Дело № 2а-1384/2023; 33а-7637/2023

59RS0004-01-2023-000202-52

Судья Подгайная Н.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 июля 2023 года г. Пермь

Судебная коллегия по административным делам Пермского краевого суда в составе

председательствующего судьи Шалагиновой Е.В.,

судей Титовца А.А., Чулатаевой С.Г.,

при секретаре Кирьяковой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «СтройТрубопроводСервис» к Государственной инспекции труда в Пермском крае, начальнику отдела Государственной инспекции труда ФИО1 о признании незаконным предписания,

по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью «СтройТрубопроводСервис» на решение Ленинского районного суда г. Перми от 11 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Шалагиновой Е.В., объяснения представителя заинтересованных лиц ФИО2, ФИО3 – ФИО4, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ООО «СтройТрубопроводСервис» (далее – Общество, административный истец, ООО «СТС») обратилось с административным исковым заявлением к Государственной инспекции труда в Пермском крае (далее – инспекция), начальнику отдела Государственной инспекции труда ФИО1 о признании незаконным предписания ** от 18.11.2022.

В обоснование заявленных требований указано, что по факту несчастного случая, произошедшего 18.06.2020 с работником ШН., специально созданной комиссией, с участием государственного инспектора труда ГИТ в Пермском крае КС. проведено расследование обстоятельств и причин несчастного случая. По результатам расследования комиссией составлен акт №3 о несчастном случае на производстве от 10.09.2020. Из пункта 10 указанного акта следует, что лицами, допустившими нарушение требований охраны труда признаны: ФИО5 – механик, машинист крана-трубоукладчика ШН. (пострадавший), начальник управления СМР ФИО6 С указанным актом также ознакомлены заинтересованные лица ФИО2 и ФИО3, результаты расследования ими не обжаловались. Оснований для проведения дополнительного расследования не имелось, поскольку заявление в ГИТ о несогласие с расследованием от 2020 года ФИО2 и ФИО3 поданы по просьбе следователя Суксунского МСО СУ СК в Пермском крае, что является нарушением статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации. Выражено несогласие о проведении дополнительного расследования начальником отдела Государственной инспекции труда ФИО1, а не государственным инспектором труда.

В пункте 1.7 заключения неверно указан стаж ШН., что имеет значение при определении степени вины работника в произошедшем несчастном случае; в пункте 2 неверно указано, что не проводился вводный инструктаж и инструктаж на рабочем месте ШН.; в пункте 3 заключения содержится неверная информация об отсутствии сведений о прохождении ШН. предварительного медицинского осмотра при приеме на работу, а также прохождении психиатрического освидетельствования; в пункте 4.4. заключения не верно указано на не проведение специальной оценки условий труда.

В заключении по результатам проведения дополнительного расследования несчастного случая исключена вина работника ШН., с чем административный истец выражает несогласие, поскольку присутствующие лица КП., ФИО5 никаких команд ШН. о начале съезда крана-трубоукладчика с трала не давал. Выполнение действий по установке трубы на кран-трубоукладчик, в результате которых ШН. задел ЛЭП и получил поражение техническим электричеством, являлось личной инициативой самого пострадавшего.

Также административный истец выражает несогласие с включением в число лиц виновных в возникновении несчастного случая директора ФИО7. Административный истец полагает, что оснований для изменения ранее изложенных обстоятельств несчастного случая, новых выводов по результатам дополнительного расследования несчастного случая не имеется.

Указано на необоснованность применения административным ответчиком Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещения грузов, необоснованность выводов о непринятии обществом всех необходимых мер к обеспечению безопасности работников при осуществлении ими своих трудовых обязанностей. В связи с чем оспариваемое предписание о необходимости составления акта формы Н-1, является незаконным.

Определением суда от 16.02.2023 к участию в деле в качестве административного ответчика привлечен начальник отдела Государственной инспекции труда ФИО1, в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО7, ФИО6, ФИО5 (том 1 л.д. 102). Определение суда от 20.02.2023 к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО2, ФИО3 (том 1 л.д. 109).

Судом постановлено решение, которым в удовлетворении административного иска отказано.

В апелляционной жалобе административный истец просит решение суда отменить, принять новое решение. В жалобе приведены доводы о том, что вывод суда о правомерности исключения пострадавшего из числа лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, не соответствует обстоятельствам дела. Судом не учетно, что по результатам расследования, проведенного комиссией, председателем который был государственный инспектор труда КС., установлена вина в несчастном случае самого пострадавшего ШН. Кроме того, судом не принято во внимание, что ШН. являлся опытным сотрудником со стажем работы свыше 15 лет, имел 6-й квалификационный разряд. В свою очередь, в пункте 1.7 Заключения от 18.11.2022 неверно указан стаж работы ШН., суд согласился с данным доводом, однако сделал также неверный вывод, что неверное указание стажа на определение степени вины работника в произошедшем несчастном случае не влияет. Между тем, в соответствии со статьей 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации данное обстоятельство является существенным при устанавливании вины в несчастном случае.

При этом из обстоятельств дела следует, что остановка тягача с тралом и краном-трубоукладчиком на Т-образном перекрестке у д. Сухой Лог – являлось временной, проведение каких-либо работ или операций в месте остановки не планировалось. Пострадавшему никто никаких команд о начале съезда крана-трубоукладчика с трала не давал, что подтверждается протоколами опросов свидетелей несчастного случая КП. и ФИО5 Выполнение операции по установке трубы на кран-трубоукладчик, в результате которой ШН. задел ЛЭП и получил поражение техническим электричеством являлось личной инициативой самого пострадавшего. Вывод суд о том, что указанные обстоятельства не свидетельствуют о безусловном наличии вины ШН. в произошедшем несчастном случае, является ошибочным. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что единственной причиной несчастного случая явилась грубая неосторожность самого пострадавшего. Кроме того, в 2005 году ШН. была присвоена 2-я (повышенная) группа по электробезопасности, которую ШН. неоднократно подтверждал на повторных обучении и аттестации, в том числе в 2019 году в сторонней организации. Таким образом, ШН. обладал необходимыми знаниями в сфере электробезопасности.

Из заключения эксперта следует, что подписи в журналах вводного инструктажа на рабочем месте выполнены не ШН., а иным лицом. При этом экспертное исследование проведено на основании копий указанных журналов, выводы эксперта носят вероятностный характер. Также в экспертном заключении указывается лишь на то, что подписи в журналах не принадлежат ШН., однако это не означает, что указанные инструктажи с ним не проводились. Свидетели НК. и ХР. подтверждают проведение вводных инструктажей.

Вывод суда об обоснованности включения директора ФИО7 в число лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, не соответствует материалам дела, поскольку директор общества не проводит вводные инструктажи работников и инструктажи рабочих мест и не может нести ответственность за действия должных лиц, на которых указанные обязанности возложены.

Также судом применен нормативный акт, который не подлежал применению, а именно Правила по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещения грузов, утвержденных Приказом Минтруда России от 17.09.2014 № 642н, поскольку в данном случае заезд крана-трубоукладчика на трал и съезд с трала к таким работам не относится.

В отзывах на апелляционную жалобы заинтересованные лица ФИО5, ФИО7 доводы жалобы поддержали.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заинтересованных лиц ФИО2, ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебном заседании суда апелляционной инстанции участия не принимали, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом что следует из почтовых уведомлений и сведений с сайта Почта России.

На основании части 2 статьи 150, части 2 статьи 306, части 1 статьи 307, части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены решения суда и исходит из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании трудового договора от 13.08.2018 ШН. принят на работу в ООО «СтройТрубопроводСервис» на должность машиниста крана трубоукладчика для выполнения работ вахтовым методом (пункт 1.1 договора).

В соответствии с дополнительным соглашением № 2 от 27.12.2019 к трудовому договору от 13.08.2018, рабочее место работника располагается по месту выполнения работ на объекте: «Инв.№ 247 магистральный газопровод «Уренгой-Новопсков» от 1594 км, 3 км до 1751, 0 км (том 2 л.д. 63-75).

В соответствии с приказом ООО «СТС» от 30.06.2020 трудовой договор с ШН. прекращен в связи со смертью работника (том 2 л.д. 76).

Из акта № 3 о несчастном случае на производстве (форма Н-1), утвержденного 10.09.2020, следует, что в 09:00 18.06.2020 механик участка ФИО5 получил устное распоряжение от начальника управления СМР ФИО6 о необходимости транспортировки крана трубоукладчика «KOMATSU D-355C3» на участок капитального ремонта магистрального газопровода «Уренгой-Новопсков» вблизи деревни Сухой Лог. С этой целью механик ФИО5 с бригадой в составе водителя тягача «MAN» TGA33.480 6X4 BBS-WW КП. и машиниста крана трубоукладчика ШН. организовал работы по погрузке крана трубоукладчика «KOMATSU D-355C3» на трал, и транспортировке его из д. Мазуевка Кишертского района (место стоянки грузовой техники) в д. Сухой Лог (протяженность маршрута составляет 30 км). Около 18:00 техника прибыла в д. Сухой Лог, на Т-образом перекрестке тягач совершил маневр задним ходом на грунтовую дорогу. Согласно схеме места происшествия, трал с краном трубоукладчиком находился под воздушной линией электропередачи, пересекающей грунтовую дорогу. Со слов механика ФИО5 на данном участке планировалась разгрузка крана трубоукладчика. Совместно с водителем тягача КП. ФИО5 стали осматривать участок грунтовой дороги для более удобной разгрузки крана трубоукладчика. Каких-либо команд по разгрузке крана трубоукладчика ФИО5 не давал. Со слов водителя тягача КП., обходя трал с правой стороны, он обратил внимание на лежащего в траве с левой стороны трала ШН. КП. немедленно сообщил об этом ФИО5 Приблизившись, они увидели лежащего на животе ШН., под головой которого находилась выхлопная труба крана трубоукладчика. Признаков жизни ШН. не подавал. В 18:30 ФИО5 вызвал скорую помощь и сообщил начальнику участка ФИО6 о происшедшем. Прибывшая скорая помощь констатировала смерть ШН.(пункт 4).

В акте отражено, что комиссия предполагает, что ШН. самостоятельно принял решение начать подготовку крана трубоукладчика к выгрузке. Поднявшись на кран-трубоукладчик ШН. по неосторожности, задел выхлопной трубой воздушную линию электропередач и был поражен техническим электричеством (пункт 8) (том 1 л.д. 52-54).

В соответствии с заключением эксперта (экспертиза трупа) № 265 от 21.07.2020, выданного Кунгурский филиалом ГКУЗОТ «ПКБСМЭ», смерть ШН. наступила в результате поражения электричеством, что подтверждается наличием множества электрометок теле, а также признаками остронаступившей смерти. Данная травма согласно пункту 6.2.10 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 квалифицируется, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (пункт 8.2 акта).

Комиссия установила причины несчастного случая:

- неудовлетворительная организация производства работ выразившаяся: в нарушении допуска к работам с повышенной опасное (выполнение погрузочно-разгрузочных работ в охранной зоне линии электропередачи без письменного разрешения владельца линии электропередачи). Нарушены требования пункта 11 «Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, утверждённых приказом Минтруда России от 17 сентября 2014 года № 642н; в недостаточном контроле со стороны механика участка ФИО5 за соблюдением трудовой дисциплины. Нарушены требования статей 189, 212 Трудового кодекса Российской Федерации (пункт 9.1 акта).

Нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении требования по охране труда и обеспечение безопасности труда машинистом крана трубоукладчика ШН. Нарушены требования статьей 21, 214 Трудового кодекса Российской Федерации, пункты 4, 5 Требования безопасности во время работы, Инструкции по охране труда для машинистов трубоукладчиков № НОТ ПР 02 (пункт 9.2).

Не обеспечение должного функционирования системы управления охраной труда в части управления рисками, возникающими при выполнении работ с повышенной опасностью. Нарушение статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации в части функционирования системы управления охраной труда, пункта 33 «Типового положения о системе управления охраны труда», утверждённого приказом Минтруда России от 19 августа 2016 № 438н (пункт 9.3).

Комиссия, рассмотрев обстоятельства несчастного случая, не установила в действиях пострадавшего ШН. факта грубой неосторожности.

Постановлением Государственной инспекции труда в Пермском крае № 59/6-573-20-ИЗ/12-11231-И/2019-11 от 14.09.2020 ООО «СтройТрубопроводСервис» привлечено к административной ответственности по части 1 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, обществу назначено административное наказание в виде штрафа в размере 80 000 рублей.

Постановлением Государственной инспекции труда в Пермском крае № 59/6-573-20-ИЗ/12-11235-И/2019-11 от 14.09.2020 ООО «СтройТрубопроводСервис» привлечено к административной ответственности по части 4 статьи 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, обществу назначено административное наказание в виде предупреждения.

Постановлением Государственной инспекции труда в Пермском крае № 59/6-573-20-ИЗ/12-3199-И/2019-11 от 03.03.2021 ФИО5 привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, обществу назначено административное наказание в виде штрафа в размере 5 000 рублей.

Постановлением установлено, что должностное лицо механик участка ООО «СТС» ФИО5 допустил нарушение требований охраны труда, содержащиеся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах. Указанное постановление ФИО5 не обжаловано.

28.04.2021 Суксунским межрайонным следственным отделом управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю возбуждено уголовное дело ** по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлениями заместителя руководителя Суксунского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации ФИО8 от 29.04.2021, 04.06.2021 ФИО2 и ФИО3 признаны потерпевшими по уголовному делу, возбужденному по факту происшествия.

10.10.2022 ФИО2 обратилась в государственную инспекцию труда в Пермском крае о несогласии с результатами расследования несчастного случая со смертельным исходом ШН., произошедшего 18.06.2020 (том 1 л.д.121).

20.10.2022 на основании заявления ФИО2 заместителем руководителя Государственной инспекции труда в Пермском крае ВЭ. издано распоряжение о проведении дополнительного расследования несчастного случая, в срок с 20.10.2022 по 03.11.2022 (том 1 л.д.118)

Указанное решение направлено в ООО «СтройТрубопроводСервис», ФИО2, также о проведении дополнительного расследования несчастного случая уведомлены ГУ Пермское региональное отделение ФСС РФ, Пермский Крайсовпроф (том 1 л.д. 122).

03.11.2022 решением начальника отдела государственной инспекции труда в Пермском крае ФИО1 с согласованием с заместителем руководителя ГИТ в Пермском края ВЭ. срок проведения дополнительного расследования продлен до 18.11.2022 (том 1 л.д.136).

В ходе проведения дополнительного расследования начальником отдела государственной инспекции труда в Пермском крае ФИО1 дополнительно запрашивались в ООО «СТС» должностные инструкции АВ., ФИО6, перечень работ повышенной опасности, выполняемой по наряд-допуску, приказ № 28/19-ПР от 15.02.2019 (том 1 л.д.141).

Также начальником отдела государственной инспекции труда в Пермском крае ФИО1 в ходе дополнительного расследования исследованы материалы уголовного дела, в частности, заключение эксперта № 370, протоколы допросов ХР., КП., ФИО5, ФИО7 (том 1 л.д. 156-170).

По результатам дополнительного расследования несчастного случая от 18.06.2020 составлено заключение (том 1 л.д. 18-23) из которого следует, что:

вводный инструктаж не проводился, согласно заключению эксперта № 370 подписи от имени ШН., изображения которых расположены в копиях журнала регистрации инструктажа на рабочем месте, журнала вводного инструктажа, протокол проверки знаний по охране труда по профессии или виду работы № 022 от 28 мая 2020 года выполнены не ШН.(пункт 2.1.);

инструктаж на рабочем месте (первичный, повторный, внеплановый, целевой) по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай не проводился, изображения которых расположены в копиях журнала регистрации инструктажа на рабочем месте, журнала вводного инструктажа, протокол проверки знаний по охране труда по профессии или виду работы № 022 от 28 мая 2020 года выполнены не ШН.(пункт 2.2.);

обучение по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которых произошел несчастный случай не проводилось, изображения которых расположены в копиях журнала регистрации инструктажа на рабочем месте, журнала вводного инструктажа, протокол проверки знаний по охране труда по профессии или виду работы № 022 от 28 мая 2020 года выполнены не ШН.(пункт 2.4.);

проверка знаний требований охраны труда по профессии или виду работы, при выполнении которых произошел несчастный случай не проводилась, изображения которых расположены в копиях журнала регистрации инструктажа на рабочем месте, журнала вводного инструктажа, протокол проверки знаний по охране труда по профессии или виду работы № 022 от 28 мая 2020 года выполнены не ШН.(пункт 2.5.).

Из выводов заключения следует, что несчастный случай со смертельным исходом, административным ответчиком квалифицирован как несчастный случай, связанный с производством и подлежащий оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в ООО «СтройТрубопроводСервис».

Причины несчастного случая: неудовлетворительная организация погрузочно-разгрузочных работ, выразившееся в отсутствии должностного лица, ответственного за безопасное проведение работ с применением ПС, отсутствии письменного разрешения владельца линии электропередачи (пункт 7.1). Недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в не проведении инструктажа по охране труда, обучения и проверки знаний охраны труда (пункт 7.2);

Лица, ответственные за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая:

ФИО6, начальник управления СМР, не назначил должностное лицо, ответственное за безопасное проведение работ с применением ПС, не обеспечил выполнение мероприятий по получению письменного разрешения владельца линии электропередачи на производство работ (пункт 8.1);

ФИО7, директор ООО «СтройТрубопроводСервис», не обеспечил создание безопасных и благоприятных для жизни и здоровья условий труда, не организовал обучение ШН. безопасным методам и приемам выполнения работ (пункт 8.2).

18.11.2022 Государственной инспекцией труда в Пермском крае в адрес ООО «СтройТрубопроводСервис» вынесено предписание № 59/8- 29202-22-И/10-4768-И/583 об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права: в срок до 20.12.2022 составить акт о несчастном случае со смертельным исходом на производстве, происшедший с ШН. по форме Н-1 в соответствии с заключением от 18.11.2022 и утвердить его (том 1 л.д. 24-25).

12.12.2022 ООО «СтройТрубопроводСервис» подало жалобу на вышеуказанное предписание Государственной инспекции труда в Пермском крае (том 1 л.д. 28а-33).

Решением руководителя Государственной инспекцией труда в Пермском крае от 23.12.2022 года № 59/59/8-38880-22-И/10-148522-СП жалоба ООО «СтройТрубопроводСервис» оставлена без удовлетворения (том 2 л.д. 42-49).

Вышеуказанное предписание получено директором ООО «СТС» 02.12.2022 (том 1 л.д. 26-27).

Обстоятельства проведения дополнительного расследования и выданное по его результатам предписание явились основанием для обращения ООО «СтройТрубопроводСервис» в суд с настоящим иском.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался положениями трудового законодательства и исходил из того, что процедура дополнительного расследования несчастного случая соблюдена, заключение и обжалуемое предписание о составлении акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве являются законными и обоснованными, предписание выдано начальником отдела ФИО1 в рамках предоставленных ему законом полномочий.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм права, с учетом установленных обстоятельств по делу.

Согласно статье 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших.

Под несчастным случаем на производстве в силу статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

На основании статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.

В соответствии с частью первой статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Статьей 356 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в соответствии с возложенными на нее задачами федеральная инспекция труда, в частности, осуществляет федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, посредством проверок, выдачи обязательных для исполнения предписаний об устранении нарушений.

При осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, государственные инспекторы труда имеют право, в частности, расследовать в установленном порядке несчастные случаи на производстве; предъявлять работодателям и их представителям обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов (статья 357 названного Кодекса).

Правильно проанализировав и применив положения закона, регулирующие спорные правоотношения, суд пришел к обоснованному выводу о соответствии оспариваемого предписания требованиям закона.

При рассмотрении дела установлены факты нарушения ООО «СТС» трудового законодательства, которые привели к несчастному случаю на производстве, произошедшему с работником ШН., а также факт его смерти, причиной которой являлись выявленные нарушения требований охраны труда.

Исходя из установленных обстоятельств выявления очевидных нарушений трудового законодательства работодателем, несоответствия акта о несчастном случае фактическим обстоятельствам и материалам его расследования, государственным инспектором труда в пределах предоставленных абзацем 2 статьи 356 и абзацем 6 части 1 статьи 357 Трудового кодекса Российской Федерации полномочий правомерно вынесено обязательное для работодателя предписание о возложении на него обязанности составить акт формы Н-1.

При рассмотрении административного дела нарушений процедуры проведения дополнительного расследования несчастного случая не установлено, напротив, с учетом вышеприведённых положений закона и установленных обстоятельств дела, должностным лицом – начальником отдела ФИО1 при составлении заключения о несчастным случае и вынесения оспариваемого предписания не было допущено нарушений действующего законодательства. Дополнительное расследование было инициировано заинтересованными лицами (родственниками погибшего работника), которые были не согласны с выводами первоначального расследования. Предписание было выдано в результате проведенного в установленном законом порядке дополнительного расследования уполномоченным должностным лицом, содержание заключения и предписания соответствует нормам закона.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, отмену решения не влекут, поскольку выводы суда не опровергают.

Основанием для проведения дополнительного расследования смертельного несчастного случая послужило поступление в государственную инспекцию труда заявления от дочери пострадавшего о несогласии с выводами комиссии ранее проведенного расследования. Данное основание для проведения государственным инспектором труда дополнительного расследования полностью соответствует положениям части 1 статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации.

Начальник отдела государственной инспекции труда в Пермском крае ФИО1 является государственным инспектором труда и в силу п. 4 Положения о федеральном государственном контроле (надзоре) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 21.07.2021 № 1230, ему правомерно было поручено проведение дополнительного расследования на основании решения заместителя руководителя ГИТ ВЭ. от 20.10.2022 (.д. 118).

Вопреки доводам жалобы, выводы суда о доказанности нарушений требований трудового законодательства, в результате которых произошел несчастный случай, о причастности директора ФИО7 в возникновении несчастного случая, об отсутствии вины пострадавшего ШН. в его возникновении, достаточным образом мотивированы, основаны на анализе совокупности представленных доказательств, которым судом дана соответствующая требованиям статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оценка, признанная судебной коллегией правильной.

В оспариваемом решении суда приведены обстоятельства произошедшего с ШН. смертельного несчастного случая, учтены доказательства, подтверждающие отсутствие проведения вводного инструктажа и инструктажа на рабочем месте ШН. В частности учтены выводы заключения эксперта № 370 ГУ МВД по Пермскому краю, о том, что подписи в соответствующих журналах и протоколе № 022 от 28.05.2020 выполнены не пострадавшим (том 2 л.д. 150-152). При этом ссылка административного истца на недопустимость заключения эксперта, как доказательства в рамках настоящего административного дела, не может быть признана обоснованной, поскольку данное доказательство отвечает требованиям статьи 59 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Утверждение административного истца о вине самого ШН. в произошедшем несчастном случае (в форме неосторожности) опровергается заключением главного государственного инспектора от 18.11.2022, основанного на материалах расследования, проведенного комиссией по расследованию несчастного случая образованной приказом директора ООО «СТС» от 25.06.2020 №76/20-ПР и материалами дела следственного отдела СУ СК России по Пермскому краю, и не ставит под сомнение законность и обоснованность принятого судом решения. Само по себе то обстоятельство, что пострадавший ШН. имел многолетний стаж работы по профессии, имел 2 (повышенную) группу по электробезопасности, не свидетельствует об отсутствии у Общества обязанности по проведению необходимый инструктажей и надлежащей организации работы.

Судебная коллегия, считает выводы суда первой инстанции о том, что причиной несчастного случая являлось также неудовлетворительная организация погрузочно-разгрузочных работ, выразившееся в отсутствии должностного лица, ответственного за безопасное проведение работ с применением ПС, отсутствии письменного разрешения владельца линии электропередачи, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в не проведении инструктажа по охране труда, обучения и проверки знаний охраны труда, являются верными, основанными на имеющихся в деле доказательствах.

В соответствии с положениями статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Проанализировав положения Устава ООО «СТС», содержание трудового договора ** от 15.04.2013, заключенного между ООО «СТС» и ФИО7, должностной инструкции директора (л.д. 225-227 том 1), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о причастности директора ФИО7 в возникновении несчастного случая.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО7 не является должностным лицом, ответственным за охрану труда в ООО «СТС», являлись предметом судебной проверки суда первой инстанции и обоснованно отклонены, поскольку обратное подтверждено исследованными доказательствами.

Именно на ФИО7, являющегося директором ООО «СТС», в силу закона и должностной инструкции возложены обязанности по проведению мероприятий по выполнению правил охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии технической эксплуатации оборудования и инструмента, а также контролю за их соблюдением и по контролю за соблюдением рабочими правил охраны и техники безопасности по производственной и трудовой дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка. В связи с чем соответствующие доводы апелляционной жалобы судебной коллегией отклоняются как несостоятельные.

Судебная коллегия также отмечает, что согласно части 1 статьи 353 и части 1 статьи 354 Трудового кодекса Российской Федерации федеральная инспекция труда - единая централизованная система, состоящая из федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальных органов (государственных инспекций труда).

В соответствии с возложенными на нее задачами федеральная инспекция труда реализует такие основные полномочия, как проверка соблюдения установленного порядка расследования и учета несчастных случаев на производстве; участие в расследовании несчастных случаев на производстве или самостоятельное его проведение (абзацы восьмой и десятый части 1 статьи 356 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 360 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что государственные инспекторы труда в целях осуществления федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, проводят плановые и внеплановые проверки на всей территории Российской Федерации любых работодателей (организации независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, а также работодателей - физических лиц) в порядке, установленном федеральными законами с учетом особенностей, установленных данной статьей (часть 2).

Предметом проверки является соблюдение требований трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, выполнение предписаний об устранении выявленных в ходе проверок нарушений и о проведении мероприятий по предотвращению нарушений норм трудового права и по защите трудовых прав граждан (часть 6).

Проверка соблюдения установленного порядка расследования и учета несчастных случаев на производстве предусматривает, в том числе разрешение вопросов, относятся ли события, в результате которых пострадавшим были получены телесные повреждения (травмы), к несчастному случаю, подлежащему расследованию и учету; соблюдены ли работодателем требования к порядку извещения о несчастных случаях, к соблюдению сроков расследования несчастных случаев, к порядку оформления материалов расследования несчастных случаев, их регистрации и учету (статьи 227, 228.1, 229.1, 230, 230.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исчерпывающие основания для проведения дополнительного расследования установлены в статье 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, заявления о проведении расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности. По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Из приведенных норм законодательства следует, что проведение государственным инспектором труда расследования несчастного случая имеет иные основания, чем проведение проверки работодателя на предмет соблюдения требований трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, в том числе соблюдения установленного порядка расследования и учета несчастных случаев на производстве.

Таким образом, учитывая полномочия по проведению дополнительного расследования несчастного случая, предоставленные законом должностному лицу Государственной инспекции труда, само по себе отличие выводов по результатам расследования, проведенного Комиссией по расследованию обстоятельств и причин несчастного случая (утверждена Приказом ООО «СТС» от 25.06.2020 № 76/20-ПР) от результатов проведения дополнительного расследования начальника отдела ФИО1 не свидетельствует о незаконности предписания выданного должностным лицом, с учетом того, что помимо прочих материалов проверки, выводы начальника отдела основаны на материалах возбужденного уголовного дела по факту смерти работника ШН.

Не опровергают правильность выводов суда и доводы апелляционной жалобы Общества о неверном применении положений Приказа Минтруда России от 17.09.2014 № 642н «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов» (действующих в момент наступления несчастного случая), поскольку с учетом фактических обстоятельств дела, которыми подтверждается, что в рассматриваемом случае имелась необходимость транспортировки (погрузки и разгрузки) крана трубоукладчика «KOMATSU D-355C3» на трал, указанные работы относятся погрузочно-разгрузочным работам, в связи с чем выводы начальника отдела ФИО1 являются верными, нормы закона судом применены правильно.

Несогласие административного истца с указанием в заключение административного ответчика стажа работы ШН., при выполнении которой произошел несчастный случай, основанием для отмены судебного акта не является, поскольку не исключает ответственность работодателя и его обязанности по надлежащему расследованию несчастного случая с составлением акта формы Н-1. Более того, аналогичные сведения о стаже работы ШН. были отражены в первоначальном акте № 3 от 10.09.2020 о несчастном случае на производстве, подписанном комиссией созданной на предприятии (л.д. 52-54 том 1).

По существу доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с действиями суда, связанными с установлением фактических обстоятельств, имеющих значение для дела.

С учетом изложенного, решение суда отвечает требованиям закона, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы нет.

Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Перми от 11 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «СтройТрубопроводСервис» – без удовлетворения.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в порядке главы 35 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного определения в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий: (подпись)

Судьи: (подписи)