СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-8140/2025(1)-АК

г. Пермь

16 декабря 2025 года Дело № А50-16992/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 декабря 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей Чепурченко О.Н., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И.,

при участии:

от кредитора ФИО1 (лично), паспорт; его представителя – ФИО2, доверенность от 03.12.2024, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Завалиной Натальи Эдуардовны

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 04 августа 2025 года

об удовлетворении заявления кредитора ФИО1 о признании недействительной сделкой брачный договор от 30.12.2024 между ФИО4 и ФИО5, применение последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А50-16992/2023

о признании ФИО4 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю, ФИО6,

установил:

определением от 13.07.2023 принято к производству суда заявление ФИО4 о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве № А50-16992/2023.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.10.2023 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

14.10.2024 в арбитражный суд поступило заявление кредитора ФИО1 о признании недействительным брачного договора от 30.12.2014, заключенного между должником и ФИО5 (ответчик), просит применить последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности на следующее имущество (с учетом принятых судом уточнений):

- 82/100 доли помещения площадью 43,4 кв.м., расположенного по адресу: Пермский край, г. Пермь, р-н Орджоникидзевский, ул. Кабельщиков, д. 10;

- жилое помещение площадью 32,7 кв.м., расположенное по адресу: <...>; право собственности прекращено 02.05.2023;

- земельный участок площадью 400 кв.м., расположенный по адресу: Российская Федерация, край Пермский, г.о. Пермский, г. Пермь, товарищество Прилив-3, зу 30/32, право собственности прекращено 22.01.2016.

Также просит взыскать с ФИО3 в конкурсную массу ФИО4 315 314,13 руб.

К участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю (определение от 24.10.2024), ФИО6 (определение от 05.06.2025).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04.08.2025 (резолютивная часть от 21.07.2023) заявление ФИО1 удовлетворено в полном объеме (с учетом принятых уточнений), брачный договор от 30.12.2024 признан недействительной сделкой, с восстановлением режима совместной собственности на имущество (поименовано). Также распределены судебные расходы по спору.

Не согласившись с вынесенным определением, ответчик ФИО5 обратилась с апелляционной жалобой, просит определение отменить полностью, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Отмечает, что заявление кредитора основано на неправильном толковании норм права, указано лишь на несогласие с самим фактом заключения брачного договора; указание суда на существенную разницу в цене приобретения и последующей продажи помещения основано на предположениях; в силу давности совершения сделки ответчиком представлены все возможные доказательства, которые смог сохранить или получить. В суде первой инстанции апеллянт указывал, что целью заключения оспариваемого брачного договора являлось сохранение денежных средств с продажи унаследовательной ответчиком квартиры в собственности ФИО3, имущество, являющеtся общим имуществом супругов до заключения оспариваемого договора, отсутствовало, то есть брачный договор фактически не разделил какое-либо совместное имущество супругов по причине его отсутствия. Вывод об «обезличивании» полученных от продажи денежных средств каким-либо надлежащим обоснованием не подтвержден. Подлинность представленных в материалы дела документов (подтверждающие факты совершения сделок в отношении единственного жилья и земельного участка; нахождения денежных средств от продажи квартиры на счете матери должника; принадлежности находящихся на счете третьего лица денежных средств ФИО3; пояснения требования лица (матери супруга) о хранении денежных средств ФИО3 на ее счете) кредитором не оспаривалась.

До начала судебного заседания от кредитора ФИО1 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ответчика, просит в удовлетворении жалобы отказать в полном объеме, определение оставить без изменения.

Участвующий в судебном заседании ФИО1 и его представитель поддерживали возражения, изложенные в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст.266,268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, должник с 07.09.2013 состоит в браке с ФИО5.

30.12.2014 между супругами был заключен брачный договор, согласно которому супруги определили, что любое другое недвижимое имущество (комнаты, квартиры, жилые дома, садовые дома, земельные участки и другое), любое движимое имущество, доля в праве собственности на любое недвижимое и недвижимое имущество, в том числе коммерческое, транспортные средства, в том числе самоходные машины, самоходные прицепы, которое приобретено в период брака каждым из супругов и зарегистрировано или оформлено на его имя после подписания настоящего договора, будут являться собственностью того из супругов, на чье имя оно оформлено, как в период брака так и в случае его расторжения (приложение к заявлению, т. 1 л.д. 7).

Согласно выписке из ЕГРН от 28.02.2024 (т.1 л.д. 48, 67) за ФИО3 на праве собственности зарегистрированы следующие объекты недвижимости, приобретенные в период брака:

1) 82/100 доли в праве общей долевой собственности в жилом помещении площадью 43,4 кв.м., расположенном по адресу: Пермский край, г. Пермь, р-н Орджоникидзевский, ул. Кабельщиков, д. 10;

2) жилое помещение площадью 32,7 кв.м., расположенное по адресу: <...>, (право собственности прекращено 02.05.2023);

3) земельный участок площадью 400 кв.м., расположенный по адресу: Российская Федерация, край Пермский, г.о. Пермский, г. Пермь, товарищество Приллив-3, зу 30/32 (право собственности прекращено 22.01.2016).

В материалах дела имеется также договор купли-продажи квартиры от 30.12.2014, согласно которому ФИО3 продала квартиру по адресу: <...> по цене 1 730 000 руб. Данная квартира приобретена ФИО3 до заключения брака (1/2 доли куплена 30.04.2010, 1/2 доли получена в наследство 05.09.2012) (т. 1 л.д. 25-27, 30).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.07.2023 по заявлению ФИО4 возбуждено производство по настоящему делу о его банкротстве.

Решением арбитражного суда от 03.10.2023 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Кредитор ФИО1 обратился в арбитражный суда с рассматриваемым заявлением, ссылаясь на то, что в преддверии заключения указанного брачного договора должником заключены кредитные договоры с АО «Почта Банк» и ПАО «МТС-Банк», обязательства по которым не были исполнены; доказательства уведомления кредиторов о заключении брачного договора отсутствуют; на момент заключения брачного договора должник обладал признаками неплатежеспособности; денежные средства, полученные ФИО3 от продажи квартиры, являются обезличенными, платежные документы о перечислении этих средств в оплату договоров от 31.12.2014, 21.08.2017, 28.04.2023 ответчиками не представлены, с учетом значительного временного промежутка между этими сделками существенной цены приобретения и продажи имущества. Заявитель считает, что условия брачного договора нарушают требования п. 2 ст. 42 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), оспариваемым договором изменен законный режим отдельных видов имущества супругов, но источник денежных средств на приобретение этого имущества не учтен, а также договоров не изменен законный режим доходов каждого супруга от трудовой и предпринимательской деятельности, выплата какой-либо компенсации другому супругу брачным договором не предусмотрена. Условия брачного договора ставят должника в крайне неблагоприятное положение, поскольку он лишается права собственности практически на имущество, нажитое супругами в период брака. Отсутствие условий изменения режима собственности каждого супруга опровергает довод ФИО3 о заключении брачного договора с целью сохранения в личной собственности имущества, приобретенного на вырученные от продажи добрачной квартиры средства. Правовым основанием для признания сделки недействительной указывает ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчик ФИО5 в суде первой инстанции отмечала (т.1 л.д.65-66), что целью заключения оспариваемого брачного договора являлось сохранение денежных средств, полученных от продажи унаследованной квартиры в ее единоличной собственности; в результате заключения спорного договора ответчиком и должником не произведен раздел совместной собственности ввиду отсутствия совместного имущества. Изменение режима собственности будущего имущества, купленного ответчиком на свои личные денежные средства, не повлекло негативных последствий для кредиторов должника. Доказательства представлены ответчиком с учетом своих возможностей (выписки о движении денежных средств по счетам предоставляются только в пределах пяти лет с момента запроса). Обращает внимание, что обязательства перед заявителем возникли у должника через большой промежуток после заключения брачного договора, как и признаки неплатежеспособности у должника возникли после его заключения.

Третьим лицом ФИО6 представлены пояснения (т.2 л.д.167), в которых она подтверждает, что до момента совершения покупки единственного жилого помещения ФИО3 ее денежные средства от продажи унаследованной квартиры находились в банке на счете ФИО6 (матери супруги должника); расчет был произведен при ее участии, квартира приобретена в собственность ФИО3, претензий сторонами не заявлено, ФИО4 (должник) в сделке не участвовал, денежные средства на покупку не предоставлял, с учетом действующего между супругами режима раздельного имущества.

Рассмотрев заявление кредитора, суд первой инстанции признал его обоснованным и удовлетворил в полном объеме. При этом суд отметил, что из имеющихся в материалах дела документов безусловно не следует, что денежные средства, полученные ФИО3 от продажи квартиры по адресу: <...>, были использованы на приобретение земельного участка и двух жилых помещений (квартир). Суд согласился с доводами кредитора об обезличивании полученных ФИО3 по договору купли-продажи квартиры от 30.12.2014 денежных средств; отсутствии платежных документов о перечислении указанных средств в оплату по договорам купли-продажи от 31.12.2014, 21.08.2017, 28.04.2023, невозможности получения сведений о движении денежных средств на счетах банков за спорный период за давностью лет (т. 2 л.д. 20-23, 30-43, 73-81, 84-91); наличии значительного временного промежутка (2014, 2017, 2023 года), существенной разницы (1 150 000 руб.) в цене приобретения и последующей продажи помещения, за счет произведенных за счет средств ответчиков улучшений, повысивших его стоимость. Кроме того суд указал на наличие в материалах дела доказательств, свидетельствующих об использовании ФИО3 денежных средств на иные цели, с учетом того, что ни должник, ни ответчик в спорный период существенных доходов не получали (т. 2 л.д. 8-13, ответ ОСФР по Пермскому краю от 30.06.2025). Иное имущество у супругов отсутствует (т.1 л.д.70-73, т.2 л.д.3,4,44-45). Доказательства осуществления ФИО3 оплачиваемой деятельности, позволившей ей сохранить полученные от продажи квартиры деньги, суду не представлены. Учитывая, что на момент заключения брачного договора у супругов отсутствовало общее имущество, суд не усмотрел какой-либо экономически обусловленной цели для заключения брачного договора, при наличии у должника неисполненных обязательств, включенных в реестр требований кредиторов. Суд первой инстанции согласился с доводами заявителя, что новое имущество приобретено на совместные деньги и имело статус совместно нажитого имущества. В такой ситуации при заключении брачного договора статус совместного имущества был изменен на личное имущество без условий соразмерной компенсации за него супругу.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст.61.8 Закона о банкротстве).

В данном случае финансовым управляющим в качестве недействительной сделки оспаривается брачный договор.

В соответствии со ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Статьями 40, 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (ст. 34 Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (ст. 44 СК РФ).

В соответствии с абз. 2, 5 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума №48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (п. 2 ст. 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (ст. 61,2, 61.3 Закона о банкротстве, ст. 10, 168, 170, п. 1 ст. 174.1 ГК РФ). Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В соответствии с п.1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пункт 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 ст.213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ).

Поскольку оспариваемый брачный договор был заключен 30.12.2014, то есть до 01.10.2015, данная сделка может быть оспорена только на основании ст. 10 ГК РФ.

Пунктом 3 ст.1 ГК РФ определено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 названной статьи).

При этом п. 5 названной статьи установлено, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Из содержания ст. 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Согласно абз.3 п.1 постановления Пленума № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

С учетом характера оспариваемой сделки ее стороны являются заинтересованными лицами.

Как следует из материалов дела, сделка совершена за восемь с половиной лет до возбуждения настоящего дела о банкротстве (13.07.2023).

Оспаривая брачный договор между ФИО4 и ФИО3, кредитор ФИО1 ссылается на его заключение при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Из материалов настоящего дела о банкротстве следует, что у должника действительно на момент заключения оспариваемого договора имелись обязательства перед АО «Почта Банк» (правопреемник ООО «Филберт») по договору о предоставлении кредита от 25.12.2013 № 12469834, которые не были им исполнены; определением суда от 08.12.2023 основанные на задолженности по указанному кредитному договору требования включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 в общем размере 347 613,43 руб., из которых: 286 111,06 руб. – основной долг, 43 601,23 руб. – проценты, 14 565,52 руб. – комиссия, 3 335,62 руб. – госпошлина).

Также имелись обязательства перед ПАО «МТС-Банк» (правопреемник ООО Профессиональная коллекторская организация «Региональная служба взыскания») по кредитному договору от 13.05.2013 № 13/1220/0000/400638, которые не были должником исполнены, возникшая задолженность взыскана судебным приказом от 28.01.2020 мирового судьи Орджоникидзевского судебного района города Перми Пермского края; определением от 08.02.2024 основанные на задолженности по кредитному договору требования включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в общем размере 26 320,53 руб., из которых задолженность по кредитному договору в размере 25 833,03 руб., расходы по оплате государственной пошлины 487,50 руб.

Само по себе существование обязательств по кредитным договорам не подтверждает доводы кредитора о заключении оспариваемого брачного договора в период неплатежеспособности должника, поскольку наличие неисполненных обязательств перед одним кредитором не свидетельствует о неплатежеспособности. Более того, задолженность перед указанными кредиторами по своему размеру не являлась существенной, не могла явиться основанием для возбуждения дела о банкротстве.

Иные обязательства ФИО4, включенные в реестр требований кредиторов, в том числе перед ФИО1, возникли существенно позже заключения оспариваемого брачного договора.

Так, обязательства перед ПАО «Совкомбанк» возникли из кредитного договора <***> от 09.04.2021, соответствующие требования включены в третью очередь реестра требований кредиторов определением от 17.01.2024 в общем в размере 51 166,46 руб., в том числе, 44 376,12 руб. остаток основного долга, 6 180,44 руб. иные комиссии, 609,23 руб. просроченная ссудная задолженность, 0,67 руб. неустойка на просроченную ссуду.

Определением арбитражного суда от 25.01.2024 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО Профессиональная коллекторская организация «АйДи Коллект» в сумме 28 000 руб., в том числе: основной долг в сумме 11 000 руб., проценты в сумме 15 812,88 руб., неустойка в сумме 687,12 руб., дополнительные услуги в сумме 500 руб. Обязательство возникло на основании заключенного 04.03.2023 между ООО «ЗАЙМИГО МФК» и должником (заемщиком) договора займа №693183868, право требования задолженности по которому уступлено кредитору по договору уступки права требования №19/09/23 от 19.09.2023.

Обязательства перед заявителем по настоящему обособленному спору В.А.АБ. возникли у должника ФИО4 ввиду причинения действиями должника вреда имуществу кредитора 19.02.2022 (поврежден автомобиль кредитора вследствие возгорания другого автомобиля), убытки в размере 497 200 руб. взысканы решением Орджоникидзевского районного суда 09.01.2024 по делу № 2-201/2024; определением арбитражного суда от 30.07.2024 требование кредитора в размере 497 200 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов.

Из документов следует, что на момент заключения брачного договора в собственности ФИО4 какое-либо недвижимое имущество отсутствовало, у ФИО5 в единоличной собственности имелась квартира площадью 30,8 кв.м., расположенная по адресу: <...> (основание приобретения договор купли-продажи от 30.04.2010, свидетельство о праве на наследство по закону от 05.09.2012). Общее имущество супругов З-ных на момент заключения брачного договора отсутствовало, с учетом чего раздел имущества, как верно указано ответчиком, спорным договором не произведен.

Указанные обстоятельства не подтверждают наличие у должника и его супруги недобросовестной цели заключения брачного договора.

Напротив, ответчиком раскрыта цель совершения оспариваемой сделки.

Как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции ответчик ФИО3 последовательно придерживалась единой позиции о том, что брачный договор был заключен по ее инициативе не с противоправной целью вывода ликвидного имущества должника, а в связи с желанием сохранить в единоличной собственности денежные средства, полученные от продажи ее личного имущества – квартиры.

Судебная коллегия апелляционного суда полагает приведенные ответчиком ФИО3 мотивы совершения сделки разумными, поведение при совершении сделки добросовестным, ее последующие действия подтверждают указанную цель заключения брачного договора, а его оспаривание – обоснованность опасений возможности наступления неблагоприятных последствий несовершения действий по защите своего интереса.

О достоверности указанной ответчиком цели совершения сделки свидетельствует и хронология ее действий: брачный договора заключен 30.12.2014, в тот же день 30.12.2014 ФИО5 продала принадлежащую ей на праве единоличной собственности квартиру (площадью 30,8 кв.м., расположенная по адресу: <...>) покупателю ФИО8 по цене 1 730 000,00 руб. (переход права собственности был зарегистрирован в установленном законом порядке, денежные средства ответчиком были получены в полном объеме, о чем имеется соответствующая расписка в договоре (т.1 л.д.27)).

То есть ответчик, планируя продажу личного имущества, совершила действия, направленные на защиту своих интересов, путем заключения брачного договора, условия которого позволяли ей распорядиться вырученными от продажи личного имущества денежными средствами по своему личному усмотрению. Такое поведение нельзя признать недобросовестным. Само по себе наличие кредитных обязательств у должника, осведомленность о которых его супруги презюмируется, не является обстоятельством, порочащим поведение ответчика, стремящегося сохранить свое личное имущество. Напротив, данное обстоятельство является дополнительным фактором для урегулирования вопроса о судьбе вырученных от продажи личного имущества ответчика денежных средств.

Позиция кредитора, поддержанная судом первой инстанции, об «обезличивании» вырученных от продажи ответчиком личного имущества денежных средств несостоятельна. В результате продажи личного имущества продавец получает денежные средства, которые действительно «обезличены», но это обстоятельство не изменяет их принадлежность именно ответчику как соответствующего денежного эквивалента личного имущества; это ее личный доход, вырученные от продажи личного имущества одного из супругов не становятся автоматически общим доходом супругов, доходом должника, за счет которого могло бы быть произведено исполнение имеющихся у него обязательств.

С учетом принадлежности вырученных от продажи личного имущества денежных средств ответчику, кредиторы должника, обязательства перед которыми возникло до заключения брачного договора, не вправе были рассчитывать на удовлетворение своих требований к должнику за счет личного имущества его супруги.

Реальность договора продажи ответчиком личного имущества, факт получения ею денежных средств в размере цены сделки никем из участвующих в деле лиц не оспариваются.

31.12.2014 ФИО3 по договору купли-продажи с ФИО9 приобрела земельный участок площадью 400 кв.м. стоимостью 100 000 руб., определив порядок расчета: 50 000 руб. уплачиваются наличными средствами при подписании договора (о получении их ФИО9 сделана соответствующая расписка), 50 000 руб. в срок до 01.11.2015 передаются путем передачи ежемесячно по 5 000 руб. При этом стороны согласовали, что до полной оплаты земельный участок будет находиться в залоге (залог был зарегистрирован регистрирующим органом 15.01.2015) (т.1 л.д.28).

С позиции кредитора ФИО1, условие договора об оплате участка в рассрочку является доказательством отсутствия у ФИО3 денежных средств, вырученных от продажи личного имущества, их расходования на иные цели; данное имущество приобретено за счет общих семейных средств.

Между тем, данная сделка совершена на следующий день после продажи ответчиком своего имущества. Какие-либо хотя бы косвенные свидетельства о совершении ответчиком крупной покупки или иного расходования денежных средств в деле отсутствуют.

Само по себе согласование с продавцом такого способа оплаты по договору как в рассрочку является выгодным для ответчика, позволяющим сохранить вырученные от продажи имущества денежные средства.

ФИО3 даны пояснения о причинах совершения данной сделки - планировала строительство дома. Реальность сделки подтверждается ее полным исполнением не позднее сентября 2015г. (запись о прекращении ипотеки в силу закона (залог) внесена 12.09.2015) и никем из участвующих в деле лиц не оспаривается.

Оснований полагать, что оплата земельного участка в рассрочку осуществлена должником, за счет его денежных средств не имеется.

Из представленных Фондом социального страхования Российской Федерации сведений (т.2 л.д.137-141) следует, что ФИО4 с 01.01.2013 по 28.02.2014 был трудоустроен в ООО «Доверие» (ИНН <***>), по сведениям ФНС (т.2 л.д.135) с 19.02.2013 по 20.02.2014 являлся в данном общества 100% участником, с 20.02.2014 по 13.03.2014 участником с 33% доли в уставном капитале, с 19.02.2013 по 13.03.2014 – директор общества. В последующем официальное трудоустройство должника было с мая по октябрь 2016 г. в ООО «Промэнерго» (ИНН <***>).

То есть на момент заключения брачного соглашения, приобретения должником земельного участка, должник не имел официального дохода, в связи с чем, доводы заявителя об использовании в приобретении имущества денежных средств должника несостоятелен.

При этом из материалов дела усматривается, что ФИО3 с 20.02.2014 по 15.10.2014 являлась одним из участников ООО «Доверие» (ИНН <***>) (наряду с должником), с 01.03.2013 по 31.08.2014 за нее были уплачены страховые взносы, с октября 2017 г. по март 2019 г. она была трудоустроена в ООО «Технология-Сервис» (ИНН <***>).

Таким образом, возможность оплаты земельного участка имелась именно у ответчика.

Более того, из сведений кредитной истории ответчика следует, что она периодически получала займы/кредиты, в том числе в 2015г., обязательства по которым ею исполнены. Указанное свидетельствует о наличии у ответчика источников для исполнения обязательства по оплате земельного участка.

19.01.2016 ФИО3 указанный земельный участок был продан по договору купли-продажи ФИО10 за 100 000 руб. (денежные средства получены наличными, о чем имеется соответствующая отметка в договоре (т.2 л.д.29)).

Согласно пояснениям ответчика, продажа данного имущества обусловлена потребностью в денежных средствах в связи с предстоящим рождением ребенка (родился в феврале 2016 г.).

21.08.2017 ответчиком была приобретена квартира площадью 32,7 кв.м., расположенная по адресу: <...>, по договору купли-продажи с ФИО11 по цене 1 600 000 руб. По условиям договора, стоимость имущества уплачивается наличными денежными средствами путем перечисления со счета № 4230***3257 на счет продавца № 4081***0514 при подписании договора (т.2 л.д.103-104).

Право собственности на указанное имущество было зарегистрировано ФИО3 в установленном законом порядке, денежные средства получены продавцом полностью, что подтверждается соответствующей распиской в договоре и отдельно составленной распиской (т.2 л.д.105).

Из представленных в материалы спора документов следует, что счет № 4230***3257 принадлежит ФИО6 (мать должника, привлечена третьим лицом), на который 21.08.2017 было внесено 1 600 000,00 руб., списанных 21.08.2017 (т.2 л.д.107).

Согласно расписке (т.1 л.д.106) от 20.08.2017, ФИО3 доверила ФИО6 1 600 000 руб. для перевода на счет продавца квартиры по адресу: г. Пермь, ул. Маршала Толбухина, д. 14.

Факт проведения оплаты по данному договору, реальность сделки по приобретению квартиры кредитором не оспаривается.

Кредитором ФИО1 оспаривается брачный договор со ссылкой на то, что в результате его заключения должник не получил имущество, которое, по его мнению, приобреталось за счет общих семейных средств.

Между тем, из фактических обстоятельств приобретение имущества за счет общего дохода супругов не следует.

После продажи полученного в наследство имущества и до приобретения квартиры по ул. Маршала Толбухина ответчиком был приобретен только земельный участок по незначительной (с учетом стоимости квартиры) цене, доказательств совершения ею или должником иных покупок в указанный период, несения иных существенных по размеру расходов, в материалах дела не имеется.

Как установлено ранее, должник на дату приобретения квартиры не был трудоустроен, не имел официального источника доходов; ответчик работала, но размер ее дохода от трудовой деятельности не был достаточен для осуществления покупки квартиры.

Иного источника для приобретения квартиры, кроме денежных средств, вырученных ответчиком от продажи личного имущества ни у ответчика, ни у должника не усматривается.

Как указано ранее, согласно пояснениям третьего лица ФИО6 (мать ответчика), вырученные от продажи ответчиком личного имущества денежные средства хранились на счете ФИО6

Подтвердить данное утверждение документально не представляется возможным ввиду давности событий и истечения срока хранения соответствующей документации в кредитных организациях.

При этом, как установлено ранее, расчет по договору купли-продажи от 21.08.2017 осуществлен путем перечисления денежных средств продавцу со счета, принадлежащего матери ответчика, что косвенно подтверждает ее пояснения.

Таким образом, оплата по договору купли-продажи от 21.08.2017 могла быть произведена только за счет денежных средств, вырученных ответчиком от продажи своего личного имущества.

Довод кредитора о том, что все вырученные от продажи личного имущества ответчика были израсходованы ею на текущие нужды, оплату займов/кредитов, подлежит отклонению, поскольку как уже установлено, иного источника для оплаты покупки квартиры не было; финансовая возможность оплатить данную покупку у должника отсутствовала.

Действительно, из кредитной истории ФИО3 следует, что она на протяжении 2015-2017гг. получала заемные/кредитные средства, однако, размер заимствования не сопоставим с суммой выручки от продажи квартиры размер (в частности, в СКБ Банк в январе 2015 г. было получено 319 600 руб., ООО ПКО «Айди Коллект» 07.04.2017 – 13 800 руб., АО «Банк «Русский Стандарт» 14 076 руб., ООО ПКО «Траст» 440 009,14 руб. по договору от 27.01.2015 (является правопреемником иной финансовой организации). Незначительный размер займов/кредитов свидетельствует о расходовании денежных средств на текущие нужды, обязательства по возврату заемных средств ответчиком исполнялись, при наличии трудового дохода оснований полагать, что такое исполнение осуществлено за счет выручки от продажи квартиры, не имеется.

Вопреки позиции кредитора, такое заимствование напротив подтверждает сохранение ответчиком вырученных от продажи квартиры денежных средств.

Более того, в случае расходования ответчиком всей выручки от продажи личного имущества, в ситуации отсутствия у должника дохода, не ясно, за счет какого источника денежных средств произведена оплата покупки квартиры.

Как установлено ранее, на момент покупки квартиры по договору от 21.08.2017 у должника существовали только обязательства по двум кредитным договорам от 2013г., обязательства перед другими кредиторами, в том числе перед ФИО1 возникли у должника значительно позже заключения данного договора (апрель 2021г.- март 2023г.). Следовательно, приобретение квартиры в личную собственность ответчика не могло нарушить их права.

В последующем квартира по ул. Маршала Толбухина была отчуждена ФИО3 по договору от 28.04.2023 (право собственности прекращено 02.05.2023) по цене 2 750 000 руб.

В тот же день 28.04.2023 ответчиком заключен договор купли-продажи, на основании которого она приобрела квартиру площадью 43,4 кв.м., расположенную по адресу: <...> по цене 2 945 000 руб. с использованием ипотечных кредитных средств (775 628,25 руб., полученных по кредитному договору №28018/99 от 28.04.2023 с АО «Банк «Снежинский», срок возврата кредита – 29.03.2024), выплаченных ответчиком в полном объеме, что подтверждается отсутствием обременения на нее (т.1 л.д.4). При этом ответчику принадлежит 82/100 доли в праве собственности на данную квартиру, 8/100 находится в собственности у двоих ее и должника несовершеннолетних детей.

Оснований полагать, что квартира приобретена за счет денежных средств должника не имеется; дохода, достаточного для оплаты цены имущества, у него не было, равно как и для погашения ипотечного кредита, с учетом отсутствия у должника официального трудоустройства с мая 2023 г. (последнее место работы ООО «Камский Кабель» с апреля 2022 г. по апрель 2023 г.).

Ответчик также на момент приобретения квартиры не была трудоустроена (последнее официальное место работы ООО «Камский Кабель» с апреля 2022 г. по декабрь 2022 г., с сентября 2022 г. находилась в декретном отпуске (отпуск по уходу за вторым ребенком, получала соответствующие выплаты (т.2 л.д.11-13)).

Таким образом, иной источник для приобретения квартиры на Кабельщиков, 10, кроме как от продажи квартиры, у ответчика отсутствовал.

Данная квартира является единственным жилым помещением для ответчика и детей, они зарегистрированы в данной квартире по месту своего постоянного проживания. Должник зарегистрирован по другому адресу (<...>).

Доводы кредитора о значительном временном промежутке между сделками по приобретению объектов недвижимости, с учетом вышеприведенных фактических обстоятельств, судебной коллегией апелляционного суда признаются несостоятельными.

При таком положении оснований для вывода о заключении брачного договора с противоправной целью не имеется. Все имущество, оформленное в период брака на ответчика, приобретено ей за счет личных денежных средств. Иное из материалов дела не следует.

Исходя из положений ст. 34, п. 2 ст. 39 СК РФ, фактической предпосылкой возникновения общности имущества супругов является получение каждым из них дохода и приобретение за счет его имущества.

Для признания брачного договора недействительным должно быть установлено, что вследствие его заключения ухудшилось финансовое положение должника либо супруга; после изменения установленного законом режима совместной собственности возник дисбаланс в отношении имущественных прав и обязанностей супругов, соответствующие условия соглашения ставят одного из супругов (должника) в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака).

В данном случае какого-либо ущемления прав кредиторов и должника ввиду заключения брачного договора не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия апелляционного суда приходит к выводу о недоказанности кредитором ФИО1 того, что стороны оспариваемого брачного договора преследовали противоправный интерес, заключающийся в причинении вреда имущественным правам кому-либо из кредиторов должника, ответчик при совершении оспариваемой сделки действовал со злоупотреблением правом.

Оснований для удовлетворения заявленных требований у суда первой инстанции не имелось.

При таких обстоятельствах обжалуемое определение суда первой инстанции подлежит отмене на основании п.2 ч.1 ст. 270 АПК РФ, поскольку вынесено при недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными.

На основании ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другой стороны.

Поскольку ФИО3 при принятии апелляционной жалобы была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины, госпошлина за рассмотрение ее апелляционной жалобы подлежит взысканию в доход федерального бюджета с ФИО1 как заявителя по спору.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 04 августа 2025 года по делу № А50-16992/2023 отменить.

В удовлетворении заявления кредитора ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова

Судьи

О.Н. Чепурченко

М.С. Шаркевич