Решение по делу № 2-2346/2024 от 30.10.2025 - о признании договоров дарения квартиры недействительными, применении последствий недействительности сделок.

УИД 69RS0040-02-2024-005203-26

Дело № 2-240/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 октября 2025 года г. Тверь

Центральный районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Кузьминой Т.В.,

при помощнике судьи Сычёвой Н.В.,

с участием истца ФИО1, ее представителя – ФИО2,

ответчика ФИО3, ее представителя - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании договоров дарения квартиры недействительными, применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО3 о признании договоров дарения квартиры недействительными, применении последствий недействительности сделок.

В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подарила своему внуку ФИО5 однокомнатную квартиру с кадастровым №, площадью 32,4 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>. Договор дарения на руки ФИО1 выдан не был, содержания его она не помнила, где совершалось сделка, не помнит. На момент совершения сделки и перед сделкой ФИО1 находилась в подавленном состоянии в связи со смертью близкого человека. Испытывала периодические головные боли, головокружение, шум в голове, неустойчивость при ходьбе. Неоднократно обращалась за медицинской помощью к психотерапевту, неврологу. Кроме того, ФИО1 является инвалидом <данные изъяты>-й группы, в 2021 году перенесла операцию по замене кардиостимулятора. Регулярно принимает такие медицинские препараты как ацекарзол, побочным явлением которого является снижение слуха, верошпирон (спутанность сознания), отривин (нарушение четкости зрительного восприятия, бессонница, галлюцинации) кортексин (психомоторное возбуждение, нарушение координации движений, ощущение тревоги), алопрозолам (снижение способности к концентрации, дезориентация, снижение памяти, спутанность сознания). При заключении сделки внук обещал, что истец будет проживать в указанной квартире, что заключенный договор - это формальность, что он будет ей помогать. До января 2023 года так и было, ФИО1 жила одна, однако в январе ФИО5 вселился в квартиру. С этого момента жизнь ФИО1 стала невыносимой, внук постоянно третировал ее, ругался, забирал пенсию, применял физическую силу и угрозы, не пускал в ванну и на кухню и в результате выгнал на улицу. Так, 29 августа 2023 года, не выдержав издевательств и морального давления, ФИО1 ушла ночевать в гостиницу. В результате ФИО1 пришлось идти жить к сыну, который не имеет собственного жилья и живет в квартире супруги. Договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ был получен ФИО1 только ДД.ММ.ГГГГ, также была получена выписка из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости из которой следует, что ФИО5 подарил квартиру другому лицу. Сделка состоялась ДД.ММ.ГГГГ. Просит признать недействительным (ничтожным) договор дарения квартиры с кадастровым номером №, площадью 32,4 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5, признать недействительным (ничтожным) договор дарения квартиры с кадастровым номером №, площадью 32,4 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ, применить последствия недействительности сделок: признать за ФИО1 право собственности на квартиру с кадастровым номером №, площадью 32,4 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>.

Определением суда от 28 ноября 2024 года, занесенным в протокол судебного заседания, к производству суда принято уточненное исковое заявление, согласно которому истец признать недействительным (ничтожным) договор дарения квартиры с кадастровым номером №, площадью 32,4 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5, признать недействительным (ничтожным) договор дарения квартиры с кадастровым номером №, площадью 32,4 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО3, применить последствия недействительности сделок: признать за ФИО1 право собственности на квартиру с кадастровым номером №, площадью 32,4 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>.

Определением суда от 17 октября 2024 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3

Определением суда от 16 января 2025 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по Тверской области.

Определением суда от 15 мая 2025 года в одно производство объединены исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки и исковые требования ФИО3 к ФИО1 о признании сделки недействительной.

Определением суда от 15 мая 2025 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, по исковым требованиям ФИО3 к ФИО1 о признании сделки недействительной привлечено Управление Росреестра по Тверской области.

Определением суда 16 октября 2025 года принят отказ ФИО3 от исковых требований к ФИО1 о признании сделки недействительной в полном объеме с прекращением производства в данной части.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель – ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, обосновав доводами, изложенными в исковом заявлении, с учетом уточнений, просили их удовлетворить.

В судебном заседании ответчик ФИО3, ее представитель ФИО4 исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать. В процессе рассмотрения дела ответчик ФИО3 суду поясняла, что знает, что до заключения договоров дарения истцом на внука было написано завещание в отношении спорной квартиры, знала, что у истца умер муж, истец жила на <адрес>. ФИО5 делал ремонт в спорной квартире, с его слов, у них с бабушкой была договоренность, что после ремонта истец подарит квартиру внуку. При совершении первой сделки она не присутствовала. По поводу второго договора дарения ответчик ей пояснял, что хочет сделать для нее что-то хорошее, поэтому предложил заключить договор дарения, она согласилась. Считает, что ответчик сделал ей подарок как своей супруге, условий при заключении договора дарения не ставил. Потом они развелись.

В судебное заседание ответчик ФИО5 не явился, будучи извещенным о дате, времени и месте слушания дела надлежащим образом, об отложении дела слушанием не просил. В процессе рассмотрения дела ответчик ФИО5 суду пояснял, что знал, что у бабушки было завещание на него по спорной квартире, вырос в этой квартире, жил вместе с бабушкой. Хотел получить в кредит деньги под залог жилого помещения, поэтому сказал истцу, что надо срочно заключить договор дарения. Копию договора бабушке не отдал, договор составили у нотариуса. Обещал бабушке ухаживать за ней, если она подарит ему квартиру. ФИО3 хотел подарить квартиру, чтобы она взяла кредит под залог жилья для покупки машины или чего-то еще, так как у него плохая кредитная история. Указывает, что ФИО3 должна была передать квартиру обратно в семью, считает, что ответчик решила извлечь для себя выгоду.

В судебное заседание представитель третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Росреестра по Тверской области не явился, будучи извещенным о дате, времени и месте слушания дела надлежащим образом, об отложении дела слушанием не просил.

Допрошенная в судебном заседании 25 апреля 2025 года по ходатайству стороны истца в качестве свидетеля ФИО6 показала, что знает со слов своего сына ФИО5, что ФИО1 написала на него дарственную, в этот момент очень сильно переживала, была в подавленном состоянии, не совсем отдавала отчет, что делает, заговаривалась, совершала необъяснимые действия, принимала таблетки.

Допрошенная в судебном заседании 25 апреля 2025 года по ходатайству стороны истца в качестве свидетеля ФИО показала, что у ФИО1 примерно в апреле-мае стали проявляться странности поведения: смотрела как отрешенный человек, проходила мимо магазина. Сын истца сказал ей про дарение квартиры. ФИО1 всегда говорила свидетелю, что все достанется внуку.

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Истец просит признать договоры дарения квартиры ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ недействительными (ничтожными) на основании ст.ст. 169, 170, 171, 177, 179 ГК РФ.

Из положений п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (п. 1 ст. 9 ГК РФ).

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ, в редакции, действовавшей на момент заключения договоров, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно положениям ст. 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 года № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года (п.п. 1, 8)

В соответствии с п.п. 1, 2, 3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения (статья 136 ГПК РФ, статья 128 АПК РФ).

Поскольку договор дарения заключен между ФИО3 и ФИО5, с учетом оспаривания истцом договора дарения от 01 июля 2022 года, ФИО1 вправе оспорить и последующий договор дарения.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из разъяснений, изложенных в п.п. 73-75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 5 статьи 53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ); сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 171 ГК РФ); соглашение о переводе должником своего долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (пункт 2 статьи 391 ГК РФ); заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ); договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (пункт 3 статьи 572 ГК РФ); договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (пункт 3 статьи 596 ГК РФ); кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820 ГК РФ, пункт 2 статьи 836 ГК РФ).

Также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Например, ничтожно условие договора доверительного управления имуществом, устанавливающее, что по истечении срока договора переданное имущество переходит в собственность доверительного управляющего.

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Согласно ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, изложенных в п.п. 87-88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25, следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

П. 1 ст. 171 ГК РФ установлено, что ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Из разъяснений, изложенных в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25, следует, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ней и Администрацией Центрального района города Твери, принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5 был заключен договор дарения квартиры, согласно п. 1. которого даритель подарил одаряемому квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №.

Согласно п.п. 6, 7.1. указанного договора даритель гарантирует, что он заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой.

Стороны действуют добросовестно, представляя полную и достоверную информацию обо всех обстоятельствах, которые могли бы повлиять на условия заключения настоящего договора. Стороны подтверждают, что настоящий договор заключается не в обход закона и не с противоправной целью. Стороны договора заверяют, что они не лишены дееспособности, не ограничены в дееспособности, не состоят под опекой, попечительством и патронажем, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть настоящего договора, настоящий договор заключен ими добровольно, не под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угроз, при отсутствии у них стечения тяжелых обстоятельств, стороны осознают все условия настоящего договора и последствия его заключения, настоящий договор не является для сторон оформленным на крайне невыгодных для них условиях.

ДД.ММ.ГГГГ право собственности на указанную квартиру перешло от ФИО1 к ФИО5

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО3 был заключен договор дарения квартиры, согласно п. 1. которого даритель подарил одаряемому квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №.

Согласно п.п. 6, 9.1. указанного договора даритель гарантирует, что заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой.

Стороны действуют добросовестно, представляя полную и достоверную информацию обо всех обстоятельствах, которые могли бы повлиять на условия заключения настоящего договора. Стороны подтверждают, что настоящий договор заключается не в обход закона и не с противоправной целью. Стороны договора заверяют, что они не лишены дееспособности, не ограничены в дееспособности, не состоят под опекой, попечительством и патронажем, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть настоящего договора, настоящий договор заключен ими добровольно, не под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угроз, при отсутствии у них стечения тяжелых обстоятельств, стороны осознают все условия настоящего договора и последствия его заключения, настоящий договор не является для сторон оформленным на крайне невыгодных для них условиях.

ДД.ММ.ГГГГ право собственности на указанную квартиру перешло от ФИО5 к ФИО3

В настоящее время право собственности на спорную квартиру зарегистрировано за ФИО3, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 16 сентября 2024 года.

Истец, заявляя исковые требования, указывает на нахождение на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в подавленном состоянии в связи со смертью близкого человека, на прием лекарств, влияющих на способность понимать значение своих действий, руководить ими.

Сведений о признании ФИО1 недееспособной (ограниченно дееспособной) материалы дела не содержат, что подтверждается ответами на запросы суда от 26 сентября 2024 года, 16 октября 2024 года.

Определением суда от 03 июня 2025 года по делу назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ Тверской области «Областной клинический психоневрологический диспансер».

Согласно заключению комиссии экспертов от 11 августа 2025 года № 1610 ФИО1 в настоящее время обнаруживает признаки органического заболевания головного мозга смешанного генеза без выраженных психических нарушений (другие непсихотические расстройства в связи со смешанными заболеваниями F-06.828 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела, медицинской документации об обследовании ранее у врача невролога с диагнозом: ХИГМ и развитии церебрастенической симптоматики, данные о консультации у врача психиатра в период интересующий суд, а также выявляющиеся у ФИО1 при настоящем клинико - психиатрическом осмотре, церебрастенические проявления, обстоятельность мышления, незначительная истощаемость психических процессов. Однако вышеуказанные расстройства не сопровождаются выраженным интеллектуально-мнестическим снижением, продуктивной психопатологической симптоматикой, в том числе галлюцинаторно-бредовой, выраженным снижением критических способностей, болезненными расстройствами мышления. При наличии определенных изменений психики нарушения адаптации не отмечалось. У ФИО1 не отмечается тотального, выраженного нарушения адаптации. В повседневной жизни ориентирована, проживает самостоятельно, в юридически значимой ситуации она вела себя целенаправленно, участвовала в оформлении документов. В материалах гражданского дела, в записях врачей отсутствуют клинические достоверные данные о выраженных психических расстройствах в интересующий суд период совершения договора дарения квартиры. Поэтому ФИО1 по своему психическому состоянию при заключении договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос № 1).

У суда отсутствуют основания не доверять заключению комиссии экспертов от 11 августа 2025 года № 1610. Квалификация экспертов не вызывает сомнения у суда, подтверждается представленными в материалы дела сведениями об образовании. При назначении экспертизы мотивированных отводов экспертному учреждению, экспертам не поступило. Экспертиза проведена экспертами специализированной экспертной организации по поручению суда, что свидетельствует об отсутствии у экспертов заинтересованности в результате экспертизы. Выводы комиссии экспертов мотивированы, сделаны на основании проведенных исследований и полно отражены в экспертном заключении. Несогласие сторон с выводами комиссии экспертов не может являться основанием для признания экспертного заключения недопустимым доказательством по делу.

Суд признает заключение комиссии экспертов от 11 августа 2025 года № 1610 допустимым доказательством по делу.

Само по себе принятие многочисленных лекарств, подавленное состояние не является безусловным основанием для признания договора недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ, не может явиться основанием для вывода о признании истца не способной понимать значение свих действий и руководить ими, доказательств, подтверждающих установление порока воли при совершении сделки, не имеется.

Таким образом, доводы истца о ее нахождении в момент заключения договора от ДД.ММ.ГГГГ в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий, руководить ими, не нашли подтверждения в судебном заседании.

Вопреки доводам истца о неполучении договора при его составлении договор дарения содержит указание на составление договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в трех экземплярах, на прочтение договора в том числе ФИО1

Доводы истца о формальности заключенного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ опровергаются фактическим исполнением договора дарения, который не содержит условий о помощи ФИО5 истцу взамен на заключенного договора.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Относимых и допустимых доказательств того, что оспариваемые договоры дарения являются сделками, совершенными с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, мнимыми или притворными сделками, совершены гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, под влиянием насилия или угрозы, материалы дела не содержат. Напротив, истец указывает, что до января 2023 года ее все устраивало.

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Поскольку договор дарения между ФИО1 и ФИО5 был заключен ДД.ММ.ГГГГ, иск предъявлен в суд ДД.ММ.ГГГГ, трехлетний срок исковой давности не пропущен.

Истцом указано о том, что о второй сделке она узнала только в августе 2024 года, доказательств обратного материалы дела не содержат, срок исковой давности также не пропущен.

Признание иска ФИО5 не принимается судом, поскольку его доводы об обмане истца не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами, кроме того, признание иска нарушает права ФИО3

Заключенный между ФИО5 и ФИО3 договор дарения не является недействительным (ничтожным) по изложенным в иске основаниям, поскольку стороны в судебном заседании подтвердили волеизъявление на заключение именно договора дарения, доказательств иного в материалы дела не представлено.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что исковые ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора дарения квартиры с кадастровым № от ДД.ММ.ГГГГ, признании недействительным (ничтожным) договора дарения квартиры с кадастровым № от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ), применении последствий недействительности сделок в виде признания за истцом права собственности на квартиру с кадастровым №, не основаны на законе, не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами, в связи с чем оснований для их удовлетворения не имеется.

Ч. 3 ст. 144 ГПК РФ установлено, что в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Определением судьи от 03 сентября 2024 года были наложены обеспечительные меры, которые, с учетом отказа в иске, подлежат отмене по вступлении решения суда в законную силу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора дарения квартиры с кадастровым № от ДД.ММ.ГГГГ, признании недействительным (ничтожным) договора дарения квартиры с кадастровым № от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделок в виде признания за истцом права собственности на квартиру с кадастровым №, расположенную по адресу <адрес>, оставить без удовлетворения.

По вступлении решения суда в законную силу СНЯТЬ обеспечительные меры, наложенные определением от 03 сентября 2024 года, в виде запрета на совершение регистрационных действий в отношении квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>, до вступления в законную силу судебного решения по данному гражданскому делу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение одного месяца с момента вынесения решения суда в окончательной форме через Центральный районный суд г. Твери.

Председательствующий Т.В. Кузьмина

Решение в окончательной форме изготовлено 30 октября 2025 года.

Председательствующий Т.В. Кузьмина