Судья первой инстанции – Полухина О.В. № 22-3640/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 сентября 2023 года г. Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе: председательствующего Трофимовой Р.Р., судей Шовкомуда А.П., Морозова С.Л., при секретаре Товтиной И.Ф.,

с участием прокурора Ненаховой И.В., осужденного ФИО1 посредством видео-конференц-связи, защитника – адвоката Евстигнеева Е.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя Поповой Ж.В. на приговор Ленинского районного суда г. Иркутска от 14 декабря 2022 года, которым на основании вердикта коллегии присяжных заседателей

ФИО1, родившийся Дата изъята в <адрес изъят>, гражданин РФ, судимый:

- 10 октября 2018 года Эхирит-Булагатским районным судом Иркутской области по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 2 года;

- 03 июля 2019 года мировым судьей судебного участка № 135 Эхирит-Булагатского района Иркутской области по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев;

- 05 марта 2020 года мировым судьей судебного участка № 135 Эхирит-Булагатского района Иркутской области по ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 119, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 2 года;

- 19 июля 2022 года Октябрьским районным судом г. Иркутска по ч. 3 ст. 306 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка № 135 Эхирит-Булагатского района Иркутской области от 05 марта 2020 года отменено, на основании ст. 70 УК РФ окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления,

признано право на реабилитацию по данному преступлению в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ, – на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах;

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года,

на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговорам Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 10 октября 2018 года и мирового судьи судебного участка № 135 Эхирит-Булагатского района Иркутской области от 03 июля 2019 года,

в соответствии со ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему приговору, неотбытой части наказания по приговорам от 10 октября 2018 года и от 03 июля 2019 года, назначено наказание в 4 года 3 месяца лишения свободы,

на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и по приговору Октябрьского районного суда г. Иркутска от 19 июля 2022 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, согласно ч. 31 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей в период с 26 августа 2020 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ в окончательное наказание зачтено наказание, отбытое по приговору Октябрьского районного суда г. Иркутска от 19 июля 2022 года (вступившего в законную силу 12 сентября 2022 года),

мера пресечения оставлена в виде содержания под стражей,

решен вопрос о вещественных доказательствах.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционного представления, заслушав выступления сторон, судебная коллегия,

установила:

приговором суда, постановленным на основании вердикта присяжных заседателей, ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Этим же приговором ФИО1 признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшее кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Попова Ж.В. выражает несогласие с данным судебным решением, считает приговор суда незаконным, необоснованным, несправедливым, назначенное наказание чрезмерно мягким. В обоснование доводов ссылается на ч. 4 ст. 7, 297, п. 4 ст. 38915, ст. 38916, ч. 2 ст. 38918 УПК РФ и полагает, что приговор суда подлежит отмене в связи с неправильным применением норм уголовного закона и несправедливостью приговора. Приводит положения ч. 1, 3 ст. 25 УК РФ и указывает, что, нанося удар опасным травмирующим предметом (ножом) в шею потерпевшего, ФИО1 не желал, однако сознательно допускал наступление смерти ФИО8, понимая возможность повреждения при таком ударе кровеносных сосудов и возникновения сильного кровотечения, что может привести к смерти человека. Полагает, что указанные обстоятельства позволяют квалифицировать действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Отмечает, что судом действиям ФИО1 дана иная квалификация действий, по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Приводит выводы суда, изложенные в приговоре, и считает, что выводы о том, что в части наступления смерти потерпевшего у ФИО1 имеется неосторожная форма вины, противоречат сами себе и фактическим данным, установленным судом. Указывает, что достоверно установлено, что ФИО1 вооружился ножом, то есть особо травматическим предметом, используемым в качестве оружия, обладающим высокой поражающей способностью, удар потерпевшему ФИО8 был нанесен в шею, орган в котором располагаются крупные кровеносные сосуды, повреждение которых практически всегда приводит к смерти пострадавшего, что об умышленном характере действий ФИО1, направленных на причинение смерти человеку, свидетельствует и глубина нанесенного ранения, сила нанесенного удара, а также способ причинения телесных повреждений, локализация повреждений. Полагает, что при квалификации действий ФИО1 по преступлению в отношении ФИО8 судом нарушены нормы уголовного закона, выводы суда не соответствуют фактически обстоятельствам. Кроме того, считает, что при назначении наказания судом нарушены положения ст. 43, 60 УК РФ, не дана надлежащая оценка характеру совершенного преступления, степени общественной опасности содеянного. Указывает, что преступление, за которое осужден ФИО1, относится к категории особо тяжких, направленных против жизни человека, ФИО1 характеризуется как агрессивный человек, склонный к совершению насильственных преступлений, состоит на учете в МО МВД России «Эхирит-Булагатский, был осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, условно, однако должных выводов для себя не сделал. Полагает, что судом необоснованно в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учтено активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как после совершения преступления ФИО1 с места преступления скрылся, о его действиях сотрудникам полиции стало известно от очевидцев произошедшего ФИО9, ФИО10, которые не только указали на ФИО1, как на лицо, совершившее преступление, но и подробно описали его действия, направленные на причинение смерти ФИО8 В ходе предварительного следствия ФИО1 только на первоначальной стадии давал признательные показания в ходе допроса и при проверке показаний на месте, однако свои показания в суде не подтвердил, указал на давление на него со стороны сотрудников полиции. Обращает внимание, что сами по себе признательные показания не свидетельствуют об активном способствовании расследованию, поскольку подтверждают известные органу следствия обстоятельства. Считает, что у суда отсутствовали основания для применения при назначении наказания положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Полагает, что судом назначено чрезмерно мягкое наказание, как за совершенное преступление, так и окончательное наказание по совокупности приговоров.

Также указывает, что вердиктом присяжных заседателей ФИО1 единогласно признан виновным в причинении Потерпевший №3 телесных повреждений, относящихся к категории причинивших легкий вред здоровью. Однако суд по данному преступлению оправдал ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Выводы о том, что согласно вердикту коллегии присяжных, ФИО1 действовал в состоянии обороны при отражении от посягательства потерпевшего Потерпевший №3, противоречат установленным фактическим обстоятельствам, вердикту присяжных. В вопросном листе не указано, что со стороны Потерпевший №3 имели место преступные посягательства, которые необходимо было предотвратить, и эти посягательства угрожали здоровью и жизни ФИО1 Коллегия присяжных посчитала доказанным факт того, что ФИО1 совершил противоправные действия в отношении Потерпевший №3 вследствие того, что потерпевший пошел на ФИО1, попытался сбить с ног и забрать у последнего нож, однако, какие-либо действия, свидетельствующие об обороне ФИО1 от действий потерпевшего, в вопросе не описаны, на обсуждение коллегии присяжных не ставились. Считает несостоятельными выводы суда о том, что ФИО1 действовал в состоянии обороны и его действия не влекут уголовную ответственность, противоречащими вердикту коллегии присяжных, установленным фактическим обстоятельствам. На основании изложенного просит приговор отменить, уголовное дело вернуть в тот же суд на новое рассмотрение со стадии обсуждения вердикта присяжных заседателей.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Ненахова И.В. поддержала доводы апелляционного представления, осужденный ФИО1 и его защитник Евстигнеев Е.А. возражали их удовлетворению, просили приговор суда оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив апелляционное представление, судебная коллегия находит, что приговор постановлен в соответствии с требованиями закона, регламентирующими рассмотрение уголовных дел судом с участием присяжных заседателей, на основании вынесенного вердикта.

Согласно положениям статей 38915 и 38927 УПК РФ судебное решение, вынесенное с участием коллегии присяжных, может быть отменено или изменено ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливости приговора.

Таких нарушений, которые бы повлекли за собой отмену приговора, при рассмотрении дела не допущено.

Коллегия присяжных заседателей была сформирована с соблюдением требований ст. 325-329 УПК РФ. Как следует из протокола судебного заседания, для отбора коллегии присяжных заседателей в суд явилось 13 кандидатов. Замечаний по их отбору, а также ходатайств о роспуске коллегии присяжных заседателей в связи с ее тенденциозностью, от участников процесса не поступало.

Данных, свидетельствующих о том, что кто-либо из присяжных заседателей, вошедших в состав коллегии, имел прямую или косвенную заинтересованность в исходе дела, предвзято относился к подсудимому, материалы дела не содержат, равно, как и сведений о том, что кем-либо из присяжных заседателей были нарушены возложенные на них обязанности или допущены действия и высказывания, позволяющие усомниться в их беспристрастности.

Судебное следствие по делу проведено на основе принципа состязательности, предусмотренного ст. 15 УПК РФ, с учетом требований ст. 252, 335 УПК РФ об особенностях судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей.

В присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства, доказанность которых ими устанавливается в соответствии с полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ. Объем, в котором исследовались все представляемые доказательства, определялся судом с учетом строгого соблюдения критерия относимости к обстоятельствам, подлежащим установлению при производстве по уголовному делу.

Председательствующий не ограничивал прав участников процесса и создавал необходимые условия для полного и всестороннего исследования доказательств, все заявленные ходатайства разрешены судом в установленном законом порядке, принятые судом по ним решения мотивированы и аргументированы. Вопросы, не входящие в компетенцию присяжных заседателей, при этом не обсуждались.

Действия председательствующего по рассмотрению ходатайств были продиктованы соблюдением требований ч. 7-8 ст. 335 УПК РФ.

В ходе судебного разбирательства председательствующий принимал меры к тому, чтобы до присяжных заседателей не была доведена недопустимая информация, касающаяся, в том числе процессуальных вопросов, данных о личности участников уголовного судопроизводства, а если такая информация все же до них доводилась, то он давал присяжным заседателям соответствующие разъяснения, достаточность которых не вызывает сомнений. Именно с этой целью в напутственном слове председательствующий также просил присяжных заседателей не принимать во внимание подобные сведения.

Данные о подсудимом исследовались только в части, имеющей отношение к предмету доказывания по делу. При этом, стороны не были ограничены в представлении доказательств, в подтверждение избранных позиций, с учетом процедуры судопроизводства с участием присяжных заседателей.

Не допущено судом при принятии решений такой непоследовательности, которая подрывала бы законность состоявшейся процедуры судебного разбирательства дела, могла незаконным образом влиять на мнение присяжных заседателей по делу.

Всем участникам судебного разбирательства по настоящему уголовному делу со стороны обвинения и со стороны защиты суд предоставил возможность выступить в прениях сторон перед присяжными заседателями, с репликами, а осужденному еще и с последним словом.

Прения сторон проведены в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.

Нарушений требований ст. 338 УПК РФ, регламентирующей порядок постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, не допущено. Председательствующий в письменном виде сформулировал вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, предложил сторонам высказать свои замечания по содержанию и формулировке вопросов, внести предложения о постановке новых вопросов.

Согласно содержанию протокола судебного заседания, указанным правом воспользовались обе стороны, которые высказали свои предложения по содержанию вопросов, после чего председательствующий в совещательной комнате окончательно сформулировал вопросы и внес их в вопросный лист. Процедура формулировки вопросного листа, установленная ч. 4 ст. 338 УПК РФ, председательствующим соблюдена.

Вопросы, подлежащие разрешению коллегией присяжных заседателей в вопросном листе, составлены с учетом предъявленного подсудимому обвинения, поддержанного в суде государственным обвинителем, версии ФИО1 об обстоятельствах причинения им телесных повреждений потерпевшим, результатов судебного следствия, судебных прений, после обсуждения их сторонами, в ясных и понятных выражениях, без использования юридических терминов.

В соответствии с положениями ст. 339 УПК РФ, председательствующий правильно по инкриминируемому подсудимому преступлению, с учетом его показаний, поставил перед присяжными заседателями основные вопросы, направленные на выяснение событий преступлений, причастности к ним подсудимого и его виновности. Изложенная постановка вопросов и их содержание позволяли присяжным заседателям полно и всесторонне оценить представленные доказательства и сделать вывод о виновности или невиновности ФИО1

При этом судебная коллегия отмечает, что ни вопросный лист, ни ответы коллегии присяжных заседателей на поставленные вопросы предметом обжалования не являются.

Напутственное слово председательствующего, произнесенное им перед коллегией присяжных заседателей, соответствует требованиям ч. 2-4 ст. 340 УПК РФ. В нем содержатся разъяснения присяжным заседателям положений уголовного закона о конкретных составах преступлений, уголовно-процессуального закона, об оценке доказательств, о порядке совещания, о последствиях признания осужденного заслуживающим снисхождения и другие.

Также председательствующий привел содержание обвинения, напомнил присяжным заседателям об исследованных доказательствах, изложил сформулированные в прениях позиции государственного обвинителя и защиты, разъяснил должным образом правила оценки доказательств, в том числе, показаний подсудимого, а также сущность презумпции невиновности, положение о толковании неустранимых сомнений в пользу подсудимого и другие вопросы, предусмотренные ст. 340 УПК РФ. В рамках, необходимых для понимания сути предъявленного обвинения, присяжным заседателям разъяснены положения уголовного закона, по которым ФИО1 привлекается к ответственности. Данные присяжным заседателям в ходе напутственного слова разъяснения, смысл которого заключается в том, что, несмотря на краткое изложение содержания доказательств, они должны учитывать их в том виде и объеме, в котором они были исследованы с их участием в судебном заседании, позволяли им вынести вердикт на основании полной доказательственной базы.

Не выходя за рамки закона, председательствующий обоснованно отметил, что с учетом процессуального статуса подсудимого, он вправе избрать любую линию защиты, разъяснял присяжным заседателям, что оценка доказательств является их исключительной прерогативой, для чего подробно излагал соответствующие правила. Каких-либо данных, способных создать у присяжных заседателей предубеждение по отношению к подсудимому либо потерпевшим, напутственное слово не содержит.

Предусмотренных ч. 6 ст. 340 УПК РФ возражений в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности от участников процесса не поступило.

Нарушений председательствующим указанного принципа при обращении с напутственным словом не установлено и судебной коллегией.

Присяжные заседатели в необходимой мере были проинформированы председательствующим о порядке совещания. Процедура вынесения присяжными заседателями вердикта соблюдена. После их возвращения в зал судебного заседания от председательствующего замечаний по внесенным в вопросный лист ответам не поступило.

При этом фактические обстоятельства дела, которые выяснялись в вопросном листе у присяжных заседателей, позволили председательствующему объективно установить, как направленность умысла подсудимого, так и форму его вины.

Судебная коллегия находит, что вердикт коллегии присяжных заседателей отвечает требованиям ст. 343 и 345 УПК РФ, процедура обсуждения последствий вердикта соблюдена.

Оценивая доводы прокурора о неверном применении судом норм уголовного закона при квалификации действий осужденного, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями ч. 2-3 ст. 348 УПК РФ обвинительный вердикт обязателен для председательствующего по уголовному делу, за исключением случаев, предусмотренных, в том числе, частью 4 этой статьи; председательствующий квалифицирует содеянное подсудимым в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки.

Согласно ч. 4 ст. 348 УПК ПФ, обвинительный вердикт коллегии присяжных заседателей не препятствует постановлению оправдательного приговора, если председательствующий признает, что деяние подсудимого не содержит признаков преступления.

Судебная коллегия полагает, что данные требования судом соблюдены.

По делу вердиктом коллегии присяжных заседателей, с учетом ответов на вопросы 1-4, ФИО1 признан виновным в совершении действий, которые признаны доказанными, а именно в том, что из личной неприязни, возникшей вследствие произошедшего с ФИО8 конфликта, в ходе которого последний закричал, привстал из-за стола, схватил нож, ФИО1 перехватил этот нож и, отмахиваясь от потерпевшего, нанес последнему удары ножом в шею и левую кисть, от которых у ФИО8 образовались телесные повреждения в виде колото-резаной раны на левой боковой поверхности шеи, резаной раны на тыльной поверхности левой кисти с повреждением мягких тканей, краевым повреждением левой яремной вены, наружным кровотечением и развитием массивной кровопотери, повлекшие смерть.

При ответе на вопрос № 2 коллегия присяжных исключила доказанность того, что ФИО1 желал причинения смерти ФИО8

Действиям осужденного, совершенным в отношении данного потерпевшего, суд дал юридическую оценку, основываясь на установленных вердиктом фактических обстоятельствах дела, признанных присяжными заседателями доказанными.

Исходя из содержания ответов присяжных на поставленные вопросы, судом дано убедительное обоснование направленности умысла ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО8 при неосторожной форме вины по отношению к смертельному исходу, имевшему место, в том числе, с учетом обстоятельств, при которых были нанесены телесные повреждения.

Суд мотивированно квалифицировал содеянное ФИО1 в отношении потерпевшего ФИО8 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки.

Вопреки доводам прокурора, к обстоятельствам дела по факту смерти ФИО8, как они были установлены коллегией присяжных заседателей, уголовный закон в отношении осужденного применен правильно.

Суждения государственного обвинителя по поводу имевшегося у ФИО1 косвенного умысла на причинение смерти носят субъективно оценочный, предположительный характер, поэтому не могут быть признаны состоятельными.

Кроме того, судебная коллегия считает обоснованным решение суда об оправдании ФИО1 по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, исходя из вердикта присяжных заседателей, с учетом ответов на вопросы 6-8, признавших его виновным в том, что в ответ на посягательство со стороны Потерпевший №3, который пошел на него, пытался сбить с ног и забрать нож, ФИО1 нанес последнему удары ножом в область правого и левого предплечий, головы, спины, груди, причинив физическую боль и телесные повреждения в виде резаных ран предплечий, повлекших легкий вред здоровью, а также в виде царапин, поверхностных резаных ран, ссадин на разных частях тела, не причинивших вреда здоровью.

При этом, при ответе на вопрос № 7 коллегия присяжных заседателей исключила из действий ФИО1 наличие личных неприязненных отношений к Потерпевший №3, а также желание причинить последнему физическую боль и телесные повреждения.

Несмотря на обвинительный вердикт, исходя из содержания ответов, данных присяжными на вопросы, которые были поставлены с учетом мнения сторон, суд на основании установленных обстоятельств, требующих собственно юридической оценки, обоснованно пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, поскольку он фактически действовал неосторожно, в условиях обороны от посягательства на него со стороны Потерпевший №3

Судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для принятия иного решения у суда не имелось, учитывая разъяснения, данные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», о том, что не влечет уголовную ответственность причинение любого вреда по неосторожности, если это явилось следствием действий оборонявшегося лица при отражении общественно опасного посягательства, на что судом сделана ссылка в приговоре.

Таким образом, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены постановленного на основании вердикта присяжных заседателей приговора и в части оправдания ФИО1 за его действия, совершенные в отношении Потерпевший №3, исходя из доводов, приведенных в представлении прокурора.

Суждение государственного обвинителя об отсутствии в вопросном листе сведений о том, что со стороны Потерпевший №3 имело место преступное посягательство, которое необходимо было предотвратить, как угрожавшее здоровью и жизни ФИО1, безосновательно, поскольку вопросный лист содержит достаточные сведения, которые позволили суду принять верное решение.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259, 353 УПК РФ. В нем правильно зафиксирован ход судебного процесса, указаны заявления, возражения, ходатайства, вопросы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны их показания, содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства.

Вменяемость осужденного судом установлена и не вызывает сомнений с учетом данных о его личности, поведения в судебном заседании и оценки заключения судебно-психиатрической экспертизы.

Вопреки доводам представления, наказание ФИО1 за преступление, в совершении которого он признан виновным, назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43 и 60 УК РФ, с учетом всех имеющих значение обстоятельств, характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, полных данных, характеризующих личность осужденного, смягчающих наказание обстоятельства при отсутствии отягчающих таковое, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи.

Так, в качестве смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с п. «г, з, и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ судом учтены: наличие на иждивении малолетнего ребенка, противоправное поведение потерпевшего ФИО8, явившееся поводом к совершению преступления, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче подробных признательных показаний на стадии предварительного следствия, изобличающих себя в совершении данного преступления, участие в следственных действиях, в том числе при проверке показаний на месте, признание вины в причинении смерти ФИО8, раскаяние в содеянном, неблагополучное состояние здоровья его и членов его семьи, наличие тяжелых заболеваний у малолетнего ребенка.

Судебная коллегия находит, что судом мотивированно признаны смягчающими вышеуказанные обстоятельства, и считает несостоятельными доводы прокурора о необоснованном учете активного способствования ФИО1 раскрытию и расследованию преступления.

Так, коллегией присяжных заседателей последний признан виновным в совершении именно тех действий, о которых заявлял с самого начала производства по делу, в том числе при даче показаний на месте, что, безусловно, способствовало раскрытию и расследованию преступления, за которое ФИО1 осужден.

Оснований полагать, что представленная им органам следствия информация не имела значения для установления обстоятельств произошедших событий и его роли в них, а, следовательно, для раскрытия и расследования преступления, как на том настаивает прокурор, не имеется.

Несмотря на доводы представления, избираемая ФИО1 в период производства по делу позиция с целью защиты, не исключала того, что он активно способствовал раскрытию и расследованию преступления на первоначальных этапах следствия. При этом, вопреки доводам государственного обвинителя, обстоятельства дела свидетельствуют о том, что ФИО1 скрылся с места происшествия не с целью противодействия следствию, а убегая от посягательства Потерпевший №3

Учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности ФИО1, суд пришел к обоснованному выводу о назначении ему наказания в виде реального лишения свободы при отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, 73 УК РФ, о чем указал в приговоре и мотивировал свое решение.

Судом обоснованно учтен вердикт о снисхождении, наказание назначено в соответствии с положениями ст. 65 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд не применял при назначении наказания ч. 1 ст. 62 УК РФ, учитывая разъяснения, содержащиеся в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которым, при наличии вердикта присяжных заседателей о снисхождении, а также смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, применению подлежит только ч. 1 ст. 65 УК РФ.

Не согласиться с состоявшимся судебным решением судебная коллегия оснований не находит, поскольку все установленные по делу заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе и те, на которые обращено внимание в апелляционном представлении, учтены в приговоре.

Установив, что преступление, отнесенное законом к категории особо тяжкого, совершено ФИО1 в период условного осуждения по приговорам суда, а также при наличии состоявшегося судебного решения, согласно которому он осужден к реальному лишению свободы, суд обоснованно применил положения ч. 5 ст. 74 УК РФ и назначил наказание сначала по правилам ст. 70, а затем ч. 5 ст. 69 УК РФ, при соблюдении всех установленных законом пределов.

Требования ст. 43 и 60 УК РФ, вопреки утверждениям прокурора, судом не нарушены. Оснований для признания назначенного ФИО1 наказания несправедливым, чрезмерно мягким не имеется.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденный должен отбывать наказание, определен правильно, согласно п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, зачет времени содержания под стражей произведен верно, в соответствии с положениями п. «б» ч. 31 статьи 72 УК РФ.

Таким образом, апелляционные доводы стороны обвинения являются несостоятельными, поэтому удовлетворению не подлежат.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия,

определила:

приговор Ленинского районного суда г. Иркутска от 14 декабря 2022 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Поповой Ж.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово), через Ленинский районный суд г. Иркутска, в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Р.Р. Трофимова

Судьи: А.П. Шовкомуд

С.Л. Морозов