Решение по делу № 2-688/2023 от 02.03.2023 - о возложении обязанности предоставить доступ с правами наблюдателя к личному кабинету кассового аппарата, предоставить доступ с правами наблюдателя к личному кабинету на официальном сайте банка в отношении расчетного счета, возложении обязанности направить соглашение о залоге, взыскании неустойки.

Дело № 2-688/2023(20)

66RS0004-01-2022-008633-79

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 марта 2023 года город Екатеринбург

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга в составе

председательствующего судьи Серебренниковой О.Н.,

при секретаре Трофименко А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о возложении обязанности предоставить доступ с правами наблюдателя к личному кабинету кассового аппарата, предоставить доступ с правами наблюдателя к личному кабинету на официальном сайте банка в отношении расчетного счета, возложении обязанности направить соглашение о залоге, взыскании неустойки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику Индивидуальному предпринимателю ФИО2, в котором просила о возложении на ответчика обязанности в течение 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу: предоставить ей доступ с правами наблюдателя к личному кабинету кассового аппарата, расположенного в киберспортивном клубе «Colizeum» по адресу <адрес>; предоставить доступ с правами наблюдателя к личному кабинету ответчика на официальном сайте банка в отношении расчетного счета №, открытом в АО «Тинькофф Банк»; а также направить надлежащим образом оформленное соглашение о залоге трех полностью укомплектованных рабочих мест в соответствии с пунктом 5.8 Договора инвестирования № от 25.04.2022г. Также истец просит присудить к взысканию с ответчика неустойку в случае несоблюдения каждого из требований судебного решения в сумме 30000,00руб. за каждое неисполненное требование.

В обоснование заявленных требований указано на то, что 25.04.2021г. между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (инвестор, участник 1, цедент) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (управляющее лицо, участник 2) был заключен договора инвестирования №. В соответствии с п.1.3 данного договора управляющее лицо обеспечивает инвестору ежемесячную выплату с августа 2021г., с учетом положений п.3.2 договора, в размере 12% от чистой прибыли клуба на весь период его существования, при этом в течение 16 месяцев с августа 2021г. управляющее лицо обязуется обеспечить инвестору минимальную ежемесячную выплату в размере 112500,00руб. каждая. 11.09.2021г. между инвестором ИП ФИО3 и истцом ФИО1 (истец, цессионарий) заключено соглашение о переуступке части прав по договору инвестирования № от 25.04.2021г., согласно п.1.2 которого объем прав (требования) по договору инвестирования, передаваемых по нему, составляет 3% от чистой прибыли клуба, в остальной части права сохраняются за цедентом. В соответствии с п.1.2.1 соглашения цессионарию частично переходит право на получение минимальной ежемесячной выплаты в размере 28125,00руб. на период 15 месяцев с момента заключения настоящего соглашения в установленном договором инвестирования порядке. В соответствии с п.1.2.2 соглашения права, предусмотренные п.5.8 договора инвестирования в цессионарию по настоящему соглашению переходят в части, соразмерной переуступаемой части прав, указанных в п.1.2 соглашения. Истец указывает, что поскольку в соответствии с п.5.6 договора инвестирования инвестор вправе уступить свои права по договору третьим лицам без согласия управляющего лица с даты заключения договора, то соглашение заключено им с цедентом с соблюдений договора инвестирования. Пунктом 3.4 договора инвестирования предусмотрено право инвестора на осуществление непосредственного контроля управляющего лица за поступлением и расходов денежных средств в форме предоставления доступа к личному кабинету на сайте банка, в котором открыт счет управляющего лица, а также к личному кабинету зарегистрированного на управляющее лицо кассового аппарата без права изменения настроек и управления им (с правом наблюдения). Указанные обязательства приняты на себя управляющим лицом в целях исключения споров о суммах чистой прибыли, исходя из которой производится выплата процентов по договору инвестирования. 20.04.2022г. в адрес ответчика истцом направлено требование о предоставлении ей доступа с полномочиями наблюдателя к личным кабинетам расчетного счета и кассового аппарата, на что получен ответ с предложением расторгнуть договор инвестирования. 31.05.2022г. в адрес ответчика направлен отказ от расторжения договора на предложенных условиях и повторно озвучены те же требования. В ходе дальнейших переговоров стороны не пришли к соглашению. Также истец указывает, что ответчиком в ходе переговоров неоднократно нарушались условия договора инвестирования в части перечисления минимальной ежемесячной выплаты (требований о ее взыскании в данном иске не заявлено). Истец указывает, что ответчиком так и не был предоставлен ей такой доступ, а также не направлено пописанное с его стороны соглашение о залоге 3 мест, указанных в п.5.8 договора инвестирования. В своем ходатайстве о рассмотрении дела в отсутствие, представитель истца ИП ФИО4 также указал в этой части на то, что истцом приобретена часть прав в соответствии с п.5.8 договора, поэтому она имеет право на заключение отдельного дополнительного соглашения с ответчиком на залог имущества без необходимости наличия заключенного ранее дополнительного соглашения между ответчиком и третьим лицом. Со ссылкой на ст.330 ГК РФ истец также указывает на необходимость выплаты неустойки в виду просрочки исполнения обязательства.

В судебное заседание истец ФИО1, третье лицо ИП ФИО3, надлежаще извещенные о слушании дела, что подтверждено документально, не явились. Истец в лице своего представителя ИП ФИО4 просил рассмотреть дело в его отсутствие, поддерживал заявленные исковые требования.

В судебное заседание ответчик ИП ФИО2, надлежаще извещенный о слушании дела, что подтверждено документально, не явился, направил своего представителя ФИО5, который поддержал позицию, изложенную в возражениях на иск, просил отказать в удовлетворении заявленных исковых требований.

Каких-либо ходатайств, в том числе, связанных с истребованием дополнительных доказательств, иных, препятствующих рассмотрению дела по существу, участвующие в деле лица суду не направили. В связи с чем, суд с учетом положений ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть данное дело при установленной явке и по представленным доказательствам.

Изучив доводы иска, возражений на него, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к выводу о необоснованности исковых требований и отказе в их удовлетворении по следующим основаниям.

Статья 8 Гражданского кодекса РФ предусматривает основания возникновения гражданских прав и обязанностей, так, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Тем самым, значимыми по делу обстоятельствами, подлежащими установлению являлись: наличие у истца права на основании договора уступки и договора инвестирования, а у ответчика соответственно, основанной на договоре инвестирования, обязанности совершить истребуемые истцом действия в его пользу, а также с учетом того, что истец обращается в суд со ссылкой на состоявшуюся уступку прав требования - заключение договора цессии, его соответствие требованиям законодательства, наличие у истца действительного права требования в спорной части, помимо прочего, факт нарушения ответчиком прав истца, являющийся основанием для взыскания с него истребуемой истцом неустойки.

В силу ч.1 ст.12 Гражданского процессуального кодекса РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Именно это правило распределения бремени доказывания закреплено в части 1 ст. 56 настоящего Кодекса.

Суд по настоящему делу, с учетом обстоятельств, установленных в ходе слушания дела, приходит к выводу о том, что истцом не представлено суду надлежащих (достоверных, относимых и допустимых) доказательств наличия у него действительного права требования совершения ответчиком обозначенных действий, а также приходит к выводу об отсутствии правового основания для взыскания с него спорной неустойки.

Суд учитывает, что данные обстоятельства должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, прежде всего документально, и не могут подтверждаться другими доказательствами (ст.60 ГПК РФ). Истец, обосновывая требования, ссылается на то, что ему право требования совершения ответчиком спорных действий перешло на основании договора цессии.

Изучив позицию сторон, представленные в дело доказательства, в том числе, истребованные судом в порядке подготовки по делу, о дополнении которых ни кем заявлено не было, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено надлежащих доказательств своим доводам, а кроме того, им использован ненадлежащий способ защиты нарушенных прав.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (инвестор или участник 1) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (управляющее лицо или участник 2) был заключен договор инвестирования № от 25.04.2021г., предметом которого являлись совместные обязательства сторон по сотрудничеству в рамках бизнеса, связанного с эксплуатацией киберспортивного клуба (арены) под товарным знаком «Colizeum», по адресу <адрес>, оформляемой на имя управляющего лица. При этом, согласно п.1.2 договора инвестор передает управляющему лицу, которое организует ведение бизнеса и обязуется в определенном договором порядке вернуть денежные средства в размере 1800000,00руб., а также на ежемесячной основе выплачивать часть прибыли с учетом доли инвестора в бизнесе. Так, в соответствии с п.1.3 договора управляющее лицо обеспечивает инвестору ежемесячную выплату с августа 2021г. с учетом положений п.3.2 договора в размере 12% от чистой прибыли клуба за весь период его существования, при этом, в течение 16 месяцев с августа 2021г. управляющее лицо обязуется обеспечить инвестору минимальную ежемесячную выплату в размере 112500,00руб. каждая. Также в п.1.4 договора инвестирования стороны пришли к соглашению, что ежемесячные выплаты, перечисляемые инвестору, начиная с даты, определенной п.3.3 договора (с августа 2021г.), считаются уплаченными в счет суммы инвестиций (п.1.2). После возврата суммы в полном объеме ежемесячные выплаты продолжают выплачиваться инвестору в качестве процентов за пользование суммой первоначальных инвестиций.

Учитывая предмет спорных требований, суд также принимает во внимание, что в договоре инвестирования его стороны, являющиеся индивидуальными предпринимателями, оговорили вопросы подготовки к запуску проекта (раздел 2), порядок предоставления инвестиций и их выплаты инвестору (раздел 3), при этом, в п.3.4 они условились, что в целях контроля участником 1 бизнеса и деятельности клубов участник 2 обязуется предоставить участнику 1 доступ к личному кабинету участника 2 на сайте банка, указанного в реквизитах договора, а также к личному кабинету зарегистрированному на участника 2 кассового аппарата без права изменения настроек или управления указанными инструментами (с правом наблюдения). В пункте 5.8 договора инвестирования стороны также условились, что инвестору в залог без фактической передачи и без возможности фактического пользования в течение 14 календарных дней после перечисления инвестором суммы инвестиций в полном объеме передаются 12 рабочих мест (перечислены предметы, составляющие одно рабочее место), о чем стороны составляют дополнительное соглашение. Данное оборудование передается в залог на период действия договора или до возврата суммы инвестиций в качестве страхования инвестируемых средств в случае форс-мажорных обстоятельств на основании акта приема-передачи оборудования.

Также в разделе 5 договора стороны согласовали, что инвестор вправе уступить свои права по договору третьим лицам без согласия управляющего лица с даты заключения договора (п.5.6).

Тем самым, между данными субъектами предпринимательской деятельности был заключен договор инвестирования, в рамках которого ими оговорены совместные обязательства по сотрудничеству в рамках бизнеса, связанного с эксплуатацией киберспортивного клуба (арены) под товарным знаком «Colizeum», оформляемой на имя управляющего лица. У Инвестора на основании данного договора возникло право на возврат инвестируемых им денежных средств в размере 1800000,00руб., а также на получение на ежемесячной основе части прибыли с учетом доли инвестора в бизнесе, в частности, ежемесячной выплаты с августа 2021г. с учетом положений п.3.2 договора в размере 12% от чистой прибыли клуба за весь период его существования, с получением в течение 16 месяцев с августа 2021г. минимальной ежемесячной выплаты в размере 112500,00руб. каждая.

Иные условия договора, так или иначе, регламентируют гарантии обеспечения исполнения сторонами договора, ответственность сторон, в отношении возможного залога движимого имущества стороны прямо предусмотрели порядок заключения соглашения о залоге путем составления дополнительного соглашения к договору, а также акта приема-передачи имущества. Условия договора о предоставлении доступа к личному кабинету счета и кассового аппарата являются способом контроля инвестором деятельности клуба, о чем прямо указано в п.3.4.

Далее, из материалов дела следует, что 11.09.2021г. между ИП ФИО3 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) было заключено соглашение о переуступке части прав по договору инвестирования № от 25.04.2021г. Из предмета договора (раздел 1) следует, что цедент уступил, а цессионарий принял часть права (требования), при этом, объем прав (требования) по договору инвестирования, передаваемых по соглашению, составляет 3% от чистой прибыли клуба, в остальной части права сохраняются за цедентом (п.п.1.1, 1.2). В п.1.2.1 конкретизировано, что цессионарию по соглашению частично переходит право на получение минимальной ежемесячной выплаты в размере 28125,00руб. на период 15 месяцев с момента заключения настоящего соглашения в установленном договором инвестирования порядке. Тем самым, истцу перешло право только на получение обозначенной части ежемесячной выплаты и в пределах указанного срока – 15 месяцев с момента заключения соглашения, указанный срок находится в рамках оговоренного в договоре инвестирования 16месячного срока на получение минимальной ежемесячной выплаты, фактически составляющей возврат суммы инвестиций в размере 1800000,00руб. (16х112500). Общий размер минимальных ежемесячных выплат в соответствии с соглашением тем самым составил бы 421875,00руб. (28125х15). Между тем, согласно п.3.1 стоимость уступаемого права обозначена сторонами в 1449900,00руб., которые подлежали уплате в срок до 13.09.2021г.

В п.1.2.2 соглашения о переуступке указано, что права, предусмотренные п.5.8 договора инвестирования к цессионарию переходят лишь в части соразмерной переуступаемой части прав, указанных в п.1.2 соглашения.

Истец полагает, что у нее на основании данного соглашения также возникло право на доступ с правами наблюдателя к личному кабинету ответчика на официальном сайте банка в отношении его расчетного счета №, открытом в АО «Тинькофф Банк», а также на залог трех рабочих мест, предусмотренный в п..5.8 договора инвестирования.

Разрешая данные требования суд учитывает характер и предмет первоначального договора – договора инвестирования в целях ведения бизнеса.

Согласно статье 1041 ФИО6 по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели. Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. Особенности договора простого товарищества, заключаемого для осуществления совместной инвестиционной деятельности (инвестиционного товарищества), устанавливаются Федеральным законом «Об инвестиционном товариществе». В соответствии с положениями пунктов 1, 3 статьи 3 Федерального закона от 28.11.2011 № 335-ФЗ «Об инвестиционном товариществе» по договору инвестиционного товарищества двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и осуществлять совместную инвестиционную деятельность без образования юридического лица для извлечения прибыли. Физические лица не могут являться сторонами договора инвестиционного товарищества.

Как видно из договора инвестирования, момент его заключения обе стороны имели статус индивидуального предпринимателя. ФИО1, согласно представленного в дело соглашения о переуступке, заключила его как физическое лицо. Сведений о наличии у нее статуса индивидуального предпринимателя в дело не представлено, самостоятельно судом с использованием ресурса ФНС не установлено.

Как следует из договора инвестирования, инвестором или участником по нему являлся ИП ФИО3, соответственно, сумма инвестиций вносилась им и его права, как инвестора и участника по договору инвестирования шире, чем были переданы истцу по соглашению о переуступке истцу, не несущему обязанностей инвестора, и в силу своего статуса (физическое лицо) не имеющего правовых оснований для принятия всех прав инвестора по договору инвестирования. Очевидно, поэтому и объем уступаемых прав был ограничен с указанием на возможность получения 15 ежемесячных выплат, без получения процентов за пользование суммой инвестиций.

Согласно ст.422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. В соответствии со ст.431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Статья 432 Гражданского кодекса РФ определяет основные положения о заключении договора. Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со ст. 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно ст.ст. 388, 389 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

В силу ст. 389.1. настоящего Кодекса взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Согласно ст.390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия:

уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием;

цедент правомочен совершать уступку;

уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу;

цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» по смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием) (далее - договор, на основании которого производится уступка). В силу статьи 421 ГК РФ такой договор между цедентом и цессионарием может являться договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами, смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными правовыми актами. В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам. Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Согласно требованиям и доводам иска, ФИО1 полагает, что на основании указанного соглашения о переуступке ей также было передано право требовать доступа к личному кабинету управляющего лица в отношении его расчетного счета и кассового аппарата, а также право залога движимого имущества. Суд считает данные доводы ошибочными. Как было отмечено выше, в соответствии со ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Согласно положениям ст.ст.382, 384, 390 настоящего Кодекса сторонами договора цессии подлежит согласованию конкретное обязательство, в котором осуществляется замена кредитора. Уступаемое требование должно быть индивидуально определено. Индивидуализация требования достигается при условии конкретизации предмета, основания возникновения, содержания требования, указания кредитора и должника. А кроме того, уступаемое требование должно реально существовать в момент уступки, для уступки права требования кредитор должен этим требованием обладать, т.е. запрещена передача по договорам цессии не существующих на момент уступки прав, которые не отвечают критериям, предусмотренным для уступки будущих требований. Тем самым, несуществующие права (требования) не могут быть предметом цессии.

Как следует из буквального содержания упомянутого соглашения о переуступке, цессионарию не были переданы права требования предоставить ему доступ к личному кабинету участника 2 на сайте банка, указанного в реквизитах договора, а также к личному кабинету зарегистрированному на участника 2 кассового аппарата без права изменения настроек или управления указанными инструментами (с правом наблюдения). Тем самым, требование иска возложить на ответчика предоставить такой доступ не основаны на условиях договора цессии. Из п.3.4 договора инвестирования следует, что такой доступ предоставляется участником 2 участнику 1 в целях контроля им бизнеса и деятельности клубов. Такие права принадлежат ИП ФИО3 как участнику, инвестору, в рамках достигнутого индивидуальными предпринимателями соглашения об организации и ведении обозначенного бизнеса, и переданы истцу не были.

Кроме того, обоснованными в данной части являются и доводы возражений иной стороны о том, что в соответствии с соглашением о переуступке части прав по договору инвестирования истцу перешла только часть прав по денежному обязательству, при этом истец, заключив соглашение, стороной договора инвестирования (соинвестором, участником) не стал, а лишь принял часть прав кредитора на получение денежных средств, подлежащих выплате ответчиком. Также представляются убедительными возражения о том, что банковский счет, доступ к которому требует истец, а равно, личный кабинет кассового аппарата, принадлежат ответчику, и в силу ст.857 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 25 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» операции по счету относятся к банковской тайне. Ответчик, предоставляя право доступа к своему банковскому счету ИП ФИО3 при заключении договора инвестирования, определил круг лиц, которые могут быть допущены к банковской тайне, т.е. личность кредитора (лица, имеющего право требовать доступа к личному кабинету по расчетному счету и кассовому аппарату) в данном случае имеет существенное значение для ответчика.

Тем самым, у ответчика обязанности предоставить такой доступ истцу ни в силу условий договора инвестирования и (или) соглашения о переуступке, ни в силу действующего законодательства, не имеется. В виду чего, законные основания для возложения на ответчика такой обязанности, а равно, для удовлетворения требований иска в данной части отсутствуют.

По требованию о возложении на ответчика обязанности направить надлежащим образом оформленное соглашение о залоге трех полностью укомплектованных рабочих мест в соответствии с пунктом 5.8 Договора инвестирования № от 25.04.2022г, суд также учитывает, что из указанного условия следует, что для реализации соглашения о залоге стороны договора инвестирования обязаны были заключить дополнительное соглашение к этому договору, в котором необходимо указать индивидуальные характеристики предметов залога, в том числе, данные техдокументации. Такого дополнительного соглашения сторонами договора инвестирования к моменту заключения соглашения о переуступке части прав по нему заключено не было. В реестре уведомлений о залоге движимого имущества на сайте www.reestr-zalogov.ru сведения о таком залоге отсутствуют.

Суд учитывает, что согласно ст.ст.329, 334 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться и залогом. В силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество.

В соответствии со ст.334.1 настоящего Кодекса залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора. В случаях, установленных законом, залог возникает при наступлении указанных в законе обстоятельств (залог на основании закона). В договоре залога должны быть указаны предмет залога, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Условия, относящиеся к основному обязательству, считаются согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, из которого возникло или возникнет в будущем обеспечиваемое обязательство. В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, обязательство, обеспечиваемое залогом, включая будущее обязательство, может быть описано способом, позволяющим определить обязательство в качестве обязательства, обеспеченного залогом, на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на обеспечение всех существующих и (или) будущих обязательств должника перед кредитором в пределах определенной суммы. В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, предмет залога может быть описан любым способом, позволяющим идентифицировать имущество в качестве предмета залога на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на залог всего имущества залогодателя или определенной части его имущества либо на залог имущества определенных рода или вида. Договор залога должен быть заключен в простой письменной форме, если законом или соглашением сторон не установлена нотариальная форма. Несоблюдение правил, содержащихся в настоящем пункте, влечет недействительность договора залога.

В соответствии со ст.341 Гражданского кодекса Российской Федерации права залогодержателя в отношениях с залогодателем возникают с момента заключения договора залога, если иное не установлено договором, настоящим Кодексом и другими законами.

Помимо прочего, в ст.339.1 настоящего Кодекса установлено, что залог иного имущества, не относящегося к недвижимым вещам, помимо указанного в пунктах 1 - 3 настоящей статьи имущества, может быть учтен путем регистрации уведомлений о залоге, поступивших от залогодателя, залогодержателя или в случаях, установленных законодательством о нотариате, от другого лица, в реестре уведомлений о залоге такого имущества (реестр уведомлений о залоге движимого имущества). Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном законодательством о нотариате. При этом, залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого.

Как было отмечено, в установленном порядке между сторонами договора инвестирования положения п.5.8 реализованы не были, к моменту перехода части прав по договору к истцу соглашение о залоге неких рабочих мест инвестором и управляющим лицом заключено не было, следовательно, несуществующее право залога перейти по соглашению о переуступке не могло.

Кроме того, суд учитывает, что фактически предметом соглашения о переуступке являлась передача части прав по денежному обязательству, вытекающему из договора инвестирования, никакие иные, неимущественные права, принадлежащие ИП ФИО3, как инвестору им переданы быть не могли в силу характера договора инвестирования и требований действующего законодательства к его участникам.

Каких-либо имущественных прав, связанных с невыплатой истцу части предусмотренных договором инвестирования ежемесячных платежей, в иске заявлено не было, в виду чего также является необоснованным и требование о взыскании некой неустойки по правилам ст.330 Гражданского кодекса Российской Федерации. Оснований для взыскания такой неустойки в контексте положений ст.308.3 настоящего Кодекса суд также не находит в виду отклонения требований иска.

Суд отмечает, что в силу ст.3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной защите подлежит только нарушенное право. В ходе рассмотрения данного дела нарушений прав истца ответчиком в рамках заявленного основания и предмета иска не установлено. Данное обстоятельство является основанием для отказа в удовлетворении иска.

В силу ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Статья 98 данного Кодекса определяет порядок распределения судебных расходов между сторонами. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку иск отклонен, оснований для взыскания с ответчика в пользу истца понесенных им судебных расходов также не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о возложении обязанности предоставить доступ с правами наблюдателя к личному кабинету кассового аппарата, предоставить доступ с правами наблюдателя к личному кабинету на официальном сайте банка в отношении расчетного счета, возложении обязанности направить соглашение о залоге, взыскании неустойки, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Екатеринбурга.

Мотивированное решение составлено 10.03.2023г.

Судья Серебренникова О.Н.