Арбитражный суд Мурманской области
ул.Академика Книповича, д.20, г.Мурманск, 183038
http://murmansk.arbitr.ru/
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
город Мурманск Дело № А42-11964/2022
«18» декабря 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 24 ноября 2023 года. Полный текст решения изготовлен 18 декабря 2023 года.
Арбитражный суд Мурманской области в составе судьи Варфоломеева С.Б.
при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Касимовой К.Л.
рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 (место жительства: 119571, г.Москва; ИНН <***>, ОГРНИП <***>; статус индивидуального предпринимателя прекращён 14.03.2023)
к акционерному обществу «Рыбопромысловая фирма Вариант» (место нахождения: 183038, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>)
третьи лица: финансовый управляющий ФИО2 (место нахождения: 194100, г.Санкт-Петербург, а/я 52)
ФИО3 (место жительства: 121433, г.Москва)
ФИО4 (место жительства: 121151, г.Москва)
ФИО5 (место жительства: 115372, г.Москва)
ФИО6 (место жительства: 141613, Московская обл., г.Клин)
о взыскании 392521139 руб.91 коп.
при участии в судебном заседании представителей:
от истца – ФИО7 – дов.№ 4161455 от 22.11.2023
от ответчика – не явился, извещён
от третьих лиц – не явились, извещены
при участии в онлайн-заседании представителей:
от ответчика – ФИО8 – дов.№ 6 от 30.01.2023
от третьих лиц – ФИО6 – лично
от иных участников процесса – нет
установил:
индивидуальный предприниматель ФИО1, наименование которого протокольным определением суда от 30.03.2023 (л.д.179 т.1) изменено на ФИО1 (далее – ФИО1, истец), обратился в Арбитражный суд Мурманской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Рыбопромысловая фирма Вариант» (далее – Общество, ответчик) о взыскании задолженности по ранней диагностике кризисных явлений и стратегическому планированию ФИО1 деятельности Общества в сумме 5.000.000 долларов США либо в рублёвом эквиваленте 349.086.208,03 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 622.123,29 долларов США или 43.434.931,88 руб., а всего 392.521.139,91 руб.
В обоснование данных требований истец сослался на факт предоставления ответчику названных услуг за общий период с 2010 по 2019 года, которые ответчик не оплачивает, в связи с чем к нему применена гражданско-правовая ответственность, предусмотренная пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в виде начисления процентов за период с 01.01.2021 по 10.11.2022.
Истец в онлайн-заседании и его представитель в судебном заседании поддержали требования ФИО1 по основаниям, изложенным в иске, неоднократных уточнениях и дополнениях к нему (л.д.155-160 т.1; л.д.100-102, 126-129 т.2; л.д.8-17 т.4), письменных возражениях на позицию ответчика (л.д.68-72, 79-93, 107-115, 120-125 т.3; б/н от 22.11.2023).
Ответчик в письменном отзыве на исковое заявление, дополнениях к отзыву (л.д.84-86 т.1; л.д.49-55 т.3) и его представитель в онлайн-заседании считают, что в удовлетворении иска следует отказать, так как заявленные услуги в действительности оказаны не были, а имело место выполнение (осуществление) ФИО1 функций (полномочий) председателя и члена Совета директоров и директора Общества в соответствующие периоды; сам договор и сдача-приёмка услуг по нему являются фикцией, вследствие чего Общество неоднократно заявляло о фальсификации этих документов истцом и лицами их подписавшими (л.д.93, 94 т.1; л.д.55 т.3).
Определениями суда от 30.03.2023 и 03.08.2023 (л.д.180 т.1; л.д.133, 134 т.2) к участию в деле на стороне истца в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий должника (ФИО1) – ФИО2 (далее – ФИО2) и бывшие руководители и акционеры Общества: ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО3 (далее – ФИО3; все вместе – третьи лица).
ФИО2 в письменном отзыве на исковое заявление поддержала позицию истца по настоящему делу, одновременно заявив ходатайство о рассмотрении дела в своё отсутствие (л.д.48, 49 т.2).
ФИО6, ФИО5, ФИО4 в письменных отзывах на заявление, дополнениях к отзыву и ФИО6 в онлайн-заседании также считают, что исковые требования следует удовлетворить, а равно подтвердили реальность заявленных к взысканию услуг и факты заключения спорного договора и подписания документов по нему (л.д.141-148 т.2; л.д.1-9, 21-26, 99-105, 127-129 т.3; б/н от 23.11.2023).
ФИО3 в письменном отзыве на заявление (л.д.58, 59 т.3), напротив, отрицал существование договорных отношений между Обществом и ФИО1
ФИО2, ФИО5, ФИО4 и ФИО3 в судебное заседание не явились.
С учётом мнения истца, его представителя, представителя ответчика и подключившегося (явившегося) третьего лица, обстоятельств дела и в соответствии с частью 6 статьи 121, частью 1 статьи 123, частями 2, 3, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся третьих лиц.
Заслушав пояснения истца, его представителя, представителя ответчика и явившегося третьего лица, исследовав материалы дела, суд находит иск не подлежащим удовлетворению в связи со следующим.
Как утверждает истец и следует из материалов дела, 30.12.2009 между ФИО1 (Исполнитель) и Обществом (Заказчик) заключён договор б/н, одобренный протоколом Совета директоров б/н от 27.12.2009 (л.д.70 т.1), на оказание услуг по ранней диагностике кризисных явлений, стратегическому планированию на предприятии Заказчика (далее – Договор; л.д.13-15, 51-55 т.1).
Согласно названному Договору истец взял на себя обязательство по выполнению для ответчика указанных функций, направленных на организацию рациональной хозяйственной деятельности в соответствии с потребностями рынка и возможностями получения необходимых ресурсов, а ответчик обязался оплатить такие услуги (пункт 1.2, раздел 4 Договора).
Стоимость услуг определена в соответствии с отсылочным условием пункта 4.1 Договора в приложении № 1 к нему и составила 5.000.000 долларов США (л.д.15, 55 т.1).
Оплата должна была производиться в порядке пункта 4.2 Договора в редакции дополнительного соглашения б/н от 23.12.2010 (л.д.69 т.1) в течение 10 дней со дня подписания акта об оказании услуг (выполнения работ).
Договор действовал бессрочно (неопределённый срок) в силу своего пункта 7.1.
Истец, полагая, что успешно выполнил хозяйственное сопровождение рыбопромысловой деятельности ответчика с 2010 по 2014 года и с 2015 по 2019 года, о чём были составлены соответственно сводные отчёты б/н от 31.12.2014, 12.01.2020 (л.д.56-60, 62-64 т.1) и двусторонние акты сдачи-приёмки этих отчётов от 31.12.2014, 12.01.2020 соответственно (л.д.61, 65 т.1), уведомлением от 15.11.2023 потребовал оплаты таких услуг, стоимость которых в рублёвом эквиваленте составила 349.086.208,03 руб., одновременно исчислив и предъявив к оплате проценты по пункту 1 статьи 395 ГК РФ в сумме 43.434.931,88 руб., приходящиеся на период с 01.01.2021 по 10.11.2022 (л.д.29, 30 т.1).
Неисполнение Обществом обязанности по оплате указанных услуг послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском после направления оставленной без удовлетворения претензии (л.д.31, 32 т.1), руководствуясь при этом определённой пунктом 6.2 Договора подсудностью рассмотрения споров в Арбитражном суде Мурманской области.
В соответствии с частью первой статьи 309, пунктом 1 статьи 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.
Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
На основании пункта 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.
В данном случае, в пункте 1.2 Договора под функциями Исполнителя (ФИО1) по ранней диагностике кризисных явлений подразумевалось:
– ранняя диагностика кризисных явлений в финансовой деятельности предприятия с целью своевременного использования возможностей её нейтрализации с применением антикризисных механизмов;
– полная реализация внутренних возможностей выхода предприятия из кризисного состояния сочетанием стратегических и тактических элементов финансового обеспечения предпринимательства, позволяющих управлять денежными потоками и находить оптимальные решения;
– усиление контроля за денежными средствами, постоянный анализ финансового состояния предприятия;
– проведение комплексных мероприятий, направленных на восстановление платёжеспособности предприятия, в том числе по устранению неплатёжеспособности, восстановлению финансовой устойчивости, обеспечению финансового равновесия в длительном периоде, повышение конкурентных преимуществ выпускаемой продукции, увеличение денежного компонента в расчётах, увеличение оборачиваемости активов.
Там же раскрываются функции ФИО1 по стратегическому планированию на предприятии, а именно:
– определение перспективного направления развития основных видов деятельности, структуры потребности, процессов планирования, продвижения сбыта продукции, механизмов формирования рыночных цен;
– установка каждому подразделению предприятия конкретных и чётких целей, которые согласуются с общей стратегией развития предприятия;
– обеспечение координации усилий всех функциональных служб предприятия;
– оценка слабых и сильных сторон с точки зрения конкурентов, возможностей, ограничений и изменений окружающей среды;
– определение альтернативных действий предприятия на долгосрочный период;
– определение основы для распределения ограниченных экономических ресурсов;
– определение долгосрочной стратегии, основных целей и задач развития предприятия;
– создание стратегических хозяйственных подразделений на предприятии;
– обоснование и уточнение основных целей проведения маркетинговых исследований рынка;
– осуществление ситуационного анализа и выбор направления экономического развития предприятия;
– разработка основной стратегии маркетинга и укрупнённое планирование производства продукции;
– выбор тактики и уточнённое планирование способов и средств достижения поставленных задач;
– контроль и оценка основных результатов, корректировка выбранной стратегии и способов её реализации.
Действительно, и это не отрицается ответчиком, деятельность ФИО1 в заявленный период была очень полезной и эффективной для Общества, поскольку стоимость акций последнего увеличились с 0 до 10 миллионов долларов США. То обстоятельство, что Общество из предбанкротного и кризисного состояния выведено благодаря именно успешной управленческой деятельности ФИО1 и именно благодаря ему наблюдалось улучшение показателей нераспределённой прибыли (оставшиеся у предприятия после осуществления всех обязательных выплат денежные средства) на протяжении всего взыскиваемого периода, также поддержано бывшими руководителями и акционерами Общества в различные периоды: ФИО4, ФИО5 и ФИО6, а равно также не оспаривается ответчиком.
Однако одновременно необходимо также учесть, и на что справедливо ссылается ответчик, что ФИО1 во взыскиваемый период, то есть с 2010 по 2019 года, являлся председателем и членом Совета директоров Общества в период с 2009 года по 21.06.2017 и исполнительным органом Общества в виде директора управляющей им организацией – общества с ограниченной ответственностью «Арктик Менеджмент» в период с 01.01.2015 по 12.03.2018 и в виде директора самого Общества в период с 13.03.2018 по 12.02.2020 (л.д.33 т.2), за что ему было выплачено денежное вознаграждение в сумме 6.577.393,32 руб. и 41.500.000 руб. как руководителю (л.д.56 т.4) и в сумме 48.877.616 руб. в виде дивидендов как акционеру (л.д.54 т.4).
Из пункта 1 статьи 65 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ) следует, что в компетенцию совета директоров (наблюдательного совета) общества входит решение вопросов общего руководства деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесённых названным Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров.
При этом к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества относятся в числе прочего вопросы:
– определение приоритетных направлений деятельности общества;
– увеличение уставного капитала общества путём размещения обществом дополнительных акций в пределах количества и категорий (типов) объявленных акций, если уставом общества в соответствии с указанным Федеральным законом это отнесено к его компетенции;
– образование исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий, если уставом общества это отнесено к его компетенции;
– определение принципов и подходов к организации в обществе управления рисками, внутреннего контроля и внутреннего аудита;
– определение размера оплаты услуг аудиторской организации (индивидуального аудитора) общества и рекомендации по размеру выплачиваемых членам ревизионной комиссии общества вознаграждений и компенсаций, если в соответствии с уставом общества наличие ревизионной комиссии является обязательным;
– рекомендации по размеру дивиденда по акциям и порядку его выплаты;
– использование резервного фонда и иных фондов общества;
– утверждение внутренних документов общества, за исключением внутренних документов, утверждение которых отнесено рассматриваемым Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров, а также иных внутренних документов общества, утверждение которых отнесено уставом общества к компетенции исполнительных органов общества;
– утверждение годового отчёта, годовой бухгалтерской (финансовой) отчётности общества, если уставом общества это отнесено к его компетенции;
– создание филиалов и открытие представительств общества, если уставом общества это не отнесено к компетенции коллегиального исполнительного органа общества;
– согласие на совершение или последующее одобрение сделок в случаях, предусмотренных данным Федеральным законом;
– согласие на совершение или последующее одобрение сделок, предусмотренных главой XI этого же Федерального закона;
– утверждение регистратора общества и условий договора с ним, а также расторжение договора с ним;
– принятие решений об участии и о прекращении участия общества в других организациях (за исключением организаций, указанных в подпункте 18 пункта 1 статьи 48 Закона № 208-ФЗ), если уставом общества это не отнесено к компетенции исполнительных органов общества (подпункты 1, 5, 9, 9.2, 10, 11, 12, 13, 13.1, 14, 15, 16, 17, 17.1).
В порядке же пункта 2 статьи 69 Закона № 208-ФЗ к компетенции исполнительного органа общества относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесённых к компетенции общего собрания акционеров или совета директоров (наблюдательного совета) общества.
Исполнительный орган общества организует выполнение решений общего собрания акционеров и совета директоров (наблюдательного совета) общества.
Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издаёт приказы и даёт указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества.
Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров на совершение определённых сделок. При отсутствии такого согласия или последующего одобрения соответствующей сделки она может быть оспорена лицами, указанными в абзаце первом пункта 6 статьи 79 Закона № 208-ФЗ, по основаниям, установленным пунктом 1 статьи 174 ГК РФ.
Тем самым, приведённая императивно закреплённая компетенция совета директоров и исполнительного органа общества полностью согласуется с предметом Договора в части функций (обязательств) его Исполнителя – ФИО1
Таким образом, суд соглашается с ответчиком и считает, что положительное экономическое, финансовое и производственное состояние Общества это результат грамотного руководства и управления Обществом истцом (ФИО1), за что последним получено вознаграждение в виде заработной платы и дивидендов, а не следствие исполнения Договора.
Как приведено судом выше, ответчик неоднократно (дважды) ходатайствовал (л.д.93, 94 т.1; л.д.55 т.3) о признании сфальсифицированными вышеупомянутые сводные отчёты б/н от 31.12.2014, 12.01.2020, акты сдачи-приёмки этих отчётов от 31.12.2014, 12.01.2020 и дополнительное соглашение к Договору от 28.01.2020 о порядке добровольной выплаты стоимости спорных услуг (л.д.66 т.1), а равно отрицал существование как самого Договора, так и вышеназванного протокола Совета директоров об его одобрении.
В силу части 6 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.
Вопреки данной норме в материалы дела так и не были представлены оригиналы Договора, протокола Совета директоров от 27.12.2009 об его одобрении, сводных отчётов б/н от 31.12.2014, 12.01.2020, акта сдачи-приёмки отчёта от 31.12.2014.
В материалы дела представлены лишь оригиналы акта сдачи-приёмки отчёта от 12.01.2020 и дополнительного соглашения к Договору от 28.01.2020, однако в заламинированном виде (л.д.86, 87 т.2).
Между тем, согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» в случае утраты, порчи, в других случаях отсутствия возможности использования свидетельства о государственной регистрации акта гражданского состояния, в частности ламинирования, орган записи актов гражданского состояния выдаёт повторное свидетельство о государственной регистрации акта гражданского состояния.
Тем самым, ламинирование приравнивается законодателем к порче документа, следовательно, акт сдачи-приёмки отчёта от 12.01.2020 и дополнительное соглашение к Договору от 28.01.2020 являются испорченными вследствие их ламинирования.
Ссылку же истца на заключение специалиста от 04.05.2023 № 97, которое содержит выводы о выполнении подписи на акте от 12.01.2020 более года назад и соответствует указанной на документе дате (л.д.52-62, 66-84 т.2), нельзя признать состоятельной, поскольку в соответствии с заключением специалиста от 05.06.2023 № 2189/23-НЭ произведено рецензирование такого заключения, в результате чего выявлены нарушения основополагающих принципов экспертизы по установлению давности, так как исследование проведено по заламинированному документу, экспертиза проведена с нарушениями методики производства экспертиз, а выводы недостоверны по девяти изложенным в резолютивной части рецензии причинам (л.д.38-53 т.4).
Кроме того, заслуживают внимания доводы ответчика о том, что основополагающий документ (его копия) – договор от 30.12.2009 и дополнительное соглашение к нему от 23.12.2010 содержат оттиск печати Общества, введённой приказом от 10.12.2010 № 5 только с 1 января 2011 года (л.д.34 т.4).
По мнению суда, вышеприведённые обстоятельства и пороки позволяют сделать вывод, что представленные в материалы дела договор б/н от 30.12.2009, протокол Совета директоров от 27.12.2009, сводные отчёты б/н от 31.12.2014, 12.01.2020, акты сдачи-приёмки отчётов от 31.12.2014, 12.01.2020, дополнительное соглашение к Договору от 28.01.2020 не доказывают наличие между ФИО1 и Обществом договорных правоотношений, которые последним категорически отрицаются.
В абзаце третьем пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что, исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 АПК РФ не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.
Руководствуясь данными официальными разъяснениями и придя к выводу о том, что подложность сводных отчётов б/н от 31.12.2014, 12.01.2020, актов сдачи-приёмки отчётов от 31.12.2014, 12.01.2020, дополнительного соглашения к Договору от 28.01.2020 не повлияет на исход дела (их состояние и содержание ничего не доказывают, как посчитал суд выше), протокольным определением от 16.11.2023 суд оставил ходатайство ответчика о фальсификации этих документов без рассмотрения (л.д.57 т.4), посчитав, что имеются иные доказательства, в соответствии с которыми можно установить фактические обстоятельства.
К таким доказательствам суд относит те обстоятельства, что никакого упоминания о наличии Договора, долгах или каких-либо расчётов по нему не содержат: акт от 17.02.2020 № 47 инвентаризации расчётов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами за подписью ФИО1 (л.д.31, 32 т.2); акт сверки кредиторской задолженности по состоянию на 24.01.2020 за подписью ФИО1 (л.д.29, 30 т.2); перечень существующих сделок (л.д.26 об.-28т.2), являющийся приложением № 2 трёхстороннему соглашению б/н от 28.01.2020 (л.д.23-26 т.2), также имеющие подпись ФИО1; бухгалтерская отчётность за 2014 год (аудиторское заключение от 25.03.2015 № 05-09-51; л.д.34-40 т.2).
На неисполнение Договора указывает также отсутствие каких-либо документов по пунктам 2.1.4, 2.1.5, 3.1 Договора, где Исполнитель (ФИО1) обязан представлять Заказчику (Обществу) письменные отчёты о ходе оказания услуг, материалы и заключения в электронном виде на магнитных носителях, а при необходимости – письменные материалы и заключения. Исполнитель каждые шесть месяцев представляет Заказчику письменные отчёты о ходе оказания услуг, выставляет счета. Выполненные работы оформляются Исполнителем актом об оказании услуг (выполнении работ) с приложением письменного отчёта. При этом следует отметить, что приведённый пункт 3.1 Договора в целом остался без изменений в редакции дополнительного соглашения от 23.12.2010 (л.д.69 т.1).
Однако никакие шестимесячные отчёта, счета и акты Обществу не направлялись вплоть до возникновения настоящего спора в суде.
Таким образом, суд считает, что каких-либо документов, подтверждающих реальное оказание предъявленных к взысканию услуг, не имеется.
При таких обстоятельствах и учитывая процессуальное требование части 1 статьи 65 АПК РФ, обязывающее каждое лицо, участвующее в деле, доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, суд приходит к выводу, что истец не доказал своё требование по праву.
Кроме того, выводы суда в настоящем решении согласуются с письменной позицией по настоящему делу Межрегионального управления по Северо-Западному федеральному округу Федеральной службы по финансовому мониторингу (л.д.1-6, 9-14 т.2), которое помимо прочего усмотрело риски использования института судебной власти в противоправных целях (предпоследний абзац страницы 4).
Подводя итог вышеизложенному, суд считает, что правовых и фактических оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 167-170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Мурманской области
РЕШИЛ :
в удовлетворении иска отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.
Судья С.Б.Варфоломеев