Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 июля 2023года

Председательствующий Четкин А.В. Дело № 22-4545/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 июля 2023 года г.Екатеринбург

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Орловой Н.Н., судей Беликовой А.А., Тертычного И.Л.,

при ведении протокола помощником судьи Кочетковой О.А.,

с участием осужденного ФИО1 посредством использования систем видео-конференц-связи,

законного представителя осужденного специалиста территориального исполнительного органа государственного власти Свердловской области – управления социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области ФИО2,

адвоката Корякиной Т.А. в защиту интересов осужденного ФИО1,

потерпевших Х О

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Митиной О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Артемовой Е.В., апелляционному представлению государственного обвинителя старшего помощника прокурора Железнодорожного района г. Екатеринбурга Данилова Э.О. на приговор Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 10 марта 2023 года, которым

ФИО1,

родившийся ...

ранее судимый:

- 17 мая 2010 года Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга (с учётом постановления Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 14 июня 2012 года) по ч. 4 ст. 111 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ (судимость погашена) к 8 годам 4 месяцам лишения свободы; освобожден 25 июля 2016 года на основании постановления Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 12 июля 2016 года условно-досрочно на 1 год 9 месяцев 22 дня,

осужден по:

- ч. 1 ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы;

- п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде 13 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена прежней – заключение под стражей.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок наказания ФИО1 время содержания под стражей с 03 ноября 2021 года до дня вступления приговора в законную силу на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Гражданский иск потерпевшей Х удовлетворен частично, постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Х в счет компенсации морального вреда 1000000 рублей, в счет возмещения материального ущерба – 376297 рублей 50 копеек.

Признано за гражданским истцом Х право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, и передан вопрос о размере возмещения указанного ущерба для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. В остальной части в удовлетворении исковых требований гражданскому истцу Х постановлено отказать.

Постановлено взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой труда защитников в период предварительного следствия в размере 26162 рубля 50 копеек, судебного разбирательства – в размере 13317 рублей.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Орловой Н.Н.., выступления осужденного ФИО1, адвоката Корякиной Т.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Митиной О.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в том, что в период с 27 октября 2021 года после 20:30 до 00:30 28 октября 2021 года умышленно причинил смерть К а также совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено им в Железнодорожном административном районе г.Екатеринбурга при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, фактически не признал, пояснил, что умысла на лишение жизни потерпевшего не имел, телесные повреждения причинил ему в результате того, что защищался от его неправомерных действий; вину в тайном хищении имущества потерпевшего признал полностью.

В апелляционном представлении государственный обвинитель старший помощник прокурора Железнодорожного района г. Екатеринбурга Данилов Э.О. просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора высказанное ФИО1 намерение принять меры к возмещению причинённого ущерба в качестве иного смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч. 2 ст. 61 УК РФ; признать в качестве отягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение ФИО1 указанных преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя; усилить ФИО1 наказание до 13 лет 2 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима; указать на зачет в срок наказания ФИО1 время его содержания под стражей в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ. В обоснование представления указывает, что в соответствии с установленными в судебном заседании обстоятельствами ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление исключительной общественной опасности, направленное против жизни, которое, в том числе, привело к лишению жизни человека по малозначительному поводу. При этом, исходя из фактических обстоятельств совершения преступления, подтвержденных письменными материалами уголовного дела и показаниями потерпевших Х О свидетелей Э Е Н М а также показаний самого осужденного ФИО1, данными в ходе предварительного расследования, ссора с потерпевшим у осужденного возникла на почве употребления спиртного по малозначительному поводу. Исследованные доказательства свидетельствуют о частой алкоголизации осужденного, помимо показаний допрошенных свидетелей исследованы объективные доказательства этому обстоятельству – сведения о привлечении ФИО1 к административной ответственности по статьям 20.1, 20.20 КоАП РФ. Ранее ФИО1 судим за совершение аналогичных преступлений, совершённых также в состоянии алкогольного опьянения и на фоне распития спиртных напитков с потерпевшим. Более того, сам характер действий ФИО1 – нанесение пожилому человеку не менее 14 ударов в область головы и лица фрагментом мебели свидетельствует об агрессивном настрое ФИО1 По мнению стороны обвинения, совершение указанных преступлений ФИО1 обусловлено нахождением его в данном состоянии, что свидетельствует о наличии в его действиях отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ. Также полагает, что с учётом характера совершенного преступления, позиции осужденного и отношения его к содеянному, размера и обоснования заявленного потерпевшей стороной иска, высказанное ФИО1 намерение принять меры по возмещению причиненного ущерба, не свидетельствует о необходимости учёта данных намерений в качестве иного смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ. Соглашаясь с выводами суда о признании в качестве отягчающего наказание обстоятельства рецидива преступлений, указывает, что суд не указал, какое именно преступление, совершенное ФИО1 образует особо опасный рецидив преступлений, в свою очередь, вид рецидива по преступлению, предусмотренному п.«в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в соответствии со ст. 18 УК РФ не может быть определён как особо опасный. При зачете времени содержания под стражей ФИО1 в срок лишения свободы суд неверно сослался на п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, поскольку в связи с наличием в действиях осужденного особо опасного рецидива применению подлежали нормы ч. 3.2 ст. 72 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Артемова Е.В. в интересах осужденного ФИО1 просит приговор отменить, оправдать ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления, по преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, назначить наказание, не связанное с лишением свободы. В обоснование жалобы указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, в действиях ФИО1 отсутствует. В соответствии с его показаниями, данными в ходе судебного следствия, умысла на причинение смерти потерпевшего он не имел, в связи с противоправным и аморальным поведением потерпевшего он опасался за свою жизнь и здоровье, по телосложению и физически потерпевший был сильнее ФИО1, изначально ФИО1 доверился ФИО3 К в связи с предложением помочь ему с поиском работы, пошёл с ним в квартиру, в дальнейшем в ходе развития событий потерпевший угрожал ему, в ответ на намерение ФИО1 уйти из квартиры, потерпевший стал душить его, наносить удары руками и ногами в область грудной клетки и головы, нанес удары по различным частям тела ФИО1 лестницей, от указанных действий потерпевшего ФИО1 испытывал физическую боль, и, защищаясь, нанёс ему в ответ несколько ударов фрагментом сломавшейся лестницы, количество ударов не помнит. Уходя из квартиры потерпевшего, ФИО1 похитил вещи, при этом он осознавал и понимал свои действия. По мнению ФИО1 в тот момент, когда он уходил из квартиры потерпевшего, последний подавал признаки жизни. В судебном заседании ФИО1 принес извинения потерпевшей, выразил намерение возместить ущерб. Полагает, что при указанных обстоятельствах ФИО1 действовал в пределах необходимой обороны, так как со стороны потерпевшего имели место проявления агрессии и угроз в виде высказывания намерения сексуального насилия. Выражает несогласие с апелляционным представлением прокурора о признании в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, способствовавшего совершению преступления, поскольку в соответствии с действующим законодательством само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, не является достаточным и единственным основанием для признания такого обстоятельством, отягчающим наказание. Также в связи с высказанной позицией ФИО1 исключение из описательно-мотивировочной части приговора указания на признание смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ его высказываний о принятии мер к возмещению ущерба будет являться необоснованным решением.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор в части осуждения его по ч. 1 ст. 105 УК РФ отменить, направить уголовное дело на дополнительное расследование. Указывает, что вину в умышленном убийстве К не признает. В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы смерть потерпевшего наступила спустя некоторое время от механической асфиксии, то есть удушения кровью в гортани, что свидетельствует об отсутствии у него прямого умысла на причинение смерти потерпевшему. Судом незаконно принято решение об оглашении его показаний, данных в ходе предварительного следствия, вопреки возражениям с его стороны и со стороны защиты. Указывает на нарушения права на защиту, выразившиеся в том, что на его неоднократные ходатайства об отложении судебного заседания для его встречи с защитником и согласования позиции судом необоснованно было отказано. В приговоре не изложена позиция стороны защиты со ссылкой на представленные ими доказательства.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, представления прокурора, возражений на жалобу, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в необходимом объеме приведенных в приговоре.

Допрошенный судом осужденный ФИО1 не признавал свою вину по ч.1 ст. 105 УК РФ, заявляя, что умысла на лишение жизни потерпевшего К не имел, не отрицая причинения К телесных повреждений, утверждал, что нанес их, защищаясь от неправомерных действий потерпевшего.

Версия осужденного о том, что он действовал в пределах необходимой обороны с учетом агрессивного, аморального, противоправного поведения потерпевшего К была предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно опровергнута, в том числе с учетом конкретных действий ФИО1 до и во время совершения преступления, а также количества и локализации ударов, нанесенных им потерпевшему, отсутствия достоверных данных о получении им каких-либо причинивших вред здоровью повреждений со стороны погибшего.

В обоснование своих выводов суд первой инстанции сослался,в частности, на показания свидетелей Э Н Е соседей потерпевшего, согласно которым они 27 октября 2021 года в вечернее время видели ФИО1 и К входящих вместе в квартиру последнего. Н в суде показала, что в позднее время указанного выше дня слышала шум в квартире потерпевшего, разговор двух мужчин на повышенных тонах, голос К который просил другого мужчину, более молодого, судя по голосу, покинуть квартиру, на что тот не соглашался.

Показаниями свидетеля Ю.,Ш сотрудников реабилитационного центра, о том, что осужденный ФИО1 ночевал в указанном центре 29 октября, на его верхней одежде и обуви они заметили следы, похожие на кровь, одежду, обувь, сотовый телефон, как позднее оказалось, принадлежащий потерпевшему, ключи от квартиры последнего после ухода ФИО1 оставил в помещении центра.

Показаниями свидетелей, сотрудников полиции З А Г У Ц о проводимых ими оперативно-розыскных мероприятиях по установлению лиц, причастных к совершенному преступлению, в том числе по изъятию вещей, оставленных ФИО1 в реабилитационном центре.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает необходимым исключить из приговора показания свидетеля А о содержании беседы с осужденным после его задержания по настоящему делу, поскольку данное доказательство не может быть признано допустимым, в соответствии с положениями ст. 75 УПК РФ. Исключение данного доказательства из приговора не влияет на доказанность причастности осужденного ФИО1 к совершенному преступлению, поскольку подтверждается совокупностью иных доказательств.

Показаниями потерпевших Х О подтвердивших в суде данные ими показания на предварительном следствии о том, что 28 октября 2021 года на звонок О по сотовому телефону отца, ответил осужденный ФИО1, представившись потерпевшим, сообщив, что у него все в порядке. Она не поверила говорившему, прервала разговор, была встревожена этим событием, на звонок сестры отцу, ответил вновь неизвестный, сообщив, что отец спит, пообещал уйти из квартиры. Муж сестры, свидетель Б, по их просьбе, поехал к отцу, обнаружив его мертвым, с многочисленными телесными повреждениями.

Показания указанных выше лиц подтверждаются протоколами осмотров мест происшествия, осмотра предметов, заключениями экспертов, исходя их которых следует, что в квартире К обнаружены следы пальцев рук ФИО1, на предметах одежды, частях стула, иных предметах обнаружена кровь и ДНК потерпевшего К на фрагменте ковра, оставленных осужденным в квартире потерпевшего своих вещах – куртке, шапке, кофте- выявлены потожировые выделения и ДНК ФИО1. По месту временного нахождения осужденного в реабилитационном центре по адресу <...> обнаружены и изъяты куртка, сотовый телефон, ключи от квартиры, принадлежащие потерпевшему К на его куртке – кровь К

По заключением судебно-медицинской экспертизы, смерть К наступила в результате механической асфиксии от закрытия просвета дыхательных путей кровью вследствие закрытой черепно-мозговой травмы в виде следующих повреждений: травматического субархноидального кровоизлияния в правой теменной области, оскольчатого перелома костей спинки носа, оскольчатых переломов альвеолярных отростков 1-4 зубов на верхней и нижней челюсти, оскольчатый перелом альвеолярного отростка 1-го зуба на верхней челюсти справа, множественных ссадин, ушибленных и рвано-ушибленных ран в области лица, левой лобно-теменной области с обширным сплошным кровоизлиянием. Все перечисленные повреждения составляют единый морфокомплекс закрытой черепно-мозговой травмы и осложнившиеся механической асфиксией, состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти К причинены незадолго до смерти в один и тот же промежуток времени (минуты, десятки минут) могли сформироваться в результате неоднократных ударов тупым твердым предметом, предметами, обладающих прямолинейным ребром и узкой гранью, могли быть причинены в результате не менее 14-ти воздействий. Давность наступления смерти К соответствует обстоятельствам дела. На момент смерти К находился в состоянии алкогольного опьянения, которое у живых лиц расценивается как тяжелое отравление алкоголем.

По заключению медико-криминалистической экспертизы, не исключается возможность причинения обнаруженных у К повреждений, представленными органами следствия, изъятыми с места преступления деревянными фрагментами.

В приговоре имеются ссылки и на другие доказательствами, исследованные в ходе судебного следствия.

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями УПК РФ, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний потерпевших и свидетелей обвинения, которые давали логичные, последовательные показания, которые согласовываются между собой и подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств.

В ходе судебного разбирательства не было установлено как обстоятельств, указывающих на возможность оговора кем-либо ФИО1, так и обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в его привлечении к уголовной ответственности. Оглашение показаний свидетелей и потерпевших соответствует положениям уголовного закона, возражений об их оглашении у сторон не поступало.

Вопреки доводам жалобы, показания свидетелей обвинения, положенные в основу выводов суда о виновности, не имеют существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО1 преступления и доказанность его вины.

Показания указанных лиц нашли подтверждение в ходе осмотров мест происшествия и в заключениях проведенных экспертных исследований, согласно которых зафиксированы нанесенные К ранения, установлена степень тяжести данных повреждений, наличие их причинно-следственной связи со смертью потерпевшего.

Заключением судебно-медицинской экспертизы, которая установила локализацию повреждений, обнаруженных у К направленность ударов в жизненно-важные органы человека.

Заключения экспертов, имеющиеся в материалах уголовного дела, у судебной коллегии сомнений не вызывают, поскольку полностью соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, выполнены специалистами, квалификация которых сомнений не вызывает, оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд первой инстанции обоснованно принял заключения экспертов в качестве доказательств по делу. Не доверять заключениям проведенных по делу экспертиз, у судебной коллегии оснований не имеется.

Учитывая изложенное, оснований сомневаться в достоверности приведенных в приговоре доказательств, у суда первой инстанции не имелось. С учетом всей совокупности исследованных судом доказательств, в том числе, с учетом данных в ходе судебного следствия показаний самого осужденного и свидетелей обвинения, сомнений в достоверности, относимости и допустимости указанных доказательств, и у судебной коллегии не возникло.

Показания осужденного. ФИО1, который свою вину в совершении убийства К признал частично, не отрицая факта нанесения погибшему телесных повреждений, судом первой инстанции оценены в совокупности со всеми доказательствами по делу, обоснованно признаны достоверными в той части, в которой они подтверждаются иными доказательствами по делу, и которые позволили суду сделать обоснованный вывод о совершении ФИО1 инкриминируемого ему преступного деяния при установленных судом обстоятельствах.

Выводы суда относительно квалификации действий осужденного носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд не допускал каких-либо предположительных суждений. При этом судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденного, направленности его умысла именно на причинение смерти К

При этом судебная коллегия находит правильность выводов суда о совершении ФИО1 убийства К поскольку анализ установленных судом обстоятельств совершения осужденным преступления, свидетельствует о том, что ФИО1 в условиях, когда необходимость в самообороне отсутствовала, нанес К не менее 14 ударов тупым твердым предметом в область головы и лица потерпевшего, приведших к смерти последнего на месте происшествия.

Доводы ФИО1 о том, что телесные повреждения в виде перелома ребер, он получил от действий потерпевшего, который ногами пинал его в область груди, с тем, чтобы задержать его в квартире, проверялись судом, признаны несостоятельными, поскольку опровергаются показаниями потерпевших о том, что К был ограничен в движении, у него было заболевание, ограничивающее владение им одной ногой, он не мог передвигаться и вставать без помощи посторонних лиц или использования трости, был инвалидом первой группы по такому заболеванию, более того, ни в автомобиле такси, в которой осужденный уехал с места преступления, перед этим погрузив самостоятельно в автомобиль тяжелые предметы, два телевизора, ни в реабилитационном центре, где он ночевал после преступления, жалоб на боли, плохое самочувствие Нургалеев не высказывал. В ЦГБ №23 он был доставлен только через продолжительное время после преступления, где сообщил, что его избили неизвестные лица на улице, из медицинского учреждения сбежал без осмотра. Данная версия о нападении на него потерпевшим высказана осужденным после неоднократных допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого в конце предварительного расследования.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции, определяя наличие у ФИО1 умысла на убийство потерпевшего, дал верную оценку обстоятельствам, при которых осужденный нанес удары потерпевшему, убедительно мотивировал свои выводы о наличии такого умысла, указав, почему он пришел именно к такому выводу. В частности суд привел в приговоре указание о характере ран, локализации повреждений, направленности ударов, в том числе и в жизненно-важные органы К что в совокупности свидетельствует о наличии умысла на убийство.

Действия ФИО1 судом квалифицированы по ч.1 ст. 105 УК РФ как умышленное лишение жизни человека, убийство. При этом суд указал не только на способ, количество, локализацию причиненных телесных повреждений, множественность ударов лежащему на полу потерпевшему, не совершающему никаких активных противоправных действий, в область жизненно-важного органа головы, с достаточной силой, что подтверждается многочисленными переломами костей.

Суд в приговоре опроверг заявление осужденного и его защиты о состоянии необходимой обороны, превышения ее пределов, состояния внезапно возникшего сильного душевного волнения в действиях осужденного ФИО1 При этом суд сослался на возраст потерпевшего, который был пенсионером, имел инвалидность, во время нанесения ему телесных повреждений, лежал на полу, что не отрицает и сам осужденный, то есть никакого нападения на ФИО1 в момент нанесения множества ударов, тупым твердым предметом, с достаточной силой со стороны К не было, кроме того, представленными доказательствами подтверждено, что последующее поведение осужденного, который в короткий непродолжительный период после убийства потерпевшего целенаправленно искал в квартире погибшего вещи для совершения кражи, при этом оценил и собрал конкретные предметы, которые в последствие смог реализовать и получить за них деньги, вызвал такси для облегчения вывоза похищенного с места преступления, не сообщил о случившихся событиях иным лицам, квартиру потерпевшего закрыл, ключи от квартиры увез с собой. По заключению стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в момент совершения преступления ФИО1 в состоянии аффекта не находился. Выявленные у него психические нарушения – низкий интеллект, невысокий словарный запас, конкретность мышления ограничивают его способность осознавать характер своего процессуального положения и исполнять свои процессуальные права и обязанности Данное психическое расстройство относится к психическим недостаткам, препятствующим самостоятельно осуществлять свое право на защиту. Но он не лишен возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В основу приговора суд помимо прочих доказательств, положил первоначальные показания осужденного относительно обстоятельств непосредственного нанесения им потерпевшему телесных повреждений и причинения смерти, которые согласуются с иными доказательствами по настоящему делу, свидетельствуют об отсутствии со стороны потерпевшего нападения в момент причинения ему телесных повреждений и аморальности и противоправности поведения как основания для сильного душевного волнения. Критическая оценка суда позиции виновного в более поздних показаниях на следствии и в суде обоснованно расценена при наличии иных доказательств как попытка избежать наказание за фактически совершенное преступление.

Учитывая изложенное и, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия приходит к выводу, что, вопреки доводам жалоб осужденного и позиции его защитников, преступление совершено ФИО1 с умыслом, направленным на убийство человека, которое не связано с защитой от общественно опасного посягательства или угрозой такого посягательства, либо в состоянии сильного душевного волнения, в связи с чем, оснований для переквалификации содеянного на более мягкий закон, либо его оправдания в соответствии со ст. 37 УК РФ не имеется.

Таким образом, судебная коллегия, соглашаясь с доводами суда первой инстанции, и приходит к выводу, что виновность осужденного в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, при обстоятельствах и в объеме, изложенных в приговоре, нашла свое полное подтверждение, и действия ФИО1 верно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, в том числе представленные стороной защиты. Все заявленные ходатайства, в том числе о признании доказательств недопустимыми, о приобщении видеозаписи, о допросе свидетелей защиты, назначения и проведения судебных экспертиз, в ходе судебного следствия разрешены судом в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ и по ним приняты мотивированные решения. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении ходатайств судом, судебной коллегией не установлено. Нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или способных повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения, по делу не допущено. При этом согласно протоколу судебного заседания судом были исследованы все представленные сторонами материалы дела.

Также судебная коллегия находит несостоятельными доводы осужденного о нарушении его прав в связи с оглашением судом его показаний на предварительном следствии в связи с его несогласием с этим, а также с тем, что его ходатайства об отложении судебного заседания для его встречи с адвокатом для выработки единой позиции были необоснованно отклонены, поскольку они опровергаются представленными материалами уголовного дела, согласно которым осужденный отказался в судебном заседании давать показания, в связи с чем были оглашены данные им показания в ходе предварительного следствия в соответствии с положениями ст. 276 УПК РФ. Согласно протоколу судебного заседания осужденный после оглашения его показаний согласился давать показания, при этом оценивая и ранее данные им показания на предварительном следствии. Отказ в удовлетворении ходатайства ФИО1 об отложении слушания уголовного дела для встречи с адвокатом перед допросом подсудимого судом мотивирован полно и обоснованно. Позиция адвоката по предъявленному обвинению ФИО1 отражена как в протоколе судебного заседания, так и в приговоре по настоящему делу.

Не вызывает сомнений обоснованность осуждения ФИО1 и по преступлению, предусмотренному п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ. Сам осужденный и его защита выводы суда о виновности ФИО1 в краже, то есть тайном хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину ни на предварительном следствии, ни в суде первой инстанции, ни в апелляционных жалобах не оспаривали.

Признавая ФИО1 виновным в этом преступлении, суд сослался на следующие доказательства: показания осужденного в ходе предварительного следствия, подтвержденные им в суде, о том, что после того, как он убедился в смерти потерпевшего, у него возник умысел на совершение тайного имущества К с этой целью он осмотрел квартиру, решил похитить телевизор с пультом, ноутбук, еще один телевизор в одной из комнат, вызвал такси, сам поочередно загрузил похищенное в автомобиль и отвез в ломбард, там взяли только ноутбук и телевизор с пультом, второй телевизор он отдал водителю такси в счет оплаты поездки; допрошенный на предварительном следствии свидетель Р водитель такси, чьи показания были оглашены с согласия сторон, после принятия необходимых мер к его вызову в судебное заседание, подтвердил показания осужденного в полном объеме; протокол выемки и осмотра от 05 ноября 2011 года у свидетеля Р телевизора (т.2 л.д. 216; показаниями свидетеля Л работника ломбарда, об обстоятельствах реализации ФИО1 похищенного имущества; протоколом выемки и осмотра у свидетеля Л ноутбука и сумки из-под него; показаниями потерпевшей Х пояснившей, что размер похищенного, установленный товароведческим экспертным заключением, для нее является значительным, указала этому обстоятельству убедительные мотивы и доводы. В материалах уголовного дела имеются и другие доказательства, исследованные судом первой инстанции, с очевидностью подтверждающие причастность осужденного к данному преступлению, ссылка на которые имеется в приговоре. Квалификация действий ФИО1 по факту тайного хищения чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ является правильной.

При назначении наказания осужденному суд первой инстанции, исходя из ст. 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО1,

С учетом отношения ФИО1 к содеянному, данных о его личности, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, его фактических обстоятельств, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для назначения осужденному наказания в виде лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, об отсутствии оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ, а также ч. 6 ст. 15 УК РФ. Соответствующие выводы надлежаще мотивированы в приговоре. Требования ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ при назначении наказания соблюдены.

Таким образом, судебная коллегия находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому судебная коллегия не находит оснований для смягчения назначенного наказания.

При проведении судебного следствия нарушений принципа состязательности сторон, обвинительного уклона в действиях председательствующего по делу, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

При назначении ФИО1 наказания суд надлежащим образом учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, сведения о личности осужденного, иные обстоятельства, подлежащие учету, и пришел к обоснованному выводу о назначении осужденному наказания в виде реального лишения свободы. Указанные в приговоре сведения о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за преступление аналогичной направленности, приведенные при определении размера наказания, о двойном учете прежней судимости, образующей рецидив преступлений, признанный в качестве соответствующего отягчающего обстоятельства, не свидетельствуют, поскольку относятся к данным о личности виновного, которым в силу ч. 1 ст. 6 УК РФ, среди прочего, должно соответствовать назначенное наказание.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств, суд в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ учел активное способствование расследованию преступления, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ: признание вины, раскаяние в содеянном, принесение потерпевшим извинений, намерение принять меры по возмещению причиненного ущерба, состояние здоровья осужденного и его близких. Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционного представления прокурора об отсутствии необходимости учета в качестве смягчающего наказание обстоятельства высказанного ФИО1 намерения принять меры к возмещению ущерба. Согласно положениям уголовного закона, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, суд вправе принять решение о признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства и те, которые не указаны в части 1 ст. 61 УК РФ, согласно протоколу судебного заседания осужденный, действительно, высказал намерения возместить ущерб, в том числе и в связи с совершенной кражей. Оснований для исключения из приговора данного обстоятельства в качестве смягчающего наказание ФИО1 не имеется.

Таким образом, все смягчающие наказание обстоятельства, которыми суд располагал при вынесении приговора, в полной мере учтены судом, повторному учету они не подлежат. Оснований полагать, что все приведенные в приговоре смягчающие наказание обстоятельства судом учтены лишь формально, а также для признания иных смягчающих наказание обстоятельств не имеется.

Отягчающими наказание обстоятельствами суд обоснованно признал в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ рецидив преступлений, вид которого верно установлен как особо опасный, установленного судом на основании п. "б" ч. 3 ст. 18 УК РФ. Так же суд обоснованно при назначении осужденному наказания применил правила ч. 2 ст. 68 УК РФ, при этом суд мотивированно сделал вывод об отсутствии оснований для применения положений части третьей указанной нормы закона. Доводы прокурора о том, что судом при признании в качестве отягчающего наказание обстоятельства рецидива преступления, не указал, какое именно преступление, совершенное ФИО1 образует особо-опасный рецидив, противоречат установленным приговором обстоятельствам, поскольку судом указано, что обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 признан рецидив преступлений, вид которого определен как особо-опасный, поскольку последний ранее судим за совершение умышленного преступления, относящегося к категории особо-опасных и вновь совершил умышленное преступление, относящееся к категории особо-опасных. Выводов суда о том, что особо-опасный рецидив признан судом по каждому преступлению, в том числе и по преступлению средней тяжести, в совершении которого признан виновным ФИО1, в приговоре не содержится.

Оснований для применения положения ч.3 ст.68 УК РФ, а также исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, то есть для применения положений ст.64 УК РФ, судом первой инстанции справедливо не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Правовых оснований к применению положений ч.6 ст.15, ст.53.1, ч.1 ст.62, ст.73 УК РФ у суда не имелось.

Доводы апелляционного представления прокурора о необходимости признания в действиях виновного отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч.1.1. ст.63 УК РФ - совершение каждого преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, судебная коллегия не может признать состоятельными. В приговоре суд, ссылаясь на установленные в ходе судебного разбирательства фактические обстоятельства, доводы осужденного о том, что небольшое количество выпитого им пива, не повлияло на совершение им преступлений, пришел к обоснованному выводу об отсутствии достаточных оснований для признания состояния опьянения виновного в качестве отягчающего его наказание обстоятельства. Ссылка в представлении прокурора на привлечение осужденного ранее к административной ответственности по ст.20.1,20.20 КоАП РФ, совершение им ранее преступлений в состоянии алкогольного опьянения, при указанных выше обстоятельствах, не может быть признана достаточным поводом для применения судом в отношении ФИО1 положений ч.1.1. ст.63 УК РФ, в том числе по преступлению, предусмотренному ст. 158 УК РФ, более того, представление прокурора не содержит доводов о влиянии состояния опьянения ФИО1 на совершение тайного хищения чужого имущества.

Назначенное осужденному наказание по своему виду и размеру является справедливым, оснований для его смягчения судебной коллегий не усматривается

Вид исправительного учреждения назначен осужденному в соответствии с требованиями п.«г» ч.1 ст.58 УК РФ и изменению не полежит.

Зачет времени содержания ФИО1 под стражей до дня вступления приговора в законную силу в срок отбытия наказания судом обоснованно произведен из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Вместе с тем, судебная коллегия, соглашаясь с доводами апелляционного представления, приходит к выводу о необходимости уточнения порядка зачета в срок назначенного наказания ФИО1 времени его содержания под стражей в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ, которая определяет порядок зачета при наличии в действиях осужденного особо опасного рецидива, вместо примененных судом положений п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ. В этой части приговор подлежит изменению, что не ухудшает положения осужденного.

Других оснований для изменения приговора судебная коллегия не усматривает.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона при расследовании и рассмотрении дела, влекущих отмену или иное, кроме указанного выше, изменение приговора суда, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, п.9 ч.1 ст.389.20, ст.389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 10 марта 2023 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из приговора ссылку суда на показания свидетеля А в части изложения им сведений, ставших ему известными в ходе беседы с ФИО1 о причастности к преступлениям, как на доказательство;

- зачесть в срок наказания ФИО1 время содержания его под стражей до дня вступления приговора в законную силу не в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ как указано в приговоре, а в соответствии с ч.2 ст. 3.2 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Артемовой Е.В. – без удовлетворения, апелляционное представление прокурора удовлетворить частично

Апелляционное определение вступает в силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции путем подачи кассационной жалобы и (или) кассационного представления в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать о назначении защитника.

Председательствующий –

Судьи –