Постановление по делу № 15АП-3615/2025 от 29.05.2025.

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Донудело № А53-30415/2023

29 мая 2025 года15АП-3615/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 29 мая 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Чеснокова С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью "Недра": представитель по доверенности от 09.02.2023 ФИО2;

от ФИО3: представитель по доверенности от 24.04.2025 ФИО2;

от учредителя должника ФИО4: представитель по доверенности от 04.12.2023 ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 24.02.2025 по делу № А53-30415/2023 по заявлению ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Недра"

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Недра" (далее также – должник, ООО "Недра") в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 8497724 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.02.2025 в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, вызове свидетелей отказано. В удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ООО "Недра" отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обжаловала определение суда первой инстанции от 24.02.2025 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что доказательствами реальности хозяйственных отношений является фактическое использовании техники в хозяйственной деятельности. Суд первой инстанции необоснованно отказал в допросе водителей, которые могли подтвердить эксплуатацию обществом техники. По мнению подателя апелляционной жалобы, аффилированность сторон в данном случае не свидетельствовала о недействительности сделок, поскольку не имеется доказательств мнимости сделки. Доводы ФИО4 об отсутствии правоустанавливающих документов на технику, договоров аренды и доказательств исполнения договоров, противоречат фактическим обстоятельствам дела. Выводы суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности являются необоснованными.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 просила определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

21 мая 2025 года посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" от общества с ограниченной ответственностью "Недра" поступили дополнительные документы, а именно: доказательства невозможности представления документов ранее; ведомости расхода ГСМ за 2020 год; ведомости расхода ГСМ за 2021 год; ведомости расхода ГСМ за 2022 год; постановление о возвращении предметов, не признанных вещественными доказательствами по уголовному делу от 18.02.2025.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью "Недра" заявил ходатайство о приобщении к материалам спора дополнительных документов, представил подлинники на обозрение суда.

В судебном заседании представитель учредителя должника ФИО4 возражал против удовлетворения ходатайства.

Суд протокольным определением приобщил дополнительные документы к материалам обособленного спора с целью всестороннего и полного исследования обстоятельств по настоящему спору.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью "Недра" заявил ходатайство о вызове в судебное заседание для дачи пояснений в качестве свидетелей бывших работников должника ФИО6, ФИО7.

В судебном заседании представитель учредителя должника ФИО4 возражал против удовлетворения ходатайства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Абзацем 2 части 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

При наличии в материалах дела первичных документов, оформленных надлежащим образом, свидетельские показания не могут подтверждать (опровергать) обстоятельства, входящие в предмет исследования по настоящему спору.

Рассмотрев ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО8, ФИО7 (бывшие работники ООО "Недра"), суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении, поскольку исходя из положений статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации факт эксплуатации техники не может быть подтвержден исключительно свидетельскими показаниями.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Представитель общества с ограниченной ответственностью "Недра", ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Представитель учредителя должника ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью "Недра" обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 01.09.2023 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.12.2023 в отношении ООО "Недра" введена процедура наблюдения. Временным управляющим ООО "Недра" утвержден ФИО9, из числа членов Союза "Саморегулируемой организации арбитражных управляющих "Стратегия".

Сведения о введении процедуры реализации наблюдения опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 245(7690) от 30.12.2023.

23.01.2024 в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 8497724 руб.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом.

Согласно абзацу 7 статьи 2 Закона о банкротстве кредиторами являются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.

Требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом по правилам статей 71 или 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры, введенной в отношении должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд в электронном виде в порядке, установленном процессуальным законодательством, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующего необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060).

В соответствии со статьей 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3)).

По смыслу статей 16, 71, 100 Закона о банкротстве с учетом разъяснений пункта 26 постановления N 35 и сформировавшейся судебной практики кредитор, заявляющий о включении своего требования в реестр, должен ясно и убедительно подтвердить реальность долга, то есть его наличие и размер. При этом он должен обосновать существование именно той задолженности, включить в реестр которую он просит суд (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2019 N 305-ЭС18-19688(2)).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) заявитель обязан предоставить допустимые доказательства, подтверждающие правомерность его требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В обоснование заявленного требования заявитель указал следующие обстоятельства.

Требования ФИО3 основаны на ненадлежащем исполнении должником обязательств по договорам аренды самоходной машины без экипажа от 01.01.2015, от 01.01.2016, от 01.01.2017, от 01.01.2018, от 01.01.2019, от 01.01.2020, от 01.01.2021, от 01.01.2022 в общей сумме 8 497 724 рублей.

В обоснование требования ФИО3 указала, что сдавала в аренду ООО "Недра" погрузчик HITACHI ZW220, экскаватор HITACHI ZX240LC-SG из расчета по 53000 рублей в месяц.

В 2021-2022 году условия аренды были пересмотрены, арендная плата была установлена исходя из рыночных условий аналогичной техники по договорам аренды.

Задолженность по арендной плате (погрузчик HITACHI ZW220) за период c 2018 по 31.07.2022 составила 2 959 000 рублей:

за 2018 год в сумме 477 000 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц, с учётом частичной оплаты);

за 2019 год в сумме 636 000 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц);

за 2020 год в сумме 424 000 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц, с учётом частичной оплаты);

за 2021 год в сумме 351 000 рублей (из расчета по 153 000 рублей в месяц, с учётом частичной оплаты);

за 2022 год (7 месяцев) в сумме 1 071 000 рублей (из расчета по 153 000 рублей в месяц).

Задолженность по арендной плате (погрузчик HITACHI ZX240LC-SG) за период c 2016 по 2022 составила 5 538 724 рублей:

за 2016 год в сумме 87 724 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц, с учётом частичной оплаты);

за 2017 год в сумме 636 000 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц);

за 2018 год в сумме 636 000 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц);

за 2019 год в сумме 636 000 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц);

за 2020 год в сумме 636 000 рублей (из расчета по 53 000 рублей в месяц);

за 2021 год в сумме 1 836 000 рублей (из расчета по 153 000 рублей в месяц);

за 2022 год (7 месяцев) в сумме 1 071 000 рублей (из расчета по 153 000 рублей в месяц).

До настоящего времени арендная плата не выплачена.

В соответствии со статьей 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Согласно пункту 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Из содержания статей 423, 606, 642 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует, что договор аренды по своей природе является возмездным, то есть возлагает на арендатора, принявшего в пользование имущество, вносить согласованную сторонами плату.

По общим правилам, предусмотренным статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В подтверждение арендных отношений в материалы дела представлены договоры за 2015-2022, акты сверки, соглашение об отсрочке 23.01.2023, соглашение об изменении условий договора от 10.05.2023, соглашение от 10.05.2023.

ФИО3 указывает, что должником в пользу заявителя не уплачена задолженность по договорам аренды самоходной машины без экипажа от 01 января 2016, от 01 января 2017, от 01 января 2018 года, от 01 января 2019 года, от 01 января 2020 года, от 01 января 2021 года, от 01 января 2022 года, которые предусматривали ежемесячное внесение арендной платы не позднее 15 числа следующего месяца.

Заявитель указал, что за весь период действия указанных договоров, задолженность составляет 8 497 724 рублей.

Вместе с тем, ФИО3 длительное время не принимала меры к взысканию с должника задолженности, фактически продолжая наращивать задолженность в течение более чем пяти лет, не прекращая арендные отношения, несмотря на то, что техника имеет ограниченные ресурсы и срок службы, следовательно, заявленная задолженность не отвечает критериям обычных хозяйственных отношений, разумности.

Довод представителя в суде апелляционной инстанции о том, что меры для взыскания не принимались, поскольку бенефициаром должника являлись родственники кредитора (ФИО3 является дочерью участника и руководителя должника), судом также отклоняется, поскольку, указанное фактически свидетельствует о безвозмездном характере взаимоотношений. Кроме того, как указано выше, транспортные средства имеют коммерческое назначение, имеют ограниченные ресурсы и срок службы, подвергаются износу. Следовательно, если кредитор настаивает на том, что, несмотря на аффилированность, между ними фактически сложились коммерческие отношения, то подобные отношения не отвечает критериям обычных хозяйственных отношений.

ФИО4 (участник ООО "Недра"), возражая против удовлетворения заявления, указала, что ФИО3 является заинтересованным лицом (дочерью ФИО3 - участника и руководителя должника), заявителем пропущен срок исковой давности, договоры аренды являются мнимыми сделками. ФИО3 не принимала меры к истребованию задолженности в разумный срок, стороны не расторгли договор, что свидетельствует о намерении искусственно нарастить кредиторскую задолженность.

Признавая обоснованными доводы ФИО4, в том числе, о пропуске срока исковой давности в отношении арендной платы за период с 2016 года по 2020 год, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. По общему правилу, срок исковой давности составляет три года. Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статьи 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве.

Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно статье 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

Учитывая изложенное, в рассматриваемом случае факт частичного погашения должником задолженности не может быть расценен в качестве признания им долга по договорам в целом и перерыва в связи с этим течения срока исковой давности.

Кроме того, в соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Как следует из материалов дела, заявление о включении требования в реестр кредиторов должника подано ФИО3 23.01.2024.

Согласно пункту 3.1 договора аренды самоходной машины без экипажа от 01 января 2016 года арендатор за предоставленные ему арендодателем услуги по названному договору уплачивает арендную плату ежемесячно до 15 числа следующего месяца.

В силу пункта 5.1 договор заключается сроком до 31 декабря 2016 года.

Таким образом, арендная плата по договору должна была вноситься ежемесячно до 15 числа, последний платёж по договору должен был быть произведён 15 января 2017 года.

По мнению ФИО4, с указанной даты ФИО3 знала о нарушении права на получение арендной платы, следовательно, с указанной даты началось течение трёхгодичного срока исковой давности по заявленным требованиям, срок по договору 2016 года истёк 15 января 2020 года.

Аналогичным образом по договору аренды от 2017 года срок исковой давности истек 15 января 2021 года, по договору аренды от 2018 года срок исковой давности истек 15 января 2022 года, по договору аренды от 2019 года срок исковой давности истек 15 января 2023 года, по договору аренды от 2020 года срок исковой давности истек 15 января 2024 года. Заявитель доказательств принятия мер по взысканию задолженности не представил.

Таким образом, истек срок исковой давности по требованиям в общем размере 4 168 724 рублей:

по договору аренды самоходной машины без экипажа (погрузчик HITACHI ZW220) за период c 2018 по 2020 составил 1 537 000 рублей: за 2018 год в сумме 477 000 рублей, за 2019 год в сумме 636 000 рублей, за 2020 год в сумме 424 000 рублей;

по договору аренды самоходной машины без экипажа (погрузчик HITACHI ZX240LC-SG) за период c 2016 по 2020 составил 2 361 724 рублей: за 2016 год в сумме 87 724 рублей, за 2017 год в сумме 636 000 рублей, за 2018 год в сумме 636 000 рублей, за 2019 год в сумме 636 000 рублей, за 2020 год в сумме 636 000 рублей.

В силу пункта 12 Постановления № 43 бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В рассматриваемом случае признание ООО "Недра" наличия задолженности перед ФИО3 в заявленном размере не принимается судом во внимание с учетом приведенных разъяснений.

Кроме того, по смыслу правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2018 № 305-ЭС17-14948 по делу № А40-148669/2016 и в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, в случае совпадения интересов должника и «дружественного» по отношению к нему кредитора их процессуальная деятельность, в том числе, выражающаяся в предоставлении минимально необходимого набора доказательств, пассивности сторон при опровержении позиций друг друга, признании сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п., может быть направлена не на установление истины, а на достижение иных целей.

В рассматриваемом случае суд принимает во внимание, что ФИО3 ФИО3 является участником ООО "Недра" с долей участия 50%, с 2010 года является генеральным директором ООО "Недра", что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. Приговором Азовского городского суда Ростовской области от 13 июля 2023 года ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьей 246, частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. ФИО3, будучи генеральным директором ООО "Недра", нарушил экологическое законодательство, а также совершил хищение доли второго участника общества ФИО4

ФИО3 является дочерью ФИО3, что подтверждается ответом Управления записи актов гражданского состояния Ростовской области.

Указанные обстоятельства в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, абзацев 29 и 31 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" и подпункта 1 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" свидетельствует об аффилированности и заинтересованности ФИО3 по отношению к должнику.

С учетом изложенного, признание должником наличия задолженности перед заявителем обосновано не принято судом первой инстанции в качестве свидетельства перерыва течения срока исковой давности.

Поскольку не представлено доказательств, свидетельствующих о приостановлении или перерыве течения срока исковой давности, доказательств обращения за судебной защитой в пределах срока исковой давности, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что истек трехлетний срок исковой давности в части требования по договорам аренды 2016, 2017, 2018, 2019 и 2020 в общей сумме 4 168 724 руб.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании изложенного, требования ФИО3 не подлежат включению в реестр требований кредиторов ООО "Недра" в связи с истечением срока исковой давности на их предъявление.

Относительно требований по арендной плате за период 2021 – 2022 года судом первой инстанции установлено следующее.

Судом дана оценка доводам ФИО4 о злоупотреблении правом, направленности действий на искусственное формирование задолженности с целью обогащения путем взыскания с должника несуществующей задолженности, оказания влияния на процедуру.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

В соответствии с правовой позицией, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, для рассмотрения вопроса о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору, иному лицу достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Приведенная правовая позиция сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2018 № 305-ЭС18-6622 и ранее неоднократно 6 А53-30415/2023 излагалась в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009,№ 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344(2) и др.).

В рассматриваемом случае с учетом наличия оснований для применения повышенного стандарта доказывания ФИО10 не представила соответствующие доказательства.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Как верно отмечено судом первой инстанции, в рассматриваемом случае отсутствуют доказательства того, что должник и кредитор совершали действия, направленные на создание правоотношений, характерных для отношений в рамках договоров аренды. Должник не обосновал целесообразность заключения спорного договора аренды, а кредитор не обосновал экономическую целесообразность, причину не расторжения договоров, принимая во внимание, отсутствие оплаты со стороны должника столь значительное время, что ставит под сомнение реальность хозяйственных операций и свидетельствует об искусственном наращивании кредиторской задолженности.

Договоры аренды самоходной машины без экипажа от 01.04.2015; 01.01.2016; 01.04.2017; 01.01.2019; 10.01.2020; 01.01.2021; 01.01.2022, также договоры самоходной машины без экипажа №9 от 01.01.2016; 01.01.2017; 01.01.2018; 01.01.2019; 01.01.2020; 01.01.2021; 01.01.2022, на которые ссылается ФИО3, как на основания включения в реестр требований кредиторов являются, как неоднократно обосновывалось ранее, мнимыми сделками.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2015 год, чистая прибыль ООО "Недра" на конец 2015 года составила 11 317 000 руб. Арендная плата за 9 месяцев 2015 года за погрузчик составила 477 000 руб.

Из изложенного можно сделать вывод о том, что в 2015 году ООО "Недра" не находилось в затруднительном финансовом положении.

После передачи в аренду самоходной техники предполагалось, что доходы ООО "Недра" возрастут. Однако этого не последовало и в 2016 году чистая прибыль ООО "Недра" составила уже 756 000 руб.

Акты сверок, гарантийное письмо, соглашение об отсрочке оплаты по договорам и прочие документы также подписаны аффилированными лицами ФИО3 (отец кредитора) и ФИО3, в связи с чем, не могут подтверждать действительность договорных отношений в аспекте повышенного стандарта доказывания.

Также акты сверки взаимных расчетов не могут достоверно доказать реальность предоставления имущества в аренду, тем более реальность использования техники, поскольку не являются основанием возникновения и (или) прекращения обязательств. В связи с тем, что акты сверки не относятся к первичным документам учета, подлежат составлению на основе последних, информация таких актов должна подтверждаться и коррелировать со сведениями первичных документов учета.

Акт сверки взаимных расчетов за период: январь 2015 - декабрь 2022 гг. не подтверждает факт правоотношений, поскольку невозможно установить на основании каких документов происходит сверка. Следует обратить внимание, что в акте сверке есть отдельная строка – "принято (удержан НДФЛ)". Указанная строка находится в сведениях ООО "Недра", указанная ошибка подтверждает формальный характер составления документов.

Кредитор не раскрыл мотивы длительного непринятия мер по взысканию с должника задолженности, на реальности которой он настаивает, а также не привел разумных пояснений экономической целесообразности поведения сторон соответствующих сделок.

Кроме того, ведомость по счету № 76 за период с 01.07.2023 по 03.10.2023, которая должна содержать информацию о кредиторах организации по расшифровке кредиторской задолженности, а также о предмете задолженности. Вместе с тем, по данному документу невозможно установить не только действительность использования техники, но и основания её передачи, так как, например, в рамках настоящего обособленного спора не представлены договоры аренды № 11.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о формальном составлении данного документа.

Также в акте на списание израсходованных материалов от 01.10.2018 указано, что на экскаватор Hitashi были израсходованы материалы, однако данный документ не содержит идентификационных признаков транспортного средства. Также не подтверждены сведения, о том, что именно при осуществлении своей непосредственной деятельности ООО "Недра" использовали экскаватор, в результате чего были израсходованы материалы.

Также, представленные в суд апелляционной инстанции расходные ведомости невозможно соотнести к конкретному транспортному средству.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии со статьей 608 Гражданского кодекса Российской Федерации право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику.

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, ФИО3 не подтверждены обстоятельства возникновения права собственности на указанную технику, не раскрыты источники денежных средств, направленных на приобретение.

В своих возражениях ФИО4 указала, что возраст заявителя на момент приобретения спорной техники (22 года), размер денежных средств, потраченных на приобретении техники составил 13 500 000 рублей, доказательства наличия у заявителя источника доходов, возможности аккумулирования указанной суммы не представлено.

В обоснование финансовой возможности ФИО11 указано, что денежные средства на приобретение экскаватора в сумме 2 500 000 рублей занимал ее будущий муж ФИО12 у своего знакомого ФИО13; 3 000 000 рублей занял отец ФИО12 – ФИО14 В подтверждение возможности предоставить займ представлена выписка из ЕГРН на ФИО15 (является матерью ФИО12 и гражданской супругой ФИО14), в феврале продали квартиру в г. Батайске за 3 500 000 руб. В октябре ФИО3 и ФИО12 зарегистрировали брак, 3 000 000 рублей ФИО12 отдал как свадебный дар, на свадьбе было подарено больше 3 000 0000 рублей от друзей. Частично из этих денег был возращен займ в сумме 1 000 000 рублей ФИО13, на остальные денежные средства приобретен автомобиль Мерседес бенц.

В обоснование финансовой возможности приобретения погрузчика в 2014 году стоимостью 8 000 000 рублей заявитель ссылается на договор займа, заключенный с ФИО13, возврат займа осуществлялся за счет денежных средств от реализации трех транспортных средств и жилого дома и земельного участка в селе Самарское, а также денежных средств, полученных от арендных платежей от ООО "Недра".

Суд первой инстанции критически оценил указанные пояснения как документально не подтвержденные.

Согласно статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств того, что у ФИО3 имелась финансовая возможность для приобретения указанной техники, договоры аренды являются мнимыми.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.03.2025 по настоящему делу.

На основании изложенного, установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам в их совокупности, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника, не подлежит удовлетворению.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по апелляционной жалобе относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 24.02.2025 по делу № А53-30415/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

СудьиЯ.А. Демина

С.С. Чесноков