АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
кассационной инстанции по проверке законности
и обоснованности судебных актов арбитражных судов,
вступивших в законную силу
«24» октября 2023 года
Дело № А14-14501/2022
г. Калуга
Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2023 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2023 года.
Арбитражный суд Центрального округа в составе:
председательствующего
ФИО1,
ФИО2,
ФИО3,
при участии в судебном заседании:
от истца
от ответчика
генерального директора ФИО4 и представителя ФИО5 по доверенности от 22.06.2023;
представителя ФИО6 по доверенности от 10.02.2021,
рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Форест-опт» на решение Арбитражного суда Воронежской области от 31.03.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2023 по делу № А14-14501/2022,
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью «Форест-опт» (далее – истец, 394028, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) обратилось в арбитражный суд с исковыми требованиями к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее - ответчик, 117312, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании убытков в размере 184 698 051 руб. 47 коп. и стоимости экспертных услуг в сумме 101 699 руб.
Решением Арбитражного суда Воронежской области от 31.03.2023 (судья Стеганцев А.И.), оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2023 (судьи Сурненков А.А., ФИО7, ФИО8) в удовлетворении иска отказано.
Не соглашаясь с названными судебными актами, ООО «Форест-опт» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в связи с нарушением норм процессуального и материального права, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области в ином составе суда. Истец в обоснование своей позиции ссылается на нарушение судом принципа независимости при распределении дел между судьями, игнорирование судами принципа преюдициальности решений арбитражных судов, признавших незаконность действий (бездействия) ответчика; необоснованное отклонение выводов экспертного заключения № 9773/13-0 от 15.11.2021 о расчете убытков, вызванных ограничением расходно-кассового обслуживания с последующим закрытием банковского счета ответчиком.
В отзыве от 11.10.2023 ответчик просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.
Представитель истца в судебном заседании поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы.
В судебном заседании представитель ответчика возражал против удовлетворения кассационной жалобы, пояснил, что в материалах дела отсутствуют доказательства осуществления истцом подготовительных действий по оплате необходимых услуг для маркировки обуви.
Проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актов, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей истца и ответчика, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов, исходя из следующего.
Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует материалов дела, 01.12.2017 между ООО «Форестопт» (истец) и ПАО «Сбербанк России» в лице дополнительного офиса № 9013/2061 Центрально-Черноземного банка ПАО Сбербанка (ответчик), был заключен договор - конструктор № ЕД 913/0261/073363 с одновременным заключением договора банковского счета №40702810913000005126, открытием банковского счета № 40702810913000005126 (транзитного счета) на условиях пакета услуг «Легкий старт» и заключением договора о предоставлении услуг с использованием системы дистанционного банковского обслуживания в ПАО Сбербанк №1300/0261/000621.
02.08.2018 ответчик, в рамках исполнения требований Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» направил в электронной форме запрос истцу о предоставлении документов по операциям с контрагентами за период с 01.04.2018 по 03.08.2018, а также письменных пояснений в отношении экономического смысла операций, чьими силами осуществляется грузоперевозки, место хранения товара.
ООО «Форест-опт» предоставило в ПАО «Сбербанк России» пакет документов с письменными пояснениями.
Ответчиком было принято решение о приостановлении предоставления истцу услуги системы дистанционного банковского обслуживания «Сбербанк бизнес Онлайн» (СДБО), с одновременным требованием предоставления платежных поручений на бумажном носителе и документов подтверждающих экономический смысл операций.
19.08.2019 ответчик направил ООО «Форест-опт» уведомление № 270-22Т/57 от 16.08.2019 о расторжении договора банковского счета (вклада) №40702810913000005126 на основании п. 5.2 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» в связи с тем, что в течение календарного года принято два решения об отказе в совершении операций по счету.
15.10.2019 ответчик сообщил истцу о закрытии банковского счета № 40702810913000005126.
Вышеуказанные обстоятельства явились основанием для обращения «Форест-опт» в Арбитражный суд Воронежской области с исковыми заявлениями к ПАО «Сбербанк России» о признании вышеуказанных действий ПАО «Сбербанк России» необоснованными и незаконными.
Решением Арбитражного суда Воронежской области от 16.03.2020 по делу №А14-7417/2019, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2020, действия ПАО Сбербанк по отказу выполнить распоряжение ООО «Форестопт» о проведении операции по банковскому счету (вклада) №4070281091300005126 по перечислению денежных средств по перечислению денежных средств ООО «НСК-Люкс» на основании платежного поручения № 124 от 21.03.2019 на сумму 283 864 руб., по отказу выполнить распоряжение ООО «Форест-опт» о проведении операции по банковскому счету (вкладу) №4070281091300005126 по перечислению денежных средств ООО «НСК-Люкс» на основании платежного поручения № 40 от 19.02.2019г. на сумму 147 672 руб. 50 коп., по ограничению доступа ООО «Форест-опт» к системе дистанционного банковского обслуживания «Сбербанк Бизнес Онлайн», по одностороннему расторжению договора банковского счета (вклада) №40702810913000005126, заключенному с ООО «Форест-опт», признаны незаконными признаны необоснованными. Суд обязал ПАО Сбербанк восстановить доступ ООО «Форест-опт» к системе дистанционного банковского обслуживания «Сбербанк Бизнес Онлайн» по договору банковского счета (вклада) № 40702810913000005126 на согласованных сторонами условиях от 01.12.2017, восстановить банковское обслуживание с ООО «Форест-опт» по договору банковского счета (вклада) № 40702810913000005126 на согласованных сторонами условиях от 01.12.2017, представить в Росфинмониторинг сведения об отсутствии оснований для отказов в выполнении распоряжений ООО «Форест-опт» о проведении операций по платежному поручению № 124 от 21.03.2019 на сумму 283 864 руб. и платежному поручению № 40 от 19.02.2019 на сумму 147 672 руб. 50 коп., представить в Росфинмониторинг информацию об устранении оснований в невыполнении распоряжений ООО «Форест-опт» о совершении операций по банковскому счету (вкладу) № 4070281091300005126, представить в Росфинмониторинг информацию об отсутствии оснований для одностороннего расторжения договора банковского счета (вклада) № 40702810913000005126, заключенного с ООО «Форест-опт», с момента вступления решения суда в законную силу.
Также решением Арбитражного суда Воронежской области от 16.03.2020 по делам № А14-8041/2019, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2020, действия ПАО Сбербанк, выразившиеся в отказе выполнить распоряжение ООО «Форест-опт» о проведении операции по банковскому счету (вкладу) № 4070281091300005126 по перечислению денежных средств ООО «Тотто» на основании платежного поручения № 134 от 28.03.2019 на сумму 97 0560 руб., в отказе выполнить распоряжение ООО «Форест-опт» о проведении операции по банковскому счету (вкладу) № 4070281091300005126 по перечислению денежных средств ООО «Тотто» на основании платежного поручения № 48 от 19.02.2019 на сумму 213 552 руб., в отказе выполнить распоряжение ООО «Форест-опт» к системе дистанционного банковского обслуживания «Сбербанк Бизнес Онлайн», в одностороннем расторжении договора банковского счета (вклада) №40702810913000005126, заключенного с ООО «Форест-опт», признаны незаконными признаны необоснованными. Суд обязал ПАО Сбербанк восстановить доступ ООО «Форест-опт» к системе дистанционного банковского обслуживания «Сбербанк Бизнес Онлайн» по договору банковского счета (вклада) № 40702810913000005126 на согласованных сторонами условиях от 01.12.2017, восстановить банковское обслуживание ООО «Форест-опт» по договору банковского счета (вклада) № 40702810913000005126 на согласованных сторонами условиях от 01.12.2017, представить в Федеральную службу по финансовому мониторингу информацию об отсутствии оснований для отказов в выполнении распоряжений ООО «Форест-опт» о проведении операций по платежному поручению № 134 от 28.03.2019 на сумму 97 056 руб. и платежному поручению № 48 от 19.02.2019 на сумму 213 552 руб., представить в Федеральную службу по финансовому мониторингу информацию об устранении оснований в невыполнении распоряжений ООО «Форест-опт» о совершении операций по банковскому счету (вкладу) № 4070281091300005126, представить в Федеральную службу по финансовому мониторингу информацию об отсутствии оснований для одностороннего расторжения договора банковского счета (вклада) № 40702810913000005126, заключенного с ООО «Форест-опт», с момента вступления решения суда в законную силу. С ПАО Сбербанк в пользу ООО «Форест-опт» взыскано 42 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.
Истец, полагая, действия ПАО Сбербанк, выразившихся в ограничении расходно-кассового обслуживания с последующим закрытием банковского счета привели к образованию у него убытков, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.
Принимая обжалуемые судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь ст. 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 4, 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.
По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод судов первой и апелляционной инстанций соответствует положениям законодательства и материалам дела.
Согласно ст. 8, 12, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Защита гражданских прав может осуществляться путем возмещения убытков. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Применение данной меры ответственности возможно лишь при наличии условий наступления ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между наличием убытков и противоправностью поведения ответчика.
В соответствии с требованиями Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» ответчиком был осуществлён текущий мониторинг операций клиента, в том числе в части наличия признаков фиктивной деятельности. Следовательно, для применения мер противодействия достаточно наличия лишь подозрений в совершении клиентом операций в целях легализации доходов, полученных преступным путем.
Достаточность подозрений для принятия мер по противодействию легализации подходов, полученных преступным путем, обусловлена тем, что регулируемые вышеназванным законом отношения имеют особую значимость – данный закон направлен на защиту интересов неопределенного круга лиц, обеспечения безопасности жизни и здоровья граждан, а также безопасности государства (публичного интереса) (ст.1 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»).
Наличие подозрений предполагает определенную вероятность наступления события, но не означает, что это событие неизбежно наступит.
Применительно к отношениям, регулируемым данным законом, это означает, что, если кредитной организацией будут установлены факты, которые в их совокупности будут указывать на высокую вероятность совершения клиентом операций с целью легализации преступных доходов, у нее появятся основания для применения мер пресечения такой деятельности, при том, что данное предположение может оказаться неверным.
Согласно ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность осуществляется на свой страх и риск и, соответственно, при вступлении в гражданские правоотношения субъекты должны проявлять разумную осмотрительность.
Исходя из смысла положений ст. 401 указанного кодекса, стороны договора могут согласовать ограничение ответственности за неисполнение условий договора, за исключением случаев умышленного нарушения обязательств.
Судами установлено, что договором банковского счета от 01.12.2017, заключенным между Банком и ООО «Форест-опт», предусмотрено условие об ограничении ответственности в случае отказа в проведении операций на основании положений Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Так, согласно р. 9.4 «Условий открытия и обслуживания банковского счета клиента» банк не несет ответственности за отказ от приема, за неисполнение или ненадлежащее исполнение распоряжений клиента и связанные с этим убытки в случаях, предусмотренных п. 3.13, 6.3 и 8.5 данных условий. В свою очередь, согласно п. 8.5 вышеназванных условий банк вправе полностью или частично приостановить операции клиента, а также отказать в совершении операций, за исключением операций по зачислению денежных средств, в случаях, установленных законодательством Российской Федерации, а также если у банка возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.
При этом судами учтено, что в данном случае, отказывая истцу в исполнении платежного поручения, ответчик действовал в рамках возложенных на него соответствующим законодательством публично-правовых обязанностей по осуществлению контроля за расчетными операциями.
В соответствии со п. 12 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», применение мер по замораживанию (блокированию) денежных средств или иного имущества в соответствии с пп. 6 п. 1 данной статьи и п. 5 ст. 7.5 указанного закона, приостановление операций в соответствии с п. 10 ст. 7 и п. 8 ст. 7.5 названного закона, отказ от выполнения операций в соответствии с п. 11 ст. 7 не являются основаниями для возникновения гражданско-правовой ответственности организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, за нарушение условий соответствующих договоров.
Как правомерно указывают суды, тот факт, что Арбитражный суд Воронежской области по делам № А14-8041/2019 и № А14-7417/2019, признавая незаконными отказы банка в проведении платежа со ссылкой на Федеральный закон от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», дал иную оценку доказательствам, чем ту, которая была дана ответчиком о подозрении клиента в совершении сомнительных операций, не означает, что арбитражным судом было установлено обстоятельство умышленного нарушения ответчиком договора с клиентом.
Учитывая специфику применения банками Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», так как для применения мер противодействия достаточно подозрений в совершении сомнительных операций, выводы суда при принятии решений по делам № А14-8041/2019 и № А14-7417/2019 о том, что данные подозрения не подтвердились, не означают, что ответчиком было допущено умышленное нарушение.
Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 20.12.2018 № 3148-О, учитывая, что организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, отказывают в выполнении операций в соответствии с положениями Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», федеральный законодатель предусмотрел в п. 12 ст. 7 указанного закона, что такой отказ не является основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности этих организаций за нарушение условий соответствующих договоров, за исключением случаев, когда организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, отказали в выполнении операций в нарушение требований данного закона.
Судами правомерно указано на ошибочность суждений истца о том, что отказы ответчика в проведении платежных операции и расторжении договора банковского обслуживания, хоть и были признаны судом незаконными, могут автоматически считаться умышленно-противоправными.
Убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права, возмещение которых должно быть основано на общих принципах наступления гражданско-правовой ответственности.
По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, факты нарушения обязательства или причинения вреда, представить доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должника и названными убытками (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).
Как следует из искового заявления, ООО «Форест-опт» просит взыскать недополученную выгоду за период с сентября 2018 года по август 2019 года в размере 29 180 863 руб. 46 коп. и за период с сентября 2019 года по июль 2021 года в размере 154 275 841 руб. 67 коп., возникшие вследствие отказа ответчика в проведении платежей истца, расторжении договора банковского счета и блокировки ДБО.
По смыслу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением и такое нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду. Если в числе причин неполучения прибыли имеются и другие обстоятельства, за которые ответчик не отвечает, то на него не может быть возложена ответственность за убытки. Допущенные ответчиком нарушения, таким образом, должны являться единственным препятствием, которые не позволили истцу извлечь выгоду.
Помимо расчета неполученного дохода истец также должен рассчитать свои необходимые затраты, которые он понес бы при извлечении дохода, поскольку деятельность, направленная на извлечение дохода, всегда сопряжена с определенными затратами: налоговыми платежами, выплатой вознаграждения контрагентам и др. В обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и другие доказательства возможности ее извлечения.
Таким образом, для взыскания упущенной выгоды подлежат доказыванию: предполагаемый размер неполученного дохода с учетом реальности его получения при обычных условиях гражданского оборота; меры, предпринятые потерпевшим для получения дохода, сделанные с этой целью приготовления, а также разумные затраты, которые мог понести участник оборота, если бы другой участник гражданского оборота действовал в соответствии с законом; допущенное нарушение являлось единственным препятствием, не позволившим истцу получить доходы; возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления.
Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало причиной, лишившей его возможности получить прибыль от выполнения работ, оказания услуг.
Между тем, как правомерно указано судами, в нарушение вышеизложенных ном и разъяснений, истцом не представлено достоверных и надлежащих доказательств, объективно подтверждающих наличие реальной возможности получения дохода за указанные периоды.
При этом, выводы о наличии каких-либо убытков сделаны исключительно на основании акта экспертного исследования № 9973/13, которые не подтверждается какими-либо иными доказательствами, и более того, перед экспертом были поставлены вопросы о размере неполученного дохода на основании средних показателей за аналогичные периоды, а не в отношении размера упущенной выгоды по смыслу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Суды также исходили из того, что истцом не учтено то обстоятельство, что размер неполученного дохода, рассчитанный экспертом не включает указание на какие-либо издержки, которые мог понести истец, в том числе на закупку обуви для ее последующей реализации.
Кроме этого, отклоняя доводы истца, приведенные также и суду кассационной инстанции, суды правомерно указали, что система ДБО и корпоративная карта, являются дополнительными услугами, позволяющими осуществлять банковские операции с использованием удаленных каналов и системы быстрых платежей и их блокировка не препятствует осуществлению данных операций, а лишь меняет порядок их осуществления; расторжение договора банковского счета, внесение в СТОП-Лист с кодом причины внесения 4.05 и направление информации в Росфинмониторинг не препятствует юридическому лицу открытию счета в других кредитных организациях, если не выявлены дополнительные риск-факторы в ходе проверки при открытии счета.
При этом судами учтено, что в п. 13.3 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» специально оговорено то обстоятельство, что информация, полученная от Центрального банка Российской Федерации по основанию, изложенному в абзаце первом настоящего пункта, не может использоваться указанными в абзаце первом настоящего пункта организациями в качестве единственного основания при оценке степени (уровня) риска совершения клиентом подозрительных операций.
Аналогичные разъяснения были даны Банком России в Информационном письме от 15.06.2017 № ИН-014-12/29.
При этом, как указывают суды, сам факт отказа должен быть оформлен в письменном виде, что подтверждается, в том числе, письмом Банка России от 10.06.2021 № 59-4/29017.
Истцом не представлено в материалы дела каких-либо уведомлений или писем на его обращения от АО «ЮниКредитБанк», АО «Росгосстрах Банк», АО «Россельхозбанк» об отказе в заключении договора банковского счета по причине введения ограничительных мер Росфинмониторингом; истец не представил в материалы дела документального подтверждения реальности своих действий, направленных на получение банковского обслуживания в других кредитных учреждениях; истец не представил доказательств невозможности исполнения своих обязательств перед своими контрагентами иным способом, предусмотренным гражданским законодательством.
Ссылка истца на нарушение судом первой инстанции порядка автоматического распределения дел не нашла своего подтверждения в ходе рассмотрения кассационной жалобы.
Применительно к фактическим обстоятельствам дела, все доводы заявителя кассационной жалобы получили надлежащую оценку судов первой и апелляционной инстанций. Оснований для переоценки у суда кассационной инстанции не имеется.
Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.
При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены оспариваемых судебных актов.
Руководствуясь статьями 284, 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,
ПОСТАНОВИЛ:
Решение Арбитражного суда Воронежской области от 31.03.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2023 по делу № А14-14501/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий
ФИО1
Судьи
ФИО2
ФИО3