Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-681/2022

19 января 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 января 2026 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего К.А. Сухецкой,

судей К.П. Засорина, А.В. Ветошкевич,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.А. Шевченко,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО1, ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-5111/2025

на определение от 29.09.2025

судьи А.В. Ягубкина

по делу № А51-681/2022 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Спец-Монтаж» - ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Юридическая фирма «Правовой элемент» (ИНН <***>, ОГРН <***>; дата государственной регистрации: 02.08.2002; адрес: 664025, Иркутская обл., г. Иркутск, ул.5- й Армии, д. 2/1, оф. 209)

к обществу с ограниченной ответственностью «Спец-Монтаж» (ИНН <***>, ОГРН <***>; дата государственной регистрации: 29.10.2012; адрес: 692922, <...>)

о признании несостоятельным (банкротом)

лица, участвующие в деле, не явились, надлежаще извещены,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Приморского края от 18.02.2022 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Юридическая фирма «Правовой элемент» (далее – ООО «ЮФ «Правовой элемент») о признании общества с ограниченной ответственностью «Спец-Монтаж» (далее – общество, должник, ООО «Спец-Монтаж») несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.

Решением от 21.04.2022 ликвидируемый должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

В рамках дела о несостоятельности конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2.

Определением арбитражного суда от 29.09.2025 заявление конкурсного управляющего удовлетворено: признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника ООО «Спец-Монтаж»; рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ООО «Спец-Монтаж».

Не согласившись с принятым решением ФИО1 и ФИО2 (далее – ответчики) обратились в арбитражный суд с апелляционной жалобой (заявлена текстом одного документа, содержащего подписи обоих ответчиков), в которой просили определение суда от 29.09.2025 отменить. Доводы жалобы мотивированы тем, что судом первой инстанции при вынесении оспариваемого определения неверно применены нормы материального и публичного права, в частности, неполно выяснены обстоятельства имеющие значение для дела. Полагают, что представленным в материалы дела письменным возражениям ФИО2 и ФИО1 не дана надлежащая правовая оценка. Настаивают, что сам статус контролирующего должника лица не является достаточным основанием для привлечения такого лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при этом из материалов дела не следует обязательная причинно-следственная связь между поведением ответчиков и банкротством ООО «СпецМонтаж». При этом конкурсным управляющим не проведены исчерпывающие мероприятия, направленные на пополнение конкурсной массы для проведения расчетов с кредиторами, соответственно невозможно определить размер субсидиарной ответственности.

Определением апелляционного суда от 05.11.2025 жалоба ответчиков оставлена без движения на срок до 03.12.2025. Определением апелляционного суда от 03.12.2025 в связи с устранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 14.01.2026.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, его требования о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности обусловлены обстоятельствами, установленными в рамках выездной налоговой проверки по вопросам соблюдения налогового законодательства, которые послужили основанием для привлечения должника к ответственности, предусмотренной Налоговым кодексом Российской Федерации (далее - НК РФ).

Устанавливая основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции исходил из доказанности их статуса контролирующих должника лиц и объективной невозможности полного погашения требований кредиторов, кроме того, судом установлены основания

для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям неисполнения обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, коллегия не усматривает иные обстоятельства и основания для переоценки выводов суда первой инстанции, исходя из следующего.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основной целью конкурсного производства является удовлетворение требований кредиторов за счет сформированной конкурсной массы. В случае недостаточности имеющегося у должника имущества законодательство о банкротстве предусматривает дополнительные механизмы защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, в том числе институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Основания и порядок привлечения лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства в ранее действующей редакции Закона о банкротстве был предусмотрен нормами статьи 10 Закона о банкротстве. В статью 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям»» (далее - Закон № 134-ФЗ) были внесены соответствующие изменения.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ регламентировано, что он вступает в силу с момента его официального опубликования, то есть с 30.07.2017.

Законом № 266-ФЗ прекращено действие положений статьи 10 Закона о банкротстве, которой была установлена ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности

соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 30.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П, от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

В рассматриваем случае обстоятельства, на основании которых конкурсный управляющий заявляет о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, имели место в период с 01.01.2017 по 31.12.2018, в который Обществом при определении налоговой базы по налогу на прибыль и при определении сумм по НДС использован формальный документооборот во взаимоотношениях с поставщиками. Таким образом, настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ и положениями главы III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а также норм процессуального права в редакции Закона № 266-ФЗ.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом

исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, в период с 29.10.2012 по 15.04.2019 полномочия генерального директора Общества с ограниченной ответственностью «Спец-Монтаж» осуществлял ФИО1, в период с 16.04.2019 по 08.12.2021 - ФИО2. ФИО2 является участником должника: с 29.10.2012 - с долей участия в размере 100% уставного капитала (подтверждается решением № 1 от 17.10.2012 и записью <***>), а с 14.02.2017 - с долей участия в размере 70% уставного капитала (подтверждается решением № 01/2017 от 14.02.2017 и записью 2172536185501, начиная с 19.11.2021 30% доли участия в уставном капитале принадлежат обществу). Таким образом, в период с 29.10.2012 по 15.04.2019 руководство ООО «СпецМонтаж» осуществлял ФИО1, с 16.04.2019 по 08.12.2021 - ФИО2, помимо этого ФИО2 являлась единственным участником общества.

Исходя из приведенных положений законодательства и фактических обстоятельств дела, ФИО1 как руководитель и ФИО2 как мажоритарный участник и руководитель признаются контролирующими должника лицами, доказательств иного в материалы дела не представлено.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчику деяний) установлено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Указанная выше презумпция включена в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные Российской Федерации» (далее - Закон № 222-ФЗ), в пункте 9 статьи 13 которого предусмотрено, что положения абзаца тридцать четвертого статьи 2 и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к поданным после 1 сентября 2016 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о

привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

С учетом изложенного, упомянутые выше положения абзаца пятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям вне зависимости от периода совершения ответчиками недобросовестных действий, повлекших ответственность должника.

Предполагается, что в условиях нормальной хозяйственной деятельности и в отсутствие злоупотребления со стороны контролирующих лиц не может сложиться ситуация, при которой состав задолженности перед бюджетом вследствие совершения обществом налогового правонарушения будет составлять более половины всех его обязательств по основной сумме долга.

В силу приведенной выше нормы права, с учетом разъяснений пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), разъяснения которого подлежат применению при рассмотрении настоящего спора, поскольку указанная выше презумпция включена в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве действующей редакции (в редакции Закона № 266-ФЗ), для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по данной презумпции необходимо, чтобы заявитель доказал наличие совокупности двух обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Также согласно разъяснениям пункта 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его

обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И, напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Таким образом, при рассмотрении спора о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности подлежат установлению действительные причины возникновения несостоятельности должника, а также какие конкретные неправомерные действия (бездействие) контролирующих должника лиц явились тому предпосылкой, то есть необходимой причиной возникновения финансового кризиса, приведшего впоследствии к банкротству.

Как установлено судом по материалам дела, Инспекцией ФНС России по г. Находке Приморского края проведена выездная налоговая проверка, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки, из которого следует, что Обществом при определении налоговой базы по налогу на прибыль и при определении сумм по НДС за период с 01.01.2017 по 31.12.2018 использован формальный документооборот по взаимоотношениям с поставщиками товаров, учтённые в составе расходов и вычетов счета-фактуры, полученные от контрагентов ООО «Концепт юг», ООО «Гарантия», ООО «Снабкомплект», ООО «Ресурс ДВ», ООО «Санжан», ООО «ДВ Сфера», ООО «Инторгсервис», ООО «Вектор», ООО «Азиана Трейдинг», обладающих признаками недобросовестности, фактически не выполняющих условия договоров.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, возражений Общества и результатов дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией вынесено решение от 21.01.2022 г. № 10/04 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 21.01.2022 вступило в законную силу 02.03.2022.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 26.07.2022 требование УФНС России по Приморскому краю в размере 28 862 419,40 руб. признано обоснованным, в том числе во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включена сумма задолженности в размере 56 064 руб. основного долга; в третью очередь реестра требований кредиторов должника сумма задолженности в размере 28 806 355,40 руб., в том числе налог – 17 606 831,70 руб., пеня – 9 673 152,70 руб., штраф в размере 1 526 371 руб.

Требования налогового органа в составе третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении ООО «Спец-Монтаж», к ответственности за налоговые правонарушения, составляют 17 606 831,70 руб. Как установлено судом, общий размер требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов, составляет 25 682 401,70 рубля. Таким образом, сумма налога, доначисленного по результатам мероприятий налогового контроля, составляет 69,02 % совокупного размера основной задолженности, что превышает 50% общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности,

включенных в реестр требований кредиторов, что является презумпцией для установления оснований в целях привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в соответствии с подпунктами 1, 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Устанавливая фактические обстоятельства спора, арбитражный суд принял во внимание правовую позицию, изложенную в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, согласно которой материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.

Как следует из материалов налоговой проверки, содержания акта и решения от 21.01.2022 № 10/04, в проверяемом периоде ООО «СпецМонтаж» осуществляло строительство торгового комплекса в Сахалинской области, принимало участие в совместной деятельности по вылову рыбопродукции с ООО «Рускор», а также совместной деятельности по доставке, переработке и дальнейшей реализации рыбопродукции на основании агентского договора с ООО ПКФ «Южно- Курильский рыбокомбинат». В силу пункта 1 статьи 171 НК РФ ООО «Спец-Монтаж» пользовалось правом уменьшать общую сумму налога на добавленную стоимость на налоговые вычеты.

В представленных в налоговый орган налоговых декларациях по НДС за налоговые периоды 2017, 2018 годов ООО «Спец-Монгаж» заявлены налоговые вычеты по суммам НДС, предъявленным продавцами товаров (работ, услуг), в общей сумме 29 260 257 руб.

В обоснование правомерности применения в проверяемом периоде налоговых вычетов ООО «Спец-Монтаж» к проверке представлены только книги покупок, счета-фактуры. В ходе проведения выездной налоговой проверки ООО «Спец-Монтаж» уполномоченному органу не представлены копии документов, заключенных с поставщиками товаров (работ, услуг); оборотно-сальдовые ведомости, регистры налогового учета, подтверждающие принятие на учет товаров (работ, услуг) в обоснование правомерности применения в проверяемом периоде налоговых вычетов по указанным суммам НДС.

Уполномоченным органом также установлено, что контрагенты должника ООО «Ресурс ДВ», ООО «Гарантия ДВ», ООО «Снабкомплект», ООО «Концепт Юг», ООО «Инторгсервис», ООО «Вектор», ООО «Азиана Трейдинг» фактически не имели реальной возможности для исполнения своих обязательств по договорам, заключенным с ООО «Спец-Монтаж», являлись техническим компаниями, на что указывает отсутствие по месту регистрации организаций, отсутствие материальных ресурсов необходимых для ведения финансово-хозяйственной деятельности, отсутствие работников и лиц, привлеченных по договорам гражданско-правового характера, отсутствие платежей по банковскому счету на цели обеспечения ведения финансово-хозяйственной деятельности: аренда помещений, платежи за услуги транспортировки и хранения товаров, платежи по аренде складов, имущества, коммунальные услуги, заработная плата, за канцелярию и иные платежи, отвечающие признакам реальной хозяйственной деятельности организации.

По результатам проведенной проверки уполномоченный орган пришел к выводу, что целью совершения ООО «Спец-Монтаж» сделок являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а уменьшение своих налоговых обязательств (получение налоговой экономии), сделки не исполнены перечисленными организациями как лицами, указанными в предоставленных налогоплательщиком первичных учетных документах, и налогоплательщик использовал формальный (искусственный) документооборот в целях неправомерного заявления налоговых вычетов по спорным сделкам, что привело к искажению сведений о фактах хозяйственной жизни.

Умышленные действия проверяемого налогоплательщика были направлены на минимизацию налоговых обязательств за счет применения неправомерных налоговых вычетов по НДС в соответствии с документами «транзитных» организаций; создание фиктивного документооборота, используя «транзитные» организации.

В результате проведения мероприятий налогового контроля установлены факты несоблюдения налогоплательщиком условий, предусмотренных НК РФ для предоставления вычетов за 2, 4 кварталы 2017 года, 1, 2, 4 кварталы 2018 года, послуживших основанием для необоснованного завышения налоговых вычетов по НДС.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика. В целях применения пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ к искажению сведений о фактах хозяйственной жизни и об объектах налогообложения, относится умышленное внесение налогоплательщиком в бухгалтерскую и налоговую отчетность любых недостоверных данных, если эти данные используются налогоплательщиком в целях получения необоснованной налоговой экономии.

Далее, установленные проверкой обстоятельства деятельности ООО «СпецМонтаж» и его контрагентов свидетельствуют, о том, что в нарушение пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, пункта 6 статьи 169 НК РФ, пункта 2 статьи 171 НК, пункта 1 статьи 172 НК РФ, должником при исчислении налога на добавленную стоимость за 2, 4 кварталы 2017 года, 1, 2, 4 кварталы 2018 года, а также в уточненных налоговых декларациях за указанный период с номерами корректировок по вышеуказанным периодам, налоговый вычет отнесен НДС в завышенных размерах, по причине неправомерного включения в состав налоговых вычетов сумм налога на добавленную стоимость, предъявленных налогоплательщиком по счетам-фактурам, выставленным по контрагентам ООО «Ресурс ДВ», ООО «Гарантия ДВ», ООО «Снабкомплект», ООО «Концепт Юг», ООО «Инторгсервис», ООО «Вектор», ООО «Азиана Трейдинг», в целях получения необоснованной налоговой экономии по налогу на добавленную стоимость и по налогу на прибыль организаций, при отсутствии факта отгрузки, поставки, принятия на учет товара по заключенным договорам, и, соответственно, их использования в производственной деятельности.

В части расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации, по результатам мероприятий налогового контроля выездной налоговой проверкой установлены аналогичные обстоятельства, свидетельствующие о несоблюдении ООО «Спец-Монтаж» положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, выразившемся в неправомерном уменьшении налоговой базы в налоговых декларациях по налогу на прибыль организаций и суммы подлежащего уплате налога за проверяемый период в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения (расходов), подлежащих отражению в налоговом, бухгалтерском учете и налоговой отчетности ООО «Спец-Монгаж» по взаимоотношениям с поставщиками дизельного топлива, стальных неводов, жилых модульных контейнеров, дизельного генератора, крановых установок, погрузчика, продуктов питания, емкостей/резервуаров на общую сумму 47 401 897 рублей, в связи с чем налогоплательщик неправомерно получил налоговую экономию посредством увеличения расходов. В результате выявленных нарушений, а также ставки, действовавшей в проверяемом периоде, определено, что ООО «Спец-Монтаж» не уплачен налог на прибыль в сумме 9 575 632 руб.

Помимо указанного, уполномоченным органом на дату окончания проверяемого периода (30.06.2020) у ООО «Спец-Монтаж» установлена задолженность перед бюджетом по не перечисленной сумме НДФЛ в размере 82 256,00 рублей.

Таким образом, по результатам налоговой проверки установлено, что в период с 01.01.2017 по 31.12.2018 должником использован формальный документооборот по взаимоотношениям с поставщиками товаров ООО «Концепт юг», ООО «Гарантия», ООО «Снабкомплект», ООО «Ресурс ДВ», ООО «Санжан», ООО «ДВ Сфера», ООО «Инторгсервис», ООО «Вектор», ООО «Азиана Трейдинг» в целях уменьшения у должника налоговых обязательств (получение налоговой экономии) путем неправомерного включения в состав налоговых вычетов сумм налога на добавленную стоимость, предъявленных налогоплательщиком по счетам-фактурам, выставленным по указанными контрагентам, неправомерного уменьшения налоговой базы в налоговых декларациях по налогу на прибыль организаций и суммы подлежащего уплате налога за проверяемый период в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, получения налоговой экономии посредством неправомерного включения в состав расходов стоимости поставки ТМЦ по заключенным договорам с указанными поставщиками.

Повторно анализируя причины возникновения налоговой задолженности ООО «Спец-Монтаж», коллегия определила, что фактически со стороны ООО «Спец-Монтаж» имел место целый комплекс нарушений, предусмотренных налоговым законодательством, в рамках которых налогоплательщиком совершены умышленные действия по представлению в налоговый орган недостоверной информации, созданию фиктивного документооборота, сознательному искажению сведений о фактах хозяйственной деятельности, направленные на минимизацию налоговых обязательств должника за счет применения неправомерных налоговых вычетов по НДС в соответствии с документами «транзитных» организаций, в целях получения необоснованной налоговой экономии по налогу на добавленную стоимость и по налогу на прибыль организаций, при отсутствии подтвержденного факта реальности приобретения ООО «Спец-Монтаж» товаров у контрагентов: отгрузки, поставки, принятия на учет товара, и, соответственно, их использования в производственной деятельности.

В этой связи, действия налогоплательщика носят недобросовестный характер и свидетельствуют о создании ситуации, позволяющей получить налоговую экономию вне связи с реальной предпринимательской деятельностью. Контролирующее должника лицо должно было понимать, что полученная обществом налоговая выгода является необоснованной, в связи с чем, бюджет Российской Федерации понес убытки, что подтверждается решением уполномоченного органа о привлечении организации к налоговой ответственности и взысканию задолженности, возникновению дополнительной обязанности общества «Спец-Монтаж» по уплате штрафов и начисленных пеней. Такие обязательства должника объективно не могли возникнуть в случае надлежащего ведения контролирующим лицом хозяйственной деятельности, налогового учета и уплаты налогов.

Оценивая структуру кредиторской задолженности (обстоятельства возникновения отношений с контрагентами ООО «Юридическая фирма «Правовой элемент», ООО «Запсибгазпром-Газификация», ООО «Топливно-снабжающая компания», задолженность перед которыми не была погашена, а потому впоследствии включена в реестр), суд установил, что в период с 2019 по 2022 год должником допущено наращивание (накопление) не исполняемых денежных обязательств на сумму свыше 38 млн. рублей.

По данным бухгалтерского баланса ООО «Спец-Монтаж» по состоянию на 31.12.2022 стоимость активов баланса составляла 5260 тысяч рублей (уменьшение с 58621 тысяч рублей – в 2020 году), пассив баланса составлял 5260 тысяч рублей (уменьшен за счет включения размера капитала и резервов на сумму 31694 тыс. рублей), кредиторская задолженность отражена в сумме 36 813 тыс. руб. Доказательства, свидетельствующие о том, что у должника имелись денежные средства в размере, достаточном для исполнения всех денежных обязательств, в материалы дела не представлены, так же как и доказательства наличия капитала и резервов (по строке 1300) на сумму 31 694 тыс. рублей.

Указанное очевидно свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, то есть об объективном банкротстве ООО «Спец-Монтаж».

Таким образом, установлены и доказаны фактические обстоятельства применения презумпции вины контролирующего должника лица за невозможность погашения требований кредиторов, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 и подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений пункта 26 Постановления № 53.

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика. Вопреки доводу апелляционной жалобы, неоплатность долга по обязательным платежам, составляющего большую часть реестра требований кредиторов, при непредставлении доказательств наличия обстоятельств объективного характера, не позволивших погасить задолженность, в силу разъяснений, данных в пункте 26 Постановления № 53, также указывает на наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Также приведенный довод не опровергает неправомерные действия ответчиков при исполнении обязанностей по уплате должником обязательных платежей (абзац пятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве); сформированная в результате ведения финансово-хозяйственной деятельности должника общая сумма задолженности перед бюджетом является свидетельством деятельности ответчика, которая привела к значительному превышению обязательств над реальной стоимостью активов. Оснований полагать, что ответчики предпринимали все меры для того, чтобы вывести общество из банкротного состояния, из материалов дела не установлено, поскольку из их действий не усматривается погашение требований ФНС России (оказавшегося в итоге мажоритарным кредитором должника), основанием которых послужило совершение налогового правонарушения.

Установив наличие прямой причинно-следственной связи между неправомерными действиями ответчиков и наступившим объективным банкротством общества, в отсутствие оснований полагать, что невозможность погашения требований кредиторов обусловлена иными причинами ухудшения финансового положения должника (объективными, рыночными и т.д.), арбитражный суд пришел к правомерному выводу о о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Апеллянты не опровергли надлежащими доказательствами презумпцию доведения должника до банкротства.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчику деяний) установлено, что положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения. Аналогичные правила предусмотрены в пункте 5 стать 61.11 Закона о банкротстве, согласно которому положения подпункта 3 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения, а также контролирующего должника лица.

Вместе с тем, в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно. В пункте 22 Постановления № 53 даны разъяснения о том, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях

квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой. Применительно к абзацу 1 статьи 1080 ГК РФ, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Привлечению к ответственности подлежит лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

Совершение фиктивных сделок было невозможно без совместного участия как директора, так и учредителя должника, то есть как ФИО1, так и ФИО2, которые в период вменяемого противоправного поведения являлись супругами, то есть очевидно действовали совместно и скоординировано, действия были направлены на создание видимости реального осуществления взаимоотношений с контрагентами и получения налоговых экономий.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора суд полагает, что контролирующие лица не могли не осознавать, что размер умышленно занижаемой налоговой базы, является значительным и в случае выявления таких неправомерных действий, подконтрольный им должник утратит возможность отвечать по своим обязательствам перед кредиторами, в том числе по причине начисления существенного размера недоимки. Действия ответчиков по уменьшению у ООО «Спец-Монтаж» налоговых обязательств путем неправомерного включения в состав налоговых вычетов сумм налога на добавленную стоимость, предъявленных налогоплательщиком по счетам- фактурам, выставленным по указанными контрагентам, по получению налоговой экономии посредством неправомерного включения в состав расходов стоимости поставки ТМЦ по заключенным договорам с указанными поставщиками, носили умышленный характер. Данные действия не соотносятся с целями предпринимательской деятельности, фактически должник использовался для получения противоправных выгод исключительно для личных целей ответчиков. Описанные противоправные действия контролирующих лиц совершались умышленно и не были обусловлены объективными экономическими факторами.

Само по себе указание ФИО2 на обстоятельство формального участия в финансово-хозяйственной деятельности организации в период совершений налогового правонарушения, документально не подтверждено; совершение фиктивных сделок невозможно без совместного участия как директора, так и учредителя должника, то есть как ФИО1, так и ФИО2, которые в период вменяемого противоправного поведения являлись супругами, то есть очевидно действовали совместно и скоординировано, действия были направлены на создание видимости реального осуществления взаимоотношений с контрагентами и получения налоговых экономий. Кроме того, определение размера ответственности контролирующего лица в зависимости от степени вовлеченности будет являться предметом самостоятельного спора.

Таким образом, применительно к обстоятельствам данного спора судом первой инстанции установлена необходимая совокупность условий, в том числе обязательная причинно-следственная связь, определяющих виновные действия ответчиков и являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности солидарно, иного ответчиками не раскрыто и не доказано (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Далее, конкурсный управляющий усматривает основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно положениям статьи 61.12 Закона о банкротстве (применимой к спорным правоотношениям, учитывая дату возникновения соответствующей обязанности по подаче заявления должника) неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. Размер ответственности в соответствии с указанным пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Из текста решения о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение от 21.01.2022 № 10/04 (вступило в законную силу 02.03.2022) следует, что срок уплаты первого налога на сумму 573 051 рублей – 25.07.2017, по расчету управляющего, исходя из сроков образования задолженности руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве в период с 26.11.2017 по 26.12.2017 ввиду наличия не исполненных в течение более чем трех месяцев обязательств в размере более 300 000 руб.

ФИО1 как руководителем должника в указанный период не исполнены обязанности по подаче заявления о банкротстве в суд. При неисполнении руководителем должника по подаче заявления о банкротстве начинает течь десятидневный срок для лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания участников должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Период, когда необходимо было инициировать созыв внеочередного общего собрания участников должника с 27.12.2017 по 08.01.2018. В указанный период участником должника ФИО2 не исполнены обязательства по инициированию общего собрания участников для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом

Контролирующие должника лица не исполнили обязанность по обращению в суд, напротив, предприятие в течение 2018 - 2022 года наращивало кредиторскую задолженность, а контролирующие должника лица продолжали противоправное поведение по получению налоговых льгот, неуплате налогов, а также необоснованно возмещали НДС (всего на сумму более 8 млн. рублей), при этом, не осуществляя погашение кредиторской задолженности за счет денежных средств от возмещенного налога, очевидно расходую такие средства не на нужды компании, находящейся в кризисной ситуации, а по своему усмотрению. Следовательно, как руководитель, так и последующий генеральный директор и учредитель, несут ответственность за свое бездействие, предусмотренную пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае только ФИО1 и ФИО2 как контролирующие должника лица могли и должны были владеть сведениями о деятельности должника, раскрыть их суду, дать объяснения о причине банкротства и предоставить суду документацию должника (или уважительные причины ее отсутствия). Доказанность того, что банкротство подконтрольного общества вызвано случайными факторами, объективными обстоятельствами, обычным предпринимательским риском и т.п., дало бы основания для освобождения контролирующего лица от субсидиарной ответственности. Однако, ответчики не опровергли презумпцию виновности в

банкротстве общества вследствие противоправных действий, не привели убедительных обстоятельств и не представили доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности своих действий.

В данном случае коллегия пришла к выводу, что судом первой инстанции по результатам исследования всех представленных доказательств сделаны обоснованные выводы о том, что банкротство общества «Спец-Монтаж» и невозможность погашения требований его кредиторов находятся в прямой причинно-следственной связи с неправомерными действиями контролирующих общество лиц, повлекшими привлечение должника к налоговой ответственности и доначисление ему налогов и взносов. Вопреки доводам апелляционной жалобы обстоятельства, позволяющие сделать иной вывод, перед судом не раскрыты; аргументы о том, что причиной банкротства послужили объективные факторы, находящиеся вне сферы контроля контролирующих должника лиц, не приведены и не обоснованы. Соответственно, оснований для вывода о том, что должник прекратил свою деятельность и не смог рассчитаться по своим обязательствам по причинам объективного характера, на которые контролирующее должника лицо не имело возможности оказать влияния, у суда не имелось.

Учитывая изложенное, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований, установив доказанность совокупности обстоятельств, позволяющих констатировать наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11) и пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, что размер субсидиарной ответственности с достаточной степенью достоверности определить невозможно ввиду того, что расчеты с кредиторами не завершены, конкурсная масса не сформирована, арбитражный суд, руководствуясь положениями пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве и разъяснениями, данными в пункте 41 Постановления № 53, правомерно приостановил производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ответчиков до окончания расчетов с кредиторами должника.

В целом доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения. Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего, удовлетворению не подлежит.

Оспариваемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит возложению на заявителя в соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ и в размере, установленном подпунктом 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 29.09.2025 по делу № А51-681/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного

округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий К.А. Сухецкая

Судьи

К.П. Засорин

А.В. Ветошкевич