УИД 78RS0011-01-2024-008285-96
Дело №2-598/2025 29 сентября 2025 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Куйбышевский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Пановой А.В.
при секретаре Федорченко Д.А.
с участием представителя ответчика нотариуса ФИО1, представителя ответчика нотариуса ФИО2, представителя ответчика ОАО «Альфа Страхование»,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО2, нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО1, САО «ВСК», ОАО «Альфа Страхование», СПАО «Ингосстрах», о взыскании ущерба, компенсации морального вреда,
установил:
ФИО3 обратился в суд с иском к нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО2, нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО1, САО «ВСК», ОАО «Альфа Страхование» о взыскании ущерба и компенсации морального вреда.
В обоснование своих требований истец указал, что 11.06.2020 года нотариусом ФИО2 была удостоверена доверенность в соответствии с которой ФИО4 доверяет ФИО5 и ФИО6 представлять её интересы по вопросу приватизации квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. На основании данной доверенности квартира была приватизирована на имя ФИО4. В декабре 2020 года нотариусом ФИО1 удостоверен договор купли-продажи указанной квартиры от имени ФИО4 в пользу истца. По данному договору ФИО3 заплатил денежные средства в размере 5 600 000 руб., право собственности на квартиру истца было зарегистрировано. Администрация Калининского района Санкт-Петербурга обратилась в Калининский районный суд Санкт-Петербурга с иском о признании доверенности от имени ФИО4 недействительной, аннулирования перехода права собственности на спорную квартиру и истребовании квартиры в собственность Санкт-Петербурга. Решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга по делу 2-308/2022, оставленным без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда, требования районной администрации были удовлетворены. При рассмотрении дела было установлено, что удостоверенная нотариусом ФИО2 доверенность на имя ФИО5 и ФИО6 по вопросу приватизации указанной квартиры была выдана 11 июня 2020 года, ФИО4 умерла ДД.ММ.ГГГГ, после ее смерти спустя 17 дней, а именно ДД.ММ.ГГГГ между Жилищным комитетом Санкт-Петербурга и ФИО4 в лице представителя ФИО5, действующей на основании доверенности заключен договор передачи квартиры в собственность граждан на основании Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации». 19 ноября 2020 года было зарегистрировано право собственности ФИО4. Ею не могла быть выдана доверенность, т.к. 11 июня 2020 года она была экстренно госпитализирована и находилась на стационарном лечении, в связи с чем на могла находится в нотариальной конторе ФИО2 для совершения нотариального действия. Таким образом нотариус не установил личность гражданина, доверенность была выдана неустановленному лицу. Судом было установлено, что указанная доверенность является недействительной в связи с чем договор приватизации является недействительным. В результате чего истцу был причинен материальный ущерб в размере денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи квартиры. Договор купли-продажи квартиры удостоверен нотариусом ФИО1 спустя 2 месяца после смерти ФИО4, в связи с чем недобросовестными действиями нотариуса по установлению идентификации личности по паспорту также причинен материальный ущерб истцу в размере денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи. Поскольку ответственность нотариусов застрахована, требования о возмещении ущерба заявлены к страховым компаниям. ФИО3 просил взыскать в солидарном порядке с нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО2, нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО1, САО «ВСК», ОАО «Альфа-Страхование» компенсацию ущерба в размере 5 600 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.
В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика была привлечена страховая компания СПАО «Ингосстрах», в качестве третьего лица – Нотариальная палата Санкт-Петербурга.
Истец и его представитель в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.
Ответчик нотариус ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, доверил представление интересов представителю. Представитель по доверенности ФИО7 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований возражал, указывая, что виновных действий со стороны нотариуса не было, просил в удовлетворении исковых требований отказать.
Ответчик нотариус ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, доверил представление своих интересов представителю. Представитель по ордеру ФИО8 в судебное заседание явился, против удовлетворения исковых требований возражал, указывая, что виновных действий со стороны нотариуса не было, просил в удовлетворении исковых требований отказать.
Представитель ответчика АО «Альфа Страхование» по доверенности ФИО9 в судебное заседание явился, исковые требования не признал, полагал, что для наступления страхового случая необходимо сначала признать, что действия нотариуса были виновными, только после этого наступит страховой случай, также полагал, что нет причинно-следственной связи между действиями нотариуса и убытками истца.
Представители ответчиков САО «ВСК», СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, ранее представляли свою позицию, согласно которой оснований для выплаты страхового возмещения не имеется, просили в удовлетворении исковых требований отказать.
Представитель третьего лица - Нотариальной палаты Санкт-Петербурга в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя.
Суд, выслушав представителей ответчиков нотариусов, АО «Альфа Страхование», изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в соответствии со статьями 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Положениями статьи 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.
В силу части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.
Из смысла названной выше нормы Кодекса следует, что предъявление соответствующего требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.
Положениями статьей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации определено, что в суде осуществляется защита нарушенных или оспариваемых гражданских прав способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом.
Таким образом, истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения.
Из материалов дела следует, что ФИО2 является нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург, имеет лицензию №208 от 05.05.1994 года.
ФИО1 является нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург, имеет лицензию №282 от 18.11.1994 года.
В соответствии со статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Как следует из материалов дела, 01 февраля 2022 года решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга по делу №2-308/2022, оставленным без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 08 ноября 2022 года и определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 10 апреля 2023 года, была признана недействительной доверенность от имени ФИО4 на имя ФИО5 и ФИО6, удостоверенная 11 июня 2020 года нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО2 за реестровым № на бланке №, были применены последствия недействительности доверенности от имени ФИО4 на имя ФИО5 и ФИО6, удостоверенной 11 июня 2020 года нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО2 за реестровым № на бланке №, аннулирована регистрация перехода права собственности на <адрес> на имя ФИО4; аннулирована регистрации перехода права собственности на квартиру на имя ФИО3, с восстановлением записи о государственной регистрации права собственности Санкт-Петербурга; квартира истребована из чужого незаконного владения в пользу города Санкт-Петербурга.
При рассмотрении указанного дела судами было установлено, что ФИО4 была зарегистрирована в двухкомнатной <адрес>, находящейся в государственной собственности. 11 июня 2020 года от её имени была выдана доверенность на имя ФИО5 и ФИО6 на совершение действий по приватизации квартиры, и данная доверенность удостоверена нотариусом ФИО2 за реестровым № на бланке №.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла. При этом, 28 октября 2020 года Жилищный комитет Правительства Санкт-Петербурга и ФИО4 в лице представителя ФИО5, действующей на основании указанной выше доверенности, заключили договор передачи указанной квартиры в собственность граждан на основании Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации". 19 ноября 2020 года было зарегистрировано право собственности ФИО4 на данную квартиру, а 18 декабря 2020 года между ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи указанной квартиры. Указанный договор удостоверен нотариусом ФИО1 18 декабря 2020 года. 21 декабря 2020 года за истцом ФИО3 был зарегистрирован переход права собственности на эту квартиру.
Согласно сведениям медицинской карты стационарного больного СПб ГБУЗ "Городская Мариинская больница" с 21 апреля 2020 года ФИО4 находилась на стационарном лечении в СПб ГБУЗ Городская больница N 28 "Максимилиановская" на отделении паллиативной медицинской помощи, 11 июня 2020 года в связи с положительным результатам на COVID-19 она экстренно госпитализирована в СПб ГБУЗ "Городская Мариинская больница" в состоянии средней тяжести, на отделение доставлена на каталке, в медицинской карте сделаны записи о сестринском наблюдении пациента с пролежнями, начиная с 11 июня 2020 года. Бригада скорой помощи вызвана СПБ ГБУЗ Городская больница N 28 "Максимилиановская" для транспортировки ФИО4 в 10 ч. 49 мин., доставлена в СПБ ГБУЗ "Городская Мариинская больница" в 12 ч. 20 мин. ФИО4 физически не имела возможности находиться в нотариальной конторе для оформления доверенности.
Договор от 18 декабря 2020 года между истцом и ФИО4 со стороны продавца был заключен лицом, выдавшим себя за ФИО4, а не по доверенности, при этом ФИО4 за несколько месяцев до заключения данного договора скончалась.
В обоснование размера причиненных ему убытков истец представил расписку о передаче от покупателя ФИО3 продавцу ФИО4 денежных средств в размер 5 600 000 руб. 18.12.2020 года.
В связи с возражениями ответчика нотариуса ФИО1 и нотариуса ФИО2 относительно даты подписания указанной расписки определением суда назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт».
В соответствии с полученным судом заключением эксперта № от 03 сентября 2025 года, эксперт пришел к выводу, что время нанесения рукописного текста расписки ФИО4 в получении от ФИО3 денежной суммы в размере 5 600 000 рублей, датированной 18.12.2020 года, не соответствует указанной в документе дате, поскольку рукописный текст нанесен не ранее 2024 года. Характер вывода обусловлен состоянием штрихов, наличием признаков нарушения условий документного хранения спорного документа, а также отсутствием в распоряжении эксперта образцов сравнения: однотипных документов, выполненных в проверяемый период времени на однотипной бумаге однотипными материаласми. Экспертизой установлены слабовыраженные признаки нарушения условий документного хранения (так называемые признаки «искусственного старения») спорного документа (л.д.12-86 том 3).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Суд принимает в качестве допустимого и достоверного доказательства указанное заключение экспертов, поскольку отсутствуют основания не доверять данному заключению, полученному по результатам назначенной судом экспертизы, где суждения экспертов являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии требованиями законодательства. Выводы экспертов не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, что в совокупности с содержанием данного им заключения свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лиц, проводивших экспертизу, сомнений не вызывает, эксперты имеют специальное образование, большой опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность.
Каких-либо объективных и обоснованных доказательств, опровергающих правильность выводов, содержащихся в экспертном заключении не представлено, поэтому доводы о том, что судебная экспертиза проведена необъективно, с нарушением требований ФЗ от 31.05.2001 N 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», суд считает недоказанными, а само по себе несогласие с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте либо неясности и не является основанием для проведения дополнительной или повторной экспертизы в порядке статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра выводов заключения судебной экспертизы, назначенной по определению суда, только в целях проведения повторной экспертизы и получения нового заключения другого содержания. Иная точка зрения на то, какие должны быть выводы в заключении экспертизы, не может являться поводом для назначения повторной или дополнительной экспертизы и постановки под сомнение выводов экспертизы, назначенной по определению суда, в связи с чем, за основу при принятии решения суд считает необходимым принять заключение судебной экспертизы.
При таких обстоятельствах, суд полагает, что оснований сомневаться в выводах экспертного заключения не имеется, оно в полном объеме отвечает принципам относимости, допустимости и достоверности.
Следовательно, расписка о передаче денежных средств в размере 5 600 000 от истца лицу, которое выдавало себя за умершую ФИО4 18.12.2020 года, не может быть принята судом как доказательство таковой передачи, ввиду составления указанного документа не ранее 2024 года, в то время как иных доказательств истцом не представлено. Таким образом, наличие ущерба истцом не доказано.
14 августа 2019 года между САО «ВСК» и нотариусом ФИО2 был заключен договор страхования гражданской ответственности нотариуса №, по условиям которого страховщик обязуется за обусловленную договором оплату (страховую премию) при наступлении события (страхового случая) выплатить страховое возмещение в порядке и на условиях, определенных настоящим договором, в пределах установленной договором страховой суммы 5 000 000 руб.
Нотариальная палата Санкт-Петербурга также заключила с АО «АльфаСтрахование» договор страхования № своих членов, в том числе ФИО2 и ФИО1, лимит ответственности на одного нотариуса – 10 000 000 руб.
В соответствии с пунктом 2.1 договора объектом страхования по договору являются имущественные интересы страхователя (нотариуса) по обязательствам, возникающим вследствие причинения имущественного вреда гражданину, обратившемуся за совершением нотариального действия, и (или) иным третьим лицам при осуществлении страхователем нотариальной деятельности.
Пунктом 1.4 договора договор заключен в пользу лиц, которым может быть причинен имущественный вред (далее по тексту – выгодоприобретатели).
Выгодоприобретателями по договору, в том числе являются граждане, обратившиеся к страхователю за совершением нотариального действия.
В соответствии с пунктом 2.2 договора страховым случаем является установленный вступившим в законную силу решением суда или признанный страховщиком факт причинения имущественного вреда выгодоприобретателям действиями страхователя, ответственность которого застрахована в результате совершения нотариального действия, противоречащего законодательству Российской Федерации.
Нотариусом ФИО1 с СПАО «Ингосстрах» также заключен договор страхования ответственности нотариуса № от 21.09.2022 года, с периодом действия с 22.10.2022 по 21.10.2023 года, и ретроактивного периода, с лимитом ответственности в размере 10 000 000 руб.
Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).
В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
В силу пункта 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.
В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).
В соответствии со статьей 1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 года №4462-I (далее – Основы законодательства о нотариате) нотариат в Российской Федерации призван обеспечивать в соответствии с Конституцией Российской Федерации, конституциями (уставами) субъектов Российской Федерации, настоящими Основами защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц путем совершения нотариусами предусмотренных законодательными актами нотариальных действий от имени Российской Федерации.
В силу статьи 39 Основ законодательства о нотариате порядок совершения нотариальных действий нотариусами устанавливается Основами и другими законодательными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.
Основы законодательства о нотариате в главе IX, определяя процедуру совершения нотариального действия, устанавливает, что в случае обращения лица к нотариусу последний обязан либо совершить нотариальное действие, либо отложить его в соответствии со статьей 41 Основ законодательства о нотариате или отказать в его совершении согласно статье 48 Основ законодательства о нотариате.
Статьей 48 Основ законодательства о нотариате установлено, что нотариус отказывает в совершении нотариального действия, если совершение такого действия противоречит закону; действие подлежит совершению другим нотариусом; с просьбой о совершении нотариального действия обратился недееспособный гражданин либо представитель, не имеющий необходимых полномочий; сделка, совершаемая от имени юридического лица, противоречит целям, указанным в его уставе или положении; сделка не соответствует требованиям закона; документы, представленные для совершения нотариального действия, не соответствуют требованиям законодательства; факты, изложенные в документах, представленных для совершения нотариального действия, не подтверждены в установленном законодательством Российской Федерации порядке при условии, что подтверждение требуется в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Согласно положениям статьи 17 Основ законодательства о нотариате, в редакции, действовавшей на момент удостоверения доверенности, нотариус, занимающийся частной практикой, несет полную имущественную ответственность за вред, причиненный по его вине имуществу гражданина или юридического лица в результате совершения нотариального действия с нарушением закона, если иное не установлено данной статьей (часть первая).
Нотариус, занимающийся частной практикой, несет полную имущественную ответственность за реальный ущерб, причиненный неправомерным отказом в совершении нотариального действия, а также разглашением сведений о совершенных нотариальных действиях (часть вторая).
Вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица в случаях, указанных в частях первой и второй данной статьи, возмещается за счет страхового возмещения по договору страхования гражданской ответственности нотариуса, или в случае недостаточности этого страхового возмещения - за счет страхового возмещения по договору коллективного страхования гражданской ответственности нотариуса, заключенному нотариальной палатой, или в случае недостаточности последнего страхового возмещения - за счет личного имущества нотариуса, или в случае недостаточности его имущества - за счет средств компенсационного фонда Федеральной нотариальной палаты (часть третья).
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за III квартал 2011 года, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 7 декабря 2011 года, применительно к банкротству кредитной организации, в которой был открыт депозитный счет нотариуса, разъяснено, что поведение нотариуса можно считать противоправным, если он при совершении нотариальных действий нарушил правовые нормы, устанавливающие порядок осуществления нотариальных действий, в результате чего произошло нарушение субъективного права.
Статья 42 Основ законодательства о нотариате обязывает нотариуса при совершении нотариального действия устанавливать личность обратившихся за совершением нотариального действия гражданина, его представителя или представителя юридического лица (часть первая).
Установление личности гражданина, его представителя или представителя юридического лица, обратившихся за совершением нотариального действия, должно производиться на основании паспорта или других документов, исключающих любые сомнения относительно личности указанных гражданина, его представителя или представителя юридического лица, за исключением случая, предусмотренного частью седьмой данной статьи (часть вторая).
При установлении личности гражданина, его представителя или представителя юридического лица, обратившихся за совершением нотариального действия, нотариус использует соответствующие государственные информационные ресурсы, доступ к которым предоставляет федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции, функции по контролю, надзору и оказанию государственных услуг в сфере миграции, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (часть третья).
Для установления личности гражданина, его представителя или представителя юридического лица, обратившихся за совершением нотариального действия, нотариус также использует специальные технические и программно-технические средства, позволяющие удостовериться в подлинности представленных гражданином документов, при их наличии в его распоряжении. Требования к таким специальным техническим и программно-техническим средствам утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, функции по контролю, надзору и оказанию государственных услуг в сфере миграции (часть четвертая).
При совершении нотариального действия нотариус вправе использовать средства видеофиксации в порядке, установленном Федеральной нотариальной палатой. Материалы видеофиксации подлежат обязательному хранению в порядке, установленном Федеральной нотариальной палатой (часть пятая).
При возникновении у нотариуса сомнений в подлинности документов, удостоверяющих личность гражданина, его представителя или представителя юридического лица, обратившихся за совершением нотариального действия, федеральные органы государственной власти, выдающие такие документы, обязаны представить по запросу нотариуса информацию об их действительности в течение десяти рабочих дней со дня получения запроса. Порядок направления и форма запроса определяются федеральным органом юстиции совместно с Федеральной нотариальной палатой (часть шестая).
Из приведенных выше положений закона следует, что на нотариуса при совершении нотариальных действий возлагается обязанность удостоверить личность гражданина, обратившегося за совершением нотариального действия и подлинность предъявленного им документа, удостоверяющего его личность.
Возлагая на нотариуса такую обязанность, закон не предусматривает исчерпывающим образом методы и способы удостоверения личности и проверки подлинности документов, а также перечень применяемых при этом технических средств, оставляя вопрос о полноте и достаточности такой проверки на усмотрение самого нотариуса, который несет профессиональный риск как ненадлежащего совершения нотариальных действий, так и необоснованного отказа в их совершении.
При этом обязанность доказать надлежащее исполнение своих обязанностей возлагается на нотариуса.
Данные выводы суда соответствуют сложившейся судебной практике, в частности, определениям Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 23.05.2022 по делу №88-7274/2022, от 22.04.2024 №88-8883/2024, от 30.08.2023 №88-15717/2023.
Судами в ходе рассмотрения дела 2-308/2022 установлено, что ФИО4 не могла находится в нотариальной конторе нотариуса ФИО2 во время и день удостоверения доверенности, поскольку в этот же самое время она находилась на стационарном лечении в больнице, и не могла находится в нотариальной конторе нотариуса ФИО1, поскольку скончалась за несколько месяцев до этой даты.
Истец в обоснование своих требований указывает, что нотариусы при совершении вышеуказанных нотариальных действий в нарушение положений статьи 42 Основ законодательства о нотариате не предприняли достаточных действий для установления личности обратившегося к ним лица, которое не являлось ФИО4.
Между тем, из материалов дела следует, что нотариусу ФИО2 при обращении к нему лица, представившегося ФИО4, был представлен паспорт гражданина Российской Федерации, содержащий указанные личные данные. Действительность паспорта была проверена с помощью программы АРМ «Экспресс», позволяющей направлять запрос в ГУ МВД. Указанный паспорт являлся действительным, отвечал необходимым требованиям о целостности, отсутствии подчисток и исправлений. Лицо, обратившееся к нотариусу, согласно его заявлению, имело сходство с фотографией в паспорте ФИО4.
Нотариусом ФИО1 при удостоверении договора купли-продажи квартиры запрошены сведения из реестра банкротства, данные Росфинмониторинга, проверена с помощью технических средств действительность паспортов обеих сторон по сделке, проведена беседа со сторонами с целью в том числе установления их личности и дееспособности, а также разъяснения им прав и обязанностей.
Согласно представленным в материалы дела данным запись акта о смерти ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ № внесена только ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из ответа на запрос, паспорт ФИО4, серии и номера №, выданный ДД.ММ.ГГГГ, и предъявленный ответчикам-нотариусам при совершении нотариальных действий, признан недействительным в связи со смертью владельца, но сведения об этом внесены в базу МВД РФ только 06.05.2021 года, то есть значительно позже совершения нотариальных действий.
Оценив в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации собранные по делу доказательства, суд не находит в действиях нотариусов ФИО2 и ФИО1, при удостоверении ими доверенности и договора купли-продажи от имени ФИО4 нарушений требований Основ законодательства о нотариате, поскольку ими совершены должные и исчерпывающие, как правовые, так и технические действия по проверке подлинности представленных документов и установлению личности явившихся для совершения нотариальных действий лиц.
Также суд приходит к выводу, что истцом не доказан факт причинения ему убытков в заявленном им размере, поскольку представленная им расписка не соответствует требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств, не доказана и причинно-следственная связь между действиями нотариусов, как удостоверившего доверенность на приватизацию квартиры, так и удостоверившего договор купли-продажи с заявленным ущербом.
Нотариусами соблюдены положения Основ законодательства о нотариате, при той степени заботливости и осмотрительности, каковая требуется при исполнении возложенных законом полномочий. Обстоятельств, препятствующих к совершению нотариальных действий, не имелось. Судом также учитывается, что истцом не представлено доказательств обращения в правоохранительные органы с целью привлечения к ответственности непосредственно того лица, которое, используя паспорт ФИО4, обращалось за совершением нотариальных действий, и у кого он приобретал спорный объект недвижимого имущества.
Суд приходит к выводу о том, что, доказательств наличия совокупности обстоятельств, необходимых для возмещения убытков, включая противоправности действий нотариуса, причинения истцу ущерба именно в результате указанных истцом действий, причинно-следственной связи между действиями нотариуса и наступившими последствиями, материалы дела не содержат, так же, как и доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и понесенными истцом расходами.
Для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности необходимо наличие состава гражданско-правового нарушения, обязательными элементами которого являются вина, противоправное деяние, вред и причинно-следственная связь между деянием субъекта и причиненным потерпевшему вредом при этом, что совокупность представленных истцом доказательств не позволяет установить наличие всех элементов состава гражданско-правового нарушения, необходимых и достаточных для привлечения стороны ответчика к ответственности в виде возмещения убытков.
Суд также полагает, что отсутствуют основания для возложения на ответчиков солидарной ответственности, вопреки требованиям истца.
Пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.
Однако, обстоятельства не предусматривают возникновения солидарного обязательства двух ответчиков, каждый из которых самостоятельно и независимо один от другого совершил нотариальное действие.
Доводы представителя АО «АльфаСтрахование» о том, что исковые требования не поджат удовлетворению до того, как не будет установлена вина нотариуса (решением суда, приговором и т.д.) суд находит несостоятельными в силу следующего.
Необходимость предварительного установления такого факта в отдельном производстве в какой-либо иной судебной процедуре законом для разрешения судебного спора не предусмотрена и из условий договора не вытекает.
Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда.
Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с пунктами 1 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей", далее - Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей", абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Из системного толкования названных норм следует, что сам факт нарушения нематериального блага не может являться единственным основанием для компенсации морального вреда, причиненного нарушением этого блага, поскольку статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации требует, чтобы лицо, право которого нарушено и на благо, которого осуществлено посягательство в действительности понесло моральные (нравственные, физические) страдания от такого нарушения.
В рамках предмета доказывания по делам о компенсации морального вреда подлежат установлению следующие юридические факты:
1) имели ли место действия (бездействие) ответчика, причинившие истцу нравственные или физические страдания, в чем они выражались и когда были совершены;
2) какие личные неимущественные права истца нарушены этими действиями (бездействием) и на какие нематериальные блага они посягают;
3) в чем выразились нравственные или физические страдания истца;
4) причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и нравственными или физическими страданиями истца;
5) степень вины причинителя вреда (в том случае, если она должна учитываться).
6) размер компенсации.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Согласно пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
По смыслу приведенных правовых норм, по общему правилу обязательными условиями наступления ответственности за причинение вреда (как материального, так и морального вреда) являются противоправность поведения причинителя вреда, вина и причинно-следственная связь между названными действиями и причиненным вредом, что не нашло подтверждения.
Истцом не представлено доказательств наличия нравственных, физических страданий, а также причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими моральными страданиями.
При указанных обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения требований в части взыскания компенсации морального вреда
На основании изложенного, руководствуясь статьей 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,
решил:
ФИО3 в удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Куйбышевский районный суд города Санкт-Петербурга.
Судья
Решение в окончательной форме принято 01 ноября 2025 года