Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А81-1944/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Полосина А.Л.,

судей Лукьяненко М.Ф.,

ФИО1

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационную жалобу ФИО2 на решение от 13.08.2024 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа (судья Голощапов М.В.) и постановление от 30.10.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи: Веревкин А.В.; Горобец Н.А.; ФИО3), принятые по делу № А81-1944/2024 по иску общества с ограниченной ответственностью «Полимет» (629805, Ямало-Ненецкий автономный округ, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице его участника ФИО4 к ФИО2 о признании сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности.

В помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в судебном заседании принял участие представитель ФИО4 ФИО5, действующий на основании доверенности от 13.05.2025.

Суд

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Полимет» (далее – общество) в лице его участника ФИО4 (далее – ФИО4) обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с иском к ФИО2 (далее – ФИО2) о признании недействительным соглашения об отступном от 14.08.2023 (далее – соглашение об отступном) и о применении последствий недействительности названной сделки.

Решением от 13.08.2024 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа, оставленным без изменения постановлением от 30.10.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда, иск удовлетворен.

ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в иске.

В кассационной жалобе приведены следующие аргументы: у суда первой инстанции отсутствовали основания для указания общества в качестве истца, поскольку ФИО4 обратилась за судебной защитой от своего имени; суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ФИО2 о приостановлении производства по делу до разрешения спора № А81-11096/2023, в рамках которого постановлением от 05.11.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда удовлетворен иск ФИО2 о признании недействительным решения собрания, оформленного протоколом от 11.10.2023, о досрочном прекращении ее полномочий в качестве генерального директора общества; не получило надлежащей судебной оценки то обстоятельство, что возбуждение процедуры банкротства общества (дело № А81-11426/2023) вызвано искусственно вновь назначенным на должность директором, а не подписанием соглашения об отступном; при разрешении спора суды ошибочно исходили из величины активов общества по состоянию на 31.12.2022, в то время как такая величина должна была устанавливаться, исходя из положения дел в 2023 году; соглашение об отступном не отвечает качественному критерию для признания сделки крупной, поскольку спорные объекты не использовались обществом в хозяйственной деятельности, характер и масштаб деятельности общества после совершения данной сделки не изменились, а значит сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности; суды не учли, что соглашение об отступном является экономически обоснованной сделкой, имея в виду ее взаимосвязанность с договором займа от 03.06.2022, в результате заключения которого общество получило достаточно денежных средств для погашения прежних займов и обязательных платежей.

ФИО4 представила отзыв на кассационную жалобу, в котором поддержала выводы судов двух инстанций, находя судебные акты законными и обоснованными. Среди прочего в отзыве ФИО4 отразила аргумент о необходимости прекращения производства по кассационной жалобе, считая срок на ее подачу пропущенным.

В судебном заседании представитель ФИО4 изложенные в отзыве доводы поддержал.

ФИО2 явку представителей в судебное заседание не обеспечила, что с учетом ее надлежащего извещения о времени и месте судебного заседания не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом (займодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен ряд договоров займа, в частности:

- договор от 31.03.2022, где сумма заемных средств равна 50 000 руб., предельный срок возврата займа определен 31.12.2022;

- договор от 18.05.2022, где сумма заемных средств равна 320 000 руб., предельный срок возврата займа определен 31.12.2022;

- договор от 03.06.2022 (в редакции дополнительного соглашения от 12.07.2022), где сумма заемных средств равна 6 750 000 руб., сумма процентов за пользование денежными средствами – 600 000 руб., предельный срок возврата займа определен 28.02.2023;

- договор от 01.11.2022, где сумма заемных средств равна 10 000 руб., предельный срок возврата займа определен 01.02.2023;

- договор от 22.12.2022, где сумма заемных средств равна 820 000 руб., предельный срок возврата займа определен 01.05.2023;

- договор от 31.01.2023, где сумма заемных средств равна 60 000 руб., предельный срок возврата займа определен 01.03.2023;

- договор от 15.02.2023, где сумма заемных средств равна 20 000 руб., предельный срок возврата займа определен 01.06.2023;

- договор от 01.03.2023, где сумма заемных средств равна 50 000 руб., предельный срок возврата займа определен 01.06.2023.

Общая сумма заемных средств согласно означенным договорам составила 8 080 000 руб., сумма процентов за пользование денежными средствами – 600 000 руб.

14.08.2023 между обществом и ФИО2 подписано соглашение об отступном, в соответствии с пунктами 1.1, 2.1 которого общество вместо исполнения денежных обязательств по договорам займа передает в собственность ФИО2 следующее имущество:

- объект незавершенного строительства площадью 716,4 м2, расположенный по адресу: <...> км Салаирского тракта, кадастровый номер: 72:17:1708010:584;

- сооружение площадью 50 м2, расположенное по адресу: <...> км Салаирского тракта, кадастровый номер: 72:17:1708010:591.

ФИО4 и ФИО2 принадлежат доли участия в уставном капитале общества в размерах 66 % и 34 % соответственно. На момент совершения указанных сделок ФИО2 занимала должность генерального директора общества, подписывала упомянутые договоры займа и соглашение об отступном от обеих сторон.

Указывая на то, что соглашение об отступном является для общества крупной сделкой, на совершение которой ФИО2 как единоличный исполнительный орган юридического лица не получила необходимого согласия, общество в лице его участника ФИО4 обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с настоящим иском.

При принятии решения суд первой инстанции руководствовался статьями 53, 53.1, 65.2, 167, 173.1, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьями 45, 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), статьями 7, 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухучете), пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пунктами 7, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – Постановление № 27), пунктом 29 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019.

Удовлетворяя иск, суд исходил из доказанности оснований для признания соглашения об отступном крупной сделкой, попутно квалифицировав его в качестве сделки с заинтересованностью, поскольку соглашение об отступном подписано ФИО2 от обеих сторон (заемщика и займодавца).

Восьмой арбитражный апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился.

Суд округа не находит оснований для отмены или изменения судебных актов.

Корпоративное право, регулируя отношения, связанные с участием в организациях и управлении ими (статья 2 ГК РФ), предоставляет их учредителям набор субъективных гражданских прав, в том числе право на получение информации, распределение прибыли, принятии решений, связанных с деятельностью компании, возможность бенефициарам бизнеса использовать гражданско-правовые инструменты последующего контроля за наемным менеджментом, в том числе в виде иска о взыскании убытков или оспаривании совершенных им сделок (статья 53.1, пункт 1 статьи 65.2, пункт 1 статьи 67 ГК РФ, пункт 1 статьи 8 Закона об обществах).

Институт оспаривания сделок в сфере корпоративного права представлен главным образом двумя магистральными основаниями, поражающими сделку недействительностью, а именно: если сделка является крупной, либо сделка совершена с заинтересованностью.

Существо института крупных сделок состоит в ограничении полномочий исполнительного органа, коим, как правило, выступает директор (генеральный директор, президент и пр.).

Поскольку последний является лицом, осуществляющим трудовую деятельность по найму, то в сферу его компетенции прежде всего входит совершение неких ординарных сделок, которые в корпоративном законодательстве принято относить к обычной хозяйственной деятельности. Между тем, если такой наемный работник намеревается принять стратегически важное решение для бизнеса, он в силу положений статьи 46 Закона об обществах обязан испрашивать одобрение на совершение соответствующей сделки у учредителей/участников корпорации, которые юридически и фактически являются хозяевами того дела, которое ведет директор.

Необходимость получения согласия на совершение сделки является предварительной (ex ante) мерой контроля за действиями менеджмента организации.

В том случае, если необходимое согласие директором не получено, гражданский закон предоставляет возможность учредителям/участникам юридического лица воспользоваться последующими (ex post) мерами контроля, которыми являются оспаривание сделок и взыскание убытков (статья 15, пункт 1 статьи 174, статья 393 ГК РФ, статья 46 Закона об обществах).

Арбитражной судебной практикой выработаны два критерия, одновременное наличие которых позволяет признать сделку крупной: количественный и качественный (пункт 9 Постановления № 27).

Суть количественного критерия состоит в том, что цена/балансовая стоимость имущества, являющегося предметом сделки, должна составлять 25 или более процентов от балансовой стоимости активов организации, определенной по данным бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату.

Наличие качественного критерия означает, что сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности. Это в том числе может выражаться в прекращении деятельности организации, изменении вида/масштаба такой деятельности и пр.

Совершение сделки в пределах обычной хозяйственной деятельности презюмируется (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах).

Как указано в пункте 1 статьи 45 Закона об обществах, сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

- являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Таким образом, если институт крупных сделок призван в известной мере ограничить полномочия исполнительного органа, то институт сделок с заинтересованностью имеет своей целью воспрепятствование выводу активов из организации, аналогичным образом предусматривая механизмы предварительного и последующего контроля в виде получения одобрения на совершение сделки и возможности ее оспаривания.

В настоящем деле суды обоснованно сделали вывод о заинтересованности ФИО2 в совершении сделки, поскольку в отношениях из совокупности упомянутых договоров займа она выступала одновременно и как займодавец – физическое лицо, и как директор общества, подписывая означенные документы, а также соглашение об отступном от обеих сторон.

По приведенным мотивам суд округа отклоняет аргументацию ФИО2 о экономической обоснованности оспариваемой сделки, а также доводы о причинах возбужденного в отношении общества дела № А81-11426/2023 о банкротстве, поскольку для разрешения вопросов о признании сделки недействительной на основании статьи 45 и/или статьи 46 Закона об обществах соответствующие обстоятельства являются юридически иррелевантными (часть 2 статьи 65 АПК РФ).

Также является несостоятельным утверждение ФИО2 относительно ненадлежащей даты, на которую проведена оценка величины активов общества применительно к сопоставлению с законодательным порогом в 25 % (количественный критерий).

Оспариваемое соглашение об отступном подписано 14.08.2023.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Закона о бухучете отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год – с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица.

Следовательно, отчетным периодом по отношению к спорному соглашению является временной промежуток с 1 января по 31 декабря 2022 года.

Согласно информации из Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности (Ресурс БФО) балансовая стоимость активов общества по состоянию на 31.12.2022 составляла 26 991 000 руб.

Из пункта 2.2 соглашения об отступном следует, что стороны оценили передаваемое от общества ФИО2 имущество в размере 8 680 000 руб., что составляет 32,16 % от балансовой стоимости активов общества на 31.12.2022.

В ходе разрешения спора общество представило в материалы дела изготовленный обществом с ограниченной ответственностью «Бюро оценки и экспертизы» отчет от 27.07.2024 № 1065-БО-24 (поступил в информационную систему «Картотека арбитражных дел» 29.07.2024), согласно которому стоимость переданного в рамках соглашения об отступном имущества составляет в совокупности 9 237 000 руб., то есть 34,2 % от названной балансовой стоимости активов.

Какую бы величину суд ни принял к расчету (32,16 % или 34,2 %), в любом случае она превышает установленный законодателем предел, определяющий количественный критерий крупной сделки (25 %).

Документальных подтверждений, опровергающих вывод о стоимости переданного по соглашению об отступном имущества, ФИО2 в ходе рассмотрения дела судами двух инстанций не представила (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Еще одним кассационным аргументом является утверждение о том, что соглашение об отступном не отвечает качественному критерию крупной сделки, поскольку спорные объекты якобы не использовались обществом в хозяйственной деятельности.

В занимаемой ФИО2 позиции по делу усматриваются противоречия.

На странице 5 кассационной жалобы указано, что экономический смысл приобретения имущества (объект незавершенного строительства и сооружение), переданного в последующем по соглашению об отступном, заключался в дальнейшем строительстве объектов недвижимости с привлечением инвесторов.

Далее, на странице 8 жалобы ФИО2 пишет, что спорные объекты не использовались в хозяйственной деятельности и в связи с их отчуждением масштаб деятельности общества и ее вид существенно не поменялись.

С учетом того, что стоимость спорного имущества ориентировочно составляет треть от стоимости всех активов общества (32,16 – 34,2 %), для приобретения которого общество привлекло заемные средства, а также принимая во внимание изложенные самой ФИО2 письменные пояснения в жалобе, суд округа приходит к выводу о том, что переданное по отступному имущество являлось существенным активом организации, а его отчуждение, по сути, является стратегически важным решением для общества, влияющим на масштаб и вид его деятельности, требующим одобрения со стороны всех его участников.

Доказательств получения такого одобрения ФИО2 как совершившее оспариваемую сделку лицо в материалы дела не представило.

ФИО2 утверждает, что суд первой инстанции безосновательно указал в качестве истца общество, полагая, что в этом процессуальном статусе должна выступать обратившаяся за судебной защитой ФИО4

Приведенную аргументацию суд округа отклоняет, как основанную на неверном понимании норм материального и процессуального права.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором (или иными лицами, указанными в пункте 3 статьи 53 ГК РФ) убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ).

Аналогичная правовая позиция содержится в пункте 32 Постановления № 25, в соответствии с которой участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Вместе с тем, как указано в определении от 26.08.2016 № 305-ЭС16-3884 (вошло в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016), участник корпорации, предъявляя соответствующие требования, действует не только в интересах корпорации как ее представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес (а поэтому, по сути, является косвенным истцом), который обосновывается наличием у корпорации как истца материально-правового требования, обусловленного недопущением причинения ему ущерба, как субъекту гражданско-правовых отношений.

Объект защиты по косвенному иску не может определяться как категоричный выбор либо в пользу защиты субъективного права юридического лица, либо в пользу защиты интересов участников юридического лица.

Интерес юридического лица, который обеспечивается защитой субъективного права, в данном случае производен от интересов его участников, так как интересы общества не просто неразрывно связаны с интересами участников, они предопределяются ими, и, следовательно, удовлетворение интересов корпорации обеспечивает удовлетворение интереса ее участников.

Как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 07.02.2023 № 6-П, граждане могут самостоятельно определять сферу своей экономической деятельности и осуществлять ее как непосредственно, в индивидуальном порядке, так и опосредованно, в том числе путем создания коммерческого юридического лица либо участия в нем единолично или совместно с другими гражданами и организациями. Они вправе выбирать стратегию развития бизнеса, используя свое имущество с учетом конституционных гарантий права собственности (Постановления от 24.02.2004 № 3-П, от 15.03.2005 № 3-П и др.). При этом за субъектами экономических отношений признается право на осознанный и добровольный выбор юридических условий и принятие объективных рисков, связанных с конкретной хозяйственной деятельностью.

Другими словами, участие в коммерческом корпоративном юридическом лице представляет собой опосредованное осуществление гражданами экономической деятельности, поэтому участники имеют законный интерес в эффективности предпринимательской деятельности хозяйственного общества, и в этой связи в ГК РФ включены нормы о законном представительстве корпораций их участниками, обращающимися в суд в защиту юридического лица, даже несмотря на то, что среди самих участников может иметь место корпоративный конфликт, в результате которого их личные экономические интересы стали разнонаправленными.

Процессуальное законодательство разделяет фигуру материального истца, коим является корпорация (в настоящем случае – общество), и процессуального истца (в настоящем случае – участник общества ФИО4), в лице которого может выступать участник, акционер и пр.

Кроме того, остается неясным мотив ФИО2, положенный в основание заявления соответствующего довода, поскольку безотносительно фигуры истца оспариваемая сделка подлежала признанию ее недействительной с применением установленных законом последствий.

Довод о необоснованном отказе судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства ФИО2 о приостановлении производства по делу до разрешения спора № А81-11096/2023 кассационный суд также отклоняет.

Пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ на арбитражный суд возложена обязанность по приостановлению производства по делу ввиду невозможности его рассмотрения до разрешения спора дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции или арбитражным судом.

В рамках дела № А81-11096/2023 рассматривался иск ФИО2 к обществу о признании недействительным решения внеочередного общего собрания участников, оформленного протоколом от 11.10.2023, о досрочном прекращении полномочий истца как генерального директора.

Названное решение собрания проведено после совершения оспариваемой в настоящем деле сделки, а кроме того, в кассационной жалобе не приведены аргументы, позволяющие обосновать невозможность разрешения настоящего спора до окончания рассмотрения дела № А81-11096/2023, как того требует указанная норма процессуального закона.

Отдельно судебная коллегия полагает необходимым оценить изложенный в отзыве довод ФИО4 о якобы пропуске ФИО2 срока на подачу кассационной жалобы. В отзыве отражено мнение, согласно которому ФИО2 пропустила указанный срок, обратившись с кассационной жалобой 18.03.2025.

Приведенный аргумент является ошибочным.

Суд округа является третьей инстанцией, в которой рассматривается настоящее дело.

Постановление апелляционного суда по настоящему делу, который является по второй по счету инстанций в системе арбитражных судов (статья 3 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации»), принято 30.10.2024.

С учетом того, что срок на кассационное обжалование установлен частью 1 статьи 276 АПК РФ равным двум месяцам, участвующие в деле лица имели право на обжалование постановления апелляционного суда до 30.12.2024.

Настоящая кассационная жалоба подана ФИО2 посредством органа почтовой связи, о чем свидетельствует имеющийся в материалах дела конверт (том 2, лист 105). На указанном конверте имеется оттиск штемпеля почтового оператора, отражающий дату обращения, а именно: 28.12.2024.

В таком случае датой подачи кассационной жалобы является дата соответствующего обращения в орган почтовой связи, то есть 28.12.2024 (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Указанная ФИО4 дата 18.03.2025 является датой регистрации кассационной жалобы в Арбитражном суде Западно-Сибирского округа (о чем имеется отметка в информационной системе «Картотека арбитражных дел», а также сделан оттиск печати на самой жалобе, содержащейся в материалах дела), а не датой ее подачи.

Срок на кассационное обжалование ФИО2 не пропущен.

Резюмируя изложенное в совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суды первой и апелляционной инстанций, исследовав с достаточной полнотой и оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения и установили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Аргументированная оценка судами относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, позволила судам прийти к выводу об обоснованности заявленных исковых требовании.

Поскольку суд округа не усмотрел нарушения судами норм материального и (или) процессуального права, а также несоответствия выводов, изложенных в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, кассационная жалоба признается полностью необоснованной, а решение и постановление по настоящему делу подлежат оставлению без изменения (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции также не установлено.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 13.08.2024 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 30.10.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-1944/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.Л. Полосин

Судьи М.Ф. Лукьяненко

ФИО1