Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ульяновск Дело № А72-7970/2025

«21» октября 2025 года

Резолютивная часть решения оглашена 08.10.2025.

Полный текст решения изготовлен 21.10.2025.

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Пиотровской Ю.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мирибян А.А., в письменном виде с использованием средств аудиозаписи,

рассмотрев в судебном заседании путем использования системы веб-конференции (онлайн-заседания) дело

по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), Республика Башкортостан, г. Уфа,

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), Ульяновская обл., с. Безводовка,

о запрете использования обозначения,

при участии в заседании до и после перерыва:

от истца – ФИО3, паспорт, диплом, доверенность 16.09.2025;

от ответчика – не явились, уведомлены;

установил:

ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к ИП ФИО2 о запрете ответчику использовать обозначение «МУРАВЕЙ» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами).

Определением от 09.07.2025 иск принят к производству.

До судебного заседания посредством сервиса "Мой арбитр" от истца поступили возражения на отзыв на исковое заявление.

Документы приобщены к материалам дела в порядке ст.65,159 АПК РФ.

Представитель истца дал пояснения по отзыву ответчика, иск поддержал.

Суд в порядке ст. 163 АПК РФ объявил перерыв в судебном заседании до 08.10.2025 до 09 час. 05 мин. (время местное, МСК+1).

Представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

Представители ответчика в судебное заседание не явились.

Дело в судебном заседании рассматривается в отсутствие представителя ответчика, извещенного надлежащим образом о времени и месте проведения заседания, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ по имеющимся в деле материалам.

Как усматривается из иска, истец является правообладателем товарного знака (знака обслуживания) «МУРАВЕЙ» по свидетельству Российской Федерации № 543558, зарегистрированного 26.03.2001 с приоритетом от 29.11.1999 в отношении услуг 42 класса МКТУ «реализация товаров».

15.03.2025 истец провел закупку товара в магазине, находящемся по адресу: <...>, которая показала, что ответчик использует обозначение «МУРАВЕЙ» для индивидуализации услуг данного магазина.

Используемое ответчиком обозначение «МУРАВЕЙ» является тождественным с защищаемым товарным знаком, а осуществляемая ответчиком деятельность по реализации товаров с использованием спорного обозначения является идентичной услуге «реализация товаров» 42 класса МКТУ, в отношении которой, в частности, зарегистрирован данный товарный знак.

Ввиду того, что истец разрешения ответчику на использование спорного товарного знака не давал, истец обратился с иском в суд.

Исследовав материалы дела, заслушав позицию представителя истца, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Таким образом, истец как правообладатель имеет исключительное (приоритетное, преимущественное) право на использование своего товарного знака любым не противоречащим закону способом. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 N 305-ЭС16-7224, вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им АПК РФ, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Исходя из положений части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ.

В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования места происхождения товара либо сходного с ними до степени смешения обозначения. Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Как следует из материалов дела, наличие исключительных прав истца на товарный знак № 543558 ответчиком не оспаривается.

Оценивая сходство обозначения, использованного ответчиком, с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации N 543558, исключительное право на которое принадлежит истцу, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 162 Постановления N 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения спорного товарного знака и противопоставленных обозначений по всем критериям, предусмотренным законом и другими нормативно-правовыми актами, с учетом выработанных судебной практикой подходов, представленных сторонами доказательств и доводов по своему внутреннему убеждению в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками суд руководствуется положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также разъяснениями, содержащимися в Постановлении N 10.

Согласно пункту 41 Правил N 48, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно пункту 42 Правил N 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании наличия близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близости звуков, составляющих обозначения; расположения близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличия совпадающих слогов и их расположения; числа слогов в обозначениях; места совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близости состава гласных; близости состава согласных; характера совпадающих частей обозначений; вхождения одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании общего зрительного впечатления; вида шрифта; графического написания с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположения букв по отношению друг к другу; алфавита, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании подобия заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадения одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположности заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в изложенном пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 7.1.2 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральный институт промышленной собственности" от 20.01.2020 N 12 (далее - Руководство) установлено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и комбинированными обозначениями, включающими словесные элементы.

Изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными обозначениями, объемными обозначениями, комбинированными обозначениями, включающими изобразительные или объемные элементы.

Комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного.

В соответствии с пунктом 7.1.1 Руководства при анализе обозначения следует учитывать, что потребитель в большинстве случаев не имеет возможности сравнить два знака и руководствуется общим впечатлением о знаке, виденном ранее. При этом потребитель, как правило, запоминает отличительные элементы знака.

При выводе о сходстве сравниваемых товарных знаков (заявленного обозначения или товарного знака) до степени смешения также должен учитываться факт наличия однородности товаров и(или) услуг, в отношении которых товарные знаки зарегистрированы (заявлены) (пункт 7.2 главы 2 раздела IV настоящего Руководства).

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей и другие признаки. Те же принципы применяются при установлении однородности услуг.

Таким образом, если обозначения имеют некоторые различия, а товары и(или) услуги являются идентичными или в определенной степени однородными, что может привести к предположению об их возможной принадлежности одному правообладателю, то следует сформулировать вывод о сходстве до степени смешения таких товарных знаков или заявленных обозначений.

Как разъяснено в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом.

В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится. В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений. При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков.

Суд, проведя анализ сравниваемых обозначений на предмет сходства на основании вышеназванных критериев, приходит к выводу, что товарный знак истца, включающий словесный элемент "МУРАВЕЙ", и использованные ответчиком обозначения "МУРАВЕЙ 63" являются сходными по фонетическому, семантическому и визуальному критериям, при этом изобразительные и словесные элементы используемого ответчиком обозначения являются равнозначными по своей природе, поскольку такие элементы ввиду своего расположения, размера и исполнения производят единое целостное впечатление на потребителя, воспринимаются им как законченная единая композиция.

При сопоставлении спорного обозначения ответчика с товарным знаком истца с точки зрения их графического сходства выявлено, что используемое ответчиком обозначение тождественно товарному знаку истца по свидетельству Российской Федерации № 543558 (стиль написания - печатными прописными буквами русского алфавита), отдельные отличия исполнения не влияют на указанный вывод. Произношение товарного знака истца и обозначения ответчика "МУРАВЕЙ 63" тождественно в части словесного элемента "МУРАВЕЙ", равно как и совпадающих слогов, звуков, состава гласных и согласных букв.

Кроме того, словесный элемент "МУРАВЕЙ" является сильным (доминирующим) элементом в комбинированном обозначении, используемом ответчиком, и несет в себе основную смысловую нагрузку, а также индивидуализирующую функцию, тогда как числовой элемент "63" лишь характеризует словесный элемент "МУРАВЕЙ".

Кроме того, число «63» воспринимается как указание на номер региона, в котором ответчик осуществляет деятельность (Самарская область), число «63», входящее в состав спорного обозначения, не имеет оригинального графического исполнения, что позволило ассоциировать данное число с автомобильным кодом региона России, Самарской областью, с местом нахождения магазина заявителя, а следовательно, число «63» представляет собой общепринятый символ (аналогичная позиция изложена в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 24 октября 2024 г. по делу №СИП-279/2024).

Ответчик указывает, что он реализует товары – автомобильные детали, узлы, принадлежности, что не соответствует 42 классу МКТУ, в отношении которого товарному знаку истца предоставлена защита.

Довод ответчика о том, что в 42 класс МКТУ относятся научные, технологические и другие услуги, приведен без учета того, что до принятия 8-ой редакции МКТУ услуга, отражающая деятельность торговых предприятий, была отнесена практикой экспертизы с формулировкой "реализация товаров" к 42 классу МКТУ, который включал в это время все услуги, не отнесенные к другим классам, по общему принципу построения МКТУ.

Так, в Информационном письме Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 23 декабря 2011г. №2 "О формулировках терминов, идентифицирующих услуги, относящиеся к торговой деятельности, при включении их в перечень услуг 35 класса МКТУ" сказано: «В Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ), принятой Специальным союзом, образованным Ниццким соглашением о международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, такой вид услуг как торговля отсутствует. До принятия 8-ой редакции МКТУ услуга, отражающая деятельность торговых предприятий, была отнесена практикой экспертизы с формулировкой "реализация товаров" к 42 классу МКТУ, который включал в это время все услуги, не отнесенные к другим классам, по общему принципу построения МКТУ.

После введения в действие 8-ой редакции МКТУ, куда были включены новые классы (43, 44 и 45), и часть услуг, ранее относившихся к 42 классу, была реклассифицирована, либо исключена из МКТУ. В практике экспертизы для обозначения услуг, связанных с торговой деятельностью, стали использоваться формулировки, предусмотренные этой редакцией, в том числе использовалась формулировка "продвижение товаров для третьих лиц", содержащаяся в перечне 35 класса МКТУ. Такая практика сложилась несмотря на то, что в 8-ой редакции МКТУ, также как и в ранее принятых редакциях, в пояснении к 35 классу присутствует уточнение о том, что к этому классу не относится деятельность предприятий, основной задачей которых является сбыт товаров, т.е. так называемых «торговых предприятий».

При этом в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 17.06.2021 по делу №СИП-966/2020 отмечено, что систематизация МКТУ и место сопоставляемых товаров и услуг в этой классификации не влияют на оценку однородности товаров и услуг (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2006 №13421/05).

Довод ответчика о том, что в кассовом чеке слова «Магазин Муравей, ул. Ленина, 25» является указанием адреса торговой точки, является неправомерным, поскольку слова «Магазин Муравей» не относятся к адресу магазина.

Довод ответчика о том, что кассовый чек является доказательством оплаты и не является рекламой, не имеет значения, поскольку в силу подпункта 3 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ использование товарного знака на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот, является одним из способов использования товарного знака.

Наличие на выданных ответчиком чеках иных обозначений («КАМАЗАвто» и «GAZAvto») не исключает факта нарушения ответчиком исключительного права истца.

При этом в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 3 апреля 2017 г. по делу №СИП-502/2016 сказано, что не может быть признан обоснованным довод общества о том, что использование предприятием другого товарного знака рядом со спорным товарным знаком изменяет существо последнего. Так, при оценке обстоятельств использования или неиспользования правообладателем принадлежащего ему товарного знака суд руководствуется положениями статей 1484, 1486 ГК РФ. В свою очередь, названные нормы не содержат каких-либо требований относительно размера шрифта зарегистрированного обозначения, места его размещения на упаковке, его доминирующего положения относительно иных размещенных на упаковке обозначений и товарных знаков, в связи с чем указанные обстоятельства не имеют правового значения для разрешения вопроса об установлении факта использования товарного знака.

Учитывая изложенные обстоятельства, фонетическое тождество словесных элементов, графическое и семантическое сходство, суд приходит к выводу о сходстве сравниваемых обозначений до степени смешения.

Таким образом, учитывая, что факт использования ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству Российской Федерации N 543558, надлежащим образом подтвержден представленными в материалы дела доказательствами, требование о запрете использования ответчиком указанного товарного знака истца является правомерным.

На основании изложенного требования истца подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины возлагаются на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 123, 167-177, 180-182 АПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Запретить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), Ульяновская обл., с. Безводовка использовать обозначение «МУРАВЕЙ» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами).

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), Ульяновская обл., с. Безводовка в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), Республика Башкортостан, г. Уфа расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 000 руб.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия.

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции (г.Самара) в месячный срок.

Решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Ю.Г. Пиотровская