УИД № 86RS0010-01-2024-002281-16

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

2 июня 2025 года Дело № 2-74/2025 г. Мегион

Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе председательствующего судьи Федоровой О.А., при секретаре Куницыной И.И., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, третье лицо ООО «СФО Оптимум Финанс»,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, обосновывая свои требования тем, что 21.08.2024 неустановленное лицо осуществило звонок на мобильный телефон истца, представившись сотрудником Федеральной службы по финансовому мониторингу Центробанка, сообщив об оформлении мошенниками в ВТБ банке кредита на имя истца на сумму 1200000 руб. В подтверждение своих слов мошенники направили на электронную почту истца два письма. Одно из банка ВТБ, что заявка на получение кредита оформлена успешно, передана в кредитный отдел для зачисления и перевода на имя ФИО3 Во втором письме указано, что истец стала жертвой мошенников и для безопасности финансовых активов необходимо провести процедуру обновления основного счета. При этом, сотрудник службы по финансовому мониторингу Центробанка убеждал истца в необходимости проверки электронной подписи в вышеуказанных письмах и в проверке электронной почты, с которой они пришли, что и было сделано истцом. Далее, действуя по указанию сотрудника службы по финансовому мониторингу Центробанка, который ввел в заблуждение, и работника банка ВТБ, под давлением и принуждением ФИО1 оформила кредит с помощью приложения «ВТБ-онлайн» на сумму 1469900 руб. Данный кредит по словам сотрудника службы по финансовому мониторингу Центробанка необходим чтобы сработать на опережение, не дать мошенникам оформить кредит от имени истца. Затем истцу приходило еще два письма в Телеграмм, в которых подтверждалась информация о создании на имя истца двух сейфовых ячеек, на счета которых ФИО1 должна была перевести деньги, полученные по «зеркальному» кредиту. Из полученной суммы истец по указанию мошенников обналичила 1200000 руб. и перевела из них 795000 руб. на счета мошенников в ПАО Сбербанк, будучи уверенной, что эти счета оформлены на имя истца и тем самым она сможет сохранить свои финансы. Оставшаяся часть кредита в сумме 405000 руб. не была перечислена мошенникам, т.к. в момент перечисления на телефоне закончилась зарядка и специалист службы безопасности стал грубо требовать приобрести зарядное устройство, в этот момент истец осознала, что сотрудник службы безопасности не может так себя вести, что она стала жертвой мошенников и сразу же обратилась в полицию. После чего, оставшиеся денежные средства внесла обратно на ссудный счет. Ознакомившись с документами, истец обнаружила, что кредит оформлен в порядке рефинансирования на погашение ипотеки. Остаток задолженности по ипотеке около 2300000 руб., ежемесячные платежи 21300 руб. под 10,1 %. Спорный кредит является потребительским и оформлен на сумму 1469900 руб. под 29 %, а с учетом дисконта (платной услуги, за которую с кредита удержали 263700 руб.) под 18,2 %, с ежемесячным платежом 37485 руб. Также оказалось, что оформлено два вида страхования на сумму 6200 руб. в разные страховые компании, в которых истец не нуждалась, т.к. имеет действующие страховки. В спорном кредитном договоре неверно указан адрес истца и семейное положение. Все это свидетельствует по мнению истца о том, что кредитный договор заключен помимо воли путем введения в заблуждение третьим лицом, представившимся сотрудником службы безопасности Банка ВТБ. Указывает, что не была ознакомлена с кредитным договором и с условиями кредита, только лишь сообщала работнику банка коды подтверждения, которые были направлены смс-сообщением. Просит признать недействительным кредитный договор № <данные изъяты> от 21.08.2024, применить последствия недействительности сделки, признав ФИО1 лицом, права и охраняемые законом интересы которого, нарушены заключением кредитного договора под влиянием заблуждения, освободив от исполнения обязательств, вытекающих из кредитного договора № <данные изъяты> от 21.08.2024.

Протокольным определением суда от 03.12.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечено ООО «СФО Оптимум Финанс».

Дело рассмотрено в отсутствии представителя ответчика и представителя третьего лица по правилам ст. 167 ГПК РФ, при этом ответчиком представлены возражения по существу иска.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, при этом пояснила, что в день оформления кредита ей пришло сообщение от якобы бывшего работодателя <данные изъяты> о том, что проводится проверка в отношении действующих и бывших сотрудников, в ходе проверки было установлено лицо, которое признано контрагентом и якобы данным человеком на имя истца оформлены две заявки на кредит, в подтверждение чего направлены письма из Банка ВТБ (ПАО) и Банка России. Сотрудник службы по финансовому мониторингу Центробанка убедил истца в том, что необходимо создать зеркальные заявки, поскольку денежные средства уже выведены. Действуя по указанию сотрудника службы по финансовому мониторингу Центробанка, который ввел в заблуждение, и работника банка ВТБ, под давлением и принуждением ФИО1 оформила кредит. Процесс оформления кредита плохо помнит, помнит, что оформляла в офисе банка, называла операционисту смс-коды, которые приходили на телефон, в кредите не нуждалась, оформляла его, поскольку боялась, что на ее имя мошенники оформляют кредит. В момент заключения договора, с мошенниками общалась около 8 часов, которые координировали ее действия по оформлению кредита. После случившегося обратилась в <данные изъяты>», проходила лечение, находилась на листке нетрудоспособности <данные изъяты> недели. Кроме того, пояснила, что кредитный договор заключен с ошибками, в частности неверно указан адрес регистрации истца, справку 2НДФЛ сотруднику банка не предоставляла. В настоящее время кредитные обязательства исполняет в полном объеме, в связи с чем, ей непонятно почему кредитный договор продан ООО «СФО Оптимум Финанс».

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме по доводам иска, при этом пояснила, что сделка совершена с пороком воли истца, просила суд обратить внимание на продолжительность времени заключения кредитного договора – 23 минуты, в связи с чем, истец не могла в полной мере ознакомиться со всеми документами, представленными Банком. Кроме того, пояснила, что истец не бездействовала, в этот же день онлайн обратилась в банк ВТБ, с целью аннулирования кредитного договора, тут же пошла в полицию и написала заявление.

Заслушав истца ФИО1, представителя истца ФИО2, исследовав материалы гражданского дела, изучив возражения ответчика, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 21 августа 2024 года между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) заключен договор комплексного банковского обслуживания физических лиц.

Заполнив и подписав анкету-заявление, истец просила предоставить ей комплексное обслуживание в Банке ВТБ (ПАО) и подключить базовый пакет услуг: открыть мастер-счет в российских рублях; предоставить доступ к ВТБ - Онлайн; предоставить доступ к дополнительным информационным услугам по мастер-счету, счетам, открытым на имя клиента в Банке, по следующим каналам доступа: Телефон, Интернет, Мобильная версия/Мобильное приложение, устройства самообслуживания; направлять Пароль для доступа в ВТБ - Онлайн, SMS-коды, сообщения в рамках SMS-пакета «Базовый» на мобильный телефон Клиента, указанный в разделе «Контактная информация» заявления; выдать УНК и Пароль в соответствии с Правилами комплексного обслуживания физических лиц (Т. 1 л.д. 64-68).

Отношения между истцом и Банком, возникающие в связи с использованием дистанционного банковского обслуживания, регулируются Правилами Дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) (далее - Правила ДБО).

Согласно п. 3.1, 3.2. Условий обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), предоставление Онлайн-сервисов в ВТБ-Онлайн осуществляется по следующим каналам дистанционного доступа: Интернет-банк, Мобильное приложение, УС, Телефонный банк. Доступ к ВТБ-Онлайн по Каналу дистанционного доступа производится клиентом с использованием средств доступа при условии успешной идентификации и аутентификации (Т. 1 л.д. 85-105).

С использованием приложения «ВТБ-Онлайн» 21 августа 2024 года между истцом и Банком ВТБ (ПАО) был оформлен кредитный договор № <данные изъяты>, по условиям которого Банк предоставил истцу кредит в сумме 1469900 руб. сроком на 60 месяцев с уплатой за пользование кредитом 18,2% годовых.

Как следует из системных протоколов и текста смс-сообщений, направленных Банком на доверенный номер телефона истца +<данные изъяты>, 21 августа 2024 года истцом был совершен успешный вход в мобильное приложение «ВТБ-Онлайн». 21 августа 2024 года в 14:41 поступило смс-сообщение с текстом «для подтверждения телефона сообщите сотруднику ВТБ код <данные изъяты>», далее в 14:42 поступают сообщения следующего содержания «подпишите документы в ВТБ Онлайн: https://<данные изъяты> в 14:43 – «подтвердите электронные документы: вопросник физического лица, заявление на изменение (ИКД), единая форма согласия. Код подтверждения: <данные изъяты>. Никому не сообщайте код, даже сотруднику банка ВТБ».

Далее, в 15:00 на доверенный номер истца поступило смс-сообщение с текстом: «Подтвердите электронные документы: кредитный договор в ВТБ Онлайн на сумму 1469900 руб. сроком на 60 месяцев по ставке 18,2 % с учетом услуги Ваша низная ставка. Код подтверждения: 933148. Никому не сообщайте этот код» даже сотруднику банка ВТБ».

Истец подтвердила получение кредита, введя код из смс-сообщения. Далее, в 15:12 поступило сообщение «Виктория Николаевна! Денежные средства по кредитному договору на сумму 1206200 руб. перечислены на ваш счёт. Ознакомьтесь подробнее с уведомлением о праве на отказ от дополнительных услуг» (Т. 1 л.д. 70-74).

Кредитные денежные средства в сумме 1469900 руб. были перечислены Банком 21 августа 2024 года на счет истца, что подтверждается выпиской по счету (Т. 1 л.д. 69).

Из вышеуказанной выписки также следует, что в этот же день 21 августа 2024 года денежные средства в сумме 263700 руб. были перечислены со счета истца в счет оплаты стоимости услуги Ваша низкая ставка, денежные средства в суммах 3700 руб. и 2500 руб. перечислены со счета истца в счет оплаты услуг коммерческих провайдеров, денежные средства в суммах 350000 руб., 200000 руб., 200000 руб., 200000 руб., 250000 руб. сняты наличными в банкомате.

Истец ссылалась на то, что неустановленным лицом, представившимся сотрудником службы по финансовому мониторингу Центробанка и сотрудником Банка ВТБ (ПАО), она была введена в заблуждение по факту оформления кредитного договора и перечисления денежных средств, в связи с чем после обратилась в полицию.

В материалы дела истцом представлены письма, которые ей поступали на электронную почту якобы от сотрудников Банка ВТБ (ПАО) и Банка России, письма содержат наименование банка ВТБ (ПАО) и Банка России, юридический адрес банка ВТБ (ПАО), подпись начальника отдела информационной безопасности, печати банков, сведения о подписании документа электронной подписью. Письмо Банка ВТБ (ПАО) следующего содержания: «Уважаемая ФИО1, Банк ВТБ (Публичное акционерное общество) настоящим письмом уведомляет, что заявка № <данные изъяты> на получение кредитных средств, на сумму до 1200000 руб., по программе кредитования «Потребительский Кредит» была успешно одобрена. Данная заявка передана в кредитный отдел для зачисления» (Т. 1 л.д. 20). Письмо Банка России следующего содержания: «Центральный Банк Российской Федерации настоящим письмом уведомляет, что Вы, ФИО1, стали жертвой мошеннических действий. Для обеспечения безопасности финансовых активов, согласно договору банковского обслуживания, необходимо выполнить процедуру обновления основного счета» (Т. 1 л.д. 21).

Постановлением старшего следователя следственного отдела ОМВД России по городу Мегиону от 21 августа 2024 года в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (Т. 2 л.д. 4).

Постановлением старшего следователя следственного отдела ОМВД России по городу Мегиону от 21 августа 2024 года истец признана потерпевшей по уголовному делу (Т. 2 л.д. 11).

06.11.2024 между Банком ВТБ (ПАО) и ООО «СФО Оптимум Финанс» заключен договор уступки прав требований № <данные изъяты>, по условиям которого право требования по кредитному договору № <данные изъяты> от 21.08.2024, заключенному с ФИО1 перешло ООО «СФО Оптимум Финанс» (Т. 2 л.д. 227-230).

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено этим же Кодексом (пункт 2).

В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п. 1 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

В соответствии с п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 820 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса.

На основании п. 2 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Договор признается заключенным в момент получения лицом направившим оферту, ее акцепта (п. 1 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Федеральный закон от 06 апреля 2011 года N 63-ФЗ "Об электронной подписи", обеспечивающий использование электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок, оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, при совершении иных юридически значимых действий (статья 1), предусматривает, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом (часть 2 статьи 5).

Во взаимосвязи с приведенным регулированием действует часть 2 статьи 6 названного Федерального закона, согласно которой информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем.

Согласно п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет".

Из приведенных норм права следует, что законодательство Российской Федерации допускает заключение кредитного договора путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи при условии соглашения сторон о специальном способе достоверного определения лица, выразившего волю на заключение договора.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита, порядок, способы и срок его возврата, процентную ставку, обязанность заемщика заключить иные договоры и услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Согласно ч.1 ст. 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

При предоставлении потребительского кредита (займа) должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на предоставление услуг (работ, товаров), указанных в пункте 3 части 4 статьи 6 настоящего Федерального закона, при их наличии. Если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщик выразил согласие на предоставление ему дополнительных услуг (работ, товаров), не указанных в пункте 3 части 4 статьи 6 настоящего Федерального закона, должно быть оформлено заявление о предоставлении дополнительных услуг (работ, товаров) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на предоставление ему таких услуг (работ, товаров). Кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) и (или) заявлении о предоставлении дополнительных услуг (работ, товаров) обязан указать стоимость таких услуг (работ, товаров), предлагаемых за отдельную плату, и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату таких дополнительных услуг (работ, товаров). Проставление кредитором отметок о согласии либо выражение кредитором за заемщика согласия в ином виде на предоставление ему дополнительных услуг (работ, товаров) или формирование кредитором условий, предполагающих изначальное согласие заемщика на предоставление ему дополнительных услуг (работ, товаров), не допускается (ч. 2 ст. 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)»).

В соответствии с ч. 6 ст. 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

В соответствии с п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Материалами дела подтверждено, что кредитный договор 21 августа 2024 года был подписан простой электронной подписью путем направления смс-кода, сумма кредита составляет 1469900 руб.

На получение кредита от имени истца была подана анкета-заявление, в пункте 7 которого указана сумма ежемесячного дохода истца в размере <данные изъяты> руб., который подтвержден справкой по форме 2-НДФЛ.

Указанная в анкете-заявлении справка по форме 2-НДФЛ ответчиком в материалы дела не представлена, как установлено в судебном заседании и не была представлена истцом при оформлении кредитного договора.

В силу пункта 3.2. Положения Банка России от 28 июня 2017 года № 590-П финансовое положение заемщика оценивается в соответствии с методикой (методиками), утвержденной (утвержденными) внутренними документами, соответствующими требованиям настоящего Положения.

Согласно пункту 1.4 Приложения № 2 (Примерный перечень информации для анализа финансового положения заемщика) к Положению Банка России от 28 июня 2017 года № 590-П такими документами для заемщика - физического лица являются: заверенные работодателем справка с места работы и справка о доходах физического лица; иные документы, подтверждающие доходы физического лица.

Согласно пункту 3 Общих условий кредитования Банка ВТБ (ПАО), размещенных на официальном сайте ответчика, для рассмотрения заявления о предоставлении кредита, при запрашиваемой сумме более 300 000 руб. необходимо предоставить справку, подтверждающую доход за последние 12 месяцев, а при запрашиваемой сумме кредита 1 500 000 руб. необходимо дополнительно предоставить копию трудовой книжки/трудового договора (контракта), заверенную работодателем.

Также согласно пункту 3 общих условий кредитования предусмотрено, что срок рассмотрения оформленного заемщиком заявления о предоставлении потребительского кредита и принятия решения кредитором относительно этого заявления составляет от 2 минут, но не более 5 рабочих дней.

Данные требования Банком не были выполнены, при значительной сумме кредита, Банк при рассмотрении анкеты-заявления на получение кредита не затребовал у истца документы о трудовой деятельности, не потребовал документов, подтверждающих доход истца, т.е. не убедился в кредитоспособности истца, выдача кредитных средств в сумме 1469900 руб. была произведена Банком спустя непродолжительное время (23 минуты) после получения анкеты-заявления от имени истца.

Вместе с тем, действуя разумно и осмотрительно и являясь профессиональным участником кредитных правоотношений, при рассмотрении анкеты-заявления на получение кредита Банк ВТБ (ПАО) мог и должен был проверить и оценить финансовое положение истца, только после чего принять решение о предоставлении кредита.

Кроме того, суд отмечает, что в кредитном договоре в пункте 3 указан адрес места жительства истца: ХМАО-Югра, г. Мегион, <данные изъяты>, с отметкой о том, что указанный адрес совпадает с адресом регистрации, при этом исходя из копии паспорта истца, ФИО1 15.12.2022 снята с регистрационного учета по данному адресу, в настоящее время зарегистрирована по адресу: ХМАО-Югра, г. Мегион, <данные изъяты>

Суд также принимает во внимание, что после совершения операций по перечислению денежных средств, истец в этот же день 21 августа 2024 года онлайн обратилась в Банк ВТБ (ПАО) для получения информации, обратилась с заявлением в правоохранительные органы, по результатам рассмотрения заявления истца 21 августа 2024 года было возбуждено уголовное дело, истец признана потерпевшей по уголовному делу, а затем 22 августа 2024 года внесла на счет оставшиеся денежные средства в размере 405000 руб. для погашения кредита.

Согласно заключению комиссии экспертов от 18 марта 2025 года №<данные изъяты> составленному по результатам проведенной комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы у ФИО1, в момент совершения в отношении нее противоправного деяния и в настоящее время признаков <данные изъяты>

В качестве значимых понимания поведения ФИО1 в криминальной ситуации индивидуально-психологических особенностей можно выделить: <данные изъяты>

У ФИО1, в юридически значимый период, проявились несвойственные для неё как для личности повышенная <данные изъяты> Собственные действия в ситуации заблуждения оценивались как правильные, направленные на предотвращение преступных действий против неё.

Выявленные индивидуально-психологические особенности ФИО1 способствовали актуализации тревоги и чувства страха вследствие угрозы ее денежным средствам. Навязываемый ей алгоритм действий, четкость указаний и требований при многозадачности и срочности их реализации способствовали субъективной безальтернативности транслируемых ей решений в связи с трудностями целостного осмысления всех деталей, компонентов ситуации и своего положения. Отмечались ограничение поля восприятия вследствие внешнего давления, фиксации на угрозе и защите своей безопасности, повышенное эмоциональное напряжение, что обусловило ориентацию только на внешние параметры ситуации без учета социально значимых, неблагоприятных и препятствующих факторов, а также растерянность, угнетение способности подэкспертной контролировать возникающие импульсы и прогнозировать последствия своих действий. Подэкспертная была более подвержена директивным методам оказываемого на неё психологического воздействия, была более ведома своими собеседниками, менее критичной в осмыслении происходящего в «период событий совершенного в отношении неё преступления и заключения кредитного договора - 21 августа 2024 года (Т. 3 л.д. 2-8).

Исходя из положений ст. 179 ГК РФ, обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года № 2669-О обращено внимание на то, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора (п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 года).

Проанализировав представленные в дело доказательства в их совокупности, в том числе заключение комиссии экспертов от 18 марта 2025 года №329, приняв во внимание указание в спорном кредитном договоре не соответствующих действительности сведений об истце; отсутствие бесспорных доказательств, свидетельствующих о волеизъявлении истца на получение кредита; временной период рассмотрения анкеты-заявления истца на получение кредита, одобрение Банком ВТБ (ПАО) без должной проверки сведений, указанных в анкете-заявлении на получение значительной суммы кредита и без выяснения воли клиента на заключение кредитного договора, а также без предоставления всей полной и надлежащей информации клиенту; оформление кредита произошло единичным введением клиентом смс-кода, без соблюдения приведенных выше правовых положений о форме и содержании кредитного договора, без доведения всей необходимой и полной информации до клиента; зачисление кредитных денежных средств на счет истца и последующее в этот же день снятие кредитных денежных средств несколькими платежами, суд приходит к выводу о том, что истец не изъявляла каким-либо возможным способом своей воли на заключение кредитного договора, не совершала юридически значимых действий на его заключение с Банком ВТБ (ПАО), отсутствовала ее воля на совершение тех операций, которые были выполнены.

При таких обстоятельствах, с учетом приведенных норм права и установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца, признании кредитного договора № V625/0002-0361033 от 21.08.2024 недействительным и, в порядке применения последствий недействительности сделки суд полагает возможным освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств, вытекающих из кредитного договора № <данные изъяты> от 21.08.2024.

Согласно ст.103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

На основании выше изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, третье лицо ООО «СФО Оптимум Финанс», удовлетворить.

Признать недействительным кредитный договор № <данные изъяты> от 21.08.2024, заключенный между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО).

Применить последствия недействительности сделки, признав ФИО1 лицом, права и охраняемые законом интересы которого нарушены заключением кредитного договора под влиянием заблуждения, освободив ФИО1 от исполнения обязательств, вытекающих из кредитного договора № <данные изъяты> от 21.08.2024.

Взыскать Банка ВТБ (ПАО) в доход бюджета муниципального образования города Мегион государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты – Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Мегионский городской суд Ханты – Мансийского автономного округа – Югры.

Решение составлено и принято в окончательной форме 17.06.2025.

Председательствующий судья подпись О.А. Федорова

Копия верна. Судья О.А. Федорова