Судья Щедрина H.Д. дело № 33-11882/2023

№ 2-1813/2022

УИД: 61RS0006-01-2022-002340-62

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 июля 2023 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего судьи Кушнаренко Н.В.

судей Алферовой Н.В., Боровлевой О.Ю.

при секретаре Сагакян С.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, третьи лица: нотариус Ростовского-на-Дону нотариального округа ФИО6, ФИО7, ФИО8, Управление Росреестра по Ростовской области о признании сделок недействительными, включении имущества в наследственную массу и разделе наследственного имущества, по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1, ФИО2, третьи лица: нотариус Ростовского-на-Дону нотариального округа ФИО6 о включении имущества в наследственную массу, о разделе наследственного имущества и взыскание расходов на погребение по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 на решение Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27 декабря 2022 года. Заслушав доклад судьи Кушнаренко Н.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 о признании сделки недействительной, включении имущества в наследственную массу, разделе наследственного имущества, ссылаясь на то, что являются детьми умершего П.И.Г., в связи с чем вправе претендовать на все наследственное имущество, указанное ими в просительной части иска (доля в объектах недвижимого и движимого имущества, счетах в банке, акциях ПАО), как принадлежащее наследодателю на момент его смерти. При этом, обращают внимание на то, что ответчик, являясь супругой умершего, намерено совершила действия по отчуждению движимого имущества (автомобилей) после смерти П.И.Г., с целью вывода его из наследственной массы, что является основанием для признания этих сделок недействительными, включении имущества в наследственную массу и его разделе.

На основании изложенного, в окончательной редакции исковых требований истцы просили суд следующее:

признать недействительными договор купли-продажи ТС ИСУДЗУ ФОРВАРД с манипулятором, год выпуска 1994, шасси №<***> (далее – ТС № 1) от 01.08.2021 года, заключенный от имени П.И.Г. с ФИО4, договор купли-продажи ТС № 1 от 09.03.2022 года, заключенный между ФИО4 и ФИО8, договор купли-продажи ТС № 1 от 18.03.2022 года, заключенный между ФИО8 и ФИО7, применить последствия недействительности сделки, истребовать в пользу ФИО3 ТС № 1 из незаконного владения ФИО7, признать ТС № 1 общей совместной собственностью супругов П.И.Г. и С.Н., определить долю П.И.Г. в ТС № 1 в размере ?, включить в наследственную массу умершего П.И.Г. рыночную стоимость ? доли ТС № 1 в размере 1 084 583,05 руб., взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 рыночную стоимость ? доли ТС № 1 - 271 145,88 руб. каждому, взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 и ФИО2 рыночную стоимость ? доли ТС № 1 - 271 145,88 руб. каждому,

признать недействительными договор купли-продажи ТС СУЗУКИ ГРАНД ВИТАРА, год выпуска 2008, VIN <***>, двигатель <***>, кузов № <***> (далее – ТС № 2) от 02.09.2021 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5, применить последствия недействительности сделки, истребовать у ФИО5 в пользу ФИО3 ТС № 2, признать ТС № 2 общей совместной собственностью супругов П.И.Г. и С.Н., определить долю П.И.Г. в ТС №2 в размере ?, включить в наследственную массу умершего П.И.Г. рыночную стоимость ? доли ТС № 2 в размере 432 250 руб., взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 рыночную стоимость 1/8 доли ТС № 2 - 105 812,50 руб. каждому, взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 и ФИО2 рыночную стоимость 1/8 доли ТС № 2 - 105 812,50 руб. каждому,

включить в наследственную массу умершего П.И.Г. ? долю в праве общей долевой собственности на объект индивидуального жилищного строительства с КН <***> и с КН <***> по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН (далее – объект), ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 900 кв.м с КН <***> по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН (далее – участок), акции ПАО «Росгосстрах», свидетельство АА <***> в количестве 7 500 шт., ? долю денежных средств, находящихся на момент смерти П.И.Г. на банковском счете <***>, открытом в ПАО Сбербанк ЮЗБ/5221/110 в размере 14 290 руб.,

разделить наследственную массу умершего П.И.Г. следующим образом: увеличить долю ФИО1 на объект с ? доли до 3/8 долей в праве общей долевой собственности на объект, признать за ФИО2 1/8 долю в праве общей долевой собственности на объект, прекратить право общей долевой собственности П.И.Г. на ? долю на объект, признать за ФИО1 и ФИО2 право собственности на акции ПАО «Росгосстрах» в количестве 1 875 шт. за каждым, передать в собственность ФИО3 ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, признать за ФИО3 право собственности на акции ПАО «Росгосстрах» в количестве 3 750 шт., взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 денежную компенсацию в размере 3 572,50 руб., находившиеся на банковском счете П.И.Г. по состоянию на 04.10.2021 года каждому, взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 неосновательное обогащение за пользование чужими денежными средствами в размере 148,32 руб. каждому, взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 денежную компенсацию в размере 40 607,87 руб. за несоразмерность получаемого наследства каждому, взыскать с ФИО1 и ФИО2 с каждого в пользу ФИО3 денежную компенсацию в размере по 338 600,5 руб. за несоразмерность получаемого наследства, произвести зачет взыскиваемых сумм за несоразмерность получаемого наследства между ФИО1, ФИО3 и ФИО2, признать за ФИО1 и ФИО2 право собственности на денежные средства по ? доле за каждым, взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 денежные средства в размере 3 523,32 руб. каждому.

ФИО3 в свою очередь обратилась в суд со встречным иском, в котором указала на то, что наследниками по закону после смерти П.И.Г. являются дочь ФИО1, сын ФИО2, супруга ФИО3 и мать П.Л.Г. 29.01.2022 года П.Л.Г. отказалась по всем основаниям от наследования от причитающегося ей наследственного имущества в пользу ФИО3 В этой связи, доли в наследственном имуществе распределились следующим образом: дочь ФИО1 – ?, сын ФИО2 – ?, супруга ФИО3 – ?.

В период брака они с супругом приобрели два автомобиля - ТС № 1 и ТС № 2. В период жизни супруга она распорядились указанными автомобилями по своему усмотрению. Так, автомобиль ТС № 1 продан по договору купли-продажи от 01.08.2021 года ФИО4 за 150 000 руб. Автомобиль ТС № 2 продан по договору купли-продажи от 02.09.2021 года ФИО5 за 180 000 руб. Указанные автомобили не могут быть включены в наследственную массу после смерти П.И.Г., поскольку на момент его смерти принадлежали уже третьим лицам.

В отношении иного заявленного истцами по первоначальном иску наследственного имущества (доли в объектах недвижимого имущества, акциях и денежных средствах) не возражала против его включения в наследственную массу, пояснив, что действительно приобретено в период брака супругов ФИО9, где у супруга имеется доля в этом имуществе.

Вместе с этим, настаивала на том, что в состав наследства так же должна быть включена ? доля в праве собственности на гараж лит. «Г» с КН <***> площадью 33,6 кв.м и ? доля в праве на летнюю кухню - хозяйственное строение лит. «Б» площадью 30 кв.м с КН <***>, расположенные на территории домовладения по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

Кроме того, истец указывает, что 25.04.2016 года супругами приобретено 15 000 шт. акций ПАО «Росгосстрах», что подтверждается свидетельством о владении акциями АА <***>. Указанные акции, стоимость 1 акции составляет 0,13 руб., также должны быть включены в наследственную массу.

Между тем, предложила свой вариант раздела наследственного имущества, в частности, в отношении участка, с выплатой ФИО1 и ФИО2 денежной компенсации в счет наследственной доли в указанном имуществе в размере 12 580,88 руб. каждому, что соответствует 1/8 кадастровой стоимости земельного участка.

Кроме того, по утверждению истца, в течение брака, более 16 лет супруги проживали в домовладении по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. До настоящего времени она продолжает проживать в домовладении, где сложился устойчивый порядок пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, в связи с чем ? доля в праве общей долевой собственности на гараж лит. «Г» должна быть передана ей, а ? доля в праве общей долевой собственности на хоз.строение летнюю кухню лит. «Б» - ФИО1 и ФИО2 по 1/8 доле каждому. Поскольку согласно заключению о результатах исследования <***> ООО «Экспертное учреждение Ростовский экспертно-правовой центр «Дон», стоимость 1/8 доли в праве общей долевой собственности на гараж лит. «Г» составляет 94 613,05 руб., а 1/8 доли хоз.строения летней кухни лит. «Б» - 132 759,94 руб., соответственно, размер компенсации за передаваемую долю в летней кухне составляет 38 146,88 руб., которая должна быть передана ей.

Также, истец ссылается, что она организовала похороны своего супруга. Расходы на похороны составили 81 100 руб. Расходы на одежду усопшего, отпевание, продукты и спиртные напитки для поминания, цветы составили более 40 000 руб. (81 100 + 40 000 = 121 100) / 4 = 30 270). Таким образом, по мнению истца, в ее пользу с ФИО1 и ФИО2 должна быть взыскана денежная сумма в размере 30 275 руб. с каждого.

На основании изложенного, истец в окончательной редакции просила суд включить в наследственную массу после смерти П.И.Г. ? долю в праве на гараж лит. «Г», ? долю в праве на летнюю кухню - хозяйственное строение лит. «Б», 15 000 акций ПАО «Росгосстрах», признать за ней право собственности на 1/8 долю в праве общей долевой собственности на объект, на ? долю в праве общей долевой собственности на гараж лит. «Г», взыскать с ФИО3 компенсацию в пользу ФИО1 и ФИО2 в размере 47 306,53 руб. в пользу каждого за стоимость переданной наследственной доли на гараж лит. «Г», признать за ней право собственности на 1/8 долю в праве общей долевой собственности на хоз.строение - летнюю кухню лит. «Б», на 11 250 акций ПАО «Росгосстрах» стоимостью 1 462,50 руб., взыскать с ответчиков в ее пользу расходы на оплату ритуальных услуг и организацию похорон П.И.Г. в размере 30 275 руб. с каждого.

Решением Первомайского районного суда г.Ростова-на-Дону от 27 декабря 2022 года исковые требования ФИО1 и ФИО2, встречные исковые требования ФИО3 удовлетворены частично.

Суд включил в наследственную массу после смерти П.И.Г., умершего ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, следующее имущество:

? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок,

? долю в праве общей долевой собственности на объект,

? долю в праве общей долевой собственности на гараж Лит.«Г»,

? долю в праве общей долевой собственности на хозяйственное строение - летнюю кухню, Лит. «Б»,

автомобиль ТС № 1 стоимостью 2 169 167 руб.,

автомобиль ТС № 2 стоимостью 864 500 руб.,

акции ПАО «РОСГОССТРАХ» в количестве 15 000 шт.,

денежные средства, находящиеся на счете <***>, открытом в ПАО «Сбербанк России», в размере 28 580,00 руб.

Разделил наследственную массу П.И.Г., умершего ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, между наследниками следующим образом:

признал за ФИО3 право собственности на 1/8 долю, за ФИО1 - 1/16 долю и за ФИО2 - 1/16 долю в праве общей долевой собственности на объект (жилой дом и земельный участок) по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, прекратив право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности П.И.Г.,

признал за ФИО3 право собственности на 1/8 долю, за ФИО1 - 1/16 долю и за ФИО2 - 1/16 долю в праве общей долевой собственности на гараж Лит. «Г», хозяйственное строение - летнюю кухню Лит. «Б» по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

признал за ФИО1 право собственности на 1/8 долю, за ФИО2 - 1/8 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, уменьшив долю ФИО3 до 6/8 долей,

признал за ФИО3 право собственности на акции ПАО «РОСГОССТРАХ» в количестве 11 250 шт., из которых в порядке наследования 3 750 шт., за ФИО1 – 1 875 шт. и за ФИО2 – 1 875 шт., прекратив право собственности П.Т.Г. на акции (свидетельство о владении акциями АА <***> от 25.04.2016 года),

взыскал с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию доли наследственного имущества (от стоимости автомобиля ТС № 1 и ТС № 2) в размере 379 208 руб. 37 коп.,

взыскал с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию доли наследственного имущества (от стоимости автомобиля ТС № 1 и ТС № 2) в размере 379 208 руб. 37 коп.,

признал за ФИО3 право собственности на денежные средства, находящиеся на счете <***>, открытом в ПАО «Сбербанк России»,

взыскал с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию доли наследственного имущества (денежные средства, находящиеся на счете, открытом в ПАО «Сбербанк России») в размере 3 572 руб.,

взыскал с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию доли наследственного имущества (денежные средства, находящиеся на счете, открытом в ПАО «Сбербанк России») в размере 3 572 руб.,

взыскал с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы по оплате ритуальных услуг в размере 20 275 руб.,

взыскал с ФИО2 в пользу ФИО3 расходы по оплате ритуальных услуг в размере 2 0275 руб.

В остальной части исковых требований ФИО1 и ФИО2, встречных исковых требований ФИО3 суд отказал.

В апелляционной жалобе ФИО1 и ФИО2 просят решение суда отменить и принять новое об удовлетворении их требований в полном объеме.

По мнению апеллянтов, судом необоснованно не привлечены к участию в деле в качестве соответчиков ФИО8, ФИО7, которые являются сторонами по оспариваемым сделкам. Указанное процессуальное нарушение является основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Кроме того, обращают внимание на то, что указанные лица, привлеченные судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не были извещены надлежащим образом судом первой инстанции.

Истцы полагают, что суд не выяснил обстоятельства отчуждения ТС № 1 ФИО10, в удовлетворении ходатайства об истребовании копии договора купли-продажи от 09.03.2022 года судом необоснованно отказано.

Кроме того, податели жалобы обращают внимание на то, что судом не приведены обоснования отказа в удовлетворении их требований о признании недействительным договора купли-продажи ТС № 1 от 01.08.2021 года, заключенного от имени П.И.Г. с ФИО4

Отказывая в удовлетворении требований о признании недействительным договора купли-продажи ТС № 2 от 02.09.2021 года, суд не принял во внимания их возражения относительно того, что указанный договор не содержит указаний на передачу ТС и его оплату, на существенно заниженную стоимость данного автомобиля.

Податели жалобы указывают на то, что имеют преимущественное право получить в счет наследства долю объекта, расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

Истцы полагают, что суд незаконно разрешил вопрос о единоличном владении ФИО3 гаражом лит. «Г».

ФИО1, ФИО2 настаивают на том, что при наличии возможности пообъектного раздела наследственного имущества и рассчитанной денежной компенсации в размере 81 215,75 руб., суд необоснованно принял неисполнимое решение, которым взыскал с ФИО3 значительную денежную сумму, располагая сведениями о ее неплатежеспособности.

ФИО3 поданы возражения на апелляционную жалобу.

Дело рассмотрено в отсутствие сторон, извещенных надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, что подтверждается имеющимися в деле уведомлениями.

Рассмотрев материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений на жалобу, выслушав пояснения ФИО1, ее представителя по ордеру, он же представитель ФИО2 по ордеру, ФИО3, ее представителя по ордеру, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА умер П.И.Г.

После его смерти открыто наследственное дело.

Наследниками по закону первой очереди являются мать П.Л.Г., супруга ФИО3 (брак зарегистрирован 22.10.2005 года, о чем выдано свидетельство о заключении брака I-АН <***> от 22.10.2005 года), дочь ФИО1, сын ФИО2

П.Л.Г. отказалась от своего права на наследство в пользу ФИО3

В этой связи, доли в наследственном имуществе распределились следующим образом: дочь ФИО1 – ?, сын ФИО2 – ?, супруга ФИО3 – ?.

На момент смерти на имя П.И.Г. оформлено следующее имущество:

? доля в праве общей долевой собственности на жилой дом площадью 88,8 кв.м и земельный участок площадью 433 кв.м, расположенные по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от 21.03.2022 года, основание договор купли-продажи от 26.12.1997 года (далее – объект),

автомобиль ИСУДЗУ ФОРВАРД с манипулятором, год выпуска 1994, двигатель <***>, шасси №<***> (далее – ТС № 1),

акции ПАО «РОСГОССТРАХ» в количестве 15 000 шт., что подтверждается свидетельством о владении акциями от 25.04.2016 года АА <***>,

денежные средства, находящиеся на счете <***>, открытом в ПАО «Сбербанк России», в размере 28 580,00 руб.

Акции, счет в банке и ТС № 1 приобретены (открыты) в период брака супругов ФИО9.

При этом, согласно договору купли-продажи от 26.12.1997 года, П.И.Г. приобрел в собственность ? долю объекта (жилой дом и земельный участок), расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН в том числе, летняя кухня Лит. «Б», которая стоит на кадастровом учете как хозяйственное строение площадью 30 кв.м, и гараж Лит. «Г», право собственности на которые, по данным регистрирующего органа на 18.04.2022 года, за П.И.Г. не зарегистрировано.

Кроме того, в период брака супругами П-выми на имя ФИО3 приобретено следующее имущество:

автомобиль СУЗУКИ ГРАНД ВИТАРА, год выпуска 2008, двигатель <***>, VIN №<***> (далее – ТС № 2),

земельный участок площадью 900 кв.м, расположенный по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от 21.03.2022 года (далее – земельный участок),

Между тем, ТС № 1 и № 2 на момент смерти П.И.Г. проданы ФИО3 по договорам купли-продажи, собственником ТС № 1 на момент рассмотрения спора в суде является ФИО7, ТС № 2 - ФИО5

ФИО3 сделки не оспариваются, напротив, настаивает на их фактическом исполнении, требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения не заявлено.

Принимая решение по делу, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 35 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 8, 218, 1111, 1112, 1141, 1142, 1152, 1158, 1164 ГК РФ, принял во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в Постановлении от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», и исходил из того, что стороны по делу являются наследниками П.И.Г., П.Л.Г. (мать умершего) отказалась от своего права на наследство в пользу ФИО3 Иных наследников не имеется, следовательно, открывшееся после смерти П.И.Г. наследство подлежит распределению между сторонами по делу.

Разрешая спор между наследниками о составе наследственной массы, суд первой инстанции руководствовался ст.ст. 34-39 СК РФ, ст. 256 ГК РФ и пришел к выводу, что в состав наследственной массы подлежит включению следующее имущество, оформленное, как на имя П.И.Г. до заключения брака с ФИО3, так и на его имя и на имя его супруги ФИО3, как приобретенное в период брака супругов ФИО9:

? доля в праве общей долевой собственности на земельный участок,

? доля в праве общей долевой собственности на объект,

? доля в праве общей долевой собственности на гараж Лит. «Г»,

? доля в праве общей долевой собственности на хозяйственное строение – летнюю кухню Лит. «Б»,

автомобиль ТС № 1 стоимостью 2 169 167 руб.,

автомобиль ТС № 2 стоимостью 864 500 руб.,

акции ПАО «РОСГОССТРАХ» в количестве 15 000 шт.,

денежные средства, находящиеся на счете <***>, открытом в ПАО «Сбербанк России», в размере 28 580 руб.

Определяя доли каждого наследника в наследственном имуществе, суд первой инстанции исходил из того, что доли в наследственном имуществе распределились следующим образом: дочь ФИО1 – ?, сын ФИО2 – ?, супруга ФИО3 – ?, указанные обстоятельства сторонами не оспаривались, и после определения наследственной массы доли наследников в наследственном имуществе составят в отношении:

? доли в праве общей долевой собственности на объект, на гараж лит. «Г» и на хоз.строение лит. «Б» по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, из расчета: ? : 4 = 1/16), (1/16 х 2 = 1/8), ФИО3 - 1/8 доля, ФИО1 – 1/16 доля и ФИО2 – 1/16 доля,

? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок по адресу:АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, из расчета: ? : 4 = 1/8), (1/8 х 2 = 1/4), ФИО3 - ? доля, ФИО1 – 1/8 доля и ФИО2 – 1/8 доля,

? доли на 15 000 акций ПАО «Росгосстрах», из расчета: 15 000 : 2 = 7 500), (7 500 : 4 = 1 875), (1 875 х 2 = 3 750), ФИО3 - ? доля = 3 750 ш., ФИО1 – 1/ 8 доля = 1 875 шт. и ФИО2 – 1/8 доля = 1 875 шт.,

? доли на денежные средства, хранившиеся на счете <***> в ПАО Сбербанк, на дату смерти наследодателя в размере 14 290 руб. (28 580 / 2 = 14 290), из расчета: 14 290 : 4 = 3 572,50, (3 572,50 х 2 = 7 145), ФИО3 - ? доля = 7 145 руб., ФИО1 – 1/8 доля = 3 572,50 руб. и ФИО2 – 1/8 доля = 3 572,50 руб.

Разрешая спор между наследниками о разделе наследственного недвижимого имущества путем выдела каждой стороне обособленного объекта недвижимости с выплатой разницы стоимости выделяемых долей, суд первой инстанции руководствовался ст.ст. 133, 209, 252, 1165, 1168 ГК РФ, из системного толкования которого следует, что раздел наследственного имущества подразумевает реальное распределение всего имущества между всеми участниками общей собственности в соответствии с причитающимися долями, что в итоге влечет прекращение общей собственности, то есть, при разделе наследственного имущества необходимо определить, какое имущество из состава наследства подлежит передаче каждому из наследников, принял во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в Постановлении № 6 и № 8 от 01.07.1996 года «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым суд вправе отказать в иске участнику долевой собственности о выделе его доли в натуре, если выдел невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, под таким ущербом следует понимать невозможность использования имущества по целевому назначению, неудобство в использовании и т.п., и, с учетом выводов судебных экспертов ООО «Экспертиза «ЮФОСЭО», изложенных в заключении <***> от 07.11.2022 года, пришел к выводу, что, несмотря на наличие конфликтных отношений между наследниками, требования истцов по первоначальному иску о разделе наследственного имущества по предложенным ими вариантам искажает реальную природу раздела имущества, в связи с чем не нашел оснований для удовлетворения требований о разделе наследственного недвижимого имущества.

Разрешая спор между наследниками о разделе наследственного имущества в виде денежных средств, хранящихся на банковском счете <***>, открытом в ПАО Сбербанк на имя П.И.Г., суд первой инстанции принял во внимание, что после смерти П.И.Г. с банковского счета <***>, открытого на его имя в ПАО Сбербанк, ФИО3 снята денежная сумма в размере 27 000 руб., которой она распорядилась самостоятельно, по своему усмотрению, остаток средств на счете составил 1 580 руб., указанные обстоятельства не оспаривались ФИО3, и, с учетом размера долей наследников, пришел к выводу о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 денежных средств в сумме, определенной в соответствии с их долями в наследственном имуществе, а именно, по 3 572,50 руб. в пользу каждого, без признания за ними права собственности на денежные средства на банковском счете, признав на них право собственности за ФИО3

Разрешая спор между наследниками о разделе наследственного движимого имущества в виде ТС № 1 и № 2, суд первой инстанции исходил из того, что указанные ТС приобретены в период брака супругов ФИО9, следовательно, в каждом ТС есть доля П.И.Г. в размере ?.

Между тем, на момент смерти П.И.Г. – ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА ТС № 1 продано на основании договора купли-продажи от 01.08.2021 года, согласно которому П.И.Г. продал автомобиль ФИО4, впоследствии, 09.03.2022 года, ФИО4 продал автомобиль ФИО8, 18.03.2022 года ФИО8 - ФИО7

Кроме того, на основании договора купли-продажи от 02.09.2021 года ФИО3 продала ТС № 2 ФИО5

Действительность сделок по продаже двух ТС П.И.Г. при жизни и ФИО3 до настоящего времени не оспаривалось, переход права зарегистрирован в установленном законом порядке в органах ГИБДД, сделки исполнены.

Между тем, действительность этих сделок оспаривается истцами по первоначальному иску, где они просили суд признать договоры купли-продажи недействительными, применить последствия недействительности, истребовать имущество из собственности новых владельцев в собственность ФИО3, включить стоимость автомобилей в наследственную массу и взыскать в их пользу ? рыночной стоимости ТС в размере, соответствующем 1/8 доле в праве каждому.

Для проверки доводов истцов по первоначальному иску о недействительности договоров купли-продажи ТС и действительной рыночной стоимости ТС, судом первой инстанции назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Экспертиза «ЮФОСЭО».

Согласно выводов в заключении <***> от 07.11.2022 года, рыночная стоимость транспортного средства ТС № 2 по состоянию на дату исследования 07.10.2022 года, с учетом округления, составляет 864 500 руб., рыночная стоимость транспортного средства ТС № 1 по состоянию на дату исследования 07.10.2022 года, с учетом округления, составляет 2 169 167 руб.

Подпись П.И.Г. в строке «ФИО11 Г.» в нижней части страницы документа «Договор купли-продажи ТС» от 01.08.2021 года, г.Ярославль, ТС «ИСУДЗУ ФОРВАРД» с манипулятором, год выпуска 1994, двигатель <***>, шасси №<***>» выполнена не самим П.И.Г., образцы подписей которого представлены на исследование, а выполнены иным лицом.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 153, 154, 160 – 162, 167 – 168, 209, 301 – 302, 421 ГК РФ, приняв во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, Пленума ВАС РФ, изложенные в Постановлении № 10 и № 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", Пленума Верховного Суда РФ, изложенные в Постановлении «О судебной практике по делам о наследовании» от 29.05.2012 года N 9, суд первой инстанции исходил из того, что, будучи собственником имущества, при жизни П.И.Г. вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе, отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Вместе с тем, установив, что подпись от имени П.И.Г. в договоре купли - продажи ТС от 01.08.2021 года в отношении ТС № 1 выполнена не самим П.И.Г., а иным лицом, согласие на отчуждение ТС № 2 П.И.Г. своей супруге не давал, учитывая, что ФИО3 не заявлялись требования об истребовании в свою пользу имущества – двух ТС, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ФИО3 в пользу каждого из истцов компенсации доли наследственного движимого имущества от рыночной стоимости ТС в размере 379 208,37 руб. из расчета: 864 500 + 2 169 167) : 2) /4)), отказав в признании сделок недействительными и истребовании имущества из владения последних собственников в собственность ФИО3

На основании ст. 395 ГК РФ и ст. 1102 ГК РФ суд отказал во взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 неосновательного обогащения за пользование чужими денежными средствами в размере 148,32 руб. каждому по изложенным в решении суда мотивам.

Разрешая требования ФИО3 о взыскании в ее пользу с ФИО1 и ФИО2 расходов на похороны в виде расходов на погребение, одежду, отпевание, цветы, продукты для поминания, всего на сумму 121 100 руб., суд первой инстанции руководствовался ст. 1174 ГК РФ, положениями Федерального закона от 12.01.1996 года N 8-ФЗ " О погребении и похоронном деле" и исходил из представленных ФИО3 доказательств только на сумму 81 100 руб., что подтверждается кассовым чеком № 1 от 06.10.2021 года, не оспаривалось сторонами, в связи с чем пришел к выводу о взыскании в ее пользу расходов на похороны наследодателя в размере 20 275 руб. (811 00 : 4) с каждого, в соответствии с размером доли в наследстве.

Решение суда ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8 не обжалуется.

Решение суда в части определенного судом состава наследственной массы и долей наследников сторонами также не обжалуется.

Проверяя решение суда по доводам апелляционной жалобы ФИО1 и ФИО2, коллегия исходит из следующего.

В соответствии со ст. 1150 ГК РФ принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 настоящего Кодекса, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными настоящим Кодексом.

Статьей 256 ГК РФ определено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются движимые и недвижимые вещи и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество, а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное.

Согласно пункту 1 статьи 1168 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник, обладавший совместно с наследодателем правом общей собственности на неделимую вещь, доля в праве на которую входит в состав наследства, имеет при разделе наследства преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли вещи, находившейся в общей собственности, перед наследниками, которые ранее не являлись участниками общей собственности, независимо от того, пользовались они этой вещью или нет.

Пунктом 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли входящих в состав наследства неделимой вещи, жилого помещения, раздел которого в натуре невозможен, имеют наследники, обладавшие совместно с наследодателем правом общей собственности на неделимую вещь, в том числе на жилое помещение, не подлежащее разделу в натуре, которые могут воспользоваться этим правом преимущественно перед всеми другими наследниками, не являвшимися при жизни наследодателя участниками общей собственности на неделимую вещь, включая наследников, постоянно пользовавшихся ею, и наследников, проживавших в жилом помещении, не подлежащем разделу в натуре.

По смыслу указанных выше норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, преимущественное право такого наследника обусловлено его участием при жизни наследодателя и вместе с ним в праве общей собственности на такую вещь, т.е. когда спорная неделимая вещь до открытия наследства принадлежала ему и наследодателю на праве общей собственности. При этом не имеет значения, каким было соотношение размеров долей наследодателя и наследника в праве общей собственности на неделимую вещь, а также пользовался ли другой наследник этой вещью.

В силу пункта 1 статьи 1170 Гражданского кодекса Российской Федерации несоразмерность наследственного имущества, о преимущественном праве на получение которого заявляет наследник на основании статьи 1168 или 1169 названного Кодекса, с наследственной долей этого наследника устраняется передачей этим наследником остальным наследникам другого имущества из состава наследства или предоставлением иной компенсации, в том числе выплатой соответствующей денежной суммы.

Из содержания разъяснений, содержащихся в пункте 54 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", следует, что компенсация несоразмерности получаемого наследственного имущества с наследственной долей, возникающей в случае осуществления наследником преимущественного права, установленного статьей 1168 или статьей 1169 Гражданского кодекса Российской Федерации, предоставляется остальным наследникам, которые не имеют указанного преимущественного права, независимо от их согласия на это, а также величины их доли и наличия интереса в использовании общего имущества, но до осуществления преимущественного права (если соглашением между наследниками не установлено иное).

Таким образом, исходя из положений данных норм и разъяснений по их применению, неделимой вещью в контексте положений п. 2 ст. 1168 ГК РФ являются в том числе жилые помещения.

Данные нормы корреспондируют требованиям п. п. 3, 4 ст. 252 ГК РФ, согласно которым при недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества.

Если выдел доли в натуре не допускается законом или невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности.

Несоразмерность имущества, выделяемого в натуре участнику долевой собственности на основании настоящей статьи, его доле в праве собственности устраняется выплатой соответствующей денежной суммы или иной компенсацией.

Выплата участнику долевой собственности остальными собственниками компенсации вместо выдела его доли в натуре допускается с его согласия. В случаях, когда доля собственника незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании общего имущества, суд может и при отсутствии согласия этого собственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию.

С учетом разъяснений, содержащихся в п. 54 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 г. N 9, компенсация несоразмерности получаемого наследственного имущества с наследственной долей, возникающей в случае осуществления наследником преимущественного права, установленного ст. 1168 или ст. 1169 ГК РФ, предоставляется остальным наследникам, которые не имеют указанного преимущественного права, независимо от их согласия на это, а также величины их доли и наличия интереса в использовании общего имущества, но до осуществления преимущественного права (если соглашением между наследниками не установлено иное). При этом суд вправе отказать в удовлетворении указанного преимущественного права, установив, что эта компенсация не является соразмерным возмещением наследственных долей остальных наследников, которые не имеют такого преимущественного права, или ее предоставление не является гарантированным.

Исходя из приведенных выше положений Гражданского кодекса РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации компенсация возможна путем передачи другого имущества из состава наследства или путем выплаты соответствующей денежной компенсации.

Оценивая доводы апелляционной жалобы в части несогласия с отказом суда в разделе наследственного недвижимого имущества путем выдела каждой стороне обособленного объекта недвижимости с выплатой разницы стоимости выделяемых долей, судебная коллегия приходит к выводу, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленных требований по существу.

Апеллянты не ссылаются на доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции, основанные на заключении проведенной по делу судебной экспертизы экспертами ООО «Экспертиза «ЮФОСЭО» <***> от 07.11.2022 года, согласно которым рыночная стоимость ? доли объекта (жилого дома, гаража лит. «Г», хозяйственного строения и земельного участка) по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, по состоянию на дату исследования 07.10.2022 года, с учетом округления, составляет 1 416 847 руб., в том числе: рыночная стоимость ? доли земельного участка – 672 402 руб., ? доли жилого дома – 449 099 руб., ? доли гаража лит. «Г» – 204 270 руб., ? доли хозяйственного строения (летней кухни) – 91 076 руб.

Произвести выдел 1/8 доли в натуре в жилом доме технически не представляется возможным, так как для этого необходимо выделить каждому из собственников часть жилого дома, соответствующего по площади их идеальной доли, соответствующего минимальному набору помещений и требований СП 55.13330.2016 «Дома жилые одноквартирные», при условии производства работ по реконструкции жилого дома, то есть, будут образованы части жилого дома, не являющиеся отдельно стоящим зданиями, помещениям многоквартирного жилого дома, что делает невозможным государственный кадастровый учет и государственную регистрацию права собственности на образуемые части жилого дома.

Разработать вариант выдела 1/8 идеальной доли ФИО3 в земельном участке, хозяйственном строении (летней кухни) лит. «Б» и гараже лит. «Г», с учетом невозможности выдела доли в жилом доме, технически не представляется возможным.

Рыночная стоимость ? доли земельного участка по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, по состоянию на дату исследования 07.10.2022 года, с учетом округления, составляет 62 445 руб.

Разработать вариант выдела суммарно ? доли ФИО1 и ФИО2 в земельном участке в соответствии с Земельным кодексом РФ и правилами землепользования в Ростовской области, технически не представляется возможным.

Рыночная стоимость хозяйственного строения (летней кухни) лит. «Б» по состоянию на дату исследования 07.10.2022 года, с учетом округления, составляет 364 304 руб.

Рыночная стоимость гаража лит. «Г» по состоянию на дату исследования 07.10.2022 года, с учетом округления, составляет 817 081 руб.

Доказательств, опровергающих выводы эксперта, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ сторонами в материалы дела не представлено.

Несогласие апеллянтов с принятым решением в указанной части, с учетом наличия у ФИО3 существенного интереса в использовании спорных объектов, отсутствии иного пригодного для проживания жилья, размера ее доли, которая превышает размер доли иных наследников, отсутствия возможности передать ответчику иное имущество из состава наследства и согласия ответчика на выплату ей денежной компенсации в счет ее наследственной доли, само по себе не является достаточным основанием для удовлетворения апелляционной жалобы.

Наличие конфликтных отношений между сторонами, при установленных судом обстоятельствах, также не является законным и достаточным основанием для признания за апеллянтами преимущественного права на получение в счет наследственного имущества большей доли в объекте, как того просят истцы по первоначальному иску.

Доводы апеллянтов о том, что суд разрешил вопрос о единоличном владении ФИО3 гаражом Лит. «Г», являются исключительно утверждением самих апеллянтов и опровергаются резолютивной частью обжалуемого ими решения суда, согласно которому суд признал за ФИО3 право собственности на 1/8 долю, за ФИО1 - 1/16 долю и за ФИО2 - 1/16 долю в праве общей долевой собственности на гараж Лит. «Г» по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

Ссылки апеллянтов на возможность пообъектного раздела наследственного имущества, по предложенному ими варианту, несостоятельны, не нашли своего подтверждения по материалам дела, напротив, опровергаются выводами судебной экспертизы, признанной судом допустимым и достоверным доказательством по делу, с которым коллегия в виду отсутствия доказательств обратному соглашается.

Утверждение апеллянтов о не платежеспособности ФИО12 на правильность выводов суда в указанной выше части не влияют, поскольку суд отказал в разделе наследственного недвижимого имущества путем выдела каждой стороне обособленного объекта недвижимости с выплатой разницы стоимости выделяемых долей, признав за каждым из наследником долю в этом имуществе.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Условия истребования имущества определяются положениями статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 22 июня 2017 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца" признал положение пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно допускает истребование как из чужого незаконного владения жилого помещения, являвшегося выморочным имуществом, от его добросовестного приобретателя, который при возмездном приобретении этого жилого помещения полагался на данные Единого государственного реестра недвижимости и в установленном законом порядке зарегистрировал право собственности на него, по иску соответствующего публично-правового образования в случае, когда данное публично-правовое образование не предприняло - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом - своевременных мер по его установлению и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество.

В развитие данной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации Федеральным законом от 16 декабря 2019 г. N 430-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации" статья 302 Гражданского кодекса Российской Федерации дополнена пунктом 4, согласно которому суд отказывает в удовлетворении требования субъекта гражданского права, указанного в пункте 1 статьи 124 данного кодекса, об истребовании жилого помещения у добросовестного приобретателя, не являющегося таким субъектом гражданского права, во всех случаях, если после выбытия жилого помещения из владения истца истекло три года со дня внесения в государственный реестр записи о праве собственности первого добросовестного приобретателя жилого помещения. При этом бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности приобретателя, или обстоятельств выбытия жилого помещения из владения истца несет субъект гражданского права, указанный в пункте 1 статьи 124 данного кодекса.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С учетом изложенного, судебная коллегия исходит из того, что ФИО7 и ФИО5 являются добросовестными приобретателями ТС, поскольку совершили все действия, направленные на совершение и исполнение сделки по договору купли-продажи, действия по надлежащей проверке документов, подтверждающих законность получения ТС от их последних владельцев.

Ввиду отсутствия доказательств со стороны истцов, объективно подтверждающих иное, суд первой инстанции, с учетом требований первоначального иска о взыскании компенсации доли наследственного движимого имущества от рыночной стоимости ТС, отсутствии требований со стороны ФИО3 об истребовании в свою пользу имущества – двух ТС, обоснованно отказал в удовлетворении заявленных исковых требований о признании сделок недействительными.

Между тем, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", если при принятии наследства после истечения установленного срока с соблюдением правил статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации, возврат наследственного имущества в натуре невозможен из-за отсутствия у наследника, своевременно принявшего наследство, соответствующего имущества независимо от причин, по которым наступила невозможность его возврата в натуре, наследник, принявший наследство после истечения установленного срока, имеет право лишь на денежную компенсацию своей доли в наследстве (при принятии наследства по истечении установленного срока с согласия других наследников - при условии, что иное не предусмотрено заключенным в письменной форме соглашением между наследниками). В этом случае действительная стоимость наследственного имущества оценивается на момент его приобретения, то есть на день открытия наследства (статья 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений п. 1 ст. 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

В этой связи, выводы суда о взыскании компенсации от рыночной стоимости ТС коллегия находит верными.

Решение суда в части взысканного размера компенсации стороной истца по первоначальному иску не обжалуется.

Доводы жалобы истцов об отказе суда в привлечении к участию в деле в качестве соответчиков ФИО8 и ФИО7, которые являются сторонами по оспариваемым сделкам купли-продажи ТС № 1, не являются безусловным основанием для отмены решения суда, перехода к рассмотрению настоящего дела по правилам производстве в суде первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Условием реализации принципа равноправия и состязательности сторон является надлежащее извещение о месте и времени рассмотрения дела.

Положениями статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицам, участвующим в деле, предоставлено право представления доказательств в обоснование правовой позиции по делу, в том числе относительно заявленных требований.

Согласно основополагающим принципам гражданского процесса, в частности принципам диспозитивности и состязательности сторон, закрепленным в статьях 12, 56, 156 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, оказывает лицам, участвующим в деле содействие в реализации их прав.

Согласно п.4 ч.4 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда первой инстанции в любом случае являются: 4) принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

В соответствии с ч. 5 ст. 330 ГПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных настоящей главой. О переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции выносится определение с указанием действий, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроков их совершения.

В рассматриваемом случае, указанные лица привлечены по делу в качестве третьих лиц, как таковые мотивированные требования к указанным лицам со стороны, как первоначальных истцов, так и ФИО3, в контексте заявленных ими требований первоначального иска – о взыскании компенсации доли в наследственном имуществе, предъявлены не были, договоры купли-продажи между всеми указанными лицами в отношении ТС судом недействительными не признавались, ТС не истребовалось из их владения в пользу ФИО3, решение об их правах и обязанностях судом не принималось.

Вопреки доводам апеллянтов, указанные лица извещались судом о времени и месте рассмотрения дела, о чем свидетельствуют приобщенные к материалам дела почтовые конверты, вернувшиеся с отметкой об истечении срока хранения (т. 4 л.д. 184-187), а также отчеты об отслеживании почтовых отправлений (т. 4 л.д. 54-65), что в силу положений ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ, ч. 2 ст. 117 ГПК РФ является надлежащим извещением о времени и месте рассмотрения гражданского дела.

В этой связи, несостоятельно несогласие в жалобе об отказе суда в удовлетворении ходатайства об истребовании из ОАСР УВМ ГУ МВД РФ по РО сведений о месте регистрации ФИО8 и ФИО10

Ссылки в жалобе на незаконный отказ суда в истребовании копии договора купли-продажи ТС № 1 от 09.03.2022 года, заключенного между ФИО4 и ФИО8, не свидетельствует о наличии безусловного основания к отмене решения суда, поскольку наличие этого договора сторонами не отрицалось, и бесспорно, установлено судом, договор недействительным судом не признавался, более того, не был предметом исследования суда в буквальном смысле слова ввиду того, что это промежуточный договор с момента первой продажи ТС № 1, от П.И.Г. ФИО4, до последней от ФИО8 ФИО7, последним собственником ТС на момент разрешения спора является ФИО7

Утверждения в жалобе на отсутствие в решении суда обстоятельств отчуждения ТС ФИО10, обоснования отказа в удовлетворении требований о признании недействительным договора купли-продажи ТС от 01.08.2021 года во внимание, с учетом требований первоначального иска о взыскании компенсации доли в наследственном движимом имуществе, отсутствия требований ФИО3 в отношении ТС, не принимаются.

В данном случае суд первой инстанции применительно к положениями ст.ст. 301, 302 ГК РФ обоснованно ограничился указанием на то, что требования истцов по первоначальному иску о признании договоров купли-продажи двух ТС фактически направлены на истребование имущества в виде спорной ? доли автомобилей в собственность П.О.Н. и взыскании с нее денежной компенсации в размере доли в наследстве, исходя из рыночной стоимости имущества. Сама же ФИО3 таких требований перед судом не заявляла.

Применительно к данному спору обстоятельства отчуждения ТС, содержание каждого договора купли-продажи ТС не имеют значения при разрешении спора, поскольку с ФИО3 взыскана в пользу истцов компенсация доли наследственного движимого имущества от рыночной стоимости ТС.

Иных доводов жалоба не содержит.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда первой инстанции не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом первой инстанции применены верно.

Нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено.

Оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Первомайского районного суда г.Ростова-на-Дону от 27 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 14.07.2023 г.