Дело № 2-1024/2025
УИД 70RS0002-01-2025-001334-11
Решение
Именем Российской Федерации
09 декабря 2025 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:
председательствующего судьи Новиковой Г.В.,
при секретаре Черновой В.А.,
помощник судьи Зорина Д.А.,
с участием:
представителя истца ФИО1,
представителей ответчика ФИО2, ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «АвтоАльянс» о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа,
установил:
ФИО4 обратилась в суд с иском к ООО «Автоальянс», котором с учетом изменения требований в порядке ст.39 ГПК РФ, просит:
взыскать денежные средства в счет двукратной стоимости товара в размере 1088 800 руб.,
расходы на оплату услуг представителя в размере 60000 руб.,
расходы на оплату услуг по составлению экспертного заключения № 2111/05/24, выполненного «Сиб-Эксперт» (ИП ФИО5) в размере 12500 руб.,
компенсацию морального вреда 50000 руб.,
штраф в размере 50 % от присужденной суммы,
расходы на оплату услуг нотариуса по заверению копии паспорта транспортного средства в размере 200 руб.
В обоснование заявленных требований указано, что в конце октября 2024 истец приобрела автомобиль марки Mazda 3, поставила его на учет в Госавтоинспекции 05.11.2024. По сведениям диагностической карты от 01.11.2024 каких-либо неисправностей в автомобиле не было, он соответствовал обязательным требованиям безопасности транспортных средств. 19.11.2024 истец приехала на автомобиле Mazda 3 в автосервис «Габарит» (ООО «АвтоАльянс»), расположенный по адресу: <...>, для ремонта моторчика омывателя стекла и устранения ошибки неисправности двигателя. После осмотра автомобиля и проведения компьютерной диагностики двигателя сотрудник автосервиса пояснил о необходимости замены датчика детонации для устранения ошибок в блоке управления двигателем. Истец заказала в автосервисе запчасти, ее записали на 20.11.2024, установили моторчик омывателя. После замены запчастей она выехала на автомобиле из автосервиса, затем двигатель заглох, автомобиль не заводился. Сотрудники автосервиса вновь провели диагностику, осмотрели автомобиль, и пришли к выводу, что сломался топливный насос. ФИО4 приобрела топливный насос для замены, оставила автомобиль в автосервисе и уехала. Как ей стало впоследствии известно, после замены бензонасоса при попытке завести автомобиль произошло возгорание в подкапотном пространстве, которое было ликвидировано силами сотрудников автосервиса. В рамках проверки сообщения о пожаре проведена экспертиза, согласно которой наиболее вероятной причиной возникновения пожара легкового автомобиля Mazda 3 послужила разгерметизация оборудования топливной системы с последующим воспламенением горючей среды. В возбуждении уголовного дела отказано ввиду отсутствия события преступления. 01.12.2024 автомобиль передан истцу сотрудником автосервиса. Рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту (устранению) повреждений транспортного средства составляет 937100 руб., в то же время рыночная стоимость автомобиля - 670700 руб. На момент возгорания автомобиль находился в ООО «АвтоАльянс», которым был осуществлен ремонт топливной системы, что свидетельствует о ненадлежащем оказании услуг по ремонту автомобиля, приведших к его возгоранию и причинению ущерба имуществу истца. В обоснование правовой позиции истец сослалась на ч.1 ст.35, ст.15, п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителя.
Истец ФИО4, извещенная надлежащим образом в судебное заседание не явилась.
Представитель истца ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска, полагал, что представленными доказательствами в совокупности доказан факт ненадлежащего оказания услуг ответчиком, повлекший ущерб для истца.
Директор ответчика ООО «Автоальянс» ФИО6 в судебном заседании возражал против иска, полагал, что возгорание автомобиля не находится в причинной связи с действиями сотрудников ответчика, а произошло в связи с изнашиванием внутренних деталей автомобиля, в том числе шлангов топливной системы. Произведенный ремонт отвечает требованиям по проведению ремонта, все необходимые манипуляции и проверки были осуществлены, необходимости дополнительной проверки нового бензонасоса не имелось, поскольку указанная запасная часть не была в употреблении и оснований сомневаться в ее исправности не мелось, кроме того, диагностика была проведена с помощью электронного устройства. После перерыва в судебное заседание не явился.
Представители ООО «Автоальянс» ФИО2, ФИО3 в судебном заседании возражали против иска, полагали, что ответчиком при проведении работ в полном объеме соблюдена технология, оснований для дополнительной проверки давления в топливной системе после замены насоса не имеется, работа топливной системы проверялась электронным устройством. Полагали, что возгорание в подкапотном пространстве находится в причинной связи с состоянием шлангов топливной системы, а именно с их изношенностью в связи с возрастом машины и длительной эксплуатацией автомобиля. Считали заключение судебной экспертизы недопустимым доказательством, поскольку при проведении экспертизы эксперт исходил из того, что ответчиком производились работы по замене датчика детонации, однако фактически таких работ ответчик не производил. Полагали, что произошедший пожар это стечение обстоятельств, за которые не может отвечать ответчик.
Третье лицо ФИО7 извещенный надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, доказательств уважительности причин неявки не представил, возражений относительно иска, отзыва не представил.
Третье лицо ООО «Пункт инструментального контроля», надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в суд своего представителя не направило.
Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд пришел к следующему.
Согласно преамбуле Закона РФ «О защите прав потребителей» данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Этой же нормой закона определено, что потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а изготовителем - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, производящие товары для реализации потребителям.
Так, в силу ст.730 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу (п. 1).
К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (п. 3).
В соответствии со ст.702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
Согласно ст.714 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик несет ответственность за несохранность предоставленных заказчиком материала, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного имущества, оказавшегося во владении подрядчика в связи с исполнением договора подряда.
Статьей 721 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора- требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.
В силу ст.722 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве. Гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы.
Согласно ст. 723 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397) (п. 1).
Если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (ч.3 ст.723 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение его условий не допускается (ст.ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу ст. 739 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае ненадлежащего выполнения или невыполнения работы по договору бытового подряда заказчик может воспользоваться правами, предоставленными покупателю в соответствии со статьями 503 - 505 настоящего Кодекса.
Аналогичные положения об ответственности исполнителя за производство работ ненадлежащего качества содержатся в Законе о защите прав потребителей.
В соответствии с п. 1 ст. 4 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» исполнитель обязан выполнить работу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.
Согласно ст.1098 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.
В соответствии с абз.5 п.1 ст.35 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" в случае полной или частичной утраты (повреждения) материала (вещи), принятого от потребителя, исполнитель обязан в трехдневный срок заменить его однородным материалом (вещью) аналогичного качества и по желанию потребителя изготовить изделие из однородного материала (вещи) в разумный срок, а при отсутствии однородного материала (вещи) аналогичного качества - возместить потребителю двукратную цену утраченного (поврежденного) материала (вещи), а также расходы, понесенные потребителем.
Исполнитель освобождается от ответственности за полную или частичную утрату (повреждение) материала (вещи), принятого им от потребителя, если потребитель предупрежден исполнителем об особых свойствах материала (вещи), которые могут повлечь за собой его полную или частичную утрату (повреждение), либо если указанные свойства материала (вещи) не могли быть обнаружены при надлежащей приемке исполнителем этого материала (вещи) (пункт 3).
Пунктом 36 Правил оказания услуг (выполнения работ) по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2001 N 290, предусмотрено, что в случае полной или частичной утраты (повреждения) принятого у потребителя автомототранспортного средства (запасных частей и материалов) исполнитель обязан известить об этом потребителя и в 3-дневный срок передать безвозмездно в собственность потребителю автомототранспортное средство (запасные части и материалы) аналогичного качества либо возместить в 2-кратном размере цену утраченного (поврежденного) автомототранспортного средства (запасных частей и материалов), а также расходы, понесенные потребителем.
По смыслу вышеприведенных положений закона риск утраты, повреждения вещи, переданной исполнителю для производства работ, несет исполнитель, на котором в связи с этим лежит обязанность по доказыванию обстоятельств, влекущих его освобождение от ответственности, и, в частности, того, что он предупредил потребителя об особых свойствах вещи, которые могут повлечь за собой ее полную или частичную утрату (повреждение) либо что такие свойства не могли быть обнаружены при надлежащей приемке исполнителем этого материала (вещи).
Таким образом, факт того, что утрата либо повреждение вещи наступили вследствие определенных особенностей состояния вещи, а также того, что особенности (недостатки) не связанные с действиями исполнителя работ имели место на момент принятия вещи (автомобиля) для проведения работ, в данном случае подлежит доказыванию ответчиком.
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО4 является собственником автомобиля марки MAZDA 3, государственный регистрационный знак <номер обезличен> 2007 года выпуска на основании договора от 28.10.2024, что следует из паспорта транспортного средства <номер обезличен> (т.1 л.д.13-14).
01.11.2024 ФИО4 обратилась в ООО «Пункт инструментального контроля» с целью проведения диагностики автомобиля марки MAZDA 3, государственный регистрационный знак <номер обезличен> 2007, по результатам диагностики составлена диагностическая карта, согласно которой транспортное средство соответствует обязательным требованиям безопасности транспортных средств, срок действия диагностической карты до 01.11.2025 (т.1 л.д.15).
19.11.2024 истец обратилась в ООО «АвтоАльянс», у которого ею были приобретены товары- прокладка коллектора впускного в количеств 4 шт., датчик детонации в количестве 1 шт., мотор омывателя лобового стекла MAZDA 3 в количестве 1 шт., что следует из заказа покупателя №1042 от 19.11.2024 (л.д.16).
В этот же день 19.11.2024 истцом был приобретен модуль топливного насоса, и произведена замена топливного насоса, что подтверждается заказом-нарядом № 464 от 19.11.2024 (л.д.17).
Согласно объяснениям истца, данным в ходе предварительного судебного заседания, она обратилась к ответчику в связи с тем, что горела ошибка «чек двигателя» и требовался ремонт омывателя, после проведения диагностики и осмотра автомобиля, в том числе пространства под капотом, был произведен ремонт омывателя, после чего истец выехала из сервиса и автомобиль заглох, проведя диагностику и осмотрев автомобиль, сотрудники сервиса сказали, что несправен топливный насос. Для замены указанной детали истец оставила автомобиль в сервисе, а по возвращении до ее сведения было доведено, что произошло возгорание автомобиля.
Как следует из постановления №50/76 от 18.12.2024 об отказе в возбуждении уголовного дела, 19.11.2024 в 17 часов 39 минут в 1ПСО ФПС ГПС МЧС России по Томской области поступило сообщение о пожаре, произошедшем по адресу: <...>. Имело место горение легкового автомобиля марки МАЗДА 3, государственный регистрационный знак <номер обезличен>, расположенного в строении автосервиса ГАБАРИТ, в результате пожара повреждено вышеуказанное транспортное средство, общая площадь пожара составила 1 кв.м (т.1 л.д.18-19).
Факт возгорания автомобиля, принадлежащего истцу, после оказания услуг по ремонту ответчиком и факт повреждения имущества в ходе рассмотрения дела лицами, участвующими в деле не оспаривался, также как и то обстоятельство, что работы с автомобилем истца производил сотрудник ООО «АвтоАльянс» ФИО7
Спор возник относительно наличия причинно-следственной связи между работами, произведенными ответчиком, их качеством, и повреждением имущества, принадлежащего истцу.
Согласно протоколу осмотра места происшествия от 20.11.2024, предметом осмотра являлся автомобиль марки МАЗДА 3, гр.з. <номер обезличен>, расположенный в помещении автосервиса Габарит, по адресу: <...>. Термические повреждения наблюдаются с внешней стороны капота ближе к левой части около лобового остекления и выражены в виде локального выгорания металла напротив рулевого колеса, лобовое остекление имеет нарушения целостности в виде трещины. При осмотре подкапотного пространства установлено, что капот с внутренней стороны имеет следы закопчения по всей площади, термические повреждения в подкапотном пространстве сосредоточены преимущественно с левой стороны (по ходу движения авто), выражены в виде частичного уничтожения. Оплавления полимерных материалов, при этом максимальные термические повреждения сосредоточены ближе к левой части около лобового стекла, пространственно напротив рулевого колеса. В данном месте наблюдается частичное уничтожение полимерных масс и образование твердых оплавлений, также в данном месте наблюдаются патрубки, частично уничтоженные огнем. В непосредственной близости наблюдается АКБ автомобиля, при детальном осмотре установлено, что АКБ имеет термические повреждения с правой (по ходу движения автомобиля стороны), при этом около разъемов подключения проводов полимерные материалы сохранены, также сохранены электрические провода, предназначенные для соединения с АКБ, которые на момент осмотра отсоедены и расположены в левой, (неповрежденной) стороне АКБ. Внутренне пространство бокса с предохранителем расположенном в подкапотном пространстве как и электрическая проводка, входящая (выходящая) из него не повреждены, Следов аварийной работы электрооборудования не установлено (л.м. проверки 5-6).
В ходе проведения проверки по факту пожара 20.11.2024 у ФИО7 были отобраны объяснения, согласно которым 19.11.2024 около 14 часов 15 минут в здание автосервиса приехала ФИО4 на автомобиле Мазда 3 для диагностики, так как горела лампочка двигателя «чек», не работал моторчик омывателя и большой расход топлива. После диагностики через компьютер было установлено 5 ошибок, которые ФИО7 стер с блока управления двигателя, однако ошибка «К3 на массу датчика в части солнечного нагревания» была постоянной и не сбрасывалась, а также ошибка датчика детонации появлялась снова, после чего были заказаны необходимые запасные части, Федюкевич была записана на 22.11.2024, около 15 часов 20 минут Федюкевич выгнала свой автомобиль из помещения сервиса, встала вдоль дороги и автомобиль заглох. После чего ФИО7 попробовал запустить двигатель, но это не удалось. Вскоре выяснилось, что не работал топливный насос и в шланге подачи давления не ошущался процесс движения жидкости, с Федюкевич была согласована замена топливного насоса, она уехала, а ее автомобиль затащили в помещение сервиса. Сняв разъем бензонасоса, ФИО7 обнаружил на контакте насоса оплавление, после чего насос был демонтирован и установлен новый, после установки автомобиль сразу же завелся, двигатель работал без каких-либо проблем, после работы двигателя в течение примерно одной минуты его заглушили. Минут через 40 ФИО7 продолжил работы по сбору заднего сидения, так как бензонасос находился под ним, а руководитель ФИО7 запускал автомобиль, чтобы перекатить на подъемник, однако с первого раза у руководителя запустить двигатель не удалось, а при второй прокрутке стартера произошел громкий хлопок и возгорание в подкапотном пространстве, которое было ликвидировано собственными силами. В процессе проведения работ когда авто закатили в сервис капот авто не поднимали, каких-либо работ в подкапотном пространстве не производили (л.м. проверки 12).
Из объяснений ФИО4, отобранных в ходе проверки по факту ДТП от 20.11.2024 следует, что 19.11.2024 около 14.20 часов она приехала в автосервис по адресу: <...>, для ремонта моторчика омывателя стекла и устранения чека ошибки двигателя, Сначала мастер открыт капот и провел осмотр подкапотного пространства, и что- то там шевелил, после чего произвел компьютерную диагностику двигателя, после которой сказал о необходимости замены датчика детонации, для устранения ошибок в блоке управления автомобилем. После чего ФИО4 попросили сесть в автомобиль и автомобиль подняли на подъемнике, потом мастер начал что-то делать снизу автомобиля, вскоре слили жидкость из бочка омывателя, потом попросили попробовать подать жидкость омывателя стекла, все мероприятие длилось порядка 30 минут после чего авто опустили с подъемника, ФИО4 записали на 20.11.2024, пока машина была на подъемнике сняли моторчик омывателя, а установили его обратно после оплаты запасных частей. После чего истец села в автомобиль, запустила двигатель, никаких проблем в работе двигателя не заметила. После чего выехала из сервиса на улицу, на улице подождала, чтобы двигатель прогрелся до рабочей температуры, а когда стала разворачиваться двигатель заглох. Вышел сотрудник сервиса, стал крутить стартер, но машина не заводилась, потом провел диагностику через компьютер, но не сказал, что там отразилось. Потом он открыл капот, провел осмотр подкапотного пространства, попросил истца сесть за руль, а сам снял заднее сидение и сказал истцу крутить стартер, сам в это время стучал по металлу, где расположен бензонасос, а потом сказал, что это не то, и пошел к капоту, в это время истец находилась на водительском сидении. Затем он взялся за шланг подачи топлива, как впоследствии он сказал, и попросил покрутить стартер. Когда ФИО4 начала крутить стартер, то его рука резко вздрогнула, от чего истец испугалась, отпустила зажигание, и спросила: «Все?», на что он ответил, что нужно еще покрутить, что и сделала истец, после чего истцу было сообщено, что поломан топливный насос. После покупки запасной части –топливный насос, истцу сказали, что автомобиль будет готов в 18 часов, она оставила ключи и покинула сервис, автомобиль оставался на том же месте где заглох. Ранее проблем с автомобилем не замечала, на автомобиле горела лампочка чек, в другом сервисе истцу сказали, что эта ошибка из-за некачественного топлива, которая впоследствии пройдет (л.м. проверки 13-14).
Согласно акту от 19.11.2024 составленному директором ООО «АвтоАльянс» и ФИО4, 19.11.2024 на автомобиле был замен модуль топливного насоса в сборе (до этого автомобиль не запускался, работу бензонасоса не было слышно). После замены топливного модуля ДВС был запущен и проработал около одной минуты, после чего автомобиль был заглушен, примерно через 30 минут при попытке запуска ДВС произошел хлопок и возгорание в подкапотном пространстве при закрытом капоте (л.м. проверки 17).
Согласно заключению эксперта №1-215-2024 от 12.12.2024, подготовленному ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Томской области, наиболее вероятной причиной возникновения пожара легкового автомобиля марки Мазда 3 <номер обезличен>, является разгерметизация оборудования топливной системы с последующим воспламенением горючей среды, источником зажигания послужил электротехнический (искрообразующий) источник зажигания, возникающий при штатной работе. Очаг пожара расположен внутри моторного отсека автомобиля преимущественно в девой его части в пространстве ограниченном правой боковой частью корпуса АКБ и левой стенкой двигателя внутреннего сгорания (по ходу движения автомобиля.).
01.12.2024 истец забрала автомобиль из сервиса, в котором произошел пожар, что подтверждается актом приемки автомобиля заказчиком из сервиса (т.1 л.д.58).
21.01.2025 истец обратилась с претензией к ответчику, в которой просила произвести выплату денежных средств за утраченное транспортное средство в размере 670700 руб., а также за оценку произведённого ущерба в размере 12000 руб., факт вручения претензии подтверждается отметкой о получении в претензии (т.1 л.д.59-63).
В ответ на претензию от 21.01.2025 ответчик отказался исполнять требования потребителя, указывая, что вины ООО «АвтоАльянс» в произошедшем пожаре не имеется, претензия является необоснованной и не подлежащей удовлетворению (л.д.64).
03.03.2025 истец обратилась с повторной претензией к ответчику, в которой просила возместить ей 1941400 руб., и расходы, связанные с оценкой (т.1 л.д.65-66). Однако претензия осталась без ответа, требования потребителя не были выполнены исполнителем, после чего истец обратилась в суд.
В ходе рассмотрения дела по ходатайству ответчика, определением от 01.07.2025 по делу назначена судебная комплексная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ИП ФИО8, на разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:
1. Определить повлияли ли выполненные сотрудниками автосервиса «Габарит» (ООО «АвтоАльянс»), расположенного по адресу: <...>, работы в соответствии с заказом-нарядом № 464 от 19.11.2025, на возникновение возгорания в моторном отсеке автомобиля марки MAZDA 3, государственный регистрационный знак <номер обезличен>?
2. Определить послужило ли причиной возгорания транспортного средства MAZDA 3 государственный регистрационный знак <номер обезличен> нарушение технологии ремонта в части неразмыкания электрической сети транспортного средства при работе с топливной системой и (или) ослабление хомутов крепления при ремонтном воздействии?
3. Определить послужили ли причиной возгорания автомобиля ошибки, выявленные при диагностике автомобиля прикладной программой 1.00.057 (лист 19-27 материала проверки №50/76), допустима ли эксплуатация автомобиля с указанными ошибками?
4. Определить какова стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки MAZDA 3, государственный регистрационный знак <номер обезличен>, без учета эксплуатационного износа, с учетом средних в регионе цен, на дату происшествия 19.11.2024 и на дату проведения экспертизы?
5. Определить какова рыночная стоимость автомобиля марки MAZDA 3, государственный регистрационный знак <номер обезличен>, в состоянии до происшествия на дату 19.11.2024 и на дату проведения экспертизы;
6. В случае если восстановительный ремонт автомобиля превышает его стоимость определить стоимость годных остатков автомобиля марки MAZDA 3, государственный регистрационный знак <номер обезличен>?
По результатам исследования подготовлено заключение эксперта № 115.08-25СЭ от 30.10.2025, согласно выводам эксперта работы, выполненный сотрудниками автосервиса Габарит в соответствии с заказ-нарядом №464 от 19.11.2025, могли способствовать последующему возгоранию горючей среды в подкапотном пространстве автомобиля (ответ на вопрос 1).
Причиной возгорания автомобиля марки Мазда 3, г.р.з. <номер обезличен> могло послужить несоблюдение технологии проведения ремонтных работ, а именно ослабление крепежных хомутов топливного шланга в процессе ремонтных воздействий (ответ на вопрос 2).
Все потенциальные неисправности, которые могут быть связаны с возникновением ошибок, выявленных при диагностике автомобиля прикладной программой 1.00.057, не могли послужить причиной возгорания автомобиля при обстоятельствах, изложенных в материалах дела. Эксплуатация автомобиля с зафиксированной ошибкой Р0328-FF является недопустимой с технической точки зрения (ответ на вопрос 3).
Стоимость восстановительного ремонта автомобиля Мазда 3 г.р.з. <номер обезличен> без учета эксплуатационного износа с учетом средних цен в регионе на дату происшествия составляет 783500 руб., на дату проведения экспертизы 901400 руб. (ответ на вопрос 4).
Рыночная стоимость автомобиля Мазда 3 г.р.з. <номер обезличен> на дату происшествия составляет 577900 руб., на дату проведения экспертизы 619400 руб. (ответ на пятый вопрос).
Стоимость восстановительного ремонта превышает стоимость автомобиля, стоимость годных остатков на дату происшествия 19.11.2024 составляет 70700 руб., на дату проведения экспертизы 30.10.2025 – 75000 руб.
По ходатайству стороны ответчика, полагавшей что заключение эксперта не может быть принято в качестве относимого и допустимого доказательств, поскольку отвечая на вопросы эксперт исходил из проведения работ по замене датчика детонации, которых фактически не проводилось, а также, поскольку, по мнению стороны ответчика, эксперт не в полном объеме ответил на поставленные перед ним вопросы, а именно отсутствует ответ на вопрос о том, могло ли послужить причиной возгорания транспортного средства нарушение технологии ремонта в части неразмыкания электрической сети транспортного средства при работе с топливной системой, на основании ст.187 ГПК РФ, эксперту ФИО8 в судебном заседании были заданы вопросы с целью разъяснения и дополнения экспертного заключения.
Как следует из исследовательской части заключения, экспертом описана технология замены топливного насоса. Также в экспертном заключении, отвечая на первый и второй вопрос, эксперт указывает, что до инцидента проведены работы по замене датчика детонации и по замене моторчика омывателя в бачке омывателя.
Учитывая, что фактически работы по замене датчика детонации не проводились, детали для замены указанных деталей были заказаны, и истец была записана на 20.11.2024 для проведения работ по замене датчика детонации, соответствующий вопрос был задан эксперту: «Чем обусловлено противоречие?», на что эксперт разъяснил, что делая вывод о замене датчика детонации, он исходил из объяснений истца, данных в судебном заседании. При этом доказательств того, что датчик не менялся, в материалах дела нет, именно поэтому когда эксперт исследовал возможные причины, которые были связаны с протечкой топлива, им были описаны и проанализированы как алгоритм работ по замене датчика детонации, так и работ по замене топливного насоса. Как указал эксперт, это не взаимоисключающие работы.
Вместе с тем, в судебном заседании эксперт однозначно указал, что описание работы по замене датчика детонации и фактическое не проведение такой работы сотрудниками ответчика не меняют выводов эксперта о том, что работы по замене топливного насоса выполненные в соответствии с заказ-нарядом №464 от 19.11.2025 могли способствовать последующему возгоранию горючей среды в подкапотном пространстве автомобиля истца.
Обстоятельства, указанные в выводах эксперта, что могло произойти при замене датчика детонации, указанные в экспертизе можно не принимать во внимание, однако описание указанной работы (замена датчика детонации) в экспертизе не меняют выводов эксперта о том, что произведенные работы связанные с заменой топливного насоса могли повлиять на возникновение пожара.
Эксперт также указал, что снятие шланга топливного насоса является обязательным как при замене топливного насоса, так и при замене датчика детонации (лист.33 заключения), в судебном заседании эксперт указал, что выводы сделаны в вероятностной форме, регламент замены топливного насоса включает в себя снятие топливного шланга, эта процедура обязательна. Кроме того, из материалов дела следует, что при проведении диагностики на улице, топливный шланг снимался, манипуляции с ним проводились, что версия совпадает с тем, что снятие шланга необходимо, что следует из объяснений истца, данных в ходе рассмотрения дела и при проведении проверки по факту пожара, а именно «он взялся за шланг подачи топлива, как впоследствии он сказал, и попросил покрутить стартер. Когда я начала крутить стартер, то его рука резко вздрогнула, от чего я испугалась, отпустила зажигание, и спросила: «Все?», сотрудник сервиса ответил, что нужно еще покрутить, что я сделала», после чего истцу было сообщено, что поломан топливный насос (лист материала 13 оборот-14).
Как указал эксперт в судебном заседании существует кустарный способ проверки топливного насоса- снимается шланг с топливной рампы, когда активируется прокруткой стартера подача топлива, можно наблюдать подачу топлива, вероятнее всего мастер был облит бензином, из-за чего он одернул руку. Способ проверки топливной системы, который вышеуказан подходит под описание истца, однако он неверный и не соответствует регламенту. Верным является включение зажигания, и прослушивание системы на предмет функционирования, что и было сделано сотрудником ответчика возле топливного бака, однако в дальнейшем показания расходятся, тот, кто выполнял работы, говорит о том, что работы в подкапотном пространстве не происходили и за шланги никто не брался, а истец утверждает обратное, при этом то, как описывает истец, подпадает под порядок проведения работ, придумать которые, человек, не имеющий специальных познаний не может.
Как пояснил эксперт, сведения о том, что со шлангом в подкапотном пространстве что-то делали сотрудники ответчика, следует только из объяснений истца. В связи с чем выводы о том, что производились какие- либо работы со шлангом происходят в вероятностном ключе.
Отвечая на вопросы стороны ответчика, эксперт указал, что определить состояние топливных шлангов до возгорания не представляется возможным, поскольку детали, находящиеся в подкапотном пространстве, были повреждены огнем, также как невозможно определить состояние хомутов крепления топливных шлангов, если бы детали топливной системы не были уничтожены огнем, возможно было бы определить состояние деталей.
Отвечая на вопросы при проведении экспертизы, эксперт исходил в том числе из того, что при проверке исправности топливной системы шланг топливной системы снимался, поскольку об этом указано истцом, кроме того, на листе 34 заключения эксперт пришел к выводу, что в результате визуального исследования изображений поврежденных деталей в подкапотном пространстве автомобиля были выявлены признаки свидетельствующие о том, что топливный шланг на момент возгорания не был установлен на топливную рампу (т.1 л.д.202 оборот). Об этом, по мнению эксперта, свидетельствует и то обстоятельство, что после замены топливного насоса двигатель запустился, через некоторое время повторный запуск двигателя не был успешным, это является признаком того, что топливо не находилось в топливной рампе, иными словами отсутствовало давление в топливной системе, то есть при первичном запуске двигателя давление в системе возникло, однако при повторной попытке запустить двигатель он не запустился, с высокой вероятностью из-за того, что отсутствовало давление в системе, то есть топливо не поступало, что могло быть в результате отсутствия соединения шланга с топливным штуцером.
Если смотреть фототаблицу на листе 16 заключения, то видно, что на месте установки топливного шланга на трубку топливной рампы имеются следы горения, а топливный шланг не был полностью уничтожен отсюда можно сделать вывод о том, что в момент горения шланг не находился на трубке (внутренняя часть шланга не горела).
Кроме того, экспертом указано, что при замене топливного насоса в топливной системе должна быть произведена проверка и замер давления, которые нагнетаются насосом, подлежит проверке работоспособность топливной системы (лист руководства 155).
Оценивая заключение эксперта № 115.08-25ЭС от 30.10.2025, суд признает его относимым и допустимым доказательством.
Указанное заключение выполнено лицом, имеющим в силу ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» право на проведение судебной экспертизы, обладающим специальными знаниями в данной области, о чем свидетельствует его квалификация, при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства – эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, ФЗ от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, указание на примененную методику.
Имеющиеся противоречия были устранены в судебном заседании в ходе допроса эксперта.
Вопреки положениям ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком указанное доказательство не оспорено в установленном законом порядке, ходатайств о назначении по делу повторной экспертизы не заявлялось.
Доводы стороны ответчика о том, что у эксперта отсутствует образование, позволяющее проводить исследование отклоняются, поскольку эксперт не отвечал на вопросы пожаро-технической специализации, причины возникшего пожара были установлены в заключении эксперта №1-215-2024 подготовленном ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Томской области от 12.12.2024- «воспламенение горючей среды в подкапотном пространстве, обусловленной разгерметизацией топливной системы», и лицами, участвующими в деле не оспаривались. Эксперт проводил исследование по автотехнической части, а именно, могли ли проведенные работы привести к разгерметизации топливной системы, которая и стала причиной пожара, что установлено в рамках проверки по факту пожара, а также относительно регламента (последовательности) проведения работ, которые были проведены (должны были быть проведены) ответчиком при работе с автомобилем, принадлежащем истцу.
Доводы стороны ответчика о том, что после замены топливного насоса нет необходимости проверки топливной системы, в том числе давления в ней противоречат руководству (лист 151 руководства), более того, факт того, что проверка давления в топливной системе не производилась директором ответчика не оспорено, он полагал, что такой поверки не требуется, поскольку деталь новая, вместе с тем экспертом указано, что такая проверка необходима для проверки диапазона давления и в случае его отклонения производится дальнейшая проверка топливной системы и насоса, указанное описано в регламенте.
То обстоятельство, что замена топливного насоса в автомобиле истца возможна без работ в подкапотном пространстве, поскольку имеется отверствие под сидением, не меняет выводов о наличии причинной связи произведенных ответчиком работ с возгоранием в автомобиле, принадлежащем истцу, поскольку перед заменой топливного насоса манипуляции под капотом проводились, что следует из объяснений истца, ответчтком указанное обстоятельство относимыми и допустимыми доказательствами не оспорено.
Из объяснений истца, отобранных в ходе проверки следует, что осмотр в подкапотном пространстве проводился, доводы стороны ответчика о том, что истец, находясь на водительском сидении не могла видеть что делает мастер под капотом ничем не подтверждены, при этом эксперт в судебном заседании пояснил, что топливные шланги находятся в левой части под капотом, также как и руль на автомобиле марки Мазда 3.
Указание эксперта в судебном заседании на то, что если бы не было манипуляций со шлангом, и капот не открывался, никаких работ не проводилось вообще, в таком случае причинной связи работ, указанных в акте от 19.11.2024 с произошедшим пожаром не имеется не меняет вывода по спорному (настоящему) случаю, поскольку как было указано ранее, из объяснений истца следует, что работы проводились в подкапотном пространстве при осмотре, ответчиком не оспорено то обстоятельство, что после замены топливного насоса им не проводилась проверка давления в топливной системе, что могло повлечь отсоединение шланга от штуцера при высоком давлении при запуске двигателя с новой деталью, кроме того, при фотофиксации обстановки после пожара шланг находился в отсоединенном от штуцера состоянии.
Доводы стороны ответчика об ошибке в электрической системе не могут быть приняты во внимание, поскольку указанная ошибка не определена экспертом пожаротехником в качестве причин возникшего пожара, которая определена как «возгорание в подкапотном пространстве в связи с разгерметизацией топливной системы и дальнейшее воспламенение горючей среды». Причины возгорания сторонами в судебном заседании не оспаривались.
То обстоятельство, что на автомобиле истца имелась ошибка P0328-FF, и что эксплуатация автомобиля с указанной ошибкой с технической точки зрения недопустима не свидетельствует о надлежащем оказании услуг ответчиком, поскольку во-первых, экспертом указано, что наличие такой ошибки не могло послужить причиной возгорания, автомобиля при установленных обстоятельствах, а во-вторых, ответчиком не представлено доказательств того, что им указывалось истцу на недопустимость эксплуатации транспортного средства, доказательств того, что ответчик например предложит истцу оставить у него автомобиль до даты следующих работ (20.11.2024), либо указывал на необходимость воспользоваться услугами эвакуатора- не представлено.
Доводы стороны ответчика о том, что истец эксплуатировала автомобиль со шлангами, состояние которых не позволяет эксплуатировать автомобиль отклоняются, поскольку доказательств указанному обстоятельству не представлено. Имеющиеся на момент пожара трубки (шланги), крепления, хомуты, были повреждены в результате температурных воздействий, а к моменту проведения экпертизы заменены на новые, эксперт мог судить только по фотографиям, имеющимся в материалах дела, при этом в силу Закона о защите прав потребителя, бремя доказывания возложено на ответчика, именно он должен был представить доказательства того, что разгерметизация топливной системы не связана с ремонтными работами, оказываемыми истцу.
Таких доказательств, как например акт осмотра, предшествующего проведению работ по замене топливного насоса, в котором было бы отражено состояние шлангов (трубок), креплений, суду не представлено, более того, рекомендаций к замене указанных деталей после проведения осмотра автомобиля, ответчиком дано не было. Все детали, требующие замены, были приобретены истцом и заменены ответчиком либо истец записана на замену деталей и среди них шлангов топливной системы нет. При этом из объяснений эксперта следует, что работа с топливной системой подразумевает проверку шлангов и проверку давления в топливной системе после замены деталей топливной системы.
Доводы стороны ответчика о том, что за 17 лет эксплуатации на автомобиле не производилась замена шлангов, штуцеров и хомутов ничем не подтверждены, в связи с чем не могут быть приняты во внимание.
Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчиком не доказано, что причинно-следственная связь между произведенными работами в соответствии с актом от 19.11.2024 и произошедшим в эту дату пожаром отсутствует, а, следовательно, требования потребителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Цена утраченного (поврежденного) материала (вещи) определяется, исходя из цены материала (вещи), существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование потребителя добровольно удовлетворено не было (п.2 ст.35 Закона о защите прав потребителей).
В силу положений п.36 Правил оказания услуг (выполнения работ) по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2001 года N 290, в случае полной или частичной утраты (повреждения) принятого у потребителя автомототранспортного средства (запасных частей и материалов) исполнитель обязан известить об этом потребителя и в трехдневный срок передать безвозмездно в собственность потребителю автомототранспортное средство (запасные части и материалы) аналогичного качества либо возместить в двукратном размере цену утраченного (поврежденного) автомототранспортного средства запасных частей и материалов), а также расходы, понесенные потребителем.
Таким образом, закон не предусматривает такой способ возмещения ущерба при частичном повреждении вещи заказчика как ремонтные работы, а императивно устанавливает обязанность исполнителя в трехдневный срок заменить ее однородной вещью аналогичного качества либо возместить в двукратном размере цену утраченного (поврежденного) автомототранспортного средства, при этом двукратная стоимость поврежденного имущества возмещается исполнителем независимо от того можно ли использовать данное имущество по прямому назначению или нет.
При определении суммы, подлежащей выплате истцу суд полагает возможным исходить из стоимости, определенной экспертом ФИО8 в заключении № 115.08-25ЭС от 30.10.2025, а именно -619400 руб. (стоимость автомобиля на дату проведения оценки)- 75000 руб. (стоимость годных остатков)= 544400 руб., доказательств того, что сумма должна быть иной, стороной ответчика не представлено.
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию двукратная стоимость товара -1088800 руб.
Разрешая требование о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возлагается судом на нарушителя в случае, если его действиями нарушаются личные неимущественные права гражданина, либо в других случаях, предусмотренных законом. Согласно ч. 2 ст. 1099 ГК РФ, моральный вред, причиненный действиями, нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
В соответствии со ст. 15 закона «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения продавцом прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Согласно ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, данным в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.
Поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлен факт нарушения прав потребителя, выразившийся в оказании услуг ненадлежащего качества, а также отказе в добровольном порядке исполнить требование потребителя, требование о компенсации морального вреда заявлено обоснованно и подлежит удовлетворению. При определении суммы компенсации суд, полагает, что сумма в размере 50000 руб., является чрезмерной, поскольку доказательств морально-нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца (личностные качества истца), влияющих на размер компенсации, не представлено, не указано в чем выразились страдания, в связи с чем суд полагает, что отвечающей критерию разумности и справедливости, при установленных обстоятельствах будет сумма 30000 руб., она способна компенсировать причиненные нравственные страдания истцу в связи с нарушением ее прав потребителя.
В соответствии с ч. 6 ст. 13 Закона РФ «О Защите прав потребителей», п. 46 Постановления Пленума ВС РФ N 17 от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду. Сумму штрафа следует исчислять из всех присужденных потребителю сумм, включая убытки, неустойку и компенсацию морального вреда.
Принимая во внимание разъяснения, данные в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», суд с учетом конкретных обстоятельств приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца штрафа в размере 599400 руб. ((1088880 +30 00) х 50%) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований истца как потребителя.
В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Поскольку истцом при обращении в суд не была уплачена государственная пошлина, с ответчика в бюджет муниципального образования Город Томск подлежит уплате сумма в размере 28 888 руб. сумма государственной пошлины, исходя из положений ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации за требование имущественного характера составляет 25 888 руб., за требование о компенсации морального вреда – 3 000 руб.
Статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов на оплату услуг представителя, с целью установления баланса между правами лиц, участвующих в деле.
Критерием для определения размера подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя является их разумность. Как разъяснено в абз. 1 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 указанного постановления).
Интересы истца при рассмотрении дела представлял ФИО1, действующий на основании доверенности от 04.03.2025, и договора возмездного оказания услуг от 24.12.2024 (т.1 л.д. 71).
В договоре стороны согласовали, что стоимость оказанных услуг составляет 60000 руб., из которых 10000 руб.- за составление претензии оплачивается в день подписания договора, в случае неурегулирования спора в претензионном порядке 50000 руб. оплачиваются в течение двух месяцев с даты дачи задания заказчиком исполнителю по составлению искового заявления (п.3.1 договора), в подтверждение несения расходов истцом представлена расписка на сумму 10000 руб., иных доказательств подтверждающих факт оплаты услуг по договору не представлено, при таких обстоятельства, не смотря на то, что сумма, определенная в договоре отвечает критерию разумности и согласуется с объемом работы, проведенной представителем ФИО1 с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в счет оплаты стоимости услуг представителя 10000 руб.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого в последствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.
При обращении в суд истцом с целью определения цены иска была оплачена стоимость экспертного заключения № 2111/05/24 от 19.11.2024, выполненного ИП ФИО5 Оплата расходов на проведение соответствующего заключения подтверждается договором № 2111/05/24 на оказание услуг по экспертизе от 21.11.2024, квитанцией №002182 от 02.12.2024 на сумму 12500 руб. (т.1 л.д. 56, 57). Поскольку несение указанных расходов обусловлено реализацией права на обращение в суд указанные расходы подлежат возмещению ответчиком.
Кроме того, истцом при обращении в суд представлена нотариально заверенная копия паспорта транспортного средства <номер обезличен>, за оплату услуг нотариуса истец понесла расходы в размере 200000 руб., которые подлежат возмещению ответчиком.
В ходе рассмотрения дела по ходатайству представителя ответчика определением Ленинского районного суда г. Томска от 01.07.2025 назначена судебная экспертиза, расходы за проведение которой возложены на ответчика. Проведение экспертизы поручено ИП ФИО8, который исполнил определение суда в полном объеме, что подтверждается представленным в суд заключением судебного эксперта №115.08-25СЭ.
Стоимость экспертизы согласно акту № 162 от 31.10.2025 составила 65 000 руб. (л.д. 184), пять из которых внесено ответчиком на счет временного распоряжения УСД по Томской области и подлежат перечислению эксперту.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «АвтоАльянс» о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа удовлетворить.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «АвтоАльянс» (ИНН <***>) в пользу ФИО4 (паспорт <номер обезличен>) денежные средства в счет двукратной стоимости товара 1088800 руб., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 559 400 руб., в счет расходов на оплату услуг представителя 10000 руб., в счет расходов на оплату услуг по составлению экспертного заключения 12 500 руб., в счет расходов на оплату услуг нотариуса 200 руб.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Автоальянс» в бюджет муниципального образования «Город Томск» в счет уплаты государственной пошлины 28888 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Г.В. Новикова
Мотивированный текст решения суда составлен 23 декабря 2025 года