Судья Кожевникова Е.М.

дело № 22-4090/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 20 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда

в составе: председательствующего Отинова Д.В.,

судей Курбатова А.Б., Кодочигова С.Л.,

при секретаре судебного заседания Тепляшиной И.Н. рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Кашиной Е.И., апелляционным жалобам потерпевшей А1., осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Баклашкиной А.А. на приговор Свердловского районного суда г. Перми от 4 мая 2023 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

- 27 декабря 2012 года Мотовилихинским районным судом г. Перми по ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года; постановлением Пермского краевого суда от 12 мая 2016 года неотбытая часть наказания в виде лишения свободы заменена исправительными работами на срок 5 месяцев 29 дней с удержанием в доход государства 20 % из заработной платы, ежемесячно, наказание отбыто;

- 9 октября 2018 года Мотовилихинским районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УК РФ (с учетом апелляционного постановления Пермского краевого суд г. Перми от 27 ноября 2018 года) к лишению свободы на срок 5 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; постановлением Кунгурского городского суда Пермского края от 19 мая 2021 года неотбытая часть наказания в виде лишения свободы заменена ограничением свободы на срок 2 года 7 месяцев 22 дня;

- 3 февраля 2022 года Кировским районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 131 УК РФ, в соответствии со ст. 70 УК РФ (с учетом приговора от 9 октября 2018 года), к лишению свободы на срок 5 лет 6 месяцев,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Кировского районного суда г. Перми от 3 февраля 2022 года, окончательное наказание определено в виде лишения свободы на срок 15 лет в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности два раза в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Постановлено гражданские иски удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу А1. в счет возмещения материального ущерба 68 160 рублей 62 копейки, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей; в пользу А2. - компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Отинова Д.В., изложившего краткое содержание приговора, существо апелляционных представления, жалоб и возражений, выслушав выступления прокурора Х., поддержавшего апелляционное представление и возражавшего против доводов апелляционных жалоб, потерпевшей А1., ее представителей К1., Г1., поддержавших доводы жалобы потерпевшей, не возражавших против удовлетворения апелляционного представления и возражавших против удовлетворения жалоб осужденного и его защитника, осужденного ФИО1 и защитника Панькова В.В., поддержавших доводы жалоб защиты и возражавших против удовлетворения представления государственного обвинителя и жалобы потерпевшей, судебная коллегия

установил а:

по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 4 мая 2023 года ФИО1 признан виновным и осужден за убийство А.

Преступление совершено 3 февраля 2022 года в г. Перми при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кашина Е.И. ставит вопрос об изменении приговора суда. Указывает, что суд первой инстанции, признав ФИО1 виновным по ч. 1 ст. 105 УК РФ и обоснованно назначив ему дополнительное наказание в виде 1 года ограничения свободы, вопреки требованиям закона не мотивировал свое решение в данной части. Автор представления просит указать в описательно-мотивировочной части приговора о назначении ФИО1 с учетом данных о личности и совершенного преступного деяния дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

В апелляционной жалобе потерпевшая А1. ставит вопрос об изменении приговора суда в связи с чрезмерной мягкостью назначенного ФИО1 наказания, которое не отвечает требованиям ст. 6 УК РФ и не обеспечит его цели, предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ. Отмечает, что судом в полной мере не учтено, что ФИО1 не предпринимались никакие действия по возмещению морального вреда с принесением извинений потерпевшим, следовательно, ни о каком раскаянии осужденного речи не идет. С учетом тяжести преступного деяния, его обстоятельств, невозмещенного ущерба, автор считает, что назначенное наказание должно быть усилено. Приводя доводы, по которым она испытывает нравственные переживания, связанные с гибелью сестры, указывая на их последствия, автор жалобы полагает, что гражданский иск о компенсации морального вреда должен быть удовлетворен в полном объеме, как и полностью должен быть удовлетворен иск о возмещении материального ущерба. С учетом обстоятельств дела, данных о личности осужденного, его отношения к содеянному, потерпевшая А1. просит усилить ФИО1 наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ до 14 лет 11 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на срок 2 года. По совокупности преступлений окончательное наказание определить в виде лишения свободы на срок 18 лет в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы на срок 2 года, с установлением ограничений. Заявленный гражданский иск удовлетворить полностью;

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора суда в связи с его незаконностью, необоснованностью, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, нарушением норм уголовно - процессуального закона РФ и несправедливостью приговора. Отмечает, что стороной обвинения не представлено достоверных доказательств о его виновности в совершении инкриминированного преступного деяния, а выводы суда об этом основываются лишь на его показаниях и явке с повинной, которые добыты с нарушением закона, путем незаконных методов дознания и психологического давления со стороны сотрудников правоохранительного органа. Автор жалобы, приводя подробный анализ протоколам обыска от 5 февраля 2022 года, выемок от 17 февраля 2022 года, 24 января 2023 года, осмотра места происшествия от 3 февраля 2022 года, осмотров предметов и документов от 5 февраля 2022 года, 13 декабря 2022 года, 16 декабря 2022 года, 25 января 2023 года, заключениям судебно - медицинского эксперта № 870, № 870 доп., заключениям экспертов № 8 от 28 февраля 2022 года, № 11 от 24 февраля 2022 года, № 141к от 5 апреля 2022 года, показаниям свидетелей Э., Ф1., Ф2., Г2., З1., К2., З2., Д., А3., М., Ю., считает, что его вина данными доказательствами не подтверждается. Считает, что суд подошел к оценке этих доказательств формально и с обвинительным уклоном, проявив предвзятость к нему, что выражалось в отказе удовлетворения ходатайств защиты, ограничения его права в выступлениях в судебных прениях, оглашении приговора в отсутствие адвоката, а в последующем и в ознакомлении с протоколом судебного заседания и аудиопротоколом. При этом полагает, что председательствующий судья должна была отвестись от рассмотрения дела, поскольку ранее, на стадии предварительного расследования рассмотрела три материала в порядке ст. 29 и ст. 165 УПК РФ. Считает, что к показаниям потерпевшей А1. необходимо относиться критически, поскольку она заинтересована в исходе дела и предубеждена в его виновности в совершении убийства А. Имеющиеся в материалах дела заключения судебно-медицинского эксперта не соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и должны быть признаны недопустимыми доказательствами, поскольку ответы на вопросы следователя не аргументированы, носят предположительный характер, не ясны, не указаны методы и последовательность стадий экспертного исследования и их результаты. Таким образом, истинная причина смерти пострадавшей не определена. Полагает, что по обстоятельствам дела такой причиной послужило переохлаждение. Указывает, что он не причастен к совершению рассматриваемого преступного деяния. В ночь на 3 февраля 2022 года работал. На ул. **** г. Перми к нему в автомобиль села А., которую он высадил на остановке общественного транспорта «***». В последующем уехал по своим делам. Исходя из протоколов осмотров предметов, с 05:00 часов они находились в разных местах. Именно после этого времени наступила смерть А. На его одежде и в салоне автомобиля, каких-либо следов, указывающих на его причастность к преступлению, не обнаружено. Таким образом, ни следователем, ни судом не установлено место, время совершения преступления, причина смерти, где в это время находился он, не идентифицирован автомобиль, которым он управлял, не установлена личность лица, который в утреннее время этого же дня сбыл телефон, принадлежащий пострадавшей, когда он находился в ином месте. Считает, что все неустранимые сомнения должны толковаться в его пользу. Также осужденный обращает внимание на нарушение требований ст. 198 УПК РФ при назначении и производстве экспертиз. Образцы его биологических сред изымались с нарушением норм действующего законодательства. При производстве психолого-сексолого-психиатрической судебной экспертизы были грубо нарушены его конституционные права. Экспертиза проведена комиссионно без участия врача-сексолога. В данном документе имеются множественные противоречия о данных его личности, образе жизни и фактически комиссия экспертов вышла за рамки поставленных вопросов. На подготовительной части судебного заседания он в целях своей безопасности заявлял ходатайство о рассмотрении дела в закрытом режиме, однако оно оставлено без удовлетворения и судебное разбирательство осуществлялось с участием представителей средств массовой информации, что также нарушило его конституционные права. Считает, что гражданские иски потерпевших не обоснованы, заявлены в завышенных размерах. С учетом его имущественного положения, возложенные на него обязательства о компенсации материального и морального вреда никогда не будут исполнены. Полагает, что гражданские иски должны быть оставлены без рассмотрения. При назначении наказания, суд необоснованно учел судимость по приговору суда от 27 декабря 2012 года, которая погашена, не учел данные о его личности, то, что он страдает рядом хронических заболеваний, не принял во внимание влияние назначенного наказания на условия жизни его семьи. Полагает, что ему могло быть назначено менее одной третьей части срока наказания, предусмотренного санкцией статьи. Остался не аргументированным вопрос о возможности применения к нему положений ч. 6 ст. 15 УК РФ. Вещественное доказательство – договор субаренды транспортного средства без экипажа, подлежал возвращению. Кроме этого осужденный ФИО1 не согласен с решением суда об отклонении его замечаний на протокол судебного заседания, в связи с его незаконностью и необоснованностью, поскольку протокол был составлен с грубыми нарушениями ст. 259 УПК РФ, при явной предвзятости председательствующего судьи и заинтересованности в исходе дела. С учетом изложенного, автор жалобы возражает против удовлетворения апелляционных представления государственного обвинителя и жалобы потерпевшей, просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе адвокат Баклашкина А.А. в защиту интересов осужденного ФИО1 (с учетом его позиции в суде первой инстанции) поставила вопрос об изменении приговора суда, в связи с чрезмерной суровостью назначенного наказания, которое не отвечает требованиям ст. 6 УК РФ. Считает, что при его назначении судом фактически не учтены положительные данные о личности осужденного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на условия жизни его семьи. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что исправление ФИО1 возможно без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, поэтому защитник просит смягчить назначенное ему наказание.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного, защитника и потерпевшей государственный обвинитель Кашина Е.И. находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит его изменить по доводам апелляционного представления, в остальной части оставить его без изменения, жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав выступления участников уголовного судопроизводства, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления признал полностью, показав, что 3 февраля 2022 года около 00:00 часов он выехал на автомашине «Шкода-Рапид» государственный регистрационный знак **. из с. Троица в г. Пермь для работы в качестве такси. Проезжая по ул. ****, на перекрестке с ул. **** заметил девушку, которая села в его автомобиль на заднее сидение, и он продолжил движение по ул. ****. Девушка была в состоянии сильного алкогольного опьянения, у нее была депрессия, так как она поругалась со своим молодым человеком. Он пытался выяснить, куда ей нужно ехать. В связи с тем, что ему было необходимо заправить автомобиль, он поехал в сторону бул. ****, пересек мкр. Южный, далее повернул в сторону ****. Не доезжая до заправки около 5 км, девушка попросила остановиться. Остановившись, он продолжил разговор с целью выяснить, куда ей нужно было ехать, девушка попросила его пересесть на заднее сидение. Перед этим, во время движения между ними произошел конфликт, который возник на фоне того, что девушка его оскорбляла, ударяла его по плечам и щекам. После того как он пересел на заднее сидение, он надел на руки хлопчатобумажные перчатки и сдавил ей шею, удерживая примерно 1-2 минуты, после чего та упала на заднее сиденье головой к нему. Он пересел обратно на водительское сидение автомобиля, проехал 5-6 метров и съехал «в карман», где вышел из автомобиля, открыл заднюю дверь, взял девушку за ноги, и положил тело в снег. Она в полный рост «утонула» в сугробе. После этого он уехал в сторону ул. **** г. Перми. В этот же день примерно в 14 часов 15 минут в суде в отношении него был оглашен приговор, его взяли под стражу и доставили в следственный изолятор, где он понял, что совершил особо тяжкое преступление, в связи с чем, написал чистосердечное признание, а позднее в присутствии защитника - явку с повинной.

На стадии предварительного расследования ФИО1 давал последовательные показания о том, что задушил незнакомую девушку (А.), которая являлась пассажиром его автомашины - такси. Поводом для совершения преступления явился конфликт. Тело А. оставил в сугробе снега в безлюдном месте.

Свои показания ФИО1 подтвердил в ходе их проверки на месте происшествия. Показал место, где он посадил в своей автомобиль А. – г. Пермь, ул. ****, показал место на обочине, где он 3 февраля 2022 года остановил свой автомобиль, а также на манекене показал, как душил А. руками в течение 2 минут, как положил ее на сидение, пересел на водительское сидение, съехал с обочины в отворот, и оставил тело в сугробе, после чего поехал на газовую заправку по адресу: г. Пермь, ул. ****.

Кроме этого, вина ФИО1 в совершении рассматриваемого преступного деяния, установлена собранными по делу, исследованными в судебном заседании и указанными в приговоре доказательствами:

- показаниями потерпевших А2. (мать пострадавшей) и А1. (сестра) о том, что 2 февраля 2023 года около 22:00 часов А. вызвала такси и уехала с подругой в ночной клуб. Больше домой она не возвращалась. О смерти А. узнали 4 февраля 2022 года от сотрудников полиции;

- показаниями свидетелей Э., З2., А3. о том, что около 01:00 – 02:00 часов 2 февраля 2022 года в бар «***», где они работали охранниками, пришли две девушки (Г2. и А.), которые около 04:00 часов ушли и больше в бар не возвращались, при этом девушки находились в состоянии алкогольного опьянения. Видимых телесных повреждений на девушках не было, какие-либо конфликты не происходили, девушек никто из сотрудников бара не провожал;

- показаниями свидетеля Ф2. о том, что с А. у него были близкие отношения. Примерно 10 января 2022 года, они расстались. 2 февраля 2022 года в дневное время А. позвонила ему и сказала, что хочет приехать к нему, в чем он ей отказал. 3 февраля 2022 года примерно в 04:33 часа А. написала ему сообщение в социальной сети «***», после чего в 04:36 часа от нее поступил звонок, на которые он не ответил. 4 февраля 2022 года ему написала П., которая сообщила, что А. пропала. В этот же день узнал о ее смерти;

- показаниями свидетелей П., Г2., пояснивших, что А. совместно с Г2. ночью 3 февраля 2022 года находились в баре «***», примерно около 04:00 часов А. вызвала такси Г2., а сама осталась у бара, собиралась пойти к Ф2.;

- показаниями свидетеля Д. об обстоятельствах обнаружения трупа А.;

- показаниями свидетеля В. о том, что ее сын ФИО1 работал в службе такси на автомобиле марки «Шкода», государственный регистрационный знак ** рег., в основном в вечернее и ночное время. 3 февраля 2022 года около 00:00 часов он уехал из дома, проработал всю ночь, а утром у него состоялось оглашение приговора, после чего он домой не возвращался;

- показаниями свидетеля З1. о том, что его брат ФИО1 работал водителем такси, 3 февраля 2022 года около 00:00 часов тот взял все свои вещи, и уехал на работу, больше домой не возвращался. Около 10-11:00 часов перед оглашением приговора Кировского районного суда г. Перми ФИО1 отдал ему свой телефон, закрыл автомобиль, который просил передать хозяину автопарка, после чего ФИО1 взяли под стражу;

- показаниями свидетеля К2. о том, что является директором ООО «***», которое сдает в аренду автомобили, которые используются в службах такси «DiDi», «Яндекс.GO», «Ситимобил». Автомобиль «Шкода-Рапид» белого цвета, с государственным регистрационным знаком **, принадлежит ООО «***», данный автомобиль арендовал только ФИО1 3 февраля 2022 года в период с 02:10 часов до 05:20 часов на вышеуказанном автомобиле заказы службы такси не выполнялись. ФИО1 ни разу не сдавал автомобиль в таксопарк, он ежедневно оплачивал аренду автомобиля. Автомобиль оборудован системой «Глонасс», видеорегистратора в автомобиле не было. В его организации сохраняется информация только о начальном и конечном адресах маршрута заказа. 3 февраля 2022 года с 01:49 часа до 02:10 часа на вышеуказанном автомобиле был выполнен заказ с ул. **** до ул. **** г. Перми, следующий заказ был только с 05:20 часов с адреса: г. Пермь, ул. **** до адреса: г. Пермь, ул. ****. Последний заказ был выполнен в 06:55 часов. Он не исключает, что ФИО1 также «таксовал» вне приложения, то есть по своему усмотрению находил людей и осуществлял поездки, но об этом в его организации сведений нет;

- показаниями свидетеля А4., пояснившего об обстоятельствах опознания трупа А.;

- показаниями свидетеля Ф1. о том, что он является старшим оперуполномоченным ОУР УМВД России по г. Перми. 3 февраля 2022 года около 15:00 часов на ул. **** г. Перми был обнаружен труп девушки, смерть которой наступила от асфиксии. Личность девушки была установлена путем сопоставления сведений со страницы в приложении «***», а также путем опознания родителями по фотографии. В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что накануне А. посещала бар «***», расположенный по адресу: г. Пермь, ул. ****. При просмотре записей с видеокамер АПК «Безопасный город» было установлено, что девушка после посещения бара шла по ул. **** до ул. **** г. Перми, в руках у нее был пиджак, она шла шаткой походкой, после чего возле девушки остановился автомобиль марки «Шкода-Рапид», в который девушка села, и автомобиль поехал до ул. ****, после свернул в сторону ул. ****, где автомобиль заправлялся, после чего уехал с ул. **** на ул. ****. При просмотре записей с камер видеонаблюдения на заправке было установлено, что водителем был ФИО1 В дальнейшем вышеуказанные видеозаписи были изъяты и переданы следователю;

- показаниями судебно-медицинского эксперта К3. о том, что смерть А. наступила от механической асфиксии при сдавлении шеи, что подтверждается патоморфологическими признаками, обнаруженными при исследовании ее трупа. При сдавлении шеи с развитием механической асфиксии, утрата сознания происходит в первую минуту, а в последующие 5-6 минут происходит окончательная остановка кровообращения, дыхания и наступает смерть. Совершение А. активных действий до потери сознания не исключается. При исследовании трупа А. установлено, что наступление смерти от переохлаждения исключено, что подтверждается биохимическим исследованием. Между механической асфиксией от сдавления шеи и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь;

- протоколом осмотра места происшествия от 3 февраля 2022 года с приложениями, согласно которому осмотрен участок местности у автодороги «***», а также труп неустановленной женщины, обнаруженный в снегу, обнаружены и изъяты: женская сумка с содержимым, находившаяся при трупе, след обуви, след протектора шины;

- протоколом предъявления трупа для опознания от 4 февраля 2022 года, согласно которому свидетель А4. в обнаруженном трупе женщины опознал свою дочь – А.;

- протоколом осмотра места происшествия от 5 февраля 2022 года с приложениями, согласно которому осмотрен автомобиль «Шкода-Рапид», государственный регистрационный знак **, в ходе которого зафиксированы и изъяты смывы, предметы, имеющие значение для уголовного дела;

- протоколом осмотра предметов, документов от 16 декабря 2022 года, согласно которому осмотрены объекты, изъятые в ходе проведения осмотра автомобиля;

- протоколом осмотра места происшествия от 26 января 2023 года с приложениями, согласно которому осмотрен участок местности с координатами: *** с.ш. *** в.д., в ходе которого установлена протяженность участка дороги в сторону автомобильной дороги Пермь-Жебреи, которая составила 800 метров, а также в сторону автомобильной дороги по ул. **** г. Перми, которая составила 4,7 км;

- протоколом обыска от 5 февраля 2022 года с фототаблицей к нему, согласно которому в доме по адресу: Пермский край, с. Троица, ул. ****, проведен обыск, в ходе которого обнаружен и изъят, в том числе, сотовый телефон «Samsung» IMEI: **, IMEI: **, а также договор субаренды транспортного средства без экипажа № 004 от 10 июня 2021 года;

- протоколом осмотра предметов, документов от 14 декабря 2022 года, согласно которому осмотрены объекты, изъятые в ходе проведения обыска;

- протоколом осмотра предметов от 5 февраля 2022 года с фототаблицей к нему, согласно которому осмотрен мобильный телефон «Samsung» IMEI: **, IMEI: **, в котором имеются данные о приложении «DiDi», установленном на имя ФИО1 на автомобиль «Шкода-Рапид», государственный регистрационный знак **, в ходе осмотра установлено, что 3 февраля 2022 года в период с 03:49 часов до 07:20 часов поездок через приложение «DiDi» не зафиксировано;

- протоколом выемки от 24 января 2023 года у свидетеля Ф1. DVD-R диска с видеозаписями;

- протоколом осмотра данного диска от 25 января 2023 года, на котором содержатся видеозаписи, на которых зафиксировано, как 3 февраля 2022 года в 04:30 часа на ул. **** вдоль ул. **** по направлению вверх к ул. **** переходит девушка, в руках у которой находится вещь светлого цвета, после чего рядом с ней останавливается автомобиль белого цвета, девушка садится в указанный автомобиль, автомобиль начинает движение, далее был зафиксирован государственный регистрационный знак указанного автомобиля – **, а также местонахождение указанного автомобиля на автозаправочной станции по ул. ****;

- протоколом осмотра предмета от 8 мая 2022 года, согласно которому осмотрен оптический диск, предоставленный ПАО «МТС», на котором находятся сведения по абонентскому номеру А. +** и абонентскому номеру +**, установленному в вышеуказанном автомобиле за период с 1 по 25 февраля 2022 года;

- протоколом осмотра предмета от 18 мая 2022 года, согласно которому осмотрен оптический диск, предоставленный ООО «Т2Мобайл», на котором находятся сведения по абонентским номерам +**, +**, которые использовал ФИО1 В ходе осмотра установлено, что 3 февраля 2022 года в период времени с 04:00 часов до 06:02 часов какие-либо соединения с указанием точки местонахождения по указанным абонентским номерам отсутствуют;

- заключением эксперта № 870 от 16 марта 2022 года, согласно которому смерть А. наступила от механической асфиксии при сдавливании шеи, что подтверждается патоморфологическими признаками, обнаруженными при исследовании ее трупа, а именно: наличие ссадин на передней поверхности шеи, в подбородочной и подчелюстной областях, внутрикожного кровоизлияния на передней поверхности шеи, кровоизлияния в мягких тканях шеи справа и в области правой ключицы, мелкоточечных кровоизлияний в соединительно-тканных оболочках глаз и под легочной плеврой, фокусы скопления эритроцитов в грудном лимфопротоке, кровоизлияния в подчелюстном лимфоузле слева, интерстециальный отек и острая эмфизема легких, признаки быстро наступившей смерти. Характер, локализация и взаиморасположение обнаруженных повреждений на шее А., свидетельствуют о том, что механическая асфиксия А. развилась в результате сдавливания шеи твердыми тупыми предметами с ограниченной действующей поверхностью, например руками. В соответствии с п. 6.2.10 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н, механическая асфиксия является угрожающим жизни состоянием и квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Гистоморфологические свойства повреждений на шее трупа А. свидетельствуют о том, что они образовались прижизненно за несколько десятков секунд - несколько минут до наступления ее смерти; очередность их нанесения определить не представляется возможным в виду однотипности гистоморфологических признаков давности их образования. Как правило, при сдавливании шеи с развитием механической асфиксии в первую минуту происходит быстрая утрата сознания; окончательная остановка кровообращения, при смерти от асфиксии, как правило, происходит в пределах 5-6 минут; до момента утраты сознания возможность совершения пострадавшим каких-либо активных действий не исключается. Также при экспертизе трупа А. обнаружены: ссадины в лобной области, на кончике носа, на подбородке, которые, судя по их морфологическим свойствам, образовались в результате плотно-скользящих воздействий твердого тупого предмета(ов); давность образования данных повреждений в пределах 6 часов до наступления смерти; поверхностные разрывы и кровоизлияния в слизистой преддверия влагалища, которые, судя по их морфологическим свойствам образовалась от растягивающего воздействия твердого тупого или плотно-эластичного предмета в пределах 6-12 часов до наступления смерти. Указанные повреждения в причинно-следственной связи с наступлением смерти не находятся, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и (или) незначительной стойкой утраты трудоспособности, и в соответствии с пунктом 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.При судебно-химической экспертизе крови и мочи от трупа А. обнаружен этиловый алкоголь в крови 2,0 ‰, в моче 2,4 ‰. При судебно-химической экспертизе объектов от трупа А. наркотические и психотропные вещества не обнаружены. На основании выраженности трупных явлений, давность наступления смерти А. к моменту исследования ее трупа в морге (4 февраля 2022 года 09:50 часов) могла составить около 24-36 часов;

- дополнительным заключением эксперта № 870-доп от 17 июня 2022 года, согласно которому смерть А. наступила от механической асфиксии при сдавливании шеи, что подтверждается вышеперечисленными патоморфологическими признаками, обнаруженными при исследовании ее трупа. В соответствии с п. 6.2.10 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н, механическая асфиксия, повлекшая смерть А. является угрожающим жизни состоянием и квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Гистоморфологические свойства повреждений на шее трупа А. свидетельствуют о том, что они образовались прижизненно за несколько десятков секунд - несколько минут до наступления ее смерти; очередность их нанесения определить не представляется возможным в виду однотипности гистоморфологических признаков давности их образования. Как правило, при сдавливании шеи с развитием механической асфиксии в первую минуту происходит быстрая утрата сознания; окончательная остановка кровообращения, при смерти от асфиксии, как правило, происходит в пределах 5-6 минут; до момента утраты сознания возможность совершения пострадавшим каких-либо активных действий не исключается. Характер, локализация и взаиморасположение обнаруженных повреждений на шее А., свидетельствуют о том, что механическая асфиксия у пострадавшей развилась в результате сдавливания шеи твердыми тупыми предметами c ограниченной действующей поверхностью, например руками. Указанный механогенез сдавливания шеи пострадавшей допускает возможность развития механической асфиксии у А. и ее смерти при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в протоколе допроса подозреваемого от 6 февраля 2022 года. При экспертизе трупа А. обнаружены ссадины в лобной области, на кончике носа, на подбородке, которые, судя по их морфологическим свойствам, образовались в результате плотно-скользящих воздействий твёрдого тупого предмета(ов). Характер и локализация указанных ссадин не исключают возможность их образования при падении пострадавшей из положения стоя или близкого к таковому с последующим соударением с твердым тупым предметом/плоскостью. При экспертизе трупа А. поверхностные разрывы и кровоизлияния в слизистой преддверия влагалища, которые, судя по их морфологическим свойствам образовались от растягивающего воздействия твердого тупого или плотно-эластичного предмета в пределах 6-12 часов до наступления смерти, возможно, при совершении полового акта. Учитывая вышеизложенное, образование данных повреждений на слизистой преддверия влагалища за 1-2 часа до наступления смерти исключается;

- заключением эксперта № 8 от 28 февраля 2022 года, согласно которому в смывах с шеи А. и на цепочках, предоставленных на исследование, обнаружены, следы пота, которые произошли от трупа А. При исследовании подногтевого содержимого, предоставленного на исследование, обнаружены следы пота, которые произошли от трупа А. Следы крови при исследовании подногтевого содержимого не обнаружены. В содержимом рта, влагалища и прямой кишки, предоставленных на исследование, следы спермы не обнаружены. При исследовании мазка из прямой кишки обнаружены следы биологического происхождения, которые произошли от трупа А.;

- заключением эксперта № 11 от 24 февраля 2022 года, согласно которому на платье, колготках, бюстгальтере, трусах, ботинках, куртке, предоставленных на экспертизу следов крови, спермы не обнаружено;

- заключением эксперта № 141-К от 5 апреля 2022 года, согласно которому в смывах с рулевого колеса и с рычагов управления автомобиля «Шкода-Рапид», государственный регистрационный знак **., обнаружены следы пота, которые произошли от ФИО1 с вероятностью не менее 99,9(34)7 %;

- протоколами осмотров изъятых предметов и документов.

Судебная коллегия находит, что объективно оценив эти и другие исследованные в судебном заседании доказательства, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и пришел к мотивированному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении рассматриваемого преступления.

Исследованные доказательства получили оценку суда в соответствии со ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела по существу и постановления обвинительного приговора.

Вышеприведенные показания потерпевших и свидетелей верно положены в основу обвинительного приговора, поскольку они последовательны, согласуются между собой и другими материалами уголовного дела, в связи с чем косвенно подтверждают причастность осужденного к совершению инкриминированного преступного деяния. Никаких данных о том, что данные показания предвзяты и были получены с нарушением норм закона, а также о том, что они не отвечают требованиям допустимости и достоверности, материалы дела не содержат. Не предоставлены такие данные осужденным и его защитником, поэтому у суда нет оснований не доверять им.

Иное толкование показаний свидетелей в апелляционной жалобе осужденного, направлено на переоценку данных доказательств и обусловлено избранной линией защиты.

Доводы жалобы о невиновности осужденного в совершении преступления противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции. Эти доводы признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку опровергаются его же показаниями, данными в суде первой инстанции и на стадии предварительного расследования. Итак, после написания признания и явки с повинной, ФИО1 в присутствии защитника был незамедлительно допрошен в качестве подозреваемого. Из протокола допроса (т. 1 л.д. 230-239) следует, что показания ФИО1 давал добровольно, в присутствии защитника, что исключало какое-либо воздействие на него со стороны сотрудников правоохранительных органов, кроме того перед допросом ему разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, а также п. 2 ч. 4 ст. 46 УПК РФ, согласно которому он был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний, каких-либо замечаний, дополнений, заявлений осужденный и его защитник не делали.

При допросе ФИО1 излагал такие обстоятельства, которые могли быть известны только ему (состояние пострадавшей, причины депрессивного поведения, механизм причинения травм, приведших к смерти, его мотивы, по которым он оставил ее в снегу). В последующем он неоднократно давал аналогичные показания, в том числе при их проверке на месте происшествия и в суде первой инстанции. Эти показания в деталях подтверждены изложенными выше доказательствами.

Сведений о том, что в отношении ФИО1 применялись незаконные методы дознания, материалы дела не содержат.

Вопреки доводам жалобы осужденного о признании протокола явки с повинной недопустимым доказательством, судебная коллегия исходит из того, что протокол явки с повинной от 5 февраля 2022 года был составлен оперуполномоченным оперативного отдела ФКУ СИЗО №1 ГУФСИН России по Пермскому краю, при этом права, предусмотренные ст. 144 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, в том числе право не свидетельствовать против самого себя, ФИО1 были разъяснены, поэтому решение суда о признании указанного обстоятельства, смягчающим наказание, является обоснованным. Необходимо отметить, что данный документ не учитывался судом в качестве самостоятельного доказательства.

В своей апелляционной жалобе осужденный обращает внимание на недостатки при производстве следственных действий и судебных экспертиз, которые по своей сути направлены на переоценку исследуемых событий и не могут повлиять на выводы суда о причастности и виновности осужденного в совершении убийства А.

Доводы жалобы осужденного о том, что время и место совершения преступления не установлены, являются несостоятельными, поскольку судом обоснованно приняты в качестве достоверных доказательств, кроме показаний осужденного, протоколы следственных действий, анализ которым приведен выше. Эти доказательства прямо указывают на время, когда пострадавшая села в автомобиль под управлением ФИО1, на маршрут их следования. При этом, период времени видеофиксации автомобиля позволял ФИО1 нанести А. смертельную травму и оставить ее тело на месте, где она была обнаружена свидетелем. Установлено, что преступное деяние совершено именно в тот временной промежуток времени, который указан при описании преступного деяния.

Представленные заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, каких-либо сомнений и неясностей не содержат, ответы экспертов, к компетенции которых относятся вопросы, поставленные следователем, являются исчерпывающими, при этом эксперты о недостаточности предоставленных материалов для возможности дать заключения, не заявляли.

Согласно материалам уголовного дела, судебно-медицинский эксперт К3. является экспертом государственного экспертного учреждения, обладающая достаточной квалификацией и стажем работы по специальности, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения была предупреждена, о чем имеется соответствующая отметка. Данный эксперт, как в заключениях, так и в суде первой инстанции категорично заявила, что причиной смерти А. явилась механическая асфиксия, которая развилась в результате сдавливания шеи твердыми тупыми предметами c ограниченной действующей поверхностью, например руками. Указанный механогенез сдавливания шеи пострадавшей допускает возможность развития механической асфиксии у А. и ее смерти при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в протоколе допроса подозреваемого от 6 февраля 2022 года.

О наличии у ФИО1 прямого умысла на убийство свидетельствуют в совокупности его поведение, обстоятельства совершения преступления, характер и локализация телесных повреждений у А., поскольку, для причинения ей смерти он надел перчатки и только после этого, обладая значительным физическим превосходством, схватил ее за шею и душил продолжительное время, пока та не упала и не стала подавать признаков жизни.

Объективных данных, свидетельствующих о нахождении осужденного в момент совершения преступления в состоянии аффекта, материалы дела не содержат.

Таким образом, при решении вопроса о направленности умысла ФИО1, суд исходил из совокупности всех обстоятельств им содеянного, а также поведение виновного до совершения преступления и после него, когда он поместил тело пострадавшей в сугроб снега в безлюдном месте. Поэтому суд первой инстанции верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Оснований для переквалификации его действий на иной состав преступления – нет.

Судебное следствие по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ, с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права. При этом ФИО1 была обеспечена реальная возможность для формирования и доведения до суда позиции относительно инкриминируемого ему преступного деяния, которая была озвучена и поддержана его защитником. Все представленные доказательства судом исследованы по инициативе сторон. Все доводы стороны защиты проверены, ходатайства разрешены в соответствии с требованиями действующего законодательства. Ущемления прав осужденного в ходе уголовного судопроизводства не допущено.

Несостоятельным является также довод осужденного ФИО1 о нарушении судом принципа беспристрастности.

Так, в соответствии со ст. 61 УПК РФ судья не может участвовать в рассмотрении уголовного дела, если имеются обстоятельства, дающие основания полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела.

Между тем, каких-либо сведений о заинтересованности председательствующего в исходе настоящего дела, не имеется. Изложенные осужденным в апелляционной жалобе основания – не являются таковыми. Установлено, что председательствующий судья на стадии предварительного расследования рассмотрела три материала в порядке ст. 29 и ст. 165 УПК РФ. Однако в своих решениях суд не приводил суждений предопределяющих виновность ФИО1 и доказанности определенных событий или фактов.

Противоречий, способных повлиять на правильность выводов судебного решения, как и данных, которые могли бы свидетельствовать о необъективном и предвзятом рассмотрении уголовного дела, суд апелляционной инстанции не усматривает.

После постановления приговора ФИО1 представлена возможность ознакомиться с протоколом судебного заседания и с его аудиозаписью, о чем в материалах дела имеется расписка.

Оснований ставить под сомнение сведения, содержащиеся в протоколе судебного заседания, составленном в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 259 УПК РФ, не имеется. Замечания ФИО1 на протокол судебного заседания рассмотрены судьей в соответствии с ч. 3 ст. 260 УПК РФ и обоснованно отклонены.

4 мая 2023 года судом оглашалась вводная и резолютивная части приговора. В последующем копия приговора была вручена защитнику, который составил и подал апелляционную жалобу в соответствии с позицией осужденного.

Учитывая изложенное, судебная коллегия не усматривает нарушений права ФИО1 на защиту.

Вопреки доводам жалоб защитника и потерпевшей назначенное ФИО1 наказание соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному. При определении его размера суд, наряду с характером, степенью общественной опасности совершенного преступного деяния, в полной мере учел конкретные обстоятельства содеянного, данные о личности ФИО1, влияние наказания на исправление и условия жизни его семьи, состояние здоровья, такие обстоятельства, смягчающие наказание, как явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, чистосердечное признание, раскаяние в содеянном, что выразилось в посткриминальном поведении осужденного.

Обоснованно обстоятельством, отягчающим наказание, суд признал рецидив преступлений, который в силу п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ является особо-опасным, поскольку ранее он дважды был судим за тяжкие преступления (по приговорам Мотовилихинского районного суда г. Перми от 27 декабря 2012 года и 9 октября 2018 года) и вновь совершил особо-тяжкое преступление. Аргументы осужденного о том, что судимость по приговору суда от 27 декабря 2012 года погашена, несостоятельны.

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда об учете судимости по приговору Кировского районного суда г. Перми от 3 февраля 2022 года, так как новое преступление было совершено до постановления данного приговора. Оснований для смягчения наказания суд не находит, поскольку рецидив и его вид определены правильно.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом преступления, поведением осужденного до и после его совершения, других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступления, судом первой инстанции, как и судом второй инстанции, не установлено, поэтому учитывая фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденного ФИО1, оснований для применения положений ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ не имеется.

Учитывая наличие обстоятельства, отягчающего наказание, размер наказания, оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, изменения категории преступлений на другую, менее тяжкую - нет.

Вид исправительного учреждения осужденному назначен в соответствии с требованиями п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Суд пришел к обоснованному выводу о необходимости наряду с основным наказанием назначить осужденному дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы. Дополнительное наказание отвечает требованиям ч. 1 ст. 6 УК РФ. Вместе с тем, суд вопреки требованиям закона, не мотивировал в приговоре необходимость его применения. Судебная коллегия считает необходимым удовлетворить апелляционное представление государственного обвинителя и дополнить описательно-мотивировочную часть приговора указанием о необходимости назначения дополнительного наказания, исходя из данных о личности осужденного ФИО1 и обстоятельств совершенного им преступного деяния.

Таким образом, нарушений конституционных прав осужденного, уголовного, уголовно-процессуального законодательства РФ, которые могли повлиять на объективность выводов суда о доказанности виновности ФИО1, отразиться на правильности решения о квалификации его действий, справедливости назначенного наказания допущено не было.

Судьба вещественных доказательств определена судом в соответствии с требованиями ст. ст. 81, 82 УПК РФ. Договор субаренды транспортного средства постановлено хранить при деле. В случае необходимости, в соответствии с законом, осужденный может истребовать копию данного документа.

Как видно из материалов дела, в результате преступления потерпевшим А1. и А2. причинены значительные нравственные переживания, связанные с потерей близкого им человека.

Обязанность по компенсации нравственных переживаний (морального вреда) суд правильно возложил на осужденного.

Взысканная с ФИО1 денежная сумма в пользу потерпевшей А1. в счет компенсации морального вреда является обоснованной и отвечает требованиям разумности и справедливости, ее размер должным образом мотивирован.

В соответствии с положениями ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Учитывая, что ФИО1 признан виновным в убийстве, суд обоснованно взыскал с него расходы на погребение А. и связанные с этим ритуальные услуги.

Вместе с тем, в соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» по делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть человека, лицо, фактически понесшее расходы на погребение, в силу статьи 1094 ГК РФ вправе предъявить гражданский иск об их возмещении. При этом пособие на погребение в случае его выплаты не влияет на размер подлежащих возмещению расходов.

Кроме того, в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, а также правовой позицией, выраженной в п. 24 вышеуказанного постановления Пленума, по каждому предъявленному по уголовному делу гражданскому иску суд при постановлении обвинительного приговора обязан обсудить, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере.

Разрешая такие вопросы, суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора приводит мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска, указывает размер и в необходимых случаях - расчет суммы подлежащих удовлетворению требований, а также закон, на основании которого принято решение по гражданскому иску.

Данные требования закона при рассмотрении гражданского иска А1. судом выполнены не в полной мере.

Согласно протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства потерпевшей А1. заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 в ее пользу в счет возмещения материального ущерба, связанного с погребением А. в сумме 76170 рублей. Представлены документы, обосновывающие эти затраты (т.6 л.д. 53-56). Также она пояснила, что получила пособие по погребению в размере 8009 рублей 38 копеек. Не возражала о взыскании с осужденного материального ущерба с учетом указанной суммы. При этом суд не разъяснил потерпевшей последствия частичного отказа от требований имущественного характера.

Суд, придя к выводу об обоснованности заявленного требования имущественного характера, постановил гражданский иск в этой части удовлетворить в полном объеме, то есть в размере 68160 рублей 62 копеек, не учтя, что требование о возмещении материального ущерба заявлено в большем размере. Суждений об уменьшении размера гражданского иска суд в приговоре не привел.

А1. возражала против данного решения, указав, что не поняла вопроса суда и не знала, что размер причиненного ущерба может быть ей уменьшен на сумму полученного пособия.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 31 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23, суд апелляционной инстанции, исходя из положений ч. 1 ст. 389.22, ст. 389.24 и п. 3 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ в их взаимосвязи, вправе изменить приговор в части гражданского иска и увеличить размер возмещения материального ущерба при условии, что он не имеет значения для установленных судом квалификации действий осужденного и объема обвинения, не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего и в пределах суммы гражданского иска, предъявленного с соблюдением требований ч. 2 ст. 44 УПК РФ.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, положения закона, суд апелляционной инстанции полагает необходимым гражданский иск А1. о возмещении материального ущерба удовлетворить полностью и считать взысканной с ФИО1 в пользу А1. в счет возмещения материального ущерба 76170 рублей.

В остальной части приговор отмене или изменению не подлежит, поскольку является законным, обоснованным, мотивированным и справедливым.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.14, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, судебная коллегия

определил а :

апелляционное представление государственного обвинителя Кашиной Е.И. удовлетворить, апелляционную жалобу потерпевшей А1. удовлетворить частично.

Приговор Свердловского районного суда г. Перми от 4 мая 2023года в отношении ФИО1 изменить. Дополнить его описательно-мотивировочную часть суждением о необходимости назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, с учетом данных о личности ФИО1 и обстоятельств, совершенного им преступления.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку об учете судимости по приговору Кировского районного суда г. Перми от 3 февраля 2022 года.

Гражданский иск А1. о возмещении материального ущерба удовлетворить полностью. Считать взысканной с ФИО1 в пользу А1. в счет возмещения материального ущерба, связанного с расходами на погребение, денежную сумму в размере 76170 рублей.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевшей А1., осужденного ФИО1 и его защитника Баклашкиной А.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись)

Судьи: (подписи)