Дело № 2-990/2025 УИД:23RS0013-01-2025-001432-18
К.2.212
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Гулькевичи 07 ноября 2025 года
Гулькевичский районный суд Краснодарского края в составе:
председательствующего Бочко И.А.,
при секретаре Тишкевич Е.Я.,
с участием истца ФИО1,
представителя истца — Кузыченко М.И. по доверенности от 28 ноября 2024 года №,
представителя ответчика - ФИО2 по доверенности от 10 января 2025 года,
с участием ст. помощника прокурора Гулькевичского района Долженко Н.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО ПЗ «Наша Родина» о компенсации вреда работнику,
установил:
Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ООО ПЗ «Наша Родина» и просил взыскать с него в свою пользу компенсацию морального в сумме 1 000 000 рублей, компенсацию утраченного заработка в сумме 139840 рублей за период с 15 февраля по 15 июня 2025 года, ежемесячные выплаты в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью исходя из размера среднемесячного заработка истца в размере 34960 рублей с 15 июня 2025 года с индексацией по правилам ст. 1091 ГК РФ; судебные расходы на представителя 50000 рублей.
Свои требования истец обосновал тем, что он 12 ноября 2024 года получил производственную травму в виде <данные изъяты>, при исполнении своих трудовых обязанностей слесаря МТФ №1 в ООО ПЗ «Наша Родина» по адресу: <адрес>. По данном факту работодателем было проведено расследование несчастного случая, составлен акт № о несчастном случае на производстве от 26 ноября 2024 года, в котором истец признан виновным в нарушении инструкции № слесаря МТФ №, а также в данном акте были указаны кощунственные и противоречивые формулировки вины пострадавшего в том, что он выполнил опасное для жизни распоряжение работодателя. Из этого акта № фактически следовало, что работодатель вправе давать опасные для жизни и здоровья работника распоряжения, а работник должен брать всю ответственность за исполнение такого распоряжения на себя. ФИО1 направил жалобу в Государственную инспекцию труда по Краснодарскому краю. После чего 28 января 2025 года работодателем при участии представителей Гострудинспекции составлен новый акт № о несчастном случае на производстве, согласно которому вины пострадавшего ФИО1 в получении производственной травмы не усматривается. Согласно пункту 9 акта № в нарушение ст. 60 Трудового кодекса РФ ФИО1 было поручено выполнение работ по раздаче кормов, не предусмотренных трудовым договором. В нарушение абз.23 ч.3 ст.214 Трудового кодекса РФ ФИО1 не проинформирован о существующих профессиональных рисках и их уровнях (с картой оценки профессиональных рисков он не ознакомлен). Согласно пункту 11 акта № лицом, допустившим нарушение требований охраны труда является Г.В.А. -заведующий молочно-товарной фермой, является ответственным за контроль за соблюдением работниками производственной и трудовой дисциплины, за обеспечение выполнения правил по охране труда, соблюдением трудовой и исполнительской дисциплины и выполнение функциональных обязанностей, допустил перевозку людей в тракторном прицепе, чем нарушил часть статьи 215 Трудового кодекса РФ, пункт 541 Приказа Минтруда России от 27.10.2020 №746н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве», пункт 3.7 должностной инструкции заведующего молочно-товарной фермой. Таким образом, работодатель при проведении первоначального расследования несчастного случая фактически пытался скрыть нарушения, допущенные руководством подразделения, лиц, ответственных за допущенные нарушения, и возложить вину на самого пострадавшего. ФИО1 в результате несчастного случая испытал физические страдания в виде постоянно испытываемых болей в области правого плеча и большого пальца левой руки, а также перенесения двух хирургических операций по открытому вправлению сустава ключицы; ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья; неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы; нравственные страдания в виде: лишения возможности трудиться и обеспечивать себя необходимыми продуктами питания и другими бытовыми нуждами; невозможности обслуживать себя самого в бытовых нуждах; вести домашнее хозяйство; трудиться на приусадебном участке размером 3 000 кв.м; необходимости доказывать свою невиновность в произошедшем несчастном случае, вызванной неправомерными действиями работодателя, необоснованно указавшем в первоначальном акте расследования несчастного случае о наличии вины пострадавшего ФИО1 Как было указано выше и установлено актом № о несчастном случае на производстве, ФИО1 был заведомо поставлен работодателем в условия, опасные для жизни и здоровья, т.к. перевозка людей в прицепе трактора запрещена. ФИО1 согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от 16 мая 2025 года причинены телесные повреждения в виде разрыва правого акроминально-ключичного сочленения (с необходимостью открытого вправления и металлосинтеза) и закрытого поперечного перелома концевой фаланги 1-го пальца левой кисти, что повлекло вред здоровью средней тяжести и вызвали длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы. Согласно справке, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Краснодарскому краю» Минтруда России (Бюро №) № ФИО1 с 06 мая 2025 года установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10%, выдана программа реабилитации. ФИО1 в результате неправомерных действий работодателя, которые выразились не только в несоблюдении правил охраны труда истца, но и в попытке выставить виновным самого истца в данном несчастном случае, были причинены существенные нравственные и физические страдания, которые истец оценивает в сумму 1 000 000 рублей. На момент несчастного случая истец осуществлял трудовою деятельность в ООО ПЗ «Наша Родина» в должности слесаря молочно-товарной фермы, стаж работы в указанной должности на момент несчастного случая составлял 6 лет 5 месяцев. В соответствии с трудовым договором истцу была определена заработная оплата, средний размер которой за 2024 год составил 34 960 рублей в месяц. Приказом генерального директора ООО ПЗ «Наша Родина» от 13.02.2025 ФИО1 с 15.02.2025 отстранён от работы в соответствии с медицинским заключением от 23.01.2025 № в связи с отсутствием в штатном расписании должностей, предусматривающих легкий труд. В период отстранения от работы заработная плата ФИО1 не начисляется. Таким образом, расчет утраченного заработка за период с момента окончания отстранения от работы (т.е. с 15.02.2025) до дня обращения в суд (15.06.2025), составляет 4 месяца, что составляет 139 840 рублей за весь данный период. Ежемесячные выплаты в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью истца, подлежат взысканию исходя из размера среднемесячного заработка истца в размере 34 960 рублей, которые подлежат взысканию ежемесячно с 15 июня 2025 года, со дня обращения в суд, с индексацией по правилам ст. 1091 ГК РФ. ФИО1 были понесены судебные расходы в виде оплаты юридических услуг представителя в сумме 50 000 рублей. Представителем был выполнен следующий объем работы: подача адвокатского запроса работодателю о приобщении к материалам расследования несчастного случая видеозаписей камер наблюдения; обжалование Акта № от 29.11.2024 в Государственную инспекцию труда Краснодарского края; сбор документов для составления искового заявления, анализ судебной практики по делам данной категории и составление искового заявления с приложением необходимых материалов; участие в судебных заседаниях суда первой инстанции. Сложность гражданского дела, а также объем работы, проведенной представителем, полностью соответствует сумме оплаты его услуг.
В судебном заседании истец ФИО1 свои требования поддержал, пояснил суду, что работает в совхозе 7 лет. Все 7 лет никакой другой альтернативы, как он раздавал корма — с телеги, не было. Бывало, что он один раздавал корма. Он ругался по этому поводу с начальством. Никто ничего не делал. Корма раздавали, он упал, подошел скотник, хотел помочь. Он сказал, не нужно. Немножко полежал, встал, сказал, что будет обращаться в больницу. Обратился в приемный покой, сделали снимок — плечо, палец сломал. Получил травму, очень тяжело все это проходило. Было две операции: первая — ставили две спицы. Вторая операция — доктор сказал заниматься, он занимался и сломал спицу, срочно делали вторую операцию, чтобы эту спицу убрать. Реабилитация плохая. Рука болит, он ничем заниматься не может. У него были бычки, 30 соток земли, он сажал люцерку там, покупал корма, держал хозяйство. Сейчас ничего не может. Ничего не получает. Больничный был, его отстранили от работы, так как легкого труда у них нет. Он живет на пособие в 5000 рублей. Врач дал три месяца легкого труда, потом два месяца легкого труда. Ему сделали операцию — другую, не связанную с травмой. Его сделали виновным в травме. Он не мог двигаться. Ему доктор дает освобождения от работы. Он работать не может, рука болит. Ему причинена легкая травма. Он делал снимок — 2 степень артроза, заработал такую болячку себе от травмы. Там долго все было, контроль был. Когда спица сломалась, болело все. Доктор говорил — 2-3 месяца, прошло 4-5 месяцев. Моральный вред выражается в том, что его обвинили в этом, он не может работать, сидит дома. Он по настоящее время лишен возможности трудиться, но из-за другой травмы. Из-за этой травмы он был лишен возможности трудиться с 12 ноября 2024 года до 22 июня 2025 года. 12 ноября 2024 года он попал в больницу, был на больничном. Когда вышел с больничного, ему сказали, что нужен легкий труд на три месяца. Потом доктор еще продлил легкий труд. Он 4 июня 2025 года уехал в Краснодар на операцию, полтора года стоял в очереди. 05 июня 2025 года его прооперировали по травме ноги. Он был отстранен по травме до 22 июня 2025 года, а с 23 июня он отстранен по другой причине. Он получил физические страдания: голова постоянно болит сейчас, он после падения был в шоке. Плечо опухло, палец сломал. Прошла операция, нога вся синяя была, голова болит, рука болит. Нравственные страдания — он переживает, отнеслись не по-человечески. В семье неполадки.
Представитель истца Кузыченко М.И. исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме, пояснил суду, что А.И. обратился к нему уже находясь в состоянии нравственного страдания, так как не мог доказать, что не он виноват в происшествии. Работодатель поставил его в условия, когда истец не мог исполнять свои трудовые обязанности без риска. Первый акт составлен таким образом, что истец был обвинен в происшествии. Ими составлена жалоба, первый акт был признан незаконным. Составлен второй акт, где установлена вина работодателя в лице руководителя подразделения — заведующего МТФ, который не обеспечил выполнение правил охраны труда. К иску приобщили копию заключения эксперта в рамках материала проверки. Истец получил вред здоровью средней тяжести. Это обосновывает сумму компенсации морального вреда. Истец получил физические и нравственные страдания, был лишен возможности работать, получать заработную плату, лишен возможности заниматься домашним хозяйством. Потерянный заработок в силу закона должен быть возмещен работодателем исходя из того заработка, который был на момент травмы.
Представитель ответчика ФИО2 против иска возражал, пояснил суду, что не оспаривает, что руководителем истца не проконтролировано соблюдение правил охраны труда. 12 ноября 2024 года истец в ходе выполнения трудовых обязанностей (раздаче кормов коровам в корпусе МТФ №) упал из тракторной телеги на пол корпуса, в результате чего получил травму правого плеча и закрытого перелома ногтевой фаланги 1 пальца левой кисти. Травма отнесена к категории легкой. 23 января 2025 года лист нетрудоспособности был закрыт. Истец должен был приступить к работе с 24 января 2025 года с рекомендацией врачебной комиссии о предоставлении ему лёгкого труда на 3 месяца. С 28 января по 14 февраля 2025 года истец находился в трудовом отпуске. С 15 февраля 2025 года истцу необходимо было предоставить легкий физический труд. Ответчик является сельскохозяйственной организацией и поэтому такая работа у Ответчика отсутствует. В связи с чем ответчик согласно требованиям ст. ст. 73, 76 Трудового кодекса Российской Федерации вынужден был отстранить истца от работы на период с 15 февраля по 23 апреля 2025 года с сохранением места работы, но без начисления заработной платы. Согласно заключения ВК № от 22 апреля 2025 года истец с 23 апреля по 22 июня 2025 года также был отстранен от работы с сохранением места работы, но без начисления заработной платы. С 23 июня 2025 года истец продолжает находиться на больничном, но по болезни, не связанной с получением травмы на работе. Исковые требования о компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей считает завышенной, так как истец при выполнении работ не обязан был находиться в телеге при раздаче кормов и таких указаний от руководителей не получал. Таким образом, решение о выполнении работ было принято им самостоятельно, в связи с чем на него возлагалась обязанность по соблюдению мер безопасности при осуществлении трудовой деятельности. Поскольку истец не принял достаточных мер предосторожности, направленных на предотвращение падения с телеги, получение им физических и нравственных страданий обусловлено в определённой степени его собственным поведением при выполнении работ. Причиненный в результате трудовой деятельности вред здоровью истцу не является тяжким, вследствие чего пережитые моральные страдания истца были незначительными, в связи с чем размер компенсации морального вреда по исковым требованиям не может превышать 70 000 рублей. В соответствии со ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случае на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника. Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами. Вред, причиненный жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, в рассматриваемом случае возмещается главным образом в рамках обязательного социального страхования. Истец не имеет законных оснований для предъявления требований о компенсации утраченного заработка за период отстранения от трудовой деятельности на основании медицинского заключения, поскольку действующим законодательством не предусмотрены ни право, ни обязанность работодателя по выплате данного вида компенсации, равно как и ежемесячных выплат в счёт возмещения причинённого вреда.
Суд, выслушав участников процесса, выслушав заключение ст. помощника прокурора, полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению в части выплаты заработка за январь-апрель и компенсации морального вреда со снижением размера ее размера до разумных и справедливых пределов, находит, что исковые требования истца обоснованы и подлежат частичному удовлетворению.
В силу статей 20 и 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Согласно статье 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.
Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал в ООО ПЗ «Наша Родина» слесарем молочно-товарной фермы.
12 ноября 2024 года с истцом произошел несчастный случай на производстве.
Вследствие данного несчастного случая истцу установлен первоначальный диагноз: <данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Минсоцздравразвития РФ №160 от 24 февраля 2005 года, указанное повреждение относятся к категории легких несчастных случаев.
Обстоятельства несчастного случая отражены в Акте № о несчастном случае на производстве, составленном по результатам расследования, проведенного начальником отдела, главным государственным инспектором труда отдела контроля и надзора Гострудинспекции в Краснодарском крае Ч.Е.А., начальником отдела организации страхования профессиональных рисков Отдела СФР России по Краснодарскому краю Е.В.В., правового инспектора Краснодарской краевой организации профсоюза работников АПК Г.В.А., утвержденном директором ООО ПЗ «Наша Родина» 28 января 2025 года.
Расследование проведено в связи с поступлением в Гострудинспекцию заявления представителя ФИО1 - адвоката Кузыченко М.И. о несогласии с результатами расследования несчастного случая от 12 ноября 2024 года, оформленном актом №, согласно которому расследование проводила комиссия, созданная работодателем, причинами несчастного случая указаны нарушение требований безопасности при эксплуатации транспортных средств и необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. Лицами, допустившими нарушение правил охраны труда, указаны заведующий МТФ Г.В.А. и слесарь ФИО1, которому вменено нарушение инструкции № по охране труда слесаря п. 1.4: слесарь обязан не выполнять распоряжение, если они противоречат правилам безопасности труда, п. 3.1.17: слесарю запрещается работать стоя на передвигающихся транспортных средствах.
Согласно акту № от 28 января 2025 года основной причиной несчастного случая является нарушение требований безопасности при эксплуатации транспортных средств, выразившееся в том, что была допущена перевозка работников в прицепном устройстве при раздаче кормов. Нарушены: часть 1 ст. 125 ТК РФ, п. 541 Приказа Минтруда России от 27 октября 2020 года № 746н «Об утверждении правил по охране труда в сельском хозяйстве» при работе с кормораздатчиком допускалась перевозка людей (ФИО1, П.Д.Г.) на прицепном устройстве; пунктом 2.5 должностной инструкции заведующего МТФ Г.В.А. предусмотрено, что он контролирует соблюдение работниками производственной и трудовой дисциплины, обеспечивает выполнение правил по охране труда. Нарушен п. 3.7 должностной инструкции заведующего МТФ: не обеспечено соблюдение трудовой и исполнительской дисциплины и выполнение функциональных обязанностей подчиненных Г.В.А. работников, допущена перевозка людей в тракторном прицепе.
Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, установлен заведующий МТФ Г.В.А., который является ответственным за соблюдение работниками производственной и трудовой дисциплины, за обеспечение выполнения правил по охране труда, соблюдением трудовой и исполнительской дисциплины и выполнение функциональных обязанностей, допустил перевозку людей в тракторном прицепе, чем нарушил часть 1 ст. 125 ТК РФ, п. 541 Приказа Минтруда России от 27 октября 2020 года № 746н «Об утверждении правил по охране труда в сельском хозяйстве», п. 3.7 должностной инструкции заведующего МТФ.
Комиссия по расследованию несчастного случая не выявила в действиях истца грубой неосторожности и не установила степень его вины, акт не содержит сведений о нарушении ФИО1 требований инструкций по охране труда для слесаря молочно-товарной фермы ООО ПЗ «Наша Родина», должностной инструкции, правил дисциплины труда, предусмотренных законодательством РФ, которые содействовали бы возникновению вреда его здоровью.
Доводы представителя ответчика о том, что решение о выполнении работ истцом было принято самостоятельно, в связи с чем на него возлагалась обязанность по соблюдению мер безопасности при осуществлении трудовой деятельности, опровергаются материалами дела.
В результате полученной травмы истец в период с 12 по 25 ноября 2024 года находился на стационарном лечении в ГБУЗ Гулькевичская ЦРБ, 12 ноября 2024 года ему проведена операция: <данные изъяты>. Выписан на амбулаторное лечение с диагнозом: <данные изъяты>.
Данные сведения содержатся в заключении эксперта № года, проведенной на основании постановления УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по Гулькевичскому району судмедэкспертом ГБУЗ «Бюро СМЭ», установившего, что причиненные истцу травмы причинили средней тяжести вред здоровью согласно п. 7.1 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».
На основании листков нетрудоспособности, выданных ГБУЗ Гулькевичская ЦРБ, №, №, № ФИО1 был освобожден от работы с 12 ноября 2024 года по 23 января 2025 года по причине «02» - «травма (в т.ч. несчастный случай на производстве или его последствия)», к работе должен был приступить с 24 января 2025 года.
Приказом от 14 января 2025 года № ФИО1 предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск на срок 18 дней с 28 января по 14 февраля 2025 года.
Согласно заключению врачебной комиссии ГБУЗ «Гулькевичская Центральная районная больница» № от 23 января 2025 года ФИО1 нуждается в переводе на легкий физический труд сроком на 3 месяца.
Согласно письму ГБУЗ «Гулькевичская ЦРБ» от 11 февраля 2025 года ФИО1 рекомендовано исключить физические нагрузки, подъем на высоту, управление транспортными средствами, работы, связанные с нагрузками на правую верхнюю конечность.
Приказом генерального директора от 13 февраля 2025 года № ФИО1 на основании части 1 статьи 76 Трудового кодекса РФ с 15 февраля 2025 года по 23 апреля 2025 года отстранен от работы. В период отстранения от работы не начислять ФИО1 заработную плату.
На основании листков нетрудоспособности, выданным ГБУЗ Гулькевичская ЦРБ, №, № ФИО1 был освобожден от работы с 03 по 25 марта 2025 года по причине «02» - «травма (в т.ч. несчастный случай на производстве или его последствия)», приступить к работе должен был 26 марта 2025 года.
Согласно заключению врачебной комиссии ГБУЗ «Гулькевичская Центральная районная больница» № от 22 апреля 2025 года ФИО1 нуждается в переводе на легкий физический труд сроком на 2 месяца, исключить: физические нагрузки, подъем на высоту, управление транспортными средствами, работы, связанные с нагрузками на правую верхнюю конечность.
Приказом генерального директора от 22 апреля 2025 года № ФИО1 на основании части 1 статьи 76 Трудового кодекса РФ с 23 апреля по 22 июня 2025 года отстранен от работы. В период отстранения от работы не начислять ФИО1 заработную плату.
На основании листков нетрудоспособности № от 22 мая 2025 года, № от 11 июня 2025 года, № от 16 июня 2025 года ФИО1 был освобожден от работы с 03 по 25 марта 2025 года по причине «01» - «Заболевание (в т.ч. профзаболевание и его обострение)», приступить к работе должен был 26 марта 2025 года.
На основании листков нетрудоспособности № от 16 июня 2025 года ФИО1 был освобожден от работы с 17 июня по 29 июля 2025 года по причине «01» - «Заболевание (в т.ч. профзаболевание и его обострение)».
В настоящее время на основании заключения врачебной комиссии ГБУЗ Гульевичская ЦРБ № от 23 сентября 2025 года ФИО1 нуждается в переводе на легкий физический труд сроком на 3 месяца. Приказом генерального директора от 24 сентября 2025 года № ФИО1 на основании части 1 статьи 76 Трудового кодекса РФ с 24 сентября по 23 декабря 2025 года отстранен от работы. В период отстранения от работы не начислять ФИО1 заработную плату.
В настоящем иске ФИО1 заявлены требования о взыскании утраченного заработка вследствие полученной на производстве травмы.
Общие основания возникновения обязательства вследствие причинения вреда регулируются нормами главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности (статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации).
На основании статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
При этом, с учетом повышенной социальной значимости жизни и здоровья граждан специальным федеральным законодательством предусмотрен механизм обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, имеющего своей целью установления дополнительных социальных и правовых гарантий для лиц, пострадавших в результате несчастных случаев при исполнении трудовых обязанностей.
В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 10 марта 2011 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указано, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору предоставляется в порядке обязательного социального страхования.
Порядок и основания возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору установлены Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
Пунктом 2 статьи 1 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» прямо установлено, что указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с этим Федеральным законом.
Данный Федеральный закон определяет обязательный уровень возмещения вреда, но не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда в размерах, превышающих обеспечение по страхованию. В связи с этим застрахованное лицо вправе требовать в судебном порядке возмещения вреда в части, превышающей обеспечение по страхованию на основании общих норм гражданского законодательства.
В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в статье 1085 ГК РФ, в силу п. 1 которой при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, приобретение лекарств, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В подпункте «а» пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.
Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему утраченный заработок, то есть заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь. Поскольку в результате причинения вреда здоровью потерпевшего он лишается возможности трудиться как прежде, а именно осуществлять прежнюю трудовую деятельность или заниматься иными видами деятельности, между утратой потерпевшим заработка (дохода) и повреждением здоровья должна быть причинно-следственная связь.
Поскольку в ходе проведенного расследования несчастного случая на производстве комиссией установлено наличие нарушений со стороны работодателя, степень вины работника не определена, грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлено, суд признает наличие вины в несчастном случае только работодателя, в связи с чем ответчик обязан возместить истцу утраченный в связи с несчастным случаем заработок.
Истцом заявлено требование о взыскании утраченного заработка с 15 февраля по 15 июня 2025 года и с 15 июня 2025 года ежемесячно с последующей индексацией.
Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью. При этом доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, в данном случае доказательства утраты заработка (дохода), должен представить потерпевший.
В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие.
Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2 статьи 1086 ГК РФ).
При решении вопроса о периоде, за который подлежит взысканию утраченный заработок, суд исходит из того, что в связи с травмой, полученной в результате несчастного случая, ФИО1 являлся нетрудоспособным в период с 12 ноября 2024 года по 23 января 2025 года; с 28 января по 14 февраля 2025 года находился в очередном трудовом оплачиваемом отпуске; с 15 февраля по 22 июня 2025 года был отстранен от работы с невыплатой заработной платы в связи с травмой, полученной в результате несчастного случая 12 ноября 2024 года.
В последующем, как пояснил сам истец в судебном заседании, а также следует из листков нетрудоспособности (код нетрудоспособности — заболевание), он находился на лечении с другим диагнозом, не связанным с травмой (плановая операция на ноге, которую он ждал полтора года).
Таким образом, в результате несчастного случая на производстве истцом утрачен заработок в период с 12 ноября 2024 года по 22 июня 2025 года.
Согласно справкам 2-НДФЛ заработок за период с ноября 2023 года по октябрь 2024 года ФИО1 составил: 2023 года ноябрь — 31214,71 рубля, декабрь — 58187,16 рубля, 2024 год январь — 60623 рубля, февраль - 40157,4 рубля, март —34303,8 рубля, апрель — 48014,05 рубля, май — 24 114,95 рубля, июнь — 46705,43 рубля, июль — 90 639,06 рубля, август —10918,07 рубля, сентябрь —57430,88 рубля, октябрь -40925,66 рубля. Общая сумма заработка составляет 543234,33 рубля, среднемесячный заработок составляет 45 269,52 рубля (543234,33 рубля : 12 месяцев).
Заработок за период с 15 февраля по 22 июня 2025 года составляет: за февраль 24251,52 рубля (45269,52 : 28 дней х 15дней); март, апрель, май 135808,56 рубля (45269,52 х 3 месяца); июнь 33197,64 рубля (45269,52 : 30 дней х 22 дня).
Всего подлежало выплате 193 257,72 рубля (24251,52 + 135808,56 + 33197,64).
Согласно сведениям из государственной информационной системы «Единая централизованная платформа в социальной сфере», предоставленной Социальным фондом Российской Федерации за указанный период произведены выплаты по социальному страхованию работодателем 3658,77 рубля, Социальным фондом 45147,65 рубля.
Утраченный заработок составляет 144 451,30 рубля (193 257,72 рубля -3658,77 рубля — 45147,65 рубля), который подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.
Требования о взыскании утраченного заработка на будущее время не подлежат удовлетворению, поскольку истцом не доказано, что в результате несчастного случая им утрачен заработок либо травма привела к его снижению.
В заключении судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках проверки по уголовному делу, указание на утрату трудоспособности использовано в качестве признака тяжести вреда, а состояние здоровья определено как последствие полученной травмы на момент исследования.
Вывод о степени тяжести причиненного вреда сделан врачом — судебно-медицинским экспертом в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития от 24 апреля 2008 года №, утвердившим Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.
Указанные критерии, в свою очередь, разработаны в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и применяются при проведении судебно-медицинской экспертизы степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.
Заключение № от 07-16 мая 2025 года выполнено по результатам судебно-медицинской экспертизы, проведенной рамках уголовного дела и отвечает на вопросы, поставленные следователем и необходимые для квалификации действий причинителя вреда с уголовно-правовой точки зрения.
Экспертиза временной нетрудоспособности граждан в связи с увечьем в соответствии со ст. 58 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан» производится в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти в области здравоохранения.
Экспертиза временной нетрудоспособности производится лечащими врачами государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения, которые единолично выдают гражданам листки нетрудоспособности сроком до 30 дней, а на больший срок листки нетрудоспособности выдаются врачебной комиссией, назначаемой руководителем медицинского учреждения.
При экспертизе временной нетрудоспособности определяются необходимость и сроки временного или постоянного перевода работника по состоянию здоровья на другую работу, а также принимается решение о направлении гражданина в установленном порядке на медико-социальную экспертную комиссию, в том числе при наличии у этого гражданина признаков инвалидности. При оформлении листка нетрудоспособности сведения о диагнозе заболевания с целью соблюдения врачебной тайны вносятся с согласия пациента, а в случае его несогласия указывается только причина нетрудоспособности (заболевание, травма или иная причина).
Стойкая утрата функций организма является основанием для проведения медико-социальной экспертизы (ст. 60 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан»).
В отношении истца таковая проведена 23 мая 2025 года, установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% в связи с несчастным случаем на производстве на период с 06 мая 2025 года по 01 июня 2026 года.
Из представленной программы реабилитации на ФИО1 следует, что он может продолжать выполнять профессиональную деятельность со снижением квалификации, при этом условие снижения объема (тяжести) работ отсутствует; в профессиональном обучении, получении дополнительного профессионального образования не нуждается, в постороннем бытовом уходе не нуждается, в оснащении специального рабочего места не нуждается.
До настоящего времени истец не уволен в связи с полученной в результате несчастного случая травмы, не переведен на нижеоплачиваемую должность, отстранен от работы с 23 июня 2025 года без сохранения заработка по медицинским показателям по иной причине, не связанной с травмой.
Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.
В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) 5 и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
Согласно п. 14, 15 указанного Постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Истцом ФИО1 в обоснование морального вреда, причиненного ему, указано, что он испытал физическую боль при травмировании, при лечении, до настоящего времени испытывает боли, реабилитация длилась 5 месяцев, он не может работать, содержать хозяйство. При расследовании несчастного случая его обвинили в нем, пришлось обращаться к адвокату. Он потерял заработок, получает 5-10 тысяч рублей пособия.
В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
При определении размера денежной компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дела: истец испытал физическую боль в момент травмирования и испытывает ее на протяжении долгого времени, проходил длительное лечение, включающее, в том числе хирургические вмешательства, это привело к нарушению привычного уклада жизни истца и членов его семьи, истец был лишен возможности трудиться, выполнять свои привычные семейные, бытовые, социальные обязанности.
С учетом изложенных обстоятельств, требований разумности и справедливости, размер вреда, подлежащий взысканию в пользу истца, суд определяет в 200 000 рублей.
В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы, которые согласно ст.88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: … расходы на оплату услуг представителей.
В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В соответствие с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными, в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
В судебном заседании установлено, что 19 ноября 2024 года между Адвокатом Кузыченко М.И. и ФИО1 заключено соглашение об оказании юридических услуг, договор об оказании юридических услуг по оказанию правовой помощи в расследовании несчастного случая на производстве и ведению гражданского дела по возмещению морального вреда и иных выплат работнику. Стоимость услуг исполнителя по договору составляет 50000 рублей, оплата по договору произведена истцом в полном объеме 19 ноября 2024 года.
В соответствии с договором исполнитель осуществил подачу адвокатского запроса работодателю о приобщении к материалам расследования несчастного случая видеозаписей камер наблюдения; обжалование Акта № от 29.11.2024 в Государственную инспекцию труда Краснодарского края; сбор документов для составления искового заявления, анализ судебной практики по делам данной категории и составление искового заявления с приложением необходимых материалов; участие в судебных заседаниях суда первой инстанции.
Разрешая заявленное истцом требование о взыскании расходов по оплате юридических услуг, руководствуясь изложенными выше положениями процессуального законодательства, произведя оценку объема и качества оказанной юридической услуги, суд, исследовав документы, подтверждающие факт несения расходов, применив принципы разумности и справедливости, с учетом частичного удовлетворения иска, приходит к выводу о необходимости удовлетворения данного требования и взыскании в пользу истца указанных расходов в размере 20 000 рублей.
Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем государственная пошлина в размере 8333 рубля, исчисленном по правилам ст.ст. 333.19, 52 НК РФ, подлежит взысканию с ответчика в бюджет муниципального образования Гулькевичский район на основании ст.ст. 50, 61.1 Бюджетного кодекса РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Иск ФИО1 к ООО ПЗ «Наша Родина» о компенсации вреда работнику — удовлетворить частично.
Взыскать с ООО ПЗ «Наша Родина» ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, паспорт №, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ) в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей, утраченный заработок за период с 15 февраля 2025 года по 22 июня 2025 года в сумме 144 451,3 рубля, судебные расходы по оплате услуг представителя 20 000 рублей, а всего 364 451 рубль 30 копеек (триста шестьдесят четыре тысячи четыреста пятьдесят один рубль тридцать копеек).
В остальной части требований ФИО1 - отказать.
Взыскать с ООО ПЗ «Наша Родина» (ИНН №, ОГРН №) в доход муниципального образования Гулькевичский район государственную пошлину в сумме 8333 рубля.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Краснодарский краевой суд через Гулькевичский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья
Гулькевичского районного суда И.А.Бочко
Справка: мотивированное решение изготовлено 18 ноября 2025 года.
Судья
Гулькевичского районного суда И.А.Бочко