Решение по делу № А40-169730/2025 от 16.01.2026

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, <...>

http://www.msk.arbitr.ru

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Москва Дело № А40-169730/25-40-1386

16 января 2026 г.

Резолютивная часть решения объявлена 13 ноября 2025г.

Полный текст решения изготовлен 16 января 2026г.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Селивестрова А.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шелудяковой А.А. рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью "Доминион Агро" (307173, Курская область, г.о. город Железногорск, <...>, ОГРН <***>, дата присвоения ОГРН 20.02.2016, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Газпромбанк Автолизинг" (117342, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Коньково, ул. Миклухо- Маклая, д. 40, пом. 2/1, ОГРН <***>, дата присвоения ОГРН 14.12.2004, ИНН <***>)

о взыскании неосновательного обогащения по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. в размере 943 402 руб. 32 коп.

при участии: от истца- ФИО1 по дов. от 24.04.2025г.,

от ответчика- ФИО2 по дов. № 969 от 26.06.2025г.

УСТАНОВИЛ:

ООО «Доминион Агро» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Газпромбанк Автолизинг» (далее – ответчик) о взыскании по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. сальдо встречных обязательств в сумме 943 402 руб. 32 коп.

Представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика в удовлетворении исковых требований просил отказать по доводам, изложенным в отзыве на иск и дополнениях к отзыву при этом указав, что в результате расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга № ДЛ-168105-23, с учетом методики, указанной в Постановлении Пленума ВАС РФ № 17 сложилось в пользу лизингополучателя в размере 1 217 431 руб. 76 коп. Однако, учитывая, что ранее в адрес лизингополучателя была произведена выплата суммы сальдо в размере 527 000 руб. 93 коп., сальдо по

договору лизинга составляет 1 217 431 руб. 76 коп. – 527 000 руб. 93 коп. = 690 430 руб. 83 коп. Представил контррасчет.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителя истца и ответчика, исследовав и оценив представленные письменные доказательства, арбитражный суд установил, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Газпромбанк Автолизинг» (лизингодатель) и ООО «Доминион Агро» (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. (далее – договор лизинга), в соответствии с которым лизингодатель обязуется приобрести в собственность указанное лизингополучателем имущество у определенного им продавца и передать его без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, а лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга на условиях договора лизинга с их обязательным последующим выкупом.

Согласно п. 1.1. договора лизинга, предметом лизинга является транспортное средство легковой автомобиль Geely Monjaro 2.0 AT Exclusive внедорожник (далее – предмет лизинга).

21.07.2023г. обязательства лизингодателя по договору лизинга исполнены надлежащим образом, предмет лизинга передан лизингополучателю во временное владение и пользование, что подтверждается актом приема-передачи в лизинг.

В последующем, между страхователем ООО «Газпромбанк Автолизинг» и страховщиком ОАО «ВСК» (далее - страховщик) был заключен договор имущественного страхования предмета лизинга по вышеуказанному договору лизинга (полис КАСКО № 23999V8000538).

В период действия договора страхования, а именно - 13.12.2024 г., произошел страховой случай - конструктивная гибель транспортного средства, о чем ОАО «ВСК» составило экспертный отчет 09.01.2025 г. и 13.01.2025г. отправило уведомление о том, что транспортное средство получило повреждения, при которых затраты на его ремонт превышают 75 % его действительной стоимости, что согласно условиям страхования, соответствует состоянию конструктивной гибели транспортного средства.

Актом приема-передачи № 10427337 от 10.04.2025 г. право собственности на транспортное средство (годные остатки) перешло к страховщику. После чего 16.04.2025 г. САО «ВСК» произвело оплату на счет лизингодателя на сумму 3 995 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 47447.

Таким образом, лизингодатель полностью получил стоимость утраченного предмета лизинга. В последующем, 21.04.2025 г. ООО «Газпромбанк Автолизинг» направило в адрес истца уведомление о расторжении договора лизинга и расчете сальдо (далее - уведомление) исходя из которого, лизингодатель обязан перечислить лизингополучателю сумму в размере 527 000 руб. 93 коп. (сумма сальдо).

В расчете сальдо предоставлены следующие данные:

Сальдо = (СПД (сумма прекращения договора, определяемая на дату получения страхового возмещения или отказа в выплате страхового возмещения) + У (убытки лизингодателя + просрочка) - СВ (страховое возмещение) СПД-3 101 589,45; У-267 591,67; СВ -3 995 000; просрочка - 98 817,95.

Таким образом, сальдо являлось отрицательным и составляло 527 000 руб. 93 коп.

Впоследствии ООО «Газпромбанк Автолизинг» произвело оплату на счет лизингополучателя указанную сумму в размере 527 000 руб. 93 коп.

Истец не согласен с расчетом сальдо, произведенным ответчиком в связи с нижеследующим.

В уведомлении от 21.04.2025г. ответчиком указано, что вышеуказанный порядок расчета взаимных предоставлений применяется вместо порядка, предусмотренного Постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Таким образом, порядок расчета был основан на п. 5.6 Общих условий договора лизинга.

В соответствии с п. 6.2.18 Общих условий лизинга лизингодатель вправе (но не обязан) в одностороннем внесудебном порядке расторгнуть договор лизинга (отказаться от договора лизинга) в случае если лизингодатель получил от страховщика страховое возмещение по факту угона (хищения), либо полной конструктивной гибели предмета лизинга или отказ в выплате страхового возмещения. При этом взаиморасчеты между сторонами осуществляются в порядке, установленном п.п. 5.6 и 5.7 Общих условий лизинга.

На основании п. 3.6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга

В данном случае лизингодатель не понес каких-либо убытков, связанных со страховым случаем.

Соответственно, расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ.

Согласно п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 03.2014г. № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - Постановление № 16) в случае грубого нарушения баланса интересов сторон на основании п. 4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ сторона договора вправе заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной (то есть оказалась слабой стороной договора).

При этом, гражданское законодательство предусматривает необходимость соотнесения встречных предоставлений сторон по результатам расторжения договора, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения одной из них.

Согласно позиции, изложенной в п 2 Постановления № 17, с учетом положений ст.ст. 2, 4 и 19 Федерального закона от 29 10.1998 г № 164- ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", по своей природе договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат

вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Из взаимосвязанного содержания условий п.п. 5.6, 5,7 6.10, 1.1.24, 1.1.26, 8.5, 3.3.4 Общих условий следует, что расчеты, предусмотренные общими условиями лизинга, не позволяют определить реальные предоставления сторон.

Таким образом, расчеты по п 5.6 Общих условий существенно отличаются от предусмотренного в Постановлении № 17 расчета встречных предоставлений сторон договора лизинга.

При таких обстоятельствах, когда встречные предоставления сторон учитываются путем исключения всего исполненного по договору, существенное значение имеет установление остатка финансирования (то есть то, что осталось неисполненным), сложившегося на момент расчета сальдо (момент реализации предмета лизинга, с момента реализации которого финансирование считается возвращенным (п. 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 10.2021 г.).

При этом, п. 5.6 Общих условий вместо учета суммы остатка финансирования учитывает сумму закрытия сделки (сумма оплаты досрочного выкупа (абз. 24 п. 1.1 Общих условий), которая определяется исходя из графика платежей на момент реализации предмета лизинга, в связи с чем, лизингодателю более выгодным становится расторжение договора, чем его исполнение.

Соответственно, не подлежит применению условие договора, которое создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (п.п. 3 – 4 ст. 1 ГК РФ), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании.

Приобретение лизингодателем иных благ без встречного предоставления влечет получение им необоснованной выгоды, основанный лишь на формальных условиях договора, изложенные в общих условиях, в соответствии которых лизингополучатель не принимал участие.

Таким образом, истец считает, что ответчик намеренно отправил уведомление о расторжении договора лизинга 21.04.2025 г. с целью включения ежемесячного платежа в расчет сальдо, что является злоупотреблением правом со стороны лизингодателя.

Лизингополучатель произвел расчет сальдо встречных обязательств, по методике Постановления Пленума ВАС РФ № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга». Согласно расчета, на стороне лизингодателя - ООО «Газпромбанк Автолизинг», возникло неосновательное обогащение, по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. в размере 1 470 403 руб. 25 коп.

Письмом Исх. № б/н от 30.04.2025г. истец направил в адрес ответчика претензию с требование уплатить 1 470 403 руб. 25 коп. Однако перечислена была лишь сумма в размере 527 000 руб. 93 коп.

Поскольку претензионные требования ответчик в полном объеме не удовлетворил истец с учетом поступившей оплаты обратился с настоящим иском в суд о взыскании с ответчика суммы сальдо встречных представлений по договору лизинга № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. в размере 943 402 руб. 32 коп. из расчета: 1 470 403 руб. 25 коп. - 527 000 руб. 93 коп. = 943 402 руб. 32 коп.

Согласно ст. 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного

им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 29.10.1998г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге, Закон № 164-ФЗ), права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

Согласно ст. 625 ГК РФ к отдельным видам договора аренды, в том числе финансовая аренда, положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих договорах.

Согласно ст. 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом.

В силу п. 5 ст. 15 Закона о лизинге по договору лизинга лизингополучатель обязуется выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.

Пунктом 2 ст. 28 Закона о лизинге установлено, что размер, способ осуществления и периодичность лизинговых платежей определяются договором лизинга с учетом настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 22 Закона о лизинге ответственность за сохранность предмета лизинга от всех видов имущественного ущерба, а также за риски, связанные с его гибелью, утратой, порчей, хищением, преждевременной поломкой, ошибкой, допущенной при его монтаже или эксплуатации, и иные имущественные риски с момента фактической приемки предмета лизинга несет лизингополучатель, если иное не предусмотрено договором лизинга.

В силу ст. 26 Закона о лизинге, утрата предмета лизинга или утрата предметом лизинга своих функций по вине лизингополучателя не освобождает лизингополучателя от обязательств по договору лизинга, если договором лизинга не установлено иное.

В соответствии с ч. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Согласно ч. 1 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно ч. 2 ст. 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

13.12.2024 г., произошел страховой случай - конструктивная гибель транспортного средства, о чем ОАО «ВСК» составило экспертный отчет 09.01.2025 г. и 13.01.2025г. отправило уведомление о том, что транспортное средство получило повреждения, при которых затраты на его ремонт превышают 75 % его действительной стоимости, что согласно условиям страхования, соответствует состоянию конструктивной гибели транспортного средства.

В последующем, 21.04.2025 г. ООО «Газпромбанк Автолизинг» направило в адрес истца уведомление о расторжении договора лизинга и расчете сальдо в соответствии с п. 5.6 Общих условий исходя из которого, лизингодатель обязан перечислить лизингополучателю сумму в размере 527 000 руб. 93 коп. (сумма сальдо).

Договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон (п. 1 ст. 19 Закона о лизинге).

Согласно п. 24 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021г., при утрате предмета лизинга вследствие хищения, конструктивной гибели и иных подобных событий, влекущих невозможность удовлетворения имущественного интереса лизингополучателя по договору выкупного лизинга, как лизингодатель, так и лизингополучатель праве потребовать исполнения завершающей договорной обязанности в размере сложившегося сальдо встречных обязательств, определенного в том числе с учетом стоимости предмета лизинга, возмещенной страховой компанией лизингодателю.

В рассматриваемом случае правоотношения сторон прекратились, предмет лизинга возвращен лизингодателю и им получена сумма страхового возмещения.

Следовательно, в связи с повреждением транспортного средства и прекращением правоотношений связанных с лизингом, сторонам необходимо соотнести взаимные предоставления сторон по договору лизинга.

Под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьей 19 Закона о лизинге содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором (п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление № 17)).

Согласно п. 2 Постановления № 17 в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

На основании п. 3.1 Постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (п. 3.2 Постановления № 17).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (п. 3.3 Постановления № 17).

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. (п. 3.4 Постановления № 17).

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле:

П-А-Ф

ПФ= ×365×100

Ф×С

/ДН,

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых), П - общий размер платежей по договору лизинга, А - сумма аванса по договору лизинга, Ф - размер финансирования, срок договора лизинга в днях.

Стороны предусмотрели в п. 5.6 Общих условий договора лизинга последствия расторжения договора лизинга и порядок определения взаимных предоставлений по договору лизинга (расчета сальдо встречных обязательств).

Согласно п. 5.6 Общих условий при расторжении договора лизинга вследствие угона (хищения), либо полной конструктивной гибели предмета лизинга и получении лизингодателем от страховщика страхового возмещения по факту угона (хищения), либо полной конструктивной гибели предмета лизинга или отказа в выплате страхового возмещения за угнанный (похищенный) или утраченный предмет лизинга стороны производят расчет взаимных обязательств по следующей формуле: сальдо = СПД + У – СВ, где сальдо – результат расчета взаимных обязательств сторон по договору лизинга, совершенных до момента его расторжения; СПД – сумма прекращения договора, определяемая на месяц получения страхового возмещения (при наличии нескольких платежей, к расчету принимается месяц наиболее позднего платежа) или отказа в выплате страхового возмещения, в соответствии с п.1.1.26 Общих условий лизинга; У – убытки лизингодателя, определяемые по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством, а также, в случае выкупа страховщиком годных остатков предмета лизинга, расходы лизингодателя по уплате налога на добавленную стоимость от операции, связанной с выплатой страховщиком стоимости годных остатков; СВ – страховое возмещение, полученное лизингодателем от страховщика, по факту угона (хищения), либо полной конструктивной гибели предмета лизинга.

В п. 5.6 Общих условий лизинга, разработанных лизингодателем, закреплен нарушающий баланс учет предоставлений сторон при расчете сальдо. Произведенный ответчиком расчет сальдо исходя из указанного порядка суммы прекращения договора носит непрозрачный характер, приводит к нарушению эквивалентности встречных предоставлений и непропорциональному обременению лизингополучателя.

Согласно ст. 2, 4 и 19 Закона о лизинге и разъяснениям п. 2 Постановления № 17, договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование). Расторжение договора лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ.

Этот основной принцип Постановления № 17 не может быть пересмотрен по соглашению сторон (абз. 1 п. 4 ст. 453 ГК РФ, п. 4 ПП ВАС № 35 «О последствиях расторжения договора», определение ВС от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301).

Однако из взаимосвязанного содержания условий п. 5.6, 1.1.24, 1.1.26, Общих условий лизинга следует, что расчеты, предусмотренные общими условиями, не позволяют определить реальные предоставления сторон, среди которых: сумма финансирования, плата за пользование финансированием, лизинговые платежи, оплаченные лизингополучателем.

Согласно позиции Верховного суда РФ, изложенной в Определении от 27.12.2021г. № 305-ЭС21-17954 порядок определения имущественных последствий расторжения договоров, закрепленный в Правилах лизинга, является обременительным для лизингополучателя, поскольку предусматривает менее выгодный для него вариант определения завершающей обязанности по договору в сравнении с общим подходом, отраженным в пунктах 3 - 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» и

позволяющим исключить неосновательное обогащение одной из сторон договора за счет другой стороны.

Согласно п. 1.5 договора лизинга к отношениям сторон применяются Общие условия лизинга.

Из положений указанных условий договора лизинга следует, что ОУЛ носят типовой характер, ОУЛ разработаны лизингодателем заранее, а лизингополучатель принял их путем присоединения. Отсутствие возражений одной из сторон договора относительно включения в него тех или иных условий на стадии заключения договора, а равно наличие у стороны возможности заключения аналогичного договора с другими участниками оборота на иных условиях не исключает квалификацию соответствующего условия договора как недействительного (ничтожного), если спорное условие противоречит императивным нормам по своей сути, в том числе входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 16.08.2022г. № 305-ЭС22-7116, от 01.09.2022г. № 305-ЭС22-2207, от 01.09.2022г. № 305-ЭС22-2212).

При этом спорное договорное условие предложено лизинговой компанией, поскольку содержится в Общих условиях лизинга, расположенных на сайте лизингодателя, к которым лизингополучатель присоединился согласно ст. 428 ГК РФ при заключении договора лизинга.

Следовательно, при оценке действительности п. 5.6. Общих условий лизинга лизингодатель не вправе ссылаться на то, что лизингополучатель согласился с этими условиями (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 01.09.2022г. № 305-ЭС22-2207, от 01.09.2022г. № 305-ЭС22-2212).

Согласно п. 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2021г. при заключении договора лизинга лизингополучатель находился в положении, затрудняющем согласование иного содержания условий договора, так как «Общие условия лизинга», разработанные лизинговой компанией и размещенные в открытом доступе на ее сайте в сети «Интернет», носили типовой характер.

Как указывается в Определении Верховного суда от 27.12.2021г. № 305-ЭС21-17954 исходя из разъяснений, данных в пункте 9 постановления № 16, на основании п. 4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ сторона договора вправе заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными для нее и существенным образом нарушающих баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной (то есть оказалась слабой стороной договора).

Правила лизинга разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к Правилам лизинга применяются положения ст. 428 ГК РФ о договоре присоединения.

В таком случае, пока не доказано иное, предполагается, что лизингополучатель был ограничен в возможности влиять на содержание договорных условий, то есть является слабой стороной договора.

Согласно Определению ВС РФ от 19.05.2022г. № 305-ЭС21-28851 в том случае, когда конкретное условие становится частью договора не в результате реализации принципа автономии воли каждой из сторон, а в результате подчинения воли одной стороны другой, обязанностью суда является защита слабой стороны договора от злоупотреблений, допущенных в ее отношении сильной стороной.

Так, в п.1.1.26. Общих условий договора лизинга определено, что сумма прекращения договора (далее - СПД) – это сумма, исчисляемая при одностороннем отказе лизингодателя от исполнения договора лизинга и/или расторжении договора лизинга, и/или изъятии предмета лизинга, включающая: возмещение лизингодателю суммы оплаты досрочного выкупа предмета лизинга, задолженности по договору лизинга, процентов за пользование чужими денежными средствами, взыскание неустойки, подлежащей уплате лизингополучателем на условиях договора лизинга и настоящих Общих условий лизинга.

Согласно п.1.1.24 Общих условий договора лизинга, сумма оплаты досрочного выкупа предмета лизинга – оплата в счет стоимостной оценки предмета лизинга, применяемая в случаях, установленных договором лизинга.

Сумма оплаты досрочного выкупа предмета лизинга изменяется в соответствии с графиком лизинговых платежей. Применению подлежит сумма оплаты досрочного выкупа предмета лизинга в случае расторжения договора лизинга в связи с угоном/хищением или гибелью/утратой предмета лизинга, - установленная в графике лизинговых платежей на месяц получения страхового возмещения или отказа в выплате страхового возмещения.

Лизингодателем не раскрыт порядок формирования суммы досрочного выкупа предмета лизинга согласно графику, установленному в договоре лизинга.

Лизингодатель не пояснил, каким образом расходы лизинговой компании формируют ту сумму СПД, которая устанавливается в графике платежей и изменяется каждый месяц. Истцом не даны пояснения относительного того, в связи с чем в формуле расчета, установленного п. 5.6 Общий условий, не учитываются произведённые лизингополучателем лизинговые платежи, которые имеют существенное значение для соотнесения встречных представлений сторон наряду с таким показателем, как цена возвращенного предмета лизинга (сумма перечисленного страхового возмещения).

Указанный пункт является явно обременительным для лизингополучателя и противоречит главному правилу, установленному в Постановлении № 17, – недопустимости получения лизингодателем благ, на которые он не вправе был претендовать при надлежащем исполнении договора лизинга ответчиком.

Принимая во внимание изложенное, предусмотренный п. 5.6 Общих условий принцип определения завершающей договорной обязанности имеет характер несправедливого договорного условия, создающего искусственные основания для занижения величины встречного предоставления лизингополучателя.

Если спорное условие договора явно нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для экономически слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора, не обосновала его разумность, суд в соответствии с п. 4 ст. 1, п. 2 ст. 10 ГК РФ в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства.

Указанный подход также получил закрепление в определениях Судебной Коллегии по Экономическим Спорам Верховного суда от 14.11.2023г. № 305-ЭС23-11168, от 10.10.2023г. № 305-ЭС23-12470, от 06.10.2022г. № 307-ЭС22-5301.

Таким образом, в настоящем деле сальдо подлежит расчету по правилам постановления Пленума № 17.

Ответчик, оспаривая исковые требования представил контррасчет согласно которому сальдо встречных обязательств по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. сложились в пользу лизингополучателя в размере 1 217 431 руб. 76 коп. Однако, учитывая, что ранее в адрес лизингополучателя была произведена выплата суммы сальдо в размере 527 000 руб. 93 коп., сальдо по договору лизинга составляет 690 430 руб. 83 коп. из расчета: 1 217 431 руб. 76 коп. – 527 000 руб. 93 коп. = 690 430 руб. 83 коп.

Сторонами представлен следующий расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга.

Показатели

Истец

Ответчик

Сумма платежей по договору лизинга

6 629 141,34

Авансовый платеж по договору лизинга

799 000

Сумма платежей по договору лизинга без учета авансового платежа

5 830 141,34

Цена предмета лизинга по договору купли- продажи

4 700 000

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или

договором санкции

0,00

267 591,67

потери НДС от реализации

Размер финансирования,

предоставленного лизингодателем лизингополучателю

3 901 000

3 901 000,00

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль лизингодателя по договору)

9,99%

1 929 141,34 (10,03 %)

Срок договора лизинга

1 807 дней

1799 дней

Фактический срок финансирования

655 дней

638 дней

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием

699 273,70

684 153,52

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа)

2 075 176,95

Стоимость возвращенного предмета лизинга

3 995 000

Сальдо встречных обязательств

Судом установлено и из представленных сторонами расчетов усматривается,

что разногласия сторон и разница в размере завершающей обязанности по договору лизинга связана с расхождением в сроке договора лизинга, платы за финансирование в % годовых, сроком фактического финансирования, в связи с чем также разногласия в сумме платы за финансирование за время до фактического возврата финансирования, с сумой убытков, которые лизингополучатель не учитывает при расчете сальдо.

Заключенный между лизингополучателем и лизингодателем договор квалифицируется в качестве договора выкупного лизинга по смыслу Постановления № 17, досрочное прекращение которого согласно п.3.1 порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Указанное сальдирование требует разрешения разногласий между сторонами об учете тех или иных предоставлений сторон, а также о размере этих предоставлений.

Проверив расчеты сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1.1.18 Общих условий лизинга, срок лизинга – срок владения и пользования предметом лизинга лизингополучателем. Начинается с даты передачи предмета лизинга лизингодателем лизингополучателю по акту приема-передачи в лизинг (акту сдачи-приемки, в случаях, предусмотренных договором лизинга или Общими условиями лизинга) и заканчивается в последний календарный день месяца, в котором графиком лизинговых платежей установлен последний платеж, либо в дату оплаты всех платежей по договору лизинга при выполнении всех условий, указанных в п. 7.2.1 Общих условий лизинга, либо в дату расторжения договора лизинга в связи с нарушением лизингополучателем своих обязанностей в случаях, указанных в договоре лизинга, либо в дату, указанную в соглашении о досрочном выкупе предмета лизинга лизингополучателем.

Таким образом срок договора лизинга – 1 808 дней за период с 21.07.2023 г. (дата передачи предмета лизинга лизингополучателю) по 30.06.2028 г. (последний календарный день месяца, в котором графиком лизинговых платежей установлен последний платеж).

Согласно методике расчета сальдо встречных обязательств в соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.03.2014 г. № 17 плата за финансирование по договору лизинга № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г., следующая:

ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых) 9,98% П - общий размер платежей по договору лизинга 6 629 141,34 руб.

А-сумма аванса по договору лизинга 799 000 руб.

Ф - размер финансирования 3 901 000 руб.

С/дн - срок договора лизинга в днях 1808

ПФ= 6 629 141,34 – 799 000 – 3 901 000 х 365 х 100 = 9,98 % 3 901 000 х 1808

Согласно п. 3 ст. 28 Закона о лизинге обязательства лизингополучателя по уплате лизинговых платежей наступают с момента начала использования лизингополучателем предмета лизинга, если иное не предусмотрено договором лизинга.

Как следует из позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 10.10.2023г. № 305-ЭС23-12470, исходя из пунктов 1 и 3 статьи 28 Закона о лизинге, финансирование предоставляется лизингодателем путем оплаты стоимости предмета лизинга продавцу и передачи имущества лизингополучателю, в связи с чем по общему правилу именно с момента начала использования лизингополучателем предмета лизинга у последнего возникает обязанность по уплате лизинговых платежей - возврату финансирования и оплате пользования финансированием, если иной момент возникновения указанной обязанности не определен договором.

Таким образом фактический срок финансирования по договорам лизинга подлежит исчислению с момента передачи предмета лизинга лизингополучателю т.е. с 21.07.2023г. (дата передачи предмета лизинга лизингополучателю по акту приема-передачи).

Пунктом 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» разъяснено, что если погибший или поврежденный предмет лизинга был застрахован в пользу лизингодателя, он обязан предпринять разумные усилия для получения страхового возмещения. При этом сумма полученного лизингодателем страхового возмещения идет в зачет требований лизингодателя к лизингополучателю об уплате лизинговых платежей (если договор лизинга не был расторгнут) или при расчете сальдо встречных обязательств (если договор лизинга был расторгнут).

В силу ст. 21 Закона о лизинге и п. 7 Постановления № 17, сумма страхового возмещения подлежит зачету в счет требований лизингодателя. Следовательно, с момента получения выплаты обязательства лизингополучателя считаются исполненными.

Следовательно, фактический срок финансирования по договору лизинга составляет 636 дней за период с 21.07.2023г. по 16.04.2025г.

Плата за финансирование за время до фактического возврата финансирования по договору лизинга составляет 678 376 руб. 42 коп. из расчета: 3 901 000 х 9,98% / 365 х 636 =678 376 руб. 42 коп.

Утверждение ответчика об обязанности истца возместить налоговые издержки, связанные с передачей в собственность страховой компании годных остатков транспортного средства, несостоятельно.

Как указано в п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", в целях взыскания убытков необходимо представить доказательства наличия убытков, обоснование с разумной степенью достоверности их размера и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Убытки и НДС имеют самостоятельное регулирование. Убытки, как мера гражданско-правовой ответственности, регулируются нормами гражданского

законодательства. НДС, как федеральный налог, регулируется нормами налогового законодательства.

В соответствии с положениями статей 2 и 19 Закона о лизинге по договору финансовой аренды (лизинга) лизингодатель обязуется приобрести в собственность указанное лизингополучателем имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование, с возможностью перехода права собственности на имущество к лизингополучателю по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон.

Согласно п. 1 ст. 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по договору лизинга за весь срок его действия входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

Как указано в п. 2 Постановления № 17 в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств (финансирования), а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Посредством внесения лизинговых платежей лизингополучатель осуществляет возврат предоставленного ему финансирования (возмещает закупочную цену предмета лизинга в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.) и вносит плату за пользование финансированием, определяемую как правило в процентах годовых на размер финансирования, либо расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования (пункты 3.4 - 3.5 Постановления № 17).

Анализ вышеназванных положений Закона о лизинге и разъяснений Пленума позволяет прийти к выводу, что издержки лизингодателя, связанные с исполнением договора, не упомянутые в статье 28 Закона о лизинге, покрываются за счет вознаграждения лизингодателя (платы за финансирование), если иное не следует из условий договора, определяющих структуру лизинговых платежей. Следовательно, по общему правилу издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты налога при получении положительного финансового результата (прибыли) от исполнения договора лизинга, учитываются при определении входящей в состав лизинговых платежей платы за финансирование и не требуют дополнительной компенсации со стороны лизингополучателя.

Утрата предмета лизинга по смыслу ст. 416 ГК РФ и ст. 22 Закона о лизинге не влечет автоматического прекращения обязательств с учетом возложения на лизингополучателя риска случайной гибели предмета лизинга. Вместе с тем, принимая во внимание фактическую невозможность удовлетворения имущественного интереса сторон договора, в целях исключения неосновательного обогащения при утрате предмета лизинга вследствие хищения, конструктивной гибели и иных подобных событий как лизингодатель, так и лизингополучатель праве потребовать исполнения завершающей договорной

обязанности. Поскольку страхование предмета лизинга производится в целях удовлетворения требований лизингополучателя, возникающих из договора лизинга, в этом случае сумма полученного лизингодателем страхового возмещения идет в зачет требований лизингодателя (ст. 21 Закона о лизинге, п. 7 Постановления № 17).

Таким образом, получение страхового возмещения стоимости утраченного предмета лизинга не приводит к возникновению у лизингодателя обязанности по уплате налога на прибыль организаций в большем размере, в сравнении с величиной налога, которая должна была уплачиваться в ходе обычного исполнения договора при получении лизинговых платежей. Принимая во внимание, что налоговые издержки лизингодателя, возникающие при исполнении договора, учитываются в составе лизинговых платежей (покрываются за счет входящей в их структуру платы за финансирование), то возложение на лизингополучателя обязанности по их отдельному возмещению при прекращении действия договора лизинга не может быть признано допустимым. Иное означало бы возложение на лизингополучателя обязанности по возмещению отсутствующих убытков лизингодателя и приводило к повторному возмещению одних и тех же издержек.

Данный вывод согласуется с правовыми позициями, выраженными в Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021г. (пункты 22 и 24).

Кроме того, согласно п. 22 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2021 г.) гражданское законодательство не исключает возможность признания убытками тех затрат кредитора, которые обусловлены исполнением публичных обязанностей, в том числе возникли вследствие налогообложения. Однако исходя из п. 2 ст. 15 и п. 2 ст. 393 ГК РФ в качестве убытков могут рассматриваться только затраты, необходимость несения которых отсутствовала бы при надлежащем исполнении обязательства.

В случае надлежащего исполнения договора лизинга лизинговая компания должна была уплатить налоги с выручки, полученной в виде лизинговых платежей, общий размер которых согласно п. 1 ст. 28 Закона о лизинге покрывает как стоимость предмета лизинга, так и вознаграждение лизинговой компании.

Следовательно, само по себе наступление обязанности по уплате налогов при получении стоимости предмета лизинга в случае его продажи не свидетельствует о возникновении убытков у лизингодателя.

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам гражданского законодательства.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было

нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (ст. 15 ГК РФ).

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно ч. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Исходя из смысла статей 15 и 393 ГК РФ для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причиненную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника – также вину.

Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Основанием возникновения договорной ответственности является нарушение сторонами условий согласованного ими договора, в то время как для наступления внедоговорной (деликтной) ответственности обязательным условием является наличие вреда, а не наличие убытков. Понятие «вред» и «убытки» четко разделены в действующем законодательстве и не могут быть рассмотрены в качестве синонимов.

Фактическое несение убытков, применительно к позиции, изложенной в Постановлении № 17, не освобождает лизингодателя от доказывания причинно-следственной связи между действием/бездействием лизингополучателя и их размером на стороне лизингодателя, с учетом положений ст. 15 и 393 ГК РФ.

Учитывая, что в нарушение требований ст. 65 АПК РФ, в материалы дела не представлено доказательств причинно-следственной связи между действием/бездействием лизингополучателя и возникшими на стороне лизингодателя убытками, указанные требования подлежат исключению из расчета сальдо встречных обязательств.

Таким образом, размер сальдо по договору лизинга сложилось в пользу лизингополучателя и составляет 963 799 руб. 60 коп. из следующего расчета: (3 901 000 руб. (размер финансирования) + 678 376,42 руб. (плата за финансирование за фактическое время пользования предметом лизинга) + 0,00 руб. (убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции) + 527 000,93 руб. (сумма, возвращенная лизингополучателю) - (2 075 176,95 руб. (внесенные лизингополучателем платежи за вычетом аванса) + 3 995 000,00 руб. (сумма страхового возмещения)) = - 963 799 руб. 60 коп.

Судом установлено, что сальдо встречных обязательств по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. с учетом произведенной ответчиком выплаты суммы сальдо в размере 527 000 руб. 93 коп. в пользу лизингополучателя составляет 963 799 руб. 60 коп. Вместе с тем истцом заявлено требование о взыскании неосновательного обогащения по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. сальдо встречных обязательств в сумме 943 402 руб. 32 коп.

При этом, суд не вправе выходить за пределы заявленных исковых требований. В связи с чем суд рассматривает исковые требования в заявленном размере.

Согласно ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В силу ст. 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила об обязательствах, возникших вследствие неосновательного обогащения, подлежат применению, в том числе, к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

В соответствии с ч. 2 ст. 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства. При непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства должник вправе потребовать от кредитора принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. В силу ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019г., отмечено, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Факт удержания ответчиком причитающейся истцу 943 402 руб. 32 коп. без всяких к тому оснований документально подтвержден и ответчиком не оспорен.

Согласно ст.ст. 9, 65 АПК РФ стороны обязаны доказывать обстоятельства своих требований или возражений и несут риск последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

Учитывая, что на момент рассмотрения спора ответчиком не представлены доказательства возврата денежных средств истцу в размере 943 402 руб. 32 коп., заявленное требование признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

При изложенных обстоятельствах исковые требования обоснованы и подлежат удовлетворению в полном объеме.

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ. Руководствуясь ст.ст. 65, 71, 110, 167, 176, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Газпромбанк Автолизинг" в пользу общества с ограниченной ответственностью "Доминион Агро" неосновательное обогащение по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-168105-23 от 18.07.2023г. в размере 943 402 руб. 32 коп., госпошлину в размере 52 170 руб. 10 коп.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты его изготовления в полном объеме.

Судья Селивестров А.В.