с 19.05.2023г. по 19.05.2025г..
За период с 19.05.2023г. по 19.05.2025г. ФИО1 получила выплаченный доход на паи в размере 273 473,49 рублей.
Таким образом, разница в выплатах за период с 19.05.2023г. по 19.05.2025г. составляет 244 446.71 рублей, что является упущенной выгодой ФИО1.
При таких обстоятельствах требования истца о взыскании с ответчика упущенной выгоды подлежат удовлетворению.
В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Согласно п.1 ст.29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуг и) своими силами или третьими лицами.
Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуг и) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.
Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.
Согласно ст.30 Закона РФ «О защите прав потребителей» недостатки работы (услуги) должны быть устранены исполнителем в разумный срок, назначенный потребителем. Назначенный потребителем срок устранения недостатков товара указывается в договоре или в ином подписываемом сторонами документе либо в заявлении, направленном потребителем исполнителю.
За нарушение предусмотренных настоящей статьей сроков устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги) исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню), размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с пунктом 5 статьи 28 настоящего Закона (то есть исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа).
В случае нарушения указанных сроков потребитель вправе предъявить исполнителю иные требования, предусмотренные пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона.
Согласно п.1 ст.31 Закона РФ «О защите прав потребителей» требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу), о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные пунктом 1 статьи 28 и пунктами 1 и 4 статьи 29настоящего Закона, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.
При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).
Согласно пункту 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» применение статьи 333 ГК РФ об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. Уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика, сделанному в суде первой инстанции или в суде апелляционной инстанции, перешедшем к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции. В решении должны указываться мотивы, по которым суд пришел к выводу, что уменьшение их размера является допустимым.
Между тем, Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 2 Определения от 21 декабря 2000 года N 263-0, указал, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.
При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства суд учитывает то обстоятельство, что никто не вправе извлекать преимущества исходя из своего процессуального положения. Кроме того, суд принимает во внимание, что взыскание неустойки в полном объеме может привести к ущемлению прав одной из сторон в пользу другой, что является недопустимым.
На основании п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.
Основаниями для применения ст. 333 ГК РФ в настоящем деле являются: размер неустойки значительно превышает сумму основного долга, дробление истцом неустойки на периоды для последовательного взыскания, неустойка носит компенсационный характер, а в данном случае она является средством обогащения кредитора за счет должника, многократное превышение предусмотренной неустойки в размере 1 % от суммы задолженности за каждый день ключевой ставки Банка России.
Согласно п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).
В соответствии с п.5 ст.28 Закона РФ «О защите прав потребителей», в соответствии с которой уплачивает за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере 3% цены выполнения работы (оказания услуги, стоимости товара), или общей цены заказа.
Таким образом, согласно представленного расчета, истец полагает, что неустойку необходимо рассчитывать с 02.06.2023г. до 02.06.2025г., что составляет 5 040 950,54 рубля.
Однако, учитывая, что по норме той же статьи сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, то сумма неустойки к выплате не должна превышать 230 180,39 рублей.
При таких обстоятельствах взысканию с ответчика в пользу истца подлежит, с учетом положений статьи 333 ГК РФ, неустойка в размере 100 000 рублей.
В соответствии с п.6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Размер штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего определяется в размере пятидесяти процентов от разницы между суммой страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по каждому страховому случаю, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке. При этом, суммы неустойки (пени), финансовой санкции, денежной компенсации морального вреда, а также иные суммы, не входящие в состав страховой выплаты, при исчислении размера штрафа нс учитываются (п. 83 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 31 от 08.11.2022).
Принимая во внимание, что обращение истца в суд за защитой нарушенного права вызвано именно неисполнением ответчиком в добровольном порядке требований о выплате причиненных убытков, суд считает необходимым взыскать с ответчика штраф в размере половины присужденной суммы подлежащих взысканию денежных средств.
Согласно расчетам, произведённым истцом в его пользу подлежит взысканию штраф за неисполнение в добровольном порядке требований о выплате причиненных убытков в размере 115 090,20 рублей, (из расчета 230 180,39 рублей х 50% = 115 090,20 рублей).
Суд, проверив представленный расчет, находит его верным, подлежащим применению, при рассмотрении спора по существу.
Относительно исковых требований в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда суд учитывает следующее.
Согласно разъяснениям Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 правоотношения, вытекающие из договора личного и имущественного страхования, регулируются ФЗ «О защите прав потребителей».
В соответствии со ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», а также ст. 151 ГК РФ моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
Согласно п. 41 Постановлению Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 факт нарушения прав потребителя является достаточным основанием для удовлетворения требования истца о взыскании компенсации морального вреда.
Поскольку факт нарушения ответчиком прав потребителя истца установлен в судебном заседании и в силу разъяснений в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» и он является достаточным основанием для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца в указанной части.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных потребителю нравственных страданий, длительность неисполнения требования о выплате страхового возмещения в полном объеме, принцип разумности и справедливости, и приходит к выводу о том, что в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 2 000 рублей.
Рассматривая требования о взыскании убытков от стоимости гашения пая, суд приходит к следующему.
Согласно памятки об условиях инвестирования в инвестиционные паи ОПИФ рыночных финансовых инструментов «Первая – Фонд облигаций с выплатой дохода» графы 4 размер скидок, взимаемых компанией при погашении инвестиционных паев фонда в зависимости от даты подачи заявки на погашение, скидка в размере 2,5% от расчетной стоимости пая при подачи заявки на погашение в срок равный или более 730 дням, но менее 1094 дням с даты выдачи паев.
Как установлено судом и согласно материалам дела, заявка на приобретение паев осуществлена 19.03.2025г.. Однако, заявка на погашение на дату 17.12.2025г. не подана, таким образом срок составляет более 730 дней, но менее 1094 дней.
Истцом предоставлен расчет, согласно которому сумма составляет 32 500 рублей (1 300 000 рублей х 2,5%= 32 500 рублей).
При таких обстоятельствах взысканию с ответчика в пользу истца подлежат убытки в размере 2,5% от стоимости гашения пая в размере 32 500 рублей.
При таких обстоятельствах, принимая во внимание позицию сторон, суд приходит к выводу исковые требования ФИО1 к ПАО «Сбербанк» о взыскании убытков удовлетворить, взыскать с ПАО «Сбербанк» в пользу ФИО1 денежную сумму в счет погашения убытков, а именно разница в стоимости валют в размере 111 695,96 рублей, убытки от покупки паев в размере 118 484,43 рублей, неустойка в размере 230 180,39 рублей, штраф в размере 115 090,20 рублей, моральный вред 2 000 рублей, упущенная выгода в размере 244 446,71 рублей, убытков в размере 2,5% от стоимости гашения пая в размере 32 500 рублей.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно ч.2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.
Суд оценивает доказательства, согласно ст. 67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
На основании изложенного, руководствуясь статьями ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 к ПАО «Сбербанк» о взыскании убытков удовлетворить.
Взыскать с ПАО «Сбербанк» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженки: <адрес>, паспорт серия №, выдан <адрес> ДД.ММ.ГГГГ. №) денежную сумму в счет погашения убытков, а именно разница в стоимости валют в размере 111 695,96 рублей, убытки от покупки паев в размере 118 484,43 рублей, неустойка в размере 230 180,39 рублей, штраф в размере 115 090,20 рублей, моральный вред 2 000 рублей, упущенная выгода в размере 244 446,71 рублей, убытков в размере 2,5% от стоимости гашения пая в размере 32 500 рублей.
Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд в апелляционном порядке через Первомайский районный суд г. Краснодара в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья
Первомайского районного суда г. Краснодара Е.Н. Медоева
Решение изготовлено 12.01.2026г.