Решение по делу № 3А-59/2023 от 11.04.2023 - о признании нормативных правовых актов недействующими в части.

Дело (УИД) № 18OS0000-01-2022-000483-67

Производство № 3а-59/2023 (3а-632/2022)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 апреля 2023 года город Ижевск

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

судьи Малкова К.Ю.,

при секретаре судебного заседания Гирбасовой С.И.,

с участием:

прокуроров Савельевой А.О., ФИО1,

представителя административного истца – адвоката Б.А.А., действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ, ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителей административных ответчиков Правительства Удмуртской Республики и Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики Ш.В.С., действующего на основании доверенностей № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, Т.К.Ю., действующей на основании доверенностей № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению индивидуального предпринимателя С.А.В. к Правительству Удмуртской Республики, Министерству имущественных отношений Удмуртской Республики о признании нормативных правовых актов недействующими в части,

установил:

Индивидуальный предприниматель С.А.В. (далее по тексту – ИП С.А.В., административный истец) обратилась в Верховный Суд Удмуртской Республики с административным исковым заявлением, которым просит суд:

- признать недействующим со дня принятия пункт 9430 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2021 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 30 октября 2020 года № 528 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2021 год»;

- признать недействующим со дня принятия пункт 10551 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2022 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 09 ноября 2021 года № 615 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2022 год»;

- признать недействующим со дня принятия пункт 10459 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 17 октября 2022 года № 555 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год».

Административное исковое заявление мотивировано тем, что административный истец с ДД.ММ.ГГГГ является собственником объекта недвижимости – нежилого здания, площадью 628,8 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенного по адресу: Удмуртская Республика, <адрес>, №а. В данном здании отсутствуют помещения, имеющие торгово-офисное наименование и предназначение, а также отсутствуют помещения, предназначенные для размещения объектов бытового обслуживания. Земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, на котором расположено указанное здание, собственником которого является административный истец, имеет вид разрешенного использования – эксплуатация и обслуживание объекта бытового обслуживания. Вместе с тем, формальное расположение объекта недвижимости на названном земельном участке без установления предназначения и фактического использования здания, не может служить основанием для однозначного отнесения спорного здания к объектам недвижимости, налоговая база в отношении которых должна определяться как их кадастровая стоимость. В этой связи, включение принадлежащего административному истцу здания в оспариваемые Перечни административный истец считает противоречащим статье 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации и статье 1.1 Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций и Удмуртской Республике», ввиду того, что отсутствовали доказательства позволявшие отнести спорный объект недвижимости к административно-деловым центрам, торговым центрам (комплексам) либо к нежилым помещениям, предназначенным для размещения офисов, торговых объектов общественного питания и бытового обслуживания либо его фактического использования в названных целях. Административный истец полагает, что оспариваемые нормативные правовые акты нарушают его права, так как незаконно возлагают на неё обязанность уплачивать имущественный налог в порядке статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, то есть в повышенном размере.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Администрация муниципального образования «Город Ижевск», Министерство строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Удмуртской Республики (т.2 л.д.21-24, 111-117).

В судебное заседание административный истец, представители заинтересованных лиц Администрации муниципального образования «Город Ижевск», Министерства строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Удмуртской Республики не явились, в материалах дела имеются сведения о надлежащем извещении указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства.

В соответствии с частью 5 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту – КАС РФ) суд определил дело рассмотреть по существу в отсутствие указанных лиц, признав явку не обязательной.

В судебном заседании представитель административного истца Б.А.А. заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в административном иске, просил их удовлетворить.

Представители административных ответчиков Правительства Удмуртской Республики и Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики Ш.В.С., Т.К.Ю. в судебном заседании возражали против удовлетворения административного искового заявления. Суду пояснили, что фактическое обследование указанного объекта недвижимости на момент включения его в оспариваемые Перечни не проводилось, так как собственник к ответчикам по этому вопросу не обращался. Вместе с тем, вид разрешенного использования земельного участка, на котором расположено спорное здание однозначно предусматривает размещение на нем объектов бытового обслуживания. Кроме того, согласно техническому паспорту в отношении данного здания, в нем имеются помещения, предназначенные для общественного питания и бытового обслуживания, такие как кухня, мойка, постирочная, столовая, бассейн, парилка.

Выслушав доводы представителя административного истца, представителей административных ответчиков, исследовав материалы административного дела, заслушав заключение прокурора о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований, суд приходит к следующему.

Положениями статей 208, 213 и 215 КАС РФ предусмотрено, что лица, в отношении которых применен нормативный правовой акт, а также лица, которые являются субъектами отношений, регулируемых оспариваемым нормативным правовым актом, вправе обратиться в суд с административным исковым заявлением о признании такого нормативного правового не действующим полностью или в части, если они полагают, что этим актом нарушены или нарушаются их права, свободы и законные интересы. Нормативный правовой акт может быть признан судом недействующим полностью или в части, если установлено его противоречие (несоответствие) иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Материалами дела подтверждается, что административный истец С.А.В. с 14 сентября 2015 года является собственником объекта недвижимости – здания, назначение – нежилое, наименование – здание, площадью 628,8 кв.м., количество этажей 4, в том числе один подземный этаж, с кадастровым номером 18:26:040489:30, расположенного по адресу: Удмуртская Республика, <адрес>, №а (т.1 л.д.25-27,57-59).

Данное здание расположено на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, относящегося к категории - земли населенных пунктов, с разрешенным использованием – эксплуатация и обслуживание объекта бытового обслуживания, собственником которого с 09 января 2019 года является административный истец (т.1 л.д.37-38,62-64, т.2 л.д.81-86).

Вид разрешенного использования названного земельного участка по состоянию на даты принятия оспариваемых нормативных правовых актов (30 октября 2020 года, 09 ноября 2021 года и 17 октября 2022 года) был аналогичным (т.1 л.д. 65).

В силу статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Оспариваемыми в части нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации урегулированы общественные отношения в сфере налогообложения.

Согласно статей 72 и 76 Конституции Российской Федерации установление общих принципов налогообложения и сборов в Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Законы и иные нормативные правовые акты субъектов не могут противоречить федеральным законам. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон.

Подпунктом 33 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06 октября 1999 года №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», действующего на момент принятия оспариваемых нормативных правовых актов, к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, было отнесено решение вопросов установления, изменения и отмены региональных налогов и сборов, а также установления налоговых ставок по федеральным налогам в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Аналогичные полномочия органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения закреплены в пункте 67 части 1 статьи 44 Федерального закона от 21 декабря 2021 года №414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации».

Спорное здание было включено под пунктами 9430, 10551 и 10459 в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2021, 2022 и 2023 годы.

Налог на имущество физических лиц является местным налогом, устанавливается и вводится в действие в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации (далее по тексту – НК РФ) и нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований, вводится в действие и прекращает действовать в соответствии с НК РФ и нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований и обязателен к уплате на территориях этих муниципальных образований (статья 399 названного кодекса).

В силу статьи 400 НК РФ физические лица являются налогоплательщиками налога на находящееся у них в собственности имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со статьей 401 названного кодекса, которая к таковому относит, в том числе единый недвижимый комплекс и иные здания, строение, сооружение, помещение (подпункты 4 и 6 пункта 1 названной статьи).

Таким образом, административный истец, в связи с находящимся в его собственности зданием с кадастровым номером <данные изъяты>, является плательщиком налога на имущество физических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 403 НК РФ, если иное не установлено настоящим пунктом, налоговая база определяется в отношении каждого объекта налогообложения как его кадастровая стоимость, внесенная в Единый государственный реестр недвижимости и подлежащая применению с 1 января года, являющегося налоговым периодом, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Согласно подпункта 2 пункта 2 статьи 406 НК РФ, налоговые ставки устанавливаются нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований (законами городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя, нормативными правовыми актами представительного органа федеральной территории «Сириус») в размерах, не превышающих: 2 процентов в отношении объектов налогообложения, включенных в перечень, определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 настоящего Кодекса.

Налог на имущество физических лиц на территории муниципального образования «Город Ижевск» урегулирован решением Городской думы г. Ижевска от 20 ноября 2014 года № 658 «О налоге на имущество физических лиц на территории муниципального образования «Город Ижевск», в соответствии с которым этот налог в отношении объектов налогообложения, включенных в перечень объектов недвижимого имущества, утверждаемый Правительством Удмуртской Республики, определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, в отношении объектов налогообложения, предусмотренных абзацем вторым пункта 10 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, исчисляется исходя из кадастровой стоимости недвижимого имущества.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что административный истец является субъектом правоотношений, регулируемых оспариваемыми нормативными правовыми актами, поскольку права административного истца в связи с включением спорного здания в оспариваемые Перечни затрагиваются, в связи с чем, она обладает правом на обжалование нормативных правовых актов в указанных частях.

Частью 2 статьи 1.1. Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике» предусмотрено, что налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества применяется к объектам недвижимости, указанным в пунктах 1 и 2 части 1 настоящей статьи, включенным в перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на соответствующий налоговый период, утверждаемый Правительством Удмуртской Республики.

Пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ установлено, что уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее 1 числа очередного налогового периода по налогу на имущество организаций определяет на этот налоговый период перечень объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 статьи 378.2 Кодекса, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.

Таким образом, формирование перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется исходя из их кадастровой стоимости, в том числе и для целей исчисления и уплаты налога, регламентируется пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ и конкретизирующими его положения актами.

В связи с указанными основаниями, суд приходит к выводу, что в Удмуртской Республике в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ уполномоченным органом исполнительной власти по определению перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на соответствующий налоговый период является Правительство Удмуртской Республики.

Правительство Удмуртской Республики в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации, актами Правительства Российской Федерации, Конституцией Удмуртской Республики, настоящим Законом, другими законами Удмуртской Республики, актами Главы Удмуртской Республики издает постановления и распоряжения, обеспечивает их исполнение. Акты, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений Правительства Удмуртской Республики (статья 13 Закона Удмуртской Республики от 13 декабря 2016 года №84-РЗ «О Правительстве Удмуртской Республики»).

Реализуя свои полномочия, Правительство Удмуртской Республики утвердило:

- Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2021 год, издав постановление № 528 от 30 октября 2020 года;

- Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2022 год, издав постановление № 615 от 09 ноября 2021 года;

- Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, издав постановление № 555 от 17 октября 2022 года.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2021 год, вышеуказанное нежилое здание с кадастровым номером <данные изъяты>, находящее у административного истца в собственности, вошло в данный перечень, что нашло отражение в пункте 9430.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики № 528 от 30 октября 2020 года опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) 06 ноября 2020 года и 07 ноября 2020 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики № 528 от 30 октября 2020 года неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемого пункта №9430.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2022 год, вышеуказанное нежилое здание с кадастровым номером <данные изъяты>, находящее у административного истца в собственности, вошло в данный перечень, что нашло отражение в пункте 10551.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики № 615 от 09 ноября 2021 года опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) 11 ноября 2021 года и 13 ноября 2021 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики № 615 от 09 ноября 2021 года неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемого пункта 10551.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, вышеуказанное нежилое здание с кадастровым номером <данные изъяты>, находящее у административного истца в собственности, вошло в данный перечень, что нашло отражение в пункте 10459.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики № 555 от 17 октября 2022 года опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) 17 октября 2022 года и 20 октября 2022 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики № 555 от 17 октября 2022 года неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемого пункта 10459.

В соответствии с пунктом 9 статьи 378.2 НК РФ вид фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений определяется уполномоченным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в соответствии с порядком определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений, устанавливаемым с учетом положений пунктов 3, 4, 5 настоящей статьи высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации.

Положение о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения утверждено постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270 (далее – Положение о порядке определения вида фактического использования).

Согласно пункта 2 названного Положения о порядке определения вида фактического использования, мероприятия по определению вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения осуществляются Министерством имущественных отношений Удмуртской Республики.

Исходя из положений пункта 31 названного Положения, Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики осуществляет подготовку перечня объектов недвижимости на очередной налоговый период для утверждения Правительством Удмуртской Республики.

Проанализировав установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что при принятии оспариваемых нормативных правовых актов порядок их принятия соблюден, а именно оспариваемые нормативные правовые акты приняты Правительством Удмуртской Республики в соответствии с установленными полномочиями, кроме того, их форма, процедура принятия, правила введения в действие и опубликования соблюдены.

На момент рассмотрения настоящего административного дела, оспариваемые нормативные правовые акты вступили в силу, являются действующими, административное исковое заявление подано суд в период действия данных нормативных правовых актов.

По смыслу положений главы 21 КАС РФ, в том числе и положений статьи 209 КАС РФ, надлежащим административным ответчиком по данной категории административных дел является орган государственной власти, принявший оспариваемый нормативный правовой акт, то есть в данном случае Правительство Удмуртской Республики, а не Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики, которое осуществляло подготовку Перечня объектов недвижимости на очередной налоговый период для утверждения Правительством Удмуртской Республики.

В связи с этим в удовлетворении требований к Министерству имущественных отношений Удмуртской Республики следует отказать.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 21 постановления Пленума от 25 декабря 2018 года № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами».

Согласно пункту 1 статьи 378.2 НК РФ налоговая база определяется с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, как кадастровая стоимость имущества, утвержденная в установленном порядке, в отношении административно-деловых центров и торговых центров (комплексов) и помещений в них; нежилых помещений, назначение которых в соответствии с кадастровыми паспортами объектов недвижимости или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривают размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания.

Согласно пункту 3 статьи 378.2 НК РФ административно-деловым центром признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий:

1) здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения;

2) здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях делового, административного или коммерческого назначения. При этом:

здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях делового, административного или коммерческого назначения, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки);

фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях делового, административного или коммерческого назначения признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки).

Согласно пункту 4 статьи 378.2 НК РФ торговым центром (комплексом) признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий:

1) здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания;

2) здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. При этом:

здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания;

фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Согласно пункту 4.1 статьи 378.2 НК РФ, в целях настоящей статьи отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам, признается одновременно как административно-деловой центр, так и торговый центр (комплекс), если такое здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

В целях настоящего пункта:

- здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания;

фактическим использованием здания (строения, сооружения) одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Согласно пункту 5 статьи 378.2 НК РФ в целях настоящей статьи фактическим использованием нежилого помещения для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

С учетом особенностей, установленных статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 1.1. Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике» налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества определяется в отношении следующих видов недвижимого имущества, признаваемого объектом налогообложения:

1) административно-деловые центры и торговые центры (комплексы) и помещения в них (за исключением административно-деловых центров и (или) помещений, находящихся в оперативном управлении государственных органов Удмуртской Республики, государственных учреждений Удмуртской Республики, органов местного самоуправления в Удмуртской Республике и созданных ими муниципальных учреждений);

2) нежилые помещения, назначение, разрешенное использование или наименование которых в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривает размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания.

Таким образом, в силу положений пунктов 1, 3, 4, 4.1, 5 статьи 378.2 НК РФ основанием для включения объекта недвижимости в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на соответствующий год, являются данные о назначении зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документах технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости, а также данные о видах разрешенного использования земельного участка либо данные о фактическом использовании в целях делового, административного или коммерческого назначения, для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания или объектов бытового обслуживания. При этом фактическим использованием объекта недвижимости в указанных целях признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

То есть, согласно статье 378.2 НК РФ для признания законным включение объекта недвижимости в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, достаточно установления его соответствия одному из условий, указанных в пунктах 3 - 4.1 или подпункта 2 пункта 1 и пункта 5 названной статьи.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что согласно сведений Единого государственного реестра недвижимости, объект недвижимости с кадастровым номером 18:26:040489:30 по своему наименованию и назначению является нежилым зданием площадью 628,8 кв.м. (т.1 л.д.57-59).

В соответствии с экспликацией к поэтажному плану строения (технический паспорт, составленный ГУП «Удмурттехинвентаризация» по состоянию на 10 апреля 2007 года (т.1 л.д.10-24, 128-143,237-248, т.2 л.д.5-19) исследуемое нежилое здание состоит из следующих помещений:

Литера «А»:

- назначение помещений подвала: коридоры, санузел, душевая, постирочная, кухня, мойки, кладовая, подсобная, раздевалка;

- назначение помещений 1 этажа: лестничный марш, кухня, мойки, коридоры, столовые, кладовая, санузлы, шкаф, гостиничный номер;

- назначение помещений 2 этажа: гостиничные номера, санузлы, шкаф, коридоры, кладовая;

- назначение помещений мансарды: гостиничные номера, санузлы;

Литера «Пр1»:

- назначение помещений Пр1 (подвал): бойлерная, котельная;

- назначение помещений Пр1 (1 этаж): тамбур, коридор;

- назначение помещений Пр1 (2 этаж): коридор;

- назначение помещений Пр1 (мансарда): коридор;

Литера «Пр2»:

- назначение помещений Пр2 (1 этаж): коридор, шкафы;

- назначение помещений Пр2 (2 этаж): коридор;

- назначение помещений Пр2 (мансарда): коридор;

Литера «Б»:

- назначение помещений 1 этажа: тамбур, коридоры, санузел, моечная, парилка, бассейн, комната отдыха.

Вместе с тем, само по себе такое назначение помещений, как «кухня», «мойка», «столовая» не свидетельствует об однозначном отнесении этих помещений к объектам общественного питания.

Так, согласно Национальному стандарту Российской Федерации ГОСТ 31985-2013 «Услуги общественного питания. Термины и определения» общественное питание (индустрия питания) - это самостоятельная отрасль экономики, состоящая из предприятий различных форм собственности и организационно-управленческой структуры, организующая питание населения, а также производство и реализацию готовой продукции и полуфабрикатов, как на предприятии общественного питания, так и вне его, с возможностью оказания широкого перечня услуг по организации досуга и других дополнительных услуг.Предприятие общественного питания (предприятие питания): Объект хозяйственной деятельности, предназначенный для изготовления продукции общественного питания, создания условий для потребления и реализации продукции общественного питания и покупных товаров (в т.ч. пищевых продуктов промышленного изготовления), как на месте изготовления, так и вне его по заказам, а также для оказания разнообразных дополнительных услуг, в том числе по организации досуга потребителей (подпункты 1, 3 пункта 2 Стандарта).

При этом по смыслу подпункта 16 пункта 2 Стандарта помещения с наименованием «столовая», «кухня», «мойка» не относятся к самостоятельным объектам общественного питания.

В данном случае, суд исходит из того, что гостиничные услуги – это комплекс услуг по предоставлению физическим лицам средства размещения и иных услуг, предусмотренных Правилами предоставления гостиничных услуг в Российской Федерации, которые предоставляются индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами.

Состав услуг, входящих в гостиничные услуги, определяется требованиями, установленными Положением о классификации гостиниц, утверждаемым в соответствии с частью 7 статьи 5 Федерального закона от 24 ноября 1996 года № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации», в зависимости от вида и категории гостиницы (статья 1 Закона № 132-ФЗ, пункт 2 Правил предоставления гостиничных услуг в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 ноября 2020 года № 1853).

Деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания, согласно содержанию кода классификации 55.10 Общероссийского классификатора видов экономической деятельности ОК 029-2014 (КДЕС Ред. 2), утвержденного Приказом Росстандарта от 31 января 2014 года № 14-ст, включает предоставление мест посетителям для проживания на срок от дня или недели, преимущественно для временного пребывания. Она включает в себя предоставление меблированных гостиничных номеров различных категорий с заправкой постели, сменой постельного белья и ежедневной уборкой. В перечень дополнительных услуг могут входить: обеспечение питанием и напитками, предоставление автостоянки, услуги прачечной, библиотеки, плавательных бассейнов и тренажерных залов, комнат отдыха и развлечений, а также предоставление конференц-залов и залов для совещаний.

Вместе с тем, Общероссийским классификатором видов экономической деятельности, продукции и услуг (ОКВЭД2) ОК 029-2014 (КДЕС Ред. 2), распоряжением Правительства Российской Федерации от 24 ноября 2016 года № 2496-р, деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания (55.10) не отнесена к бытовым услугам, в отношении которых статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации установлены особенности исчисления налоговой базы.

Вышеназванный ГОСТ 31985-2013 «Межгосударственный стандарт. Услуги общественного питания. Термины и определения» деятельность гостиниц к самостоятельным услугам общественного питания также не относит.

При этом доказательств того, что в спорном объекте недвижимости в соответствии с ГОСТ 30389-2013 организован и функционирует объект общественного питания, оказывающий в качестве самостоятельного вида деятельности услуги общественного питания, стороной административных ответчиков не представлено.

В соответствии с пунктом 4.3 «ГОСТ Р 57015-2016. Национальный стандарт Российской Федерации. Услуги населению. Услуги бассейнов. Общие требования» (утвержден и введен в действие приказом Росстандарта от 20 июля 2016 года № 860-ст) к основным функциям бассейнов относят оздоровительные, спортивные и рекреационные.

Исходя из положений «ГОСТ Р 50646-2012. Национальный стандарт Российской Федерации. Услуги населению. Термины и определения» (утвержден и введен в действие приказом Росстандарта от 29 ноября 2012 года N 1612-ст), услуги культуры, спорта, туризма, организация отдых и досуга относятся к социально-культурным услугам, а не к бытовым услугам.

При таких обстоятельствах отнесение помещений бассейна, моечной, парилки, постирочной, находящихся в здании гостиницы, к числу помещений, предназначенных для использования в целях оказания бытовых услуг населению не основано на нормах действующего законодательства.

В соответствии с вышеуказанной технической документацией в отношении исследуемого здания с кадастровым номером 18:26:040489:30, основными помещениями в указанном здании являются гостиничные номера. Все остальные помещения, в том числе, «кухни», «мойки», «столовые», «бассейн», «моечная», «парилка», «постирочная» являются помещениями вспомогательного назначения для реализации гостиничного бизнеса, не предусматривающими самостоятельное оказание услуг общественного питания и бытового обслуживания.

Факт размещения в исследуемом здании помещений гостиницы в юридически значимые периоды времени и в настоящее время подтверждается, кроме того, актом обследования и категорирования гостиниц и иных средств размещения от 27 июня 2017 года (т.2 л.д.58-59), свидетельством о присвоении гостинице категории №АА-022/261-2020 от 30 декабря 2020 года (т.2 л.д.60), сведениями из открытых источников сети «Интернет» (т.2 л.д.53, 173), ответом Управления земельных ресурсов и землеустройства Администрации города Ижевска от 28 февраля 2019 года №01-09-ОП/1117 (т.2 л.д.34).

Из объяснений стороны административных ответчиков Правительства Удмуртской Республики и Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики следует, что в данном случае основанием для включения спорного здания, принадлежащего административному истцу, в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, послужили данные, полученные в порядке межведомственного взаимодействия, в том числе, без фактического обследования данного здания.

Так, в соответствии с пунктом 2 Положения о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270, в целях определения вида фактического использования объектов недвижимости Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики осуществляет следующие мероприятия:

- проводит анализ сведений из Единого государственного реестра недвижимости, ежегодно представляемых Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике, на предмет выявления объектов недвижимости, соответствующих критериям, установленным статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 1.1 Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике»;

- проводит анализ информации, содержащейся в торговом реестре Удмуртской Республики, ведение которого осуществляется Министерством промышленности и торговли Удмуртской Республики в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2009 года № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации»;

- проводит анализ информации об объектах недвижимости из открытых источников, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»;

- запрашивает у бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» сведения о виде фактического использования объектов недвижимости, в отношении которых Учреждением проведена государственная кадастровая оценка;

- запрашивает у муниципальных образований, образованных на территории Удмуртской Республики, информацию о наличии на территории соответствующих муниципальных образований объектов недвижимости, соответствующих критериям (при необходимости), проводит анализ представленных сведений;

- направляет запросы посредством межведомственного информационного взаимодействия (при необходимости);

- формирует и утверждает план проведения обследований объектов недвижимости на очередной налоговый период в целях определения вида их фактического использования;

- обследует объекты недвижимости в целях определения вида их фактического использования по заявлениям об определении вида фактического использования объектов недвижимости, поступившим в Министерство от собственников (владельцев) объектов недвижимости (юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, граждан).

В целях определения вида фактического использования объектов недвижимости Бюджетное учреждение Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества», в том числе, обследует объекты недвижимости в соответствии с Планом обследований (пункт 3 Положения).

Вместе с тем, судом не установлено, что в ходе подготовки проектов оспариваемых нормативных правовых актов было проведено обследование здания, принадлежащего административному истцу.

Напротив, представителями Правительства Удмуртской Республики и Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики в судебном заседании подтверждалось, что данное обследование объекта недвижимости в юридически значимые периоды времени не производилось.

Таким образом, из материалов административного дела усматривается, что какими-либо объективными данными, которые достоверно свидетельствовали бы о том, что спорное нежилое здание является торговым центром (комплексом), а так же о том, что его предназначением является для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, и использовании для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, а равно об использовании для этих целей более 20 процентов общей площади здания, административные ответчики не располагали.

При указанных обстоятельствах, на основании сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, и в документах технического учета (инвентаризации), а также по виду фактического использования, спорное здание с кадастровым номером <данные изъяты> не могло быть включено в оспариваемые Перечни.

В ходе рассмотрения дела представители административного ответчика Правительства Удмуртской Республики и заинтересованного лица Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики поясняли, что одним из оснований для включения спорного объекта недвижимости в оспариваемые Перечни послужил, в том числе, вид разрешённого использования земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, на котором расположен исследуемый объект недвижимости.

Как установлено в судебном заседании, на момент принятия оспариваемых Перечней земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> имел и имеет в настоящее время вид разрешенного использования - эксплуатация и обслуживание объекта бытового обслуживания.

В силу закрепленных в статье 3 НК РФ основных начал законодательства о налогах и сборах акты законодательства о налогах и сборах должны быть сформулированы таким образом, чтобы каждый точно знал, какие налоги, когда и в каком порядке он должен платить, а все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (пункты 6 и 7 статьи 3 НК РФ).

Законодатель в подпункте 1 пункта 3, подпункте 1 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, приводя условия, при наличии которых здание признается административно-деловым и (или) торговым центром, четко указал, что вид разрешенного использования земельного участка должен предусматривать возможность размещения на нем офисных зданий различного, в том числе, административного назначения и (или) торговых объектов и (или) объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2020 года № 46-П, взаимосвязанные положения Градостроительного кодекса Российской Федерации и Земельного кодекса Российской Федерации допускают установление нескольких (основных и вспомогательных) видов разрешенного использования для одного земельного участка, а также размещение на нем как одного, так и нескольких объектов недвижимости единого или разного назначения. Между тем если среди прочих видов разрешенного использования участка допускается размещение объектов торговли, общественного питания, бытового обслуживания, то все размещенные на нем здания (строения, сооружения) приобретают статус торгового центра (комплекса) в качестве объекта налога на имущество организаций с налоговой базой, исчисляемой по кадастровой стоимости. При допустимой в силу закона множественности видов разрешенного использования земельного участка с правом использовать размещенные на нем здания (строения, сооружения) не только в качестве торговых (деловых) центров подпункт 1 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации предрешает отнесение любых объектов недвижимости к тем, для которых налоговая база по налогу на имущество организаций определяется с учетом кадастровой стоимости, принимая во внимание один лишь из видов разрешенного использования участка безотносительно к назначению и (или) фактическому использованию размещенных на нем зданий (строений, сооружений).

Взимание налога на имущество организаций исходя из налоговой базы, определяемой по кадастровой стоимости зданий (строений, сооружений) исключительно из того, что они расположены на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, хотя объект недвижимости имеет иное назначение и (или) фактическую эксплуатацию, не оправданно в конституционно-правовом отношении, поскольку допускает возложение повышенной налоговой нагрузки на налогоплательщика без экономических на то оснований и не позволяет - вопреки статьям 19 (части 1 и 2) и 57 Конституции Российской Федерации, принципам равенства и справедливости налогообложения - применить для расчета налоговой базы более благоприятное для налогоплательщика общее правило ее определения исходя из среднегодовой стоимости имущества, признаваемого объектом налогообложения.

Принимая во внимание изложенное, Конституционный Суд Российской Федерации также указал, что подпункт 1 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может служить основанием для возложения на налогоплательщика обязанности определять налоговую базу по налогу на имущество организаций исходя из кадастровой стоимости здания (строения, сооружения) исключительно в связи с тем, что один из видов разрешенного использования арендуемого налогоплательщиком земельного участка, на котором расположено принадлежащее ему недвижимое имущество, предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, независимо от предназначения и фактического использования здания (строения, сооружения).

По смыслу приведенной правовой позиции в случае установления в отношении земельного участка нескольких видов разрешенного использования, для отнесения расположенных на таком участке объектов к объектам, налоговая база в отношении которых определяется как их кадастровая стоимость, суд должен исходить из того, что необходимо оценить, используется ли фактически здание в соответствии с тем предназначением земельного участка, которое поименовано в статье 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

При этом здание (строение, сооружение) признается не предназначенным и фактически не используемым для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания с учетом двадцатипроцентного критерия, предусмотренного подпунктом 2 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

С учетом анализа указанных норм налогового законодательства и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу, что формальное расположение спорного объекта недвижимости на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, вид разрешенного использования которого предусматривает эксплуатацию и обслуживание объекта бытового обслуживания, без установления предназначения и фактического использования здания, не может служить основанием для отнесения спорного здания к объектам недвижимости, налоговая база в отношении которых определяется как их кадастровая стоимость, в связи с чем содержание вида разрешенного использования земельного участка должно быть установлено с учетом фактического использования объекта недвижимости, расположенного на таком земельном участке.

То есть, спорное здание не могло быть включено в оспариваемые Перечни только по виду разрешенного использования земельного участка, на котором оно расположено, без исследования вопроса о наличии иных оснований, установленных статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, в спорном здании размещены помещения гостиницы. При этом, повторим, что деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания не отнесена к бытовым услугам, в отношении которых статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации установлены особенности исчисления налоговой базы.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что эксплуатация здания с кадастровым номером <данные изъяты> и имеющихся в нем помещений по указанному виду разрешённого использования земельного участка (эксплуатация и обслуживание объекта бытового обслуживания) невозможна, поскольку деятельность гостиниц не отнесена законом к деятельности по оказанию бытовых услуг.

Наряду с этим, как указывалось судом ранее, в отношении здания не проводились мероприятия по определению вида его фактического использования, акт обследования недвижимости в установленном порядке не составлялся.

Кроме того, по делу установлено, что в документах технического учета (инвентаризации) не содержится сведений, которые позволяли бы отнести принадлежащее административному истцу здание к объектам, в отношении которых налоговая база должна определяться как кадастровая стоимость.

Также судом учитывается позиция Конституционного Суда Российской Федерации, который неоднократно указывал на необходимость исследования судами фактических обстоятельств конкретного дела по существу и недопустимость установления одних лишь формальных условий применения нормы, иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказалось бы серьезно ущемленным.

Формальный подход тем более не должен допускаться в делах, в которых гражданин в отношениях с органами публичной власти выступает как слабая сторона и в которых применение правовых норм без учета всех обстоятельств дела может привести к тому, что его имущественное положение будет значительно ухудшено вопреки целям социального государства, призванного создавать условия для достойной жизни и свободного развития граждан (постановления от 12 июля 2007 года № 10-П «По делу о проверке конституционности положения абзаца третьего части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО2 и ФИО3», от 13 декабря 2016 года № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО4 и других», от 11 февраля 2019 года № 9-П «По делу о проверке конституционности части 5 статьи 13 Федерального закона «Об особенностях регулирования отдельных правоотношений в связи с присоединением к субъекту Российской Федерации - городу федерального значения Москве территорий и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобами граждан ФИО5 и ФИО6»).

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации о том, что налоговые обязательства производны от экономической деятельности, а налоги должны быть установлены в их общей системе сообразно их существу, имея в виду экономическую обоснованность налогов и недопустимость их произвольного введения; взимание налога на имущество организаций исходя из налоговой базы, определяемой по кадастровой стоимости зданий (строений, сооружений) исключительно из того, что они расположены на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, хотя объект недвижимости имеет иное назначение и (или) фактическую эксплуатацию, неоправданно в конституционно-правовом отношении, поскольку допускает возложение повышенной налоговой нагрузки на налогоплательщика без экономических на то оснований и не позволяет - вопреки статьям 19 (части 1 и 2) и 57 Конституции Российской Федерации, принципам равенства и справедливости налогообложения - применить для расчета налоговой базы более благоприятное для налогоплательщика общее правило ее определения исходя из среднегодовой стоимости имущества, признаваемого объектом налогообложения. При этом отказ налогоплательщику в таком праве не обусловлен объективной невозможностью по объектного (индивидуального) определения налоговой базы с учетом среднегодовой стоимости имущества, а также не связан с правомерными целями градостроительной политики и другими конституционно оправданными причинами. Иными словами, конституционно-правовых оснований такой отказ не имеет и недопустим в системе действующего правового регулирования во всяком случае в отношении тех организаций, чье недвижимое имущество расположено на земельных участках, которыми они владеют на условиях аренды, (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2020 года № 46-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой открытого акционерного общества «Московская шерстопрядильная фабрика», Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11 марта 2021 года № 374-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Торговый мир» на нарушение его конституционных прав подпунктом 1 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации»).

В силу прямого предписания, содержащегося в части 9 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, административный ответчик Правительство Удмуртской Республики обязан доказать законность включения спорного здания в Перечни объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость.

Между тем, Правительством Удмуртской Республики относимых и допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих соответствие спорного здания критериям, установленным Налоговым кодексом Российской Федерации и необходимым для включения названного объекта в оспариваемые Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, суду не представлено.

Напротив, судом установлено, что объект недвижимости с кадастровым номером <данные изъяты> не обладает признаками объекта налогообложения, предусмотренными статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 1.1 Закона Удмуртской Республики «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике».

В оспариваемых частях постановление Правительства Удмуртской Республики от 30 октября 2020 года № 528, постановление Правительства Удмуртской Республики 09 ноября 2021 года № 615, постановление Правительства Удмуртской Республики от 17 октября 2022 года № 555 в силу положений статьи 6 Налогового кодекса Российской Федерации являются не соответствующими Налоговому кодексу Российской Федерации, а так же не соответствуют положениям статьи 1.1 Закона Удмуртской Республики «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике».

Налог на имущество физических лиц относится к местным налогам, устанавливается Налоговым кодексом Российской Федерации и нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований, вводится в действие и прекращает действовать в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации и нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований и обязателен к уплате на территориях этих муниципальных образований (подпункт 2 статьи 15, абзац первый пункта 1 статьи 399 Налогового кодекса Российской Федерации).

Учитывая положения статей 400, 403, 406 Налогового кодекса Российской Федерации при включении объекта недвижимости в Перечни, определяемые в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ, то есть в оспариваемые Перечни, на административного истца возлагается обязанность по уплате налога по более высокой ставке, поэтому административный истец обоснованно обратилась с настоящим административным иском в суд.

Поскольку материалы дела не содержат достаточных и бесспорных доказательств того, что принадлежащее административному истцу здание по своему техническому назначению и фактическому использованию подпадает под критерии, установленные пунктом 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, и учитывая правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что административное исковое заявление С.А.В. об оспаривании нормативных правовых актов в части подлежит удовлетворению.

Суд отклоняет доводы административных ответчиков, так как каких-либо доказательств их обоснованности не представлено.

Исходя из смысла положений части 2 статьи 215 КАС РФ, нормативный правовой акт может быть признан недействующим как со дня его принятия, так и с иного указанного судом времени.

Определяя момент, с которого оспариваемые нормативные правовые акты должны быть признаны недействующими в оспариваемых частях, суд принимает во внимание то, что административный истец в зависимости от принятого решения не будет являться налогоплательщиком налога в отношении названного ранее объекта недвижимости в соответствии со статьей 378.2 НК РФ, поэтому оспариваемые части подлежат признанию недействующими со дня принятия данных нормативных правовых актов, иная дата не достигнет цели восстановления нарушенных прав и законных интересов административного истца.

С учетом положений части 4 статьи 215 КАС РФ сообщение о принятии судом настоящего решения подлежит опубликованию в течение месяца со дня его вступления в законную силу на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики - http://www.udmurt.ru.

В соответствии с частью 1 статьи 103 КАС РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела.

В силу статьи 111 КАС РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных статьей 107 и частью 3 статьи 109 настоящего Кодекса.

Подпунктом 6 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации установлен размер государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, об оспаривании нормативных правовых актов, который для физических лиц составляет 300 рублей.

Поскольку административным истцом оспаривается три самостоятельных нормативных правовых акта, постольку им обосновано была уплачена государственная пошлина в размере 900 рублей (300*3).

Поэтому при удовлетворении требований административного истца, в её пользу с административного ответчика Правительства Удмуртской Республики, подлежит взысканию государственная пошлина, фактически уплаченная при подаче административного искового заявления.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административное исковое заявление индивидуального предпринимателя С.А.В. к Правительству Удмуртской Республики о признании нормативных правовых актов недействующими в части удовлетворить.

Признать недействующим со дня принятия пункт 9430 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2021 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 30 октября 2020 года № 528 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2021 год».

Признать недействующим со дня принятия пункт 10551 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2022 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 09 ноября 2021 года № 615 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2022 год».

Признать недействующим со дня принятия пункт 10459 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 17 октября 2022 года № 555 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год».

Обязать Правительство Удмуртской Республики опубликовать сообщение о принятии настоящего решения суда на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с Правительства Удмуртской Республики в пользу С.А.В. судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 900 (девятьсот) рублей 00 копеек.

В удовлетворении административного искового заявления индивидуального предпринимателя С.А.В. к Министерству имущественных отношений Удмуртской Республики о признании нормативных правовых актов недействующими в части отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в мотивированной форме в апелляционную инстанцию – Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции (город Нижний Новгород) через Верховный Суд Удмуртской Республики путем подачи апелляционной жалобы.

Решение в мотивированной форме принято судом 21 апреля 2023 года.

Судья К.Ю. Малков

Копия верна:

Судья К.Ю. Малков