66RS0051-01-2025-001363-46

Решение

Именем Российской Федерации

г. Серов Свердловской области «01» декабря 2025 года

Серовский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Фарафоновой Е.А., при секретаре судебного заседания Семеновой Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1251/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Сбербанк России» о защите прав потребителя; о признании недействительным кредитного договора, о взыскании суммы денежных средств похищенных с вклада, о взыскании морального вреда и штрафа,

при участии истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Серовский районный суд Свердловской области с вышеуказанным исковым заявлением к ПАО «Сбербанк России».

В обосновании исковых требований указано о том, что в период с 16.02.2025 года по 17.02.2025 года, неустановленные лица, в ходе телефонных переговоров и переписки в мессенджере «Телеграмм», путем обмана, запугивания и злоупотребления доверием, ввели в заблуждение несовершеннолетнюю ФИО4, незаконным путем похитили личные денежные средства истца. 20.02.2025 года следователем отдела полиции (п. Калинино) СУ УМВД России по г. Краснодар ФИО5 возбуждено уголовное дело № по ч.3 ст. 159 УК РФ, где истец признана потерпевшей. Причиненный моральный вред от оформленного на ее имя кредита и хищения денежных средств с ее вклада, оценивает в 200 000 руб..

В исковом заявлении просит: Признать недействительным с момента его заключения, кредитный договор № на сумму 370 000 руб., счет № ставка 49,8% годовых, заключенный между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1, с нарушением прав потребителя. В качестве последствий недействительности сделок освободить ФИО1 от исполнения обязательств по указанному кредитному договору. Обязать ПАО «Сбербанк России» внести изменения в кредитную историю ФИО1 и исключить сведения относительно указанного кредитного договора. Определить фактического владельца и судьбу денежных средств, в размере 351 321,92 руб. переведенных мошенниками с кредитной карты, на карту VISA ***9958 счет № ПАО «Сбербанк России» на имя ФИО1, по операции заблокированной ПАО «Сбербанк». Взыскать с ПАО «Сбербанк России» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 479 623,2 руб. (из них списание процентов 5 917,3 руб.) похищенные неизвестными с банковского вклада «Управляй+» счет № в ПАО «Сбербанк России», в связи с нарушением ПАО «Сбербанк России» прав потребителя. Взыскать с ПАО «Сбербанк России» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 руб.. Взыскать с ПАО «Сбербанк России» штраф за отказ от добровольного удовлетворения исковых требований.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования и доводы, изложенные в их обоснование, поддержала.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании требования ФИО1 поддержала. Просит признать не заключенным договор между истцом и ПАО «Сбербанк России», освободить от обязательств и внести изменения в кредитную историю, исключить сведения о данном договоре. Считает, что банк не достаточно провел мероприятий для уведомления ее о данной ситуации. Считает, что банк обязан был позвонить ей и уточнить, оформляет она кредит или нет, денежные средства она не получала.

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала в полном объеме. Представила письменные возражения, в которых указала о том, что банк считает заявленные требования незаконными и необоснованными, не подлежащими удовлетворению. Возможность заключения кредитного договора, распоряжения денежными средствами через удаленные каналы обслуживания, путем подписания документов электронной подписью/аналогом собственноручной подписи, предусмотрена законом и договором банковского обслуживания. Довод ФИО1 о введении в заблуждение ее дочери третьими лицами, что привело к переводам денежных средств и оформлению кредита, является необоснованным, поскольку ответственность за операции, совершенные с использованием средств доступа в системе «Сбербанк Онлайн», несет Истец. Вопреки доводам Истца недобросовестное поведение в рассматриваемом случае усматривается именно из ее поведения, а не Банка. Довод ФИО1 о введении в заблуждение ее дочери третьими лицами, что привело к переводам денежных средств и оформлению кредита, является необоснованным, поскольку ответственность за операции, совершенные с использованием средств доступа в системе «Сбербанк Онлайн», несет Истец. Вопреки доводам Истца недобросовестное поведение в рассматриваемом случае усматривается именно из ее поведения, а не Банка. Клиент несет ответственность за последствия, наступившие в результате невыполнения либо ненадлежащего выполнения им условий договора, в частности предоставления третьим лицам доступа/разглашения своего идентификатора, паролей и кодов, используемых для совершения операций в системах Банка. Согласно предоставленным Банком доказательствам мобильный телефон не выбывал из владения Истца, СМС-сообщения с подтверждающими паролями получены Истцом, что указывает на совершение оспариваемых операций самим Истцом с его ведома, либо на ненадлежащее выполнение Истцом Условий заключенного между Клиентом и Банком договора, в частности, разглашение конфиденциальной информации о идентификаторе (логине), паролях и кодах, используемых для совершения операций в удаленных каналах обслуживания Банка. Именно Клиент в силу договора с Банком несет ответственность за последствия, наступившие в результате невыполнения либо ненадлежащего выполнения им условий договора, в частности, предоставления третьим лицам доступа/разглашения своего идентификатора, паролей и кодов, используемых для совершения операций в системах Банка (п. 6.3-6.6. 6.8 Условий ЦБР, п.п. 1.8. 1.9. 1.11. 3.19 Приложения № 1 к Условиям ЦБР. п. 3.14 Условий). Кроме того, Клиент нарушил условия договора между Банком и Клиентом, которые устанавливают порядок и правила обеспечения безопасности средств доступа на стороне Клиента. Согласно п. 1.8 Приложения № 1 к Условиям ДБО Банк информирует Клиентов о мерах безопасности при работе в удаленных каналах обслуживания, рисках Клиента и возможных последствиях для Клиента в случае несоблюдения им мер информационной безопасности, рекомендованных Банком. Ответственность Банка перед Клиентом ограничивается документально подтвержденным реальным ущербом, возникшим у Клиента в результате неправомерных действий или бездействия Банка, действующего преднамеренно или с грубой неосторожностью. Ни при каких обстоятельствах Банк не несет ответственности перед Клиентом за какие-либо косвенные, побочные или случайные убытки, или ущерб (в том числе упущенную выгоду), даже в случае, если он был уведомлен о возможности возникновения таких убытков или ущерба; Таким образом, согласно условиям договора риски, связанные с нарушением его условий со стороны Истца возлагаются на Истца. Все сделки, совершенные с использованием средств доступа, известных Клиенту, считаются сделками, совершенными самим Клиентом и он с этим согласен. Доводы Истца о передаче средств доступа третьему лицу не меняют правовую природу отношений между ней и Банком в силу доктрины видимости полномочий и применения по аналогии закона положений ГК РФ о представительстве (ст.ст. 182-189 ГК РФ). Клиент несет ответственность за последствия, наступившие в результате невыполнения либо ненадлежащего выполнения им условий договора, в частности, предоставления третьим лицам доступа/разглашения своего идентификатора, паролей и кодов, используемых для совершения операций в системах Банка. В данном случае риск совершения операций должен быть возложен на Клиента, поскольку именно он допустил передачу третьему лицу (при условии, что Истец не совершил спорные операции самостоятельно) соответствующие средства доступа/электронные средства платежа и пароли (в нарушение условий договора с Банком) и тем самым позволил сформироваться видимости того, что соответствующая операция проводится именно Клиентом. Поэтому в данной ситуации по аналогии применимы положения о защите видимости полномочий (полномочий в силу обстановки). Такое распределение рисков соответствует балансу интересов сторон и базовым принципам гражданского права. Кредитный договор считается совершенным от имени Клиента. Именно он обязан исключить возможность использования третьими лицами средств доступа, соответственно, должен нести риск несанкционированных действий под именем клиента. При нарушении Клиентом условий договора банковского обслуживания, предусмотренные законом основания для возложения на Банк ответственности за указанные выше операции по оформлению кредита и распоряжению денежными средствами отсутствуют. Денежные средства со вклада были переведены в соответствии с Договором о вкладе на счета, принадлежащие ФИО1, следовательно, у Истца отсутствует нарушенное право, подлежащее защите судом, т.к. денежные средства в результате операции, совершенной непосредственно в Сбербанке, остались в ее собственности, а у Банка отсутствовали основания для отказа Клиенту в их совершении. Последующие переводы денежных средств в ПАО ВТБ выходят за пределы ответственности Сбербанка. Действительность распоряжений Клиента на проведение операций подтверждена в мобильном приложении «Сбербанк Онлайн» и только после введения верных средств доступа к системе «Сбербанк Онлайн». Таким образом, Банком были получены и корректно исполнены распоряжения Клиента по указанным операциям. На момент совершения указанных операций, у Банка отсутствовала информация, опровергающая факт их совершения лично Истцом, учитывая, что обращений от Истца в указанный период об утрате/краже карты, разглашении ПИН-кода, иных персональных данных, заявлений о блокировке не поступало, расходные операции совершены с использованием персональных средств доступа самим истцом/либо с ее ведома. Кредитный договор был заключен на согласованных сторонами условиях, денежные средства находятся в распоряжении Истца. Как утверждает сама Истец, денежные средства находятся в ее распоряжении, но никаких оплат она не производит. На действительность сделки в данном случае указывает обстоятельство пользования денежными средствами. Доводы Истца о недобросовестности действий Банка, необеспечении безопасности дистанционного предоставления услуг несостоятельны. Банк, выполняя распоряжения Клиента, которые не подпадали под признак подозрительности, действовал добросовестно. Банк не вправе, не обязан и не имеет возможности контролировать использование клиентом банковской карты, технического устройства, используемого для доступа к услугам «Мобильный банк», «Сбербанк Онлайн», в том числе обеспечение неразглашение Клиентом конфиденциальных данных, исключение доступа третьих лиц к средствам удаленного доступа клиента к его счетам. Банк не вправе, не обязан и не имеет возможности контролировать использование клиентом банковской карты, технического устройства, используемого для доступа к услугам «Мобильный банк», «Сбербанк Онлайн», в том числе обеспечение неразглашение клиентом конфиденциальных данных, исключение доступа третьих лиц к средствам удаленного доступа клиента к его счетам. Истцом не доказан факт допущенных Банком нарушений действующего законодательства и, соответственно, факт причинения ей убытков. Поскольку все операции по переводам денежных средств осуществлялись ФИО1. Соответственно, ни размер, ни наличие убытков со стороны Истца не доказаны. Ссылка в исковом заявлении на положения ст. 179 ГК РФ не могут быть основанием для признания оспариваемого договора недействительным. Банк не знал и не мог знать об обмане Клиента третьими лицами, что исключает возможность признания оспариваемых сделок недействительными. Обстоятельства, в отношении которых Клиент был обманут третьими лицами, не являются существенными и их наличием обычным среднестатистическим потребителем не может быть обусловлено совершение оспариваемых сделок. Факт расследования уголовного дела не имеет доказательственного значения в рамках рассматриваемого спора. То есть, сами по себе материалы уголовного дела, до вступления в силу судебных постановлений по нему, не освобождают Клиента от обязанности доказывания тех обстоятельств, на которые он ссылается. Приговор в настоящее время не вынесен, факт мошенничества не подтвержден, таким образом, все факты, изложенные во встречном исковом заявлении, являются лишь утверждениями Клиента, а не доказательствами по настоящему делу. Ссылка истца на отсутствие безопасности банковских услуг не состоятельна, поскольку безопасность систем подтверждена соответствующими сертификатами и отчетами регуляторов. Несанкционированный доступ к личному кабинету или счету клиента возможен лишь при несоблюдении условий договора самим клиентом

Третье лицо Банк ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, о дате времени и месте рассмотрения дела был извещен своевременно и в срок. Отзыва по делу не представил.

Суд, заслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, оценив представленный ответчиком письменный отзыв на исковое заявление, исследовав письменные доказательства, оценив доказательства по делу на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (п. 2).

Согласно ст. 153 ГК РФ названного выше кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. 7, п. 8 постановления Пленума N 25).

Согласно ст. 434 ГК РФ, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронную почту (п. 2).

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 настоящего Кодекса (п. 3).

В случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон, договор в письменной форме может быть заключен только путем составления одного документа, подписанного сторонами договора (п. 4).

В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так ст. 8 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах). При этом п. 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также ст. 10 Закона о защите прав потребителей.

В п. 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (ст. 12 Закона о защите прав потребителей).

При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (п. 1 ст. 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21.12.2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 ст. 5).

Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа) четким, хорошо читаемым шрифтом (ч. 12 ст. 5).

Согласно ст. 7 Закона о потребительском кредите (займе) договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом (ч. 1).

Договор потребительского кредита (займа) считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в ч. 9 ст. 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (ч. 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет".

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным Федеральным законом (ч. 14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита (займа) предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847, 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

В судебном заседании установлено, что 06.06.2024 года между ФИО1 и ПАО «Сбербанк России» заключен Договор о вкладе «Управляй+» (номер счет вклада 42№). При подписании договора Истец подтвердила свое согласие с Общими условиями размещения кладов в ПАО Сбербанк и Тарифами и обязалась их выполнять.

16.02.2025 года ФИО1 зарегистрировалась в мобильном приложении «Сбербанк Онлайн». Для регистрации был использован пароль из СМС-сообщения с номера 900.

Также 17.02.2025 года между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1 заключен кредитный договор №, в соответствии с которым ФИО1 выдана кредитная карта МИР5433 с лимитом 370 000 руб..

В силу ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством (ч. 1 ст. 421 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Как следует из п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 3 ст. 166 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 ст. 178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 ст. 178 ГК РФ).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5 ст. 178 ГК РФ).

В силу положений ст. 178 ГК РФ бремя доказывания недействительности сделки лежит на заемщике.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона от 26 января 1996 года N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации", п. 1 ст. 1 Закона РФ от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение заказать или приобрести товары (работы, услуги), возникающие правоотношения регулируются ГК РФ, Законом РФ "О защите прав потребителей" и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, изложенных в подп. «д» п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей следует учитывать, что под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

При этом, истцом ФИО1 в качестве доводов искового заявления указано о том, что третьи лица ввели в заблуждение ее несовершеннолетнюю дочь, что привело к переводам денежных средств и оформлению кредита.

При этом, согласно ч. 1 ст. 1073 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.

Суд не находит оснований для удовлетворения требований истца ФИО1 в связи со следующим.

Как установлено судом, мобильный телефон ФИО1 не выбывал из ее владения. Истец самостоятельно предоставил доступ к своему мобильному телефону своей несовершеннолетней дочери, не обеспечив должным образом защиту своих персональных данных. В связи с чем, ответственность за операции, совершенные с использованием средств доступа в системе «Сбербанк Онлайн», несет Истец.

Каких-либо объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что банк не должным образом уведомил истца о совершенных операциях, истцом суду не представлено.

Рассматривая требования истца об определении фактического владельца и судьбы денежных средств, суд считает их не обоснованными, в связи с тем, что денежные средства полученные истцом по кредитному договору от 16.02.2025 года в настоящее время находятся на банковском счете истца (то есть в собственности истца).

Также, денежные средства банковского вклада «Управляй+» были переведены в соответствии с Договором о вкладе на счета, принадлежащие ФИО1, следовательно, у Истца отсутствует нарушенное право, подлежащее защите судом, т.к. денежные средства в результате операции, совершенной непосредственно в Сбербанке, остались в ее собственности.

Совершение мошеннических действий в отношении истца третьими лицами, в том числе возбуждение уголовного дела, само по себе не свидетельствует о недобросовестном поведении банка, доказательств того, что банком не были соблюдены требования банковской тайны и, конфиденциальная информация об истце была распространена именно работниками данного банка, не представлено.

Таким образом, истец не предприняла мер к сокрытию своих персональных данных, в том числе своей несовершеннолетней дочери, которая беспрепятственно имела доступ к сотовому телефону истца, в котором установлены мобильные приложения банка.

Каких-либо доказательств, с достоверностью свидетельствующих о совершении мошеннических действий, истцом не представлено, в связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

При указанных обстоятельствах, кредитный договор, заключенный между ФИО1 и Банком, не может быть признан недействительным по основаниям ст.ст. 178, 179 ГК РФ, оснований для признания кредитного договора недействительной сделкой, у суда не имеется.

Поскольку требования истца о признании сделки недействительной не подлежат удовлетворению, то соответственно, не подлежат и удовлетворению требования истца о применении последствий недействительности сделки.

В связи с вышеуказанным, основания для возложения на ПАО «Сбербанк» обязанности внести изменения в кредитную историю ФИО1 и исключении сведений относительно заключенного с ПАО «Сбербанк» кредитного договора, не имеется.

С учетом полного отказа в удовлетворении исковых требований, требования о взыскании морального вреда и штрафа также не подлежат удовлетворению.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать в полном объёме.

Истец не лишена возможности обращаться с требованиями к лицу, получившему денежные средства по переводам истца, о взыскании с него сумм, которые были получены от истца, в соответствии с правилами о подсудности, представив доказательства, что данное лицо завладело денежными средствами истца безосновательно.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «Сбербанк России» о защите прав потребителя, о признании недействительным кредитного договора, о взыскании суммы денежных средств похищенных с вклада, о взыскании морального вреда и штрафа – отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Серовский районный суд Свердловской области.

Решение в окончательной форме изготовлено 15.12.2025 года.

Председательствующий: Е.А. Фарафонова