СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-2566/2025-АК

г. Пермь

30 мая 2025 года Дело № А60-41260/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 мая 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Якушева В.Н.,

судей Васильевой Е.В., Муравьевой Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Голдобиной Е.Ю.,

при отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «Ульяновский автомобильный завод»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 18 февраля 2025 года

по делу № А60-41260/2024

по иску общества с ограниченной ответственностью «Ульяновский автомобильный завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области (ИНН <***>, ОГРН <***>)

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 РОСП г. Екатеринбурга ГУ ФССП России по Свердловской области

о взыскании убытков,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ульяновский автомобильный завод» (далее – истец, общество «УАЗ») обратилось в суд с исковым заявлением к Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области (далее – ответчик, ГУ ФССП России по Свердловской области) с требованием о взыскании 439 551 руб. убытков в виде упущенной выгоды.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 РОСП г. Екатеринбурга ГУ ФССП России по Свердловской области.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.02.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество «УАЗ» обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, просит решение суда отменить, исковые требования удовлетворить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

Заявитель апелляционной жалобы приводит доводы о том, что доказательства неисполнения судебными приставами-исполнителями всех необходимых мер принудительного исполнения были представлены в рамках дел в Верх-Исетском районном суде, однако суд первой инстанции проигнорировал решения районного суда, а в случае сомнений со своей стороны не запросил материалы дела. Суд не исследовал вину судебных приставов-исполнителей, причинно-следственную связь между бездействием и неполучением дохода от аренды автомобиля за период бездействия.

Апеллянт считает, что доказал возможность получения дохода с невозвращенного автомобиля в заявленном размере, т.к. в силу пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением упущенной выгоды, следует принимать во внимание, что её расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Кроме того, заявитель жалобы указывает на то, что неправильное определение истцом ответчика либо государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не может влечь за собой отказ в принятии искового заявления, его возвращение, оставление без движения либо отказ в иске только поэтому основанию. Суд на стадии подготовки дела к судебному разбирательству в судебном акте указывает ответчиком Российскую Федерацию, привлекает к участию в деле надлежащий государственный орган - ФССП России. Однако, суд первой инстанции не привлек к участию в деле Российскую Федерацию в лице ФССП России.

ГУ ФССП России по Свердловской области по основаниям, изложенным в письменном отзыве на апелляционную жалобу, просило оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третьими лицами отзывы на апелляционную жалобу не представлены.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом извещены надлежащим образом, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, общество «УАЗ», (взыскатель) в адрес ГУ ФССП по Свердловской области исходящим письмом № 55/2022-39-5 от 06.04.2022 был направлен исполнительный лист ФС№ 025552568 от 23.12.2021, выданный Верх-Исетским районным судомг. Екатеринбурга по делу № 2-50/2021, об обязании ФИО5 (должник) после получения денежной суммы 797 000 руб., возвратить обществу «УАЗ» автомобиль марки УАЗ Патриот VIN: <***>, в связи с чем Верх-Исетским РОСП г. Екатеринбурга возбуждено исполнительное производство№ 141583/22/66001-ИП от 08.06.2022.

Как указывает истец, с момента возбуждения исполнительного производства по настоящее время судебными приставами-исполнителями ФИО6 РОСП г. Екатеринбурга не осуществлены все необходимые меры принудительного взыскания к исполнению требований исполнительного документа. Факт бездействия судебных приставов по исполнению требований исполнительного документа установлен решениями ФИО6 районного суда г. Екатеринбурга от 30.03.2023 по делу № 2а-2913/2023 и от 05.04.2024 по делу № 2а-2915/2024, которыми признаны незаконными бездействия СПИ за период с 08.06.2022 по 05.04.2024.

По мнению истца, невозвращенный СПИ автомобиль от потребителя ФИО5 мог бы приносить обществу «УАЗ» доход в размере19 979,62 рублей ежемесячно, а общая сумму неполученного дохода за период, когда СПИ бездействовали составляет 439 551 рублей, из расчета:19 979, 62 руб. х 22 мес. = 439 551 руб., где: 19 979, 62 руб. - ежемесячная арендная плата, 22 мес. - период бездействия приставов по возврату автомобиля с июня 2022 г. по апрель 2024 г. При этом размер ежемесячной арендной платы рассчитывается как средняя цена стоимости месячный арендной платы по действующим в настоящий момент у общества «УАЗ» договорам аренды автомобилей и составляет - 19 979,62 руб.

Полагая, что бездействие судебного пристава-исполнителя стало причиной неполучения дохода от использования возвращенного решением суда по делу № 2-50/2021 транспортного средства, истец обратился в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требованиях, суд первой инстанции руководствовался следующими нормами материального права, применение которых суд апелляционной инстанции считает правильным.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 330 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вред, причиненный судебным приставом-исполнителем в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей по исполнению исполнительного листа, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

В силу пункта 2 статьи 119 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве, Закон № 229-ФЗ) заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» ущерб, причиненный сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующих закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

По общему правилу об обязательствах вследствие причинения вреда вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1071 ГК РФ и пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» возмещение вреда производится за счет казны Российской Федерации.

Для наступления деликтной ответственности, исходя из анализа указанных норм, необходимо наличие одновременно следующих условий: - противоправность решений государственных или муниципальных органов незаконность действий должностных лиц; - наличие вреда или убытков, причиненных лицам или их имуществу; - причинная связь между незаконными действиями и наступившим вредом (убытками); - виновность должностного лица, если вред наступил в результате принятия этим лицом не соответствующего закону решения (действия).

Указанные обстоятельства в совокупности образуют состав правонарушения, являющегося основанием для применения ответственности в виде взыскания убытков. Отсутствие хотя бы одного из совокупности указанных элементов свидетельствует об отсутствии состава и, следовательно, основания для привлечения лица к ответственности.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 82 постановления от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее - Постановление № 50) по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

Если в ходе исполнительного производства судебный пристав-исполнитель не осуществил необходимые исполнительные действия по исполнению исполнительного документа за счет имевшихся у должника денежных средств или другого имущества, оказавшихся впоследствии утраченными, то на истца по иску о возмещении вреда, причиненного незаконным бездействием судебного пристава-исполнителя, не может быть возложена обязанность по доказыванию того обстоятельства, что должник не владеет иным имуществом, на которое можно обратить взыскание (пункт 85 Постановления № 50).

В соответствии с п. 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 31.05.2011 г. № 145 «Обзор практики рассмотрения Арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» требование о возмещении вреда подлежит удовлетворению, если возможность взыскания долга с должника была утрачена в результате незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя.

Таким образом, по смыслу вышеназванных норм права и данных высшей судебной инстанцией разъяснений, исковые требования о возмещении за счет Российской Федерации взыскателю убытков (в том числе в виде упущенной выгоды) по исполнительному производству могут быть удовлетворены при установлении обстоятельств существования для взыскателя реальной возможности получения исполнения за счет должника и полной утраты такой возможности исключительно в связи с незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

В связи с этим, по общему правилу, бремя доказывания в спорах о взыскании убытков с Российской Федерации в связи с неправомерными действиями (бездействием службы судебных приставов-исполнителей) распределяется следующим образом: лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие у него реально существовавшей возможности получения присужденного за счет самого должника; полной утраты этой возможности; произошедшей невозможности получения присужденного с должника непосредственно в связи с незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

В соответствии со статьей 2 Закона № 229-ФЗ задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» (далее – Закон № 118-ФЗ) установлено, что в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Судебный пристав обязан использовать предоставленные ему права в соответствии с законом и не допускать в своей деятельности ущемления прав и законных интересов граждан и организаций (пункт 1 статьи 13 Закона № 118-ФЗ).

На основании части 1 статьи 64 Закона № 229-ФЗ исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

В силу части 1 статьи 68 Закона № 229-ФЗ мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу.

В рассматриваемом случае исковые требования основаны на том, что в результате бездействия судебных приставов-исполнителей в ходе исполнительного производства, взыскателем не получен дохода от использования возвращенного решением суда по делу № 2-50/2021 транспортного средства.

Действительно, материалами дела подтверждается, что требования исполнительного документа не исполнены. Между тем, как верно отмечено судом первой инстанции, само по себе данное обстоятельство не является основанием для взыскания убытков в пользу взыскателя.

Согласно абзацу 2 пункта 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» отсутствие реального исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению не полученных от должника сумм по исполнительному документу, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.

Судом первой инстанции при исследовании материалов дела установлено, что истец в обоснование исковых требований ссылался на то, что судебный пристав не исполнил действия по объявлению транспортного средства в розыск, что привело к невозможности исполнения требований исполнительного документа.

Между тем, судом установлено, что из представленного решения суда по делу №2а-2915/2024 не следует, что бездействие выраженно именно в необъявлении в розыск транспортного средства.

При этом, в материалы дела со стороны ответчика, третьего лица ФИО5 представлены копии материалов исполнительного производства, из которых судом установлен весь объем действий, совершенных судебными приставами в период исполнительного производства, а также постоянное взаимодействие с должником.

Также судом были направлены запросы в ГИБДД и РСА на предмет установления факта использования транспортного средства третьим лицом ФИО5 или иными третьими лицами, согласно которым не установлен факт использования транспортного средства в спорный период.

Доказательств того, что судебными приставами-исполнителями не принято соответствующих мер для исполнения исполнительного документа не представлено. В материалах дела также отсутствуют доказательства, подтверждающие бездействие судебных приставов-исполнителей либо намеренность затягивания исполнительного производства с целью нарушения интересов взыскателя (ст. 65 АПК РФ).

Кроме того, судом также справедливо указано, что наличие судебного акта ФИО6 районного суда г. Екатеринбурга по делу №2а-2915/2024 о признании незаконным бездействия судебных приставов-исполнителей, выразившегося в непринятии всех необходимых и своевременных мер по исполнению судебных актов не является доказательством причинения истцу убытков и наличия причинно-следственной связи между бездействием уполномоченного лица и причинением убытков, не свидетельствует о наличии оснований для привлечения к имущественной ответственности государственного органа.

Судом также принято во внимание, что доказательств, свидетельствующих о возможности использования транспортного средства в дело не представлено.

По смыслу статей 15, 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

В обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункты 4-5 статьи 393 ГК РФ, пункты 3-5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, то, как указано в пункте 1 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица. Убытки в форме упущенной выгоды подлежат возмещению, если соответствующий доход мог быть извлечен в обычных условиях оборота, либо при совершении предпринятых мер и приготовлений, но возможность его получения была утрачена кредитором вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником.

При этом объективная сложность доказывания убытков, в том числе в форме упущенной выгоды, их размера, равно как и причинно-следственной связи, не должна снижать уровень правовой защищенности участников экономического оборота при необоснованном посягательстве на их права. Отказ в иске о возмещении упущенной выгоды не может быть основан на том, что истец не представил доказательства, которые бы подтверждали получение дохода в будущем не с вероятностью, а с безусловностью.

Если предназначенное для коммерческого использования имущество приобретается лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную экономическую деятельность, то предполагается, что при обычном ходе событий такое лицо, действуя разумно и предусмотрительно, сделало бы необходимые приготовления к началу использования имущества в своей деятельности и, следовательно, доход от ее ведения мог быть получен, по крайней мере, в размере, который является средним (типичным) для данного вида деятельности.

Возникновение упущенной выгоды у кредитора в такой ситуации является обстоятельством, которое должник предвидел или мог разумно предвидеть при заключении договора как вероятное последствие его неисполнения или ненадлежащего исполнения.

Иное может быть доказано должником, который в опровержение доводов кредитора вправе представлять доказательства, свидетельствующие о том, что допущенное им нарушение (уклонение от передачи имущества в установленный срок) не являлось единственным препятствием для извлечения дохода и существовали иные обстоятельства, которые не позволили бы использовать имущество, либо размер полученного дохода в условиях ведения деятельности кредитором должен был составить меньшую величину.

Размер упущенной выгоды согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ и сложившейся судебно-арбитражной практике должен определяться исходя из дохода, который мог бы получить истец при нормальном ведении своей деятельности, за вычетом затрат, не понесенных им в результате допущенного контрагентом нарушения (стоимости неизрасходованного сырья, неоплаченной электроэнергии и т.д.) (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.11.1997 № 3924/97, от 21.05.2013 № 16674/12).

Аналогичная позиция относительно определения размера упущенной выгоды с учетом разумных расходов на получение дохода при обычных условиях гражданского оборота в настоящее время закреплена в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Сам должник ФИО5 такое использование автомобилем отрицает, ссылаясь на невозможность использования транспортного средства, что установлено решением суда по гражданскому дела № 2-50/2021, которым суд, установив некачественность транспортного средства, обязал продавца возвратить покупателю денежные средства, уплаченные за товар, а покупателя обязал возвратить товар истцу.

Так, решением суда по делу №2-50/2021 установлено наличие существенных недостатков автомобиля, товар признан некачественным.

Истец, ссылаясь на возможность его использования, указал, что он как производитель может произвести любые ремонтные работы и замены деталей на транспортном средстве для достижения цели возможности его использования.

Между тем, тем же решением суда по делу №2-50/2021 установлено проведение неоднократных ремонтных вмешательств (регулировки, замены, ремонты по устранению дефекта (стр. 3 решения) самим истцом, и в связи с невозможностью устранения существенных дефектов покупателю возвращены денежные средства за товар, а продавцу как следствие возвращено транспортное средство.

Судом справедливо также отмечено, что действительно истец, как производитель спорного автомобиля имеет возможность его ремонта, восстановления, совершенствования его технических характеристик. Однако необходимо учитывать и затраты, которые он должен будет понести для осуществления таких действий. Однако, сведений о действиях, необходимых для доведения транспортного средства до состояния пригодности к использованию и о их стоимости при расчете упущенной выгоды, а также доказательств отсутствия таких затрат в будущем, истцом не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал, что истец не доказал возможность получения прибыли от использования транспортного средства в случае исполнения решения по делу №2-50/2021.

Оснований для иных суждений апелляционный суд не усматривает.

Таким образом, истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) судебных приставов-исполнителей и возникновением у истца имущественного вреда, что именно незаконное бездействие службы судебных приставов послужило единственным достаточным и необходимым условием наступления именно тех последствий, о которых заявлено истцом - возникновение убытков (упущенной выгоды).

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что отсутствие на сегодняшний день фактического исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению неполученных от должников сумм по исполнительным документам, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.

Исходя из положений п. 85 постановления Пленума ВС РФ от 17.11.2015 № 50, а также рекомендаций ВАС РФ, изложенных в п. 11 Информационного письма Президиума от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами», можно сделать вывод, что требование о возмещении вреда может быть удовлетворено при условии установления факта утраты возможности взыскания долга с должника (невозможности исполнения судебного акта) в результате именно незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя.

Действующее законодательство не связывает напрямую возникновение оснований для взыскания убытков в неполученной по исполнительному документу сумме с фактом бездействия судебного пристава-исполнителя.

С учетом произведенных действий в рамках исполнительного производства, судом установлено, что судебным приставом-исполнителем выполнены требования Закона об исполнительном производстве, приняты все допустимые законом меры.

Недостижение желаемого для заявителя результата не означает, что меры, направленные на исполнение требований исполнительного документа, судебным приставом в нарушение закона не приняты.

Таким образом, предъявленная к взысканию в настоящем деле сумма не является убытками истца, возникшими в результате незаконного бездействия судебных приставов-исполнителей, следовательно, совокупность условий, необходимых для удовлетворения требования о взыскании убытков, отсутствует.

С учетом изложенного, исковые требования правомерно оставлены судом первой инстанции без удовлетворения.

Арбитражный суд апелляционной инстанции оснований для переоценки изложенных в обжалуемом решении выводов суда по приведенным в апелляционной жалобе доводам не усматривает, считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе полного и всестороннего исследования доказательств, выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Апелляционный суд отмечает, что в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 81 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 ГК РФ, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Неправильное определение истцом ответчика либо государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не может влечь за собой отказ в принятии искового заявления, его возвращение, оставление без движения либо отказ в иске только по этому основанию. Суд на стадии подготовки дела к судебному разбирательству в судебном акте указывает ответчиком Российскую Федерацию, привлекает к участию в деле надлежащий государственный орган - ФССП России, наделенный полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

В обжалуемом решении ответчиком указано Главное управление ФССП по Свердловской области.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что интересы ответчика представлял ФИО7 по доверенности от 08.07.2024, которой ему предоставлены полномочия представлять интересы ФССП России (л.д. 91 т. 1).

Кроме того, в материалы представлен отзыв ответчика – Российской Федерации в лице ФССП России, в котором изложена письменная позиция и возражения ответчика против иска. Отзыв подписан представителем РФ в лице ФССП России ФИО7 (л.д. 94-96 т. 1).

Таким образом, надлежащему ответчику была предоставлена возможность участвовать в судебном разбирательстве, оснований для признания его права на судебную защиту нарушенным не имеется.

Неправильное указание ответчика в тексте судебного акта при таких обстоятельствах является процессуальным нарушением, которое не привело и не могло привести к принятию неправильного решения (часть 3 статьи 270 АПК РФ).

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда не имеется.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 18 февраля 2025 года по делу № А60-41260/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

В.Н. Якушев

Судьи

Е.В. Васильева

Е.Ю. Муравьева