ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ
АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ул. Батюшкова, д.12, <...>
E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
16 апреля 2025 года
г. Вологда
Дело № А13-10013/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 02 апреля 2025 года.
В полном объёме постановление изготовлено 16 апреля 2025 года.
Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Докшиной А.Ю., при ведении протокола секретарем судебного заседания Муриной Р.Д.,
при участии от общества с ограниченной ответственностью «Русагрообъединение» ФИО1 по доверенности от 10.01.2025, ФИО2 по доверенности от 01.04.2025, от Северо-Западного межрегионального управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору ФИО3 по доверенности от 30.01.2025 № 9-Д, ФИО4 по доверенности от 09.12.2024 № 104-Д,
рассмотрев в открытом судебном заседании по общим правилам административного производства, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, дело № А13-10013/2024,
установил:
общество с ограниченной ответственностью «Русагрообъединение» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 160509, Вологодская область, район Вологодский, <...>; далее – ООО «РАО», общество) о признании незаконным и отмене постановления Северо-Западного межрегионального управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 198095, Санкт-Петербург, улица Швецова, дом 12; далее – управление, Россельхознадзор) от 16.08.2024 № ВВП-01/24-56 о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 14.43 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в виде штрафа в размере 100 000 руб.
На основании статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявление рассмотрено судом в порядке упрощенного производства.
Решением Арбитражного суда Вологодской области от 23 октября 2024 года, принятым в виде резолютивной части, заявленные требования удовлетворены: оспариваемое постановление управления признано незаконным и отменено.
По заявлению управления на основании части 2 статьи 229 АПК РФ Арбитражным судом Вологодской области составлено мотивированное решение от 30 октября 2024 года.
Управление с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило его отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления общества. В обоснование жалобы сослалось на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, а также на нарушение судом норм процессуального права. Указало на то, что вывод суда первой инстанции о допущенном управлением процессуальном нарушении, выразившемся в отсутствии надлежащего извещения общества о месте, дате и времени составления протокола об административном правонарушении и рассмотрения дела об административном правонарушении, сделан без исследования материалов дела об административном правонарушении, в которых фактически имеются доказательства таких уведомлений общества. Также указало, что общество в заявлении об оспаривании постановления не ссылалось на наличие со стороны управления каких-либо процессуальных нарушений, выразившихся в неизвещении заявителя на составление протокола и вынесения постановления.
Общество в отзыве с доводами жалобы не согласилось, просило решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
В силу части 3 статьи 270 АПК РФ при рассмотрении апелляционной жалобы апелляционный суд проверяет наличие со стороны суда первой инстанции нарушений или неправильного применения норм процессуального права, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.
Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и приложенные к апелляционной жалобе копии материалов дела об административном правонарушении, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для рассмотрения дела по правилам, установленным АПК РФ для производства по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268 АПК РФ), поскольку судом первой инстанции допущено нарушение норм процессуального права, предусмотренное частью 3 статьи 270 АПК РФ, выразившееся в следующем.
В силу норм части 1 статьи 64 и статей 71, 168 названного Кодекса арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных в рассматриваемое им дело доказательств, при оценке которых он руководствуется статьями 67, 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.
Частью 1 статьи 226 АПК РФ установлено, что дела в порядке упрощенного производства рассматриваются арбитражным судом по общим правилам искового производства, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными настоящей главой.
При рассмотрении в порядке упрощенного производства дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, применяются также особенности, установленные разделом III настоящего Кодекса, при рассмотрении дел с участием иностранных лиц – разделом V настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей главой (абзац второй части 1 стать 226 АПК РФ).
Глава 25 «Рассмотрение дел об административных правонарушениях» включена в раздел III названного Кодекса.
В силу части 4 статьи 210 АПК РФ по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.
Вместе с тем в случае непредставления административными органами доказательств, необходимых для рассмотрения дела и принятия решения, арбитражный суд может истребовать доказательства от указанных органов по своей инициативе (часть 5 статьи 210 АПК РФ).
Частью 5 статьи 66 АПК РФ также установлено, что в случае непредставления органами государственной власти, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами доказательств по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, арбитражный суд истребует доказательства от этих органов по своей инициативе.
При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела (часть 6 статьи 210 АПК РФ).
При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7 названной статьи Кодекса).
В силу пункта 2 части 5 статьи 227 АПК РФ суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства.
Таким образом, из совокупного толкования положений части 5 статьи 66, части 5 статьи 210, пункта 2 части 5 статьи 227 АПК РФ следует, что для суда установлена обязанность вынести определение о рассмотрении дела по общим правилам по правилам административного судопроизводства в случае непредставления административным органом к установленному судом сроку или до истечения срока на принятие решения по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, материалов административного дела, на основании которых им принято оспариваемое постановление о привлечении лица к административной ответственности.
Из материалов дела видно, что 19.09.2024, то есть в срок, установленный судом в пункте 3 определения от 28 августа 2024 года о принятии заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, Россельхознадзором через ресурс «Мой арбитр» представлены отзыв на заявление с приложением материалов проверки, в числе которых отсутствовали доказательства извещения общества о месте и времени составления протокола и рассмотрения дела об административном правонарушении, а также доверенности, выданные заявителем на имя ФИО1 и ФИО2, на которые имеются ссылки в протоколе от 30.07.2024 № 35-25/02-015 об административном правонарушении и в оспариваемом постановлении.
Как следует из содержания обжалуемого решения, суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные обществом требования и признавая оспариваемое постановление Россельхознадзора незаконным, сослался на то, что управлением не представлены суду доказательства надлежащего извещения общества о месте и времени составления протокола об административном правонарушении, в том числе выданная заявителем на имя ФИО1 доверенность от 09.01.2024, указанная в протоколе от 30.07.2024 № 35-25/02-015 об административном правонарушении, который составлен с участием ФИО1 в качестве представителя общества. При этом суд пришел к выводу о том, что сам по себе факт участия ФИО1 в качестве представителя общества не является, в отсутствие вышеуказанной доверенности, достаточным доказательством надлежащего извещения законного представителя юридического лица о месте и времени составления протокола от 30.07.2024 № 35-25/02-015 об административном правонарушении.
Также как указал суд в обжалуемом решении, согласно оспариваемому постановлению дело об административном правонарушении рассмотрено с использованием видео-конференцсвязи в присутствии надлежаще уведомленных представителей ООО «РАО» «по доверенности от 15.08.2024 ФИО2 и ФИО1». В то же время, суду не представлены какие-либо доказательства извещения общества о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении, в том числе выданная заявителем доверенность от 15.08.2024 на имя ФИО2 и ФИО1 на участие в конкретном административном деле.
В связи с этим суд пришел к выводу о том, что управлением не доказано принятие необходимых и достаточных меры для извещения лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 25.1 КоАП РФ, а вышеуказанные процессуальные нарушения требований КоАП РФ, допущенные административным органом при составлении протокола об административном правонарушении от 30.07.2024 № 35-25/02-015, а также выразившиеся в рассмотрении дела об административном правонарушении в отсутствие необходимых сведений о надлежащем извещении ООО «РАО» о месте и времени рассмотрения дела, являются существенными, так как не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении.
При этом суд посчитал, что с его стороны приняты достаточные меры по получению от управления необходимых доказательств, в связи с этим по итогам рассмотрения спора принял решение от 23 октября 2024 года в виде резолютивной части по имеющимся в деле доказательствам.
Вместе с тем в данном случае суд первой инстанции принял решение по делу по делу № А13-10013/2024 в отсутствие в этом деле материалов дела об административном правонарушении в полном объеме, не истребовав при этом у управления в порядке части 5 статьи 66, части 5 статьи 210 АПК РФ доказательства, подтверждающие соблюдение ответчиком процедуры составления протокола об административном правонарушении и привлечения общества к административной ответственности, не дал им надлежащей правовой оценки.
Таким образом, судом первой инстанции допущено нарушение требований части 5 статьи 66, части 5 статьи 210, части 5 статьи 227 АПК РФ, в соответствии с которыми суду необходимо было в целях получения и исследования доказательств, относящихся к предмету спора по настоящему делу, осуществить переход к рассмотрению дела по общим правилам административного судопроизводства.
Допущенные судом процессуальные нарушения могли привести к принятию неправильного решения (часть 3 статьи 270 АПК РФ).
Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02 ноября 2018 года по делу № А56-15715/2018.
При таких обстоятельствах настоящее дело не подлежало рассмотрению в порядке упрощенного производства, так как суду следовало вынести определение о рассмотрении дела по общим правилам производства по делам, возникающим из административных правоотношений, с назначением судебного заседания, истребовав при этом у ответчика процедурные документы, составленные последним в ходе рассмотрения административного дела, так как без указанных документов невозможно дать надлежащую оценку законности оспариваемого постановления.
Согласно абзацу второму пункта 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве», если в процессе рассмотрения апелляционных жалобы, представления судом общей юрисдикции, арбитражным судом признаны обоснованными приведенные в апелляционных жалобе, представлении доводы о том, что дело, рассмотренное в порядке упрощенного производства, подлежало рассмотрению по общим правилам искового производства или по правилам производства по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, то суд общей юрисдикции отменяет решение и направляет дело в суд первой инстанции для рассмотрения по общим правилам искового производства (часть третья статьи 335.1 ГПК РФ), а арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по общим правилам искового производства и производства по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268 АПК РФ).
При таких обстоятельствах, с учетом вышеназванных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, признав обоснованным довод апелляционной жалобы управления о нарушении судом первой инстанции требований в том числе части 5 статьи 227 АПК РФ в соответствии с которыми суду необходимо было в целях получения и исследования доказательств по делу, осуществить переход к рассмотрению дела по общим правилам административного судопроизводства, апелляционным судом вынесено определение от 20 февраля 2025 года о переходе к рассмотрению дела № А13-10013/2024 по общим правилам административного производства, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.
При этом поступившие с апелляционной жалобой управления копии материалов дела об административном правонарушении приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела на бумажном носителе, поскольку без указанных документов невозможно дать оценку законности оспариваемого постановления.
Представители общества в судебном заседании поддержали заявленные требования, ссылаясь на отсутствие в деянии общества события и состава правонарушения, а также заявив довод о том, что ООО «РАО» не было надлежащим образом извещено о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении. При этом представители заявителя подтвердили факт надлежащего извещения общества о дате, времени и месте вынесения оспариваемого постановления.
Также общество настаивает на том, что в оспариваемом постановлении указано на несоблюдение ООО «РАО» пункта 9 статьи 17 «ТР ТС 021/2011. Технический регламент Таможенного союза. О безопасности пищевой продукции», утвержденного Решением Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 № 880 (далее – ТР ТС 021/2011), однако ни в протоколе, ни в постановлении не вменено в вину нарушение обществом условий хранения, сроков годности продукции.
Управление в отзыве и дополнениях к нему и его представители в судебном заседании с требованиями общества не согласились, просили отказать в удовлетворении заявленных требований.
Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав доказательства по делу, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Как видно из материалов дела, на основании решения заместителя руководителя управления от 31.01.2024 № 72-р в период с 05.02.2024 по 16.02.2024 во исполнение поручения заместителя Председателя Правительства Российской Федерации ФИО5 от 24.01.2024 № ВА-П11-1979 и приказа Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору от 24.01.2024 № 80 государственным инспектором управления в отношении ООО «РАО» проведена внеплановая выездная проверка, по результатам которой управлением составлен акт от 19.02.2024 № 6-ВН.
В ходе проверки в рамках пищевого мониторинга 06.02.2024 по адресу: Вологодская область, Вологодский район, поселок Ермаково, произведен отбор проб подконтрольной продукции: «Яйца куриные пищевые столовые категория СО», «Яйца куриные пищевые столовые категория С1», «Яйца куриные пищевые столовые второй категории», с датой изготовления 06.02.2024 (срок годности до 02.03.2024), производства ООО «РАО», что отражено в актах отбора проб от 06.02.2024 (том 1, листы 59-65).
Отобранные в соответствии с ГОСТ 31654-2012 пробы с приложением актов отбора проб (образцов) от 06.02.2024 № 3645344, 3645347, 3645341 (форма № 4), производственных сертификатов формы № 1 и фотоматериалов упаковки направлены на исследования в Тверскую испытательную лабораторию федерального государственного бюджетного учреждении «Федеральный центр охраны здоровья животных» (далее – испытательная лаборатория), имеющий Аттестат аккредитации РОСС RU.001.21ПХ30, выданный Федеральной службой по аккредитации.
По результатам лабораторных испытаний образцов испытательной лабораторией оформлены протоколы испытаний от 20.02.2024 № 6-69(35)-ГР10-2024, 7-69(35)-ГР10-2024, 8-69(35)-ГР10-2024 (том 1, листы 75-119), согласно которым в исследованных пробах обнаружено наличие кокцидиостатика (толтразурил сульфон) (том 1, листы 85, 100, 115), в то время как ТР ТС 021/2011 не допускает содержание указанного показателя в пищевой продукции (яйцах куриных).
Данная информация отражена в срочных отчетах от 20.02.2024 № 6-69(35)-ГР10-2024, 7-69(35)-ГР10-2024, 8-69(35)-ГР10-2024 (форма 4-вет В), размещена в автоматизированной системе «СИРАНО» и на официальном сайте Россельхознадзора России.
Из протоколов испытаний следует, что в качестве методики испытаний лабораторией применен «ГОСТ 34535-2019. Межгосударственный стандарт. Продукты пищевые, корма, продовольственное сырье. Метод определения содержания кокцидиостатиков с помощью высокоэффективной жидкостной хроматографии с масс-спектрометрическим детектором» (введен в действие приказом Росстандарта от 27.08.2019 № 528-ст), разработанный федеральным государственным бюджетным учреждением «Всероссийский государственный Центр качества и стандартизации лекарственных средств для животных и кормов» (ФГБУ «ВГНКИ») (пункт 1).
По итогам проверки управление пришло к выводу о том, что общество нарушило требования пункта 1 статьи 5, пункта 1 статьи 7, пункта 1 статьи 11, пункта 3 статьи 13, пункта 1 статьи 20 ТР ТС 021/2011, поскольку не обеспечило выпуск в обращение пищевой продукции (яиц куриных) с соблюдением требований к её безопасности для здоровья населения, что привело к наличию в пищевой продукции кокцидиостатиков.
По факту выявленного нарушения управлением с участием представителя ООО «РАО» ФИО1, действовавшей по доверенности от 09.01.2024, составлен протокол от 30.07.2024 № 35-25/02-015 об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 14.43 КоАП РФ.
Рассмотрев указанный протокол и материалы проверки, главный государственный инспектор отдела внутреннего ветеринарного надзора управления вынес постановление от 16.08.2024 № ВВН-01/24-56 о привлечении общества к административной ответственности по части 1 статьи 14.43 КоАП РФ в виде штрафа в размере 100 000 руб.
Не согласившись с указанным постановлением, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его незаконным и отмене.
Частью 1 статьи 14.43 КоАП РФ установлено, что нарушение изготовителем, исполнителем (лицом, выполняющим функции иностранного изготовителя), продавцом требований технических регламентов или подлежащих применению до дня вступления в силу соответствующих технических регламентов обязательных требований к продукции либо к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации либо выпуск в обращение продукции, не соответствующей таким требованиям, за исключением случаев, предусмотренных статьями 6.31, 9.4, 10.3, 10.6, 10.8, частью 2 статьи 11.21, статьями 14.37, 14.43.1, 14.44, 14.46, 14.46.1, 20.4 настоящего Кодекса, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей.
Объективную сторону указанного правонарушения составляют действия (бездействие), нарушающие установленные требования технических регламентов или обязательных требований к продукции либо к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам реализации, либо выпуск в обращение продукции, не соответствующей таким требованиям.
Субъектом правонарушения является лицо, ответственное за соблюдение установленных правил и норм, в частности субъектом правонарушения может быть изготовитель, исполнитель (лицо, выполняющее функции иностранного изготовителя), продавец.
Согласно к примечанию к статье 14.43 КоАП РФ под подлежащими применению до дня вступления в силу соответствующих технических регламентов обязательными требованиями в настоящей статье и статье 14.47 настоящего Кодекса понимаются обязательные требования к продукции либо к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, установленные нормативными правовыми актами, принятыми Комиссией Таможенного союза в соответствии с Соглашением Таможенного союза по санитарным мерам от 11.12.2009, а также не противоречащие им требования нормативных правовых актов Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, подлежащих обязательному исполнению в соответствии с пунктами 1, 1.1, 6.2 статьи 46 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» (далее – Закон № 184-ФЗ).
В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» (далее – Закон № 29-ФЗ) под безопасностью пищевых продуктов понимается состояние обоснованной уверенности в том, что пищевые продукты при обычных условиях их использования не являются вредными и не представляют опасности для здоровья нынешнего и будущих поколений.
В силу пункта 2 статьи 3 данного Закона запрещается обращение пищевых продуктов, материалов и изделий которые являются опасными и (или) некачественными по органолептическим показателям; которые не соответствуют представленной информации, в том числе имеют в своем составе нормируемые вещества в количествах, не соответствующих установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации значениям, и (или) содержат предметы, частицы, вещества и организмы, которые образовались или были добавлены (внесены) в процессе производства пищевых продуктов (загрязнители), наличие которых может оказать вредное воздействие на человека и будущие поколения, информация о которых до потребителя не доведена, и (или) которые не имеют установленных сроков годности для пищевых продуктов, материалов и изделий (в отношении которых установление срока годности является обязательным) или срок годности которых истек, и (или) показатели которых не соответствуют требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации, образцу, документам по стандартизации, технической документации.
При реализации пищевых продуктов, материалов и изделий граждане (в том числе индивидуальные предприниматели) и юридические лица обязаны соблюдать требования нормативных документов (пункт 1 статьи 20 Закона № 29-ФЗ).
Пунктом 5 статьи 15 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» предусмотрено, что граждане, индивидуальные предприниматели и юридические лица, осуществляющие производство, закупку, хранение, транспортировку, реализацию пищевых продуктов, пищевых добавок, продовольственного сырья, а также контактирующих с ними материалов и изделий, должны выполнять санитарно-эпидемиологические требования.
Заявитель как производитель пищевой продукции обязан обеспечивать соответствие продукции требованиям технических регламентов (пункт 2 статьи 28 Закона № 184-ФЗ).
В статье 4 ТР ТС 021/2011 среди прочего содержатся следующие понятия:
непереработанная пищевая продукция животного происхождения – не прошедшие переработку (обработку) туши (тушки) продуктивных животных всех видов, их части (включая кровь и субпродукты), молоко сырое, сырое обезжиренное молоко, сливки сырые, продукция пчеловодства, яйца и яйцепродукция, улов водных биологических ресурсов, продукция аквакультуры;
пищевая продукция – продукты животного, растительного, микробиологического, минерального, искусственного или биотехнологического происхождения в натуральном, обработанном или переработанном виде, которые предназначены для употребления человеком в пищу, в том числе специализированная пищевая продукция, питьевая вода, расфасованная в емкости, питьевая минеральная вода, алкогольная продукция (в том числе пиво и напитки на основе пива), безалкогольные напитки, биологически активные добавки к пище (БАД), жевательная резинка, закваски и стартовые культуры микроорганизмов, дрожжи, пищевые добавки и ароматизаторы, а также продовольственное (пищевое) сырье.
Согласно части 1 статьи 5 TP ТС 021/2011 пищевая продукция выпускается в обращение на рынке при ее соответствии настоящему техническому регламенту, а также иным техническим регламентам Таможенного союза, действие которых на нее распространяется.
В соответствии с частью 1 статьи 7 ТР ТС 021/2011 пищевая продукция, находящаяся в обращении на таможенной территории Таможенного союза в течение установленного срока годности, при использовании по назначению должна быть безопасной.
В пищевой продукции, находящейся в обращении, не допускается наличие возбудителей инфекционных, паразитарных заболеваний, их токсинов, представляющих опасность для здоровья человека и животных (часть 5 той же статьи).
Показатели безопасности пищевой продукции установлены в приложениях 1, 2, 3, 4, 5(1) и 6 к настоящему Техническому регламенту (часть 2 той же статьи).
В части 1 статьи 11 TP ТС 021/2011 предусмотрено, что для целей обеспечения соответствия выпускаемой в обращение пищевой продукции требованиям настоящего технического регламента и (или) технических регламентов Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции изготовитель пищевой продукции обязан внедрить процедуры обеспечения безопасности в процессе производства (изготовления) такой пищевой продукции.
Согласно части 3 статьи 13 ТР ТС 021/2011 непереработанное продовольственное (пищевое) сырье животного происхождения должно быть получено от продуктивных животных, которые не подвергались воздействию натуральных и синтетических эстрогенных, гормональных веществ, тиреостатических препаратов (стимуляторов роста животных), антибиотиков и других лекарственных средств для ветеринарного применения, введенных перед убоем до истечения сроков их выведения из организмов таких животных.
В соответствии с частью 1 статьи 20 TP ТС 021/2011 соответствие пищевой продукции настоящему техническому регламенту обеспечивается выполнением его требований безопасности и выполнением требований безопасности технических регламентов Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции.
Частью 1 статьи 9(1) ТР ТС 021/2011 определено, что остаточные количества ветеринарных лекарственных средств (фармакологически активных веществ и их метаболитов) в пищевой продукции животного происхождения, в том числе в непереработанной пищевой продукции животного происхождения, включая продовольственное (пищевое) сырье животного происхождения, не должны превышать максимально допустимые уровни, установленные приложениями 3 и 5(1) к настоящему техническому регламенту.
В части 2 статьи 9(1) ТР ТС 021/2011 указано, что в пищевой продукции животного происхождения, в том числе в непереработанной продукции животного происхождения, включая продовольственное (пищевое) сырье животного происхождения, не допускается содержание остаточных количеств ветеринарных лекарственных средств (фармакологически активных веществ и их метаболитов), не указанных в приложениях 3 и 5(1) к настоящему техническому регламенту, и (или) фармакологически активных веществ и их метаболитов, входящих в состав ветеринарных лекарственных препаратов, не зарегистрированных на территориях государств – членов Союза, свыше предела количественного определения метода исследований (испытаний) и измерений, включенных в перечень международных и региональных (межгосударственных) стандартов, а в случае их отсутствия – национальных (государственных) стандартов, содержащих правила и методы исследований (испытаний) и измерений, в том числе правила отбора образцов, необходимые для применения и исполнения требований настоящего технического регламента и осуществления оценки соответствия объектов технического регулирования.
Максимально допустимые уровни содержания остаточных количеств ветеринарных лекарственных средств (фармакологически активных веществ и их метаболитов) в пищевой продукции животного происхождения, в том числе в непереработанной продукции животного происхождения, включая продовольственное (пищевое) сырье животного происхождения, предусмотрены в приложении 5(1) к ТР ТС 021/2011, из содержания пункта 60 которого следует, что «толтразурил Toltrazuril» (толтразурила сульфон) в яйцах птицы не допускается.
Согласно приложению 4 «Перечень ветеринарных лекарственных средств, запрещенных к применению для продуктивных животных на таможенной территории Евразийского экономического союза» к Правилам регулирования обращения ветеринарных лекарственных средств на таможенной территории евразийского экономического союза, утвержденным Решением совета евразийской экономической комиссии от 21.01.2022 № 1, на таможенной территории Евразийского экономического союза не допускается толтразурил (для всех видов животных (в период лактации или яйценоскости), молоко или яйца которых предназначены в пищу людям).
Статья 10 ТР ТС 021/2011 регламентирует обеспечение безопасности пищевой продукции в процессе ее производства (изготовления), хранения, перевозки (транспортирования), реализации. согласно части 1 данной статьи изготовители, продавцы и лица, выполняющие функции иностранных изготовителей пищевой продукции, обязаны осуществлять процессы ее производства (изготовления), хранения, перевозки (транспортирования) и реализации таким образом, чтобы такая продукция соответствовала требованиям, установленным к ней настоящим техническим регламентом и (или) техническими регламентами Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции.
В соответствии с частью 1 статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судьи, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.
Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными данным Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2 статьи 26.2 КоАП РФ).
Представленными управлением в материалы дела доказательствами, в том числе актом внеплановой выездной проверки от 19.02.2024 № 6-ВН, актами отбора проб от 06.02.2024 № 3645344, 3645347, 3645341, протоколами испытаний от 20.02.2024 № 6-69(35)-ГР10-2024, 7-69(35)-ГР10-2024, 8-69(35)-ГР10-2024, подтверждается, что общество в нарушение требований ТР ТС 021/2011 допустило наличие в произведенной им пищевой продукции (яйцах куриных) кокцидиостатика (толтразурил сульфон), в то время как ТР ТС 021/2011 не допускает содержание указанного показателя в такой пищевой продукции.
Результаты лабораторных испытаний, полученных 20.02.2024, обществом не опровергнуты.
Вопреки позиции апеллянта, журнал учета лечебной обработки птицы, подтверждающий, по мнению общества, что кокцидиостатики в деятельности общества не применяются, не опровергает наличие указанного показателя в полученных для испытания пробах яиц куриных.
Оснований не доверять полученным в ходе лабораторных испытаний сведениям о наличии в произведенной обществом пищевой продукции (яйцах куриных) кокцидиостатика у суда апелляционной инстанции не имеется. Фактическое соответствие исследованных проб продукции общества, отобранных управлением, установленным требованиям законодательства обществом не доказано.
Основания полагать, что нарушения возникли не на стадии производства продукции, в данном случае также отсутствуют.
Результат исследования обществом иных проб своей продукции, проведенного в более поздний период, зафиксированный в протоколах испытаний от 25.03.2024 № 69-3024-2024, 69-3025-2024, 69-3026-2024, представленных заявителем в материалы настоящего дела, не опровергает результат исследования рассматриваемых проб продукции, полученный исследовательской лабораторией 20.02.2024.
Акты отбора проб от 06.02.2024 и протоколы испытаний от 20.02.2024 являются надлежащими доказательствами по делу, содержат сведения о наименовании продукции, дате ее изготовления, сведения о должностном лице, производившем отбор проб, дате и времени отбора проб, таре и упаковке, условиях транспортировки, способах фиксации.
В актах отбора проб зафиксировано, что отбор проб произведен в присутствии уполномоченного представителя общества ФИО2, условия хранения и транспортировки были соблюдены, данных о нарушении целостности упаковки в указанных документах не содержится, температурный режим соблюден.
Доказательств обратного обществом не представлено.
При изложенных обстоятельствах, а также с учетом фактических показателей, в отношении которых при исследовании проб продукции общества выявлены нарушения, основания полагать, что такие нарушения возникли не на стадии ее производства, отсутствуют.
Доводы заявителя со ссылкой на представленные им в дело рецептуру «Комбикорм ПК-1-1-(нес. племенная) № 140 (далее – рецептура комбикорма) акционерного общества «Рыбинский комбикормовый завод» (далее – АО «Рыбинский комбикормовый завод»), согласно которой кокцидиостатические препараты в состав корма не входят, а также на заключение доктора ветеринарных наук, профессора кафедры эпизоотологии и микробиологии ФИО6 от 27.03.2025, составленного по результатам анализа его автором имеющихся в настоящем деле доказательств (протоколов испытаний от 20.02.2024, 25.03.2024, журнала учета лечебной обработки птицы общества, рецептуры комбикорма, письма АО «Рыбинский комбикормовый завод» без даты и номера), достоверность полученных административным органом 20.02.2024 в ходе испытаний результатов в отношении спорных показателей в продукции заявителя также не опровергают, поскольку предъявленная обществом рецептура комбикорма датирована 20.03.2024, тогда как отбор проб яйца куриного произведен Россельхознадзором 06.02.2024, то есть значительно раньше согласования этой рецептуры производителем комбикорма с обществом, а заключение от 27.03.2025 не имеет правого значения для настоящего спора, так как предусмотренные статьями 65, 71 АПК РФ полномочия арбитражного суда по определению обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, оценке доказательств, вытекают из принципа самостоятельности судебной власти и являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23.10.2014 № 2460-О, от 29.09.2016 № 2130-О).
Ошибка технического характера в виде ссылки на пункт 9 статьи 17 TP ТС 021/2011, допущенная на странице 4 оспариваемого постановления, сама по себе не свидетельствует о незаконности названного постановления, поскольку на странице 2 этого же постановления перечислены конкретные нормы данного Технического регламента, нарушение которых фактически вменено обществу в вину (требования пункта 1 статьи 5, пункта 1 статьи 7, пункта 1 статьи 11, пункта 3 статьи 13, пункта 1 статьи 20 ТР ТС 021/2011).
Ссылка общества на то, что постановлением от 20.06.2024 № ВВН-01/24-043 прекращено производство по делу об административном правонарушении в отношении генерального директора ООО «РАО» ФИО7 по этому же факту в связи с отсутствием состава административного правонарушения (том 1, листы 13-17), не свидетельствует об отсутствии в деянии непосредственно самого общества события и состава вмененного ему в вину административного правонарушения, поскольку основанием принятия названного постановления послужило то, что вина должностного лица – генерального директора ООО «РАО» не нашла подтверждения при рассмотрении дела об административном правонарушении, так как в протоколе от 26.04.2024 № 35-25/02-014 об административном правонарушении, составленном в отношении должностного лица (руководителя) общества, отсутствовали дата, время и место совершения административного правонарушения, а также указано, что он составлен в отношении генерального директора ООО «РАО» ФИО7, но выпуск в обращение пищевой продукции с соблюдением к ее безопасности не обеспечило общество, что привело к наличию в пищевой продукции кокцидиостатиков.
Таким образом, вопреки доводам общества, наличие в деянии общества как производителя спорной продукции события административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 14.43 КоАП РФ, подтверждено материалами дела.
В соответствии со статьей 1.5 настоящего Кодекса лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.
Частью 2 статьи 2.1 названного Кодекса определено, что юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.
Согласно статье 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежит, в частности, виновность лица в совершении административного правонарушения.
В силу части 1 статьи 65 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, приведенных в обоснование отсутствия вины, в рассматриваемом случае возлагается на заявителя.
В материалах дела отсутствуют доказательства того, что общество приняло все зависящие от него меры по соблюдению установленных законодательством норм.
Доказательств, подтверждающих невозможность соблюдения обществом требований законодательства в силу чрезвычайных событий и обстоятельств, которые оно не могло предвидеть и предотвратить, равно как и доказывающих принятие обществом необходимых и своевременных мер, направленных на недопущение правонарушения при соблюдении той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась, также не представлено.
Таким образом, неустранимые сомнения в виновности общества отсутствуют.
При указанных обстоятельствах в действиях общества имеется состав административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 1 статьи 14.43 КоАП РФ.
Довод общества о ненадлежащем извещении заявителя о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении, отклоняется судом апелляционной инстанции как несостоятельный и противоречащий материалам дела.
В статье 28.2 КоАП РФ содержатся требования к составлению протокола о совершении административного правонарушения, которые продиктованы, в том числе и необходимостью обеспечить соблюдение гарантий защиты прав лица, привлекаемого к ответственности. В частности, в протоколе отражается объяснение лица, привлекаемого к ответственности, по поводу вменяемого правонарушения (часть 2); указанному лицу разъясняются права и обязанности, о чем в протоколе делается соответствующая запись (часть 3); лицу предоставляется возможность ознакомления с протоколом, его подписания (часть 4); копия протокола под расписку вручается лицу, привлекаемому к ответственности.
Из изложенного следует, что лицо, в отношении которого возбуждено административное производство, вправе присутствовать при составлении протокола. Однако гарантии, предусмотренные статьей 28.2 КоАП РФ, считаются предоставленными не только в случае фактического присутствия указанного лица, но и при его отсутствии, если оно извещено о времени и месте составления протокола (часть 4.1 названной статьи Кодекса). В случае такого извещения протокол может быть составлен в отсутствие лица, привлекаемого к ответственности, поскольку его неявка или уклонение не свидетельствуют о нарушении предоставленных ему гарантий защиты.
В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» (далее – Постановление № 10) указано, что при выявлении в ходе рассмотрения дела факта составления протокола в отсутствие лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, суду надлежит выяснить, было ли данному лицу сообщено о дате и времени составления протокола, уведомило ли оно административный орган о невозможности прибытия, являются ли причины неявки уважительными.
В пункте 24 указанного Постановления разъяснено, что при рассмотрении дел об оспаривании решений (постановлений) административных органов о привлечении к административной ответственности судам следует проверить, были ли приняты административным органом необходимые и достаточные меры для извещения лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 28.2 КоАП РФ.
Согласно пункту 24.1 этого же постановления Пленума при решении арбитражным судом вопроса о том, имело ли место надлежащее извещение лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, следует учитывать, что КоАП РФ не содержит оговорок о необходимости направления извещения исключительно какими-либо определенными способами, в частности путем направления по почте заказного письма с уведомлением о вручении или вручения его адресату непосредственно.
В рассматриваемом случае, как видно из материалов дела и установлено апелляционным судом, уведомлением от 16.07.2024 № 1 ООО «РАО» извещено о необходимости прибытия в 15 час 00 мин 30.07.2024 в управление для составления в отношении общества протокола об административном правонарушении по части 1 статьи 14.43 КоАП РФ, в котором содержится разъяснение прав, предусмотренных статьей 51 Конституции Российской Федерации, статьей 25.1 КоАП РФ.
Данное уведомление направлено почтой 17.07.2024 по юридическому адресу ООО «РАО»: 160509, Вологодская область, район Вологодский, <...>, и получено последним, что подтверждается списком внутренних почтовых отправлений № 475 (партия 1608), штриховой почтовый идентификатор 80098198598191, извещением № ZK-164/111111 с отметкой о получении 24.07.2024 и отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 80098198598191 с отметкой о вручении адресату 24.07.2024.
Доказательств ненадлежащего исполнения сотрудниками почты возложенных на них обязанностей при вручении обществу уведомления от 16.07.2024 № 1 заявителем в материалы дела не предъявлено. О фальсификации извещения обществом в порядке, установленном статьей 161 АПК РФ, не заявлено.
Также вышеназванное уведомление о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении направлено управлением 16.07.2024 на электронную почту ветеринарного врача общества ФИО2, что подтверждается отчетом о направлении.
Из изложенного следует, что административный орган надлежащим образом выполнил обязанность извещения юридического лица о времени и месте совершения процессуального действия – составления в отношении его протокола об административном правонарушении.
В ответ на указанное уведомление на составление протокола в назначенные дату и время в управление явилась уполномоченный представитель ООО «РАО» ФИО1, действовавшая по доверенности от 09.01.2024, что следует из протокола от 30.07.2024 № 35-25/02-015 об административном правонарушении и подтверждено названным представителем общества в судебном заседании апелляционной инстанции.
При этом, как видно из материалов дела, довод о неизвещении ООО «РАО» на составлении протокола об административном правонарушении при обращении в суд первой инстанции обществом не заявлялся и факт надлежащего извещения обществом в своем заявлении, по сути, не оспаривался.
Ссылка заявителя на то, что ФИО1 при составлении протокола имела лишь общую доверенность на представление интересов общества в управлении без указания на полномочия по участию в качестве представителя лица, в отношении которого ведется конкретное административное дело, не принимается апелляционным судом на основании следующего.
Частью 2 статьи 25.4 КоАП РФ установлено, что законными представителями юридического лица в соответствии с настоящим Кодексом являются его руководитель, а также иное лицо, признанное в соответствии с законом или учредительными документами органом юридического лица. Полномочия законного представителя юридического лица подтверждаются документами, удостоверяющими его служебное положение.
Вместе с тем КоАП РФ допускает возможность участия в рассмотрении дела об административном правонарушении лица, действующего на основании доверенности, выданной надлежаще извещенным законным представителем, в качестве защитника. Такие лица допускаются к участию в производстве по делу об административном правонарушении с момента составления протокола об административном правонарушении и пользуются всеми процессуальными правами лица, в отношении которого ведется такое производство, включая предусмотренное частью 4 статьи 28.2 КоАП РФ право на представление объяснений и замечаний по содержанию протокола.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Постановление № 5), при применении части 3 статьи 25.5 КоАП РФ необходимо учитывать, что, поскольку КоАП РФ не регулирует вопрос о том, каким образом должны быть оформлены полномочия защитника и представителя на участие в деле об административном правонарушении, данный вопрос должен быть решен применительно к общим положениям частей 2 и 3 статьи 53 ГПК РФ, в которых закреплен порядок оформления полномочий представителя.
При этом право представителя на подписание и подачу жалоб на постановление по делу об административном правонарушении, на решение по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении, на отказ от таких жалоб, на получение взысканных расходов, понесенных в связи с рассмотрением дела об административном правонарушении, на получение изъятых и возвращаемых орудий совершения и (или) предметов административного правонарушения должно быть специально оговорено в доверенности.
Из изложенного следует, что право представителя (защитника) лица, привлекаемого к административной ответственности, участвовать в составлении протокола об административном правонарушении не относятся к специальным полномочиям и могут осуществляться на основании доверенности, содержащей общие полномочия.
Согласно доверенности от 09.01.2024 ФИО1 уполномочена представлять интересы ООО «РАО» в административном органе при рассмотрении дел об административных правонарушениях с правами в том числе присутствовать при составлении и подписывать протокол об административном правонарушении, получать копию протокола, давать письменные и устные пояснения, расписываться от имени общества, а также совершать все иные действия, связанные с представлением интересов общества.
Таким образом, у ФИО1 имелись полномочия как по получению информации о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении, так и присутствовать при составлении протокола в качестве уполномоченного представителя общества.
Следовательно, материалами дела достоверно подтверждается, что общество надлежащим образом извещено о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении, при составлении протокола присутствовал его уполномоченный представитель.
В протоколе об административном правонарушении содержится отметка о разъяснении представителю общества прав и обязанностей и об ознакомлении с его протоколом.
Какими именно правами общество не смогло воспользоваться при производстве по делу об административном правонарушении, заявителем не обозначено.
Таким образом, гарантии защиты, предоставленные обществу КоАП РФ, управлением соблюдены.
Суд апелляционной инстанции отмечает, что системное толкование частей 1 и 2 статьи 25.4, частей 1, 2 и 3 статьи 25.5 КоАП РФ свидетельствует о том, что данный Кодекс допускает возможность участия в рассмотрении дела об административном правонарушении в качестве защитника лица, действующего на основании доверенности, выданной надлежаще извещенным законным представителем юридического лица. При этом Кодекс не устанавливает общеобязательного требования об указании в доверенности реквизитов конкретного административного дела.
Таким образом, процессуальных нарушений при составлении протокола об административном правонарушении, на которых настаивают представители общества в суде апелляционной инстанции, управлением не допущено.
Протокол об административном правонарушении составлен с соблюдением требований статьи 28.2 КоАП РФ. Нарушений процедуры составления в отношении общества протокола об административном правонарушении, которые могут явиться основанием для отказа в привлечении к административной ответственности в соответствии с пунктом 10 Постановления № 10, не установлено.
О дате, времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении ООО «РАО» своевременно и надлежащим образом проинформировано телеграммой с уведомлением о вручении телеграфом «Срочное» от 09.08.2024 , что не отрицалось представителями заявителя.
Согласно оспариваемому постановлению дело об административном правонарушении рассмотрено с использованием видео-конференц-связи в присутствии уполномоченных представителей ООО «РАО» по доверенности от 15.08.2024 ФИО2 и ФИО1
При этом данные представители заявителя в судебном заседании апелляционной инстанции подтвердили факт надлежащего извещения общества о дате, времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении и вынесения оспариваемого постановления.
Учитывая изложенные обстоятельства, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для вывода о нарушении административным органом порядка привлечения к административной ответственности.
Вопреки доводам заявителя, оспариваемое постановление вынесено административным органом в пределах годичного срока давности привлечения к административной ответственности по рассматриваемому виду правонарушений, предусмотренного статьей 4.5 КоАП РФ, который исчисляется с момента выявления уполномоченным сотрудником управлением правонарушения.
Рассмотрение настоящего дела судом не продлевает срок давности, поскольку привлечение общества к административной ответственности окончилось вынесением Россельхознадзором оспариваемого постановления.
Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП РФ, согласно которой при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.
Как разъяснено в пункте 18 Постановления № 10 при квалификации правонарушения в качестве малозначительного суд исходит из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.
В пункте 18.1 указанного Постановления отражено, что при квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным настоящим Кодексом.
Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого предусмотрена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.
Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 Постановления № 10 применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано.
КоАП РФ не дает понятия малозначительности, отсутствуют четкие критерии, по которым административные правонарушения следует относить к малозначительным, оценка правонарушения производится судьей, должностным лицом, органом, рассматривающим дело, по своему внутреннему убеждению и усмотрению.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 21 Постановления № 5 указал, что малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.
Таким образом, категория малозначительности относится к числу оценочных, в связи с этим определяется в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств совершенного правонарушения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
В данном случае, учитывая характер общественных отношений, на которые посягает допущенное обществом правонарушение (установленный порядок выпуска пищевой продукции для потребления граждан), суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии исключительных обстоятельств совершения правонарушения.
Отсутствие вредных последствий правонарушения, вопреки доводам заявителя, не относится к исключительным обстоятельствам, поскольку состав правонарушения, предусмотренный частью 1 статьи 14.43 КоАП РФ, является формальным, а отсутствие причинения вреда выявленными нарушениями или наступления каких-либо вредных последствий еще не свидетельствует о том, что совершенное обществом противоправное действие не несет существенной угрозы охраняемым правоотношениям.
На основании изложенного апелляционная инстанция не усматривает оснований для признания совершенного обществом правонарушения малозначительным.
Основания для замены административного штрафа на предупреждение, указанные в статье 4.1.1 КоАП РФ, отсутствуют ввиду угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей.
Размер административного штрафа определен управлением в пределах санкции, предусмотренной частью 1 статьи 14.43 КоАП РФ.
Согласно сведениям Единого государственного реестра субъектов малого и среднего предпринимательства общество не является субъектом малого и среднего предпринимательства, поскольку исключено из этого реестра 10.07.2022.
Следовательно, оснований для снижения штрафа на основании статьи 4.1.2 КоАП РФ в данном случае не имеется.
Назначенный обществу административный штраф соответствует характеру совершенного административного правонарушения, соразмерен его тяжести, является справедливым и отвечает принципам юридической ответственности, регламентированными КоАП РФ.
Оснований считать наказание несправедливым или несоразмерным совершенному правонарушению у суда апелляционной инстанции не имеется.
Таким образом, оспариваемое постановление управления является законным.
В силу изложенного основания для отмены оспариваемого постановления управления и удовлетворения заявленных требований отсутствуют.
Вместе с тем в настоящем деле судом первой инстанции при рассмотрении дела допущены процессуальные нарушения, которые в силу части 3 статьи 270 АПК РФ являются основанием для отмены состоявшегося судебного акта.
Поэтому обжалуемое решение суда от 30 октября 2024 года по делу № А13-10013/2024 подлежит отмене в полном объеме с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Руководствуясь статьями 269–271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
решение Арбитражного суда Вологодской области от 30 октября 2024 года по делу № А13-10013/2024 отменить.
В удовлетворении заявленных требований общества с ограниченной ответственностью «Русагрообъединение» отказать.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.
Судья А.Ю. Докшина