ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

14 апреля 2025 года

Дело №А56-87277/2024

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда Савина Е.В.,рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-254/2025) общества с ограниченной ответственностью «Охранная организация «Блок-Мониторинг»

на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.12.2024 (резолютивная часть от 11.11.2024) по делу № А56-87277/2024,

принятое в порядке упрощенного производства

по иску акционерного общества «Невский экологический оператор» к обществу с ограниченной ответственностью «Охранная организация «Блок-Мониторинг»

о взыскании задолженности по оплате услуг,

установил:

Акционерное общество «Невский экологический оператор» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Охранная организация «Блок-Мониторинг» (далее – ответчик, Компания) о взыскании 339 024,44 руб. задолженности по оплате услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами за период с 01.01.2022 по 29.02.2024, а также 25 600,54 руб. неустойки, начисленной с 12.03.2024 по 27.06.2024, с последующим начислением неустойки на сумму долга, начиная с 28.06.2024 по дату фактического исполнения основного обязательства, исходя из 1/130 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от неоплаченной суммы за каждый день просрочки, о возмещении 80,40 руб. судебных издержек.

Определением от 20.09.2024 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Решением суда от 11.11.2024, изготовленным путем подписания резолютивной части, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Мотивированное решение составлено по ходатайству ответчика 09.12.2024.

Определением от 09.12.2024 суд первой инстанции исправил опечатку, допущенную при указании ответчика в резолютивной части решения.

Не согласившись с выводами суда, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просит решение от 09.12.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование жалобы ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела документам, указывает, что объектом образования ТКО по договору от 10.01.2024 № 1329077-2024ТКО являются арендуемые ответчиком нежилые помещения – комнаты 6 и 7 общей площадью 21,5 кв. м, расположенные в многоквартирном доме по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», пом. 57-Н. Указанные комнаты №№ 6 и 7 используются ответчиком в качестве юридического адреса, а также для размещения оружейной комнаты, охрана которой осуществляется одним сотрудником, сменяемым раз в сутки. В этой связи, при обращении с заявкой на заключение договора ответчик указал в заявке в графе «число сотрудников» - 2 сотрудника (генеральный директор и оперативный дежурный, охраняющий оружейную комнату). Ответчик находит очевидным факт невозможности оборудования в помещениях, имеющих такую маленькую площадь, большего числа рабочих мест. Между тем, истец, несмотря на сведения, указанные в заявке, включил в договор условие о числе сотрудников ответчика в 2022 году, исходя из 76 человек, в 2023 году – исходя из 99 человек, основываясь на расчетах по страховым взносам за период с 2022 по 2023 годы. Ответчик отмечает, что введен истцом в заблуждение при подписании договора от 10.01.2024 № 1329077-2024ТКО, поскольку истец заверил ответчика о составлении договора в соответствии со сведениями, указанными в заявке. Обнаружив ошибку, ответчик обращался к истцу с заявлением на изменение условий договора от 25.01.2024 и от 12.02.2024, однако истец недобросовестно отказал ответчику во внесении изменений.

Ответчик обращает внимание суда на то, что расчет объема и стоимости оказанных услуг следует производить исходя из числа сотрудников, непосредственно осуществляющих деятельность в помещениях, в отношении которых между сторонами заключен договор, а не от общего числа сотрудников ответчика. Ответчик полагает, что исчисление истцом стоимости услуг, исходя из числа сотрудников, работающих у ответчика, в целом, не основано на нормах права, однако суд не дал надлежащей оценки данным доводам.

Кроме того, ответчик полагает, что истец в целом использовал неверный норматив накопления ТКО, установленный распоряжением Комитета по природопользованию, окружающей среды и обеспечению экологической безопасности от 21.12.2023 № 393-р (далее – Распоряжение № 393-р) для офисных помещений. Ответчик полагает, что поскольку занимаемые им помещения расположены в многоквартирном доме, применению подлежит норматив, установленный для жилых помещений, с использованием в качестве расчетной единицы площадь помещений в кв. м.

Ответчик также отмечает, что самостоятельно произвел расчет стоимости услуг, оказанных истцом в 2022 и 2023 году, исходя из двух сотрудников, занимающих комнаты №№ 6 и 7. Согласно расчету ответчика, стоимость оказанных услуг составила 7 115,87 руб., полностью оплачена ответчиком по платежным поручениям от 26.03.2024, задолженность по оплате услуг отсутствует.

Приведенные доводы и представленные в их подтверждение документы, как полагает ответчик, не исследованы судом первой инстанции.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2025 апелляционная жалоба ответчика принята к рассмотрению в порядке статьи 272.1 АПК РФ без вызова сторон.

Истец представил отзыв, в котором отметил, что договор от 10.01.2024 № 1329077-2024ТКО подписан со стороны ответчика без разногласий. Указанные в договоре сведения о числе сотрудников ответчика основаны на представленных ответчиком расчетах по страховым взносам за 2022 и 2023 годы. Истец полагает, что, поскольку адрес объекта образования отходов, указанный в договоре, является юридическим адресом ответчика, то во внесении изменений в договор ответчику отказано правомерно. Доводы ответчика о необходимости исчисления платы в ином размере и порядке, как указывает истец, не основаны на условиях заключенного между сторонами договора.

Отзыв приобщен судом к материалам дела.

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, на основании соглашения об организации деятельности по обращению с твердыми коммунальными отходами (ТКО) на территории города федерального значения Санкт-Петербурга от 02.09.2021, заключенного между Комитетом по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности и Обществом, последнее выбрано в качестве регионального оператора по обращению с ТКО на территории Санкт-Петербурга. Оператором в газете «Санкт-Петербургские ведомости» от 09.12.2021 размещен текст договора на оказание услуг по обращению с ТКО.

Компания на основании лицензии № 792 оказывает охранные услуги различным организациям на территории Санкт-Петербурга.

Во владении Компании на основании договора аренды, заключенного с ООО «Ампер», находятся нежилые помещения - комнаты 6 и 7 площадью 8 кв. м и 13,5 кв. м, соответственно, расположенные на цокольном этаже в многоквартирном доме по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», пом. 57-Н.

Указанные нежилые помещения предоставлены Компании для хранения, заряжания и разряжания оружия (пункты 1.1.1, 1.1.2 договоров аренды).

Иные комнаты, входящие в состав помещения 57-Н площадью 64,9 кв. м, как следует из передаточных актов и плана помещений, приложенного к договорам аренды, в пользование Компании не предоставлены.

Кроме того, адрес: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», пом. 57-Н, комнаты №№ 6 и 7, является юридическим адресом Компании, согласно выписке из ЕГРЮЛ.

Компания в конце декабря 2023 года направила в адрес Общества заявку на заключение договора на оказание услуг по обращению с ТКО в отношении комнат №№ 6 и 7, расположенных по названному выше адресу, отметив в заявке, что помещения используются под офис, число сотрудников на объекте – 2.

Между Обществом и Компанией подписан договор от 10.01.2024 № 1329077-2024ТКО (далее – Договор), согласно пункту 1.4 которого дата начала оказания услуг – 01.01.2022. В силу пункта 4.1 Договора коммерческий учет ТКО осуществляется, исходя из норматива накопления ТКО. В Приложении № 1 к Договору указано, что в течение 2022 года число сотрудников Компании составляло 76 человек, в течение 2023 и 2024 годов – 99 человека.

Сведения о количестве сотрудников, как указало Общество, взяты последним из расчетов Компании об отчислениях по страховым взносам за 2022-2023 годы.

Договор подписан без разногласий, впоследствии расторгнут, начиная с 01.03.2024, путем подписания соглашения от 02.04.2024.

Общество в период с 01.01.2022 по 31.12.2023 оказывало Компании услуги по обращению с ТКО. Для оплаты оказанных в спорный период услуг в адрес Компании выставлены счета и УПД от 28.02.2024.

Согласно расчету Общества, стоимость оказанных услуг составила 346 775,95 руб., из которых Компанией оплачено 7 751,51 руб. Задолженность, по доводам Общества, составляет 339 024,44 руб.

Общество направило Компании претензию от 23.04.2024 с требованием об оплате задолженности и начисленной в связи с просрочкой неустойки.

Оставление претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения Общества в суд с рассматриваемым иском.

Суд первой инстанции, установив, что Договор подписан сторонами без разногласий, отклонив возражения ответчика в части несогласия со стоимостью оказанных услуг, признав корректными выполненные истцом расчеты задолженности и неустойки, полностью удовлетворил исковые требования.

Исследовав повторно в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, представленные в материалах дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Договор на оказание услуг по обращению с ТКО, заключаемый между собственником ТКО и региональным оператором, хотя и является публичным, в целом подчинен общим принципам гражданского законодательства, основанного на признании равенства участников регулируемых им отношений и свободы договора, возмездности и эквивалентности обмена материальными благами (пункт 3 статьи 423, пункта 1 статьи 779 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 24.7 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее – Закон об отходах) региональные операторы заключают договоры на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами с собственниками твердых коммунальных отходов, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.

Обязанность заключения договоров с региональным оператором по обращению с ТКО установлена Правилами обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 12.11.2016 № 1156 (далее - Правила № 1156).

В силу пункта 8(4) Правил № 1156 основанием для заключения договора на оказание услуг по обращению с ТКО является заявка потребителя или его законного представителя в письменной форме на заключение такого договора, подписанная потребителем или лицом, действующим от имени потребителя на основании доверенности, либо предложение регионального оператора о заключении договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами.

Из разъяснений, изложенных в пункте 7 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твердыми коммунальными отходами, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2023 (далее – Обзор), следует, что на арендатора объекта недвижимости обязанность по оплате услуг регионального оператора может быть возложена только на основании заключенного с региональным оператором договора на оказание услуг по обращению с ТКО.

Подобный подход, как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации, обусловлен тем, что региональный оператор не имеет возможности осуществлять контроль за тем, какое лицо фактически пользуется помещениями в здании и многоквартирных домах, в том числе на основании договора аренды, если такое лицо само не обратится к нему с заявкой о заключении договора. Следовательно, по общему правилу, региональный оператор вправе при направлении имущественных притязаний об оплате оказанных услуг ориентироваться на данные о собственнике имущества публично достоверного ЕГРН (статья 210 ГК РФ).

Вместе тем указанная презумпция может быть опровергнута при заключении договора оказания услуг по обращению с ТКО между арендатором помещения и региональным оператором. В таком случае обязанность по оплате услуг по обращению с ТКО лежит на арендаторе помещения.

Факт оказания истцом услуг ответчику в период с 01.01.2022 по 31.12.2023 в отношении объекта по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», комнаты №№ 6, 7, подтверждается материалами дела, ответчиком по существу не оспаривается.

Расчет стоимости оказанных услуг произведен истцом в соответствии с пунктом 4.1 Договора, исходя из норматива накопления ТКО, установленного Распоряжением № 30-р для офисных помещений, с применением расчетной единицы – сотрудник.

Правомерность начисления платы за оказанные услуги, исходя из норматива накопления ТКО, ответчиком также не оспаривается.

Между тем, ответчик не согласен с расчетом истца в части количества сотрудников, примененного при исчислении объема оказанных в спорный период услуг по обращению с ТКО.

Так, ответчик при направлении 20.12.2023 в адрес истца заявки на заключение договора в отношении комнат №№ 6, 7 в помещении 57-Н по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», указал в графе 4.1 заявки «количество расчетных единиц – 2 сотрудника».

По доводам ответчика, спорные объекты – комнаты №№ 6 и 7 используются ответчиком для хранения, заряжания и разряжания оружия (согласно пунктам 1.1.1, 1.1.2 договоров аренды), охраняются 1 сотрудником (дежурным), сменяемым раз в сутки. Кроме того, поскольку адрес: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», комнаты №№ 6, 7, является юридическим адресом ответчика, то есть местом нахождения его единоличного исполнительного органа, по указанному адресу осуществляет деятельность генеральный директор ответчика.

Иные сотрудники ответчика осуществляют охрану вверенных ответчику объектов, расположенных на территории Санкт-Петербурга по иным адресам.

Истец, в свою очередь, в пункте 3 приложения № 1 к Договору указал, что в период с 01.01.2022 по 31.12.2022 число сотрудников для целей исчисления стоимости оказанных услуг по нормативу составляло 76 человек, в период с 01.01.2023 по 31.12.2023 – 99 человек.

Названные сведения совпадают с данными, указанными ответчиком в расчетах по страховым взносам за 2022 и 2023 годы в графе «количество физических лиц, с выплат которым исчислены страховые взносы». Иными словами, указанные истцом в Приложении № 1 к Договору сведения отражают общее число сотрудников ответчика, в отношении которых последним произведен расчет и уплата страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Как пояснил истец в отзыве на апелляционную жалобу, поскольку адрес объекта образования отходов, указанный в Договоре, является юридическим адресом ответчика, в приложении № 1 к Договору правомерно указана общая численность сотрудников ответчика в соответствующий период.

Договор подписан сторонами без разногласий, в том числе по условиям, указанным в Приложении № 1 к Договору.

Ответчик в жалобе указал, что непосредственно при подписании Договора введен истцом в заблуждение, поскольку сотрудник истца заверил о том, что Договор составлен в соответствии со сведениями, указанными в заявке.

Указанные доводы подтверждаются представленными ответчиком письмами от 25.01.2024, от 12.02.2024, из которых следует, что ответчик через 2 недели после подписания Договора обращался к истцу с заявлениями о внесении изменений в Приложение № 1 к Договору в части указания числа сотрудников, фактически находящихся по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», комнаты №№ 6, 7, настаивал на ошибочности внесенных истцом в Договор сведений, просил учесть специфику деятельности ответчика. В подтверждение доводов ответчик направлял истцу информационную справку о числе сотрудников, задействованных для охраны объектов, вверенных ответчику (приложение к письму от 12.02.2024 исх. № 18).

Отказывая ответчику во внесении изменений в Приложение № 1 к Договору, истец, как видно из писем от 15.02.2024, от 19.03.2024, мотивировал отказ тем, что Договор подписан со стороны ответчика без разногласий на предложенных региональным оператором условиях. Доводы ответчика о необходимости исключения из расчета платы за оказанные услуги сотрудников ответчика, осуществляющих трудовую деятельность вне офиса, как полагает истец, не основаны на нормах законодательства. То обстоятельство, что в силу функциональных обязанностей какую-то часть времени сотрудники ответчика находятся вне офиса, не опровергает образование ТКО в процессе деятельности сотрудников. В этой связи, как указал истец, внесение изменений в Приложение №1 к Договору по соглашению сторон не представляется возможным.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с позицией регионального оператора по следующим основаниям.

Согласно статье 1 Закона об отходах, под нормативом накопления ТКО понимается среднее количество твердых коммунальных отходов, образующихся в единицу времени.

Нормативы накопления ТКО, применяемые при расчете платы за оказание услуг по обращению с ТКО на территории Санкт-Петербурга до 31.12.2023, установлены распоряжением Комитета по тарифам Санкт-Петербурга от 14.04.2017 № 30-р (далее – Распоряжение № 30-р). Согласно указанному Распоряжению, для организаций, учреждений, в том числе офисных помещений, норматив накопления ТКО устанавливается в отношении расчетной единицы – 1 сотрудник, составляет 0,119 куб. м в месяц. Иными словами, предполагается, что один сотрудник, непосредственно работающий в офисном помещении, которое является объектом образования ТКО по договору, продуцирует ТКО в объеме 0,119 куб. м за месяц.

Возражения ответчика о необходимости применения норматива накопления ТКО, установленного Распоряжением № 30-р для многоквартирных домов, отклоняются судом, поскольку арендуемые ответчиком помещения, хотя и находятся в МКД, не являются жилыми помещениями.

Порядок определения нормативов накопления твердых коммунальных отходов утвержден Правилами № 269, действовавшими до 08.09.2023 и утратившими силу в связи с принятием Правительством Российской Федерации постановления от 26.08.2023 № 1390 (далее – Правила № 1390).

Правилами № 269 установлено, что нормативы могут устанавливаться дифференцированно, в том числе в отношении категорий объектов, на которых образуются отходы. При этом категории объектов, на которых образуются отходы, определяются уполномоченным органом; определение нормативов производится отдельно по каждой категории объектов.

Названными Правилами предусмотрено, что в целях определения нормативов проводятся замеры отходов. Норматив определяется, исходя из данных о массе и объеме отходов, и выражается соответственно в количественных показателях массы и объема на одну расчетную единицу. В свою очередь, расчетные единицы определяются по каждой категории объектов уполномоченным органом.

Данные положения в последующем конкретизированы в Правилах № 1390, в пункте 20 которых указано, что проведение измерения количества отходов включает в себя следующие действия:

а) определение вида отходов;

б) определение объема контейнера (бункера, пакета) в куб. м;

в) определение объема отходов в куб. метрах;

г) определение массы наполненного контейнера (бункера, пакета) в килограммах;

д) определение массы пустого контейнера (бункера, пакета) в килограммах;

е) определение массы отходов в килограммах.

Таким образом, при установлении нормативов накопления ТКО и проведении с этой целью измерений уполномоченным органом учитывается специфика отходов, образуемых на объекте, как следствие, имеет значение вид фактической деятельности, осуществляемой потребителем на объекте.

В этой связи, при расчете платы за оказанные услуги с применением норматива накопления ТКО, следует учитывать фактический вид деятельности, реализуемой потребителем на объекте, на котором образуются отходы, а в случае, если таким объектом является офисное помещение, для которого норматив накопления ТКО устанавливается в расчете на 1 сотрудника - число сотрудников, которые фактически осуществляют деятельность в указанном помещении, в процессе которой образуются ТКО.

Апелляционный суд отмечает, что договор на оказание услуг по обращению с ТКО заключается в отношении конкретного объекта оказания услуг и в отношении определенного количества ТКО; норматив накопления рассчитывается исходя из использования помещений путем определения его площади или, что имеет место в данном случае - от числа сотрудников в помещении. Само по себе нахождение в штате организации-потребителя большего числа лиц, чем фактически пользуется конкретным помещением, не влечет продуцирования на таком объекте ТКО соразмерно числу таких лиц. Расчет платы, исходя из общего числа сотрудников в штате организации-потребителя, без учета фактического числа образователей отходов на объекте, будет приводить к возникновению на стороне регионального оператора неосновательного обогащения за счет потребителя.

Подобный подход поддержан Арбитражным судом Западно-Сибирского округа в постановлении от 23.11.2023 по делу № А46-1630/2023, в котором указано, что величина норматива накопления ТКО, согласуемая сторонами в договоре, заключаемым с конкретным потребителя, подлежит определению с учетом механизма отходообразования, сформированного на конкретном источнике образования ТКО, находящемся во владении потребителя.

Условиями договоров аренды подтверждается, что комнаты 6 и 7 предоставлены ответчику в пользование для хранения, заряжания и разряжания оружия, истец функциональное назначение указанных помещений не оспаривает.

В подтверждение доводов о том, что фактически комнаты 6 и 7 в помещении 57-Н по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», используются двумя сотрудниками – генеральным директором и дежурным, осуществляющим охрану оружейной комнаты, а остальные сотрудники задействованы для охраны вверенных ответчику объектов по иным адресам, ответчик представил информационную справку (приложение к письму от 12.02.2024) по объектам, на которых ответчик осуществляет охрану, с указанием количества сотрудников по каждому объекту.

В подтверждение сведений, приведенных в информационной справке, ответчик приложил к отзыву на иск уведомления о начале оказания охранных услуг, адресованные отделениям лицензионно-разрешительной работы по Петроградскому и Центральному районам Санкт-Петербурга, в которых указаны объекты охраны и число задействованных ответчиком сотрудников.

Как следует из письма ответчика от 30.08.2024 исх. № 93, ответчик неоднократно направлял истцу документы, подтверждающие оборудование в арендуемых помещениях двух рабочих мест для двух сотрудников.

Апелляционный суд полагает необходимым отметить, что при недостаточности предоставленных ответчиком документов истец не был лишен возможности запросить у ответчика дополнительные доказательства фактического нахождения в спорных помещениях двух сотрудников, в частности, материалы фото- и видеофиксации.

Более того, согласно пункту 5.2 постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 02.12.2020 № 40 «Об утверждении санитарных правил СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», площадь помещений для одного работника вне зависимости от вида выполняемых работ должна составлять не менее 4,5 кв. м.

В этой связи, суду представляется обоснованным довод ответчика о том, что комнаты 6, 7 площадью 13,5 кв. м и 8 кв. м объективно не могут быть оборудованы для осуществления деятельности 76 или 99 сотрудниками.

Объем оказываемых истцом услуг, ввиду образования отходов на объекте двумя сотрудниками ответчика, не соответствует стоимости услуг, начисляемой истцом исходя из 76 сотрудников (за 2022 год) и 99 сотрудников (за 2023 год).

Действительно, как установил суд первой инстанции, что ответчиком не оспаривается, Договор подписан сторонами без разногласий.

Вместе с тем, спорный Договор расторгнут по соглашению сторон, начиная с 01.03.2024, в связи с чем, отсутствует возможность для обращения ответчика в суд с иском о внесении изменений в условия Договора в судебном порядке.

По изложенным выше мотивам действия истца по указанию в Договоре в качестве числа сотрудников общего числа работников ответчика, указанных в расчетах по страховым взносам, без учета данных, указанных в заявке, исходя из специфики осуществляемой ответчиком деятельности, а также последующие отказы истца в согласовании изменений в условия Договора не могут быть признаны добросовестным поведением, по существу направлены на извлечение региональным оператором выгоды при отсутствии эквивалентного встречного предоставления.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В силу пункта 4 статьи 24.7 Закона об отходах собственники твердых коммунальных отходов обязаны заключить договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами с региональным оператором, в зоне деятельности которого образуются твердые коммунальные отходы и находятся места их накопления. По общему правилу действует запрет на заключение хозяйствующими субъектами, образующими отходы, договоров на оказание услуг по обращению с ТКО с иными лицами, помимо регионального оператора.

В связи с этим, следует признать, что региональный оператор является более сильной стороной спорных правоотношений, в том числе применительно к процессу согласования условий договора на оказание услуг по обращению с ТКО.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», сторона договора в случае существенного нарушения баланса интересов сторон вправе на основании статьи 10 ГК РФ заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной, то есть оказалась слабой стороной договора.

Из приведенных положений следует, что пределы свободы договора определяются, в том числе необходимостью поддержания добрых нравов в гражданском обороте, включая взаимоотношения участников хозяйственного (экономического) оборота.

В ситуации, когда сторона договора не имеет возможности активно и беспрепятственно участвовать в согласовании условий договора на стадии его заключения (к заключению предложена стандартная форма договора; проект договора разработан лицом, профессионально осуществляющим деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний; договор заключается с лицом, занимающим доминирующее положение на рынке или имеет место иная экономическая зависимость стороны и т.п.), суд не вправе отклонить возражения такой стороны относительно применения спорного условия договора только по той причине, что при заключении договора в отношении этого условия не были высказаны возражения.

Даже при формальном наличии права заявить возражение о включении спорного условия в договор в момент его заключения, слабая сторона зачастую не имеет финансовых и организационных возможностей оценить обременительность договорных условий на случай наступления тех или иных обстоятельств при исполнении договора, а издержки, связанные с потерей времени и финансовых ресурсов, которые должна понести эта сторона для урегулирования разногласий окажутся несоразмерными предпринятым усилиям. Использование названных обстоятельств стороной, находящейся в более сильной переговорной позиции, не соответствует принципу добросовестности.

С учетом изложенного, если спорное условие договора грубо нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора не обосновала его разумность, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 1, пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2023 № 305-ЭС23-12470, от 29.06.2023 № 307-ЭС23-5453, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851, от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954).

Изложенные разъяснения приведены в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2023 № 305-ЭС23-8962 по делу № А40-33927/2022.

На основании приведенных разъяснений, поскольку действия регионального оператора не соответствуют принципу добросовестности, явным образом нарушают баланс интересов сторон, направлены на извлечение выгоды за счет слабой стороны договора, апелляционный суд полагает возможным не применять условия, указанные в пункте 3 Приложения № 1 к Договору, в части числа сотрудников для целей расчета платы за оказанные истцом услуги, а также составленное на основании данных условий Приложение № 2 к Договору.

В отсутствие в материалах дела доказательств иной численности сотрудников, фактически осуществляющих деятельность в комнатах №№ 6, 7 в помещении 57-Н по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кронверкская, д. 29/37, лит. «Б», апелляционный суд приходит к выводу о необходимости исчисления объема оказанных услуг и, как следствие их стоимости, с применением норматива накопления ТКО, установленного Распоряжением № 30-р для офисных помещений, исходя из 2 сотрудников.

Норматив в расчете на 1 сотрудника составляет 0,119 куб. м в месяц, 1,428 куб. м в год, соответственно, объем оказанных истцом услуг за 1 месяц составил 0,238 куб. м (0,119x2), а за 2022 год и за 2023 год - по 2,856 куб. м, соответственно (1,428 x 2 сотрудника).

Тарифы на услуги регионального оператора утверждены распоряжением Комитета по тарифам Санкт-Петербурга от 20.06.2022 № 35-р, согласно которому тариф на период с 01.01.2022 по 30.06.2022 установлен в размере 808,08 руб./куб.м, на период с 01.07.2022 по 30.11.2022 – 1050,36 руб./куб.м. Распоряжением Комитета по тарифам Санкт-Петербурга от 16.11.2022 № 162-р утвержден тариф на период с 01.12.2022 по 31.12.2023, который составил 1139,64 руб./куб. м.

Согласно расчету апелляционного суда, стоимость услуг, оказанных истцом ответчику за 2022 год, составит 2 675,23 руб.; за 2023 год – 3 255 руб.

Истцом к исковому заявлению приложены платежные поручения от 26.03.2024 №№ 145, 146, 147, согласно которым ответчик перечислил истцу в счет оплаты услуг за 2022 год – 3 210,11 руб., за 2023 год – 3 905,76 руб.

Таким образом, задолженность за оказанные в спорный период услуги у ответчика отсутствует, оснований для взыскания 339 024,44 руб. долга не имеется.

Срок оплаты услуг по Договору в соответствии с пунктом 2.2 установлен до 10-ого числа месяца, следующего за расчетным, на основании выставленного счета и универсального передаточного документа.

Как видно из расчета истца, последний, полагая, что ответчиком допущена просрочка при оплате услуг за спорный период, начислил 25 600,54 руб. неустойки по пункту 6.2 Договора за период с 12.03.2024 по 27.06.2024.

К иску приложены счета и УПД за 2022 и 2023 годы, которые датированы 28.02.2024. Вместе с тем, на основании соглашения сторон от 02.04.2024 Договор расторгнут, начиная с 01.03.2024, в связи с прекращением договора аренды 29.02.2024 и возвращением арендуемых помещений собственнику.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Подписывая соглашение от 02.04.2024, стороны не предусмотрели условия о возможности начисления неустойки после расторжения Договора.

Более того, с учетом оплаты ответчиком оказанных в спорный период услуг 26.03.2024 в большем размере, оснований для вывода о допущенной ответчиком просрочке и, как следствие, о начислении неустойки по пункту 6.2 Договора, также не имеется, в удовлетворении иска в части взыскания неустойки надлежит отказать.

По изложенным мотивам решение суда 09.12.2024 на основании статьи 270 АПК РФ подлежит отмене, как принятое при неполном установлении фактических обстоятельств, без надлежащего исследования и оценки доводов и доказательств, представленных ответчиком, в удовлетворении иска следует отказать.

Судебные издержки, понесенные истцом при обращении с иском, на основании части 1 статьи 110 АПК РФ остаются на истце.

Поскольку доводы подателя жалобы признаны судом обоснованными, судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные последним при обращении с жалобой, в силу частей 1, 5 статьи 110 АПК РФ относятся на истца.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269-272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.12.2024 по делу № А56-87277/2024 отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Невский экологический оператор» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Охранная организация «Блок-Мониторинг» 30 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Судья

Е.В. Савина