СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-6893/2022-ГК

г. Пермь

14 апреля 2025 года Дело № А60-53623/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 апреля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей Бородулиной М.В., Власовой О.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шималиной Т.В.,

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от истца, индивидуального предпринимателя ФИО1: ФИО2 по доверенности от 12.08.2024, диплом, паспорт;

от ответчика, индивидуального предпринимателя ФИО3: ФИО4 по доверенности от 28.03.2025, диплом, паспорт; ФИО5 по доверенности от 04.10.2024, диплом, паспорт,

в отсутствие представителей третьих лиц, извещенных о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, индивидуального предпринимателя ФИО3,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 03 декабря 2024 года

по делу № А60-53623/2021

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН <***>) (правопредшественник ФИО6 ИНН <***>, ОГРНИП <***>),

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Красноярский фейерверк» (ИНН <***>, ОГРН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО7,

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО6 (далее – ИП ФИО6) об обязании прекратить использовать для торговли пиротехническими изделиями торговые павильоны, сходные по внешнему виду до степени смешения с объемным товарным знаком по свидетельству № 799830, расположенные по адресам: г. Москва, <...>, <...>, г. Санкт-Петербург, <...>, <...>; <...> стр. 15., об обязании опубликовать в официальном бюллетене федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности решение суда о допущенном нарушении, о взыскании компенсации за неправомерное использование товарного знака по № 799830 в сумме 15 000 000 руб. (с учетом принятого судом первой инстанции к рассмотрении в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения исковых требований).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Красноярский фейерверк» (далее – ООО «Красноярский фейерверк»), индивидуальный предприниматель ФИО7 (далее – ИП ФИО7).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2022, исковые требования удовлетворены частично, на ИП ФИО6 возложена обязанность прекратить использовать для торговли пиротехническими изделиями торговые павильоны, сходные по внешнему виду до степени смешения с объемным товарным знаком по свидетельству № 799830, расположенные по адресам: г. Москва, <...>, г, Санкт-Петербург, ул. Коллонтай, д. 10, г. Санкт-Петербург, <...>, <...>; <...> стр. 15; возложена обязанность опубликовать в официальном бюллетене федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности решение суда о допущенном нарушении; с ИП ФИО6 в пользу ИП ФИО1 взыскано 3 000 000 руб. В удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 10.05.2023 решение и постановление судов первой и апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2024 производство по делу № А60-53623/2021 прекращено в связи со смертью ответчика, ИП ФИО6

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2024 определение Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2024 о прекращении производства по делу № А60-53623/2021 отменено с направлением на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции вопроса о правопреемстве на стороне ответчика, о прекращении производства по делу.

От истца 30.09.2024 поступило ходатайство об уточнении исковых требований до суммы 874 143 руб. 84 коп. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении судом первой инстанции в порядке части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворено заявление истца о процессуальном правопреемстве, ответчиком по делу является вступивший в наследство ФИО6 наследник ФИО3, что подтверждено свидетельствами о праве на наследство по завещанию.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2024 исковые требования удовлетворены, с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО1 взыскано 874 143 руб. 84 коп. компенсации, 20 483 руб. государственной пошлины; истцу из федерального бюджета возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 77 517 руб.

Обжалуя принятый по делу судебный акт в апелляционном порядке, ответчик просит его отменить.

В дополнении к апелляционной жалобе ответчик приводит доводы о том, что лицензионный договор обладает признаками мнимой сделки, совершенной для вида в целях увеличения суммы компенсации.

В обоснование мнимости указанной сделки ответчик указывает на то, что в ходе контрольной закупки ему были выданы чеки, согласно которым контрольно-кассовая техника, зарегистрированная за ИП ФИО7, привязана к единой сети магазинов пиротехники «КоробкаФейерверков.РФ», бенефициаром которого является истец.

Ссылаясь на произведенную им фото-фиксацию всех торговых павильонов, отмечает, что все торговые павильоны ИП ФИО7 имеют внешний вид зарегистрированного за истцом товарного знака. При этом, как указано заявителем жалобы, в соответствии с условиями договора лицензиату предоставлено право использования товарного знака путем использования одного торгового павильона в форме товарного знака для осуществления торговли товарами 13 класса (пункт 5.1). С учетом длительного сотрудничества истца и третьего лица (ИП ФИО7), а также с учетом того, что все торговые павильоны, в которых установлена контрольно-кассовая техника ИП ФИО7, указаны на сайте принадлежащей истцу сети магазинов, последнему достоверно известно, что указанное третье лицо использует зарегистрированный за истцом товарный знак как минимум в 6 торговых павильонах, в подтверждение чего апеллянт ссылается на протокол осмотра доказательств.

При вышеуказанных обстоятельствах ответчик расценивает действия истца, направленные на незаконное обогащение за счет ответчика без наличия на то правовых оснований, как злоупотребление правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Выводы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом решении, считает не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, что повлекло, по мнению апеллянта, неправильное применение норм материального права.

Возражая на доводы апелляционной жалобы ответчика, истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представил отзыв.

В судебном заседании апелляционного суда представители ответчика поддержали доводы апелляционной жалобы, ссылаясь на незаконность и необоснованность обжалуемого решения, просили его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель истца в заседании апелляционного суда, указав на законность и обоснованность обжалуемого решения суда первой инстанции, просил оставить его без изменения по изложенным в отзыве основаниям, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Протокольным определением апелляционного суда от 08.04.2025 дополнение ответчика к апелляционной жалобе приобщено к материалам дела; в приобщении дополнительного доказательства (копия рапорта сотрудника ОУБиПК от 15.10.2024) отказано на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие доказательств уважительности причин невозможности его представления при рассмотрении дела судом первой инстанции, в связи с чем представленные апеллянтом дополнительные документы объективно не могли быть предметом исследования и оценки суда до разрешения настоящего спора по существу и принятия обжалуемого решения.

Иные документы (копия протокола осмотра доказательств от 17.01.2025, документы контрольной закупки с сайта «коробкафейерверков.рф», фото торговых павильонов ИП ФИО7, чеки контрольной закупки из торговых павильонов ФИО7), датированные после принятия решения, судом апелляционной инстанции не принимаются, к материалам дела не приобщаются и не исследуются в связи с тем, что законность и обоснованность оспариваемого судебного акта проверяются судом апелляционной инстанции на дату его принятия (часть 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Привлеченные к участию в деле третьи лица, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, установлено судом, ИП ФИО1 является обладателем исключительного права на объемный товарный знак по свидетельству № 799830 с приоритетом от 31.10.2019, зарегистрированного 02.03.2021 в отношении товаров 13-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ) «вещества взрывчатые (для фейерверков); взрыватели (для фейерверков); детонаторы (для фейерверков); капсюлидетонаторы (за исключением игрушек, для фейерверков); огни бенгальские (для фейерверков); петарды (для фейерверков); пироксилин (для 4 фейерверков); ракетницы (для фейерверков); ракеты сигнальные (для фейерверков); свечи запальные (для фейерверков); сигнализаторы взрывные, применяемые при тумане (для фейерверков); средства пиротехнические (для фейерверков); труты (фитили) (для фейерверков); фитили запальные (для фейерверков); фейерверки; шнуры запальные (для фейерверков)» и услуг 35-го класса МКТУ «демонстрация товаров, а именно товаров 13 класса; изучение общественного мнения, а именно в отношении товаров 13 класса; информация и советы коммерческие потребителям в области выбора товаров и услуг, а именно в отношении товаров 13 класса; организация выставок в коммерческих или рекламных целях, а именно в отношении товаров 13 класса; организация торговых ярмарок в коммерческих или рекламных целях, а именно в отношении товаров 13 класса; предоставление деловой информации через веб-сайты, а именно в отношении товаров 13 класса; предоставление перечня вебсайтов с коммерческой или рекламной целью, а именно в отношении товаров 13 класса; согласование и заключение коммерческих операций для третьих лиц, а именно в отношении товаров 13 класса; управление потребительской лояльностью, а именно в отношении товаров 13 класса; услуги по поисковой оптимизации продвижения продаж, а именно в отношении товаров 13 класса; услуги по сравнению цен, а именно в отношении товаров 13 класса; услуги субподрядные [коммерческая помощь], а именно в отношении товаров 13 класса».

ИП ФИО1 стало известно о ведении предпринимателем ФИО3 торговли фейерверками и т.п. товарами в торговых павильонах, внешний вид которых, по мнению ИП ФИО1, сходен до степени смешения с вышеуказанным товарным знаком, что и послужило основанием для обращения истца с претензией к ответчику и для последующего обращения в арбитражный суд с иском в рамках настоящего спора.

В обоснование первоначально заявленного требования о взыскании компенсации, рассчитанной исходя из двукратной стоимости предоставления права использования товарного знака, в защиту которого был предъявлен иск, ИП ФИО1 представлен лицензионный договор с предпринимателем ФИО7

Вместе с тем, в последующем, исходя из обстоятельств настоящего дела, связанных с заменой ответчика на наследника ФИО3, судом принято уточнение исковых требований, в обоснование которых истец указал на следующие обстоятельства.

Истцом заявлены требования неимущественного характера, а именно, прекратить использовать для торговли пиротехническими изделиями торговые павильоны, сходные по внешнему виду до степени смешения с объемным товарным знаком по свидетельству № 799830, расположенные по адресам: г. Москва, <...>, <...>, г. Санкт-Петербург, <...>, и возложить на ИП ФИО3 обязанность опубликовать в официальном бюллетене федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности решение суда о допущенном нарушении.

В данном случае смерть гражданина, к которому первоначально были заявлены требования (ИП ФИО6), влечет правовые последствия, установленные пунктом 6 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а именно – прекращение производства по данным требованиям в отношении наследника. В части имущественного требования, с учетом правила пункта 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации размер требований подлежит уточнению исходя из стоимости наследственного имущества. Согласно материалам наследственного дела стоимость наследственного имущества составила (288 788 руб. + 673 884 руб. + 0 руб. 63 коп. + 13 руб. 93 коп. + 326 руб. 83 коп. + 92 590 руб.) = 1 055 603 руб. 39 коп.

Истец подтверждает, что 19.04.2024 ФИО3 погашена задолженность ФИО6 по исполнительному производству № 131533/22/66021-ИП, возбужденному на основании исполнительного листа Суда по интеллектуальным правам по делу № СИП49/2022 от 24.08.2022 в сумме 181 459 руб. 55 коп.

Таким образом, размер компенсации, который может быть взыскан в рамках настоящего дела, составляет (1 055 589 руб. 46 коп. – 181 459 руб. 55 коп.) = 874 143 руб. 84 коп.

С учетом данных обстоятельств исковые требования сводятся к взысканию с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО1 компенсации стоимости права использования товарного знака по свидетельству № 799830 в размере 874 143 руб. 84 коп. (с учетом уточнения) и признаны судом первой инстанции подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы ответчика и отзыва истца на апелляционную жалобу, выслушав в судебном заседании апелляционного суда пояснения представителей сторон, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения судебного акта не установил в связи со следующим.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарные знаки являются приравненными к результатам интеллектуальной деятельности средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Как установлено пунктом 3 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в предмет доказывания по требованию о защите права на результат интеллектуальной деятельности и на средство индивидуализации входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации или обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых средство индивидуализации зарегистрировано, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: - используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; - длительность и объем использования товарного знака правообладателем; - степень известности, узнаваемости товарного знака; - степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); - наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак, подтверждаемый свидетельством № 799830, принадлежность указанных в иске павильонов ответчику, однородности товаров/услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и продаваемых/оказываемых ответчиком, сторонами не оспариваются.

Довод апелляционной жалобы о мнимости заключенного с третьим лицом, ИП ФИО7, лицензионного договора, зарегистрированного 20.09.2021, отклоняется апелляционным судом на основании следующего.

Судом приняты во внимание возражения истца на апелляционную жалобу ответчика о том, что, начиная с 2019 года (с регистрации спорного товарного знака) и по настоящее время ИП ФИО1, являясь правообладателем товарного знака по свидетельству № 799830 (далее – товарный знак), самостоятельно осуществляет розничную торговлю пиротехникой в принадлежащих ему павильонах и в сети Интернет: через маркетплейсы и на собственном сайте https://коробкафейерверков.рф. Вторым направлением его деятельности является создание сети франшиз путем заключения лицензионных договоров на право использования принадлежащего ему товарного знака.

Лицензиаты осуществляют предпринимательскую деятельность собственной волей и в собственном интересе.

Первым таким лицензионным договором был договор с ИП ФИО7, зарегистрированный 20.09.2021 за № РД0375127.

Как следует из информации с официального сайта Роспатента, в отношении спорного товарного знака № 799830 были зарегистрированы также следующие лицензионные договоры: лицензионный договор с ИП ФИО8, дата и номер государственной регистрации договора – 22.06.2022 РД0400757; лицензионный договор с ИП ФИО7, 24.07.2023 РД0438455; лицензионный договор с ИП ФИО8 01.03.2024 РД0459624; лицензионный договор с ООО «ЯрТрансИнвест» 13.11.2024 РД0485000; сублицензионный договор с ФИО9, 21.03.2025 РД0498452, сублицензионный договор с ФИО7, 21.03.2025 РД0498459; сублицензионный договор с ФИО10, 02.04.2025 РД0499995.

При этом по условиям лицензионных договоров лицензиаты имеют право осуществлять только розничную торговлю, онлайн торговля в сети Интернет оставлена за самим правообладателем.

Вместе с тем лицензиаты не лишены права передавать ИП ФИО1 товары для продажи в сети Интернет в рамках договора комиссии.

Как отмечено истцом, вышеперечисленные лицензионные договоры исполняются и оплачиваются, стоимость использования товарного знака по указанным лицензионным договорам сопоставима со стоимостью товарного знака по лицензионному договору, рассматриваемому по настоящему спору.

В частности, согласно пункту 5.1 лицензионного договора, заключенного 20.09.2022 с ИП ФИО7 в редакции дополнительного соглашения от 19.05.2023, стоимость права использования товарного знака для одного торгового павильона определена в размере 1 200 000 руб. в год (за 1 павильон).

По утверждению истца, указанный договор, как и все вышеперечисленные, исполнялись в действительности, оплачены, лицензиатами приобретались патенты в целях осуществления розничной торговли по адресам расположения павильонов, что неоднократно было предметом рассмотрения судебных споров (по делам № А60-53622/2021, № А60-47690/2024 и № А60-47708/2024).

В иных лицензионных договорах стоимость права использования товарного знака устанавливается в размере 100 000 руб. ежемесячно за один торговый павильон, что эквивалентно 1 200 000 руб. в год. Реальность осуществления хозяйственной деятельности в своем интересе также подтверждается письменными позициями ИП ФИО8 и ИП ФИО7 по делу № А60-47708/2024, а также объяснениями ФИО8 от 27.12.2024, ФИО7 от 23.10.2024, данные ими в УЭБиПК УМВД России по Вологодской области.

Учитывая, что сумма требований к ответчику по настоящему спору составляет 874 143 руб. 84 коп., что меньше стоимости оплаты хотя бы по одному лицензионному договору, доводы апеллянта о мнимости сделки, совершенной лишь с целью незаконного обогащения за счет ответчика, являются голословными, лишенными доказательственного значения.

Кроме того, заявленное ходатайство о фальсификации заключенного с ИП ФИО7 лицензионного договора, зарегистрированного 20.09.2021 за № РД0375127, ответчик при новом рассмотрении дела не поддержал, в связи с чем последнее не рассматривалось судом первой инстанции.

Заявленный в обоснование мнимости лицензионного договора довод ответчика о том, что контрольно-кассовая техника ИП ФИО1 и контрольно-кассовая техника ИП ФИО7 привязаны к одному принадлежащего истцу электронному сайту – «коробкафейерверков.рф», также отклоняется апелляционным судом, принимая во внимание возражения истца о том, что указание словесного элемента товарного знака «КоробкаФейерверков.РФ» сделано с целью дальнейшего продвижения бренда, что логично в рамках выстраивания им единой сети франшиз и создания единого восприятия бренда потребителем.

Помимо этого, пункт 2 статьи 4.2 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в Российской Федерации» предусматривает привязку к электронным сайтам в случае установки контрольно-кассовой техники только для расчетов в сети «Интернет». В остальных случаях указание электронного сайта является добровольным волеизъявлением лицензиата и лицензиара. При осуществлении расчета в розничной точке лицензиата потребителю выдается чек, содержащий обязательный реквизит – адрес установки контрольно-кассовой техники в его точке, указание на сайт является в этом случае добровольным.

Ссылки апеллянта на результаты контрольной закупки на сайте «коробкафейерверков.рф», свидетельствующие, по его мнению, о том, что выгодоприобретателем денежных средств является ИП ФИО1, правового значения не имеют, учитывая, что контрольная закупка совершена 17.01.2025, то есть по истечении срока действия лицензионного договора. При этом, как поясняет истец, по условиям выстроенной правообладателем франшизы онлайн-торговлю может осуществлять только он сам. При этом франчайзи имеет право заключить с правообладателем договор комиссии, согласно которому комиссионер (ИП ФИО1) осуществляет от своего имени и за счет комитента сделки по продаже пиротехнических изделий в сети Интернет в том числе на сайте «КоробкаФейерверков.РФ».

Кроме того, как поясняет истец в данной части доводов апелляционной жалобы, оплата покупки производится покупателем на сайте, кассовый чек выбивается контрольно-кассовой техникой РН 0007723855026499, привязанной к сайту «коробкафейерверков.рф», товар, в случае выбора покупателем способа доставки самовывозом, выдается в розничной точке комитента. В связи с тем, что сделка осуществляется за счет комитента, комиссионер является бенефициаром только в части причитающегося ему комиссионного вознаграждения. Такая система выстроена с целью позиционирования единого бренда в глазах потребителя и полностью соответствует формату построения бизнеса по продаже франшиз.

Довод о мнимости оспариваемой сделки ответчик мотивирует также тем, что в настоящее время ИП ФИО7 использует 6 торговых павильонов, что не соответствует условиям спорного лицензионного договора.

Между тем, истец аналогичных требований о взыскании компенсации к ИП ФИО7 не предъявляет. Как уже было указано выше, лицензионные договоры между ИП ФИО7 и ИП ФИО1 заключались на протяжении длительного периода времени. Условия договоров менялись, в настоящее время ИП ФИО7 имеет право использовать несколько торговых павильонов, стоимость использования товарного знака при этом исчисляется соразмерно.

В любом случае, указанный довод нельзя признать имеющим правовое значение для рассмотрения настоящего спора, поскольку в период нарушения правопредшественником ответчика исключительных прав, ИП ФИО7 использовал один павильон. Доказательств обратного в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Представленные доказательства также исключают довод о мнимости лицензионного договора ИП ФИО1 и ИП ФИО7 как совершенного лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с учетом того что впоследствии этими же сторонами заключались и регистрировались, исполнялись иные договоры, а количество розничных точек только увеличилось. Ответчик сам приводит доказательства осуществления деятельности в этих точках именно ИП ФИО7, а не истцом.

Довод апелляционной жалобы о том, что истец и третье лицо входят в одну группу лиц, осуществляющих реализацию пиротехнических товаров в интересах исключительно истца, отклоняются в связи с недоказанностью и как не имеющие правового значения для разрешения настоящего спора.

Ссылки ответчика на злоупотребление правом со стороны истца при обращении с настоящим иском о взыскании компенсации с учетом приведенных в апелляционной жалобе доводов о мнимости спорного лицензионного договора подлежат отклонению. Материалами дела наличие у истца умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей) не подтверждено.

Что касается размера подлежащей взысканию компенсации, то он определен истцом с учетом положений гражданского законодательства о наследовании. При этом арифметически расчет истца соответствует контррасчету ответчика, изложенному в отзыве от 27.09.2024, заявителем жалобы удовлетворенный судом первой инстанции размер компенсации не оспаривается, в связи с чем апелляционная жалоба подлежит рассмотрению в пределах заявленных в ней доводов (часть 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом подтвержденной истцом оплаты 19.04.2024 ФИО3 суммы долга ФИО6 по исполнительному производству № 131533/22/66021-ИП, возбужденному на основании исполнительного листа Суда по интеллектуальным правам по делу № СИП49/2022 от 24.08.2022 в сумме 181 459 руб. 55 коп., размер компенсации, подлежащий взысканию в рамках настоящего дела, составил 874 143 руб. 84 коп. (1 055 589 руб. 46 коп. – 181 459 руб. 55 коп.).

Принимая во внимание, что указанный размер компенсации в несколько раз меньше размера компенсации, рассчитанной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака), суд первой инстанции обоснованно удовлетворил иск в уточненном истцом размере 874 143 руб. 84 коп., признав заявленный размер компенсации соразмерным последствиям нарушенного обязательства. Истребуемый истцом размер компенсации не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Доводы апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, как не свидетельствующие о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта и не влекущие его отмены.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Таким образом, с учетом изложенного, решение суда является законным и обоснованным. Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Решение арбитражного суда отмене не подлежит.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 03 декабря 2024 года по делу № А60-53623/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Н.А. Гребенкина

Судьи

М.В. Бородулина

О.Г. Власова