АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Ставрополь Дело № А63-23570/2024 26 января 2026 год
Резолютивная часть решения объявлена 26 августа 2025 года
Решение изготовлено в полном объеме 26 января 2026 года
Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Минеева А.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ксенофонтовой Д.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску заместителя прокурора Ставропольского края, г. Ставрополь в интересах публичного образования – Российской Федерации в лице управления Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю, г. Ставрополь, ОГРН <***>,
к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Городской дворец культуры имени Сергея Пускепалиса» города-курорта Железноводска Ставропольского края», Ставропольский край, г. Железноводск, ОГРН <***>,
обществу с ограниченной ответственностью «Связьпоставка», Ставропольский край, г. Пятигорск, ОГРН <***>,
о признании недействительным (ничтожным) договора от 29.01.2024 № УС 40-54/XXIV на оказание телематических услуг,
о применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде взыскания денежных средств,
в отсутствие представителей сторон,
УСТАНОВИЛ:
заместитель прокурора Ставропольского края, г. Ставрополь в интересах публичного образования – Российской Федерации в лице управления Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю обратился в суд с иском к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Городской дворец культуры имени Сергея Пускепалиса» города-курорта Железноводска Ставропольского края» (далее – учреждение) и обществу с ограниченной ответственностью «Связьпоставка» (далее – общество) о признании недействительным (ничтожным) договора от 29.01.2024 № УС 40-54/XXIV на оказание телематических услуг, применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде взыскания неосновательно полученных денежных средств в размере 316 008 рублей.
В обосновании заявленных требований истец указал, что прокуратурой Ставропольского края в ходе мониторинга размещенных на официальном сайте единой информационной системы
в сфере закупок контрактов, установлено, что между учреждением и обществом 29.01.2024 заключен договор № УС 40-54/ХХIV на оказание телематических услуг связи. Согласно сведениям, размещенным в Единой информационной системе в сфере закупок (ЕИС), способом определения поставщика является закупка у единственного поставщика. При этом основанием для заключения контракта с единственным поставщиком является пункт 1 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ). На основании пункта 5.3.4 (2) положения о Федеральной антимонопольной службы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, антимонопольный орган формирует и ведет реестр субъектов естественных монополий, в отношении которых осуществляется государственное регулирование и контроль. Соответствующий реестр размещен на официальном сайте Федеральной антимонопольной службы fas.gov.ru. Согласно данным указанного реестра общество не относится к субъектам естественных монополий, в связи с чем заключение договора № УС 40-54/ХХIV на основании пункта 1 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ является недействительным. В результате заключения указанного договора общество получило доступ к оказанию услуг без конкурентной борьбы и было поставлено в преимущественное положение по сравнению с иными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную деятельность. Вместе с тем общество не является единственным хозяйствующим субъектом, предоставляющим телематические услуги связи, в связи с чем, по мнению истца учреждение не имело законных оснований на заключение договора с данным поставщиком без проведения конкурентных процедур. Отсутствие публичных процедур лишило возможности других субъектов (возможных участников закупки) реализовать свое право на участие в закупках, в связи с чем спорный контракт является ничтожной сделкой, нарушающей установленный законом явно выраженный запрет. Кроме того, при соблюдении конкурентной процедуры могло произойти снижение цены по итогам торгов.
В представленном отзыве на иск общество указало, что не относится к числу субъектов естественных монополий, и основанием для заключения спорного договора не может являться пункт 1 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ. Однако это обстоятельство не влечет последствий в виде незаконности сделки. На основании пункта 5 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ размещение заказа у единственного поставщика (подрядчика) может осуществляться в случаях закупки товара муниципальным учреждением культуры на сумму, не превышающую 600 000 рублей. При этом годовой объем закупок, которые заказчик вправе осуществить на основании данного пункта, не должен превышать пять миллионов рублей или не должен превышать пятьдесят процентов совокупного годового объема закупок заказчика и не должен составлять более чем тридцать миллионов рублей. С четом изложенного полагает, что учреждение имело право закупить телематические услуги у общества. Кроме того оспариваемый договор исполнен
сторонами надлежащим образом и в полном объеме.
Учреждение мотивированного отзыва на исковое заявление суду не представило.
Стороны, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного разбирательства, в заседание 26.08.2025 не явились, ходатайств не заявили. В силу положений статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд счел возможным провести заседание и рассмотреть спор по существу в отсутствие неявившихся представителей сторон по имеющимся в деле письменным доказательствам.
В связи с неявкой в судебное заседание участников процесса, протоколирование с использованием средств аудиозаписи не велось.
Исследовав материалы дела, суд по существу заявленных требований пришел к следующему.
Из материалов дела следует, что 29.01.2024 учреждением (абонент) с обществом (оператор) заключен договор № УС 40-54/ХХIV (далее – договор), в соответствии с которым абонент в период с 01.01.2024 по 31.12.2024 пользуется услугами связи оператора и производит их оплату по действующим тарифам (пункты 1.1, 6.1 договора).
Стоимость договора составляет 421 3447 рубля, НДС не облагается в связи с применением КСНО (пункт 3.1 договора).
Согласно пункту 2.2.1 оператор обязуется оказывать услуги связи абоненту, указанные в бланке заказа, являющимся приложением к договору.
Из бланков-заказов от 29.01.2024 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 следует, что абоненту оказывались ежемесячно услуги по доступу к интернету по ТП ЕТН-индивидуальный со скоростью 50 Мбит/с.
Во исполнений условий названного договора общество в 2024 году оказало учреждению услуги по доступу к сети интернет на общую сумму 421 344 рубля, что подтверждается подписанными сторонами без замечаний актами от 31.01.2024 № БП-918, от 29.02.202 № БП-4627, от 31.03.2024 № БП-7260, от 30.04.2024 № 4164033, от 31.05.2024 № 4164033, от 30.06.2024 № 4164033, от 31.07.2024 № 4164033, от 31.08.2024 № 4164033, от 30.09.2024 № 4164033, от 31.10.2024 № 4164033, от 30.11.2024 № 4164033, от 31.12.2024 № 4164033.
Оказанные обществом услуги оплачены учреждением в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями, датированными февралем-декабрем 2024 года и сторонами не оспаривалось.
В ходе проведения проверки прокуратурой горда Железноводска установлен факт необоснованного проведения учреждением закупки у единственного поставщика с целью ухода от конкурентных процедур и заключения с обществом 29.01.2024 договора, как с субъектом естественных монополий, к которым оно не относится.
Полагая, что, заключив договор с обществом в обход конкурентных процедур, учреждение не приняло во внимание нормы действующего законодательства, а именно
положения Закона № 44-ФЗ, истец обратился с рассматриваемым иском в арбитражный суд о признании договора от 29.01.2024 № УС 40-54/ХХIV недействительной (ничтожной) сделкой.
В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующие статьей 12 ГК РФ.
Пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В соответствии со статьей 12 ГК РФ признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки являются способами защиты нарушенного права.
Согласно данной норме способы защиты гражданских прав, которыми может воспользоваться субъект гражданского оборота, должны быть прямо предусмотрены в законе.
В силу статьи 1 ГК РФ основополагающим принципом гражданского законодательства является принцип обеспечения восстановления нарушенных прав. Субъективное процессуальное право обусловлено наличием нарушенного права или охраняемого законом интереса. Из смысла вышеназванных норм следует, что предъявление соответствующего требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.
В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.
В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным
законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В соответствии со статьей 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.
Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирована как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (пункт 74 постановления № 25).
В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
В силу пункта 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
Согласно пункту 1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ при осуществлении закупки заказчик устанавливает единые требования к участникам закупки, включая соответствие требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации к лицам, осуществляющим поставку товара, выполнение работы, оказание услуги, являющихся объектом закупки.
Статьей 6 Закона № 44-ФЗ установлено, что контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.
К целям контрактной системы в силу статей 1, 6 и 8 Закона № 44-ФЗ отнесены повышение эффективности, результативность осуществления закупок товаров, работ, услуг,
обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращение коррупции и других злоупотреблений, создание равных условий для участников. Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Из положений статьи 24 Закона № 44-ФЗ следует, что заказчик при осуществлении закупок должен ориентироваться на конкурентные способы определения поставщика (исполнителя), как на приоритетные, что не запрещает ему заключить контракт с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), но только в особых случаях, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, с соблюдением установленного порядка. Принятие заказчиком решения о заключении контракта с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) не должно восприниматься им как произвольные действия, а, напротив, должно отвечать целям Закона № 44-ФЗ, направленным на повышение эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, предотвращение коррупции и других злоупотреблений в сфере закупок.
Перечень закупок, которые заказчик вправе осуществить без проведения конкурентных процедур, является исчерпывающим и определен в части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ.
Данная статья подлежит реализации тогда, когда отсутствует конкурентная среда, удовлетворяющая потребностям государственного (муниципального) заказчика, а равно в иных исключительных случаях, когда проведение торгов нецелесообразно.
Так, пунктом 1 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ установлено, что закупка у единственного поставщика может осуществлять при закупке товара, работы или услуги, которые относятся к сфере деятельности субъектов естественных монополий в соответствии с Федеральным законом от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» (далее – Закон № 147-ФЗ), а также услуг центрального депозитария.
Пунктом 1 статьи 4 Закона № 147-ФЗ установлено, что данным законом также регулируется деятельность в сфере общедоступной электросвязи.
Статьей 10 Закона № 147-ФЗ установлено, что органы регулирования естественных монополий выполняют функции по формированию и велению реестра субъектов естественных монополий, в отношении которых осуществляются государственные регулирование и контроль.
По своему содержанию пункт 1 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ предусматривает для заказчика возможность заключения закупок на предоставление услуг в сфере естественной монополии с организацией, находящейся в реестре субъектов естественных монополий. Осуществление закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) на основании статьи 93 Закона № 44-ФЗ носит исключительный характер. Данная норма применяется в случаях отсутствия конкурентного рынка, невозможности либо нецелесообразности применения
конкурентных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя) для удовлетворения нужд заказчика.
Исходя из статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения данного запрета суд, на основании части 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.
Как установлено материалами дела и не отрицалось сторонами, 29.01.2024 учреждением (абонент) с обществом (оператор), как с субъектом естественных монополий, заключен договор, в соответствии с которым абонент в период с 01.01.2024 по 31.12.2024 пользуется услугами связи оператора и производит их оплату по действующим тарифам.
Доказательств того, что общество на момент заключения названного договора состояло в реестре субъектов естественных монополий суду не представлено.
Таким образом, договор № УС 40-54/ХХIV заключен в обход явно выраженного запрета, установленного Законом № 44-ФЗ.
Принимая во внимание изложенное, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ установленные при рассмотрении дела обстоятельства и представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу о том, что договор от 29.01.2024 № УС 40-54/ХХIV является недействительной (ничтожной) сделкой, в связи с чем удовлетворил требования истца в указанной части.
В статье 167 ГК РФ определено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если
иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2). Суд вправе не применять последствия недействительности сделки, если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (пункт 4).
По общему правилу реституция является двусторонней, то есть каждая из сторон возвращает все полученное по сделке. Односторонняя реституция применяется, если сделка исполнена только одной стороной либо если в силу специфики сделки предоставление по ней является односторонним (заем, ссуда, дарение).
В пункте 80 постановления № 25 разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное.
В рассматриваемом случае судом установлено и сторонами не оспорено, что в 2024 году общество оказало учреждению услуги по доступу к сети интернет на сумму договора (421 344 рубля). Доказательств того, что общество осуществило оказание услуг на меньшую сумму, чем оплачено заказчиком, в материалы дела не представлено.
При наличии соразмерного встречного представления сторон довод о злоупотреблении правами неправомерен. Допущенное нарушение законодательства о контрактной системе само по себе не означает, что поведение сторон являлось недобросовестным.
Инициатором заключения спорного договора являлось учреждение, нуждающееся в услуге доступа к сети интернет, а не общество. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства сговора сторон в целях причинения ущерба учреждению.
Возврат потребленной услуги по доступу к сети интернет в натуре неисполним с учетом ее характера, а в денежном эквиваленте не имеет смысла (с учетом источника финансирования), поэтому в данном случае односторонняя реституция не подлежит применению.
С учетом изложенного исковые требования в части применения последствий недействительности договора удовлетворению не подлежат.
Доводы сторон, приведенные в ходе судебного разбирательства в письменной либо устной форме, не нашедшие отражения в настоящем решении, не имели существенного значения и не могли повлиять на изложенные в нем выводы суда.
В соответствии с частью 3 статьи 110 АПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.
В ходе рассмотрения дела ответчики ходатайствовали об уменьшении размера государственной пошлины, в связи с отсутствием денежных средств (тяжелым материальным положением).
Принимая во внимание тяжелое финансовое положение ответчиком, суд с учетом положений пункта 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации счел возможным
снизить размер государственной пошлины подлежащей взысканию с учреждения и общества в доход федерального бюджета до 4 000 рублей (по 2 000 рублей с каждого).
Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края
РЕШИЛ:
исковые требования удовлетворить в части.
Признать недействительным (ничтожным) договор от 29.01.2024 № УС 40-54/XXIV на оказание телематических услуг, заключенный обществом с ограниченной ответственностью «Связьпоставка» с муниципальным бюджетным учреждением культуры «Городской дворец культуры имени Сергея Пускепалиса» города-курорта Железноводска Ставропольского края».
В удовлетворении требования о применении последствий недействительности (ничтожной) сделки отказать.
Взыскать с муниципального бюджетного учреждения культуры «Городской дворец культуры имени Сергея Пускепалиса» города-курорта Железноводска Ставропольского края», Ставропольский край, г. Железноводск, ОГРН <***>, в доход бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 2 000 (Две тысячи) рублей.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Связьпоставка», Ставропольский край, г. Пятигорск, ОГРН <***>, в доход бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 2 000 (Две тысячи) рублей.
Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в двухмесячный срок после вступления в законную силу в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.
Судья А.С. Минеев