АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А75-20794/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Мальцева С.Д., судей Донцовой А.Ю.,

Крюковой Л.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Газпром нефть» на решение от 14.10.2024 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Горобчук Н.А.) и постановление от 16.12.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Солодкевич Ю.М., Рожков Д.Г., Тетерина Н.В.) по делу № А75-20794/2021 по иску публичного акционерного общества «Газпром нефть» (190000, <...>, литера А, помещение 1Н, кабинет 2401, ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Няганские газораспределительные сети» (628181, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) об урегулировании разногласий при заключении договора.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Федеральная антимонопольная служба (123001, <...>- Кудринская, дом 11, ОГРН <***>, ИНН <***>), департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (628011, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...> здание 54/1, корпус 1, ОГРН <***>, ИНН <***>), акционерное общество «Нефтяная компания «Конданефть» (628002, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Север» (190098, город Санкт-Петербург, внутригородской территориальный городской муниципальный округ Адмиралтейский, улица Галерная, дом 20-22, литера А, помещение 177-Н, ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Хантос» (628011, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Газпром

трансгаз Сургут» (628412, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...> здание 1, ОГРН <***>, ИНН <***>).

В судебном заседании участвовали представители: публичного акционерного общества «Газпром нефть» – ФИО1 по доверенности от 31.07.2024, общества с ограниченной ответственностью «Няганские газораспределительные сети» – ФИО2 по доверенности от 21.01.2025, ФИО3 по доверенности от 07.02.2025, ФИО4 по доверенности от 09.01.2025.

Суд

установил:

публичное акционерное общество «Газпром нефть» (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Няганские газораспределительные сети» (далее – ответчик, компания) об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора транспортировки газа по магистральному газопроводу-отводу «Газоснабжение города Ханты-Мансийск и поселков Ханты-Мансийского района» от 15.11.2021 № 1/021 (далее – договор).

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Федеральная антимонопольная служба, департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (далее – департамент), акционерное общество «Нефтяная компания «Конданефть» (далее – общество «Конданефть»), общество с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Север» (далее – общество «Газпром межрегионгаз Север»), общество с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Хантос» (далее – общество «Газпромнефть-Хантос»), общество с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Сургут» (далее – общество «Газпром трансгаз Сургут»).

Решением от 14.10.2024 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа, оставленным без изменения постановлением от 16.12.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда, разногласия урегулированы, изложены положения договора.

Не согласившись с результатами рассмотрения дела, общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять новый судебный акт, сформулировать условия договора в редакции, указанной кассатором.

По утверждению подателя жалобы, условия договора, предполагающие его ретроспективное действие (плановые объемы транспортировки газа и начало срока действия соглашения), противоречат пункту 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункту 11 Правил поставки газа в Российскую Федерацию, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162 (далее – Правила № 162), в результате исключения из договора пунктов

4.3, 4.4, 4.5 – 4.5.3, 4.7, 4.9, абзаца третьего пункта 4.13 объем газа выходящего из сетей ответчика, всегда будет равен объему газа, поступившему в сеть, в то время как установленный на 46 км узел учета газа (далее – УУГ), является расчетным, отвечает требованиям Правил учета газа, утвержденных приказом Минэнерго России от 30.12.2013 № 961 (далее – Правила № 961), исключение пункта 7.8 из договора обесценивает последствия неисполнения обязательств по обеспечению сохранности ресурса при транспортировке, что с неизбежностью влечет его утрату и убытки.

Определением от 14.03.2025 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в составе суда по рассмотрению кассационной жалобы произведена замена судьи Марьинских Г.В. на судью Крюкову Л.А.

В отзывах, приобщенных судом округа к материалам дела (статья 279 АПК РФ), компания и департамент возражают против доводов подателя жалобы, общества «Конданефть», «Газпром трансгаз Сургут», «Газпром межрегионгаз Север» поддерживают доводы, изложенные в кассационной жалобе.

В судебном заседании представители сторон выступили с объяснениями сообразно занятым правовым позициям в обоснование доводов и возражений.

Учитывая надлежащее извещение третьих лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом (поставщик, заказчик) и компанией (газотранспортная организация, далее – ГТО, исполнитель) заключен договор транспортировки газа по магистральным газопроводам-отводам от 10.02.2017 № ГПН-17/09000/00492/Р (далее – договор от 10.02.2017), по условиям которого ГТО приняла обязательства по оказанию услуг транспортировки ресурса по магистральному газопроводу-отводу «Газоснабжение города Ханты-Мансийск и поселков Ханты-Мансийского района» до выходов газораспределительных станций города Ханты-Мансийска, поселков Цингалы, Батово, Реполово, Выкатное, Ярки (далее – газопровод), а поставщик – оплачивать оказанные услуги на условиях, предусмотренных договором от 10.02.2017.

В соответствии с пунктами 6.1, 6.2 договора от 10.02.2017 он вступает в силу с момента его подписания и распространяет действие на период с 10.02.2017 до 31.12.2017, если за тридцать календарных до истечения срока ни одна из сторон не заявит о его расторжении, договор от 10.02.2017 подлежит пролонгации.

Газопровод включает в себя два участка, один из которых (46 – 206 км) находится в государственной собственности Ханты-Мансийского автономного округа, передан департаментом в пользование ответчику, другой (0 – 46 км) принадлежит обществу «Газпром трансгаз Сургут», установившему в границах своей эксплуатационной ответственности на расстоянии 615 м от места ее распределения УУГ (на 46 км).

Ответчиком в адрес истца 29.11.2021 направлен проект договора, мотивированный отсутствием правовой определенности в вопросах учета, в частности ввиду несогласованного технического соглашения между обществом «Газпром трансгаз Сургут», обществом «Газпромнефть-Хантос», обществом с ограниченной ответственностью «Южно-Приобский газоперерабатывающий завод» (далее – завод), а также изменением схемы газоснабжения (подключением к газопроводу дополнительных потребителей).

От общества 08.12.2021 поступил протокол разногласий, отклоненный компанией (письмо от 17.12.2021 № 1249), по итогам согласования условий договора разногласия остались в отношении пунктов 2.1, 2.3, 4.3, 4.4, 4.5 – 4.5.3, 4.7, 4.9, абзаца третьего пункта 4.13, пункта 4.16, пунктов 7.8, 9.1, приложения № 1 договора, что явилось основанием обращения в арбитражный суд.

Рассматривая и разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 11, 307, 308, 421, 422, 434.1, 445, 541, 544, 616, 782 ГК РФ, статьей 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», статьями 18, 25, 30 Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (далее – Закон о газоснабжении), статьей 13.3 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», статьей 13 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон об энергоснабжении), пунктами 1, 6, 8, 11, 13 Положения об обеспечении доступа независимых организаций к газотранспортной системе открытого акционерного общества «Газпром», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 14.07.1997 № 858 (далее – Положение № 858), пунктами 5, 9 Положения об обеспечении доступа организаций к местным газораспределительным сетям, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.11.1998 № 1370, пунктами 8, 10, 21, 22, 23 Правил № 162, пунктами 7, 8 Порядка расчетов за природный газ, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 04.04.2000 № 294, пунктами 5, 6 Правил поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21.07.2008 № 549, пунктами 2.3, 3.4, 3.7, 3.8 Правил № 961, Порядком ограничения подачи (поставки) и отбора газа, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2016 № 1245, пунктом 163 Правил безопасности для опасных производственных объектов магистральных трубопроводов, утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11.12.2020 № 517, пунктами 21, 40, 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договоров», пунктом 12 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного

Суда Российской Федерации 20.10.2021, постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.01.2012 № 11657/11 (далее – Постановление № 11657).

Обозначив, что разногласия связаны с условиями о месте, до которого осуществляется транспортировка по газопроводу ответчика с учетом принадлежности сетей сторонам и иным лицам, схемой подачи в прямом, обратном и смешанном направлениях; плановых объемах ресурса, подлежащих констатации в договоре ввиду существенности такого положения, указываемых в соответствующих заявках; прекращении, ограничении и возобновлении подачи газовой энергии, что представляет собой свободную договоренность; ведении учета, УУГ которого должен предусматривать доступ к нему, проектную документацию, обеспечивать работоспособность; порядке определения величины природного газа, исключающего погрешность приборов учета (далее – ПУ) третьих лиц и являющегося приоритетным с использованием ПУ; способе предоставления ежесуточных данных по объемам ресурса; доступе к средствам измерения; сроках оплаты и произведению расчетов; сохранности блага при его доставке; наличии ответственности исполнителя за последствия, вызванные принудительным ограничением или прекращением транспортировки; сроке действия договора; соблюдении законодательства в сфере противодействия мошенничеству и коррупции, арбитражный суд, исходя из фактических обстоятельств дела, требований законодательства, регулирующих отношения по газоснабжению, а также общих положений гражданского закона, принципа свободы договора, обязательности условий, подлежащих согласованию, воли лиц, участвующих в деле, их обязанностей, предусмотренных как договором, так и императивными нормами, согласовал схему транспортировки газа в редакции ответчика, определил величины плановых объемов транспортировки газа в аналогичной редакции, не нашел оснований для включения в договор положений о порядке возмещения расходов, связанных с принудительным отключением или ограничением транспортировки газа, принял во внимание отсутствие УУГ, расположенного на 46 км, в проектной документации на газопровод, отсутствие в договоре условий о порядке проведения проверки средства измерения, единого подхода относительно его работоспособности, в связи с чем не нашел оснований для включения в договор предложений истца о порядке организации учета газа, дал оценку обоюдной воли сторон на включение положений, не являющихся существенными, в результате чего урегулировал разногласия следующим образом: пункты 2.1, 2.3, 4.3, 4.4, 4.5, 4.14, 4.14.1, 4.14.2, 4.14.3, 4.14.4, 9.1 договора изложены в редакции, приложенной компанией, пункт 5.6 договора – обществом, пункты 3.7, 4.5.1, 4.5.2, 4.5.3, 4.7, 7.8, 7.9, приложение № 1 из договора – исключены.

Поддерживая выводы Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, апелляционная коллегия, повторно рассмотрела возражения относительно: места, до которого осуществляется транспортировка газа, отметила отсутствие принадлежности истцу сетей в районе 124 км на границе с газопроводом, не предусмотренное кассатором смешанное направление, в связи с чем не выявила основания для вывода о

транспортировке до границы раздела; объема транспортируемого ресурса, предусмотренного договором, подлежащего координации заблаговременно в силу необходимости определения свободной мощности газотранспортной системы исполнителем, в отношении которого судом констатирован учет последним сведений, представленных заказчиком о плановой величине в письме от 23.11.2023; УУГ 46 км, расположенного не на границе балансовой и эксплуатационной принадлежности газопровода компании, не согласованного к установке ответчиком, а также требующего дополнительное согласование с обществом «Газпром трансгаз Сургут» доступа к нему, отсутствие предложения поставщика об ином механизме проверки показаний, свидетельств об аттестации методики (метода) измерений, обозначила отсутствие достоверности осуществляемого им учета; правовую направленность интереса истца, предполагающего возложение на ГТО бремени возмещения разбаланса и не дающего достоверных данных, что оценено апелляционной инстанцией недопустимым.

Отдельно рассмотрев доводы о необходимости включения в договор пункта 7.8, суд апелляционной инстанции отклонил их, обратив внимание заявителя, что на ответчике лежат обязанности по надлежащей эксплуатации и содержанию газопровода, обеспечению его готовности к локализации потенциальных аварий, катастроф, ликвидации последствий в случае их возникновения, исключение данного пункта не повлечет лишение права на возмещение убытков от виновных действий лиц, результатом которых станет утрата газа.

Между тем суд кассационной инстанции полагает, судами не учтено следующее.

Статьей 446 ГК РФ предусмотрено, что в случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда, условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент заключения (статья 422 ГК РФ).

В соответствии с правовыми позициями, изложенными в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2015 № 305-ЭС15-513, от 21.12.2015 № 305-ЭС15-11564, от 03.10.2016 № 308-ЭС16-7310, от 26.12.2016 № 308-ЭС16-7314, при отсутствии соглашения сторон по содержанию условия договора и наличии диспозитивной нормы, регулирующей спорное отношение, таковое условие должно определяться судом в соответствии с общим правилом диспозитивной нормы, содержащим наиболее оптимальный баланс интересов сторон.

Разрешение судом спора при возникновении разногласий по конкретным условиям имеет своей целью внесение определенности в правоотношения и их установление в соответствии с требованиями законодательства (Постановление № 11657/11).

Исходя из абзаца второго статьи 2 Закона о газоснабжении, таковое являет собой одной из форм энергоснабжения, представляющего собой деятельность по обеспечению

потребителей газом, в том числе деятельность по формированию фонда разведанных месторождений газа, добыче, транспортировке, хранению и поставкам газа.

Под транспортировкой газа понимается перемещение и передача газа по газотранспортной системе, обеспечивающее права покупателя или поставщика газа и осуществляемое на основании соответствующего договора (пункты 3, 7, 8 Правил № 162). Поскольку такая деятельность может осуществляться различными ГТО, то каждая из них оказывает услуги по транспортировке в границах принадлежащих ей участков магистральных газопроводов или газопроводов-отводов (статья 27 Закона о газоснабжении, пункт 3 Правил № 162).

Экономической целью отношений по транспортировки ресурса является его возмездная передача в точку поставки, обеспечивающая возможность получения в таком месте обусловленного соответствующим договором объема блага, обладающего необходимыми физическими параметрами. Поскольку лишь такое представление имеет надлежащий характер, вопрос фиксации количества газа, переданного непосредственно в точке поставки, является важным в целях определения объема оказанных услуг.

Из статьи 13 Закона об энергоснабжении следует, что производимые, передаваемые, потребляемые энергетические ресурсы подлежат обязательному учету с применением ПУ используемых энергетических ресурсов. Расчеты за энергию должны осуществляться на основании данных об ее количественном значении, произведенных, переданных, потребленных, определенных при помощи ПУ.

Одним из принципов законодательства в сфере энергоснабжения является приоритет учетного способа подсчета благ над расчетным (часть 2 статьи 13 Закона об энергоснабжении, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10.07.2018 № 30-П, определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2018 № 305-ЭС17-14967), поэтому наличие введенного в установленном порядке в эксплуатацию сертифицированного и поверенного ПУ предполагает необходимость исчисления количества ресурса по его показаниям.

В пункте 21 Правил № 162 установлено, что поставка и отбор газа без учета его объема не допускаются, при этом учет объема газа осуществляется в порядке, утвержденном Министерством энергетики Российской Федерации (пункт 22 Правил № 162).

Учету подлежит газ: принимаемый от грузоотправителя для транспортировки; сдаваемый грузополучателю; передаваемый одной организацией трубопроводного транспорта другой организации трубопроводного транспорта; утерянный. (пункт 2.3 Правил № 961). При потреблении учету подлежит газ при входе на газопотребляющий объект (пункт 2.5 Правил № 961).

По пункту 2.10 Правил № 961 при приеме-передаче газа его объем измеряется средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями, определенными проектной документацией на объекты транспортировки, хранения и (или) потребления.

При отсутствии либо неисправности средств измерений и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями у ГТО количество поданного природного газа поставщиком определяется по данным средств измерения и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями поставщика газа (пункт 3.8 Правил № 961).

Количественные и качественные показатели при приеме-передаче для транспортировки, а также в процессе распределения измеряются на линии раздела объектов газоснабжения и (или) распределения между владельцами по признаку собственности или владения на ином законном основании, то есть в месте, позволяющем максимально точно определить объем протранспортированного газа на выходе из сети газораспределительной организации в сети (газопотребляющие объекты) потребителя (пункт 3.7 Правил № 961).

Исходя из правового анализа императивных норм права следует: во-первых, требование о приоритетном учете средствами измерения передающей стороны; во-вторых, закрытый перечень оснований для применения средств измерения другой стороны, а именно: неисправность, отсутствие средств измерения передающей стороны.

Средства измерений и (или) технические системы и устройства с измерительными функциями, применяемые для учета газа в сферах государственного регулирования, должны отвечать требованиям законодательства Российской Федерации об обеспечении единства измерений (пункт 1.6 Правил № 961).

Как установлено судами, на 46 км участка газопровода, обществом «Газпром трансгаз Сургут» установлен УУГ, находящийся на удалении 615 метров от границ участка сети ответчика. Полагая данное средство измерений не подлежащим использованию в целях определения объема газа, транспортируемого истцом до границы принадлежащего ему участка газопровода, суды исходили из того, что данный УУГ не может выступать в качестве расчетного, поскольку установлен не на линии раздела объектов газоснабжения и (или) распределения между владельцами по признаку собственности или владения на ином законном основании, расчетный характер средства измерения скомпрометирован при рассмотрении дел № А75-6757/2017, А75-9638/2020, сторонами не урегулирован порядок доступа к узлу учета.

Между тем из части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений» следует, что в сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений к применению допускаются средства фиксаций утвержденного типа, прошедшие поверку в соответствии с положениями настоящего Федерального закона, а также обеспечивающие соблюдение установленных законодательством Российской Федерации об обеспечении единства измерений обязательных требований, включая обязательные метрологические требования к измерениям, обязательные метрологические и технические требования к средствам измерений, и установленных законодательством Российской Федерации о техническом регулировании обязательных требований. В состав требований к средствам измерений в необходимых случаях включаются также требования к их составным частям,

программному обеспечению и условиям эксплуатации. При применении средств измерений должны соблюдаться требования к их эксплуатации.

Из положений пункта 1.6 Правил № 961 следует, что средства измерений и (или) технические системы и устройства с измерительными функциями, применяемые для учета газа в сферах государственного регулирования, должны отвечать требованиям законодательства Российской Федерации об обеспечении единства измерений.

Согласно пункту 23 Правил № 162 при неисправности или отсутствии средств измерений у передающей стороны объем переданного газа учитывается по средствам измерений принимающей газ стороны, а при их отсутствии или неисправности – по объему потребления газа, соответствующему проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок и времени, в течение которого подавался газ в период неисправности средств измерений, или иным методом, предусмотренным договором.

Суды, констатируя, что УУГ на 46 км не предусмотрен проектной документацией на газопровод, расположен не на границе балансовой и эксплуатационной принадлежности (ответственности) ответчика и общества «Газпром трансгаз Сургут, не указали, как это исключает расчетный характер спорного средства измерения, в отношении которого представлены сведения о подтверждении его расчетного характера в ноябре 2022 года, то есть после периодов, являющихся предметом рассмотрения по делам № А75-6757/2017, А75-9638/2020, не исследовали конкретных причин возникновения внештатных ситуаций, имевших место в мае и июне 2022 года, то есть до прохождения очередной поверки, не привели конкретных доказательств, компрометирующих возможность надлежащего осуществления учета рассматриваемым средством измерения.

Применительно к газоснабжению определенный объем потерь ГТО не в состоянии избежать даже при исчерпывающей осмотрительности и добросовестности в осуществлении услуг по передаче газового ресурса, в связи с чем они оплачиваются потребителями в составе соответствующего тарифа. Данный объем чаще всего может быть установлен и нормирован исходя из конкретных условий передачи энергии, поскольку подобные физические процессы неизменны, однако их объем подлежит обязательному учету в целях определения количества отпущенного ресурса и полученного.

Факт нахождения такового в зоне ответственности смежной ГТО не исключает возможности использования его показаний в целях учета транспортируемого газа, однако требует корректировки таковых на величину потерь, возникающих на участке сети, принадлежащем обществу «Газпром трансгаз Сургут», определяемых с учетом технических параметров газопровода, а также принципа добросовестности участников гражданского оборота (часть 5 статьи 10 ГК РФ).

Таким образом, судами не исследованы конкретные технические характеристики спорного средства измерения, не дана оценка его соответствия установленным требованиям, в результате чего сделан ошибочный вывод об отсутствии у УУГ признаков расчетного.

Следует также отметить, суды, допуская фиксацию ресурса с использованием УУГ, расположенного на 124 км, не дали оценки тому обстоятельству, что данный узел учета также не принадлежит ответчику, доступ к нему обусловлен взаимоотношениями с его владельцем – обществом «Конданефть», что аналогичным образом возлагает на такое лицо обязанности, не согласуется и противоречит позиции, положенной в основание недопустимости использования средства измерения общества «Газпром трансгаз Сургут». При этом положения Правил № 961 допускают возможность поставщика газа использовать в расчетах за отпускаемый газ данные альтернативных средств измерений (пункт 3.8 Правил № 961), такие средства измерения используются в целях осуществления расчетов за газ, и для целей отношения транспортирующей организации с поставщиком находятся в сфере контроля последнего (статьи 307, 403 ГК РФ).

Отсутствие возможности доступа к такому средству измерений, обусловленная уклонением его владельца, не может являться презюмируемой на стадии заключения договора, в то время как на стадии его исполнения такие обстоятельства по своим последствиям тождественны непредставлению сведений о показаниях учтенных объемов потребления, преодолеваемых с учетом соответствующих механизмов осуществления коммерческого учета, предусмотренных договором (объемы среднего потребления, расчетные величины и прочее).

Наличие средства измерения между смежными владельцами газопроводов, являющихся профессиональными участниками отношений по транспортировке газа, является очевидным и разумным условием осуществления каждым из таких субъектов деятельности, связанной с транспортировкой газа по принадлежащим ей сетям, позволяет добиться определенности в части объема принятого и, соответственно, переданного газа. Между тем, являющаяся таким участником компания, наличие средств измерений на границах принадлежащего ей участка газопровода не обеспечила.

Судам надлежало дать оценку отношениям, возникающим между истцом и далее – обществом «Газпром трансгаз Сургут», выяснить, в каких целях в указанных отношениях используются сведения спорного средства измерения, какое значение данная информация имеет для спорных правоотношений. При наличии у истца прав на получение от общества «Газпром трансгаз Сургут» информации с указанного средства измерения, предоставление таких сведений в целях исполнения обязательств по договору может быть обеспечено истцом.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, решение суда признается законным и обоснованным тогда, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, а имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, а также тогда, когда в решении суда содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных судом

фактов. Обжалуемые судебные акты нельзя признать соответствующими таким требованиям.

С учетом обозначенного, суд кассационной инстанции не может согласиться с позицией судов относительно невозможности использования УУГ, расположенного на 46 км, по мотивам несоответствия расчетному характеру, его расположения и отсутствия предоставления доступа к нему, выводы в данной части, исключающие возможность использования в условиях договора показаний данного средства измерения, являются преждевременными.

Задача суда при разрешении преддоговорного спора заключается в создании между сторонами договорной связи, когда часть условий, о редакции которых стороны не могут договориться путем свободного согласования своих автономных воль, определяется властью суда на основании судебного понимания должного баланса интересов сторон через призму императивных и диспозитивных норм права, регулирующих спорные отношения, поэтому суд обязан внести полную ясность в правоотношения путем изложения в решении суда условий договора, аргументировав свои выводы о формулировании дискуссионной части условий в определенной судом редакции.

В результате выполненного судами в настоящем деле урегулирования разногласий сторон договора цели правосудия по существу не достигнуты. Поскольку в целях внесения правовой определенности требуется вынесения всего текста договора, решение и постановление, содержащие в себе условия, не соответствующие требованиям законодательства и материалам дела, не учитывающие специфику правоотношений лиц, участвующих в деле, а также их взаимодействие, подлежат отмене полностью и с направлением дела на новое рассмотрение.

Предлагаемый истцом порядок определения объема переданного газа подлежит оценке применительно к установленным правилам исчисления объема соответствующих услуг (статья 544 ГК РФ, пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Суд округа соглашается с результатами рассмотрения судами вопросов, связанных с урегулированием разногласий по пунктам 2.3, 7.8 договора. При определении соответствующих договорных условий судами с достаточной полнотой установлены все обстоятельства, имеющие значение для разрешения разногласий, правильно применены нормы материального права, регулирующие эти отношения, в связи с чем, оснований не согласиться с такими выводами судом коллегия не усматривает.

Поскольку обжалуемые судебные акты приняты при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела и относящихся к предмету доказывания, принимая во внимание отсутствие оценки совокупности всех обстоятельств спора, необходимость урегулирования разногласий по отдельным пунктам договора, выяснения дополнительных обстоятельств, изложения соответствующих условий, указанные нарушения не могут быть устранены судом кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление фактических обстоятельств дела посредством

исследования и оценки доказательств. Такими полномочиями суд округа в силу требований статьи 287 АПК РФ не наделен, в связи с чем решение и постановление судов первой и апелляционной инстанций согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду в порядке части 2.1 статьи 289 АПК РФ необходимо учесть вышеуказанное в настоящем постановлении, исследовать и оценить представленные сторонами доказательства и приведенные в обоснование их правовых позиций доводы; проверить в установленном порядке расчетный характер УУГ, установленного на 46 километре, определить характер взаимоотношений лиц, использующих его показания, разрешить вопрос о возможности обеспечения доступа к средству измерения в целях осуществления последующих проверок и мониторингов, дать оценку всем спорным условиям договора, урегулировать разногласия сторон и внести ясность в определение используемого узла учета, по итогам рассмотреть спор по существу, исходя из должного баланса интересов сторон при надлежащем применении норм материального и процессуального права, решив вопрос о распределении судебных расходов, включая расходы по кассационной жалобе.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 14.10.2024 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 16.12.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-20794/2021 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.Д. Мальцев

Судьи А.Ю. Донцова

Л.А. Крюкова