Решение по делу № 2-3139/2023 от 02.06.2025 - о взыскании денежных средств по договору займа, по встречному исковому заявлению <ФИО> к <ФИО> о признании договора займа недействительным.

КОПИЯ

Дело№ 2-9/2025 (№2-35/2024, 2-3139/2023)

УИД 26RS0002-01-2023-003146-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 мая 2025 года г. Ставрополь

Октябрьский районный суд г. Ставрополя Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Шелудченко Т.А., при секретаре судебного заседания Туко А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании денежных средств по договору займа, по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО4 о признании договора займа недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в Ленинский районный суд города Ставрополя Ставропольского края с исковым заявлением к нотариусу нотариальной палаты Ставропольского края ФИО5 о взыскании долга по договору займа.

В обоснование исковых требований указано, что 16.05.2019 между ФИО4 и ФИО7 был заключен договор займа денежных средств сроком до 16.05.2020. в тот же день истцом были переданы ФИО7 денежные средства в размере 1 000 000 рублей. Истцу стало известно, что ФИО7 умерла 28.04.2020 (номер наследственного дела № открыто нотариусом ФИО5).

Ссылаясь на положения ст.ст. 1112, 1175 ГК РФ, разъяснения данные в п. 14, п. 60 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании», положения ст. ст. 88, 94, 98 ГПК РФ, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу: сумму основного долга по договору займа денежных средств от 16.05.2019 в размере 1 000 000 рублей; проценты за пользование займом в размере 300 000 рублей; государственную пошлину в размере 14 700 рублей. (т.1 л.д. 4-5).

Определением Ленинского районного суда города Ставрополя от 01.06.2023, произведена замена ответчика по настоящему делу на ФИО8 и ФИО2, дело направлено для рассмотрения по подсудности в Октябрьский районный суд города Ставрополя (т.1 л.д. 57-58) и принято к производству суда 11.07.2023.

ФИО2 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО4 в котором указал, что в подтверждение факта передачи денежных средств истец предоставил суду копию расписки от 16.05.2019, из которой следует, что ФИО7 приняла от ФИО4 денежные средства в размере 1 000 000 рублей как следует из заключения эксперта №3152/3-2 при написании расписки выявлены нарушения координации движений, отдельные элементы замедленных движений. Эти признаки могут свидетельствовать о наличии у ФИО7 заболеваний, препятствующих ей понимать значение своих действий или руководить ими.

Ссылаясь на положения ст. 177 ГК РФ, полагает, что совершенная сделка является недействительной и просит суд признать недействительным договор займа денежных средств от 16.05.2019, заключенный между ФИО7 и ФИО4 (т.1 л.д. 226-227).

В ходе рассмотрения дела Октябрьским районным судом города Ставрополя установлено, что ответчик ФИО8 умер 25.11.2021, наследником умершего является супруга ФИО3

Определением суда от 08.11.2023, занесенным в протокол судебного заседания к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3 (т.1 л.д. 194).

В соответствии со ст. 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

Процессуальное правопреемство, то есть замена одной из сторон процесса другим лицом, правопреемником, происходит в тех случаях, когда права и обязанности одного из субъектов спорного материального правоотношения переходят к другому лицу, которое не принимало участия в данном процессе.

Определением суда от 26.04.2024 произведена замена истца по первоначальному иску и ответчика по встречному исковому заявлению ФИО4 на правопреемника – ФИО1.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 20.05.2024 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО9

Истец ФИО1, извещенная надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в суд не явилась.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2, извещенный надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в суд не явился. В письменных возражениях просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО4, полагая их необоснованными. Указывает, что текст договора займа напечатан на трех страницах. Существенные условия договора займа (сумма и срок возврата) содержатся на первой странице договора. Вместе с тем, подпись ФИО7 проставлена только на последней, третьей странице договора. Договор прошит степлером и скреплен бумажным скотчем, однако на бумажном скотче проставлена подпись истца ФИО4 и отсутствует подпись ФИО7, также отсутствуют подписи ФИО7 на страницах 1 и 2 договора займа, где содержатся условия договора.

Поскольку подпись ФИО7 на странице, содержащей существенные условия договора займа отсутствует, ответчик полагает, что истец не доказал факт согласования существенных условий договора, а, следовательно, факт заключения договора займа денежных средств от 16.05.2019 между ним и ФИО7

Кроме того, полагает, что подпись ФИО7 в расписке от 16.05.2019 выполнена не ФИО7, а иным лицом (л.д. 98-99).

Представитель истца (по первоначальном иску) и ответчик по встречному иску ФИО4, в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить исковые требования, в удовлетворении встречных исковых требований, отказать.

Представитель ответчика (по первоначальному иску) ФИО2 – адвокат Фомина Е.В., ответчик (по первоначальному иску) ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, настаивали на удовлетворении встречных исковых требований.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, с учётом мнения лиц, участвующих в деле, суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в рассмотрении дела, исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьями 420 и 421 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей, а граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащихся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В части 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно части 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

На основании части 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (часть 2 статья 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из вышеприведенных норм права в их взаимосвязи следует, что расписка рассматривается как документ, удостоверяющий передачу заемщику заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей, при этом текст расписки должен быть составлен таким образом, чтобы не возникло сомнений не только по поводу самого факта заключения договора займа, но и по существенным условиям этого договора.

В части 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

Из материалов дела следует, что 16.05.2019 между ФИО4 и ФИО7, был заключен договор займа денежных средств сроком до 16.05.2020 (т.1 л.д.106-107). На основании заключенного договора, ФИО7 переданы денежные средства в размере 1 000 000 рублей, что подтверждается распиской (т.1 л.д.108).

28.04.2020 ФИО7 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти сер. № № (т.1 л.д.20).

Задолженность по договору займа к моменту смерти ФИО7 не была возвращена.

В силу п. 1 ст. 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Пунктом 1 ст. 1110 ГК РФ установлено, что при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 1175 ГК РФ, наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Как разъяснено в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст. 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (п. 1 ст. 1175 ГК РФ).

При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (п. 1 ст. 416 ГК РФ).

В соответствии с п. 58 Постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (ст. 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

Таким образом, поскольку обязательство заемщика, возникающее из договора займа, носит имущественный характер, не обусловлено личностью заемщика и не требует его личного участия, поэтому такое обязательство смертью должника не прекращается.

Соответственно, задолженность по договору займа (расписке) от 16.05.2019 является долговым обязательством наследодателя ФИО7 по которому в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества отвечают его наследники.

В соответствии с положениями ст. 1111 ГК РФ, наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

По правилам п. 1 ст. 1141 ГК РФ, наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. ст. 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1142 ГК РФ, наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Принятие наследства применительно к положениям ст. ст. 1152, 1153 ГК РФ осуществляется посредством совершения конкретных действий, в частности, подачей заявления о принятии наследства, вступлением во владение или в управление наследственным имуществом, принятием мер по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц, произведением за свой счет расходов на содержание наследственного имущества, оплатой за свой счет долгов наследодателя или получением от третьих лиц, причитавшихся наследодателю денежных средств.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 60, 61 Постановления от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (ст. 323 ГК РФ) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (п. 1 ст. 416 ГК РФ). Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Пунктом 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Как следует из копии наследственного дела №, наследниками ФИО7 являются: сын ФИО8 (наследник по закону) и ФИО2 (наследник по завещанию).

Согласно свидетельству о праве на наследство по завещанию, наследство ФИО2 состоит из земельного участка по <адрес> края и нежилого здания – летней кухни, расположенного на указанном земельном участке.

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону, наследственное имущество ФИО8 состоит из денежных вкладов, хранящихся в ПАО «Сбербанк России», «Газпромбанке».

В ходе рассмотрения дела Октябрьским районным судом города Ставрополя установлено, что ответчик ФИО8 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти сер.№ №, выданным ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из копии наследственного дела №, наследником умершего ФИО8 является супруга - ФИО10 и сын ФИО9.

Согласно заявления ФИО9, он отказался от причитающегося ему наследственного имущества в пользу своей матери – ФИО10

Наследственное имущество после смерти ФИО8 состоит из автомобиля № года выпуска, (VIN) №, а также денежные вклады, хранящиеся на банковских счетах в ПАО «Сбербанк», «АО «Газпромбанк».

В ходе рассмотрения дела, ответчик (истец по встречному иску) ФИО2, пояснил, что подпись заемщика ФИО7 проставлена в договоре займа денежных средств от 16.05.2019 только на последней странице, договор прошит степлером и скреплен бумажным скотчем, однако на бумажном скотче проставлена подпись истца ФИО4 и отсутствует подпись ФИО7 Также отсутствуют подписи ФИО7 на страницах 1, 2 договора займа, где содержатся условия договора.

Таким образом, поскольку подпись ФИО7 на странице, содержащей существенные условия договора займа отсутствует, полагает, что истец не доказал факт согласования существенных условий договора, а, следовательно, факт заключения Договора займа денежных средств от 16.05.2019 между им и ФИО7

Также, у ответчика вызывает сомнение представленная суду расписка от 16.05.2019, из которой следует, что ФИО7 приняла от ФИО4 денежные средства в размере 1 000 000 рублей. Пояснил, что ФИО7 никогда не нуждалась в деньгах, не выражала намерений о приобретении чего-либо, либо об улучшении своих жилищных условий. Считает, что они выполнены не ФИО7, а иным лицом с подражанием почерку ФИО7

В ходе рассмотрения дела по ходатайству стороны ответчика (истца по встречному иску) ФИО2, судом назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ Северо-Кавказский РЦСЭ Минюста России.

Согласно заключению эксперта № 3152/3-2 от 11.10.2023, подготовленному экспертами ФБУ Северо-Кавказский РЦСЭ Минюста России, рукописная запись «ФИО7» и подпись от имени ФИО7 в строке: «Все вышеперечисленное получил в полном объеме, претензий не имею:» в расписке о передаче ФИО4 ФИО7 денежных средств в размере 1 000 000 (один миллион) рублей по Договору займа денежных средств от 16.05.2019 от 16 мая 2019 года (т.1 л.д.108) выполнены - самой ФИО7.

Во встречном исковом заявлении ФИО2 указывает на признаки, которые могут свидетельствовать о наличии у ФИО7 заболеваний, препятствующих ей понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, спорный договор займа денежных средств от 16.05.2019 является недействительным.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №2 показала, что знала ФИО7 около 40 лет. В 2019 году она также общалась с ФИО7 они виделись в неделю 2-3 раза, дружили и приезжали друг к другу в гости. ФИО7 никогда не нуждалась в деньгах, она сама всем занимала деньги. ФИО7 не говорила ей о том, что заключила договор займа. ФИО7 было 80 лет, бывало, что она что-то забывала. ФИО7 писала и читала в очках, по улице передвигалась без очков. Проживала по <адрес>, на втором этаже. Ей известно, что ФИО7 квартиру, в которой проживала, оформила на внука, с которым у них были хорошие отношения. Конфликтов с невесткой ФИО3 у них не было. Если ФИО7 и расписывалась, она писала все сама от руки, она была грамотная и всю жизнь проработала в отделе кадров. У Раисы Ивановны был хороший подчерк, даже когда ФИО7 давала ей денежные средства в долг, она диктовала текст расписки, у нее была долговая книга, в которую она записывала, кому и сколько давала в долг.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №3 пояснила, что является супругой ФИО2 и знакома с ФИО7 была с того момента, когда вышла замуж в 90-х годах. И из-за работы раза 3 в месяц у неё оставалась ночевать, поскольку задерживалась, а ехать домой было далеко. ФИО7 не говорила о наличии проблем с деньгами, наоборот пыталась помочь их семье. У ФИО7 имелись свободные денежные средства, она неоднократно продавала недвижимость, приумножая свои денежные средства. Когда она продала дом, она купила квартиру и оставшиеся денежные средства положила на свой счет. О том, что ФИО7 заключила договор займа, последняя ей не говорила. За месяц до заключения договора займа они собирались с родственниками дома у свидетеля, где ФИО7 предлагала занять им деньг на ремонт крыши. Не было никаких намеков, что она нуждается в денежных средствах, Раиса Ивановна всегда все рассказывала. Иногда ФИО7 забывала о том, что рассказывала и снова повторяла, и говорила, что не говорила этого. Ей делали операцию по катаракте, раньше Раиса Ивановна, что-то шила, последние годы она перестала. После смерти Раисы Ивановны ее квартира досталась внуку, она говорила, что квартира достанется внуку по договору купли-продажи. Другого жилья в собственности ФИО7 не имела. Свидетель также, пояснила, что в 2019 году ФИО7 говорила ей о том, что делала КТ головного мозга и у неё пошли метастазы. В событиях ориентировалась адекватно. ФИО7 дома ходила в очках, на улице – без очков.

В судебном заседании истец по первоначальному иску ФИО4 пояснил, что ФИО7 при их встрече была бодра, уверена, улыбалась не смотря на то, что она поясняла, что у нее проблемы с мамой внука, они сказали ей выплатить долю квартиры и тогда ей разрешат жить в квартире. Она пригласила его к себе домой, после разговора завернула в газету бутылку водки и поблагодарила. У нее была грамотная и связная речь. Выглядела она опрятно, в квартире было чисто и аккуратно.

В судебном заседании ответчик по первоначальному иску и истец по встречному ФИО2 пояснил суду, что ФИО7 было 80 лет, были головные боли, она ему не говорила об этом, но жаловалась его жене. У ФИО7 было плохое зрение, одним глазом вообще не видела. По улице передвигалась без очков, но они всегда у неё были с собой, читала и писала в очках. У неё были проблемы со здоровьем, у неё стоял катетер и после операции по удалению опухоли, врачи сказали, что ей осталось 8-10 лет. Она всю свою жизнь работала и что-то делала, приезжала в огороде помочь убираться. В том числе и в 2019 году. Передвигалась она самостоятельно. Всегда была опрятно одета, была очень аккуратная. В 2019 году она начала забывать, что делает, что рассказывает, постоянно рассказывала одно и то же.

Ответчик по первоначальному иску ФИО3 пояснила, что ФИО7 выглядела хорошо, на здоровье она жаловалась, на кровь из носа, головные боли, читать и шить, она не могла, ничего не видела. Конфликтов у ее с ФИО7 не было, квартиру ФИО7 отдала внуку после операции по онкологии, квартира Раисы Ивановны до сих пор стоит пустая, сын проживает с ней. ФИО7 принимала обезболивающие препараты, живот очищала, также лекарства по её заболеванию, анальгин. Иногда ФИО7 заговорилась. Она не замечала того, чтобы поведение ФИО7 не соответствовало обстановке, она вела себя адекватно.

В связи с тем, что разрешение исковых требований требует специальных познаний в области психиатрии, которыми суд не обладает, определением Октябрьского районного суда г.Ставрополя от 18.01.2024, по ходатайству ответчиков по первоначальному иску ФИО2, ФИО3 и представителя ФИО2 – Фоминой Е.В. по делу назначена комплексная посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница №1».

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленному экспертами ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница №1», на момент заключения договора займа от 16.05.2019 ФИО7 страдала психическим расстройством в форме органического расстройства личности в связи со смешанными заболеваниями (сосудистого, атрофического генеза) (F07). На это указывают данные анамнеза и медицинской документации о том, что она длительное время страдала сосудистыми заболеваниями с преимущественным поражением сосудов головного мозга и сердца (гипертоническая болезнь, кардиосклероз атеросклеротический, ИБС, дисциркуляторная энцефалопатия, признаки умеренных атрофических изменений ткани мозга в лобных и теменных долях), сопровождающиеся церебрастенической симптоматикой, когнитивными нарушениями, что служило поводом доя обращения за медицинской помощью к терапевту, кардиологу, неврологу.

Однако выявить степень выраженности вышеуказанного расстройства экспертам не представилось возможным из-за разночтения в медицинской документации: в 2018 и 2019 г.г. ей неврологом и терапевтом выставляется диагноз выраженных когнитивных нарушений (без описания жалоб), при дальнейших осмотрах невролога в 2019 г. до марта 2020 г. выставляется диагноз: «ДЭП 2 ст». При ДЭП 2-й степени выраженных когнитивных расстройств не наблюдается. Чтобы ответить на экспертные вопросы, необходимо экспертам предоставить дополнительную информацию.

В ходе рассмотрения дела с целью выяснения вопроса о состоянии ФИО7 в период, максимально приближенный к юридически значимой дате (16.05.2019), были допрошены в качестве свидетелей третье лицо ФИО6, а также соседка ФИО7 – ФИО14

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО9 пояснил, что ФИО7 приходилась ему родной бабушкой, между ними были хорошие отношения, она была доброй и любила его. Ему не было известно о заключенном ФИО7 договоре займа в мае 2019 года. В тот период времени выглядела она опрятно как пожилой человек, у нее имелись заболевания, следила за собой, ходила в чистой одежде, в квартире было в целом чисто. Случалось, что ФИО7 забывала, что-то что уже рассказывала и начинала рассказывать снова, бывало, что она могла поговорить с кем-нибудь по телефону и снова собиралась звонить. Серьезных конфликтов между ним, его родителями и бабушкой не возникало, иногда Раиса Ивановна была недовольна, тем, что что-то не так сделали. Он не чинил препятствий для проживания ФИО7 в квартире. ФИО7 часто жаловалась на головные боли, у нее случались кровотечения из носа, ходила не ровно. На момент смерти ФИО7 он проживал с родителями и сейчас проживает там же. Бабушка крупных сумм ему не дарила, на праздники дарила 5 000 рублей, первые два года обучения оплачивала, обучение начал в 2017 году, стоимость обучения была 30 000 рублей, в 2018 году – 35000 рублей.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 пояснила, что являлась соседкой ФИО7 по лестничной клетке, они познакомились, когда ФИО7 купила квартиру в доме, где уже проживала свидетель. Общались они по-соседски, когда свидетель работала, ФИО7 по доверенности получала за нее пенсию. Охарактеризовала ФИО7 как гостеприимную. Она являлась пожилым человеком, часто были головные боли, кровь из носа. По состоянию на май 2019 года охарактеризовать ФИО7 не может, поскольку не помнит по датам, но в целом, были ситуации, когда она несколько раз рассказывала про одно и тоже, «ее шатало, пока чай нальет, все разольет». ФИО7 была всегда аккуратно одета. ФИО14 не известно о конфликтах межу ФИО7 и ее родственниками. ФИО7 следила за собой, выла аккуратной. Периодически ФИО7 посещали родственники и внук, на сколько часто пояснить не может. ФИО7 говорила, что ей повезло с невесткой, любила внука, жили дружно. Она не жаловалась никогда на проблемы с деньгами.

После истребования дополнительных доказательств по данному делу, определением Октябрьского районного суда г.Ставрополя от 20.05.2024 назначена дополнительная посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. ФИО11» (г.Москва) от 31.01.2025 №34/з, комиссия пришла к заключению, что у ФИО7 имело место, в том числе в юридически значимый период составления и подписания договора займа денежных средств ДД.ММ.ГГГГ неуточненное психическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями (по МКБ-10: F 06.998). Об этом свидетельствуют объективные сведения из представленной медицинской документации о перенесенной травме головы, об имевшейся у нее сосудистой патологии (гипертоническая болезнь, хроническая ишемия головного мозга, атеросклероз), подтвержденной результатами компьютерной томографии (наличие соответствующих морфологических изменений головного мозга), с присоединением дисциркуляторной энцефалопатии, на фоне которых сформировались характерная церебрастеническая симптоматика (головная боль, шум в ушах, слабость), неврологические нарушения, некоторое снижение когнитивных функций (памяти), эмоциональная лабильность. На фоне выявленного онкологического заболевания у ФИО7 отмечалось нарастание неврологических нарушений, общей астенизации.

Однако в связи с недостаточностью объективных сведений в медицинской документации, отражающих психическое состояние ФИО7, в юридически значимый период, противоречивостью описания степени выраженности психических нарушений, в том числе когнитивных функций в разные периоды жизни и в ближайший к юридически значимому, а также неоднозначностью показаний со стороны истца, ответчиков и других свидетелей, дифференцировано оценить характер и степень выраженности имевшихся у нее психических расстройств и ответить на вопрос о способности ФИО7 по своему психическому состоянию понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления и подписания договора займа денежных средств 16.05.2019, не представляется возможным.

В представленных материалах не содержится достаточной и объективизированной информации, которая позволила бы описать структуру личности ФИО7, выявить наличие таких особенностей как повышенная внушаемость, подчиняемость и возможные изменения функционирования психической деятельности, включая и волевую регуляцию, меру сохранности волевых ресурсов личности, ее способность свободно выражать свою волю, руководить своими действиями, осознавать смысл, оценивать содержание и юридические последствия оформляемого документа.

Суд принимает в качестве допустимых и достоверных доказательств указанные заключения экспертов, поскольку отсутствуют основания не доверять данным заключениям, полученным по результатам назначенных судом экспертиз, где суждения экспертов являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии требованиями законодательства. Выводы экспертов не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что в совокупности с содержанием данных ими заключений свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лиц, проводивших экспертизы, сомнений не вызывает, эксперты имеют специальное образование, достаточный опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность.

Каких-либо объективных и обоснованных доказательств, опровергающих правильность выводов, содержащихся в экспертном заключении, стороной ответчиков не представлено.

Таким образом, при рассмотрении дела с достоверностью установлено, что расписка от 16.05.2019 о получении денежных средств от ФИО4 подписана ФИО7

В то же время, при проведении двух судебных посмертных психолого-психиатрических экспертиз, однозначных выводов о способности (неспособности) ФИО7 по своему психическому состоянию понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления и подписания договора займа денежных средств 16.05.2019, экспертами не представлено.

28.04.2020 ФИО7 умерла, задолженность по договору займа к моменту смерти ФИО7 не была возвращена.

Согласно п. 1 ст. 1175 ГК РФ, наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно представленному отчету № от 15.05.2025, подготовленному ООО «Северо-Кавказский Регион-Оценка», стоимость наследственного имущества, перешедшего к ФИО2 - земельного участка, и нежилого здания-летней кухни, расположенных по адресу: <адрес>, на дату открытия наследства составляет 916000 рублей.

Для расчета стоимости наследственного имущества, перешедшего к ФИО3, суд учитывает имущество, которое перешло к её умершему супругу (сыну заёмщика – ФИО7) – ФИО8.

Как следует из наследственного дела №, на дату смерти, остаток средств на банковских счетах умершей ФИО7 в ПАО «Сбербанк» составляет 1 828,38 рублей, в «Газпромбанке» - 436 188,33 рублей, в ПАО «Почта Банк» 23,04 рублей. Следовательно, стоимость наследственного имущества, перешедшего к ФИО8, а после его смерти к его супруге – ФИО3 составляет 438039,75 рублей.

Таким образом общая стоимость наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО7 составляет 1354039,75 рублей.

Указанная сумма задолженности превышает стоимость наследственного имущества согласно, материалам наследственного дела к имуществу ФИО7 (1300000 рублей).

Разрешая заявленные исковые требования, суд, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, на основании фактических обстоятельств дела, достоверно установив факт наличия задолженности наследодателя ФИО7 по договору займа от 16.05.2019, а также факт принятия ответчиками наследства после смерти ФИО7 на сумму, превышающую сумму займа, с учетом процентов (1300000 рублей); учитывая, что доказательств иного размера задолженности ФИО7 перед истцом, кроме тех, которые представлены истцом, в материалах дела не имеется, суд приходит к выводу, что в силу ст. 1175 ГК РФ на наследников умершего должника ФИО7 - ФИО2 и ФИО3 должна быть возложена солидарная обязанность в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества отвечать по долгам наследодателя.

Рассматривая встречное исковое заявление о признании договора займа денежных средств недействительным ввиду наличия у ФИО7 заболеваний, препятствующих ей понимать значение своих действий или руководить ими, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 171 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Согласно части 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу абз. 1 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно представленной расписке, ФИО4 передал ФИО7 денежные средства в сумме 1000000 рублей.

Таким образом, содержание расписки свидетельствует о том, что между сторонами достигнуто соглашение об обязанности ответчика возвратить истцу денежную сумму, указанную в расписке, и отношения сторон квалифицируются как заемные. Форма договора соответствует п. 2 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации. Текст расписки позволяет идентифицировать и заемщика, и заимодавца.

На основании п. 2 ст. 408 ГК РФ нахождение долгового документа у кредитора свидетельствует о неисполнении должником обязательств.

Подлинность указанной расписки, а также принадлежность подписи в ней ФИО7 было подтверждено в ходе рассмотрения дела допустимыми доказательствами.

При этом, в ходе судебного разбирательства, стороной ответчиков ФИО2 и ФИО3, каких-либо допустимых доказательств незаключенности договора займа от 16.05.2019 не представлено.

Доказательств наличия фактов обмана, давления, насилия, угрозы в отношении ответчика со стороны заимодавца ФИО4 судом не установлено, а ответчиками и их представителем в материалы дела не представлено.

Надлежащих доказательств того, что в момент совершения сделки по заключению договора займа, 19.05.2019 ФИО7 страдала заболеваниями, препятствующими ей в момент подписания договора займа, понимать значение своих действий или руководить ими, в материалы дела не представлено.

Таким образом, фактические обстоятельства заключения и исполнения договора займа, их содержание свидетельствуют о волеизъявлении сторон на заключение именно сделки по предоставлению денежных средств в виде займа.

Доказательств возврата заемной денежной суммы в установленный договором займа срок при рассмотрении дела стороной ответчика представлено не было.

На основании вышеизложенного, в удовлетворении встречных исковых требований к ФИО4, надлежит отказать.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 700 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании денежных средств по договору займа – удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО12 и ФИО3 в пределах стоимости перешедшего к ФИО12 (в размере 916000 рублей) и ФИО8, наследником которого является ФИО3 (в размере 438039 руб. 75 коп.) наследственного имущества ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, задолженность по договору займа от 16.05.2019 в размере основного долга в сумме 1000000 рублей, процентов за пользование займом в сумме 300000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 14700 рублей.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО4 о признании договора займа денежных средств от 16.05.2019 недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Ставрополя в течение месяца со дня составления в мотивированной форме.

Мотивированное решение суда составлено 02.06.2025 года.

Судья подпись Т.А. Шелудченко