АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА
пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000
http://fasuo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ Ф09-3023/25
Екатеринбург
18 декабря 2025 г. Дело № А60-49505/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 18 декабря 2025 г.
Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Мындря Д.И.,
судей Черемных Л.Н., Сафроновой А.А.,
при ведении протокола судебного рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – предприниматель) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 17.02.2025 по делу № А60-49505/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2025 по тому же делу.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания
на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В судебном заседании принял участие представитель предпринимателя – ФИО2 (доверенность от 07.01.2025).
Общество с ограниченной ответственностью «О2 Логистикс» (далее – общество «О2 Логистикс») и предприниматель обратились в Арбитражный суд Свердловской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Практика ЛК» (далее – общество «Практика ЛК») о взыскании в пользу общества «О2 Логистикс» 697 285 руб. 97 коп. неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами с момента принятия искового заявления к производству суда по день оплаты задолженности;
о взыскании в пользу предпринимателя 298 836 руб. 84 коп. неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами с момента принятия искового заявления к производству суда по день оплаты задолженности (с учетом уточнения иска, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.02.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2025, иск удовлетворен частично. С общества
«Практика ЛК» в пользу предпринимателя взыскано 101 557 руб. 40 коп. неосновательного обогащения, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 04.09.2024 по 14.02.2025 в размере 9 230 руб. 59 коп.
с продолжением их начисления по день оплаты задолженности; с общества «Практика ЛК» в пользу общества «О2 Логистикс» взысканы 236 967 руб.
27 коп. неосновательного обогащения, 21 538,05 руб. процентов
за пользование чужими денежными средствами за период с 04.09.2024
по 14.02.2025 с продолжением их начисления по день оплаты задолженности.
Не согласившись с указанными судебными актами, предприниматель обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой,
в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение.
Податель жалобы ссылается на то, что задолженность лизингополучателя по внесению лизинговых платежей погашена им 27.03.2024, после чего неустойка за нарушение срока внесения указанных платежей не подлежала начислению. Истец указывает, что ответчик неправомерно начислял неустойку за просрочку внесения лизинговых платежей после расторжения договора финансовой аренды от 17.07.2023
№ 217/23-СМР (далее – договор), то есть после 16.02.2024.
Как указывает податель жалобы, суды в противоречие со сложившейся судебной практикой необоснованно признали разумным срок реализации предмета лизинга продолжительностью 8 месяцев. По мнению истца, суды в связи с этим неверно учли период начисления платы за финансирование по договору, определив его окончание датой фактической реализации предмета лизинга (30.10.2024), а также необоснованно отнесли на лизингополучателя расходы по хранению имущества за период, превышающий разумный срок его реализации.
Податель жалобы отмечает, что судами не рассмотрено ходатайство истцов о снижении размера штрафа в размере 100 000 руб. за нарушение сроков совершения регистрационных действий на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
Истец указывает, что данный штраф является необоснованным и завышенным, ухудшающим положение лизингополучателя, который не мог повлиять на указанное условие договора. При этом ответчик в разумные сроки не заявлял о начислении данного штрафа, что предполагает отсутствие у него нарушенного права.
Предприниматель полагает, что изложенное в совокупности привело к существенному нарушению баланса прав и законных интересов сторон по договору лизинга в пользу лизингодателя.
Общество «Практика ЛК» представило отзыв на кассационную жалобу,
в котором, сославшись на несостоятельность позиции заявителя кассационной жалобы, просило оставить его требования без удовлетворения.
Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном нормами статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.
Из материалов дела следует и судами установлено, что обществом «Практика ЛК» (лизингодатель) и обществом «О2 Логистикс» (лизингополучатель) заключен договор лизинга, согласно пункту 1.1 которого лизингодатель обязуется приобрести в собственность предмет лизинга и предоставить его лизингополучателю за плату во временное владение и пользование на срок и на условиях договора лизинга.
В пункте 1.4 указано, что предмет лизинга должен быть приобретен у продавца – общества с ограниченной ответственностью «Пожарные Технологии» (далее – продавец).
Обществом «Практика ЛК» (покупатель) и продавцом заключен договор купли-продажи от 17.07.2023 № 217/23-СМР/КП, согласно которому покупатель приобрел в собственность указанный автомобиль по цене 4 000 000 руб., аванс составил 400 000 руб.
Лизингодатель 20.07.2023 передал по акту лизингополучателю, а лизингополучатель принял во временное владение и пользование автомобиль для производственных целей.
Согласно пункту 4.1 договора общая сумма лизинговых платежей, порядок и сроки внесения лизинговых платежей закрепляются в графике, который является неотъемлемой частью договора лизинга.
Суды установили, что в период действия договора лизингополучателем допускались нарушения сроков внесения лизинговых платежей, в связи с чем договор расторгнут.
Автомобиль 07.03.2024 изъят лизингодателем у лизингополучателя
на основании акта приема-передачи (изъятия предмета лизинга).
Лизингодателем проведена оценка рыночной стоимости предмета лизинга. Согласно отчету об оценке рыночной стоимости транспортного средства от 25.03.2024 № 710-ОЦ-Д20/38 рыночная стоимость предмета лизинга на дату 22.03.2024 составила 3 438 000 руб.; 18.04.2024 автомобиль выставлен на продажу на трех торговых площадках по цене 4 490 000 руб.; 18.10.2024 цена снижена посредством выставления соответствующих объявлений до 4 150 000 руб.; 30.10.2024 автомобиль продан по договору купли-продажи за 3 900 000 руб.
Обществом «О2 Логистикс» (цедент) и предпринимателем (цессионарий) заключен договор от 29.07.2024 об уступке прав (требований), в соответствии с пунктами 1.1 и 1.2 которого цедент передает, а цессионарий принимает 30% процентов от права требования цедента к обществу «Практика ЛК» о взыскании задолженности в виде неосновательного обогащения, которое возникло в результате сложения суммы завершения договорных обязанностей по договору лизинга.
Общество «О2 Логистикс» и предприниматель, ссылаясь на то, что завершающая договорная обязанность сторон по договору лизинга
необоснованно складывается в пользу лизингодателя, обратились в суд с иском по настоящему делу.
Удовлетворяя иск частично, суд первой инстанции определил завершающее сальдо встречных обязательств по договору лизинга в пользу общества «Практика ЛК» исходя из контррасчета ответчика.
Суд апелляционной инстанции, рассматривавший дело в соответствии с частью 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поддержал позицию суда первой инстанции.
Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав пояснения лица, обеспечившего явку в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Арбитражный суд Уральского округа усматривает основания для отмены обжалуемых судебных актов.
Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.
В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
В предмет доказывания по рассматриваемому в настоящем деле требованию о взыскании неосновательного обогащения входит установление следующих обстоятельств: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца; отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для их приобретения/сбережения; размер неосновательного обогащения.
Ответчик может доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для получения (сбережения) имущества либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей
1109 ГК РФ.
Правовое регулирование правоотношений в сфере лизинга осуществляется на основании соответствующих норм ГК РФ и Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон № 164-ФЗ).
По договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество
за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае
не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца (статья 665 ГК РФ).
Рассматривая споры, вытекающие из правоотношений по договору лизинга, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на необходимость соблюдения баланса прав и законных интересов сторон соответствующих правоотношений, на недопустимость неправомерного возникновения неблагоприятных последствий на стороне экономически слабой стороны договора, а также на недопустимость нарушения принципа эквивалентности встречных предоставлений.
По делам, связанным с договором лизинга, Верховный Суд Российской Федерации не единожды отмечал необходимость избегать формального подхода к рассмотрению дел без учета требований добросовестности, разумности, справедливости (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 10 ГК РФ).
Высшая судебная инстанция также обращала внимание на то, что судам следует оценивать разумность поведения сторон лизинговых правоотношений, соблюдение ими взаимных и встречных интересов при разрешении вопроса о несении такими сторонами имущественных потерь в случае расторжения договора лизинга ввиду нарушений, допущенных лизингополучателем.
Указанные правовые подходы применены, в частности, в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2025 № 305-ЭС25-4367, от 30.01.2025 № 307-ЭС24-18545, от 13.02.2024 № 305-ЭС23-18327, от 14.11.2023 № 305-ЭС23-11168.
Согласно пункту 1 статьи 28 Закона № 164-ФЗ под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.
В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.
Из пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17) следует, что под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)») содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.
По смыслу статей 665 и 624 ГК РФ, статей 2 и 4 Закона № 164-ФЗ в договоре выкупного лизинга законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления
последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя – в пользовании имуществом и последующем его выкупе.
Функция лизингодателя в договоре выкупного лизинга состоит в финансовом посредничестве – приобретении необходимого лизингополучателю имущества за счет средств, полученных от лизингополучателя (авансовый платеж по договору лизинга), а также за счет финансирования, предоставленного самим лизингодателем.
Посредством внесения лизинговых платежей лизингополучатель осуществляет возврат предоставленного ему финансирования (возмещает закупочную цену предмета лизинга в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.) и вносит плату за пользование финансированием, определяемую, как правило, в процентах годовых на размер финансирования, либо расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования (пункт 1 статьи 28 № 164-ФЗ, пункты 3.4 - 3.5 постановления № 17).
Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе в связи с нарушениями, допущенными лизингополучателем при исполнении сделки, влечет за собой досрочный возврат финансирования – изъятие предмета лизинга для удовлетворения требований лизингодателя чаще всего за счет сумм, вырученных от продажи имущества (пункт 3 статьи 11 и пункт 2 статьи 13 Закона № 164-ФЗ, пункт 4 постановления № 17).
Согласно пункту 3.1 постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).
В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.
В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств),
и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.
Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи
(за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а
также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 постановления № 17).
Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи
(за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3 постановления № 17).
В пункте Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор от 27.10.2021), разъяснено, что условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу законодательного регулирования отношений сторон по договору выкупного лизинга и является ничтожным.
Согласно пункту 16 Обзора от 27.10.2021 расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга само по себе не приводят к возврату предоставленного финансирования и платы за него, в связи с чем соответствующие обязательства лизингополучателя не прекращаются.
Следовательно, неустойка подлежит начислению до прекращения обязательства, за нарушение которого она установлена, в частности до возврата финансирования.
Верховный Суд Российской Федерации в определении от 14.11.2023 № 305-ЭС23-11168 также указывал на необходимость проверки судами порядка определения завершающей обязанности сторон по договору лизинга на предмет отсутствия нарушения эквивалентности встречных предоставлений.
Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
В соответствии с пунктом 4.1 договора общая сумма лизинговых платежей по договору лизинга, порядок и сроки внесения лизинговых
платежей (в том числе авансового платежа) закрепляются в графике, являющимся неотъемлемой частью договора лизинга.
В силу пункта 11.2.1 договора в случае несвоевременного внесения лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, лизингополучатель обязан уплатить неустойку (пени) за каждый день просрочки в размере 0,3% на неуплаченную сумму лизинговых платежей (графа 2 графика).
Согласно пункту 12.3 договора при расторжении договора лизинга в одностороннем порядке согласно пункту 12.2 договора лизинга лизингодатель вправе потребовать возврата предмета лизинга либо потребовать возмещения суммы убытков лизингодателя от расторжения договора лизинга, рассчитанной на дату расторжения договора лизинга. В случае предъявления лизингодателем требования по возврату предмета лизинга лизингодатель также вправе требовать уплаты лизинговых платежей до момента фактического возврата предмета лизинга согласно графику (с учетом неисполненных обязательств). При отказе лизингополучателя возвратить (передать) предмет лизинга, в том числе в случае непередачи предмета лизинга в указанный в уведомлении срок, лизингодатель имеет право изъять предмет лизинга, при этом оформляется акт изъятия/приема-передачи, который подписывается сторонами, а в случае отказа лизингополучателя от подписания указанного акта – только лизингодателем.
Согласно пункту 12.5 договора в случае прекращения действия договора лизинга, в том числе по основаниям, предусмотренным пунктами 9.9, 9.10, 9.11, 9.12, 12.2 договора лизинга, платежи, уплаченные лизингополучателем до момента расторжения договора лизинга, возврату не подлежат. Разница между суммой лизинговых платежей и стоимостью лизинговых услуг являются услугой лизингодателя, связанной с прекращением действия или расторжением договора лизинга.
В силу пункта 11.6.2 договора датой возврата предоставленного финансирования стороны признают дату акта приема-передачи по договору купли-продажи по реализации изъятого предмета лизинга.
В данном случае, отклоняя доводы подателя жалобы, суды исходили из того, что предприниматель ошибочно ссылался на отсутствие у него обязанности по уплате договорной неустойки на плату за финансирование, начисляемую после расторжения договора (16.02.2024).
Между тем предприниматель утверждал, что после расторжения договора и возврата предмета лизинга у него отсутствует обязанность по оплате лизинговых платежей в соответствии с графиком, а плата за финансирование подлежит исчислению до истечения разумного срока реализации предмета лизинга. Неустойка за просрочку внесения лизинговых платежей может быть начислена лишь в отношении лизинговых платежей, обязанность по уплате которых возникла до расторжения договора, и только до момента погашения задолженности. При этом задолженность по внесению лизинговых платежей была погашена 27.03.2024 путем перечисления денежных средств в размере 457 821 руб. 18 коп.
Как следует из материалов дела, а также доводов кассационной жалобы предпринимателя и пояснений к ней, предприниматель не оспаривает правомерность начисления неустойки за просрочку внесения лизинговых платежей, обязанность оплаты которых возникла до расторжения договора.
Он ссылается на то, что после расторжения договора у него имелась обязанность по возврату финансирования и внесению платы за финансирование за период до истечения разумного срока реализации, однако начисление неустойки на указанные суммы договором не предусмотрено.
Из приведенных условий договора следует, что сторонами предусмотрена ответственность за несвоевременное внесение лизинговых платежей в виде начисления неустойки. При этом судами не установлено, какими нормами права или условиями договора предусмотрена обязанность внесения лизинговых платежей за период после расторжения договора и возврата предмета лизинга, а также ответственность лизингополучателя в виде начисления неустойки на суммы платы за финансирование за период после расторжения договора.
В связи с изложенным судам необходимо было установить, на какие суммы и за какой период лизингодателем исчислена неустойка за просрочку внесения лизинговых платежей и имеется ли правовое основание для ее начисления на размер платы за финансирование или иные суммы после расторжения договора. Вопрос о применении к начисленной неустойке положений статьи 333 ГК РФ подлежит рассмотрению только в случае установления оснований для ее уплаты и после верного расчета ее размера.
С учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения
(пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 ГК РФ) лизингодатель, реализуя предмет лизинга, должен учитывать интересы лизингополучателя, избегая причинения последнему неоправданных потерь. Лизингодателем должны быть предприняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от продажи предмета лизинга.
В случае непринятия лизингодателем мер для реализации предмета лизинга, в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 406 ГК РФ лизингодатель утрачивает право требовать от лизингополучателя оплаты пользования финансированием, возмещения расходов на хранение изъятого предмета лизинга за период после истечения разумного срока, необходимого для реализации имущества.
Непринятие разумных мер для скорейшей реализации предмета лизинга в ситуации наличия спроса на вторичном рынке может свидетельствовать о бездействии лизингодателя и выступать основанием для определения стоимости возвращенного предмета лизинга исходя из рыночного уровня цен по состоянию на момент изъятия предмета вместо фактической цены продажи (статья 6 и абзац третий пункта 1 статьи 349, пункты 1 и 2 статьи 406 ГК РФ).
Также непринятие лизингодателем указанных мер может являться основанием для уменьшения размера ответственности лизингополучателя, в частности, при решении вопроса о возмещении за его счет убытков – расходов
на хранение изъятого предмета лизинга до момента продажи имущества (пункт 1 статьи 404 ГК РФ).
Соответствующие правовые позиции изложены в пунктах 17 и 18 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021.
В соответствии с пунктом 4 постановления № 17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 настоящего постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ – при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).
Оценивая срок продажи предмета лизинга с точки зрения его разумности, суды установили, что 07.03.2024 автомобиль изъят у лизингополучателя; 25.03.2024 проведена оценка рыночной стоимости предмета лизинга по состоянию на 22.03.2024 в размере 3 438 000 руб.; 18.04.2024 автомобиль выставлен на продажу на трех торговых площадках по цене 4 490 000 руб.; 18.10.2024 цена снижена посредством выставления соответствующих объявлений до 4 150 000 руб.; 30.10.2024 автомобиль продан по договору купли-продажи за 3 900 000 руб.
Суды указали, что истцами не представлены доказательства содействия лизингополучателем лизингодателю в поиске покупателя автомобиля, не доказано, что при имеющейся конъюнктуре рынка продажи автомобилей предмет лизинга мог быть продан в более короткий срок без снижения цены.
При изложенных обстоятельствах суды пришли к выводу о том, что срок реализации (порядка восьми месяцев) автомобиля является разумным, в том числе и потому, что существенно не отличается от срока, указанного истцами как разумного (шесть месяцев).
Вместе с тем судами не учтено следующее.
Как указано в пункте 17 Обзора от 27.10.2021, по общему правилу финансирование по договору выкупного лизинга в случае его расторжения считается возвращенным в соответствующем размере лизингодателю с момента продажи предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого для его реализации.
В связи с тем, что в законодательстве прямо не урегулирован вопрос о стоимости, по которой лизингодатель должен осуществлять продажу имущества, возможно применение по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) положений гражданского законодательства о залоге.
В силу положений пункта 3 статьи 340, абзаца третьего пункта 1 статьи 349 ГК РФ при обращении взыскания на предмет залога ценой его реализации
(начальной продажной ценой) по общему правилу выступает согласованная сторонами стоимость. При обращении взыскания и реализации заложенного имущества залогодержателем и иными лицами должны быть приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от продажи предмета залога. Лицо, которому причинены убытки неисполнением указанной обязанности, вправе потребовать их возмещения.
В соответствии с приведенными нормами, а также с учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), судебная практика исходит из того, что лизингодатель, реализуя предмет лизинга, должен учитывать интересы лизингополучателя, избегая причинения последнему неоправданных потерь, предоставляя лизингополучателю необходимую информацию об условиях продажи изъятого имущества, в том числе сведения о результатах оценки имущества и о предполагаемой цене его продажи.
Данная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125, от 28.09.2022 № 305-264519/2020, от 18.08.2022 № 305-ЭС22-6361, от 15.06.2022 № 305-ЭС22-356, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851, от 09.12.2021 № 305-ЭС21-16495.
Из приведенных законоположений и разъяснений суда высшей судебной инстанции следует, что бремя представления доказательств, свидетельствующих о принятии мер по скорейшей реализации имущества либо о наличии объективных препятствий в организации своевременной продажи предмета лизинга, лежит на лизингодателе.
Между тем принятые по делу решение и постановление не содержат ссылок на доказательства, свидетельствующие о принятии лизингодателем мер по скорейшей реализации имущества либо о наличии объективных препятствий в организации продажи предмета лизинга.
Истцы при рассмотрении дела в судах первой, апелляционной и кассационной инстанций указывали, что организация продажи возвращенных предметов лизинга заняла неоправданно долгий срок, в то время как изъятый предмет лизинга был возвращен в надлежащем состоянии, являясь ликвидным товаром (легковой автомобиль LEXUS RX 300); количество просмотров
на сайте www.avito.ru в отношении данного автомобиля также свидетельствовало о высокой ликвидности товара.
При этом из имеющихся в деле доказательств следует, что автомобиль выставлен на продажу по цене, превышающей рыночную цену, определенную оценщиком; корректировка цены произведена лизингодателем лишь через 6 месяцев после определения первоначальной цены, и только после этого автомобиль был реализован.
Из материалов дела не усматривается, что ответчик документально опроверг доводы предпринимателя о разумности и достаточности шестимесячного срока реализации исправного ликвидного легкового автомобиля, представил сведения о причинах длительной реализации предмета
лизинга при наличии в деле сведений о многочисленных просмотрах объявления о продаже (объявления приобщены в материалы электронного дела лизингодателем 13.02.2025), обосновал длительное непринятие мер по определению надлежащей цены реализации при наличии в деле как сведений о результатах оценки, так и сведений о превышении объявленной цены реализации над среднерыночным диапазоном цен (по сведениям сайта www.avito.ru в представленных ответчиком объявлениях), либо иным образом обосновал фактический срок реализации автомобиля.
Между тем разумность срока реализации предмета лизинга напрямую влияет как на период начисления подлежащих включению в сальдо сумм платы за финансирование после расторжения договора, так и на цену реализации.
Разумность периода реализации влияет также на размер убытков, состоящих в расходах на хранение (определение Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС22-20125 от 21.04.2023).
Превышение разумного срока реализации может повлечь неоправданное перераспределение сальдо в пользу лизингодателя, что следует принимать во внимание с учетом положений пункта 1 статьи 404 ГК РФ.
В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.
Как разъяснено в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).
Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.
Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.
Согласно пункту 79 постановления № 7 в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).
По буквальному смыслу статьи 333 ГК РФ условия уменьшения неустойки судом сформулированы в отношении ситуации, когда кредитором в судебном порядке заявлено требование о взыскании неустойки.
Однако гражданское законодательство предусматривает необходимость соотнесения встречных предоставлений сторон по результатам расторжения договора, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения одной из них и, следовательно, допускает возможность предъявления любой из сторон требования о взыскании суммы, определенной по итогам сальдирования обязательств, включая обязательство лизингополучателя по уплате неустойки (абзац второй пункта 4 статьи 453 ГК РФ).
В связи с этим сторона договора не может быть лишена права требовать уменьшения неустойки, начисленной другой стороной, если неустойка участвует в определении завершающей договорной обязанности и в судебном порядке рассматривается требование о взыскании соответствующей суммы денежных средств. Отказ в удовлетворении иска должника к кредитору о снижении договорной неустойки со ссылкой на то, что положения статьи 333 ГК РФ применяются лишь в том случае, когда иск о взыскании неустойки предъявлен кредитором, является неправомерным.
Указанное выше согласуется с правовыми позициями, закрепленными в пункте 79 постановления № 7, в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.
Из приведенного следует, что ходатайство о снижении неустойки, заявленное истцами в рамках рассмотрения их собственного иска к получателю неустойки (при сальдировании обязательств сторон), подлежит рассмотрению по общим правилам статьи 333 ГК РФ.
Согласно пункту 5.2.2 договора лизингополучатель обязуется в течение 10 (десяти) календарных дней с момента получения предмета лизинга от продавца зарегистрировать предмет лизинга в органах Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, Государственного надзора за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники или иных надлежащих органах и в течение 2 (двух) рабочих дней, после осуществления регистрационных действий передать лизингодателю паспорт транспортного средства (паспорт самоходной машины), в случае если транспортного средства (паспорт самоходной машины) выдан в бумажном виде, копию свидетельства о
регистрации, копию страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.
В силу пункта 11.2.3 договора лизинга в случае невыполнения обязательств, указанных в пункте 5.2 договора лизинга, лизингополучатель обязан уплатить неустойку (штраф) в размере 100 000 руб.
Судами установлено, что 20.07.2023 лизингодатель передал по акту лизингополучателю, а лизингополучатель принял во временное владение и пользование для производственных целей данное имущество.
Регистрационные действия в отношении предмета лизинга должны быть совершены не позднее 31.07.2023; это обязательство лизингополучателем исполнено 14.08.2023.
С учетом изложенного суды признали, что указанная сумма штрафа правомерно включена ответчиком в расчет сальдо.
Ссылки подателя жалобы на оставление без оценки судом первой инстанции ходатайства о снижении штрафа по правилам статьи 333 ГК РФ судом апелляционной инстанции отклонены с указанием на то, что фактически о снижении штрафа на основании данной статьи предпринимателем заявлено не было (как это было сделано в отношении неустойки за просрочку внесения лизинговых платежей). При этом, как указал апелляционный суд, никаких доводов, кроме чрезмерности и завышенной суммы штрафа, а также доказательств, подтверждающих позицию истца, в материалы дела представлено не было.
Вместе с тем указанные выводы суда апелляционной инстанции противоречат материалам дела, согласно которым истцами со ссылкой на статью 333 ГК РФ заявлено мотивированное ходатайство о снижении штрафа, установленного в пункте 11.2.3 договора, в их письменных пояснениях
от 08.01.2025.
Верховный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что оставление без оценки ходатайства о снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ является основанием для отмены судебных актов. При этом указанное ходатайство подлежит проверке с учетом обстоятельств дела, а не формально.
Указанная правовая позиция, в частности, отражена в делах, касающихся договора лизинга (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2022 № 305-ЭС22-10240, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.2022 № 308-ЭС21-16199).
Однако судом первой инстанции данное заявление по существу не рассмотрено, в состоявшемся по делу решении вопрос о соразмерности указанной неустойки последствиям нарушения обязательства разрешения не получил, данное процессуальное нарушение не исправлено судом апелляционной инстанции.
Кроме того, суд кассационной инстанции отмечает следующее.
При реализации права на получение неустойки, как и при осуществлении любого иного гражданского права, в силу положений пункта 3 статьи 1, пункта
1 статьи 10 и пункта 3 статьи 307 ГК РФ сторона обязательства должна действовать добросовестно – учитывать права и законные интересы другой стороны, воздерживаться от намеренного причинения вреда.
Заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав в силу пункта 2 статьи 10 ГК РФ влечет отказ в их судебной защите.
Суд вправе отказать в присуждении неустойки в пользу лица, действия которого носят заведомо недобросовестный характер, в частности, если лицо утратило интерес к обязательству, в отношении которого установлена неустойка, но продолжает требовать ее уплаты (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2014 № 305-ЭС14-3435).
Кроме того, поскольку лизинговая компания является профессиональным участником соответствующей сферы гражданского оборота, предполагается, что договорные условия установлены по ее инициативе, а у лизингополучателя отсутствовала возможность оказать реальное влияние на определение условий договора, если иное не опровергнуто лизингодателем (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 307-ЭС23-5453).
С учетом изложенного подлежали судебной оценке доводы предпринимателя о том, что лизингодатель заявил о применении к лизингополучателю рассматриваемой меры ответственности лишь после расторжения договора и возврата предмета лизинга, в период рассмотрения настоящего иска, а также не привел обоснования, каким образом поведение лизингополучателя нарушило его права по расторгнутому договору и в отношении уже возвращенного имущества и позволяет компенсировать реальные имущественные потери лизингодателя.
Поскольку изложенные обстоятельства влияют на результат настоящего спора, связанного с необходимостью верного определения сальдо взаимных обязательств по договору лизинга, допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права не могут быть устранены судом кассационной инстанции, это влечет отмену судебных актов с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
При новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо оценить имеющиеся в деле доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц и рассмотреть спор с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.
Как следует из части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вопрос о распределении судебных расходов,
в том числе в отношении уплаченной государственной пошлины за подачу кассационной жалобы, разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.
Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Свердловской области от 17.02.2025 по делу № А60-49505/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2025 по тому же делу отменить.
Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Арбитражного суда Свердловской области.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий Д.И. Мындря
Судьи Л.Н. Черемных
А.А. Сафронова