Решение по делу № 2-3112/2025 от 16.01.2026 - о признании увольнения незаконным, приказа об увольнении незаконным, признании трудовых отношений длящимися, признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании мотивационной выплаты.

Советский районный суд г.Томска (Томская область)

Категория дела О признании актов об отсутствии на рабочем месте незаконными Гражданское Отклонено

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО> обратился в суд с иском к АО «Медтехника», с учетом неоднократного изменения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ в окончательной их редакции просил.

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Истец <ФИО>, принимавший участие в судебном заседании до перерыва, исковые требования в окончательной их редакции с учетом изменения порядке ст. 39 ГПК РФ поддержал. В качестве дополнительных объяснений к своим письменным

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Резолютивная частьитоговое решение суда

В удовлетворении исковых требований <ФИО> <ФИО> к акционерному обществу «Медтехника» о признании увольнения незаконным, признании приказа АО «Медтехника» №ЛС от <дата> об увольнении <ФИО> <ФИО> незаконным

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

Дело № 2-3112/2025

УИД 70RS0004-01-2025-003334-16

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 декабря 2025 года г. Томск

Советский районный суд г. Томска в составе

председательствующего судьи Кокоть С.С.

при секретаре Левченко С.Е., помощнике судьи Марниковой К.Е.

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика АО «Медтехника» ФИО2, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия один год,

представителя третьего лица Департамента по управлению государственной собственностью Томской области ФИО3, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия ДД.ММ.ГГГГ,

помощника прокурора Советского района г. Томска Литвиненко Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 ФИО30 к акционерному обществу «Медтехника» о признании увольнения незаконным, приказа об увольнении незаконным, признании трудовых отношений длящимися, признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании мотивационной выплаты,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Медтехника», с учетом неоднократного изменения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ в окончательной их редакции просил:

- признать увольнение незаконным;

- признать приказ АО «Медтехника» об увольнении ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным;

- признать по совокупности трудовых взаимоотношений ФИО1 с АО «Медтехника» за последние 8 лет и отсутствием их фактического прерывания длящимися;

- признать срочный трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ заключенным на неопределенный срок;

- восстановить на работе в должности генерального директора АО «Медтехника» с момента незаконного увольнения;

- взыскать компенсацию за дни вынужденного прогула, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе;

- взыскать моральный вред в размере 500000 руб.;

- взыскать 70026 руб. (99% от оклада) невыплаченной мотивационной премии в 2022 г. за период 2021 г. по результатам формирования ключевых показателей эффективности деятельности АО «Медтехника»;

- восстановить срок для подачи данного заявления ввиду вручения документов об увольнении ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что с ДД.ММ.ГГГГ истец занимал должность генерального директора АО «Медтехника». Единственным участником общества является Департамент управления государственной собственностью Администрации Томской области. За эти годы несколько раз контракт генерального директора с обществом Советом директоров АО «Медтехника» автоматически в рабочем порядке продлевался без каких-либо специальных процедур. Также истец являлся членом Совета директоров общества, состоящим из пяти членов. ДД.ММ.ГГГГ Распоряжением собственника № был утвержден состав Совета директоров, который до ДД.ММ.ГГГГ не переизбирался. ДД.ММ.ГГГГ председателем Совета директоров был избран ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ (за месяц до окончания очередного контракта) в здании Администрации Томской области состоялось очередное совещание рабочей группы Администрации Томской области, в ходе проведения которого претензий к работе генерального директора АО «Медтехника» ни в письменной форме, ни в устной форме, не поступало, равно как и предложений о замене генерального директора. Более того, ДД.ММ.ГГГГ в адрес генерального директора ФИО1 поступило электронное письмо с предложением ускорить работу по согласованию стратегии развития АО «Медтехника». Таким образом, за месяц до окончания срока контракта ФИО1 никто не уведомлял его об окончании срока контракта, о нежелании продлять с ним трудовой договор, об объявлении конкурса на эту должность. На повестку Совета директоров АО «Медтехника» этот вопрос не выносился. В мае 2025 г. истец спокойно ушел в отпуск по семейным обстоятельствам (инсульт родственника), понимая, что у собственника нет оснований для смены генерального директора, а также ввиду неизбрания председателя Совета директоров общества, который бы мог уведомить его о принятом решении собственника. В отпуске случилось обострение болезни, ограничивающей движение, в связи с чем ФИО1 был вынужден ДД.ММ.ГГГГ открыть больничный лист с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Информация о больничном электронным способом в этот же день поступила в бухгалтерию АО «Медтехника». ДД.ММ.ГГГГ выйдя на работу с больничного и отгуляв отпуск, узнав накануне от одного из сотрудников АО «Медтехника», что его уволили и его кабинет занял другой генеральный директор, он запросил у работодателя все документы. ДД.ММ.ГГГГ истцу был вручен приказ № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ (полагает, что задним числом, так как суббота был выходной день). Также его не уведомили до этого о заседании Совета директоров об утверждении повестки собрания акционеров, о дате проведения такого собрания акционеров, и о его решении не продлять (не подписывать) новый контракт с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ истцу вручили копию уведомления генерального директора АО «Медтехника» о не продлении контракта от ДД.ММ.ГГГГ, подписанного ФИО5, полномочия которого как председателя Совета директоров возникли только с ДД.ММ.ГГГГ; копию протокола № заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ об утверждении председателя Совета директоров; копию распоряжение начальника Департамента управления государственной собственностью Администрации Томской области ФИО6 № от ДД.ММ.ГГГГ о назначении нового генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ; сопроводительное письмо от ДД.ММ.ГГГГ, заверенную копию распоряжения ДУГС ТО от ДД.ММ.ГГГГ № об определении количественного состава Совета Директоров. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выдан расчет при увольнении, однако не была выплачена мотивационная выплата по результатам формирования ключевых показателей эффективности деятельности АО «Медтехника» за 2021 г., а также компенсация в размере трех заработных плат при увольнении. Полагает, что трудовые отношения между истцом АО «Медтехника» являются длящимися, поскольку трудовой договор с ним дважды пролонгировался формальным подписанием нового. Кроме того, в случае неуведомления работника за срок не менее указанного в трудовом договоре или законе, трудовой договора считается заключенным на неопределенный срок. Так, ФИО7 не был уведомлен о желании не продлевать контракт до ДД.ММ.ГГГГ, был уведомлен об этом только ДД.ММ.ГГГГ, причем уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ, подписанным неуполномоченным лицом, ввиду чего уведомление считается нелегитимным. Также полагает, что нарушена процедура увольнения в части того, что в силу п. 6.3.8 Устава АО «Медтехника» образование исполнительного органа общества входит в компетенцию собрания акционеров, то есть вопрос о непродлении контракта входит в компетенцию собрания акционеров, а утверждение повестки собрания акционеров в силу п. 7.2.3 Устава общества и п.2.4.2 Положения о Совете директоров входит в исключительную компетенцию Совета директоров общества. При этом Совет директоров не утверждал повестку собрания акционеров по вопросу продления или непродления контракта с ФИО1 и в 2025 г. не собирался до ДД.ММ.ГГГГ ни разу. В связи с нарушением своих трудовых прав компенсацию морального вреда оценивает в 500000 руб.

Истец ФИО1, принимавший участие в судебном заседании до перерыва, исковые требования в окончательной их редакции с учетом изменения порядке ст. 39 ГПК РФ поддержал. В качестве дополнительных объяснений к своим письменным пояснениям в ходе рассмотрения дела указывал на следующее. Полагает процедуру увольнения нарушенной. В качестве оснований для признания увольнения незаконным указывает на: увольнение задним числом, в период нахождения на больничном, невыплату окончательного расчета при увольнении в день увольнения, неуведомление его за три дня о прекращении срочного трудового договора, несоблюдение процедуры увольнения генерального директора, а именно неразрешение данного вопроса на повестке внеочередного общего собрания акционеров АО «Медтехника» по вопросу досрочного прекращения полномочий генерального директора и образования единоличного исполнительного органа общества, о котором должно было быть сообщено за 50 дней до даты проведения (согласно п.6.11 Устава). Кроме того, полагает, что между ним и АО «Медтехника» имеют место бессрочные трудовые отношения, поскольку срочный трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ, считает, является заключенным на неопределенный срок ввиду длительности трудовых отношений и неоднократного перезаключения срочных трудовых договоров с ним. По пунктам своих доводов пояснил, что увольнение директора не может проходить резко при уведомлении его за три дня о прекращении срочного трудового договора, поскольку он является материально ответственным лицом, и при смене директора в обществе нужно проводить ревизию, в силу чего его увольнение должно проходить более длительный период. Полагает, что в силу Устава АО «Медтехника» смена директора общества относится к компетенции общего собрания акционеров, которое должно разрешить данный вопрос на повестке внеочередного общего собрания акционеров, о котором его должны были уведомить за 50 дней до собрания. Также полагал, что Департамент здравоохранения Томской области участвует в процедуре смены директора общества, выдает директивы Совету директоров на смену директора общества и повестку для собрания Совета Директоров, в данном случае такой директивы не было, на повестку собрания данный вопрос не выносился. Никаких уведомлений о прекращении срочного трудового договора в установленный ТК РФ срок за три дня, в том числе от ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ, не получал. Считает уведомление его членом Совета Директоров ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ ненадлежащим, как неуполномоченным лицом, поскольку он был избран председателем Совета Директоров только ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, по адресу своего места жительства в даты уведомления он не находился, поскольку был болен и прибывал в период больничного по другому адресу (в соседнем доме), проживая временно у своей тети, которая осуществляла за ним уход. Также не отрицал, что в период нахождения на больничном его супруга привозила ему документы с работы, и он их подписывал. Пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он находился в отпуске без содержания, с ДД.ММ.ГГГГ в очередном отпуске, в период отпуска заболел, в связи с чем с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на больничном (в период которого его уволили), с ДД.ММ.ГГГГ он продолжил пребывание в отпуске вплоть до ДД.ММ.ГГГГ. Выйдя из отпуска на работу, узнав предварительно, что его уволили, ДД.ММ.ГГГГ ему были вручены трудовые документы, произведен расчет. Полагает, что расчет с ним должен был быть произведен в день увольнения. Подтвердил, что в период работы заработную плату получал всегда в кассе организации наличными, заявление о том, чтобы заработная плата ему перечислялась на банковскую карту, не писал. Вместе с тем, полагает, что работодатель, несмотря на данное обстоятельство, должен был предпринять все возможные меры для установления его данных банковской карты и произвести с ним расчет в день увольнения, данные сведения он мог запросить в отделении социального и пенсионного страхования, чего не сделал. Кроме того, в кассе общества денег в день увольнения не было, что свидетельствует о том, что расчет с ним работодатель произвести не смог бы. Кроме того, находит, что между ответчиком и им имеют место бессрочные трудовые отношения ввиду неоднократного перезаключения трудовых договоров с ним. При этом подтвердил, что процедура увольнений и заключения новых срочных трудовых договоров соблюдалась, но договоры он подписывал задним числом, в силу чего посчитал, что и в этот раз будет также. В части требований о взыскании мотивационной выплаты пояснил, что данная выплата предусмотрена трудовым договором, Порядком формирования ключевых показателей, утверждённым Советом директоров общества, поскольку трудовые отношения носят длящийся характер, срок исковой давности по данному требованию полагает не истекшим. Сумму мотивационной выплаты должен утверждать Совет директоров в зависимости от оклада пропорционально выполненным показателям. Достижение им ключевых показателей эффективности за 2021 г. составило 99%, что соответствует размеру вознаграждения, рассчитанному им самостоятельно в сумме 70026 руб. На собрании Совета директоров, проходившем в июне 2022 г., данное решение о выплате ему данной мотивационной выплаты принято не было. После этого за взысканием выплаты он к работодателю не обращался, данный вопрос не поднимался. Срок для подачи искового заявления считает непропущенным ввиду вручения документов об увольнении ДД.ММ.ГГГГ, ходатайство о восстановлении срока заявил на тот случай, если суд посчитает его пропущенным.

В судебном заседании представитель ответчика АО «Медтехника» ФИО2, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия один год, исковые требования не признал по доводам, подробно изложенным в письменном отзыве, дополнениях к нему, письменных возражениях на исковые требования, в том числе уточненные. В целом позиция ответчика сводится к следующему. Ответчик полагает процедуру увольнения генерального директора ФИО1 соблюденной, нарушений со стороны работодателя допущено не было. С ФИО1 как генеральным директором АО «Медтехника» был заключен срочный трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ, о чем истцу было известно. Об истечении срока действия трудового договора истец знал. Более того в рабочем порядке истец неоднократно уведомлялся о том, что в связи с ухудшением финансового состояния АО «Медтехника» акционером было принято решение о смене генерального директора после истечения срока действия трудового договора с ФИО1 Действующий состав Совета директоров был утвержден ДД.ММ.ГГГГ распоряжением ДУГСа ТО. При этом работодатель выразил свое волеизъявление на прекращение срочного трудового договора с генеральным директором, соблюдя при этом процедуру увольнения, уведомив его в установленный срок за 3 дня о прекращении срочного трудового договора, со стороны работодателя были предприняты все возможные меры и попытки для уведомления ФИО1 за три дня о прекращении трудового договора: уведомление было направлено от имени единственного акционера Департамента по управлению государственной собственностью Томской области за подписью ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ, от получения которого истец отказался, также уведомление направлялось посредством телеграммы от ДД.ММ.ГГГГ, от получения которой истец также уклонился, кроме того члены Совета директоров выезжали по месту работы и по адресу места жительства ФИО1 с уведомлением для его вручения, по результатам выхода были составлены акты, в том числе о вручении уведомления сотрудникам АО «Медтехника» для вручения генеральному директору. Кроме того ДД.ММ.ГГГГ повторно почтовым отправлением истцу по адресу регистрации направлено уведомление о прекращении трудового договора. При этом ФИО5, будучи членом Совета директоров, был наделен полномочиями на подпись уведомления от ДД.ММ.ГГГГ от имени Совета директоров, что подтвердили в судебном заседании свидетели – члены Совета директоров. Таким образом, от получения уведомлений ФИО1 умышленно уклонялся. При этом риск неполучения уведомления при добросовестном поведении работодателя возлагается на самого истца. Согласно позиции ответчика, учитывая недобросовестное поведение истца, уведомление о прекращении трудового договора считается доставленным истцу. Кроме того, с конца апреля 2025 г. он не выходил на контакт, не отвечал на звонки, на сообщения в мессенджере WhatsApp, отсутствовал на рабочем месте, приглашения в ДУГС ТО и <адрес> для обсуждения текущих вопросов игнорировались. ДД.ММ.ГГГГ им был издан приказ №лс об отпуске с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ без согласования отпуска в соответствии с положением п.2.4 трудового договора. Приказом №лс от ДД.ММ.ГГГГ издал приказ об отпуске без оплаты (без содержания) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, который истец объяснил семейными обстоятельствами (...), вместе с тем ... у родственника случился только в мае, а приказ издан заранее в апреле 2025 г. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был открыт больничный лист по ДД.ММ.ГГГГ. При этом свои личные вещи ФИО1 вывез из кабинета еще в мае 2025 г., то есть зная о прекращении срока действия своего трудового договора. В связи с истечением срока действия трудового договора с ФИО1 между АО «Медтехника» и ФИО8 заключен срочный трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ на домашний адрес истца заказным письмом №№ направлены уведомления с предложением получить трудовую книжку и денежный расчет, копию приказа об увольнении. Также письмо было направлено на электронную почту ФИО1 <адрес>. Истцу было предложено распорядиться направить их по почте и перечислением на указанный им счет. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 впервые появился в АО «Медтехника», был лично уведомлен о состоявшемся прекращении трудового договора, получено требование о выдаче документов. ДД.ММ.ГГГГ в помещении АО «Медтехника» ему были вручены трудовые документы и произведен расчет в кассе. Таким образом, полагает, процедура увольнения соблюдена. При этом гарантии, предусмотренные ТК РФ о незаконности увольнении в период больничного, к рассматриваемому случаю истечения срока действия срочного трудового договора с генеральным директором не применяются. Также дополнительно на доводы истца пояснял, что положения п.6.11 Устава АО «Медтехника» не подлежат применения к рассматриваемому случаю, поскольку в силу п.6.11 Устава образование единоличного исполнительного органа общества не подразумевает избрание новой кандидатуры, кроме того, поскольку в АО «Медтехника» единственный учредитель – акционер - Томская область в лице Департамента по управлению государственной собственностью Томской области, то соблюдение данной процедуры и созыв общего собрания акционеров на рассматриваемую ситуацию не распространяется, единственный акционер вправе единолично принимать решения. Относительно заявленных исковых требований о признании по совокупности трудовых взаимоотношений ФИО1 с АО «Медтехника» за последние 8 лет и отсутствием их фактического прерывания длящимися, признании срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ заключенным на неопределенный срок – полагал требования необоснованными, основанными на неверном толковании норм права, так как заключение с генеральным директором АО «Медтехника» срочных трудовых договоров соответствует действующему законодательству, Уставу общества (п.8.2), срок предусмотрен самим трудовым договором. С ФИО1 было заключено всего три срочных трудовых договора от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, срок действия которых составлял 1 год и 3 года соответственно. Каждый раз после истечения срока действия каждого трудового договора проводилась процедура увольнения работника и последующее заключение нового трудового договора с принятием на работу и оформлением всех необходимых документов. При прекращении предыдущего трудового договора были соблюдены все требования ТК РФ, в последующем с истцом заключён новый трудовой договор как с генеральным директором, при этом срок ни одного трудового договора с истцом не продлевался. Приведенная истцом судебная практика, отраженная в определении Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ22-131-К2, не соответствует обстоятельствам рассматриваемого дела. Также пояснил, что Департамент здравоохранения Томской области не участвует в процедуре увольнения генерального директора, являясь структурным подразделением администрации Томской области, его полномочия сводятся только к курированию деятельности акционерного общества, участия в прекращении трудового договора с генеральным директором в связи с истечением его срока действия данное лицо не принимает, в силу чего права и законные интересы данного департамента решением суда не затрагиваются. В части требований о взыскании мотивационной выплаты за 2021 г. ответчик полагает, что срок обращения по данному требованию, уставленный в 1 год, пропущенным, заявляет ходатайство о применении срока исковой давности к данному требованию, которой полагает необходимым исчислять с даты протокола заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ, на котором рассматривался данный вопрос об оценке достижения ключевых показателей эффективности общества и выплате истцу мотивационной выплаты за 2021 г., и на котором решение о выплате истцу данной мотивационной выплаты принято не было. Таким образом, согласно позиции ответчика, никаких нарушений со стороны работодателя допущено не было, оснований для удовлетворения требований истица не имеется.

В судебном заседании представитель третьего лица Департамента по управлению государственной собственностью Томской области ФИО3, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования находила необоснованными по доводам, изложенным в письменной отзыве на иск, поддержала позицию ответчика. Полагала процедуру увольнения истца соблюденной, Департамент подтверждает фактические обстоятельства, связанные с неоднократными попытками общества и департамента уведомить истца об истечении срока трудового договора, изложенные в отзыве ответчика. Неполучение истцом писем и телеграмм по месту жительства, отсутствие на рабочем месте дают основания полагать, что уведомление истца об истечении срока трудового договора в порядке ст. 79 ТК РФ было совершено работодателем надлежащим образом. Трудовые отношения между АО «Медтехника» и ФИО1 являлись срочными, основания для признания их бессрочными отсутствуют, истечение срока трудового договора было для истца объективным и ожидаемым обстоятельством. Требования о взыскании мотивационной выплаты полагала не подлежащими удовлетворению ввиду пропуска истцом срока исковой давности, обоснования уважительности причин пропуска срока для обращения за защитой нарушенного права истцом не приведено. Требования о компенсации морального вреда также удовлетворению не подлежат ввиду отсутствия нарушений со стороны работодателя.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме, суд приходит к следующему.

Статьей 37 Конституции РФ установлено, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род занятий и профессию.

Частью 1 ст. 45 Конституции РФ гражданам Российской Федерации гарантируются государственная защита их прав и свобод.

Согласно ч.1 ст. 1 Трудового Кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии со статьей 2 Трудового Кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, признаются, в том числе, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу части 1 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации (запрещение дискриминации в сфере труда) каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения, как следует из положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ, работник имеет право, в том числе, на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором, рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 2 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

В свою очередь работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, обеспечивать бытовые нужды работников, связанные с исполнением ими трудовых обязанностей, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (ст. 22 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац 2 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Часть 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.

Обязательными для включения в трудовой договор являются, в том числе, условие о трудовой функции (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дате начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом (абзацы 3, 4 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положениями статей 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплены правила заключения срочных трудовых договоров.

Согласно части 1 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть 2 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок (часть 3 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (часть 5 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок (часть 6 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации приведены основания для заключения срочного трудового договора.

В части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплен перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых трудовой договор заключается на определенный срок в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения.

Частью 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации определен перечень случаев, при наличии которых по соглашению сторон допускается заключение срочного трудового договора.

В соответствии с названной нормой закона по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться, в частности, с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности (абзац восьмой части 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 273 ТК РФ руководитель организации - физическое лицо, которое в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа.

Особенности регулирования труда, предусмотренные настоящей главой (глава 43), распространяются на руководителей организаций независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, за исключением тех случаев, когда: руководитель организации является единственным участником (учредителем), членом организации, собственником ее имущества; управление организацией осуществляется по договору с другой организацией (управляющей организацией) или индивидуальным предпринимателем (управляющим).

Статьей 275 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор с руководителем организации может быть заключен на неопределенный срок либо по соглашению сторон на определенный срок (срочный трудовой договор) в соответствии с частью второй статьи 59 настоящего Кодекса. В случае, когда в соответствии с частью второй статьи 59 настоящего Кодекса с руководителем организации заключается срочный трудовой договор, срок действия этого трудового договора определяется учредительными документами организации или соглашением сторон.

Трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или учредительными документами организации могут быть установлены процедуры, предшествующие заключению трудового договора с руководителем организации (проведение конкурса, избрание или назначение на должность и другое).

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть 2 статьи 58, часть 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). В соответствии с частью 2 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть вторая статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя. Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Как разъяснено в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2, при установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом обстоятельств каждого дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок.

Согласно части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (пункт 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П "По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9", законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров фактически направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что не только отвечает целям и задачам трудового законодательства, социальное предназначение которого заключается в преимущественной защите интересов работника, включая его конституционно значимый интерес в стабильной занятости, но и согласуется с вытекающим из Конституции Российской Федерации (статья 17, часть 3) требованием соблюдения баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя. Такой подход согласуется и с позицией Международной организации труда, которая, в частности, в Конвенции от 22 июня 1982 г. N 158 "О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя" (Российской Федерацией не ратифицирована) указала на необходимость закрепления мер, направленных на предотвращение использования договоров о найме на определенный срок (срочных трудовых договоров) в целях уклонения от предоставления работникам защиты, предусмотренной данной конвенцией (пункт 3 статьи 2), а в принятой в ее развитие одноименной Рекомендации N 166 предложила ограничивать применение таких договоров именно теми случаями, в которых невозможность установления трудовых отношений на неопределенный срок обусловлена характером предстоящей работы, условиями ее выполнения или интересами самого работника (подпункт 2 "a" пункта 3) (абзацы шестой, седьмой пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).

Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что трудовой договор с работником может заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок - не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

По общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения заключаются срочные трудовые договоры, а также перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых допускается по соглашению между работником и работодателем заключение срочного договора. Согласие работника на заключение срочного трудового договора должно быть добровольным и осознанным, то есть работник, заключая с работодателем такой трудовой договор, должен понимать и осознавать последствия заключения с работодателем срочного трудового договора, в числе которых сохранение трудовых отношений только на определенный период времени, прекращение трудовых отношений с работником по истечении срока трудового договора. При этом законом установлен запрет на заключение работодателем срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок.

Таким образом, Трудовой кодекс Российской Федерации, предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, существенно ограничил их применение. Законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что отвечает целям и задачам трудового законодательства - защите интересов работников, обеспечению их стабильной занятости.

К таким случаям, в частности, относится заключение срочного трудового договора с руководителями организаций независимо от их организационно-правовой форм и форм собственности, с лицами, поступающими на работу по совместительству.

По смыслу данных норм необходимым и достаточным условием заключения срочного трудового договора с руководителем организации является добровольное согласие работника (в данном случае лица, поступающего на должность руководителя) и работодателя.

При этом работнику, выразившему согласие на заключение трудового договора на определенный срок, известно о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода. Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора.

Определенные сторонами условия трудового договора могут быть изменены только по соглашению сторон трудового договора, которое заключается в письменной форме.

Как разъяснено в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", при рассмотрении споров, связанных с применением законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации, судам следует исходить из того, что руководителем организации является работник организации, выполняющий в соответствии с заключенным с ним трудовым договором особую трудовую функцию (часть первая статьи 15, часть вторая статьи 57 ТК РФ). Трудовая функция руководителя организации в силу части первой статьи 273 ТК РФ состоит в осуществлении руководства организацией, в том числе выполнении функций ее единоличного исполнительного органа, то есть в совершении от имени организации действий по реализации ее прав и обязанностей, возникающих из гражданских, трудовых, налоговых и иных правоотношений (полномочий собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, правообладателя исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации, прав и обязанностей работодателя в трудовых отношениях с иными работниками организации и т.д.).

Из изложенного следует, что при рассмотрении настоящего иска судом подлежат установлению обстоятельства и оценка законности заключения с генеральным директором общества оспариваемого срочного трудового договора, оценка законности неоднократного заключения срочных трудовых договоров с генеральным директором, законности прекращения трудовых отношений с руководителем организации в связи с истечением срока действия трудового договора, соблюдение работодателем процедуры (порядка) такого прекращения трудовых отношений.

Согласно ч.1 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Как указано в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 09.12.2025) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Судом установлено, что истец ФИО1 занимал должность генерального директора АО «Медтехника» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании срочных трудовых договоров от ДД.ММ.ГГГГ №; ДД.ММ.ГГГГ №; ДД.ММ.ГГГГ №, что в том числе подтверждается записями в трудовой книжке ФИО1 – вкладыш ВТ № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно записям № в трудовой книжке истца ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был принят на должность генерального директора акционерного общества «Медтехника» (АО «Медтехника») на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ был уволен в связи с истечением срока трудового договора (п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ) на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №, ДД.ММ.ГГГГ – принят на должность генерального директора АО «Медтехника» на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ уволен с истечением срока трудового договора (п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ) на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №ЛС, ДД.ММ.ГГГГ принят на должность генерального директора АО «Медтехника» на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №ЛС, ДД.ММ.ГГГГ – уволен в связи с истечением срока трудового договора (п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ) на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №ЛС.

В соответствии с оспариваемым приказом от ДД.ММ.ГГГГ №ЛС ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ уволен с должности генерального директора АО «Медтехника» в связи с истечением срока трудового договора (п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ) на основании: трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, уведомления о прекращении трудового договора, распоряжения Департамента по управлению государственной собственностью Томской области от ДД.ММ.ГГГГ №.

Копия приказа от ДД.ММ.ГГГГ №ЛС в день его издания вручена работнику не была, трудовая книжка выдана не была, равно как окончательный расчет, ввиду отсутствия работника на рабочем месте, в связи с чем в адрес ФИО1 (<адрес>) в соответствии с ч.6 ст. 84.1 ТК РФ было направлено уведомление от ДД.ММ.ГГГГ № № о получении трудовой книжки и денежного расчета при увольнении. Из содержания уведомления следует, что работодатель в лице вновь назначенного генерального директора ФИО8 уведомляет истца о необходимости явиться для указанной цели по адресу : <адрес>, также разъясняет о возможности подачи заявления о желании получить трудовую книжку по почте, указав адрес, уведомляет о начислении окончательного расчета при увольнении (215002,92 руб.), которые работнику следует получить в кассе по адресу : <адрес>, разъясняет о возможности прислать заявление о желании получить денежные средства почтовым переводом либо перечислением на указанный работником банковский счет с указанием его реквизитов. В качестве приложения направлена копия приказа от ДД.ММ.ГГГГ №ЛС.

Согласно приобщенному в материалы дела почтовому конверту данное уведомление направлено в адрес ФИО1 (<адрес>) с присвоением идентификатора № ДД.ММ.ГГГГ, и не получено последним, возвращено отправителю из-за истечения срока хранения ДД.ММ.ГГГГ. В материалы дела представлен отчет об отслеживании отправления с почтовым идентификатором №, подтверждающий данные обстоятельства. Кроме того, данное уведомление было направлено в адрес истца на его электронную почту <адрес>.

Распоряжением Департамента по Управлению государственной собственностью Томской области от ДД.ММ.ГГГГ № за подписью начальника Департамента ФИО6 о решении по вопросу, относящемуся к компетенции общего собрания акционеров АО «Медтехника», со ссылкой на п.3 ст.47, подп. 8 п.1 ст. 48, п.3 ст.69 Федерального закона «Об акционерных обществах», п.5,6 ч.5 ст. 4 Закона Томской области от 13.04.2004 № 53-ОЗ, подп. 9 п.10 Положения о Департаменте по Управлению государственной собственностью Томской области, подп.6.3.8 п.6.3 Устава АО «Медтехника», единственным акционером которого является субъект Российской Федерации Томская область, от имени которого функции и полномочия акционера осуществляет Департамент: генеральным директором АО «Медтехника» избран ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ на срок три года, ФИО1 в срок до ДД.ММ.ГГГГ поручено обеспечить передачу документов бухгалтерского учета, печати, материальных ценностей и иных документов, необходимых для осуществления финансово-хозяйственной деятельности Общества, ФИО8 по акту приема-передачи в установленном законодательством Российской Федерации порядке.

Из материалов дела следует, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в отпуске без сохранения заработной платы на основании приказа АО «Медтехника» за своей подписью от ДД.ММ.ГГГГ №; в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в отпуске на основании приказа о предоставлении ему отпуска от ДД.ММ.ГГГГ №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на больничном на основании листа нетрудоспособности №, открытого хирургом ООО «АБ ОФО Мед».

Таким образом, в период издания приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ в связи с истечением срока действия трудового договора истец отсутствовал на рабочем месте, что сторонами не оспаривается.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в АО «Медтехника» за выдачей ему приказа об увольнении и иных трудовых документов, о чем свидетельствует отметка представителя АО «Медтехника» ФИО2 о получении данного заявления.

Письмом № № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ выдан приказ от ДД.ММ.ГГГГ №, уведомление от ДД.ММ.ГГГГ, протокол заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ №, распоряжения ДУГС ТО от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №.

Своей подписью в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № работник ФИО1 подтвердил ознакомление с ним ДД.ММ.ГГГГ. В трудовой книжке истца была произведена соответствующая запись об увольнении.

Также истец в судебном заседании не оспаривал получение окончательного расчета при увольнении ДД.ММ.ГГГГ, пояснив, что расчет был получен наличными денежными средствами в кассе АО «Медтехника». Вместе с тем истцом заявлено о получении им расчета не в полном размере.

В связи с увольнением ФИО1 истцом заявлены требования о признании увольнения незаконным; признании приказа АО «Медтехника» об увольнении ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным; восстановлении на работе в должности генерального директора АО «Медтехника» с момента незаконного увольнения.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцом заявлено ходатайство о восстановлении срока для подачи заявления ввиду того, что документы об увольнении были вручены истцу только ДД.ММ.ГГГГ.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, настоящий иск подан в суд ДД.ММ.ГГГГ.

Сторонами не оспаривается и материалами дела (подписью ФИО1 в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № о прекращении трудового договора с ним) подтверждается, что с данным приказом истец был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, копия приказа об увольнении и трудовая книжка были выданы истцу также ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, установленный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд за разрешением спора об увольнении исчисляется с ДД.ММ.ГГГГ и истекает ДД.ММ.ГГГГ (последний день срока).

Учитывая дату обращения истца в суд (ДД.ММ.ГГГГ), суд находит срок обращения не пропущенным, в силу чего его восстановление не требуется. Ходатайство истцом заявлено излишне, на что истец в ходе рассмотрения дела неоднократно указывал, пояснив, что ходатайство им заявлено на тот случай, если суд посчитает данный срок пропущенным.

В качестве одного из оснований для признания увольнения истца незаконным он ссылается на бессрочный характер возникших между ним и АО «Медтехника» трудовых отношений, в связи с чем истец заявляет требования о признании по совокупности трудовых взаимоотношений ФИО1 с АО «Медтехника» за последние 8 лет и отсутствием их фактического прерывания длящимися; признании срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ заключенным на неопределенный срок.

Как было указано судом выше, положения ст. 275 ТК РФ предусматривают возможность заключения с руководителем организации трудового договора на определённый срок по соглашению сторон (срочный трудовой договор).

В случае, когда в соответствии с частью второй статьи 59 настоящего Кодекса с руководителем организации заключается срочный трудовой договор, срок действия этого трудового договора определяется учредительными документами организации или соглашением сторон.

Из материалов дела, Устава АО «Медтехника», утв. Распоряжением Департамента по управлению государственной собственностью Томской области от ДД.ММ.ГГГГ №, Положения о Департаменте по управлению государственной собственностью Томкой области, утв. Постановлением Губернатора Томской области от ДД.ММ.ГГГГ №, положений п.5,6 ч.5 ст.4 Закона Томской области от 13.04.2004 № 53-ОЗ, следует, что Субъект Российской Федерации - Томская область является единственным акционером Общества, при этом Департамент осуществляет полномочия органа по управлению государственной собственностью Томской области, осуществляет права акционера данного общества.

Согласно п.8.1 Устава АО «Медтехника», утв. Распоряжением Департамента по управлению государственной собственностью от ДД.ММ.ГГГГ №, руководство текущей деятельностью Общества осуществляется единоличным исполнительным органом Общества – генеральным директором, который подотчетен Совету директоров Общества и общему собранию акционеров.

В силу п.8.2 Устава генеральный директор избирается Общим собранием акционеров сроком на 3 (три) года и является единоличным исполнительным органом Общества, без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками Общества.

Права и обязанности генерального директора по осуществлению руководства текущей деятельностью Общества определяются правовыми актами Российской Федерации, настоящим Уставом, Положением о генеральном директоре, утвержденным Общим собранием акционеров, и договором. Договор с генеральным директором от имени Общества подписывает Председатель Совета директоров Общества или лицо, уполномоченное Советом директоров (п.8.4 Устава).

Согласно п.1,2 ст. 11 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" устав общества является учредительным документом общества. Требования устава общества обязательны для исполнения всеми органами общества и его акционерам.

Также положениями ст. 69 Федерального закона "Об акционерных обществах" установлено, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров (п.1). Образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий осуществляются по решению общего собрания акционеров, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества (абз.1п.3). Договор от имени общества подписывается председателем совета директоров (наблюдательного совета) общества или лицом, уполномоченным советом директоров (наблюдательным советом) общества (абз.2 п.3). Если полномочия исполнительных органов общества ограничены определенным сроком и по истечении такого срока не принято решение об образовании новых исполнительных органов общества или решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющей организации либо управляющему, полномочия исполнительных органов общества действуют до принятия указанных решений (абз. 6 п.3).

В соответствии с п.3.1, 3.3 Положения о генеральном директоре ОАО «Медтехника», утв.Распоряжением ДУГСа ТО от 09.10.2023 № 775, генеральный директор избирается Общим собранием акционеров Общества сроком на три года. Трудовой договор с генеральным директором утверждает Совет директоров, от имени Общества договор подписывает Председатель Совета директоров либо лицо, уполномоченное Советом директоров Общества.

Таким образом, специфика трудовых функций генерального директора АО «Медтехника» позволяет заключать срочные трудовые договоры с ним, Уставом АО «Медтехника срок полномочий генерального директора ограничен 3 годами, что соответствует положениям Федерального закона "Об акционерных обществах", допускающего ограничение полномочий исполнительных органов общества определенным сроком.

В материалы дела представлено три трудовых договора, заключенных между АО «Медтехника» и ФИО1 на предмет исполнения последним обязанностей генерального директора АО «Медтехника», а также документы, подтверждавшие оформление трудовых отношений с истцом.

Согласно содержанию трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между АО «Медтехника» в лице председателя Совета директоров общества ФИО10, действующей на основании Устава и протокола заседания от ДД.ММ.ГГГГ №, и ФИО1 (руководителем), данный трудовой договор заключен между сторонами на основании решения общего собрания акционеров от ДД.ММ.ГГГГ № в соответствии с протоколом Совета директоров общества об утверждении трудового договора, заключаемого с генеральным директоров общества от ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно п.1.1. договор регулирует отношения между Обществом и руководителем, связанные с исполнением последним обязанностей генерального директора Общества. В силу п.1.5 трудового договора установлено, что договор вступает в силу со дня его подписания обеими сторонами и действует с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом п.8.1 трудового договора было предусмотрено, что договор прекращается по истечении срока его действия, а также по основаниям, предусмотренным действующим законодательством Российской Федерации. Во всем случаях днем увольнения Руководителя является последний день его работы (п.8.2).

В материалы дела представлен приказ (распоряжение) № от ДД.ММ.ГГГГ о принятии ФИО1 на работу на основании заключенного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из содержания трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между АО «Медтехника» в лице председателя Совета директоров общества ФИО11, действующего на основании Устава и протокола заседания от ДД.ММ.ГГГГ №, и ФИО1 (руководителем), следует, что данный трудовой договор заключен между сторонами на основании решения общего собрания акционеров в соответствии с протоколом Совета директоров общества об утверждении трудового договора, заключаемого с генеральным директором общества от ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно п.1.1. договор регулирует отношения между Обществом и руководителем, связанные с исполнением последним обязанностей генерального директора Общества. В силу п.1.5 трудового договора установлено, что договор вступает в силу со дня его подписания обеими сторонами и действует с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом п.8.1 трудового договора было предусмотрено, что договор прекращается по истечении срока его действия, а также по основаниям, предусмотренным действующим законодательством Российской Федерации. Во всем случаях днем увольнения Руководителя является последний день его работы (п.8.2).

Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № внесены изменения в параграф 3 трудового договора в части оплаты труда руководителя, в частности в договор включено условия о стимулирующей выплате (премии, иной поощрительной выплате), размер которой определяется по итогам года и зависит от результатов достижения ключевых показателей эффективности деятельности общества, наличия показателей депремирования руководителя, установленных в локальном нормативном акте Общества, и размер которой не может превышать одного должностного оклада. Изменения вступили с силу с ДД.ММ.ГГГГ (п.2 дополнительного соглашения).

Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № внесены изменения в части урегулирования отношений с генеральным директором, связанными с допуском его с государственной тайне, в п.2.4, 2.6, 3.1 трудового договора.

Согласно содержанию трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между АО «Медтехника» в лице председателя Совета директоров общества ФИО5, действующего на основании Устава и протокола заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ №, и ФИО1 (руководителем), данный трудовой договор заключен между сторонами на основании решения Общего собрания акционеров от ДД.ММ.ГГГГ № в соответствии с протоколом Совета директоров общества об утверждении трудового договора, заключаемого с генеральным директоров общества от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно п.1 договор регулирует отношения между Обществом и руководителем, связанные с исполнением последним обязанностей генерального директора Общества. Общество является основным местом работы Руководителя. Руководитель обязан приступить к работе ДД.ММ.ГГГГ.

В силу п.1.5 трудового договора установлено, что договор вступает в силу со дня его подписания обеими сторонами и действует с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При этом п.8.1 трудового договора было предусмотрено, что договор прекращается по истечении срока его действия, а также по основаниям, предусмотренным действующим законодательством Российской Федерации. Во всем случаях днем увольнения Руководителя является последний день его работы (п.8.2).

В материалы дела представлен приказ (распоряжение) №ЛС от ДД.ММ.ГГГГ о приеме ФИО1 на работу на основании заключенного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, анализ содержания всех заключаемых с ФИО1 трудовых договоров позволяет суду сделать вывод о том, что во всех трудовых договорах был определен срок их действия, содержалось указание на прекращение каждого трудового договора по истечению срока его действия.

В частности, пунктами 1.5 Трудовых договоров устанавливался срок их действия, который составлял: 1 год (по договору от ДД.ММ.ГГГГ №) и 3 года (по трудовым договорам от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №).

Также сторонами было согласовано, что в соответствии с пунктами 8.1 Трудовых договоров договор прекращается по истечению срока его действия (срочный трудовой договор).

После истечения срока действия трудового договора между сторонами заключался новый трудовой договор.

В материалы дела стороной ответчика представлены доказательства, подтверждающие соблюдение процедуры прекращения ранее заключенных с ФИО1 трудовых договоров от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № и процедуры заключения последующих трудовых договоров от ДД.ММ.ГГГГ № и от № от ДД.ММ.ГГГГ.

Уведомлением ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ председателем Совета директоров АО «Медтехника» ФИО5 о прекращении ДД.ММ.ГГГГ срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № в связи с истечением срока его действия подтверждается соблюдение работодателем требований ч.1 ст. 79 ТК РФ. На уведомлении стоит подпись ФИО1 о получении данного уведомления (ознакомлении с ним) от ДД.ММ.ГГГГ. Свою подпись в данном уведомлении истец не оспаривал.

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГ №ЛС, подписанному самим руководителем ФИО1, ФИО1 уволен с должности генерального директора АО «Медтехника», действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ прекращено за истечением срока трудового договора по п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ. В приказе содержится подпись самого работника ФИО1, дата ознакомления с приказом ДД.ММ.ГГГГ.

Распоряжением Департамента по управлению государственной собственностью Томской области от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 был избран на должность генерального директора общества на срок три года. Данное Распоряжение заложено в основу заключения с ним трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №. Данное обстоятельство истец не оспаривал.

Протоколом заседания Совета директоров № от ДД.ММ.ГГГГ определено лицо, уполномоченное на заключение с ФИО1 трудового договора, – ФИО5, а также утвержден трудовой договор, заключаемый с его единоличным исполнительным органом. В указанном заседании Совета директоров принимал участие и сам ФИО1

Приказом (распоряжением) №ЛС от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается прием ФИО1 на работу на основании заключенного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Основанием к заключению трудового договора явилось Распоряжение ДУГС ТО от ДД.ММ.ГГГГ №.

Доказательств, подтверждающих вынужденный характер заключения ФИО1 срочных трудовых договоров, в том числе оспариваемого трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, доказательств введения истца в заблуждение, заключения договора под обманом, истцом в нарушение требований с. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлено и судом не установлено.

Более того, о срочности полномочий генерального директора в силу специфики данной должности свидетельствует также факт заключения с новым генеральным директором АО «Медтехника» ФИО8 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № на трехлетний срок полномочий с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, все три трудовых договора с ФИО1 были заключены на определенный срок выполнения им как генеральным директором общества своих обязанностей по руководству финансово-хозяйственной деятельностью АО «Медтехника».

Условиями данных срочных трудовых договоров был урегулирован предмет договора, срок, права и обязанности сторон, условия оплаты труд руководителя, режим рабочего времени и времени отдыха, социальное страхование руководителя, гарантии и компенсации, предусмотрена ответственность сторон, прекращение договора, заключительные положения, договоры содержат данные сторон (адреса, реквизиты, подписи).

Данные трудовые договоры все были подписаны сторонами - со стороны АО «Медтехника – председателем Совета директоров, со стороны работника- «руководителя» - ФИО1, изменения в них не вносились, дополнительные соглашения в части изменения срока их действия, не заключались, незаключенными или недействительными данные договоры не признавались, не расторгались, что стороны подтвердили в ходе судебного разбирательства.

Истец осуществлял трудовую функцию по каждому трудовому договору, добровольно исполнял обязанности генерального директора в соответствии со своими полномочиями, что сторонами в судебном заседании не оспаривалось. Данное обстоятельство под сомнение участниками не ставилось.

Подписание ФИО1 срочного трудового договора, добровольно реализуемые трудовые отношения свидетельствуют о согласии истца с содержащимися в договоре существенными условиями, в том числе сроком его действия.

Таким образом, продления срока ни по одному трудовому договору, в том числе оспариваемому, сторонами не производилось. Все трудовые договоры были заключены в изложенной в них редакции и на условиях, предусмотренных в них, по соглашению сторон. При истечении срока действия каждого трудового договора работодатель требовал его расторжения (то есть выражал намерение прекратить трудовые отношения), истец увольнялся с соблюдением процедуры, получал уведомление об истечении срока его действия, издавался приказ об увольнении, с которым истец ознакамливался под роспись, в трудовую книжку вносились соответствующие записи. При заключении нового трудового договора учредителем (единственным акционером) издавалось соответствующее распоряжение об избрании истца на должность генерального директора, которое закладывалось в качестве основания для заключения очередного срочного трудового договора.

Сам по себе факт многократности заключения срочных трудовых договоров для выполнения одной и той же трудовой функции, с учетом вышеизложенных положений закона, локальных нормативных актов, Устава, не свидетельствует о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, а трудовых отношений в совокупности за весь их период - длящимися без прерывания.

Истец, заключая и подписывая трудовые договоры от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, знал и осознавал правовые последствия срочного характера возникших трудовых отношений, в которые вступал, как установлено судом, добровольно. Таким образом, между сторонами спора было заключено добровольное соглашение об условиях договора, в том числе относительно срочного характера такого договора.

Инициации спора с работодателем со стороны ФИО1 в части несогласия с условиями о срочности данных трудовых договоров ранее со стороны истца не было, с условиями данных договоров истец соглашался, что не оспаривал в ходе рассмотрения настоящего спора. Обращений от ФИО1 в компетентные органы по вопросу оказанного давления либо отказа от заключения срочных трудовых договоров не имелось, соответствующих сведений суду не представлено, кроме того истец сам пояснял, что не обращался никуда по данному вопросу.

Кроме того, реализация права на судебную защиту путем оспаривания условия о сроке действия трудового договора осуществляется в настоящем процессе за пределами срока, течение которого началось с даты заключения договора.

При этом довод истца о том, что все трудовые договоры он подписывал задним числом, суд находит не подтвержденным никакими доказательствами в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, сводится к голословному утверждению. Ответчик данное обстоятельство отрицал. В обоснование соблюдения процедуры увольнения ФИО1 по предыдущим трудовым договорам и заключения с ним срочных трудовых договоров на новый срок в материалы дела представлено в частности, соответствующее уведомление от ДД.ММ.ГГГГ с подписью генерального директора ФИО1, подтверждающее его получение. Данное обстоятельство получения уведомления работодателя о прекращении срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ истец не оспаривает.

Довод истца о том, что все договоры с ним продлялись, суд находит не соответствующим обстоятельствам дела, в связи с чем правовая позиция, приведенная в определении Верховного суда Российской Федерации от 16.01.2023 № 50КГ22-131-К2, на которую истец ссылается, в рассматриваемом споре не применима ввиду несовпадения диспозиции дел.

Таким образом, заключение оспариваемого трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ на срок три года не противоречит нормам трудового законодательства, поскольку истец занимал должность руководителя – генерального директора, то есть выполнял в соответствии с заключённым с ним трудовым договором особую трудовую функцию, которая состояла в осуществлении руководства организацией, связана с организационно-распорядительной деятельностью, обладал властными полномочиями, его должность включена в перечень лиц, указанных в абз.8 ч.2 ст. 59 ТК РФ, с которыми по соглашению сторон может заключаться срочный трудовой договор, в связи с чем у работодателя имелись правовые основания для заключения с истцом срочного трудового договора. Заключение новых срочных трудовых договоров по окончании срока действий предыдущих в течение определенного периода времени не противоречит требованиям ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации и не свидетельствует о возникновении трудовых отношений на неопределенный срок.

В качестве довода о признании оспариваемого трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ заключенным на неопределённый срок истцом указано также на несоблюдение работодателем установленной ч.1 ст. 79 ТК РФ процедуры предупреждения работника о предстоящем увольнении по п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ, неполучение им такого уведомления.

В ходе судебного разбирательства представитель работодателя АО «Медтехника» и представитель единственного акционера АО «Медтехника» - Департамента по управлению государственной собственностью Томской области указывали на наличие у работодателя и собственника общества волеизъявления на прекращение оспариваемого срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1, соблюдение работодателем установленной ч.1 ст. 79 ТК РФ процедуры предупреждения работника о предстоящем увольнении по п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

При оценке соблюдения работодателем данного требования закона суд исходит из следующего.

Статья 79 Трудового кодекса Российской Федерации определяет порядок прекращения срочного трудового договора.

В силу части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений (часть 2 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации).

Истечение срока трудового договора относится к числу оснований для прекращения трудовых отношений. При этом, по смыслу положений статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации, одного факта истечения срока действия трудового договора недостаточно для прекращения действия трудового договора, этот факт должен быть дополнен соответствующим волеизъявлением либо работника, либо работодателя.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении настоящего спора, являются: установление наличия волеизъявления работодателя о прекращении срочного трудового договора, подкрепленное соответствующим уведомлением работника в установленный срок, и добровольность самого соглашения о срочном характере трудового договора со стороны работника.

То обстоятельство, что ФИО1 добровольно заключил оспариваемый срочный трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ, подписал его, принужден к этому не был со стороны работодателя, он в ходе судебного разбирательства не оспаривал.

В части соблюдения процедуры уведомления работодателем истца о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ в связи с истечением срока его действия, в подтверждение данному обстоятельству в материалы дела стороной ответчика и третьим лицом представлены следующие доказательства.

Письмом Департамента по управлению государственной собственности Томской области (представитель единственного акционера АО «Медтехника») от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 был уведомлен о прекращении ДД.ММ.ГГГГ срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ от № в связи с истечением срока его действия. Данное уведомление подписано начальником департамента ФИО6, направлено заказным письмом от ДД.ММ.ГГГГ по адресу АО «Медтехника (<адрес>) (т.1 л.д.134, 205).

Направка данного уведомления подтверждается списком внутренних почтовых отправлений, отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором № (т.1, 135, 136), из которого усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вручено извещение о получении заказного письма, в связи с отказом от его получения ДД.ММ.ГГГГ данное заказное письмо вернулось отправителю из-за истечения срока его хранения.

Из изложенного следует вывод, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, получив извещение о ДУГСа ТО, умышленно отказался от получения заказного письма в почтовой отделении связи.

В материалы дела представлено уведомление от ДД.ММ.ГГГГ на имя генерального директора АО «Медтехника» ФИО1 о прекращении ДД.ММ.ГГГГ срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ от № в связи с истечением срока его действия, подписанное председателем Совета директоров АО «Медтехника» ФИО5 На данном уведомлении стоит отметка о регистрации его по месту работы АО «Медтехника» за входящим № от ДД.ММ.ГГГГ (сотрудником ФИО2). Подпись работника ФИО1 о получении, ознакомлении с данным уведомлением отсутствует.

Как указано представителями ответчика и третьего лица, работодателем в лице Совета директоров и акционера в лице сотрудников ДУГСа ТО предпринимались попытки вручения данного уведомления истцу.

Так, представители Департамента выехали по месту работы ФИО1 (<адрес>) для вручения уведомления о прекращения срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № в связи с истечением срока, прибыв в АО «Медтехника», генеральный директор на месте отсутствовал, из пояснений начальника юр.отдела ФИО1 находится в отпуске, и.о. генерального директора ФИО12 Данное обстоятельство подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ (время ...) по адресу нахождения АО «Медтехника» (<адрес>, <адрес>. Акт подписан зам.начальника ДУГСа ТО ФИО13, гл.специалистом комитета экономического развития и приватизации ФИО14, сотрудниками АО «Медтехника» ФИО2, ФИО12 (т.1 л.д.139).

Кроме того, представители Совета директоров АО «Медтехника» и Департамента выехали для вручения указанного уведомления ФИО1 повторно ДД.ММ.ГГГГ по месту работы, из пояснений начальника юр.отдела ФИО1 находится в отпуске, и.о. генерального директора ФИО12 Данное обстоятельство подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ (время ...) по адресу нахождения АО «Медтехника» (<адрес>, №). Акт составлен и подписан членами Совета директоров ФИО13, ФИО15, Департамента - ФИО14, сотрудниками АО «Медтехника» ФИО2, ФИО12 (т.1 л.д.140).

Также сотрудники ДУГСа ТО и члены Совета директоров выезжали по месту жительства истца (<адрес>), о чем составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ время ... час., из которого следует, что ФИО1 по месту жительства отсутствовал. Акт подписан членами Совета директоров ФИО13, ФИО15, от Департамента - ФИО14 (т.1 л.д.141).

В связи с отсутствием ФИО1 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ и по месту жительства данное уведомление от ДД.ММ.ГГГГ на имя генерального директора АО «Медтехника» ФИО1 о прекращении ДД.ММ.ГГГГ срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ от № в связи с истечением срока его действия было направлено в адрес истца по почте. Описью вложения почтового отправления от ДД.ММ.ГГГГ (отправитель ФИО15 – член Совета директоров АО «Медтехника») подтверждается, что в почтовом отправлении содержалось именно уведомление о прекращении срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ уведомление от ДД.ММ.ГГГГ было еще раз направлено в адрес истца ФИО13 посредством ускоренной направки по EMS, что подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ, описью вложения, почтовым уведомлением Экспресс-доставки EMS Почта России (почтовый идентификатор №), отчетом об отслеживании с почтовым идентификатором №, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ состоялась неудачная попытка вручения, и ДД.ММ.ГГГГ срок хранения данного заказного письма истек.

Кроме того, письменное уведомление было направлено ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в адрес регистрации истца (<адрес>) телеграммой от ДД.ММ.ГГГГ (текст телеграммы, представленный ПАО Ростелеком и АО «Почта России» по запросу суда: «Уважаемый ФИО31, в соответствии с частью 1 ст. 79 Трудового кодекса Российской Федерации уведомляю Вас о прекращении ДД.ММ.ГГГГ срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № в связи с истечением его срока действия» (№), которая не была доставлена и возвращена отправителю ДД.ММ.ГГГГ с отметкой почтового отделения «квартира закрыта, адресат за телеграммой не является» (т.1 л.д., 142, 202).

Помимо прочего ДД.ММ.ГГГГ председателем Совета директоров ФИО5 было подписано повторное уведомление на имя ФИО1 о прекращении ДД.ММ.ГГГГ срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ от № в связи с истечением срока его действия (т.1 л.д.143), которое было направлено в его адрес места жительства (<адрес>) заказным письмом ДД.ММ.ГГГГ посредством ускоренной направки по EMS, что подтверждается конвертом, квитанцией АО «Почта России» от ДД.ММ.ГГГГ, описью вложения, отчетом об отслеживании почтового отправления с почтовым идентификатором №, отправителем по которому указана ФИО16 (т.1 л.д. 144-146). Из отчета усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ состоялись неудачные попытки вручения данного заказного письма адресату, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ истек срок хранения.

Согласно справке ДУГСа ТО от ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 замещает должность государственной гражданской службы председателя комитета экономического развития и приватизации в ДУГСе ТО с ДД.ММ.ГГГГ, из чего следует, что уведомление было направлено от имени Совета директоров и акционера уполномоченным лицом.

Согласно позиции истца, в связи с неполучением им на руки данных уведомлений, истец находит себя неуведомленным о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия, в связи с чем полагает, что работодателем не была соблюдена установленная ч.1 ст. 79 ТК РФ процедура предупреждения работника о предстоящем увольнении по п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ, что является, по его мнению, основанием для признания увольнения незаконным.

Трудовой кодекс РФ не устанавливает правовые последствия невыполнения требования о предупреждении работника и правовые последствия того, что работник несвоевременно получил уведомление о прекращении трудового договора. Не регламентирован также способ, которым работодатель должен известить работника об увольнении и форма такого уведомления (ч. 1 ст. 79 ТК РФ), ст. 79 Трудового кодекса РФ не содержит указаний на реквизиты документа, которым работник должен быть уведомлен о прекращении срочного трудового договора, кроме как указывает, что такое уведомление должно быть письменным.

Законом не регламентировано, кто именно подписывает уведомление генеральному директору от имени работодателя.

Вместе с тем как разъяснил Верховный Суд РФ в своем Определении от 03.10.2008 N 89-В08-6, решение о прекращении трудового договора может быть принято только работодателем или надлежащим образом уполномоченным на то лицом. В связи с этим и уведомление о предстоящем увольнении вправе направить работнику руководитель организации или лицо, исполняющее его обязанности или имеющее надлежащим образом оформленные полномочия на уведомление о предстоящем увольнении.

При оценке полномочий должностных лиц, направлявших данные уведомления, суд исходит из следующего.

В силу п.1 ст. 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" высшим органом общества является общее собрание акционеров, компетенция которого регламентирована положениями ст. 48 приведенного закона.

В соответствии с подп.8, 20 п.1 ст. 48 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ к компетенции общего собрания акционеров относятся, среди прочих вопросов, поименованных в п.1: образование исполнительного органа общества, досрочное прекращение его полномочий, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, а также случаи, предусмотренные пунктами 6 и 7 статьи 69 настоящего Федерального закона; решение иных вопросов, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу п.1 ст. 64 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" Совет директоров (наблюдательный совет) общества осуществляет общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных настоящим Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров.

Согласно ч.1 ст. 66 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества избираются общим собранием акционеров в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом и уставом общества, на срок до следующего годового заседания общего собрания акционеров.

Пунктом 1 ст.67 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ предусмотрено, что председатель совета директоров (наблюдательного совета) общества избирается членами совета директоров (наблюдательного совета) общества из их числа большинством голосов от общего числа членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, если иное не предусмотрено уставом общества. Совет директоров (наблюдательный совет) общества вправе в любое время переизбрать своего председателя большинством голосов от общего числа членов совета директоров (наблюдательного совета), если иное не предусмотрено уставом общества.

В случае отсутствия председателя совета директоров (наблюдательного совета) общества его функции осуществляет один из членов совета директоров (наблюдательного совета) общества по решению совета директоров (наблюдательного совета) общества (п.3 ст. 67).

Из положений ст. 68 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" следует, что решения совета директоров (наблюдательного совета) общества могут приниматься на заседаниях или заочным голосованием (п.1). Участие в заседании совета директоров (наблюдательного совета) общества может осуществляться дистанционно с помощью электронных либо иных технических средств, если при этом используются способы, позволяющие достоверно установить лицо, принимающее дистанционное участие в заседании, и предоставляющие такому лицу возможность участвовать в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать по вопросам повестки дня, поставленным на голосование. Заседание совета директоров (наблюдательного совета) общества с дистанционным участием может проводиться с возможностью присутствия в месте его проведения или без определения места его проведения (п.1.1). Кворум для принятия решений советом директоров (наблюдательным советом) общества составляет не менее половины от числа избранных членов совета директоров (п.2). Решения совета директоров (наблюдательного совета) общества принимаются большинством голосов членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, участвующих в заседании (п.3).

В соответствии с Положением о Совете директоров Акционерного общества «Медтехника», утв. Решением единственного акционера – распоряжением Департамента по управлению государственной собственностью № от ДД.ММ.ГГГГ, Совет директоров является коллегиальным органом управления Общества, осуществляющим общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров (п.1.3). П.2.4 предусмотрены вопросы, относящиеся в компетенции Совете директоров. Количественный состав Совета директоров – 5 человек (п.3.6).

Разделом 4 Положения регламентированы вопросы избрания и полномочий председателя Совета директоров. Председатель Совета директоров избирается членами Совета директоров из их числа большинством голосов, которыми обладают члены (п.4.1). В случае отсутствия Председателя Совета директоров на заседании его функции осуществляет один из членов Совета директоров по решению Совета директоров, принятому большинством голосов членов Совета, принимающих участие в заседании (п.4.3).

В силу п.5.1 Положения заседание Совета директоров может созываться, в том числе, по требованию члена Совета директоров. П.5.5.1 урегулирован порядок уведомления членов Совета директоров о созыве заседания Совета директоров. Установлено, что все члены Совета директоров должны быть уведомлены о созыве заседания в срок не позднее, чем за 5 дней до проведения заседания, в случаях, не терпящих отлагательств, срок уведомления членов может быть сокращен. Уведомление вручается либо лично секретарем, либо направляется им членам Совета директоров почтовым отправлением, или по электронной почте, или посредством факсимильной, телефонной и других видов связи.

В Уставе АО «Медтехника» содержатся аналогичные положения в части полномочий и компетенции общего собрания акционеров и Совета директоров общества (разделы 4,7).

В частности п.7.12 Устава предусмотрено, что в случае отсутствия Председателя Совета директоров на заседании его функции осуществляет один из членов Совета директоров по решению Совета директоров.

Из изложенного следует вывод, что полномочиями по уведомлению руководителя (генерального директора) о прекращении срочного трудового договора с ним в связи с истечением срока принадлежат как единственному учредителю (акционеру), так и Совету директоров общества в лице председателя Совета директоров или уполномоченного им лица. Следовательно, право подписи такого уведомления принадлежит единственному учредителю организации или лицу, уполномоченному общим собранием участников общества (Совета директоров).

Согласно пояснениям ответчика, поскольку председатель Совета директоров общества с 2024 г. не избирался и утратил свои полномочия, 12.05.2025 состоялось внеочередное собрание Совета директоров АО «Медтехника», в ходе которого общим и единогласным решением его членов было определено уполномочить члена Совета директоров ФИО5 на подписание уведомления о прекращении трудового договора с ФИО1 в связи с истечением срока его действия ввиду того, что ФИО1 с апреля 2025 г. уклонялся от получения такого уведомления от учредителя.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

По ходатайству стороны ответчика, поддержанному третьим лицом, в судебном заседании были допрошены свидетели: ФИО5, ФИО13, ФИО15, являющиеся членами Совета директоров АОЛ «Медтехника».

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что с членами Совета директоров они встречались в конце апреля 2025 г. и ДД.ММ.ГГГГ, после ряда безрезультативных попыток уведомления ФИО1 членами Совета директоров в здании Департамента по управлению государственной собственностью Томской области, в кабинете у ФИО13) было проведено общее собрание Совета директоров, в котором принимали участие также ФИО13, ФИО15 Всеми участвовавшими членами было принято решение уполномочить его ФИО5 на подписание уведомления о прекращении трудового договора с ФИО1 в связи с истечением срока его действия. Им (ФИО5) данное уведомление было подписано от имени Совета директоров как уполномоченным лицом. Его кандидатуру избрали, поскольку ранее он уже был председателем Совета директоров и, соответственно, лицом, подписывающим все документы (в том числе уведомления) от имени Совета директоров. При этом они руководствовались положениям п.4.3 Положения о Совете директоров, допускающем принятие решение об уполномочивании одного из членов Совета директоров в случае, когда Председатель отсутствует. Цель собрания была – уведомить ФИО1 и каким способом. Также пояснил, что в 20-х числа апреля 2025 г. ДУГСом ТО в адрес ФИО1 уже направлялось соответствующее уведомление от акционера, от получения которого он уклонился. Также подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ совершались попытки уведомить ФИО1 разными способами, по месту жительства, работы, письмом, кроме того он (ФИО5 ) лично направлял в адрес истца телеграмму.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13 показала, что ДД.ММ.ГГГГ было заседание Совета директоров, в котором принимали участие она, ФИО5, ФИО15 Такое внеочередное собрание было инициировано, поскольку с ДД.ММ.ГГГГ она не могла дозвониться до ФИО1, с ДД.ММ.ГГГГ он не выходил на связь, не отвечал на ее неоднократные звонки, о чем у нее есть подтверждение по WhatsApp. ДД.ММ.ГГГГ они собирались в ДУГСе с представителями Департамента здравоохранения по программе хозяйственного общества, чтобы вручить ему уведомление, однако он уклонился от участия. ДД.ММ.ГГГГ от имени акционера ДУГСа ТО в его адрес было направлено уведомление. 12-ДД.ММ.ГГГГ она пыталась связаться с ФИО4, просила явиться его в ДУГС ТО. ДД.ММ.ГГГГ у нее в кабинете было собрание членов Совета директоров, по результатам которого уполномочили ФИО5 как члена Совета директоров на подписание уведомления. Ими предпринимались действия для вручения данного уведомления: они с ФИО15 выезжали по месту работы, поскольку ФИО4 не оказалось на месте, уведомление было вручено гл.бухгалтеру ФИО12 под роспись, составлен акт. В связи с этим было решено направить это уведомление по почте, письмо направляла (сдавала в отделение связи) лично она. В этот же день они поехали к ФИО1 домой на адрес его места жительства на <адрес>, где стучались в дверь, но дверь никто не открыл, о чем также был составлен акт. ДД.ММ.ГГГГ было проведено очередное собрание Совета директоров под протокол, где избрали председателем Совета директоров ФИО5 и еще раз повторно ФИО5 подписал уведомление и данное уведомление было направлено в адрес истца. ФИО1 умышленно уклонялся от получения уведомлений, со слов сотрудников ей стало известно, что он давал указания своим сотрудникам не получать корреспонденцию.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО15 также показала, что ДД.ММ.ГГГГ в здание ДУГСа ТО в кабинете у ФИО13 состоялось заседание Совета директоров по вопросу уведомления ФИО1 о том, что у него истекает срок трудового договора. Повесткой собрания было уведомление ФИО1 Протокол не составлялся. Ими как членами Совета директоров был выбран ФИО5 как уполномоченное лицо для подписания уведомления в адрес ФИО1 также с целью уведомления истца о прекращении срока трудового договора они выезжали по месту его работы, о чем был составлен акт, и по месту жительства на <адрес>, по выезду также составлен акт (ею, ФИО13 и ФИО14). ДД.ММ.ГГГГ состоялось еще одно собрание Совета директоров по повестке – избрание председателя Совета директоров и утверждение условий трудового договора с новым генеральным директором. Голосование производилось большинством голосов, единогласным решением председателем Совета директоров был избран ФИО5

У суда нет оснований сомневаться в показаниях данных свидетелей, поскольку свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу завело ложных показаний, заинтересованность свидетелей в исходе дела ничем не подтверждена. Показания свидетелей согласуются между собой, с документами, представленными в распоряжение суда, с позицией ответчика и третьего лица, а также подтверждаются материалами дела, в связи с чем суд находит возможным положить их в основу решения суда в качестве допустимого доказательства.

Таким образом, в суде нашло подтверждение то обстоятельство, что ФИО5 был уполномочен от имени Совета директора АО «Медтехника» на подписание уведомления от ДД.ММ.ГГГГ, направленного в адрес генерального директора АО «Медтехника» ФИО1 Данное уполномочивание ФИО5 согласуется с положениями п.4.3 Положения о Совете директоров АО «Медтехника».

К доводам же истца о неполучении уведомлений на руки в срок не менее чем за три календарных дня до увольнения, в связи с чем увольнение, по мнению истца, является незаконным, суд относится критически ввиду следующего.

Из буквального толкования положений ч.1 ст. 79 ТК РФ следует, что о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения.

Таким образом, на работодателя в императивном порядке возложена обязанность об извещении работника в письменной форме о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия.

Указанной нормой на работодателя не возложена обязанность контролировать, ознакомился ли работник с предупреждением. Работодатель не обязан неоднократно извещать работника о прекращении трудового договора. Юридически значимым обстоятельством является своевременное извещение в письменной форме.

Реализуя предоставленную законодателем свободу выбора способа извещения работника, ответчик ДД.ММ.ГГГГ направил в адрес истца по месту жительства, месту работы соответствующие уведомления, избрав разные способы их доставки. Кроме того, ранее ДД.ММ.ГГГГ единственным учредителем (акционером) аналогичное уведомление также было направлено в адрес истца по месту его работы. Все вышеуказанные уведомления были направлены не менее чем за три дня до увольнения, и в случае добросовестного поведения истца были бы им своевременно получены.

Как усматривается из обстоятельств дела и материалов, истец уклонился от получения данных уведомлений: телеграмма не была вручена, заказные письма, в том числе направленные посредством экспресс-доставки, не были получены истцом, состоялись неудачные попытки вручения, в связи с чем вернулись отправителям за истечением срока хранения.

В силу п.31 Правил оказания услуг почтовой связи" (Зарегистрировано в Минюсте России 02.06.2023 N 73719), утв. Приказом Минцифры России от 17.04.2023 N 382, почтовые отправления доставляются в соответствии с указанными на них адресами или выдаются в объектах почтовой связи, а также иными способами, определенными оператором почтовой связи.

Как установлено абз. 7. п.34 приведенных Правил по истечении установленного срока хранения не полученная адресатами (их уполномоченными представителями) простая письменная корреспонденция передается в число невостребованных почтовых отправлений. Не полученные адресатами (их уполномоченными представителями) регистрируемые почтовые отправления возвращаются отправителям за их счет по обратному адресу.

Как следует из разъяснений, данных в п.63, 64 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Если лицу, направляющему сообщение, известен адрес фактического места жительства гражданина, сообщение может быть направлено по такому адресу. Адресат юридически значимого сообщения, своевременно получивший и установивший его содержание, не вправе ссылаться на то, что сообщение было направлено по неверному адресу или в ненадлежащей форме (статья 10 ГК РФ). Правила статьи 165.1 ГК РФ о юридически значимых сообщениях применяются, если иное не предусмотрено законом или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон (пункт 2 статьи 165.1 ГК РФ).

В силу разъяснений п.65 Постановления Пленума, если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано (например, в форме размещения на сайте хозяйственного общества в сети "Интернет" информации для участников этого общества, в форме размещения на специальном стенде информации об общем собрании собственников помещений в многоквартирном доме и т.п.).

Бремя доказывания факта направления (осуществления) сообщения и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение. Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения) (п.67 Постановления Пленума).

При этом суд исходит из того, что получение или неполучение корреспонденции зависело от действий (бездействия) самого истца, поскольку он не осуществлял надлежащий контроль за поступающей по месту жительства почтовой корреспонденцией, не обеспечил получение направленных ему писем, телеграммы.

Таким образом, принимая во внимание действия истца, связанные с уклонением его от получения корреспонденции, почтовых отправлений, телеграммы, содержащих предупреждение о прекращении срочного трудового договора, которые свидетельствуют о злоупотреблении своими правами, суд приходит к выводу о том, работодатель в лице единственного акционера и Совета директоров АО «Медтехника» при соблюдении процедуры прекращения срочного трудового договора действовал законно и добросовестно исходя из фактических действий и поведения истца, уклонявшегося от получения данных уведомлений, а истец считается надлежащим образом уведомленным о наличии волеизъявления работодателя о прекращении с ним срочного трудового договора от 18.05.2022 в связи с истечением его срока в порядке ч.1 ст. 79 ТК РФ, письменное же уведомление согласно правилам ст.165.1 ГК РФ доставленным истцу.

О намерении работодателя прекратить трудовые отношения с работником, не заключать новый срочный договор свидетельствует также направление письма начальника Департамента от ДД.ММ.ГГГГ № № в Департамент здравоохранения об истечении срока полномочий генерального директора АО Медтехника ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, направлении предложения в срок до ДД.ММ.ГГГГ по кандидатуре о назначении на должность генерального директора, направлении начальником Департамента ФИО6 письма от ДД.ММ.ГГГГ № на имя председателя Совета директоров АО «Медтехника», копии письма ФИО1 о инициировании проведения заседания Совета директоров Общества с целью утверждения трудового договора с новым генеральным директором Общества.

Таким образом, указанные действия акционера с достоверностью свидетельствуют о намерении прекратить трудовые отношения с ФИО1 по истечении срока действия трудового договора и избрании нового генерального директора Общества.

То обстоятельство, что в начале мая 2025 г. ФИО1 уже вывез свои вещи из офиса АО «Медтехника», что он не оспаривал в ходе судебного разбирательства, свидетельствует о том, что истец знал о прекращении срока его трудового договора, а также о предстоящем увольнении в связи истечением срока, понимал и осознавал последствия истечения срока трудового договора и необходимость соблюдения работодателем процедуры оформления прекращения трудовых отношений с ним.

Из содержания ч. 1 ст. 79 ТК РФ во взаимосвязи с положениями п. 4 ст. 58 ТК РФ следует, что истечение установленного сторонами срока действия договора наступает независимо от воли сторон, не связано с инициативой работодателя, а работодатель утрачивает право расторгнуть с работником срочный трудовой договор при наступлении события, с которым связано истечение его срока только в том случае, если он не выразил своего желания прекратить трудовые отношения с работником до истечения срока трудового договора, а работник продолжает работу и после истечения срока договора. Если же желание работодателя о прекращении трудового договора высказано до истечения срока трудового договора и приказ об увольнении издан, то увольнение является правомерным.

Отсюда неполучение истцом письменного уведомления о предстоящем увольнении за три дня до увольнения не может являться основанием для восстановления его на работе, учитывая, что правовые последствия неполучения работником уведомления в законе не регламентированы.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 35 ГПК РФ регламентировано, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Из пояснений ответчика, подтвержденных свидетельскими показаниями, следует, что ФИО1 с середины апреля 2025 г. не выходил на контакт, не отвечал на звонки, на сообщения в мессенджере WatsApp, отсутствовал на рабочем месте, приглашения в ДУГС ТО для обсуждения текущих вопросов деятельности общества им игнорировались, вместе с тем документы по текущей деятельности он подписывал, в офис приезжал, дал указания своим сотрудникам не получать корреспонденцию от ДУГСа ТО и Совета директоров, что свидетельствует о недобросовестном поведении истца.

В подтверждение данного довода в материалы дела представлено письмо ДУГСа ТО от ДД.ММ.ГГГГ №, в котором содержится указание на неоднократные приглашения ФИО1 на рабочие встречи, на которые истец не являлся.

Также ответчиком в материалы дела представлен отчет ООО ЧОП «Викинг» по событиям снятия и постановки на охрану Офиса АО «Медтехника» 2-й этаж, <адрес>, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которого усматривается, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ снимал с охраны и ставил на охрану офис организации, то есть посещал место работы с момента направления уведомления.

Также в материалы дела ответчиком представлены документы, связанные с текущей деятельностью АО «Медтехника» (авансовые отчеты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, акты выполненных работ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), подтверждающие согласование и подписание ФИО1 данных авансовых отчетов, приемки выполненных работ по ремонту медицинских изделий, техническому обслуживанию за обозначенный период работы, то есть осуществление полномочий им как генеральным директором в обозначенный период. Данные документы изданы в период уведомления истца о прекращении трудового договора, вместе с тем, находясь при фактическом исполнении своих обязанностей, истец уклонялся от получения конкретных уведомлений.

Согласно расходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в кассе АО «Медтехника» получил заработную плату за май 2025 г. по ведомости № от ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствует о том, что личный контакт у истца с сотрудниками АО «Медтехника» (в т.ч. ФИО12, участвовавшей в составлении акта о невручение ему уведомления по месту работы) был.

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГ №К о направлении работника ФИО1 В командировку с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с целью участия в совещании по вопросам технического обслуживания медицинских изделий в ООО «Грандмедтех», основанием является приглашение от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем работодатель не располагает доказательствами фактического пребывания ФИО1 в данной командировке, из письма от ДД.ММ.ГГГГ № № в имя директора ООО «Грандмедтех», следует, что командировочное удостоверение с отметкой ООО «Грандмедтех» отсутствует. Не подтверждается нахождение ФИО1 в указанной командировке, и как следствие, законное его отсутствие на рабочем месте в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и ответом ООО «Грандмедтех» от ДД.ММ.ГГГГ №.

Более того, факт уклонения ФИО1 от получения уведомлений подтвердили в судебном заседании и допрошенные свидетели.

Все данные доказательства в совокупности свидетельствуют о наличии в действиях истца злоупотребления своими правами в виде воспрепятствования работодателю исполнить законом установленную для него обязанность по уведомлению работника о прекращении трудового договора за истечением его срока действия и уклонения от своего официального уведомления.

Как разъяснено в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Кроме того, соблюдение процедуры прекращения трудовых отношений с предыдущим генеральным директором общества и оформления трудовых отношений с вновь избранным, вопреки доводам истца о не полномочности ФИО8, подтверждается следующими доказательствами.

Согласно служебной записке № от ДД.ММ.ГГГГ Департамента по управлению государственной собственностью Томской области за подписью ФИО6,, направленной, в том числе, в адрес ФИО1 (что подтверждается отчетом об отправке электронного письма от 14.05.2025 – т.1 л.д.201), начальником департамента Совету директоров поручено проведение заседания Совета директоров Общества с целью утверждения трудового договора с генеральным директором Общества.

В соответствии с Протоколом заседания Совета директоров АО «Медтехника» № от ДД.ММ.ГГГГ, на котором принимало участие 3 члена Совета директоров (ФИО5, ФИО17, ФИО15) и приглашенные лица ФИО2 – секретарь Совета директоров, ФИО14 - специалист ДУГСа ТО), по итогам голосования принято решение об избрании председателем Совета директоров ФИО5, об утверждении трудового договора, заключаемого Обществом с его единоличным исполнительным органом, определении в качестве лица, уполномоченного на заключение трудового договора с единоличным исполнительным органом, ФИО5

В материалы дела суду представлены уведомления об извещении ФИО18 как члена Совета директоров посредством мессенджера WhatsApp (т.1 л.д. 196, 197), по электронной почте истца (т.1 л.д.98), то есть способами, допустимыми и предусмотренными в соответствии с п.5.5.1 Положения о Совете директоров АО «Медтехника».

Таким образом, нарушений со стороны работодателя прав истца в части уведомления его о созыве заседания Совета директоров АО «Медтехника» ДД.ММ.ГГГГ по повестке избрания председателем Совета директоров ФИО5 и об утверждении трудового договора между АО «Медтехника» и новым генеральным директором ФИО19 суд не усматривает.

Довод истца о не полномочности нового генерального директора ФИО8, издавшего приказ об увольнении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, ввиду включения сведений о нем в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ, суд находит несостоятельным, поскольку внесение сведений о генеральном директоре в ЕГРЮЛ не свидетельствует о вступлении его в полномочия директора в указанную дату, а представляет собой только внесение данной записи в регистрационные данные юридического лица (п.21 выписки).

Все вышеизложенное позволяет сделать суду вывод, что поскольку оснований для признания трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ заключённым на неопределённый срок и признания трудовых отношений между истцом и ответчиком за весь период работы длящимися, суд не усматривает, равно как находит процедуру уведомления истца о прекращении срока действия трудового договора с ним соблюденной, в связи с чем к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению нормы трудового законодательства, регулирующие прекращение трудовых отношений по срочному трудовому договору.

Из общих положений ТК РФ следует, что трудовой договор может быть заключен с указанием конкретной даты его прекращения или на календарный срок без указания даты прекращения договора.

Согласно статье 14 Трудового кодекса Российской Федерации, по общему правилу, течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений. Сроки, исчисляемые годами, месяцами, неделями, истекают в соответствующее число последнего года, месяца или недели срока. В срок, исчисляемый в календарных неделях или днях, включаются и нерабочие дни. Если последний день срока приходится на нерабочий день, то днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Вместе с тем приведенная норма применяется для исчисления срока действия трудового договора, когда срок действия трудового договора указан в нем в виде периода времени.

В случае же когда срок трудового договора определен конкретной календарной датой, трудовой договор прекращается в эту дату.

Таким образом, доводы истца о том, что ДД.ММ.ГГГГ являлся выходным (нерабочим) днем, в связи с чем, днем окончания срока действия трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с положениями ст. 14 ТК РФ выходной день не может, поэтому отношении сторон в указанный день не могли быть прекращены, не состоятельны, поскольку запрет на прекращение трудового договора в нерабочий (выходной) день законодательство не содержит.

Соответственно нарушений со стороны работодателя в указанной части суд не усматривает, оснований для признания увольнения незаконным по данному доводу не имеется.

Довод о том, что увольнение ФИО1 с должности генерального директора было немотивированным, суд отклоняет как не влияющий на основание увольнения по п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 27.10.2022 N 2852-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО20 на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 57, статьей 58, частью второй статьи 59 и частью первой статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации", прекращение трудового договора в связи с истечением срока его действия (часть первая статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации) соответствует общеправовому принципу стабильности договора. Работник, заключая трудовой договор на определенный срок в предусмотренных законодательством случаях, знает о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода. При этом истечение срока действия трудового договора является объективным событием, а соответствующее основание увольнения не относится к основаниям расторжения трудового договора по инициативе работодателя (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2021 года N 51-О).

В качестве основания для признания процедуры увольнения нарушенной истец ссылается на увольнение его в период временной нетрудоспособности, не произведения с ним окончательного расчета в день увольнения, увольнение задним числом.

Общий порядок оформления прекращения трудового договора урегулирован ст. 84.1 ТК РФ.

Так в соответствии со ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

Запись в трудовую книжку и внесение информации в сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) об основании и о причине прекращения трудового договора должны производиться в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.

Ч.6 ст. 84.1 ТК РФ предусмотрено, что в случае, если в день прекращения трудового договора выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности у данного работодателя невозможно в связи с отсутствием работника либо его отказом от их получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте или направить работнику по почте заказным письмом с уведомлением сведения о трудовой деятельности за период работы у данного работодателя на бумажном носителе, заверенные надлежащим образом. Со дня направления указанных уведомления или письма работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности у данного работодателя. Работодатель также не несет ответственности за задержку выдачи трудовой книжки или за задержку предоставления сведений о трудовой деятельности у данного работодателя в случаях несовпадения последнего дня работы с днем оформления прекращения трудовых отношений при увольнении работника по основанию, предусмотренному подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 или пунктом 4 части первой статьи 83 настоящего Кодекса, и при увольнении женщины, срок действия трудового договора с которой был продлен до окончания беременности или до окончания отпуска по беременности и родам в соответствии с частью второй статьи 261 настоящего Кодекса. По письменному обращению работника, не получившего трудовой книжки после увольнения, работодатель обязан выдать ее не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника, а в случае, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом на работника не ведется трудовая книжка, по обращению работника (в письменной форме или направленному в порядке, установленном работодателем, по адресу электронной почты работодателя), не получившего сведений о трудовой деятельности у данного работодателя после увольнения, работодатель обязан выдать их не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника способом, указанным в его обращении (на бумажном носителе, заверенные надлежащим образом, или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью (при ее наличии у работодателя).

Соблюдение работодателем положений ч.6 ст. 84.1 ТК РФ подтверждается вышеизложенными доказательствами. Ввиду отсутствия истца в день увольнения на рабочем месте, в связи с чем в адрес ФИО1 (<адрес>) было направлено уведомление от ДД.ММ.ГГГГ № № о получении трудовой книжки и денежного расчета при увольнении. По письменному обращению ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, не получившего трудовой книжки и расчет после увольнения, работодатель выдал в установленный срок ему трудовые документы и произвел расчет.

В силу положений ч.6 ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

В силу разъяснений, данных в п.23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. При этом необходимо иметь в виду, что: а) не допускается увольнение работника (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске (часть шестая статьи 81 ТК РФ).

То обстоятельство, что истец ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был нетрудоспособен, подтверждается соответствующим листком нетрудоспособности и ответчиком не оспаривается. Более того, ответчик подтвердил, что данные сведения об открытии листа нетрудоспособности в отношении ФИО1 поступили работодателю в день его открытия ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем данная гарантия распространяется только на случаи увольнения работника по инициативе работодателя. Перечень оснований расторжения трудового договора по инициативе работодателя приведен в ст. 81 ТК РФ. Положения п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ не устанавливают императивного требования о соблюдении гарантий, предусмотренных ч.6 ст. 81 ТК РФ, согласно которому не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Увольнение по истечении срока трудового договора является самостоятельным основанием для прекращения трудового договора и не относится к основаниям расторжения трудового договора по инициативе работодателя, предусмотренных статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Соответственно, в связи с чем, временная нетрудоспособность работника на момент истечения срока трудового договора в данном случае не является препятствием для расторжения трудового договора по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Поскольку истец был уволен не по инициативе работодателя, а ввиду истечения срока действия трудового договора на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, его увольнение в период временной нетрудоспособности не нарушает нормы трудового законодательства в указанной части.

Также истцом указано на нахождение его в отпуске с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, который он продлил себе из-за нахождения на больничном в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ч.2, ч.3 ст. 127 ТК РФ по письменному заявлению работника неиспользованные отпуска могут быть предоставлены ему с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия). При этом днем увольнения считается последний день отпуска. При увольнении в связи с истечением срока трудового договора отпуск с последующим увольнением может предоставляться и тогда, когда время отпуска полностью или частично выходит за пределы срока этого договора. В этом случае днем увольнения также считается последний день отпуска.

Из приведенной нормы следует, что предоставление работнику отпуска с последующим увольнением является правом работодателя, а не его обязанностью.

В силу п.2.4 Трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 как руководитель обязан согласовывать с председателем Совета директоров АО «Медтехника» период и продолжительность ежегодного основного отпуска.

Как усматривается из представленного в материалы дела графика отпусков на 2025 г. в АО «Медтехника», согласованного генеральным директором ФИО1 за его подписью, запланированные даты отпуска генерального директора ФИО1 были установлены с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом №ЛС от ДД.ММ.ГГГГ за своей подписью ФИО1 предоставил себе отпуск за ненормированный рабочий день в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вне графика. Также приказом №ЛС от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставил себе отпуск на ДД.ММ.ГГГГ без оплаты труда в соответствии с ч.1 ст. 128 ТК РФ.

При этом приказа на отпуск с последующим увольнением в отношении ФИО1 издано не было.

Не представлены также и доказательства согласования и надлежащего оформления отпуска в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Сам истец не оспаривал то обстоятельство, что отпуск был не согласован ни с Советом директоров общества, ни с акционером, в силу чего Департаменту управления государственной собственности Томской области не было известно о нахождении ФИО1 в отпуске. Представленные в материалы дела приказы на отпуск подписаны самим ФИО1, документов, подтверждающих установленный трудовым договором порядок согласования отпуска, не представлено.

Вместе с тем в подтверждение соблюдения установленной процедуры согласования отпусков за более ранние периоды работы ответчиком в материалы дела представлены: уведомление ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ на имя Председателя Совета директоров ФИО5 о согласовании периода и продолжительности его отпуска в 2024 г.

Таким образом, из совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу о том, что данный период отпуска вне графика не был согласован с истцом работодателем, приказа на отпуск с последующим увольнением в отношении ФИО1 не издавалось, в связи с чем положения ч.3 ст. 127 ТК РФ к рассматриваемой ситуации не применимы.

При этом по смыслу ч. 2 и ч. 3 ст. 127 ТК РФ, само по себе предоставление отпуска перед увольнением, не может рассматриваться как достаточное основание для восстановления на работе за пределами срока действия трудового договора.

Довод истца о нарушении порядка увольнения при издании приказа от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении в связи с истечением срока трудового договора с ДД.ММ.ГГГГ, суд находит несостоятельным ввиду нижеследующего.

Согласно производственному календарю за 2025 год дата увольнения истца ДД.ММ.ГГГГ выпадала на выходной день (субботу). Приказ об увольнении за подписью нового генерального директора ФИО8 был издан ДД.ММ.ГГГГ – в первый рабочий день, следующий за выходным.

Из объяснений ответчика следует, что поскольку сам увольняемый генеральный директор ФИО1 не издал на себя до ДД.ММ.ГГГГ включительно соответствующий приказ об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ, данный приказ был издан и подписан вновь назначенным генеральным директором ФИО8, приступившим к исполнению своих обязанностей с ДД.ММ.ГГГГ, в первый рабочий день, следующий за выходным.

Согласно п.5.2 Правил внутреннего распорядка АО «Медтехника», утв.генеральным директором от ДД.ММ.ГГГГ, для работников, работающих по календарю пятидневной рабочей недели с нормальной продолжительностью рабочего времени, устанавливается продолжительность рабочей недели – 40 часов, ежедневной работы – 8 часов, выходные дни – суббота, воскресенье. В силу п.5.3 Правил для отдельных категорий работников режим рабочего времени может отличаться от общих правил. Таким работникам может быть установлен режим рабочего времени со смещенным началом и окончанием рабочего дня при сохранении общей продолжительности рабочей недели согласно п.5.2, который указывается в трудовом договоре.

В силу п.5.8, 5.9 Правил выходные дни являются временем отдыха, и для работников, работающих по календарю пятидневной рабочей недели, выходные дни устанавливаются п.5.2 настоящих Правил.

Из представленной ответчиком выкопировки с официального сайта АО «Медтехника» в организации общими выходными днями являются суббота и воскресенье.

Согласно пояснениям ответчика и в отсутствие доказательств обратного, суд находит, что данные Правила внутреннего распорядка АО «Медтехника», режим работы и отдыха, положения о пятидневной рабочей неделе распространяются также на генерального директора.

Согласно позиции истца, увольнение в выходной день недопустимо, равно как издание приказа от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении с более ранней даты – с ДД.ММ.ГГГГ, расценивая данное оформление прекращения трудовых отношений как увольнение задним числом, истец расценивает это как нарушение работодателем процедуры увольнения.

В силу положений ч.1,2 ст. 14 ТК РФ течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей. Течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений.

Если последний день срока приходится на нерабочий день, то днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (ч.4 ст. 14 ТК РФ).

Из изложенного следует, что если срок трудового договора работника истекает в выходной для него день, то расторжение договора (издание приказа) и произведение окончательного расчета с работником допустимо производить в следующий за выходным рабочий день. При этом сама дата, с которой работник считается уволенным в связи с истечением срока трудового договора, соответствует дате истечения срочного трудового договора, указанной в трудовом договоре (то есть остается неизменной).

При этом законом прямо не установлено, кто должен подписывать приказ об увольнении генерального директора коммерческих организаций. Из анализа правовых норм, регламентирующих отношения в коммерческих организациях, а также из Письма Роструда от 11.03.2009 N 1143-ТЗ (по мнению суда, оно применимо в части указанных выводов), следует вывод, что это может быть как сам увольняемый руководитель, так и специально уполномоченное лицо.

В процессе трудовых отношений руководитель издает приказы, в том числе в отношении себя.

Из пояснений представителя ответчика следует, что сам ФИО1 должен был подписать на себя данный приказ, как он ранее подписывал в связи с окончанием срока действия предыдущего трудового договора. Поскольку в период срока своих полномочий (до ДД.ММ.ГГГГ) он этого не сделал, вновь назначенный генеральный директор ФИО8 издал соответствующий приказ от ДД.ММ.ГГГГ в рамках своих полномочий.

При этом доводы истца о том, что ФИО8 на дату издания приказа от ДД.ММ.ГГГГ не обладал соответствующим полномочиями, поскольку в ЕГРЮЛ сведения о нем как о генеральном директоре появились позже (ДД.ММ.ГГГГ – согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении АО «Медтехника»), суд находит несостоятельными.

С учетом представленных суду доказательств суд приходит к выводу о том, что ФИО8 имел право с даты вступления в должность генерального директора осуществлять распорядительные действия как руководитель, в том числе, издавать приказ об увольнении ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, ввиду того, что самостоятельно истец не издал и не подписал на себя приказ о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия.

Довод истца о нарушении в действиях работодателя в части невыплаты окончательного расчёта при увольнении в день издания приказа не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Так, истцом указано на невыплату ему в составе окончательного расчета при увольнении компенсации в размере трехкратного среднего месячного заработка и мотивационной выплаты за 2021 год.

В части начисления остальной заработной платы спора по выплаченному расчету между сторонами нет.

Как следует из ст. 140 ТК РФ, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Статьей 142 ТК РФ установлена ответственность работодателя за нарушение сроков выплаты заработной платы и иных сумм, причитающихся работнику.

Согласно уведомлению от ДД.ММ.ГГГГ № № о получении трудовой книжки и денежного расчета при увольнении, истцу работодателем был начислен окончательный расчет при увольнении в размере 215002,92 руб., которые работнику предложено получить в кассе работодателя по адресу : <адрес>, с разъяснением о возможности прислать заявление о желании получить денежные средства почтовым переводом либо перечислением на указанный работником банковский счет с указанием его реквизитов. Доказательства направки данного уведомления представлены в материалы дела.

Данный расчет был произведен с истцом ДД.ММ.ГГГГ – на следующий день после предъявления уволенным работником требования о расчете, что им не оспаривается.

Из пояснений ответчика следует, что между ФИО1 и АО «Медтехника» существовала практика оплаты труда генерального директора наличными денежным средствами в кассе организации, заявления о перечислении заработной платы на банковский счет истец никогда не писал, у работодателя отсутствовали реквизиты счета истца.

Согласно представленной ответчиком карточке счета на ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, расходных кассовых ордеров за периоды 2022- 2025 г.г., работник ФИО1 получал заработную плату в АО «Медтехника» наличными денежными средствами, что он сам в ходе рассмотрения дела не оспаривал.

Таким образом, поскольку истец в дату издания приказа об увольнении отсутствовал на рабочем месте (не работал), работодатель исполнил возложенную на него положениями ч.6 ст. 84.1 и ст. 140 ТК РФ обязанность, выплатив расчет на следующий день, после обращения ФИО1 к работодателю с таким требованием.

При этом довод истца о том, что работодатель должен был самостоятельно предпринять все возможные меры по истребованию реквизитов банковского счета ФИО1, в том числе в Отделении СФР России по Томской области, которое перечисляет ему оплаты за периоды нетрудоспособности, чтобы перечислить ему на счет окончательный расчет в день увольнения, суд находит не соответствующим требованиям трудового законодательства.

Довод истца о том, что с ним при увольнении не был произведён окончательный расчет в виде компенсации в размере не ниже трехкратного среднего месячного заработка, суд находит также несостоятельным, основанным не неверном толковании норм трудового права.

Статьей 279 ТК РФ предусмотрены гарантии руководителю организации в случае прекращения трудового договора. Так, в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 278 настоящего Кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Из приведенной нормы ст. 279 ТК РФ прямо следует, что указанная компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, выплачивается руководителю только в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 278 ТК РФ, то есть в случае досрочного прекращении трудового договора с руководителем по инициативе работодателя (принятия решения уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом)).

Таким образом, на случай прекращения трудового срочного договора по истечению срока его действия данные гарантии не распространяются.

При оценке довода истца о невыплате ему в составе окончательного расчета мотивационной премии за период 2021 г. по результатам формирования ключевых показателей эффективности деятельности АО «Медтехника» в размере 70 026 руб. (99% от оклада) и разрешении требований о ее взыскании суд исходит из следующего.

В силу ст. 22 ТК РФ, к обязанностям работодателя относится выплата в полном размере причитающейся работникам заработной платы в сроки, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 129 ТК РФ, заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ч. 1 ст. 135 ТК РФ, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ заработная плата должна выплачиваться не реже, чем каждые полмесяца в день, установленный Правилами внутреннего трудового распорядка организации, коллективным договором, трудовым договором. Никакие исключения из этого правила законодательством не предусмотрены.

Норма ст. 136 ТК РФ является императивной и не предусматривает возможность изменения сроков выплаты заработной платы ни по инициативе работника, ни по инициативе работодателя.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Локальные нормативные акты, устанавливающие системы оплаты труда, принимаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников.

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как разъяснено в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" при рассмотрении исков руководителей организаций, членов коллегиальных исполнительных органов организаций о взыскании выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора суду необходимо проверить соблюдение требований законодательства и иных нормативных правовых актов при включении в трудовой договор условий о таких выплатах.

В случае установления нарушения условиями трудового договора требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации) суд вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер.

Ко взысканию истцом заявлена мотивационная выплата за 2021 год, то есть в рамках трудовых отношений, возникших из трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, действующего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с условиями трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, в редакции дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ (п.3.1.1.,) в соответствии с нормами Трудового кодекса РФ руководителю устанавливается должностной оклад в размере 70734 руб. в месяц без учета районного коэффициента. Согласно п. 3.1.2 дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ стимулирующая выплата (премия, иная поощрительная выплата), размер которой определяется по итогам года и зависит от результатов достижения ключевых показателей эффективности деятельности общества, наличия показателей депремирования руководителя, установленных в локальном нормативном акте Общества. Размер ежегодной выплаты не может превышать одного должностного оклада.

Аналогичные положения об оплате труда, в том числе включении в состав оплаты труда стимулирующей выплаты, размер которой определяется по итогам года и зависит от результатов достижения ключевых показателей эффективности деятельности общества, содержались в трудового договоре от ДД.ММ.ГГГГ.

Локальным нормативным актом АО «Медтехника», коим является Порядок формирования ключевых показателей эффективности деятельности АО «Медтехника», в целях определения размера вознаграждения генерального директора, утвержденный решением Совета директоров АО «Медтехника» (протокол от ДД.ММ.ГГГГ №), установлены правила формирования и применения обществом системы ключевых показателей эффективности деятельности общества.

В материалы дела представлен протокол заседания Совета директоров АО «Медтехника» от ДД.ММ.ГГГГ №, из которого следует, что на данном заседании был утвержден данный Порядок формирования ключевых показателей эффективности деятельности АО «Медтехника», в целях определения размера вознаграждения генерального директора, а также дополнительное соглашение № с ФИО1 к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № об изменении порядка оплаты труда.

Ключевой показатель эффективности (КПЭ) представляет собой показатель, на основании которого оценивается эффективность деятельности общества в целях определения размера вознаграждения его руководящего состава (п.2 Порядка).

Согласно п.4 Порядка целевые значения ключевых показателей эффективности утверждаются ежегодно в составе программы ФХД.

В силу п.8 Порядка расчет размера вознаграждения руководящего состава общества осуществляется в следующем порядке: в случае достижения ключевых показателей эффективности производится увеличение размера вознаграждения пропорционально значению веса достигнутого ключевого показателя эффективности.

Проверка корректности расчетов целевого значения ключевых показателей эффективности и обоснованность размера вознаграждения проводится Советом директоров АО «Медтехника» ежегодно на основании анализа программы ФХД общества, годового отчета, содержащего сведения о выполнении программы ФХД общества, аудиторского заключения бухгалтерской (финансовой) отчетности за отчетный период, заключения ревизионной комиссии (при наличии), иных документов (п.10 Порядка).

В материалы дела представлены программа ФХД общества на 2021 г. и плановый период 2022 -2024 г.г., аудиторское заключение ООО аудиторской фирмы «Профи» на имя акционеров АО «Медтехника», в котором приведен справочный расчет, а также указано, что вопрос расчета доли выполнения фактических ключевых показателей не урегулирован в ФХД на 2021 год и иными документами общества, неурегулированные вопросы по трудовому законодательству решаются в пользу работника, поэтому выполнение ключевых показателей рассчитывается пропорционально.

Согласно Приложению № к письменной информации (отчету) ООО «АФ «Профи» по результатам аудита АО «Медтехника», произведен расчет выполнения фактического ключевого показателя эффективности АО «Медтехника» за 2021 год в размере – 99%.

Во исполнение п.10 Порядка формирования ключевых показателей эффективности деятельности АО «Медтехника», в целях определения размера вознаграждения генерального директора ДД.ММ.ГГГГ состоялось заседание Совета директоров по повестке дня – оценка достижения ключевых показателей эффективности деятельности Общества в 2021 году.

Согласно протоколу Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ №, в заседании которого принимал участие, в том числе, ФИО1, по вопросу об оценке достижения ключевых показателей эффективности деятельности Общества в 2021 году было решено оценить достижение ключевых показателей эффективности деятельности общества в 2021 г. как выполненные на 99,01%. По итогам голосования решения не принято.

Из вышеизложенного следует, что поскольку вопрос расчета доли выполнения фактических ключевых показателей не был урегулирован в ФХД на 2021 год и иными документами общества, а неурегулированные вопросы по трудовому законодательству решаются в пользу работника, истец имел право на данную выплату по результатам своей работы за 2021 год, рассчитанную в размере 99,01% от оклада, который составлял по условиям трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, в редакции дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 70734 руб. в месяц.

Вместе с тем решение о начислении и выплате ФИО1 данной мотивационной выплаты за 2021 г. принято Советом директоров на заседании ДД.ММ.ГГГГ не было. Таким образом, данная выплата ему не была начислена.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока на обращение в суд в части требований о взыскании указанной мотивационной выплаты, поскольку истец обратился в суд только ДД.ММ.ГГГГ.

В силу ч.2 ст. 392 ТК РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Таким образом, ДД.ММ.ГГГГ, согласно установленному Советом директоров порядку утверждения стимулирующей выплаты на заседании Совета директоров общества является днем начисления и признания права руководителя на получение данной выплаты.

С указанной даты подлежит исчислению срок за разрешением индивидуального трудового спора о ее невыплате, который по состоянию на дату обращения с настоящим иском (ДД.ММ.ГГГГ) пропущен.

При прекращении трудового договора, в рамках которого истцу подлежала начислению указанный выплата, которое последовало ДД.ММ.ГГГГ, истец соответствующего требования к работодателю о ее проверке, начислении и выплате не предъявил.

В п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" содержатся разъяснения о том, что при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Таким образом, для признания длящимся нарушения работодателем трудовых прав работника при рассмотрении дела по иску работника о взыскании невыплаченной заработной платы необходимо наличие определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена, однако в данном случае такого условия не имеется - спорная денежная сумма в виде мотивационной выплаты истцу не начислялась, что установлено судом в ходе рассмотрения дела.

При таких данных оснований для признания длящимся нарушения работодателем трудовых прав истца при рассмотрении дела по иску о взыскании не начисленной и невыплаченной мотивационной выплаты у суда не имеется.

Суд отклоняет как несостоятельные доводы истца о том, что поскольку трудовые правоотношения между истцом и ответчиком являются длящимися, соответственно, нарушение работодателем обязанности по выплате данной мотивационной выплаты носит длящийся характер, и установленный частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации годичный срок на обращение в суд за разрешением трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и иных выплат, причитающихся работнику, следует исчислять с момента окончательного расчета работодателя с работником при увольнении.

Истец в судебном заседании подтвердил, что в период работы никаких требований в части невыплаты ему стимулирующей выплаты к работодателю он не предъявлял, за разрешением спора никуда не обращался.

Обстоятельств, объективно препятствовавших истцу обратиться в суд с иском о взыскании не начисленной и невыплаченной мотивационной выплаты за 2021 год до истечения годичного срока, установленного законом, который подлежит исчислению с момента рассмотрения данного вопроса на повестке Совета директоров ДД.ММ.ГГГГ, судом не установлено. Оснований для восстановления такого срока суд не усматривает.

На основании изложенного, ввиду пропуска истцом срока для обращения в суд с названными требованиями о взыскании мотивационной выплаты за 2021 год данное требование удовлетворению не подлежит.

Поскольку данная мотивационная выплата за 2021 г. в составе окончательного расчета при увольнении по трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ выплате истцу не подлежала, суд приходит к выводу об отсутствии нарушения в указанной части в действиях работодателя.

Довод истца о непроведении общего собрания акционеров по вопросу смены генерального директора, о котором его должны были оповестить за 50 дней до даты проведения общего собрания акционеров, со ссылкой на п.6.11, 6.3.8 Устава АО «Медтехника», суд находит несостоятельным, основанным на неверном толковании положений Устава общества и ФЗ «Об акционерных обществах».

Согласно пункту 6.3.8 Устава АО «Медтехника», на который ссылается истец, к компетенции общего собрания акционеров относятся вопросы образование исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий.

В силу п.7.2.3 Устава вопрос утверждения повестки дня Общего собрания акционеров относится к компетенции Совета директоров общества.

Как усматривается из п.6.11 Устава АО «Медтехника», регулирующего порядок сообщения о проведении Общего собрания акционеров, положение о проведении внеочередного Общего собрания акционеров, о котором должно быть сообщено не позднее чем за 50 дней до даты его проведения, касается только ограниченного круга вопросов, в частности: когда предполагаемая повестка внеочередного Общего собрания акционеров содержит вопрос об образовании единоличного исполнительного органа Общества и (или) о досрочном прекращении его полномочий.

Поскольку вопрос о прекращении срочного трудового договора с генеральным директором в связи с истечением его срока действия не относится к повестке внеочередного Общего собрания акционеров, оснований для его созыва не имелось. Досрочное прекращение полномочий генерального директора представляет собой расторжение трудового договора до истечения его срока действия, чего в рассматриваемом случае не было.

Кроме того, поскольку единственным акционером АО «Медтехника» является Томская область в лице Департамента по управлению государственной собственностью Томской области, решения единственным акционером принимаются единолично.

На основании изложенного утверждение истца о том, что вопрос его увольнения должен был быть предметом повестки внеочередного Общего собрания акционеров, которую Совет директоров должен был утвердить, а затем созвать Общее собрание акционеров, уведомив, в том числе самого истца, не позднее чем за 50 дней до даты его проведения, является ошибочным.

Довод истца об участии Департамента здравоохранения Томской области в процедуре прекращения трудового договора с ним, в связи с чем истцом заявлялось о привлечении данного Департамента к участию в деле качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, суд находит несостоятельным, ввиду не подтверждения материалами дела данного обстоятельства.

Из распоряжения Администрации Томской области от ДД.ММ.ГГГГ №-РА «Об усилении контроля за деятельностью областных государственных унитарных предприятий, областных государственных учреждений, хозяйственных обществ, товариществ, иных организаций, созданных на основе или с использованием государственного имущества Томской области» следует, что Департамент здравоохранения Томской области является только отраслевым курирующим АО «Медтехника» органом.

Из ответа Администрации Томской области на судебный запрос и приложенных к нему документов, в частности письма Департамента государственной гражданской службы Администрации Томской области от ДД.ММ.ГГГГ №, письма ДУГСа ТО от ДД.ММ.ГГГГ №, письма ДУГСа ТО от ДД.ММ.ГГГГ №, письма ДУГСа от ДД.ММ.ГГГГ №№, а также ответа заместителя Губернатора Томской области от ДД.ММ.ГГГГ №№, усматривается, что Департамент здравоохранения Томской области только предлагает на согласование кандидатуру на должность генерального директора АО «Медтехника», а Департамент государственной гражданской службы Администрации Томской области уже согласовывает кандидатуру нового генерального директора. Непосредственного участия в процедуре увольнения генерального директора в связи с истечением срока трудового договора с ним Департамент здравоохранения не принимает, от имени работодателя и единственного акционера не выступает.

На основании изложенного, учитывая, что при увольнении работника ФИО1 работодателем не было допущено нарушений трудового законодательства РФ, процедура увольнения была соблюдена, оснований для признания трудовых отношении между истцом и ответчиком длящимися, а срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ - заключенным на неопределенный срок не имеется, в связи с чем увольнение истца по п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ признается законным, равно как издание приказа АО «Медтехника» об увольнении ФИО1 №ЛС от ДД.ММ.ГГГГ, в силу чего оснований для восстановления истца на работе в прежней должности не имеется.

Поскольку нарушений трудовых прав ФИО1 в действиях работодателя суд не усматривает, оснований для удовлетворения вытекающего из основных требования о взыскании компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ не имеется.

Требование истца о взыскании компенсации за дни вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе также удовлетворению не подлежит.

В статье 234 Трудового кодекса Российской Федерации установлен перечень оснований, при наличии которых у работодателя возникает обязанность возместить работнику материальный ущерб, причиненный в результате незаконного лишения его возможности трудиться. Так, в соответствии с ч. 4 ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, предоставления сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса), внесения в трудовую книжку, в сведения о трудовой деятельности неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

В Определении от 2 марта 2006 г. N 60-О Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что статья 234 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает материальную ответственность работодателя только для тех случаев, когда работник был фактически лишен возможности выполнять свои трудовые обязанности и в силу этого у него не возникло право на заработную плату.

Из анализа указанных норм действующего законодательства в их взаимосвязи с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, следует, что возможность наступления материальной ответственности работодателя перед работником за задержку выдачи трудовой книжки в виде возмещения работнику не полученного им заработка связана с виновным поведением работодателя, повлекшим нарушение трудовых прав работника в виде лишения его возможности трудиться, создания противоправными действиями работодателя препятствий к заключению работником с другим работодателем трудового договора и получению заработной платы.

При рассмотрении требований работника о взыскании компенсации на основании положений статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации обстоятельствами, имеющими значение для их разрешения, являются такие обстоятельства, как факт виновного поведения работодателя, связанного с задержкой выдачи работнику трудовой книжки, обращение работника к другим работодателям с целью трудоустройства в период отсутствия трудовой книжки, факт отказа работнику в приеме на работу другими работодателями в указанный период по причине отсутствия у него трудовой книжки и наступившие последствия в виде лишения работника возможности трудоустроиться и получать заработную плату.

Вместе с тем, доказательства, подтверждающие, что в период с момента увольнения истец ФИО1 предпринимал попытки для трудоустройства, как и доказательства того, что в приеме на работу ему было отказано в связи с отсутствием трудовой книжки, истцом суду не представлены.

Кроме того, как установлено судом и подтверждается материалами дела, в связи с отсутствием работника в день увольнения на рабочем месте работодателем направлялось письмо работнику, в котором указывалось на необходимость лично явиться за трудовой книжкой и окончательным расчетом, либо письменно сообщить о направлении трудовой книжки, в силу чего виновного поведения ответчика, связанного с задержкой выдачи работнику трудовой книжки, не имелось. Кроме того, выдача трудовой книжки не в день увольнения, а ДД.ММ.ГГГГ соответствует в рассматриваемом случае положениям ч.6 ст. 84.1 ТК РФ и не свидетельствует о виновном поведении работодателя, учитывая, что в материалах дела отсутствуют доказательства, объективно свидетельствующие о том, что несвоевременная выдача трудовой книжки повлекла за собой отсутствие у истца возможности трудоустройства и, соответственно, получения заработка.

Учитывая изложенное, увольнение истца произведено с соблюдением требований трудового законодательства, процедура увольнения не нарушена, в связи с чем требования истца не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 ФИО32 к акционерному обществу «Медтехника» о признании увольнения незаконным, признании приказа АО «Медтехника» №ЛС от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО4 ФИО33 незаконным, признании трудовых отношений с акционерным обществом «Медтехника» длящимися, признании срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе в должности генерального директора АО «Медтехника» с момента незаконного увольнения, взыскании компенсации за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе, взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 руб., взыскании мотивационной выплаты по результатам формирования ключевых показателей эффективности деятельности АО «Медтехника» за период 2021 г. в сумме 70 026 руб. - отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Советский районный суд г.Томска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: С.С. Кокоть

Мотивированный текст решения изготовлен 16.01.2026

...

В ряде случаев суды приходят к противоположным выводам

Актуальная практика 2025–2026 →