Апелляционное определение по делу № 22-1539/2023 от 28.09.2023

Судья Кириллова Ю.В. Дело № 22-1539/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Томск 28 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Неустроева М.М.,

судей Каргиной О.Ю., Матыскиной Л.С.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Томской области Петрушина А.И.,

осужденных ФИО1, ФИО2,

защитников – адвокатов Скрипко Д.В., представившего удостоверение № 16 от 15.04.2003 и ордер № 92 от 13.06.2023, Дроздовой Ю.А., представившей удостоверение № 1062 от 09.04.2015 и ордер № 2517 от 02.03.2023,

при помощнике судьи В., которому поручено ведение протокола судебного заседания, секретаре Савчуковой В.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, адвоката Котельникова В.Я. в защиту интересов осужденного ФИО2 на приговор Стрежевского городского суда Томской области от 19.08.2022, которым

ФИО1, /__/, судимый:

1. 04.03.2014 мировым судьей судебного участка № 2 Стрежевского судебного района Томской области по ч.1 ст.159, ч.1 ст.158, ч.1 ст.158 УК РФ с применением ч.2 ст.69 УК РФ к 1 году 1 месяцу исправительных работ с удержанием 10 % из заработка в доход государства условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев;

2. 19.09.2014 Стрежевским городским судом Томской области по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ с применением ч.4 ст.74, ст.70 УК РФ (с приговором от 04.03.2014) к 2 годам исправительных работ с удержанием 10 % из заработка в доход государства. Постановлением Стрежевского городского суда Томской области от 26.12.2014 назначенное наказание заменено на 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении;

3. 09.12.2015 тем же судом по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ с применением ст.70 УК РФ (с приговором от 19.09.2014) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. Освободившийся 25.04.2017 по постановлению Октябрьского районного суда г.Омска от 13.04.2017, которым неотбытая часть наказания заменена на 8 месяцев 15 дней ограничения свободы. Снят с учета 15.12.2017 по отбытии наказания;

4. 24.01.2018 тем же судом по п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

5. 21.06.2018 тем же судом по ч.1 ст.158, п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ с применением ч.3,5 ст.69 УК РФ (с приговором от 24.01.2018) к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 7 месяцев;

6. 14.11.2018 тем же судом по ч.1 ст.318 УК РФ с применением ч.4, 5 ст.69 УК РФ (с приговором от 21.06.2018) к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 7 месяцев;

7. 19.07.2021 Нижневартовским городским судом ХМАО-Югры по ч.1 ст.228 УК РФ с применением ст.70 УК РФ (с приговором от 14.11.2018) к 3 годам 4 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на срок 7 месяцев с отбыванием наказания в колонии строгого режима,

осужден:

- по ч.1 ст.158 УК РФ – к 1 году лишения свободы;

На основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ от наказания, назначенного по ч.1 ст.158 УК РФ, освобожден в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

- по п. «в» ч.3 ст.163 УК РФ – к 8 годам лишения свободы;

- по ч.1 ст.161 УК РФ (хищение имущества ИП У.) – к 2 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, ч.1 ст.161 УК РФ (хищение имущества /__/) – к 1 году 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.1 ст.161 УК РФ (хищение имущества /__/) – к 2 годам лишения свободы;

- по ч.1 ст.166 УК РФ – к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 9 лет и 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч.4, 5 ст.69 УК РФ УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с основным наказанием, и путем полного сложения с дополнительным наказанием, назначенными по приговору Нижневартовского городского суда ХМАО-Югры от 19.07.2021, окончательно назначено наказание в виде 11 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 7 месяцев с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

На основании ст.53 УК РФ ФИО3 установлены ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного

государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории муниципального образования, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложена обязанность – один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Взят под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО3 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с 19 июля 2021 года до 18 августа 2022 года и с 19.08.2022 до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде ограничения свободы постановлено исчислять со дня его освобождения из исправительного учреждения, с зачетом в срок отбытия наказания времени следования из исправительного учреждения к месту жительства или пребывания.

ФИО2, /__/, судимый:

- 08.06.2017 Стрежевским городским судом Томской области по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год,

осужден:

- по п. «в» ч.3 ст.163 УК РФ – к 9 годам лишения свободы;

- по ч.1 ст.162 УК РФ – к 6 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 10 лет лишения свободы.

На основании ч.5 ст.74 УК РФ условное осуждение по приговору Стрежевского городского суда Томской области от 08.06.2017 отменено и в соответствии с ч.1 ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 08.06.2017 и окончательно назначено наказание в виде 10 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с 27.02.2018 до вступления приговора в законную силу.

По делу в соответствии со ст.81 УПК РФ решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Неустроева М.М., выступления осужденных ФИО1, ФИО2, адвокатов Скрипко Д.В., Дроздовой Ю.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Петрушина А.И., полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО1, ФИО2 признаны виновными в вымогательстве, совершенном с применением насилия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Кроме того, ФИО1 признан виновным в краже, угоне, покушении на грабеж и в двух эпизодах грабежа, а ФИО2 – в разбое.

Преступления совершены 27 ноября, 27 декабря 2017 года, 16, 21, 22 января, 01 февраля 2018 года при установленных судом обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 виновным себя признал полностью, ФИО2 виновным себя в разбое признал частично, указав, что его действия должны быть квалифицированы как кража; в вымогательстве – признал частично, указав, что не применял насилие к потерпевшему.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором ввиду незаконности и чрезмерной суровости, указывая, что по эпизоду хищения имущества /__/ судом в полой мере не выполнены требования ст.302, 307 УПК РФ, не приведен всесторонний анализ и оценка доказательств, на основании которых суд пришел к выводу о его виновности, в том числе показаний свидетелей М., которая в суде допрошена не была и ее показания не оглашались, а также Г., показания которого в приговоре искажены. Показания свидетеля Р., являющейся сотрудником полиции, данные в ходе предварительного следствия, были оглашены в судебном заседании в нарушение правовой позиции Конституционного Суда РФ от 06.04.2004 № 44-О, несмотря на возражения стороны защиты, в связи с чем суд встал на сторону обвинения и выполнил не свойственную ему функцию. Суд необоснованно признал допустимым доказательством протокол осмотра места происшествия от 17.01.2018 в ходе которого была осмотрена видеозапись с камер наблюдения, на которой зафиксировано лицо, совершившее открытое хищение, поскольку ее выемка при производстве следственного действия не проводилась, а в показаниях свидетелей П. и Г. не указано, что в судебном заседании они опознали его, как лицо совершившее хищение. Кроме того, является недопустимым доказательством также показания представителя потерпевшего Ш., поскольку об обстоятельствах хищения он узнал от других лиц. По эпизоду открытого хищения имущества ИП «У.»

суд необоснованно признал допустимым доказательством протокол осмотра предметов от 20.02.2018, CD-R диска с видеозаписью с камер наблюдения /__/, поскольку в нарушение требований ч.4 ст.166 УПК РФ следователю было известно о содержащейся на нем информации, сведения о том, каком образом и кем, с использованием каких технических устройств и с какого источника информации производилось копирование видеозаписи на CD-R диск, об индивидуальных признаках CD-R диска, который в нарушение ст.164.1, 166 УПК РФ не был упакован, не имеется, обстоятельства, зафиксированные на видеозаписи, в судебном заседании не исследовались, что является недопустимым доказательством. Результаты оперативно-розыскных мероприятий, которые значатся как «иные материалы дела», не признаны доказательствами, не осмотрены и не приобщены к материалам дела. Указанные в протоколе судебного заседания от 25.09.2019 письменные доказательства, содержащиеся в томе 2 на листах 12, 13, 56, 57, 69, 69, 71-78, 90-105, 111-114, 128-136, 146-151, 157-160 материалов уголовного дела, исследованные по ходатайству государственного обвинителя, не нашли свое отражение в приговоре и суд не дал им никакой оценки, не указано, какая именно информация, содержащаяся в этих документах, свидетельствует о его виновности. Содержание протоколов осмотра места происшествия от 27.12.2017 и от 20.02.2018 судом продублировано. Ссылаясь и приводя содержание п. 1,2,3,6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», считает, что выводы суда и описание преступного деяния, о наличии у него умысла на открытое хищение имущества и его виновности, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и не подтверждается имеющимися в деле доказательствами, никто из допрошенных свидетелей не видел, как он похищает со стола в зоне выдачи товара компьютерный системный блок, что было обнаружено после того, как он ушел из магазина. Судом не выполнены в полной мере требования ст.302, 307 УПК РФ, не приведен всесторонний анализ доказательств, а также не дана оценка показаниям свидетеля Ж. Считает, что его действия по указанному эпизоду образуют кражу. По эпизоду вымогательства указывает, что выводы суда о совершении вымогательства в составе группы лиц, что было признано судом обстоятельством, отягчающим наказание, основаны на предположениях и ничем не подтверждены, судом установлена спонтанность действий в ходе совершения преступления и совместность действий, наличие общего умысла не доказаны. Постановление следователя от 20.02.2018 об избрании в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении вынесено с нарушением положений п.1, 2, 3 ч.1 ст. 97, ст.99 УПК РФ, в нем отсутствует указание на время его составления, что могло повлиять на выводы суда о зачете времени содержания под стражей в срок лишения свободы. В нарушение положений ч.2 ст.21 УПК РФ уголовное дело было возбуждено незаконно, поскольку в постановлении о возбуждении уголовного дела имеется указание на «неизвестное лицо», однако нет указания на него, как на лицо, совершившее преступление в отношении Л. Ссылаясь на постановления о привлечении в качестве обвиняемого от 20 февраля и от 08 апреля 2018 года, указывает, что у него сложилось

искаженное восприятие о предъявленном обвинении, неправильное представление о юридических последствиях совершенного преступления. Суд не учел, что несоответствие существа обвинения в обвинительном заключении формулировке обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого исключает возможность вынесения судебного решения, чем нарушил положения п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ. В силу п.1 ч.2 ст.74, п.1-4 ч.1 ст.46 УПК РФ процессуальный статус подозреваемого им не был приобретен, а потому его показания, данные при допросе в качестве обвиняемого, оглашенные в судебном заседании 18.02.2022 по инициативе суда и положенные в основу приговору, являются недопустимым доказательством. Суд не дал оценки его доводам о том, что по шести эпизодам преступлений он допрашивался в качестве обвиняемого в течение 1 часа 20 минут, а при допросе в качестве подозреваемого, которые аналогичны показаниям обвиняемого, в течение 5 часов 10 минут, что противоречит показаниям свидетеля Т., а также его доводам об оспаривании периода совершения преступления с учетом детализации телефонных соединений, об отсутствии сведений об удержании Л. против его воли в квартире. Суд не устранил противоречия в показаниях потерпевшего Л., свидетелей Б., П. В подтверждение его виновности суд в приговоре сослался на детализацию телефонным соединений Л., которые не признаны вещественным доказательством и вопрос о которых не разрешен в резолютивной части приговора. Ссылка на показания свидетеля М., являющегося сотрудником полиции, противоречит правовой позиции Конституционного Суда РФ от 06.04.2004 № 44-О. В приговоре не приведены и не получили надлежащей оценки показания специалиста К., свидетеля В., которые были допрошены в судебных заседаниях. В нарушение разъяснений, содержащихся в п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», письменные доказательства и их содержание в описательно-мотивировочной части приговора, в частности в протоколе проверки показаний на месте от 06.02.2018 и показаниях эксперта П., скопированы из обвинительного заключения, что нарушает положения ст.15 УПК РФ. Результаты оперативно-розыскных мероприятий, которые значатся как «письменные материалы дела», не признаны доказательствами, не осмотрены и не приобщены к материалам дела. Указанные в протоколе судебного заседания от 25.09.2019 письменные доказательства, содержащиеся в томе 1 на листах 13-15, 22, 35-36, 38-49 материалов уголовного дела, исследованные по ходатайству государственного обвинителя, не имеют доказательственного значения и оценка им не дана. В описательно-мотивировочной части приговора суд сослался на копию медицинской карты, об исследовании которой сторона обвинения не ходатайствовала. Постановления о приобщении к делу в качестве вещественных доказательств ножа и толстовки, сведения, содержащиеся в протоколах осмотра толстовки и ножа с фототаблицами, на которые суд указал в приговоре, не относятся к доказательствам и не подтверждают его причастность к преступлению. Объективные доказательства, свидетельствующие о наличии следов крови человека на толстовке потерпевшего с пятнами вещества бурого цвета, отсутствуют. Нож следователю был выдан Б., которая не

была очевидцем событий и где она его взяла не известно, потерпевшему нож не предъявлялся, дактилоскопическая и генотипическая экспертиза на предмет, что именно этим ножом причинены повреждения потерпевшему, не проводилась. Выемка ножа и толстовки проведена без участия понятых. Заключение эксперта № 68М от 16.02.2018 дано с нарушением требований закона, ответы эксперта не носят категорический характер, являются необоснованными и не мотивированными и содержание заключения скопировано в приговор из обвинительного заключения, а потому является недопустимым доказательством. Выводы суда о том, что вымогательство был сопряжено с побоями, которые причинены кулаками рук и необутыми ногами по телу потерпевшего, опровергаются заключением эксперта № 68М от 16.02.2018. Наличие умысла на завладение имуществом потерпевшего, на причинение ему тяжкого вреда здоровью не подтверждено исследованными доказательствами, а телесные повреждения Л. были причинены на почве личных неприязненных отношений, в ответ на его аморальное поведение, «под влиянием сильного эмоционального волнения», с целью выгнать его из квартиры и он не предвидел наступление общественно-опасных последствий. По эпизоду покушения на открытое хищение имущества /__/ в приговоре не дана оценка и приведены показания свидетеля защиты Т., подтвердившего, что в период времени с 21 часа до 21 часа 36 минут он не мог находиться в магазине /__/, поскольку находился в гостях у Т. В основу приговора в качестве доказательств его виновности положены письменные доказательства, содержащиеся в томе 3 на листах 105, 106, 136 материалов уголовного дела, которые согласно протоколов судебных заседаний в ходе судебного разбирательства не исследовались, а потому суд не вправе был ссылаться на них в приговоре. Анализируя и приводя содержание показаний представителя потерпевшего Ш., свидетеля И., указывает, что видеозапись, представленная на CD-R диске с камеры наблюдения магазина /__/, приобщена к материалам дела через длительное время, незаконно, поскольку отсутствует протокол осмотра компьютера, с которого производилось копирование и вещественным доказательством CD-R диск не признан, а потому является недопустимым доказательством. В нарушение требований ст.15, 274, ч.1, 2 ст.285, ст.286 УПК РФ суд по собственной инициативе вынес на обсуждение сторон вопрос об изменении порядка исследования доказательств и просмотре представленной видеозаписи, без вынесения постановления об ее исследовании, чем был нарушен принцип состязательности сторон. По эпизоду угона автомобиля, принадлежащего /__/ суд, в нарушение положений ст.87, 88, 297, 307 УПК РФ, не дал надлежащую оценку доказательствам в обоснование вывода его виновности и не привел мотивы, по которым он признал достоверными показания свидетелей, данные в ходе предварительного и судебного следствия. Анализируя и приводя содержание показания свидетелей В., М., Б., данные в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, указывает, что они содержат существенные противоречия относительно обстоятельств происхождения, обнаружения и изъятия предметов из салона автомобиля «Chevrolet Niva», а также марки автомобиля, принадлежащего

Б. Показания свидетеля Б., данные в ходе предварительного следствия, на которые суд указал в приговоре, в ходе судебного заседания не оглашались, а показания представителя потерпевшего ФИО4 являются недопустимым доказательством, поскольку обстоятельства угона автомобиля стали известны ей от других лиц. В нарушение положений ч.1, п.2 ч.2 ст.60 УПК РФ в качестве понятых при осмотре автомобиля «Chevrolet Niva» участвовали В., Б., являющиеся участниками уголовного судопроизводства. Протокол осмотра видеофайлов содержит недостоверные сведения о начале и окончании записи. Из представленных в материалах уголовного дела двух листов постановления о признании и приобщении в качестве вещественных доказательств бутылки из-под водки, которое в силу ст.74 УПК РФ не относится к доказательствам, судом исследован лишь один. Кроме того, выражает несогласие с постановлением от 30.03.2023 о рассмотрении председательствующим замечаний на протокол судебного заседания. В приговоре указано, что в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в то время как с 24.01.2018 до вынесения приговора он находился под стражей, однако время содержания его под стражей в указанный период времени в срок отбытия наказания зачтено не было. При назначении наказания суд не в полной мере учел его поведение после совершения преступления, а именно добровольное оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления. Кроме того, постановлением Стрежевского городского суда Томской области от 18.11.2022 он был необоснованно ограничен во времени ознакомления с материалами уголовного дела, поскольку дело состоит из 18-ти томов, с которыми он впервые начал ознакомление с 14.09.2022, а 10.10.2022 ему было предоставлено 6 рабочих дней для ознакомления с протоколом и аудиозаписью судебного заседания, которые им не использовались и в период с 14 сентября по 18 ноября 2022 года он ознакомился с томами №№ 1, 2, 3, 4, 5, а потому вывод суда о том, что для ознакомления с оставшимися томами уголовного дела и аудиозаписью судебного заседания ему достаточно 4 рабочих дня не обоснован. 12.10.2022 от ознакомления с материалами уголовного дела, о чем указано в постановлении, он не отказывался, а лишь просил создать для этого необходимые условия. Техническая возможность для снятия копий материалов уголовного дела ему предоставлена не была. Вывод суда о злоупотреблении предоставленным ему правом на ознакомление с материалами уголовного дела не конкретизирован, объективных и достоверных сведений об этом не представлено. Копия полученного им обвинительного заключения с течением времени пришла в негодность, а потому ссылка суда об этом несостоятельна. 15.12.2022 им было подано ходатайство о продлении срока ознакомления, которое оставлено без удовлетворения. 18.01.2023 в графике ознакомления не зафиксировано время начала и окончания ознакомления с материалами уголовного дела, которое было прекращено без объявления причин, а 19.01.2023 ознакомление было прекращено после того, как его попросили расписаться в графике ознакомления. Защитником Герасимовым В.А. юридическая помощь оказывалась ненадлежащим образом, приговор и постановление суда от 19.08.2022 им обжалованы не были. Просит предоставить ему возможность для продолжения ознакомления с материалами

уголовного дела, вещественными доказательствами, протоколом и аудиозаписью судебного заседания, приговор отменить и уголовное дело передать на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный ФИО2 считает приговор незаконным ввиду несоответствия фактическим обстоятельствам дела и неправильного применения материального закона, указывая, что не были учтены обстоятельства, имеющие существенное значение для дела. Суд не учел, что на него постоянно оказывалось психологическое давление со стороны сотрудников полиции Р., Ш., Ч., З., К., которые приходили к нему в ИВС и требовали, чтобы он изменил показания против сотрудника полиции Г., а в противном случае «они усугубят его положение» по его уголовному делу, в связи с чем он «стал подыгрывать следователям», о чем не мог сообщить адвокату, которому не доверял, полагая, что у него хорошие отношения со следователями, чему суд оценки не дал. Положенные в основу приговора признательные показания противоречат показаниям потерпевших. По эпизоду вымогательства имущества Л., излагая свою версию происшедших событий, указывает, что 27.11.2017, находясь в квартире Б., между ним и Л. произошла ссора на почве личных неприязненных отношений, корыстного мотива у него не было, тяжкого вреда здоровью Л. он не причинял и ФИО1 в отношении Л. действовал самостоятельно, а потерпевший Л. и свидетель Б. оговаривают его. Показания свидетеля Б. были даны на предварительном следствии в состоянии алкогольного опьянения, противоречат показаниям, данным ею при проведении с ним очной ставки и опровергнуты ею в судебном заседании, чему суд оценки не дал. В протоколе допроса Б. неправильно указана дата ее допроса. Удары Л. двумя руками он нанести не мог, так как у него был закрытый перелом левой ключицы, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы. Свидетели Б., П. в судебном заседании не подтвердили нанесение им совместно с ФИО1 ударов кулаками и ногами по голове Л., который в судебном заседании дал показания «после консультации» с государственным обвинителем. Умысла на причинение Л. тяжкого вреда здоровью не было, спиртные напитки с ним они не распивали и после случившегося они оказали ему помощь. Суд не определил, от чьих действий Л. причинен тяжкий вред здоровью, роль и степень каждого в отдельности. По заявлению Л. было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.111 УК РФ, в чем ФИО1 признал свою вину. Показания Л., данные на предварительном следствии, были сфальсифицированы следователем. Свидетель Б. подтвердила, что Л. страдает алкоголизмом и под воздействием алкоголя вспыльчив, агрессивен, может спровоцировать драку. Деньги в размере 100000 руб. требовали от Л. с целью, чтобы он ушел из квартиры. Таким образом, его действия не могут квалифицироваться по ч.3 ст.163 УК РФ. По эпизоду разбоя, совершенного в отношении И. 01.02.2018, ссылаясь и приводя содержание своих показаний, показаний потерпевшего И., свидетелей Щ., К., М., указывает, что нападение на

И. с целью хищения денег и имущества он не совершал, а совместно с К. приехали к /__/ с целью защитить М. и наказать И., который пытался изнасиловать ее, умысла на хищение имущества И. у них не было, а вывод суда об обратном основан на предположении. Потерпевший И. оговорил его. В отношении И. не было применено насилие, опасное для жизни или здоровья и угроза такого насилия, предварительная договоренность с кем-либо о хищении имущества И. не установлена. Из показаний И. следует, что сумку из кабины забрал К. Наличие денег у И. на момент совершения преступления не установлено, свидетели Т., К. не подтвердили, что И. жаловался на хищение у него денег, которых, с учетом расходов, понесенных для приобретения продуктов и оплаты проезда М., у него не могло быть. Суд не учел в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, аморальное поведение И. Просит по указанному эпизоду его оправдать. Указывает, что в силу ч.1 ст.67 УК РФ за преступление, совершенное в соучастии, учитываются характер и степень фактического участия лица в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда. Выражает несогласие с отрицательной характеристикой участкового уполномоченного полиции К., который в судебном заседании показал, что ее не давал и не подписывал и охарактеризовал его со слов лиц, которые в суде допрошены не были. Уголовное дело сфальсифицировано. Судом первой инстанции нарушены положения ст.5, 6, 8 УК РФ. Кроме того, постановлением Стрежевского городского суда Томской области от 18.11.2022 он был необоснованно ограничен во времени ознакомления с материалами уголовного дела и аудиозаписью судебного заседания, поскольку в соответствии с требованиями УПК он воспользовался своим правом на ознакомление с материалами уголовного дела, состоящего из 18-ти томов, с протоколом и аудиозаписью судебного заседания. С 14 сентября по 17 ноября 2022 года, в течение 14 дней, он ознакомился с томами №№ 1, 2, 3, 6, 8, 9, 11, 15, 16, 17 и от ознакомления, о чем указано судом, не отказывался, ознакомление с аудиозаписью судебных заседаний не затягивал. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе и дополнениях адвокат Котельников В.Я. в защиту интересов осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором, считает выводы суда, изложенные в нем, не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела и приводит доводы, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе осужденного ФИО2 Дополнительно указывает, что по эпизоду вымогательства суд не указал, почему взял за основу показания осужденных ФИО2, ФИО1, свидетелей, данные на предварительном следствии и отверг их показания, данные в судебном заседании. При этом, осужденный ФИО1 оговорил ФИО2, поскольку является заинтересованным лицом. По эпизоду разбойного нападения в описательно-мотивировочной части приговора суд не указал, что ФИО2 совершил нападение на И. с целью хищения его имущества с применением насилия, опасного для жизни или здоровья. Ссылка суда на показания умершего подсудимого К. незаконна, поскольку он

не был допрошен в судебном заседании и противоречит требованиям ст.276 УПК РФ. Просит приговор отменить и ФИО2 оправдать, признав за ним право на реабилитацию.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Воробьев С.С. считает доводы жалоб несостоятельными и просит оставить приговор суда без изменения, а жалобы – без удовлетворения.

Заслушав выступления участников уголовного судопроизводства, изучив представленные материалы, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1, ФИО2 в совершении преступлений, за которые они осуждены, основаны на совокупности доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.17, 88 УПК РФ.

Исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства вины ФИО1, ФИО2 получены с соблюдением требований действующего уголовно-процессуального законодательства.

Предусмотренные главой 11 УПК РФ правила проверки и оценки доказательств судом соблюдены, и оснований сомневаться в выводах суда первой инстанции не имеется.

При этом показания осужденных ФИО1, ФИО2 суд оценивал, соотнося их с другими данными, изобличающими каждого из них в совершении преступлений.

Так, согласно показаниям осужденного ФИО1, данным при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, 27.11.2017, находясь вместе со ФИО2 в квартире Б., где также были П. и Л., во время распития спиртного, ФИО2 предъявил Л. претензии о его нетрадиционной ориентации, после чего он и ФИО2 нанесли ему удары кулаками по голове и лицу и потребовали передачи им 100000 руб., которые намеревались разделить поровну, в противном случае ФИО2 пообещал распространить интимные фотографии Л. для общего просмотра. После того, как Л. ответил, что у него нет такой суммы, ФИО2 вновь нанес ему несколько ударов по голове и телу, а он сказал, что необходимо заплатить им 100000 руб. и продолжили выпивать. Через некоторое время П. ушла из квартиры, а он сказал Л., что если не заплатит им 100000 руб., то он отрежет ему ухо. Услышав это, Б. стала кричать, чтобы не калечили Л., после чего ФИО2 пошел в зал, чтобы успокоить ее, а он взял в ящике на кухне нож и сказал Л., что собирается отрезать ему ухо. Когда Л. сказал, что денег нет, он нанес ему удары кулаком в область головы, а затем стал ножом надрезать ему левое ухо, после чего Л. закричал от боли и пообещал выплатить им деньги. ФИО2, увидев это, сказал не верить Л. и нужно отрезать ему два уха. Затем, по их требованию, Л. стал звонить своим знакомым в поисках требуемой суммы или ее части, но денег не нашел. После

того, как Б. потребовала уйти из квартиры, они сказали Л., что поедут к нему, так как опасались, что он сообщит полицию и, что если он не найдет денег, то посадят его в погреб, но на улице Л. убежал от них. 27.12.2017 он пришел в магазин /__/ в /__/, где взял системный блок, стоимостью 65000 руб., с которым вышел на улицу и услышав, что ему кто-то кричит, ускорил шаг и скрылся, а через некоторое время его догнали продавцы и забрали похищенное. После того, как он вернулся в магазин, был задержан сотрудниками полиции. 16.01.2018, находясь в магазине /__/ в /__/., взял с витрины три бутылки виски «ФИО5 Теннеси» и не рассчитываясь направился к выходу, где услышал, как продавец магазина кричала ему, чтобы он расплатился за товар или поставил его на витрину, на что он ответил, что расплачиваться не будет и чтобы писали заявление в полицию и выбежал из магазина. При этом, слышал, что за ним бегут двое мужчин и что-то кричат, но никак на это не реагируя, сел в такси и уехал. В тот же день, в вечернее время, находясь в магазине /__/ в /__/, взял синюю мужскую куртку, две белые футболки, две пары носков, черные спортивные брюки, черный джемпер, пару кроссовок салатового цвета и когда продавец предложила оплатить вещи, он, игнорируя крики продавца с требованием оплатить товар, вышел из магазина, однако был задержан продавцом и охранником, с которыми вернулся в магазин, куда приехали полицейские, которые доставили его для разбирательства в отделение, где похищенное имущество было изъято. 21.01.2018, в дневное время, находясь в квартире Р., воспользовавшись тем, что Р. был пьян, и никто из находившихся в квартире лиц не наблюдает за его действиями, похитил принадлежащий Р. телефон, с которым вышел из квартиры. Через некоторое время был доставлен для разбирательства в полицию, где телефон был у него изъят. 22.01.2018, находясь возле дома /__/, увидел автомобиль «Chevrolet Niva» с заведенным двигателем, с ключами в замке зажигания и открытой дверью. Убедившись, что в салоне никого нет, сел за руль, заехал за своим дядей Б. и за своими знакомыми, с которыми катался по /__/, однако во дворе дома попал в ДТП. Выйдя на улицу стали разговаривать с водителем второго автомобиля, а когда тот отвлекся на телефонный звонок, они ушли, бросив угнанный автомобиль (т.1, л.д.178-183, т.2, л.д.203-205, т.3, л.д.91-93, 206-209, т.4, л.д.72-75, т.5, л.д.1-4, 15-25, 223-234).

Согласно показаниям осужденного ФИО2, данным при производстве предварительного расследования и оглашенным в судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, по эпизоду вымогательства имущества Л. они в целом аналогичны показаниям осужденного ФИО1 По эпизоду разбоя ФИО2 показал, что 01.02.2018 совместно с К., находясь на территории /__/, с целью завладения деньгами водителя фуры И., под предлогом того, что он хотел изнасиловать М., нанесли ему множественные удары по телу, а когда он ответил, что денег у него нет, забрали из кабины автомобиля спортивную сумку, планшет, телефоны, а из кармана И. деньги в сумме 650 руб., после чего сели в такси и уехали. Один из похищенных телефонов он продал

Т., планшет разблокировать не смогли и он оставил его на хранении у З., деньги истратили на личные нужды, а сумку и остальные телефоны выбросил (т.8, л.д.55-63, 80-87).

Суд обоснованно признал указанные показания ФИО1, ФИО2 допустимыми и достоверными доказательствами и сослался на них в приговоре, поскольку они получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, с участием защитников, то есть в условиях, исключающих незаконное воздействие на допрашиваемых, которым были разъяснены положения ст.51 Конституции РФ о праве не свидетельствовать против себя.

Признавая приведенные показания осужденных ФИО1, ФИО2 достоверными, суд правильно указал, что они согласуются между собой и подтверждены другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, приведенными в приговоре, в частности:

- по эпизоду вымогательства, совершенного ФИО1 и

ФИО2 27.11.2017: показаниями потерпевшего Л., свидетелей Б., П., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, в том числе при проверке показаний на месте, подтвержденными ими в судебном заседании, которые в целом аналогичны и не противоречат показаниям осужденных ФИО1, ФИО2, данным при производстве предварительного расследования и положенным в основу обвинительного приговора. При этом свидетель Б. охарактеризовала Л. положительно, как спокойного и неконфликтного человека, ФИО2 – отрицательно, как провоцирующего ссоры и конфликты, злого и агрессивного человека. При проведении очной ставки со ФИО2 свидетель Б. подтвердила свои показания (т.1, л.д.94-101, 116-11, 122-135, 136-139, 153-157, т.8, л.д.90-93); показаниями свидетеля К., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердила в судебном заседании, согласно которым в конце ноября 2017 года около 07 часов ей неожиданно позвонил Л., который был испуган и просил у нее в долг 100000 руб., сказав, что «его кто-то напрягает». Л. характеризует как спокойного и общительного человека (т.1, л.д.170-171); показаниями свидетеля И., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвержденными им в судебном заседании, о том, что в конце ноября 2017 года утром ему позвонил знакомый Л. и просил занять ему денег, на что он ответил, что денег нет (т.1, л.д.166-168); показаниями свидетеля М., являющегося сотрудником полиции, данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвержденными им в судебном заседании, согласно которым 27.11.2017 около 09 часов 30 минут в дежурную часть МО МВД России «Стрежевской» УМВД России по Томской области с заявлением обратился Л., который сообщил о факте избиения его двумя лицами, пытавшимися отрезать ухо и требовавшими деньги. На лице и голове Л. имелись телесные

повреждения, шла кровь из раны в области уха, на одежде были следы крови, на лице имелись раны и гематомы. В связи с ухудшением самочувствия, Л. была вызвана скорая медицинская помощь, сотрудниками которой он был осмотрен и доставлен в приемный покой (т.1, л.д.160-161); заявлением Л. от 27.11.2017 по факту причинения ему телесных повреждений (т.1, л.д.15); копией карты вызова скорой медицинской помощи /__/, согласно которой 27.11.2017 в 10 часов из дежурной части МО МВД России «Стрежевской» УМВД России по Томской области поступил вызов, по прибытии куда у Л. были зафиксированы телесные повреждения, оказана медицинская помощь и он был доставлен в приемное отделение больницы. При этом, Л. пояснил, что был избит двумя мужчинами (т.1, л.д.35-36); протоколом выемки ножа у Б. и протоколом его осмотра (т.1, л.д.143-145, 146-149); заключением судебно-медицинской экспертизы № 68м от 16.02.2018, согласно которому у Л. обнаружены телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: ушиб головного мозга средней степени, контузия лобной доли, субарахноидальное кровоизлияние, линейный перелом затылочной кости справа с переходом в затылочное отверстие (перелом основания черепа), двойной перелом височного отростка скуловой кости слева; кровоподтеки затылочной, теменной и окологлазничных областей, повлекшая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, а также резаная рана левой ушной раковины, причинившая легкий вред здоровью человека, которые могли быть причинены в срок и при обстоятельствах, указанных в обвинительном заключении и установленных приговором суда (т.1, л.д.64-72).

На основании указанных и других исследованных в судебном заседании доказательств, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1, ФИО2 в инкриминируемом деянии.

Исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства вины ФИО1 получены с соблюдением требований действующего уголовно-процессуального законодательства. Оснований не доверять указанным доказательствам не имеется, поскольку они полностью согласуются между собой.

Действия осужденных ФИО1, ФИО2 по указанному эпизоду правильно квалифицированы судом по п. «в» ч.3 ст.163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия и распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное с применением насилия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Выводы суда имеют надлежащее обоснование и мотивированы в приговоре как в части оценки доказательств, доказанности вины осужденного, так и в части юридической квалификации его действий.

- по эпизоду открытого хищения имущества, принадлежащего ИП

«У.», совершенного ФИО1 27.12.2017: показаниями представителя потерпевшего ИП «У.» – ФИО6, свидетеля Б., данными при производстве предварительного расследования и

оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвержденными ими в судебном заседании, об известных им со слов работников магазина обстоятельствах хищения системного блока, стоимость которого составляет 64990 руб. (т.2, л.д.180-182, 196-198); показаниями свидетеля Н., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвержденными им в судебном заседании, согласно которым он работает продавцом в магазине /__/. 27.12.2017 в торговый зал зашел молодой парень, который сообщил, что желает приобрести системный блок MiR Naga i5, стоимостью около 65000 руб., после чего, взяв товар, он провел парня в зону выдачи и ушел за ценником, а когда вернулся, обнаружил, что парня и системного блока в магазине не было. Тогда он вышел в тамбур и увидел, что этот парень с системным блоком идет по улице. Когда он крикнул, чтобы он вернул похищенное, парень пошел быстрее и скрылся, а через некоторое время, вместе с Ж. обнаружили его возле магазина /__/, где забрали у него системный блок и сообщили о происшедшем руководству. В тот же день, около 17 часов, парень вернулся в магазин, где был задержан сотрудниками полиции (т.2, л.д.185-188); показаниями свидетеля Ж., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвержденными им в судебном заседании, которые в целом аналогичны показаниям свидетеля Н. (т.2, л.д.191-193); заявлением У. по факту открытого хищения системного блока, стоимостью 64990 руб. (т.2, л.д.13); протоколом осмотра места происшествия – помещения магазина /__/, расположенного в доме /__/, из которого было совершено хищение, в ходе которого зафиксирована обстановка, изъят системный блок MiR Naga i5, на поверхности которого по заключению эксперта № 14 от 05.02.2018 обнаружен след ладони левой руки ФИО1 (т.2, л.д.16-25, 36-50); письменными документами, подтверждающими стоимость похищенного имущества (т.2, л.д.56, 57, 69, 71-78, 90-105, 111-114, 128-136, 146-151, 157-175, 177).

Анализ указанных и других доказательств, уличающих осужденного ФИО1 в хищении имущества ИП «У., равно как и их оценка, обоснование стоимости похищенного имущества и размера ущерба, причиненного потерпевшему, подробно и полно приведены в приговоре.

Действия осужденного ФИО1 по указанному эпизоду судом верно квалифицированы по ч.1 ст.161 УК РФ, как грабеж.

- по эпизоду открытого хищения имущества /__/,

совершенного ФИО1 16.01.2018: показаниями представителя потерпевшего /__/ Ш., данными в судебном заседании, согласно которым об обстоятельствах хищения виски из магазина /__/ /__/, расположенного в доме /__/, ему стало известно со слов сотрудников; показаниями свидетеля П., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердил в судебном заседании, из

которых следует, что она работает продавцом-кассиром в магазине /__/. 16.01.2018 около 17 часов 15 минут в магазин зашел ране незнакомый молодой человек, который взял с витрины три бутылки виски «Джек Дениел’с» и направился к выходу. Она крикнула ему, чтобы он остановился, так как не расплатился за товар, на что он ответил, что платить не будет, после чего на служебный звонок прибежали сотрудники магазина Г. и Г., которые выбежали на улицу, а вернувшись, сообщили, что парня догнали, но тот отказался вернуть спиртное и оплатить его, после чего уехал (т.3, л.д.64-66); показаниями свидетелей М., Г., Г., являющихся сотрудниками магазина, данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвержденными ими в судебном заседании, которые в целом аналогичны и не противоречат показаниям свидетеля П. (т.3, л.д.69-71, 74-76, 79-81); показаниями свидетеля Р., являющейся сотрудником полиции, данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердила в судебном заседании, о том, что в ходе работы по заявлению представителя /__/ о хищении трех бутылок алкоголя из магазина /__/ был произведен осмотр места происшествия, в ходе которого просмотрена запись с камеры видеонаблюдения, на которой был опознан ранее неоднократно судимый ФИО1, как лицо совершившее преступление (т.3, л.д.83-84); заявлением представителя потерпевшего по факту открытого хищения трех бутылок виски «Джек Дениел’с» 16.01.2018 из магазина /__/ (т.3, л.д.7); протоколом осмотра места происшествия от 17.01.2018 – помещения магазина /__/, расположенного в доме /__/, в ходе которого зафиксирована обстановка, просмотрена видеозапись с камер наблюдения, на которой зафиксировано лицо, совершившее хищение (т.3, л.д.33-43); справкой о стоимости похищенного имущества и актом инвентаризации (т.3, л.д.11, 12); распиской представителя потерпевшего о получении в счет возмещения ущерба денежных средств в размере 5099 руб. 70 коп., переданных Б. (т.5, л.д.243).

Действия осужденного ФИО1 в этой части правильно квалифицированы по ч.1 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чуждого имущества. Выводы суда имеют надлежащее обоснование и

мотивированы в приговоре как в части оценки доказательств, доказанности вины осужденного, так и в части юридической квалификации его действий.

- по эпизоду покушения на открытое хищение имущества /__/

/__/, совершенного ФИО1 16.01.2018: показаниями представителя потерпевшего Ш., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердила в судебном заседании, согласно которым об обстоятельствах хищения имущества из магазина /__/ в /__/ ей стало известно от продавца-консультанта И., после чего она пришла к магазину, возле входа в который увидела продавца, ведущего ФИО3, одетого, со слов продавца, в одежду, за которую он не рассчитался и пытался скрыться. На место был приглашены сотрудники полиции, которые осмотрев магазин, увезли ФИО3 в отделение для дальнейшего разбирательства в вещах, которые он пытался похитить – мужская спортивная одежда, носки и кроссовки на общую сумму 18693 руб. (т.3, л.д.192-194); показаниями свидетеля И., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердила в судебном заседании, согласно которым она работает продавцом магазина /__/. 16.01.2018 в вечернее время в магазин зашел ранее незнакомый молодой человек, который взял спортивные брюки, футболку и джемпер, с которыми прошел в примерочную, откуда вышел, одетый в них. Затем ему подобрали еще куртку и кроссовки, которые он сказал, что будет их покупать. На кассе он взял еще две пары мужских носков, одну из них он тут же надел и сообщил, что ценники с одежды сорвал и оставил в примерочной. Она обнаружила, что на футболке, одетой на нем имеется дырка и сообщила, что за вещь придется заплатить, на что молодой человек ответил, что заплатит завтра. Также сказал, что ему нужна такая же футболка, которую она ему передала и в которую он тут же переоделся. Поврежденную футболку она сложила ему в пакет, затем пробила чеки и озвучила общую сумму покупки, после чего, не рассчитавшись, он вышел из магазина, о чем она сообщила Ш. и побежала за парнем, которого смогла задержать и завести в магазин, куда подошла Ш., которая вызвала полицию (т.3, л.д.197-200); протоколом изъятия от 16.01.2018 у ФИО3 куртки, джемпера, брюк, двух пар носков, двух футболок, кроссовок и протоколом их осмотра (т.3, л.д.113-121, 127-135); справкой о стоимости похищенного имущества (т.3, л.д.148-149); видеозаписью торгового зала магазина /__/ за 16.01.2018, исследованной в суде первой инстанции с участием сторон, на которой зафиксирован ФИО3, выбирающий товары в магазине, а также отражены время и дата событий.

Исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства вины ФИО3 получены с соблюдением требований действующего уголовно-

процессуального законодательства. Оснований не доверять указанным доказательствам не имеется, поскольку они полностью согласуются между собой.

Содеянное осужденным получило надлежащую юридическую оценку. Квалификация действий ФИО3 по ч.3 ст.30, ч.1 ст.161 УК РФ, как покушение на грабеж, является правильной. Выводы суда имеют надлежащее обоснование и мотивированы в приговоре как в части оценки доказательств, доказанности вины осужденного, так и в части юридической квалификации его действий.

- по эпизоду кражи имущества Р.., совершенного ФИО7

В.С. 21.01.2018: показаниями потерпевшего Р., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, согласно которым 21.01.2018, находясь по месту своего жительства, во время совместного распития спиртных напитков с ФИО1 и другими лицами, дал ФИО1 приобретенный им 18.01.2018 сотовый телефон «FinePover C6», стоимостью 2699 руб., чтобы разобраться в настройках, а через некоторое время обнаружил, что телефон пропал, о чем сообщил в полицию (т.4, л.д.41-43); показаниями свидетеля Е., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердила в судебном заседании, в целом аналогичными показаниям потерпевшего (т.4, л.д.54-56); показаниями свидетеля П., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердила в судебном заседании, согласно которым 21.01.2018 она находилась дома у Р., который передавал ФИО7

B.C. сотовый телефон с целью его настройки и, когда было обнаружено, что телефон пропал, она набрала номер и услышала его мелодию в коридоре, где находились парни с ФИО1, которые ушли, после чего мелодия прекратилась. Когда она и Р. находились в полиции, ей по телефону позвонил ФИО3 и сообщил, что нашел у себя телефон, о чем она сообщила оперуполномоченному (т.4, л.д.58-61); телефонограммами, принятыми в дежурной части МО МВД России «Стрежевской» УМВД России по Томской области, заявлением потерпевшего Р. по факту кражи сотового телефона (т.4, л.д.8, 7, 14); протоколом осмотра места происшествия от 21.01.2018 – квартиры /__/, из которой была совершена кража, в ходе которого зафиксирована обстановка (т.4, л.д.10-12); документами, подтверждающими приобретение и стоимость похищенного смартфона «FinePover C6» (т.4, л.д.47, 48, 50); протоколом изъятия сотового телефона «FinePover C6» у ФИО1 и протоколом его осмотра (т.4, л.д.24, 29-35), иными доказательствами, анализ которых подробно и полно приведен в приговоре, уличающими осужденного ФИО1 в совершении указанного преступления.

Действия осужденного ФИО1 по указанному эпизоду правильно квалифицированы судом по ч.1 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

- по эпизоду угона автомобиля, принадлежащего /__/,

совершенного ФИО1 22.01.2018: показаниями представителя потерпевшего ФИО4, данными в судебном заседании, о том, что /__/ принадлежит автомобиль «Chevrolet Niva», закрепленный за водителем В., который оставил автомобиль возле подъезда своего дома, откуда он был угнан и через некоторое время обнаружен с помощью установленной в автомобиле системы GPS в /__/; показаниями свидетеля В., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, согласно которым он работает в /__/ водителем автомобиля «Chevrolet Niva», который 22.01.2018 около 17 часов 30 минут он оставил с заведенным двигателем и ключами в замке зажигания возле подъезда дома /__/, а около 19 часов 30 минут вышел из дома и обнаружил, что автомобиль угнан, о чем сообщил по телефону начальнику колонны М. Через некоторое время М. перезвонил ему и сообщил, что по данным системы «ГЛОНАСС» автомобиль находится возле магазина /__/. После того, как он прибыл на место, увидел М. и поврежденный автомобиль «Chevrolet Niva» (т.4, л.д.213-215); показаниями свидетеля М., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, согласно которым он работает в /__/ начальником автоколонны, в которой имеется автомобиль «Chevrolet Niva 212300-55», государственный регистрационный знак /__/, оборудованный системой GPS/ГЛОНАСС, с целью отслеживания места нахождения автомобиля, принадлежащий /__/, закрепленный за водителем В. 22.01.2018 в вечернее время ему позвонил В. и сообщил, что автомобиль угнан, после чего с помощью системы GPS/ГЛОНАСС было установлено местонахождение угнанного автомобиля, о чем он сообщил В. Приехав на место, увидел сотрудников ДПС и автомобиль «Chevrolet Niva» на котором имелись повреждения. Со слов водителя другого автомобиля, после совершения ДТП, находившиеся в автомобиле «Chevrolet Niva» лица скрылись (т.4, л.д.218-220); показаниями свидетеля Б., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, согласно которым он является собственником автомобиля «Geely МК», государственный регистрационный знак /__/. 22.01.2018 в вечернее время ему позвонил его брат и сообщил, что когда он управлял автомобилем в него врезался автомобиль «Chevrolet Niva», водитель и пассажиры которого оставили место дорожно-транспортного происшествия, после чего он позвонил в ГИБДД (т.4, л.д.234-235); показаниями свидетеля Б., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, согласно которым 22.01.2018 в вечернее время его племянник ФИО1 управлял автомобилем «Chevrolet Niva» и катал его и своих знакомых по городу и когда они заезжали во двор дома, то столкнулись со

встречным автомобилем, после чего они оставили место ДТП (т.4, л.д.223-225); заявлением представителя потерпевшего М. от 22.01.2018 по факту угона автомобиля «Chevrolet Niva», государственный регистрационный знак /__/, принадлежащего /__/ (т 4, л.д.83); справкой /__/ о балансовой принадлежности и стоимости автомобиля «Chevrolet Niva 212300-55», государственный регистрационный знак /__/ (т.4 л.д.173); протоколами осмотра места происшествия от 22.01.2018 с фототаблицами – участка местности возле дома /__/, откуда был угнан автомобиль «Chevrolet Niva», в ходе которого зафиксирована обстановка (т.4, л.д.99-103); протоколом осмотра места происшествия от 22.01.2018 с фототаблицами – автомобиля «Chevrolet Niva», государственный регистрационный знак /__/, находящегося во дворе дома /__/, в ходе которого в присутствии понятых зафиксирована обстановка, обнаружены и изъяты карта памяти от видеорегистратора, стеклянная бутылка из-под водки «Югра» (т.4, л.д.85-88); заключением судебной дактилоскопической экспертизы № 16 от 08.02.2018, согласно которому след папиллярного узора, обнаруженный и изъятый с поверхности стеклянной бутылки из-под водки «Югра» при осмотре автомобиля «Chevrolet Niva», оставлен участком ладони левой руки ФИО1 (т.4, л.д.111-113); протоколом осмотра карты памяти, изъятой из видеорегистратора автомобиля «Chevrolet Niva», в ходе которого были просмотрены файлы видеозаписей, зафиксировавших движение автомобиля с момента угона до момента совершения дорожно-транспортного происшествия (т.4, л.д.133-147).

Исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства вины ФИО3 получены с соблюдением требований действующего уголовно-процессуального законодательства. Оснований не доверять указанным доказательствам не имеется, поскольку они полностью согласуются между собой.

Содеянное осужденным получило надлежащую юридическую оценку. Квалификация действий ФИО3 по ч.1 ст.166 УК РФ, как неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), является правильной. Выводы суда имеют надлежащее обоснование и мотивированы в приговоре как в части оценки доказательств, доказанности вины осужденного, так и в части юридической квалификации его действий.

- по эпизоду разбойного нападения, совершенного ФИО2

01.02.2018 с лицом, в отношении которого уголовное дело прекращено в связи с его смертью: показаниями К., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в связи с его смертью по ходатайству государственного обвинителя в соответствии со ст.276, 281 УПК РФ, потерпевшего И., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на

основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвержденные им при проведении очной ставки со ФИО2 и в судебном заседании, об обстоятельствах совершенного в отношении него нападения, в результате которого было похищено принадлежащее ему имущество на общую сумму 23150 руб., которые в целом аналогичны и не противоречат показаниям осужденного ФИО2, данным при производстве предварительного расследования и положенным в основу приговора (т.7, л.д.136-141, 149-157, т.8, л.д.189-193, 218-222); показаниями свидетеля М., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые она подтвердила в судебном заседании, согласно которым 01.02.2018 в вечернее время она распивала спиртные напитки в кабине автомобиля «MAN», припаркованного возле /__/, с И., с которым познакомилась через сайт знакомств. Через некоторое время И. попытался ее поцеловать и «затащить в спальник», но после ее сопротивления, он успокоился, о чем она сообщила в WhatsАрр и указала местонахождение К., который вместе со ФИО2 подъехали к автомобилю, вытащили из него И. и стали избивать, после чего забрали из автомобиля имущество И. и вместе с ней уехали на такси (т.7, л.д.181-190); показаниями свидетеля Щ., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, о том, что 01.02.2018 в вечернее время подвозил на своем автомобиле к фуре возле /__/ двух парней, которые говорили, что какой-то дальнобойщик насилует женщину и она написала сообщение о помощи. После того, как они приехали, парни стали избивать водителя фуры, после чего один из них обыскал карманы водителя фуры, а другой забрал сумку и они уехали (т.7, л.д.193-197); показаниями свидетеля К., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, из которых следует, что 01.02.2018 он подходил к фуре на стоянке возле /__/ в /__/ и видел, что неизвестный ему молодой человек что-то искал в кабине, а водитель И., был около кабины с кровоподтеками под глазами, ссадинами на лице и держался за бока в районе ребер. Другой парень пояснил, что И. должен им денег, якобы за изнасилование их сестры и требовал их отдать, иначе подожжет фуру (т.8, л.д.3-6); показаниями свидетеля Т., данными при производстве предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые он подтвердил в судебном заседании, согласно которым 02.02.2018 он приобрел у С. за 1000 руб. телефон «Nokia», который через некоторое время он добровольно выдал сотрудникам полиции. О том, что телефон был похищен, он не знал (т.7, л.д.230-231, 245-247); показаниями свидетеля З., данными в судебном заседании, подтвердившего, что в феврале 2018 г. ФИО2 пытался продать планшет «Samsung». От К. ему стало известно, что вместе со ФИО2 они избили человека, у которого забрали этот планшет; заявлением И. от 01.02.2018 по факту причинения ему телесных повреждений и хищения принадлежащего ему имущества

на территории /__/ (т.7, л.д.23); телефонограммой от 01.02.2018 о поступлении в приемное отделение больницы И. с телесными повреждениями (т.7, л.д.22); протоколом осмотра места происшествия от 02.02.2018 с фототаблицей – территории /__/ по /__/, где находился автомобиль «MAN», государственный регистрационный знак /__/ с прицепом, в ходе которого зафиксирована обстановка, беспорядок в кабине автомобиля (т.7, л.д.25-33); протоколом предъявления лица для опознания, в ходе которого потерпевший И. в присутствии понятых твердо и уверенно опознал ФИО2, как лицо совершившее преступление (т.8, л.д.185-188); протоколами выемки планшета «Samsung», телефона «Nokia» и протоколами их осмотра (т.7, л.д.210-213, 214-219, 233-236, 237-241); копиями документов, подтверждающими приобретение, стоимость и наименование похищенного имущества (т.7, л.д.142-147); распиской потерпевшего И. в получении денежных средств от К. в счет возмещения материального и морального вреда (т.8, л.д.203); заключениями судебно-медицинской экспертизы № 105м от 04.04.2018 и дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 128м от 13.04.2018, согласно которым у И. обнаружены телесные повреждения: ушиб мягких тканей головы: ссадина в области лба справа на границе с волосистой частью головы, кровоподтек с мелкоточечными красноватыми кровоизлияниями в нем в правой лобно-височной области, кровоизлияние в склеру правого глаза, кровоподтек правой окологлазничной области, ушибленная рана с синюшным кровоподтеком вокруг с мелкоточечными красноватыми кровоизлияниями в нем правой скуловой области, перелом костей носа, кровоподтек с мелкоточечными красноватыми кровоизлияниями в нем спинки носа, кровоподтек с мелкоточечными красноватыми кровоизлияниями в нем в проекции правой носовой складки, ссадина в проекции носогубного треугольника справа, кровоизлияние на слизистой оболочки верхней губы справа, кровоподтек с мелкоточечными красноватыми кровоизлияниями в нем на волосистой части головы слева в левой затылочной области над завитком левой ушной раковины, кровоподтек у козелка левой ушной раковины; кровоподтек с мелкоточечными красноватыми кровоизлияниями в нем по задней поверхности шеи на уровне седьмого шейного первого грудного позвонков; ушиб грудной клетки, причинившие легкий вред здоровью человека, а также кровоподтек с мелкоточечными красноватыми кровоизлияниями в нем по задней поверхности шеи на уровне седьмого шейного первого грудного позвонков, не причинившие вреда здоровью человека, которые могли быть причинены в срок и при обстоятельствах, указанных в обвинительном заключении и установленных приговором суда (т.7, л.д.99-101, 112-118).

Исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства вины ФИО2 получены с соблюдением требований действующего уголовно-

Содеянное осужденным получило надлежащую юридическую оценку. Квалификация действий ФИО2 по указанному эпизоду по ч.1 ст.162 УК РФ, как разбой, является правильной. Выводы суда имеют надлежащее обоснование и мотивированы в приговоре как в части оценки доказательств, доказанности вины осужденного, так и в части юридической квалификации его действий.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, всем положенным в основу обвинительного приговора доказательствам по всем эпизодам дана объективная оценка, в результате чего суд пришел к убеждению, что они получены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального закона, а потому не вызывают сомнений в их достоверности и оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ, для признания их недопустимыми судом не установлено.

Оснований не доверять вышеуказанным показаниям потерпевших, свидетелей, изложенным поэпизодно, положенным в основу постановленного судом приговора, не имеется, поскольку они последовательны, согласуются между собой, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании материалами дела.

Объективность экспертных заключений не вызывает сомнений, так как выводы экспертов обоснованы ссылками на конкретные обстоятельства и результаты исследования, даны в установленном законом порядке лицами, обладающими специальными познаниями и опытом экспертной деятельности, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов; заключения соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ. Каких-либо противоречий в заключениях экспертиз не имеется. В связи с чем отсутствовали основания для признания заключений экспертиз недопустимыми доказательствами, и экспертные заключения правомерно положены судом в основу приговора.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, у судебной коллегии сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, и позволила суду принять обоснованное и объективное решение по делу. Приведенные в приговоре доказательства были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными. Оснований для признания какого-либо доказательства недопустимым, о чем указывается в апелляционных жалобах, судебная коллегия не усматривает и признает несостоятельной позицию стороны защиты о недопустимости приведенных в приговоре доказательств.

В ходе судебного разбирательства были проверены все возникшие по делу версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены судом, поэтому доводы апелляционных жалоб в этой части безосновательны.

Вопреки утверждению осужденных ФИО1, ФИО2, адвоката Котельникова В.Я. в апелляционных жалобах об обратном, показаниям осужденных, потерпевших и свидетелей, а также письменным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка. Суд привел в приговоре полное обоснование своих выводов о признании достоверными доказательств, на основании которых был постановлен обвинительный приговор.

При этом, в приговоре суда приведены конкретные основания, почему он взял за основу одни доказательства, в том числе показания осужденных ФИО1, ФИО2 на предварительном следствии, и подверг сомнению другие.

Каких-либо объективных данных свидетельствующих о том, что осужденные ФИО1 и ФИО2 давали показания, в которых изобличали и оговорили себя в совершении преступлений, под воздействием со стороны сотрудников полиции, по делу не установлено. Суд обоснованно пришел к мнению о достоверности показанийосужденных ФИО1, ФИО2, данных при производстве предварительного расследования, справедливо отметив, что они подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств, соотносятся с показаниями потерпевших и свидетелей, согласуются с письменными доказательствами, имеющими значение для данного дела, и расценил показания осужденных ФИО1, ФИО2, данные в судебном заседании, как способ защиты.

Не согласиться с такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия не находит оснований.

Доводы жалоб о том, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нельзя признать обоснованными, поскольку все подлежащие доказыванию обстоятельства, при которых осужденные совершили преступления, установлены и в приговоре изложены правильно.

Судебная коллегия не находит оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов следственных действий по доводам, приведенным в жалобах, так как оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов указанных следственных действий у суда не имелось, оснований к этому не было, поскольку они проводились в соответствии с требованиями УПК РФ. Составленные по итогам протоколы соответствуют требованиям ст.166 УПК РФ. О правильности отражения в протоколах имеющих значение для дела результатов свидетельствует отсутствие замечаний и заявлений, как со стороны понятых, так и со стороны лиц, участвовавших в следственных действиях, в связи с чем, суд правильно признал указанные протоколы допустимыми доказательствами.

Нарушений требований закона при изъятии и осмотре предметов, признании их вещественными доказательствами и приобщении к материалам уголовного дела, не допущено. Изъятие предметов, признанных вещественными доказательствами, произведено с соблюдением требований закона. Все обнаруженные и изъятые предметы были упакованы способом, исключающим посторонний доступ, в связи с чем сомневаться в достоверности этих доказательств нет оснований.

Таким образом, как следует из материалов дела, доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.74, 86 УПК РФ, сомнений в их достоверности не имеется. Данных о фальсификации доказательств в отношении ФИО1, ФИО2, материалы уголовного дела не содержат.

При указанных обстоятельствах доводы апелляционных жалоб о несогласии с данной судом оценкой доказательствам на правильность выводов суда о виновности осужденных в содеянном не влияют и не могут являться основанием к отмене судебного решения, поскольку не опровергают выводов суда, а повторяют правовую позицию осужденных ФИО1, ФИО2, выраженную ими в суде первой инстанции, тщательно исследованную судом и нашедшую верное отражение и правильную оценку в приговоре. Оснований для иной оценки доказательств, как об этом поставлен вопрос стороной защиты, суд апелляционной инстанции не усматривает.

В то же время, суд апелляционной инстанции, исходя из положений ст.240, 389.17 УПК РФ, считает подлежащим исключению из описательно-мотивировочной части приговора как на доказательство виновности ФИО1, ФИО2 по эпизоду вымогательства указание на амбулаторную карту /__/ Л. (т.1, л.д.52-57), а также ФИО1 по эпизоду покушения на открытое хищение имущества /__/ указание на телефонограмму Ш. и ее заявление по факту хищения имущества, поступивших в МО МВД России «Стрежевской» УМВД России по Томской области (т.3, л.д.105, 106), поскольку согласно протоколу судебного заседания указанные доказательства судом не исследовались. Внесение данных изменений в обжалуемый приговор не влияет на выводы суда о виновности ФИО1, ФИО2 в инкриминируемых деяниях, поскольку их вина установлена совокупностью других исследованных по делу доказательств, отраженными в приговоре, и получившими надлежащую оценку.

Оснований усомниться в психическом статусе осужденных у суда не имелось, в связи с чем они обоснованно признаны вменяемыми.

При назначении наказания ФИО1, ФИО2 суд, исходя из положений ст.6, 43, 60 УК РФ, учел в полной мере, как указано в приговоре, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновных, их возраст и состояние здоровья, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных.

При этом, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, в соответствии с п. «и, к» ч.1 ст.61 УК РФ, суд учел активное способствование расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления по эпизоду вымогательства и добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления по эпизоду открытого хищения имущества /__/, а также на основании ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины и раскаяние в содеянном, наличие у него заболеваний.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд учел активное способствование

расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления по эпизоду вымогательства, а также на основании ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины по эпизоду вымогательства и частичное признание вины по эпизоду разбоя.

Вместе с тем, в качестве обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, в соответствии п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ, суд обоснованно признал рецидив преступлений, а также в соответствии с п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ по эпизоду вымогательства – совершение преступления в составе группы лиц.

Суд пришел к правильному выводу о том, что вымогательство совершенно ФИО1 в составе группы лиц, так как данный вывод основан на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В качестве обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, в соответствии п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ, по обоим эпизодам преступлений суд обоснованно признал совершение преступлений в составе группы лиц.

При назначении ФИО1 и ФИО2 наказания судом учтены и сведения, характеризующие личность осужденных, имеющие значение для разрешения вопросов о мере наказания, в том числе судом принято во внимание, что ФИО1 и ФИО2 характеризуются как удовлетворительно, так и отрицательно, не работают, ранее судимы, не желают становиться на путь исправления.

Вопреки доводам жалобы ФИО1, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему Л. непосредственно после совершения преступления, иные действия, направленные на заглаживание причиненного ему вреда, предусмотренные п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, не подтверждаются материалами дела и обоснованно не признаны судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств, выводы суда мотивированы в приговоре.

Доводы осужденного ФИО1 об аморальном поведении потерпевшего Л., а также осужденного ФИО2 о противоправном и аморальном поведении потерпевшего И., явившегося поводом для преступлений, являются надуманными и не подтверждаются материалами дела. Исходя из показаний самих ФИО1, ФИО2, потерпевшие не совершили никаких противоправных и аморальных действий в отношении осужденных, которые могли бы вызвать их аффективную реакцию и явиться поводом для преступлений. Установленные судом обстоятельства совершения преступлений не свидетельствуют о том, что причиной, побудившей совершить противоправные действия в отношении потерпевших, явилось их поведение.

Довод осужденного ФИО2, касающийся несогласия с характеристикой, данной ему в судебном заседании участковым уполномоченным полиции К., является необоснованным, поскольку характеристика дана в судебном заседании компетентным должностным лицом, с учетом сведений, которыми должностное лицо обладало и посчитало нужным сообщить, в связи с чем оснований ставить ее под сомнение не имеется.

С учетом обстоятельств дела, данных о личности ФИО1 и ФИО2, учитывая конкретные обстоятельства дела, общественную опасность совершенных преступлений и другие обстоятельства, влияющие на наказание, в целях их исправления и перевоспитания, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости отмены ФИО2 условного осуждения и назначения ему наказания в виде лишения свободы, с применением положений ст.70 УК РФ, а осужденному ФИО1 о назначении наказания в виде реального лишения свободы без назначения дополнительных видов наказания, с применением положений ст.53, ч.3-5 ст.69 УК РФ, в связи с чем доводы апелляционных жалоб о несправедливости назначенного наказания не могут быть приняты во внимание.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1, ФИО2 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных преступлений, личности виновных и полностью отвечающим задачам исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений. Оснований для смягчения наказания суд апелляционной инстанции не усматривает. Каких-либо новых обстоятельств, способных повлиять на вид и размер назначенного наказания, суду апелляционной инстанции не представлено.

Выводы суда о принятом решении и невозможности применения положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ в отношении осужденных, а также положений ч.3 ст.68 УК РФ в отношении осужденного ФИО1 надлежаще мотивированы, не согласиться с ними судебная коллегия оснований не находит. Требования ч.3 ст.66 УК РФ в отношении осужденного ФИО1 по эпизоду хищения имущества /__/ судом соблюдены.

Вид исправительного учреждения назначен осужденным ФИО1, ФИО2 правильно, в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, уголовное дело возбуждено уполномоченным на то должностным лицом в соответствии со ст.146 УПК РФ при наличии повода и оснований, предусмотренных ст.140 УПК РФ. Органами следствия при производстве предварительного расследования, а также судом при рассмотрении дела в судебном заседании нарушений уголовно-процессуального закона не допущено. Дело расследовано и рассмотрено объективно в соответствии с законом. Данных, свидетельствующих о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, либо их фальсификации, по делу не имеется. При рассмотрении дела суд убедился в том, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, каких-либо препятствий к рассмотрению дела по существу и влекущих его возвращение прокурору, не установлено. Уголовное дело рассмотрено в пределах ст.252 УПК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора по данному делу, не установлено.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное следствие по делу проведено в соответствии с требованиями ст.273-291 УПК РФ, объективно, полно

и всесторонне. Суд первой инстанции, сохраняя беспристрастность, обеспечил всестороннее исследование обстоятельств дела на основе принципов состязательности сторон, их равноправия перед судом, создав необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав, представленные суду доказательства были исследованы, все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения в установленном законом порядке, необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, судом не допущено, права и законные интересы участников уголовного судопроизводства не были стеснены или нарушены. При этом сторона защиты активно пользовалась предоставленными законом правами, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Суд, исследовав все доказательства предоставленные сторонами, установив обстоятельства совершения преступлений осужденными, с учетом результатов проведенного судебного разбирательства, обоснованно привел эти обстоятельства в приговоре.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст.259 УПК РФ. При этом показания допрошенных по делу лиц изложены в приговоре объективно, соответствуют протоколу судебного заседания. Поданные на протокол судебного заседания замечания рассмотрены председательствующим в соответствии со ст.260 УПК РФ, мотивы, по которым замечания отклонены, не вызывают сомнений в своей обоснованности.

При таких обстоятельствах с доводами, приведенными в апелляционных жалобах, о необоснованном осуждении ФИО1, ФИО2 о фальсификации материалов дела и необъективном судебном разбирательстве, согласиться нельзя, поскольку они противоречат материалам дела и приведенным в приговоре доказательствам.

Вопреки утверждениям в жалобах, в приговоре, как это предусмотрено требованиями ст.307, 309 УПК РФ, содержится описание преступных действий каждого из осужденных с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины и мотивов, изложены доказательства виновности по каждому подтвержденному в суде обвинению, приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом, сформулированы выводы о квалификации действий осужденных, а также по другим вопросам, в том числе решение о зачете времени предварительного содержания под стражей, о мере пресечения в отношении каждого осужденного до вступления приговора в законную силу и вопроса о вещественных доказательствах, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора.

Судебная коллегия, проверив доводы осужденного ФИО1 о ненадлежащем оказании юридической помощи адвокатом Герасимовым В.А. полагает их необоснованными и не свидетельствующими о нарушении права осужденного на защиту. В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции осужденный не высказывал обоснованных претензий относительно

компетентности и добросовестности адвоката. Само по себе вынесение по делу обвинительного приговора не свидетельствует о невыполнении защитником – адвокатом своей процессуальной функции. Объективных же данных, которые бы указывали на недобросовестное исполнение адвокатом профессиональных обязанностей при осуществлении защиты, на допущенные во вред интересам осужденного действия или бездействие, в материалах дела не содержится. При этом адвокат активно участвовал в исследовании доказательств, в прениях сторон, его позиция совпадала с позицией подзащитного. При таких обстоятельствах, а также с учетом отсутствия в уголовном деле сведений о том, что названный выше адвокат в нарушение положений ст.72 УПК РФ оказывал юридическую помощь своему подзащитному, оснований полагать, что было нарушено право ФИО1 на защиту не имеется.

Существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену приговора, в ходе производства по делу предварительного расследования и его рассмотрения судом первой инстанции не установлено.

Несостоятельными являются доводы ФИО1, ФИО2 о необоснованном ограничении их судом первой инстанции во времени ознакомления с материалами уголовного дела при подготовке к апелляционному рассмотрению дела, поскольку, как видно из материалов дела, ФИО1, ФИО2 были ознакомлены с материалами дела в порядке ст.217 УПК РФ, а также им были предоставлены материалы дела для дополнительного ознакомления и после вынесения приговора. При этом материалы уголовного дела ФИО1, ФИО2 предоставлялись в тех объемах и последовательности, которые определялись ими самостоятельно, судом были созданы необходимые условия для надлежащего ознакомления осужденных с уголовным делом, осужденные сами указывали, с какими материалами дела они ознакомлены, не имея каких-либо замечаний к сотрудникам аппарата суда. За период с 14 сентября по 18 ноября 2022 года возможность ознакомления с уголовным делом, состоящим из 17-ти томов, предоставлялась ФИО8 в течение 19 рабочих дней, ФИО2 – в течение 14 рабочих дней (т.19, л.д.135-137, 139-140), в связи с чем суд первой инстанции своими постановлениями от 18.11.2022, мотивированно расценив их действия как злоупотребление своими процессуальными правами, обоснованно ограничил их во времени ознакомления с материалами уголовного дела, установив разумный срок для его завершения (т.19, л.д.22-24, 25-28). После вынесения указанных постановлений ФИО1 знакомился с материалами уголовного дела в течение 6 рабочих дней, ФИО2 – в течение 4 рабочих дней, а также с аудиозаписью судебных заседаний – в течение 4 рабочих дней и 18.01.2023 в полном объеме был ознакомлен с материалами уголовного дела и протоколами судебных заседании (т.19, л.д.137-138, 140-141, 142), от ознакомления с аудиозаписью судебных заседаний осужденный ФИО1 отказался, копия протокола судебных заседаний вручена ему 24 марта, 27 апреля 2023 года (т.19, л.д.134, т.20, л.д.53, 76). В апелляционных жалобах и дополнениях осужденные подробно изложили доводы о несогласии с приговором суда по указанным ими основаниям, которые поддержали в суде апелляционной инстанции, что

свидетельствует о том, что они в достаточной степени были ознакомлены с материалами дела и аудиозаписью судебного заседания.

Проанализировав порядок ознакомления осужденных с материалами дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку тем фактическим обстоятельствам, которыми судья руководствовался при принятии решения, соглашается с выводами суда первой инстанции и принимает во внимание представленные материалы уголовного дела, из которых усматривается явное затягивание осужденными времени ознакомления с материалами уголовного дела.

При этом каких-либо данных, свидетельствующих об ограничении возможности ознакомления осужденных с материалами уголовного дела по вине суда, а также каких-либо объективных данных, свидетельствующих о невозможности более эффективно использовать предоставляемую им судом возможность для ознакомления с материалами уголовного дела, в том числе в связи с содержанием в следственном изоляторе, либо по иным причинам, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы осужденного ФИО1 об изменении приговора ввиду необходимости зачета в срок отбытия наказания времени содержания под стражей с 24.01.2018, не являются безусловным основанием для изменения обжалуемого судебного решения, поскольку в случае несогласия осужденного ФИО1 с зачетом времени содержания под стражей в срок отбытия наказания или каких-либо неясностей и сомнений по этому вопросу, он, при наличии к тому оснований, вправе обратиться в порядке ст.396-397 УПК РФ в суд, вынесший приговор.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб по изложенным в них доводам не имеется.

Руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Стрежевского городского суда Томской области от 19.08.2022 в отношении ФИО1, ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора как на доказательство виновности ФИО1, ФИО2 по эпизоду вымогательства указание на амбулаторную карту /__/ Л. (т.1, л.д.52-57);

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора как на доказательство виновности ФИО1 по эпизоду покушения на открытое хищение имущества /__/ указание на телефонограмму Ш. и ее заявление по факту хищения имущества, поступивших в МО МВД России «Стрежевской» УМВД России по Томской области (т.3, л.д.105, 106).

В остальной части приговор Стрежевского городского суда Томской области от 19.08.2022 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных

ФИО1, ФИО2, адвоката Котельникова В.Я. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденных – в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: