Решение по делу № А27-462/2023 от 21.02.2025 | АС Кемеровской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Дело №А27-462/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21 февраля 2025 г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 13 февраля 2025 г.

Решение в полном объеме изготовлено 21 февраля 2025 г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Бондаренко С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Держанской А.И., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Рудтех», город Новосибирск (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу «Сибирская углепромышленная компания», город Калтан, Кемеровская область – Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора:

общество с ограниченной ответственностью «Инвест», город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>),

общество с ограниченной ответственностью «Перспектива», город Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>),

акционерное общество "Разрез Колыванский" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании денежных средств,

по встречному иску акционерного общества "Сибирская углепромышленная компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Рудтех" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании неустойки,

по иску общества с ограниченной ответственностью "Перспектива" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в интересах акционерного общества "Сибирская углепромышленная компания" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Рудтех" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью "Инвест" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

ФИО1

общество с ограниченной ответственностью "Кузбасс Энерго Сервис" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, о взыскании 6 244 471,28 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, с начислением процентов по день вынесения решения и по день фактического исполнения обязательства

с участием:

от ООО «Рудтех» - ФИО7, доверенность от 26.09.23, паспорт, диплом;

от АО "Сибирская углепромышленная компания" (онлайн) – ФИО8, доверенность от 14.06.22, паспорт, диплом.

от ООО «Перспектива» (онлайн) - ФИО9, доверенность № 31/12-24 ОТ 31.12.24, диплом, паспорт.

от АО "Разрез Колыванский" (онлайн) - ФИО10, доверенность № КР/24-112 от 12.12.24, диплом, паспорт;

иные третьи лица – не явились, извещены;

установил:

истец обратился с иском в суд к ответчику о взыскании 43 373 178,59 руб. долга по договору №РДТ26/21 от 03.11.2021г, 8 674 635 руб. 70 коп. неустойки по договору №РДТ26/21 от 03.11.2021г. за период с 04.10.2022 по 22.10.2024г.; 675 745,20 руб. долга по договору №СУПК – РД-05/2022 от 12.05.2022 г., 550 875 руб. неустойки за период с 21.07.2022 по 22.10.2024 г. с дальнейшим начислением до фактического исполнения. (с учетом удовлетворенного ходатайства об уточнении размера иска)

Требования мотивированы тем, что оказанные истцом услуги не оплачены ответчиком в полном объеме.

Ответчик против исковых требований возразил в части требований по договору №РДТ26/21 от 03.11.2021г., в отзыве указал следующее. Истцом и ответчиком, при исполнении Договора №РДТ26/21 на комплекс работ от 03.11.2021 заключено дополнительное соглашение №4 от 11.01.2022 года, в соответствии с которым истцу выплачивалась дополнительная часть тарифа на период с января по июнь 2022 года, в случае выполнения согласованного плана производства горных работ, данный план не был выполнен. Кроме того, указал на недействительность данного соглашения, поскольку при его заключении требовалось одобрение совета директоров. В остальной части требований возражения отсутствуют.

Истец в возражениях на отзыв указал, что общие плановые показатели были достигнуты.

Ответчик предъявил встречные исковые требования о взыскании 4 164 381 руб. 64 коп. неустойки по договору № РТД26/21 на комплекс работ от 03.11.2021 года за невыполненные истцом объем вскрышных работ по итогам апреля 2022 года; 171 722 702 руб. 39 коп. убытков в виде упущенной выгоды в связи с невыполнением заявленного и согласованного объема работ.

Истец возразил, в отзыве указал, что ответственность ООО «РудТех» в виде взыскания штрафных санкций за невыполнение комплекса работ свыше 1 000 000м3 в размере 30% от стоимости комплекса работ не наступает, поскольку не предусмотрено условиями договора; требования о взыскании убытков необоснованные, поскольку общие плановые показатели были достигнуты.

Общество с ограниченной ответственностью "ПЕРСПЕКТИВА" в интересах акционерного общества "Сибирская углепромышленная компания" обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "РУДТЕХ" о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, о взыскании 76800000 руб. долга, 6 244 471,28 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, с начислением процентов по день вынесения решения и по день фактического исполнения обязательства (с учетом принятого судом ходатайства в порядке ст. 49 АПК РФ) (дело №А27-9419/2023).

Постановлением Арбитражный суд Западно-Сибирского округа от 13 декабря 2024 года решение от 12.02.2024 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 15.08.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-9419/2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Определением от 27 декабря 2024 г. дело А27-9419/2023 объединено с делом А27-462/2023, с присвоением объединенному делу номера А27-462/2023.

Стороны поддержали ранее представленные отзывы и возражения по данному иску. ООО «Рудтех» заявило пропуске истцом срока исковой давности.

Выслушав представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд установил следующее.

Между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключен договор №СУПК – РД-05/2022 от 12.05.2022 г. в соответствии с которым исполнитель обязуется на основании заявок заказчика выполнять услуги и работы с применением автотранспорта, а заказчик обязуется принимать оказанные услуги и оплачивать их (п.1.1. договора).

Наименование и стоимость услуг согласованы сторонами в приложении №1 к договору.

В силу п.7.1 договора в случае нарушения сроков оплаты исполнитель вправе потребовать уплаты неустойки в размере 0,1 % от просроченной к оплате суммы за каждый день просрочки.

03.11.2021 между АО «СУПК» (Заказчик) и ООО «РуДТех» (Исполнитель) заключен Договор № РДТ26/21 на комплекс работ (Договор), в соответствии с которым ответчик принял на себя обязательство по заданию заказчика выполнить перечень работ, указанных п. 1.1. Договора, а заказчик обязался принять и оплатить выполненные Ответчиком работы на условиях, предусмотренных Договором (п. 4.1. - 4.2. Договора).

Согласно п. 6.1. Договора стоимость работ определяется сторонами в Приложении № 5 к Договору и состоит из переменной и постоянной части. Переменная часть стоимости работ подлежит ежемесячному согласованию. Стоимость работ может быть изменена на основании подписанного сторонами дополнительного соглашения.

11.01.2022 между сторонами было заключено Дополнительное соглашение № 4 к Договору (далее дополнительное соглашение №4), согласно которому последние пришли к соглашению дополнить Договор пунктом 6.5.4. следующего содержания: «В случае выполнения Исполнителем согласованного плана производства горных работ на период январь 2022 - июнь 2022 в полном объеме с надлежащим качеством, Заказчик ежемесячно уплачивает дополнительную постоянную часть тарифа в срок не позднее последнего числа месяца, следующего за отчетным, в следующих размерах: январь 2022 - 7 200 000,00 руб., февраль 2022 - 6 800 000,00 руб., март 2022 - 11 000 000,00 руб., апрель 2022 - 13 000 000,00 руб., май 2022 - 13 000 000,00 руб., июнь 2022 - 13 000 000,00 руб. (без НДС)».

Пунктом 1.4 договора предусмотрено, ежемесячные объемы работ устанавливаются на основании подписанного Сторонами протокола планирования (Приложение №2 к настоящему Договору), в срок до 25 (двадцать пятого) числа месяца, предшествующего месяцу выполнения работ с учётом времени, необходимого Исполнителю на- техническое обслуживание и планово - предупредительные ремонты. Ежемесячные объёмы оказанных услуг могут выполняться с допустимой погрешностью 10% от соответствующего месяца при выполнении комплекса работ объемом до 300 000 кубометров (м3), с допустимой погрешностью 5% от соответствующего месяца при выполнений комплекса работ объемом свыше 300 000 кубометров (м3) до 1 000 000 кубометров (м3), указанного в протоколе планирования работ (Приложение №2 к настоящему Договору).

По условиям положений пункта 7.15 Договора за невыполнение объема вскрышных работ более чем на 5% АО «СУПК» вправе предъявить ООО «Рудтех» неустойку за каждый кубометр невыполненного объема в размере 30% от стоимости комплекса работ за 1 кубометр, но не более 5% от стоимости выполненных работ за отчетный месяц.

В случае нарушения сроков оплаты по договору предусмотрена неустойка в размере 0,03% от неоплаченной в срок суммы за каждый день просрочки, но не более 20% от суммы задолженности.

В соответствии с п.1.4. договора «Ежемесячные объемы работ устанавливаются на основании подписанного сторонами протокола планирования».

План производства горных работ за месяц определялся сторонами в протоколах рассмотрения плана производства горных работ за месяц, в котором предусмотрены отдельные показатели (добыча, объем вскрыши, прочие авто, навалы), из которых в последующем складывается общий объем работ (горная масса в м3)

В период январь-июнь 2022 года стороны согласовывали протоколы планирования.

Январь 2022:

План по протоколу: Добыча 80 000 т., объем вскрыши 340 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 78 563,1 т. (отклонение на 1 436,9 т.), объем

вскрыши 310 264 м3 (отклонение на 29 736 м3);

Февраль 2022:

План по протоколу: Добыча 90 000 т., объем вскрыши 550 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 73 399,8 т. (отклонение на 16 629,35 т.), объем

вскрыши 661 252 м3 (без отклонений);

Март 2022:

План по протоколу: Добыча 120 000 т., объем вскрыши 770 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 91 057,85 т. (отклонение на 28 942,15 т.), объем вскрыши 857 178 м3 (без отклонений);

Апрель 2022:

План по протоколу: Добыча 150 000 т., объем вскрыши 1 030 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 131 054,05 т. (отклонение на 18 945,95 т.), объем вскрыши 845 510 м3 (отклонение на 184 490 м3);

Май 2022:

План по протоколу: Добыча 150 000 т., объем вскрыши 980 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 99 956,40 т. (отклонение на 50 043,6 т.), объем

вскрыши 1 016 152 м3 (без отклонений);

Июнь 2022:

План по протоколу: Добыча 143 000 т., объем вскрыши 600 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 58 989,37 т. (отклонение на 84 010,63 т.), объем вскрыши 857 178 м3 (отклонение на 6 489 м3).

При этом, как указывает истец, в январе 2022 года план производства горных работ составлял 411 538, 46 м3. Фактически объем выполненных работ согласно акта маркшейдерского замера за январь 2022 года составил 392 349 м3, что соответствует договору с учетом п. 1.4 о допустимых отклонениях в пределах 5% от соответствующего месяца при выполнении комплекса работ объемом свыше 300 000 кубометров (м3) до 1 000 000 кубометров (м3), указанного в протоколе планирования.

В феврале 2022 года план производства горных работ составил - 619 231 м3. Фактически объем выполненных работ согласно акту маркшейдерского замера за февраль 2022 года составил 722 887,41 м3, что свидетельствует о перевыполнении плана производства работ.

В марте 2022 года план производства горных работ составил - 846 923 м3. Фактически объем выполненных работ согласно акту маркшейдерского замера за март 2022 года составил 947 079,18 м3, что свидетельствует о перевыполнении плана производства работ.

В апреле 2022 года план производства горных работ составил - 1170 385 м3. Фактически объем выполненных работ согласно акту маркшейдерского замера за апрель 2022 года составил 974 833,77 м3.

Истец полагает, что стороны в письмах № 448 от 06.05.2022 года, № 76 от 12.05.2022 года пришли к мнению, что с учетом того, что ранее компания ООО «РуДТех» перевыполнила плановые показатели, остальное невыполнение будет восполнено в мае 2022 года, а также учитывая дополнительный объем работ по отгрузке на промежуточный склад, объем за апрель 2022 года подлежит оплате в полном объеме.

В мае 2022 года план производства горных работ составил - 1 115 385 м3. Фактически объем выполненных работ согласно акту маркшейдерского замера за май 2022 года составил 1137 788,17 м3, что свидетельствует о перевыполнении плана работ на 22 403 м3.

Ответчик, не оспаривая общий объем работ (горная масса в м3), настаивал, что необходимыми в достижении являются все согласованные показатели, а не только итоговый общий объем работ (горная масса в м3). Основным экономическим интересом ответчика при исполнении договора являлся показатель «добыча» (добытый уголь).

Определяя размер задолженности в сумме 43 373 178,59 руб. истец учитывает все поступившие денежные средства от ответчика, включая 76 800 000 руб. являющихся спорными. Разногласий у сторон по общему объему работ, подлежащих оплате, не имеется. Разногласия сторон сводятся к квалификации 76 800 000 руб., истец, полагая, что им выполнены все условия плана работ и в соответствие с условиями дополнительного соглашения №4 от 11.01.2022 года истцу подлежит выплате дополнительная часть тарифа на период с января по июнь 2022 года. Данная сумма учтена истцом при проведении зачета 31.10.2022. Ответчик, полагая, что истцом не достигнуты все показатели при оказании услуг, и, следовательно, истец не имеет право на получение 76 800 000 руб., учитывает данную сумму в качестве оплаты общего объема работ.

Удовлетворяя первоначальный иск в части, суд руководствуется следующим.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

В силу ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно ст. 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг. В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг Сторонами не предусмотрен срок исполнения обязательства заказчика по оплате.

Материалами дела подтверждается, что исполнителем услуги в рамках договора №СУПК – РД-05/2022 от 12.05.2022 г. оказаны в полном объеме, представленные акты подписаны без замечаний, но не оплачены в полном объёме. Долг составил 675 745,20 руб. Доказательств, опровергающих расчет истца, либо доказательств оплаты долга не представлено.

Требования истца о взыскании с ответчика 675 745,20 руб. задолженности подлежат удовлетворению.

Удовлетворяя исковые требования о взыскании неустойки, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Расчет договорной неустойки на сумму 550 875 руб. неустойки за период с 21.07.2022 по 22.10.2024 г., представленный истцом, проверен судом, признан верным.

Требования истца о взыскании неустойки в заявленном размере подлежат удовлетворению. Также подлежат удовлетворению требования истца о начислении неустойки до фактического исполнения.

Рассматривая требования о взыскании 43 373 178,59 руб. долга и 8 674 635 руб. 70 коп. неустойки по договору №РДТ26/21 от 03.11.2021г. за период с 04.10.2022 по 22.10.2024г., суд приходит к следующему.

Стороны дополнили пункт 6.5.4 договора следующим содержанием: «В случае выполнения Исполнителем согласованного плана производства горных работ на период январь 2022 - июнь 2022 в полном объеме с надлежащим качеством, Заказчик ежемесячно уплачивает дополнительную постоянную часть тарифа в срок не позднее последнего числа месяца, следующего за отчетным, в следующих размерах:

Январь 2022 7 200 000-00

Февраль 2022 6 800 000-00

Март 2022 11 000 000-00

Апрель 2022 13 000 000-00

Май 2022 13 000 000-00

Июнь 2022 13 000 000-00»

В протоколах рассмотрения плана производства горных работ на январь – июнь 2022 года стороны согласовали плановые показатели, а именно, добыча, объем вскрыши, прочие авто, к вскр., навалы авто, расстояние по добыче, расстояние по вскрыше, бурение, взорванная ГМ, переработка угля. Общий объем работ (горная масса в м3) в протоколах не значится и определен в актах маркшейдерского замера. Показатели, согласованные в протоколах, в частности показатель «добыча», как следует из актов маркшейдерский замеров, не был достигнут ни в один из месяцев периода январь – июнь 2022 года, а показатель вскрышных работах не достигнут в период январь, апрель, июнь 2022 года. Довод ответчика, что достижение планового показателя по добыче угля является основной экономической целью по договору, не опровергнут истцом.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что истцом не выполнено условие дополнительного соглашения №4 от 11.01.2022 года, а именно не выполнен согласованный план производства горных работ, следовательно у истца отсутствует право требования об уплате 76 800 000 руб. дополнительной части тарифа, зачет встречных однородных требований (от 31.10.2022) в данной части не состоялся. Полученные 76 800 000 руб. являются предварительной оплатой по договору №РДТ26/21 от 03.11.2021 г.

При указанных обстоятельствах, задолженность по договору №РДТ26/21 от 03.11.2021г у ответчика перед истцом отсутствует, требования в данной части являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Поскольку требования о взыскании долга не подлежат удовлетворению, оснований для взыскания неустойки не имеется.

Разрешая встречные исковые требования, суд приходит к следующему.

Ответчик, заявляя требования о взыскании 4 164 381 руб. 64 коп. неустойки по договору № РТД26/21 на комплекс работ от 03.11.2021 года за невыполненные истцом объем вскрышных работ по итогам апреля 2022 года, ссылается на условия положений пункта 7.15 Договора предусматривающие за невыполнение объема вскрышных работ более чем на 5% неустойку за каждый кубометр невыполненного объема в размере 30% от стоимости комплекса работ за 1 кубометр, но не более 5% от стоимости выполненных работ за отчетный месяц.

Протоколом рассмотрения плана производства горных работ на апрель 2022 года стороны согласовали объем работ 1 030 000 кубометров (м3).

Суд полагает, что применять пункт 7.15 договора следует с учетом пункта 1.4 договора, поскольку последним пунктом стороны согласовали размер погрешности при объеме работ. Поскольку пунктом 1.4 договора не предусмотрен вариант объема работ свыше 1 000 000 м3 и соответствующий процент погрешности не согласован, оснований для применения ответственности по пункту 7.15 договора не имеется.

Требования о взыскании 171 722 702 руб. 39 коп. упущенной выгоды также не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты нарушенною права является возмещение убытков.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать нарушение стороной договора условий обязательства в рамках договорных отношений, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между нарушением ответчиком своих обязательств и наступившими убытками.

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействия), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя.

Возможность использовать возмещение убытков как средство защиты нарушенных прав возникает из самого факта неисполнения обязанности, нарушения гражданских прав, то есть независимо от того, содержится ли в той или иной норме Гражданского кодекса Российской Федерации упоминание о таком праве. Тем самым возмещению убытков придан характер универсального способа защиты гражданских прав.

В подтверждение того, что ответчиком предприняты все меры для получения упущенной выгоды представлено соглашение о взаимодействии от 29 сентября 2021 года между АО «СУПК» (Сторона 1) и АО «Сибантрацит» (после переименования АО «Разрез Колыванский» (Сторона 3), согласно которому АО «СУПК» обязалось заключить Договор поставки угля с объемом поставки в 2022-2023 году до 2 000 тыс. тонн в год.

Ответчик, ссылаясь на то, что в период январь-июнь 2022 года стороны согласовывали протоколы планирования:

Январь 2022:

План по протоколу: Добыча 80 000 т., объем вскрыши 340 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 78 563,1 т. (отклонение на 1 436,9 т.), объем

вскрыши 310 264 м3 (отклонение на 29 736 м3);

Февраль 2022:

План по протоколу: Добыча 90 000 т., объем вскрыши 550 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 73 399,8 т. (отклонение на 16 629,35 т.), объем

вскрыши 661 252 м3 (без отклонений);

Март 2022:

План по протоколу: Добыча 120 000 т., объем вскрыши 770 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 91 057,85 т. (отклонение на 28 942,15 т.), объем вскрыши 857 178 м3 (без отклонений);

Апрель 2022:

План по протоколу: Добыча 150 000 т., объем вскрыши 1 030 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 131 054,05 т. (отклонение на 18 945,95 т.), объем вскрыши 845 510 м3 (отклонение на 184 490 м3);

Май 2022:

План по протоколу: Добыча 150 000 т., объем вскрыши 980 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 99 956,40 т. (отклонение на 50 043,6 т.), объем

вскрыши 1 016 152 м3 (без отклонений);

Июнь 2022:

План по протоколу: Добыча 143 000 т., объем вскрыши 600 000 м3;

Фактическое выполнение: Добыча 58 989,37 т. (отклонение на 84 010,63 т.), объем вскрыши 857 178 м3 (отклонение на 6 489 м3), производит расчет упущенной выгоды следующим образом.

Используется справочная информация о среднем уровне рыночных цен одной тонны, без учета НДС на уголь каменный энергетический марки «Т» (рядовой, 0-300 мм) при условии поставки EXW (склад Кемеровской области).

Расчет убытков производится по следующей формуле:

(a) – (b) * (c) – (d), где:

(a) - согласованный объем добычи в Протоколе рассмотрения плана производства горных работ;

(b) – суммированный фактический объем добычи, указанный ООО «Рудтех» в актах выполненных работ за отчетный период;

(c) – средний уровень рыночных цен одной тонны, без учета НДС на уголь каменный энергетический марки «Т» (рядовой, 0-300 мм) при условии поставки EXW (склад Кемеровской области);

(d) – средняя стоимость затрат на добычу одной тонны угля ООО «Рудтех» за отчетный период, за исключением «Дополнительная часть тарифа» (установленная оспариваемым дополнительным соглашением №4 от 11.01.2022)

Январь 2022 года

(a) 80 000;(b) 78 563,1;(c) 3 200;(d) 768,6

(80 000) – (78 563,1) * (3 200) – (768,6) = 3 493 678,66 рублей.

Февраль 2022 года

(a) 90 000;(b) 73 370,65;(c) 3 250;(d) 1 263,41;

(90 000) – (73 370,65) * (3 250) – (1 263,41) = 33 035 700,41 рублей

Март 2022 года

(a) 120 000; (b) 92 512,55;(c) 3 190;(d) 1 634,06;

(120 000) – (92 512,55) * (3 190) – (1 634,06) = 42 768 822,95 рублей

Апрель 2022 года

(a) 150 000;(b) 139 000,7;(c) 3 260;(d) 1 189,86;

(150 000) – (139 000,7) * (3 260) – (1 189,86) = 22 770 090,90 рублей

Май 2022 года

(a) 150 000;(b) 104 775,15;(c) 3 300;(d) 1 189,86;

(150 000) – (104 775,15) * (3 300) – (1 759,82) = 69 654 409,47рублей

Итого общий размер убытков 171 722 702 руб. 39 коп.

Согласованные величины добычи носили плановый характер, для их достижения было заключено дополнительное соглашение №4 от 11.01.2022, предусматривающее дополнительные выплаты в случае достижения плановых показателей, при этом подлежал оплате не только объем добычи угля, но и прочие работы по экскавации: выемка, погрузка в автотранспорт горной массы (вскрыши и навалов).

Также суд отмечает, что спорная сумма (76 800 0000 руб. с НДС) существенно ниже, чем заявленный АО «СУПК» размер упущенной выгоды 171 722 702 руб. 39 коп., что, по мнению суда, свидетельствует, что целью заключения дополнительного соглашения №4 являлось именно дополнительное экономическое стимулирование истца для достижения всех плановых результатов, включая добычу угля.

Доказательств того, что плановый объем добычи угля не достигнут именно в результате ненадлежащего исполнения истцом обязательств по договору не представлено.

С учетом данных обстоятельств суд приходит к выводу, что недостижение плановых показателей относится к предпринимательскому риску ответчика и не может быть расценено как противоправное поведение (ненадлежащее исполнение обязательств) истца повлекшее причинение убытков ответчику при исполнении договора.

При указанных обстоятельствах, требования о взыскании 171 722 702 руб. 39 коп. убытков являются не обоснованными и не подлежат удовлетворению.

Разрешая требования общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» (далее ООО «Перспектива») в интересах акционерного общества "Сибирская углепромышленная компания" (далее АО «СУПК», Общество) к обществу с ограниченной ответственностью "РУДТЕХ" (далее ООО «Рудтех», ответчик), суд приходит к следующему.

ООО «Перспектива», со ссылкой на положения статей 166,167,174 Гражданского кодекса Российской Федерации, 69 ФЗ «Об акционерных обществах», Устава Общества мотивирован нарушением процедуры корпоративного одобрения дополнительного соглашения №4 от 11.01.2022 к договору РДТ26/21 на комплекс работ от 03.11.2021, что привлекло причинение Обществу убытков, в виде произведённой по дополнительному соглашению оплаты, не обеспеченной встречным предоставлением. Полагает, что ответчик мог и должен был обладать информацией об ограничениях полномочий руководителя на подписание оспариваемой сделки без одобрения Совета директоров, в связи с чем, не проявил должную добросовестность и осмотрительность; также истец полагает действия ответчика недобросовестными, направленными на причинение вреда Обществу, поскольку последний без относительно дополнительного соглашения обязан надлежащим образом исполнять принятые на себя обязательства по договору подряда, а оспариваемое дополнительное соглашение заключено на заведомо и значительно невыгодных для заказчика условиях, в ущерб интересам Общества. Возражает против заявления ответчика об истечении срока давности, поскольку участник об оспариваемой сделки мог узнать не позднее 6 месяцев после окончания финансового 2022года, с иском обратился в марте 2023 года.

АО «СУПК» в полном объеме поддержало позицию процессуального истца, настаивая на необходимости одобрения сделки Советом директоров, о заключении сделки в ущерб интересам Общества и причинения вреда Обществу в виду произведенной выплаты, не обеспеченной фактическим встречным предоставлением, принимая во внимание, что подрядчик в силу принятых на себя обязательств должен обеспечивать согласованный договором объем работы. Подробно изложено в отзыве и дополнении.

ООО «Рудтех», возражая против иска, указывает, что на момент совершения оспариваемой сделки ответчик не знал об ограничениях руководителя, поскольку запрос о предоставлении учредительных документов направлен 20.01.2022, в то время как, дополнительное соглашение заключено 11.01.2022, при этом Устав Общества содержит противоречия, которые выражены в том, что пункт 13.2.17, на который ссылается истец, содержит требование об одобрении сделки стоимостью от 50000000 до 25% балансовой стоимостью, а пункта 14.3 предоставляет единоличному исполнительному органу право на совершение сделок без одобрения до 25% балансовой стоимости; также заявлено об истечении срока давности. Подробно позиция изложена в отзыве и дополнениях к нему, письменных пояснениях.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью "Инвест", ФИО1, общество с ограниченной ответственностью "Кузбасс Энерго Сервис", ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6.

Согласно отзыву ФИО1, после заключения договора выяснилось отсутствие должного технического обеспечения ООО «Рудтех», в связи с чем, получено обращение подрядчика о выделении денежных средств для приобретения техники в лизинг, после проведения переговоров с бенефициарным владельцем подписано дополнительное соглашение №3 о выделении аванса, но в меньшем размере, поскольку оборотных средств не хватало, заключили дополнительное соглашение №4.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в отдельности и в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения иска, при этом исходит из следующего.

Акционерное общество "Сибирская углепромышленная компания" зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 19.05.2016, при этом ООО «Перспектива» является владельцем 16% обыкновенных акций, ООО «Инвест» принадлежит 84% акций.

03.11. 2021 между АО «СУПК» (Заказчик) и ООО «РуДТех» (Исполнитель) заключен Договор № РДТ26/21 на комплекс работ (Договор), в соответствии с которым ответчик принял на себя обязательство по заданию заказчика выполнить перечень работ, указанных п. 1.1. Договора, а заказчик обязался принять и оплатить выполненные Ответчиком работы на условиях, предусмотренных Договором (п. 4.1. - 4.2. Договора).

Поскольку в результате заключённого дополнительного соглашения №4 размер обязательств заказчика увеличился на сумму 64 000 000 руб., при отсутствии на то корпоративного одобрения, ООО «Перспектива» как акционер Общества, обладающий 16% акций, обратился в суд с настоящим иском об оспаривании дополнительного соглашения №4 сделки.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 ГК РФ).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - Постановление N 27), при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" и Законом N 14-ФЗ порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 ГК РФ, а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (далее - сделки с заинтересованностью), - пункт 2 статьи 174 ГК РФ (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона N 14-ФЗ) с учетом особенностей, установленных указанными законами.

Согласно пункту 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия органа юридического лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

В силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

С учетом приведенных разъяснений в предмет доказывания недействительности сделок на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ входит причинение АО «СУПК» явного ущерба, о чем другие стороны сделки знали или должны были знать, или наличие сговора либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, а также, собственно, причинение ущерба интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 1 постановления N 25, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Для признания недействительным договора на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника (третьим лицам).

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Как следует из пояснений истца и АО «СУПК», необходимость одобрения дополнительного соглашения №4 обусловлена редакцией подпункта 13.2.17 Устава Общества, в редакции внеочередного общего собрания акционеров от 08.09.2020, в соответствии с которым к компетенции Совета директоров Общества, в том числе, отнесены вопросы принятия решения о заключении Обществом сделок, сумма каждой из которых (или нескольких взаимосвязанных сделок) составляет 50000000 руб. до 25% балансовой стоимости имущества Общества включительно.

В данном правоотношении, цена дополнительного соглашения составляет 6 4 000 000 руб. без НДС (76 800 0000 руб. с НДС), в связи с чем, формально, принятие решения о заключении такой сделки отнесено к компетенции Совета директоров.

Вместе с тем, из пункта 14.3 Устава Общества, определяющего компетенцию генерального директора Общества, следует, что генеральный директор Общества действует от имени Общества без доверенности, в том числе распоряжается имуществом Общества в следующих пределах: единолично совершает сделки, связанные с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо или косвенно имущества, стоимость которого составляет 25% балансовой стоимости активов Общества, определенных по данным его бухгалтерской отчётности на последнюю отчетную дату. В случае отчуждения или возможностью отчуждения имущества с балансовой стоимостью сопоставляется стоимость такого имущества, определенного по данным бухгалтерского учета, а в случае приобретения имущества цена его приобретения.

Следовательно, редакция Устава, определяющая полномочия единоличного исполнительного органа Общества не содержит такого ценового ограничения заключения сделки, как от 50 000 000 руб. до 25% балансовой стоимостью имущества.

Таким образом, положения Устава Общества содержат в части взаимоисключающие положения, определяющие компетенции Совета директоров и единоличного исполнительного органа Общества.

В данном случае, оспариваемое дополнительное соглашение от имени АО «СУПК» подписано генеральным директором ФИО11, который, согласно представленному отзыву, не указывает на имеющиеся в силу Устава ограничения на заключение сделки, отмечая обращение со стороны ООО «Рудтех» письмом от 10.12.2021, впоследствии которого заключено дополнительное соглашение №4.

Вместе с тем, из содержания указанного письмо следует обращение к заказчику с просьбой по возможности авансировать работы по представленному графику, в связи с чем, как следует из отзыва ФИО1 заключено дополнительное соглашение №3 после проведения переговоров с бенефициарным владельцем АО «СУПК».

Настоящий документ не содержит никаких сведений о предложении согласования иного порядка определения цены договора и внесении каких-либо изменений в раздел 6 договора.

Рассматривая вопрос о количественном и качественном показателе оспариваемой сделки, то ни процессуальный истец, ни само Общество не указывают на то обстоятельство, что превышен количественный порок сделки, при этом, как следует из вида осуществляемой Обществом деятельности, предмет самого договора подряда и дополнительного соглашения не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Отклоняя доводы истца об осведомленности ответчика об ограничениях полномочий единоличного исполнительного органа, арбитражный суд исходит из того, что дополнительное соглашение №4 заключено 11.01.2022, в то время как, запрос о предоставлении документов направлен в адрес Общества 20.01.2022, т.е. после заключения сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 Постановления N 27, положения уставов хозяйственных обществ, распространяющие порядок одобрения крупных сделок на иные виды сделок, следует рассматривать как способ установления необходимости получения согласия совета директоров общества или общего собрания участников (акционеров) на совершение определенных сделок (пункт 2 статьи 69 Закона об акционерных обществах, пункт 3.1 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). При рассмотрении споров о признании недействительными таких сделок в связи с нарушением порядка их совершения судам следует руководствоваться пунктом 1 статьи 174 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 174 ГК РФ, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

Кроме того, исходя из разъяснений абзаце 7 пункта 22 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу статьей 51 и 53 ГК РФ неясности и противоречия в положениях учредительных документов юридического лица об ограничениях полномочий единоличного исполнительного органа толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.

Учитывая изложенное, признается, что ФИО1 при заключении оспариваемого дополнительного соглашения действовал в пределах своих полномочий.

Рассмотрев доводы и возражения сторон, арбитражный суд также не установил оснований для признания недействительной оспариваемого дополнительного соглашения №4 по основаниям пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, истец в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен представить доказательства, свидетельствующие о причинении АО «СУПК» явного ущерба, при этом ООО «Рудтех» знал или должен был знать об этом по результатам заключения сделки, также не доказано наличие сговора или иных совместных действий директора АО «СУПК» и ООО «Рудтех» в ущерб интересам Общества.

Отклоняя довод о безвозмездности дополнительного соглашения №4, о получения ответчиком обозначенной в соглашении суммы без какого–либо встречного предоставления, о притворности оспариваемой сделки, арбитражный суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из указанного принципа свободы договора следует, что стороны подрядной сделки вправе определить порядок оплаты выполненных работ по своему усмотрению, исходя из необходимости достижения ожидаемого результата, в том числе посредством установления подрядчику, в нашем случае ООО «Рудтех» дополнительную часть тарифа за выполнение согласованного плана производства горных работ в полном объеме и надлежащего качества.

Доказательств понуждения Общества заключить дополнительное соглашение на заведомо невыгодных для него условиях арбитражному суду не представлено, из материалов дела наличие таких обстоятельств не следует. Оценка расчетам дана судом при рассмотрении первоначального и встречного иска.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворной является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. Такая сделка является ничтожной.

Согласно пункту 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

В пункте 70 Постановления N 25 разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения даритель безвозмездно передает или обязуется передать одаряемому вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить его от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением.

Согласно пункту 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 N 104 "Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств" квалифицирующим признаком дарения является установление судом намерения кредитора освободить должника от обязанности по уплате долга в качестве дара. В таком случае прощение долга должно подчиняться запретам, установленным статьей 575 ГК РФ, пунктом 4 которой не допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями. Об отсутствии намерения кредитора одарить должника может свидетельствовать, в частности, взаимосвязь между прощением долга и получением кредитором имущественной выгоды по какому-либо обязательству между теми же лицами.

Следовательно, если в намерения кредитора входило получение неких выгод от сделки, в том числе, не имеющих непосредственно материального выражения, но могущих принести ему некие бонусы, прибыль, преференции и т.д., то сделка не является дарением.

ООО «Перспектива», указывая, что дополнительное соглашение №4 было совершено с намерением прикрыть сделку дарения, не представил в материалы дела доказательств того, что указанное соглашение носило характер притворной сделки, имеющей целью прикрыть собой сделки дарения между коммерческими организациями, совершение которых прямо запрещено положениями статьи 575 ГК РФ, а действия сторон при заключении этих сделок применительно к конкретным обстоятельствам дела свидетельствовали о намерении безвозмездно передать в пользу ответчика денежные средства.

Тот факт, что между сторонами имеется спор относительно наличия оснований для выплаты согласованного дополнительным соглашением №4 дополнительной постоянной части тарифа, само по себе не свидетельствует о ничтожности сделки по притворным основанием.

АО «СУПК» также полагает, что о безвозмездном характере сделки свидетельствует пункта 2 дополнительного соглашения №4, согласно которому в случае расторжения договора по инициативе заказчика, указанные в пункте 6.5.4 договора суммы уплачиваются заказчиком в сроки, предусмотренные данным пунктом.

Однако указанное условие дополнительного соглашения №4 соответствует положениям пункту 3 статьи 310 и пункта 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и не свидетельствует о притворности сделки.

Экономическое обоснование данного дополнительного соглашения №4 оценено судом выше при разрешении встречного иска.

В рамках рассмотрения настоящего дела ни ООО «Перспектива», ни Обществом не доказан факт злоупотребления ответчиком правом, при заключении сделки, не определено, в чем выражено такое злоупотребление. Напротив, в данном правоотношении, ФИО1 с 14.04.2023 является лицом, имеющим право действовать без доверенности от ООО «Перспектива» и лицом, заключившим оспариваемую сделку со стороны АО «СУПК», что свидетельствует о недобросовестном поведении бывшего единоличного исполнительного органа Общества, действия которого направлены на избежание привлечения к ответственности по корпоративным основаниям.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, арбитражный суд приходит к следующему.

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Как отмечено в постановлении Конституционного Суда РФ от 10.04.2003 № 5-П, течение срока исковой давности должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать о факте совершения сделки. В целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления гражданских прав.

Таким образом, течение срока исковой давности, по требованию участника о признании крупной сделки или иной оспоримой сделки недействительной начинается со дня, когда этот участник узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания совершенной обществом сделки недействительной.

О совершении спорной сделки ООО «Перспектива» стало известно в марте 2023 года в результате привлечения заявителя определением арбитражного суда Кемеровской области от 21 марта 2023 года к участию в деле № А27-462/2023 в качестве третьего лица.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что информация об оспариваемом договоре была или могла быть известна истцу ранее указанных ими периодов.

Ссылки общества «Рудтех» на письмо ФИО1 от 26 декабря 2022 года за №1329 о том, что в ходе аудита акционер выявил, то что спорная сделка была заключена в нарушение корпоративных процедур, отклоняется, поскольку, как следует из приказа ФИО12 ФИО1 с 20 сентября 2022 года был уволен с должности.

Следовательно, обращение к обществу «РудТех» с какими – либо вопросами со стороны ФИО1 являлось нелигитимным, полномочия по его доверенности №05/07-22 от 05 июля 2022 года, прекращены.

Представленное в материалы дела ООО «Рудтех» аудиторское заключение не содержит конкретного адресата (указано - акционерам акционерного общества «СУПК» и иным заинтересованным лицам), доказательств его получения ООО «Перспектива», либо направления в адрес ООО «Перспектива» не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что срок исковой давности в рассматриваемом споре не пропущен.

Требования ООО «Перспектива» являются не обоснованными и не подлежат удовлетворению.

Расходы по оплате государственной пошлины, на основании статьи 110 АПК РФ в части первоначального иска общества с ограниченной ответственностью «Рудтех» относятся на сторон пропорционально удовлетворенным требованиям; в части встречного иска акционерного общества «Сибирская углепромышленная компания» на акционерное общество «Сибирская углепромышленная компания»; в части иска общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» в интересах акционерного общества «Сибирская углепромышленная компания» на общество с ограниченной ответственностью «Перспектива».

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Первоначальный иск удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Сибирская углепромышленная компания», город Калтан, Кемеровская область – Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Рудтех», город Новосибирск (ОГРН <***>, ИНН <***>) 675 745 руб. 20 коп. долга, 550 875 руб. неустойки, всего 1 226 620 руб. 20 коп., 4 605 руб. расходов по государственной пошлине.

Взыскать с акционерного общества «Сибирская углепромышленная компания», город Калтан, Кемеровская область – Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Рудтех», город Новосибирск (ОГРН <***>, ИНН <***>) неустойку, начисленную с 23.10.2024 на сумму долга 675 745 руб. 20 коп. в размере 0,1% от просроченной суммы за каждый день просрочки до момента фактического исполнения обязательства.

В остальной части иска отказать.

В удовлетворении встречного иска акционерного общества «Сибирская углепромышленная компания», город Калтан, Кемеровская область – Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>) отказать.

Взыскать с акционерного общества «Сибирская углепромышленная компания», город Калтан, Кемеровская область – Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 156 178 руб. государственной пошлины.

В удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью "Перспектива" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в интересах акционерного общества "Сибирская углепромышленная компания" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) отказать.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья С.С. Бондаренко