Постановление по делу № 03АП-2651/2023 от 24.07.2023

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 июля 2023 года

Дело №

А33-4207/2023

г. Красноярск

Судья Третьего арбитражного апелляционного суда Дамбаров С.Д.,

рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от 03 мая 2023 года (резолютивная часть от 10 апреля 2023 года) по делу № А33-4207/2023, рассмотренному в порядке упрощённого производства,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Зингер СПБ" (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, предприниматель) о взыскании 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №266060; 50 руб. стоимости товара, 125 руб. 50 коп. почтовых расходов, 8 000 руб. - стоимости фиксации правонарушения.

Определением от 17.02.2023 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства

Судом вынесена резолютивная часть решения от 10.04.2023, согласно которой исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В соответствии с частью 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления или со дня подачи апелляционной жалобы.

Мотивированное решение изготовлено 03 мая 2023 года.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель апелляционной жалобы ссылается на несогласие с размером компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средства индивидуализации и порядком расчета компенсации. Судом первой инстанции неправомерно отказано в снижении размера компенсации. Размере существенно завышен, ответчиком представлен контррасчет суммы компенсации, из стоимости правомерного использование товарного знака, размер компенсации за нарушение исключительных прав ответчиком, можно рассчитать следующим образом: 750 000 /1 тов.знак /2 класса МКТУ /1 способ применения / 12 месяцев/89 субъектов РФ х 2 = 702, 25 руб. Ответчик также указывает, что совершил нарушение впервые, является розничным продавцом, с незначительным оборотом и небольшой прибылью, нарушения были допущены ответчиком по неосторожности. При этом истец не ставил ответчика в известность о том, что он является правообладателем, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию контрафактного товара, не сообщал о стоимости права использования объекта авторских прав, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование такого объекта тем способом, который использовал нарушитель и не предлагал вступить в гражданские правоотношения с целью регламентации возникших отношений для правомерного использования объекта интеллектуальной деятельности.

Истец отзыв на апелляционную жалобу не представил.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 12.05.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти" предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы на решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, от 12.05.2023, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

В соответствии с пунктом 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена без вызова сторон.

На основании приведенной нормы права, с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 47, 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 N 10 "О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве" апелляционная жалоба рассмотрена судьей единолично без осуществления протоколирования и без составления резолютивной части постановления.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество является обладателем исключительных прав на товарный знак в виде словесного обозначения "ZINGER" по свидетельству N 266060, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004 в отношении широкого перечня товаров и услуг, в том числе товаров 8 класса МКТУ; срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030.

Из материалов дела следует, что 13.12.2021 года в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, мн "1000 мелочей", был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО1 товара — маникюрный инструмент, имеющий технические признаки контрафактности.

Факт реализации указанного товара подтверждается кассовым чеком от 13.12.2021 года, спорным товаром, а также видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьей 12-14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На спорном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком №266060. Указанный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, указанных, в том числе в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ). Спорный товар классифицируется как «маникюрные инструменты» и относится к 8 классу МКТУ

Истец не давал своего разрешения Ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный Ответчиком, не вводился в гражданский оборот Истцом и (или) третьими лицами с согласия Истца. Предложением к продаже и реализацией товара Ответчик нарушил права Истца.

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав, Истцом в порядке досудебного урегулирования спора была направлена Ответчику Претензия. Ответа на Претензию не поступило.

На основании вышеизложенного, истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, принимая во внимание конкретные обстоятельства данного дела, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд первой инстанции признал исковое заявление обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

В пункте 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (пункт 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Наличие у общества исключительных прав на товарный знак подтверждено представленным в материалы дела свидетельством на товарный знак N 266060 и ответчиком не оспаривается.

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Наличие у Общества исключительных прав на товарный знак подтверждено представленным в материалы дела свидетельством на товарный знак N 266060 и ответчиком не оспаривается.

В подтверждение факта покупки спорного товара у ответчика в материалы дела представлены товарный чек от 13.12.2021, видеозапись процесса реализации товара, а также сам товар (маникюрный инструмент), приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 Кодекса), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В товарном чеке от 13.12.2021 содержатся сведения о предпринимателе и его ИНН, информация о дате продажи, реализованном товаре и его цене.

Поскольку покупка спорного товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, товарный чек является допустимым доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара в торговой точке ответчика.

Видеосъемка процесса покупки спорного товара произведена истцом в целях самозащиты гражданских прав общества (статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации) и подтверждает факт приобретения спорного товара в торговой точке, принадлежащей ответчику.

Видеозапись процесса закупки отчетливо фиксирует обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи, а также позволяет установить реализованный ответчиком товар и выявить идентичность запечатленного на видеозаписи чека и товара чеку и товару, представленным в материалы дела.

Таким образом, факт реализации спорного товара ответчиком подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств, что последним не оспаривается.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума N 10) разъяснено, что вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

Согласно упомянутому пункту 162 названного постановления установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Следует отметить, что определяющим для установления сходства обозначений является вероятность наличия у рядовых потребителей ассоциативных связей между сравниваемыми обозначениями.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

При исследовании вещественного доказательства - спорного товара (маникюрного инструмента), реализованного ответчиком, судом установлено, что на товаре имеется изображение товарного знака истца N 266060 (размещенное на упаковке товара словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца), что ответчиком не оспаривается.

Доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на использование названного товарного знака, последним в материалы дела не представлены.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности факта нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на товарный знак по свидетельству N 266060.

Согласно статье 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Положениями статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за незаконное использование товарного знака. В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Учитывая, что факт нарушения исключительных прав на товарный знак подтвержден документально, требование о взыскании компенсации предъявлено истцом правомерно.

В рассматриваемом случае общество, заявляя требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на спорный товарный знак в размере 62 500 руб., избрало вид компенсации, предусмотренный подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассчитав ее с учетом условий лицензионного договора о представлении права использования товарного знака от 11.08.2021 следующим образом: 750 000 руб. / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения / 12 месяцев x 2 = 62 500 руб.

Суд первой инстанции по результатам исследования и оценки собранных по делу доказательств, удовлетворил требование истца в полном объеме и взыскал с предпринимателя 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак N 266060.

Доводы заявителя жалобы сводятся к несогласию с размером компенсации и наличию оснований для его уменьшения.

Данные доводы судом апелляционной инстанции проверены и отклонены.

Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Общество в рассматриваемом случае избрало вид компенсации, взыскиваемой на основании вышеуказанной нормы, в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), в отношении того, что определение размера компенсации не может быть произведено судом произвольно.

Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

В обоснование стоимости права использования товарного знака истцом в материалы дела представлен лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021, заключенный обществом (лицензиар) с индивидуальным предпринимателем ФИО2 (лицензиат), согласно которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака по свидетельству N 266060 в отношении товаров 08 класса МКТУ и услуг 35 класса МКТУ; лицензиат вправе использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации путем его размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые ввозятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации либо хранятся или перевозятся с этой целью; за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб., включая НДС 20%. Также обществом представлены платежные документы в подтверждение факта внесения платежей по названному договору.

Таким образом, стоимость права использования спорного товарного знака согласно указанному лицензионному договору определена в размере 750 000 руб. в год.

Вместе с тем, само по себе отличие обстоятельств допущенного нарушения от условий лицензионного договора не является основанием для признания указанного договора неотносимым доказательством.

Как установлено судом первой инстанции, ответчиком допущено нарушение исключительных прав общества путем предложения к продаже и реализации товара, относящегося к 08 классу МКТУ.

В лицензионном договоре от 11.08.2021 вознаграждение установлено в фиксированном размере и не дифференцируется по способам использования товарного знака и по классам МКТУ, данные о том, как определяется именно такой размер вознаграждения, в лицензионном договоре отсутствуют.

Из материалов дела следует, что истцом к взысканию предъявлена компенсация в размере 62 500 руб., рассчитанная исходя из цены в размере 31 250 руб., которая, по мнению последнего, подлежит оплате при сравнимых обстоятельствах за правомерное пользование товарного знака с учетом условий вышеназванного лицензионного договора применительно к допущенному предпринимателем нарушению исключительных прав общества на товарный знак по свидетельству N 266060 путем предложения к продаже и реализации товара, относящегося к 08 классу МКТУ.

Ответчик при рассмотрении дела не представил какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование знаков, не опроверг того, что представленный истцом расчет основан на цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарных знаков.

Приведенный ответчиком расчет стоимости права использования (и как следствие суммы компенсации) противоречит условиям лицензионного договора и приведенным нормам материального права.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, проанализировав в целях определения цены, которая применяется при сравнимых обстоятельствах, условия лицензионного договора и приняв во внимание, что в рассматриваемом случае общество, определяя размер компенсации, учло, что фактически имело место использование предпринимателем права в меньшем объеме, чем предусмотрено представленным в дело лицензионным договором, правомерно признал заявленное истцом требование о взыскании компенсации подлежащим удовлетворению в полном объеме.

В рассматриваемом случае примененный истцом алгоритм определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, не противоречит положениям статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 Постановления Пленума N 10.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции отклоняет довод заявителя жалобы о неверном определении суммы компенсации как не соответствующий обстоятельствам дела и собранным доказательствам.

Указанная правовая позиция находит свое отражение в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 26.10.2022 № С01-1959/2022 по делу № А60-7122/2022, постановлении Суда по интеллектуальным правам от 02.12.2022 № С01-1842/2022 по делу № А57-7606/2022.

Довод заявителя жалобы о необходимости снижении размера компенсации отклоняется на основании следующего.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 N 310-ЭС20-9768 изложена правовая позиция о том, что установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П и 24.07.2020 N 40-П).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при нарушении одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности и при следующих условиях: размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

В рассматриваемом случае судом по результатам исследования материалов дела не установлено оснований для уменьшения размера компенсации применительно к Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих наличие совокупности обстоятельств, перечисленных в названном Постановлении.

Ответчик, заявляя о снижении компенсации, не представил в обоснование своей позиции доказательства, которые свидетельствовали бы о возможности ее снижения, что им предпринимались необходимые меры, проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.

Приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара (статья 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 пункта 4.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Вместе с тем, ответчик при рассмотрении дела не представлял доказательств многократного превышения компенсацией размера причиненных истцу убытков, при том, что такое превышение должно быть доказано ответчиком, равно как не представил и доказательств того, что правонарушение совершено им впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Более того, судом апелляционной инстанции установлено, что на видео процесса покупки спорного товара (с 03:36 до 04:05) зафиксирован и иной товар, сходный до степени смешения с товарным знаком N 266060, который предлагается ответчиком к продаже.

Сами по себе указания предпринимателя на то, что правонарушение совершено ответчиком впервые; контрафактный товар продан в незначительном объеме (один товар стоимостью 50 руб.); нарушение права выражено в одном товаре, производителем которого ответчик не является; правонарушение не имело грубого характера и действия ответчика не нанесли истцу каких-либо значительных убытков, не влекут вывод о безусловной необходимости снижения взыскиваемой компенсации.

С учетом изложенного оснований для снижения размера компенсации с учетом правовой позиции, отраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П, судом апелляционной инстанции, вопреки доводам заявителя жалобы, не установлено.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно отмечено, что само по себе отнесение ответчика к субъектом малого предпринимательства не может рассматриваться как основания для освобождения от ответственности за нарушение исключительного права.

Наличие четырех несовершеннолетних детей не свидетельствуют о невозможности предпринимателем нести ответственность за нарушение исключительных прав правообладателя и само по себе, безотносительно сведений о доходах предпринимателя, не может однозначно свидетельствовать о тяжелом материальном положении последнего.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит обоснованным признание судом первой инстанции заявленного истцом требования о взыскании компенсации в сумме 62 500 руб. подлежащим удовлетворению в полном объеме.

Согласно положениям статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом результата разрешения исковых требований, суд первой инстанции правомерно отнес судебные расходы по делу в виде расходов по уплате государственной пошлины, расходов на приобретение спорного товара и получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, почтовых расходов, понесенные истцом и подтвержденные документально, на ответчика.

Мотивированных возражений в отношении распределения судебных расходов в апелляционной инстанции не заявлено.

Доводы заявителя жалобы проверены в полном объеме и отклонены по изложенным выше мотивам. Аргументы, содержащиеся в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены судом первой инстанции и имели бы юридическое значение для принятия судебного акта по существу. Каких-либо обстоятельств, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить (изменить) обжалуемый судебный акт, заявителем не приведено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что доводы жалобы дублируют доводы, приведенные в суде первой инстанции, в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы основаны на ошибочном толковании норм права и не свидетельствуют о неверном применении судом первой инстанции норм материального права, либо нарушении норм процессуального права.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции материалы дела исследованы полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для иной оценки у суда апелляционной инстанции не имеется. Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При этом согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 N 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, в связи с чем апелляционная жалоба, по изложенным в ней доводам, удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение настоящей апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей относятся на заявителя (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 03 мая 2023 года (резолютивная часть от 10 апреля 2023 года) по делу № А33-4207/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд, принявший решение (определение) только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья

С.Д. Дамбаров