г. Владимир Дело № А43-23331/2023

17 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Полушкиной К.В.,

судей Евсеевой Н.В., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.12.2024 по делу № А43-23331/2023,

принятое по ходатайству финансового управляющего ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, г. Горький, ИНН <***>, СНИЛС <***>, адрес: 603142 <...>) ФИО2 о завершении процедуры реализации имущества должника,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

ФИО1 (далее – ФИО1, должник), со ссылкой на пункт 1 статьи 213.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 15.08.2023 возбуждено производство по делу № А43-23331/2023 о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением арбитражного суда от 17.10.2023 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2 (далее – финансовый управляющий).

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.12.2024 (резолютивная часть от 09.12.2024) процедура реализации имущества ФИО1 завершена; должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением обязательств перед кредитором ПАО «Совкомбанк» по обязательству, включенному в реестр требований кредиторов, и обязательств, указанных в пунктах 4-6 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить в части неприменения в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк», кредитор, Банк). Апеллянтом также заявлено ходатайство о восстановлении срока для подачи апелляционной жалобы в связи с поздней публикацией обжалуемого судебного акта на сайте суда.

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2025 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет» по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

С учетом заявленного ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока, соблюдения предельно допустимого срока подачи данного ходатайства, срока опубликования судебного акта в «Картотеке арбитражных дел», а также отсутствия в материалах делах доказательств отправки копии определения суда в адрес должника, апелляционный суд полагает необходимым восстановить срок подачи апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

В ходе процедуры реализации имущества ФИО1 финансовый управляющий представил в арбитражный суд, в том числе, реестр требований кредиторов должника, отчет о своей деятельности и расходовании денежных средств, ответы регистрирующих органов, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства; заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника и применении в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Из представленных документов следует, что ФИО1 не состоит в официально зарегистрированном браке, на иждивении несовершеннолетних детей не имеет.

В настоящее время должник трудоустроен в ООО «ЕТМ».

Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 3 734 616,26 руб. Гашение реестра требований кредиторов не производилось.

Управляющим не обнаружено подозрительных сделок, совершенных должником в течение трех лет, предшествующих дате принятия к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Финансовый управляющий пришел к выводу об отсутствии у должника признаков фиктивного, преднамеренного банкротства; сообщение об этом опубликовано в ЕФРСБ (сообщение от 14.08.2024 № 15087834).

Суд первой инстанции установил, что финансовым управляющим выполнены все мероприятия, необходимые для завершения процедуры банкротства в отношении должника, и исполнена установленная в пункте 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве обязанность по представлению в арбитражный суд отчета о результатах реализации имущества гражданина и иных документов, необходимых для завершения реализации имущества гражданина.

Учитывая выполнение всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствие возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, арбитражный суд пришел к выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

Выводы суда первой инстанции в части завершения процедуры реализации имущества в отношении ФИО1 лицами, участвующими в деле, не оспариваются, апелляционным судом не пересматриваются (часть 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Должник обжалует судебный акт в части неприменения к нему правила об освобождении от обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

Заявляя о не освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств, Банк сослался на недобросовестное поведение должника, в результате которого из его имущественной сферы выбыло залоговое имущество, кредитор утратил возможность получения удовлетворения своих требований за счет предмета залога.

Возражая в отношении указанных доводов, ФИО1 указал, что транспортное средство выбыло из имущественной массы должника не по его воле, а в результате преступления, совершенного неустановленным лицом.

Повторно рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Указанное позволяет гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам.

Обязательным элементом правовой конструкции освобождения должника-банкрота от исполнения обязательств, как последствия признания его несостоятельным, является добросовестность должника.

Освобождение должника от исполнения обязательств само по себе не является целью банкротства гражданина. По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2017 № 308-ЭС17-15938).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, институт банкротства – этой крайний экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывающих на получение причитающегося им. Названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами.

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов (пункт 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей (в частности, таких как право конкретного лица на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, на получение оплаты за труд, алиментов (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве)), либо на недопущение поощрения злоупотреблений (например, в виде недобросовестного поведения при возникновении, исполнении обязательств и последующем банкротстве, доведения подконтрольной организации до банкротства, причинения ей убытков, умышленного уничтожения чужого имущества (пункты 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве)) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2023 № 305-ЭС22-25685 по делу № А40-129309/2021).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как разъяснено в абзацах 4-5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Названные в Законе о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

В частности, пунктом 4 указанной нормы предусмотрены исключения из общего правила, когда освобождение гражданина от обязательств не допускается. Перечень случаев, исключающих освобождение должника от обязательств, является исчерпывающим.

Освобождение не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для не освобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства.

В силу требований части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 21.02.2024, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024, требования ПАО «Совкомбанк» в размере 1 938 283,74 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, как требования, обеспеченные залогом движимого имущества, а именно: автомобилем HYUNDAI Creta, 2019 год выпуска, VIN <***>.

Из материалов обособленного спора следует, что 13.02.2020 между ПАО «Совкомбанк» и ФИО1 (заемщиком) заключен кредитный договор <***> (с условием договора залога), в соответствии с условиями которого, Банк предоставил заемщику кредит в сумме 1 696 782,26 руб. на потребительские цели (приобретение товара – транспортного средства), под 16,474% годовых, на срок 60 месяцев.

В соответствии с пунктом 10 Индивидуальных условий договора, в обеспечение полного и надлежащего исполнения обязательств по потребительскому кредиту <***> должник передал в залог ПАО «Совкомбанк» автомобиль марки HYUNDAI модель Creta, 2019 года выпуска, VIN <***>.

В реестре уведомлений о залоге движимого имущества зарегистрировано в установленном законом порядке Уведомление о возникновении залога движимого имущества номер 2020-004-474772-581 от 14.02.2020.

Вступившим в законную силу заочным решением Автозаводского районного суда г. Нижнего Новгорода по делу № 2-4541/2020 удовлетворены исковые требования Банка к ФИО1 и с последнего взыскана сумма задолженности 1 935 753,71 руб. Данным судебным актом также обращено взыскание на предмет залога (транспортное средство, принадлежащее ФИО1).

Однако меры принудительного исполнения судебного акта не привели к положительному результату.

Транспортное средство марки HYUNDAI модель Creta 2019 года выпуска, VIN <***> в конкурсную массу в ходе процедуры реализации имущества гражданина должником не передано.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что должник скрывает имущество.

В свою очередь, ФИО1 ссылается на утрату транспортного средства, отрицает наличие спорного автомобиля в фактическом владении должника. В материалы дела ФИО1 представлено постановление ОМВД России по району Покровское-Стрешнево г. Москвы об отказе возбуждении уголовного дела от 23.06.2020 № 1936/7070.

Как следует из указанного постановления, ФИО1, являясь сотрудником ООО «Некст», приобрел в кредит в ООО «СБСВ-Ключавто Волоколамка» два автомобиля марки «Хендай» модели «Крета» и якобы передал указанные автомобили вместе с документами двум водителям, трудоустроенным в ООО «Некст». Со слов ФИО1, указанные автомобили он передал генеральному директору ООО «Некст» ФИО3 на основании устной договоренности об аренде, однако какой-либо договор аренды не заключал. Денежные средства за пользование автомобиля ФИО1 не получил, транспортные средства ему не возвращены.

Факт отчуждения должником залогового автомобиля третьему лицу должником не отрицается.

Между тем, при заключении договора залога должник Банк о планируемой цели использования автомобиля не уведомил, согласие на передачу автомобиля иному лицу, в аренду неопределенному кругу лиц не получил (иное из материалов дела не усматривается, отсутствие согласия Банка должником не отрицается).

При этом коллегия судей отмечает, что аренда автомобиля предполагает активную эксплуатацию транспортного средства, причем лицами, не являющимися их собственниками и в этой связи не стремящиеся использовать автомобиль бережно, что влечет значительную амортизацию автомобиля, повышенный риск ухудшения его технического и физического состояния.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1, в нарушение договорных обязательств, без уведомления залогодержателя о планируемом использовании автомобиля с предпринимательской целью, для передачи в аренду, в отсутствие согласия Банка, передал транспортное средство в пользование третьему лицу, влекущее повышенные риски ухудшения его состояния.

Фактически должник не обеспечил сохранность залогового имущества, контроль за его наличием и состоянием. При этом прекратил исполнение обязательств по кредитному договору, безусловно, осознавая, что погашение долга за счет залогового имущества он обеспечить не может ввиду фактического отсутствия у него предмета залога. Узнав о хищении автомобиля (со слов должника), не уведомил Банк об утрате залогового имущества, правом на замену предмета залога на равноценное имущество не воспользовался.

Указанное поведение должника, по убеждению коллегии судей, не соответствует стандартам, предъявляемым действующим законодательством к добросовестным должникам по обязательству, предоставившим кредитору в обеспечение исполнения обязательств принадлежащее им имущество.

В силу пункта 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации залог является способом обеспечения обязательства, при котором кредитор - залогодержатель приобретает право в случае неисполнения должником обязательства получить удовлетворение за счет заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами.

Согласно пункту 1 статьи 343 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество (статья 338), обязан, в том числе не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества; принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц; немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

Согласно статье 346 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также условий договора залога залогодатель вправе отчуждать предмет залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу либо иным образом распоряжаться им только с согласия залогодержателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 344 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения заложенного имущества, если иное не предусмотрено договором залога.

Согласно пункту 4 статьи 345 Гражданского кодекса Российской Федерации, если предмет залога погиб или поврежден по обстоятельствам, за которые залогодержатель не отвечает, залогодатель в разумный срок вправе восстановить предмет залога или заменить его другим равноценным имуществом при условии, что договором не предусмотрено иное.

Сложившейся судебной практикой сформированы правовые подходы о том, что по общему правилу распоряжение должником предметом залога без согласия банка-кредитора расценивается как его недобросовестное поведение, которое привело к выбытию предмета залога из будущей конкурсной массы, и к невозможности для кредитора получить удовлетворение за счет стоимости заложенного имущества.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018), ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе, текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства, статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве).

В настоящем случае должник нарушил права и законные интересы кредитора, предусмотренные приведенными выше нормами.

Отсутствие в натуре автомобиля, на покупку которого должник получил кредит, уменьшило конкурсную массу, что снизило вероятность удовлетворения требований Банка и других кредиторов, а равно, нанесло ущерб имущественным интересам кредиторов.

Исполнение обязательств перед Банком за счет залогового имущества оказалось невозможным вследствие вышеуказанных недобросовестных действий/бездействия должника.

Доводы о хищении предмета залога третьим лицом данный вывод не опровергают. Риск утраты предмета залога несет должник как залогодатель. Причем, как установлено судом, утрата предмета залога стала возможной именно в результате ненадлежащего поведения должника.

В любом случае неблагоприятные последствия такого поведения должника не могут быть переложены на Банк, который должным образом исполнил свои обязательства по кредитному договору, рассчитывая на возможность удовлетворения своих требований к ФИО1 за счет предоставленного последним в обеспечение автомобиля.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что должник при принятии и исполнении обязательства перед Банком, на котором основано его требование в настоящем деле о банкротстве, действовал неправомерно.

Указанные выше действия должника не соответствуют принципу разумности и добросовестности, позволяющему применить к нему реабилитационную меру в виде освобождения от исполнения обязательств перед кредитором.

Названное свидетельствует о наличии предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований для неприменения в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

Коллегия судей соглашается с выводами суда первой инстанции в обжалуемой части, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемый судебный акт принят с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суд первой инстанций полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, оценил их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил все имеющие значение для дела обстоятельства.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Ввиду изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебного акта, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.12.2024 по делу № А43-23331/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

К.В. Полушкина

Судьи

Н.В. Евсеева

Д.В. Сарри