Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г.Санкт-Петербург

25 ноября 2025 года Дело № А56-34017/2025

Резолютивная часть решения объявлена 17 ноября 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 25 ноября 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:

судьи Евдошенко А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Вертковой И.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: Общество с ограниченной ответственностью "ЭТЕРИУМ-ИНВЕСТ"

ответчик: Общество с ограниченной ответственностью "АЛЬФАМОБИЛЬ"

о взыскании

при участии

от истца: представитель ФИО1 (доверенность от 01.01.2025)

от ответчика: представитель ФИО2 (доверенность от 07.08.2025)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "ЭТЕРИУМ-ИНВЕСТ" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "АЛЬФАМОБИЛЬ" (далее - ответчик) о взыскании 9 356 832 руб. 22 коп. сальдо встречных обязательств, возникшего в связи с расторжением договоров лизинга от 13.09.2021 №24582-К3Н-21-АМ-Л, №24589-К3Н-21-АМ-Л, №27595-К3Н-21-АМ-Л, №27596-К3Н-21-АМ-Л, №27597-К3Н-21-АМ-Л, от 12.10.2021 №27598-К3Н-21-АМ-Л, №27609-К3Н-21-АМ-Л, №27610-К3Н-21-АМ-Л.

Делу присвоен номер А40-282917/2024.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2025 дело №А40-282917/2024 передано по подсудности в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Определением суда от 18.04.2025 исковое заявление принято к производству в общем порядке.

Истец заявил об уточнении иска, просил суд взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 7 851 872 руб. 45 коп., проценты по статье 395 ГК РФ в размере 2 838 550 руб. 13 коп. с последующим их начислением по день фактического исполнения обязательства.

Уточнение исковых требований принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Ответчик против удовлетворения предъявленных требований возражал по мотивам, изложенным в отзыве, представил контррасчет, согласно которому сальдо в его пользу составило 1 206 358 руб. 90 коп.

Истец в отношении встречного предоставления ответчика просил применить расчет платы за финансирование в течение разумного срока реализации ликвидного предмета лизинга (6 месяцев), уменьшить пени до ставки 0,05% на основании статьи 333 ГК РФ и исключить штрафные санкции как необоснованно начисленные, исключить из расчета заявленные ответчиком расходы на хранение и иные расходы, понесенные после расторжения договоров.

В судебном заседании 17.11.2025 истец поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик поддержал доводы отзыва.

При отсутствии возражений сторон, суд подготовил дело к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в суде первой инстанции.

Заслушав пояснения представителей истца и ответчика, исследовав и оценив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Между Обществом с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (лизингодатель) и Обществом с ограниченной ответственностью "ЭТЕРИУМ-ИНВЕСТ" (лизингополучатель) были заключены договоры лизинга от 13.09.2021 №24582-К3Н-21-АМ-Л, №24589-К3Н-21-АМ-Л, №27595-К3Н-21-АМ-Л, №27596-К3Н-21-АМ-Л, №27597-К3Н-21-АМ-Л, от 12.10.2021 №27598-К3Н-21-АМ-Л, №27609-К3Н-21-АМ-Л, №27610-К3Н-21-АМ-Л, по условиям которых лизингодатель обязался приобрести у определенного лизингополучателем поставщика в собственность предметы лизинга, предоставить из лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в договорах лизинга.

Приложение 3 к договорам лизинга, в котором изложены Общие условия (далее - Общие условия), размещены на сайте лизингодателя: www.alfaleasing.ru . Подписывая договоры лизинга, лизингополучатель подтверждает, что ознакомлен с Общими условиями и согласен с ними.

Во исполнение договоров лизинга ответчик заключил договоры поставки на приобретение предметов лизинга, которые в последующем были лизингополучателю по актам приема-передачи.

Претензий со стороны лизингополучателя относительно качества, комплектности, технического состояния предметов лизинга не поступало.

В соответствии с пунктом 6.1.6 Общих условий, за владение и пользование предметом лизинга в соответствии с договорами лизинга лизингополучатель обязуется уплачивать лизингодателю лизинговые платежи. Размеры лизинговых платежей определяются в Графике лизинговых платежей согласно Приложению № 2 к договору лизинга (в редакции Дополнительного соглашения). Аналогичное положение содержится в п. 6.1. Договора лизинга.

Согласно п.п. «в» пункта 12.2 Общих условий лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке полностью отказаться от исполнения договора лизинга и Общих условий и потребовать возмещения причиненных убытков, письменно уведомив об этом лизингополучателя, в случае, если просроченная задолженность лизингополучателя по полной уплате любого лизингового платежа, предусмотренного Общими условиями и договором лизинга, превышает 15 календарных дней, независимо от того, был такой лизинговый платеж уплачен позднее, или не был уплачен.

29.01.2023 договоры лизинга были расторгнуты на основании одностороннего отказа лизингодателя от договоров, в связи с нарушением лизингополучателем срока оплаты лизинговых платежей.

Предметы лизинга были возвращены лизингодателю по актам изъятия от 30.01.2023.

Истец 14.08.2024 направил в адрес ответчика претензию об уплате неосновательного обогащения в связи с расторжением договоров выкупного лизинга в виде сальдо встречных требований.

Указанная претензия истца была оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 10 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

Согласно статье 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

В силу статьи 625 ГК РФ к договорам лизинга применяются общие положения Кодекса об арендной плате.

В соответствии со статьей 614 ГК РФ и статьей 15 Закона о лизинге арендатор (лизингополучатель) обязан своевременно и в полном объеме вносить плату за предоставленное в пользование имущество.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление №17) расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Пунктом 3.4 постановления № 17 установлено, что размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. То есть, в соответствии с приведенными правилами, при расторжении договора выкупного лизинга авансовый платеж не возвращается лизингополучателю, а учитывается при расчете сальдо встречных обязательств как сумма, на которую уменьшается закупочная цена предмета лизинга, таким образом устанавливается размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю.

Судом установлено, что размер финансирования по 8 договорам составил 13 631 130 руб.: 1 269 900 руб. по договору №24582-К3Н-21-АМ-Л, 1 206 900 руб. по договору №24589-К3Н-21-АМ-Л, 1 859 055 руб. по договору №27595-К3Н-21-АМ-Л, 1 859 055 руб. по договору №27596-К3Н-21-АМ-Л, 1 859 055 руб. по договору №27597-К3Н-21-АМ-Л, 1 859 055 руб. по договору №27598-К3Н-21-АМ-Л, 1 859 055 руб. по договору №27609-К3Н-21-АМ-Л, 1 859 055 руб. по договору №27610-К3Н-21-АМ-Л.

Пункт 3.5 постановления № 17 устанавливает два способа определения платы за финансирование: 1) по формуле, предложенной в постановлении Пленума ВАС РФ № 17; 2) иным способом, если такой следует из договора лизинга.

Способ определения платы за финансирование по формуле, предложенной в Постановлении № 17, нельзя применять для расчета, поскольку в договоре лизинга предусмотрен иной способ определения платы за финансирование. Формула из Постановления Пленума ВАС РФ применима только в том случае, когда плата за финансирование распределяется равномерно в течение всего использования договора лизинга. Вместе с тем во всех продуктах, связанных с инвестициями, плата за финансирование начисляется на остаток финансирования (т.е. дивергенцией). Таким образом, плата за финансирование в лизинге распределена неравномерно, а пропорционально остатку долга (т.е. начисляется на остаток финансирования ежемесячно), т.к. в основу лизинга заложен кредитный продукт.

ООО "Альфамобиль" в договоре лизинга использует систему неравномерного распределения платы за финансирование. Система неравномерного распределения платы за финансирование, которую использует истец, заключается в следующем. Ежемесячный лизинговый платеж состоит из двух частей: суммы возврата финансирования и суммы платы за финансирование. Плата за финансирование рассчитывается на основании процентной ставки, которая остается неизменной на протяжении всего исполнения договора лизинга. Плата за финансирование начисляется на остаток долга по возврату финансирования. Из-за того, что ежемесячный остаток долга по возврату финансирования уменьшается за счет лизинговых платежей, размер платы за финансирование в каждом лизинговом платеже также соразмерно уменьшается. Поскольку в начале исполнения договора лизинга сумма долга по возврату финансирования значительная, плата за финансирование составляет большую часть лизингового платежа, а сумма возврата финансирования - меньшую. По мере исполнения договора доля платы за финансирование в лизинговом платеже уменьшается, а доля возврата финансирования — увеличивается. К концу договора исполнения договора большую часть лизингового платежа составляет возврат финансирования, а плата за финансирование - меньшую. Данные обстоятельства отражены в Общих условиях и графике лизинговых платежей.

Таким образом, формула для расчета платы за финансирование, предложенная Пленумом ВАС РФ, создана для принципиально иной системы начисления платы за финансирование, чем та, которую использует ООО "Альфамобиль".

В соответствии с пунктом 3.5 Постановления № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Размер платы за предоставленное лизингополучателю финансирование установлен в пункте 12.9 Общих условий, в соответствии с которым плата за предоставленное финансирование по договору лизинга выражается в процентах годовых и начисляется на остаток непогашенного финансирования.

Размер платы за финансирование рассчитан истцом по формуле, приведенной в п. 12.9 Общих условий:

где:

R – Ставка платы за предоставленное финансирование в % годовых

Плата за финансирование i – размер погашения платы за финансирование, отраженный в графике лизинговых платежей по строке с порядковым номером i

Остаток непогашенного финансирования i – остаток непогашенного финансирования на дату оплаты лизингового платежа, отраженный в графике лизинговых платежей в столбце «К ОПЛАТЕ» по строке с порядковым номером i

ΔTi – Количество календарных дней за период между датами, отраженными в графике лизинговых платежей в столбце «Дата начисления платы за финансирование» в строках с порядковыми номерами i и i-1 i – Порядковый номер

Остаток непогашенного финансирования i – сумма основного долга по предоставленному финансированию, равная сумме предоставленного финансирования за вычетом суммы погашений предоставленного финансирования, осуществленных за прошедшие периоды.

Согласно расчету ответчика плата за финансирование по 8 договорам составила 6 063 393 руб. 81 коп.

Возражая против представленного ответчиком расчета, истец просил установить расчет платы за финансирование, исходя из разумного срока реализации ликвидного предмета лизинга, равного 6 месяцам.

Суд находит указанные доводы обоснованным в связи со следующим.

Лизинговая компания является профессиональным участником гражданского оборота и обычным последствием досрочного возврата финансирования является то, что лизингодатель получает возможность совершения замещающей сделки - повторного размещения финансирования путем заключения договоров лизинга с иными участниками оборота.

Возложение на лизингополучателя при досрочном выкупе предмета лизинга обязанности по внесению всей причитающейся платы за финансирование, исходя из изначального срока действия договора лизинга, означало бы, что в обычных условиях оборота лизинговая компания получает возможность извлечь двойную выгоду от предоставления в пользование разным лицам одной и той же денежной суммы.

Профессиональные участники оборота должны стремиться к тому, чтобы несправедливые договорные условия, обременяющие контрагентов, изначально не включались в разработанные ими проекты договоров, в том числе стандартные формы договоров, и, не выполнив указанную обязанность - несут риск того, что такого рода условия не будут применяться судом.

Пунктом 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор) разъяснено, что условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании статей 10 и 168 ГК РФ, и, исходя из этого, условия договора лизинга (соглашения о расторжении договора), защищающие интересы только одной стороны в ущерб другой, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть квалифицированы как ничтожные на основании положений статей 10 и 168 ГК РФ.

С учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), при реализации предмета лизинга должны быть приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от его продажи и обеспечения возврата финансирования за счет переданного по договору лизинга имущества в максимально короткие сроки (пункт 1 статьи 6, абзац третий пункта 1 статьи 349 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2016 № 305-ЭС16-7931 и от 03.03.2016 № 305-ЭС16-489, сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме.

Если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга (пункт 20 Обзора).

Разумный срок на реализацию ликвидной, исправной коммерческой техники составляет не более 6 месяцев, поскольку этот период времени является достаточным для проведения оценки техники, ее предпродажной подготовки и выставления имущества на электронные торги (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125 и от 18.12.2024 № 305-ЭС24-15784).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

Из положений статей 2 и 19, пункта 1 статьи 4 и пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) вытекает, что в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя – в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Поскольку приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного, то при расторжении договора лизинга вышеуказанный интерес лизингодателя, как правило, удовлетворяется посредством изъятия предмета лизинга у лизингополучателя и продажи предмета лизинга.

В связи с этим, если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга. Данная правовая позиция отражена в пункте 20 Обзора от 27.10.2021.

Нарушение лизингодателем требований добросовестности и разумности при реализации предмета лизинга в интересах лизингополучателя приводит к утрате им права на возмещение потерь, возникших в результате таких действий. Иными словами, лизингодатель не может перекладывать негативные имущественные последствия нарушения своих обязанностей на лизингополучателя, поскольку это противоречит существу лизинговых правоотношений и правовой природе обеспечительной собственности.

По общему правилу лизингодатель должен реализовать возвращенный ему предмет лизинга в течение разумного срока по рыночной цене, принимая во внимание характеристики переданного имущества, срочность его продажи и сложившуюся рыночную конъюнктуру (пункты 18 и 20 Обзора от 27.10.2021).

Согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125 и от 18.12.2024 № 305-ЭС24-15784 разумный срок на реализацию ликвидной, исправной коммерческой техники составляет не более 6 (шести) месяцев, поскольку этот период времени является достаточным для проведения оценки техники, ее предпродажной подготовки и выставления имущества на электронные торги.

Применительно к сложившейся ситуации, подлежащим применению в настоящем случае нормам права: Закона о лизинге, Гражданского кодекса Российской Федерации (в особенности Параграфа 6 Главы 34 Части 2), а равно разъяснениям высшей судебной инстанции, приведенным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021, складывается следующее.

По смыслу статей 665 и 624 ГК РФ, статей 2 и 4 Закона о лизинге договор выкупного лизинга представляет собой разновидность финансовых сделок, в которой законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения указанного лизингополучателем имущества в собственность и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя – в пользовании имуществом и последующем его выкупе.

Уплачивая лизинговые платежи, лизингополучатель осуществляет возврат предоставленного ему финансирования (возмещает закупочную цену предмета лизинга в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и так после) и вносит плату за пользование финансированием, определяемую, как правило, в процентах годовых на размер финансирования, либо расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования (пункт 1 статьи 28 Закона о лизинге, пункты 3.4 – 3.5 Постановления ВАС РФ № 17).

Исходя из приведенных норм права и данных им разъяснений, лизинговые платежи устанавливаются по принципу окупаемости вложений лизингодателя (зависят от издержек лизингодателя), а учет времени пользования происходит в части начисления процентов за пользование денежными средствами (предоставленным финансированием), что существенно отличает их арендных платежей, выступающих доходом собственника от передачи вещи во временное владение и пользование другим лицам в установленный срок.

Уплата лизинговых платежей составляет обязанность лизингополучателя по договору и является встречной по отношению к обязанности лизингодателя, которая в соответствии с определением предмета договора лизинга (статья 2 Закона о лизинге) состоит, в том числе в передаче пользования и владения.

Следовательно, уплачивая лизинговые платежи, лизингополучатель также оплачивает владение и пользование предметом лизинга.

Таким образом, плата за владение и пользование предметом лизинга отдельно не выделяется из лизинговых платежей и не может быть начислена в дополнение к предусмотренным договором процентам (плате за пользование предоставленным финансированием), в том числе за периоды после расторжения договора. Аналогичная позиция выражена в пункте 1 Обзора от 27.10.2021.

Ввиду вышеизложенного, учитывая природу лизинговых платежей, включающих в себя сумму возврата финансирования и плату за финансирование, при том, на названные платежи не разделяется, плата за финансирование непосредственно из лизингового платежа не выделяется, а устанавливается либо в процентах годовых непосредственно в договоре, либо определяется расчётным путём на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования.

В обоснование своего расчёта ответчик ссылается на пункт 12.6 Общих условий лизинга, согласно которому в случае расторжения договора лизинга по основаниям, указанным в пункте 12.2 Общих условий, истец не имеет права требовать возмещения каких-либо убытков или компенсации расходов, вызванных таким расторжением, суммы ранее уплаченных лизинговых платежей не возвращаются.

Согласно пункту 12.10 Общих условий лизинга стороны не вправе предъявлять друг к другу каких-либо претензий, связанных с завершающей обязанностью другой стороны по договору лизинга, возникшей в связи с расторжением договора лизинга и изъятием предмета лизинга, до момента реализации предмета лизинга третьему лицу.

Между тем, процесс реализации объекта лизинга не зависит от воли лизингополучателя, а зависит исключительно от воли лизингодателя.

Бремя доказывания принятия мер к реализации по максимально возможной цене в максимально короткие сроки лежит именно на лизингодателе, в том числе в случаях когда с иском о взыскании разницы встречных предоставлений и определении завершающей обязанности по договору лизинга обращается лизингополучатель.

Ответчик в обоснование расчета ссылался на пункт 12.9 Общих условий, определяющий, что в случае расторжения Договора лизинга и возврата Предмета лизинга Лизингодателю (в том числе, в случае одностороннего изъятия Предмета лизинга), если полученные Лизингодателем от Лизингополучателя лизинговые платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного Предмета лизинга меньше суммы финансирования, платы за финансирование за время до фактического возврата финансирования, убытков Лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или Договором, то Лизингодатель вправе взыскать с Лизингополучателя разницу.

Пункт 12.9 Общих условий, равно как и иные положения Общих условий лизинга не содержит ни права, ни правила, по которому подлежит расчету сальдо взаимных предоставлений вследствие прекращения договора лизинга, сложившегося в пользу Лизингополучателя-истца: Лизингополучатель фактически лишается своего предоставления по Договору лизинга, что противоречит существу законодательного регулирования лизинговых правоотношений по смыслу, раскрытому в Обзоре от 27.10.2021, существенно нарушается баланс прав и обязанностей сторон Договора, поскольку Лизингодатель, являющийся профессиональным участником рынка, определившим Общие условия лизинга, презюмирует положительное сальдо в свою пользу, оказывается в более выгодном положении.

Как следует из материалов дела, Общие условия лизинга представляют собой стандартную форму договора, разработанную лизингодателем как лицом, профессионально осуществляющим деятельность в сфере лизинга, и применяемую ко всем контрагентам.

В таком случае предполагается (пункт 1 статьи 428 ГК РФ), что истец имел возможность лишь присоединиться к условиям договора в целом.

Возможность влияния на формирование условий договора для лизингополучателя, являющегося в рассматриваемых отношениях экономически слабой стороной, была ограничена.

Ввиду вышеуказанного не могут быть применены правила расчета сальдо взаимных предоставлений по Договору лизинга положения пункта 12.9. Общих условий договора лизинга, сформулированных ООО «Альфамобиль», поскольку предусматривают выделение из лизинговых платежей платы за финансирование и суммы предоставленного финансирования в графике, а также, с учётом применяемых в данном пункте терминов и разниц между величинами, содержит неясные положения относительно расчёта платы за финансирование (в процентах годовых).

Как вытекает из пункта 1 статьи 422 ГК РФ и разъяснений, данных в пункте 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16, договорное условие о возмещении заранее оцененных потерь (убытков) должно соответствовать основным началам гражданского законодательства, отдельным императивным нормам и существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств, не допускающих, в частности, многократного превышения заранее согласованной суммы возмещения над возможной (предвидимой для должника) величиной имущественных потерь кредитора.

В связи с изложенным, разъяснениями, приведенными в пунктах 3-3.5. Постановления Пленума ВАС РФ № 17, предусмотрено, что при разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора судам надлежит исходить из определённого Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 механизма платы за финансирование.

Так, плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по формуле:

, где

ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых),

П – общий размер платежей по договору лизинга,

А – сумма аванса по договору лизинга,

Ф – размер финансирования,

С/дн – срок договора лизинга в днях.

С учетом расчета платы за финансирование по указанной формуле, ее размер составит в общей сумме по всем спорным договорам 4 405 156 руб. 14 коп.

Срок реализации, отраженный в пункте 12.9 Общих условий лизинга, составляющий 12 месяцев с изъятия, суд не признает разумным в связи со следующим.

Предусмотренный пунктом 12.9 Общих условий принцип определения завершающей обязанности имеет характер несправедливого договорного условия, создающего искусственные основания для занижения величины встречного предоставления Лизингополучателя, в связи с чем недопустимым является применения спорного положения договора при рассмотрении дела.

Таким образом, порядок определения имущественных последствий расторжения договора, закрепленный в пункте 12.9 Общих условий лизинга, является обременительным для лизингополучателя, поскольку предусматривает значительно менее выгодный для него вариант определения завершающей обязанности по Договору лизинга в сравнении с общим подходом, отраженным в пунктах 3 - 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 и позволяющим исключить неосновательное обогащение одной из сторон договора за счет другой стороны.

Нарушение баланса интересов сторон договора лизинга, обусловленное пунктом 12.9 Общих условий договора лизинга, является существенным, поскольку в результате применения данного договорного условия лизингополучатель лишается прав, обычно предоставляемых по договорам выкупного лизинга, становясь из кредитора лизингодателя его должником.

В результате применения данного пункта истец получает возможность извлечь двойную выгоду от предоставления в пользование разным лицам одной и той же денежной суммы. Фактически, порядок расчета сальдо встречных обязательств носит явно обременительный для Лизингополучателя характер и существенно нарушает баланс интересов сторон, поскольку налагает на лизингополучателя обязанность осуществить все выплаты по договору в полном объеме, не учитывая фактического срока действия договора, фактически оплаченных Лизингополучателем сумм по договору, ведёт к неправильному исчислению платы за финансирование, что противоречит закону.

Более того, взимание денежной суммы за одностороннее изменение условий договора в данном размере несправедливо обременяет лизингополучателя вопреки пункту 4 статьи 1, статье 10 ГК РФ, возлагая на него обязанность по выплате компенсации, которая в значительной мере не соответствует величине имущественных потерь лизинговой компании от досрочного прекращения обязательств (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.08.2023 № 307-ЭС23-4085, от 21.04.2023 № 305-ЭС22- 20125, от 01.09.2022 № 305-ЭС22-2212, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851 и другие).

Лизинговая компания не вправе взимать плату за предоставление финансирования (проценты годовых), начислять штрафные санкции за период, превышающий разумно необходимое время для возврата предоставленного финансирования, в том числе путем реализации предмета лизинга (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.12.2024 № 305-ЭС24-15784, от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125, от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301 и др.).

При таком положении недопустимо и неправомерно определение сальдо встречных предоставлений по Договору лизинга в порядке, оговоренном в пункте 12.9. Общих условий лизинга. Применению подлежат общие правила пунктов 3-3.6 Постановления Пленума № 17.

Согласно пункту 4 постановления Пленума ВАС №17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Из материалов дела следует, что предмет лизинга по договору №24582-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 1 566 000 руб. с НДС, предмет лизинга по договору №24589-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 1 453 590 руб. с НДС, предмет лизинга по договору №27595-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 2 911 750 руб. с НДС, предмет лизинга по договору №27596-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 2 940 250 руб. с НДС, предмет лизинга по договору №27597-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 2 550 000 руб. с НДС, предмет лизинга по договору №27598-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 2 368 000 руб. с НДС, предмет лизинга по договору №27609-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 2 018 700 руб. с НДС, предмет лизинга по договору №27610-К3Н-21-АМ-Л был реализован по договору поставки по цене 2 400 000 руб. с НДС.

Суд полагает, что при расчете сальдо необходимо руководствоваться ценой реализации предметов лизинга с учетом НДС.

Ответчиком документально подтверждена разумность и обоснованность своих действий при продаже имущества. Доказательств недобросовестности или неразумности действий лизингодателя, приведших к занижению продажной стоимости предметов лизинга, не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об обоснованности учета при расчете сальдо стоимости возвращенных предметов лизинга по указанным договорам поставки с учетом суммы НДС.

В силу п. 3.2 Постановления №17 при расчете сальдо встречных обязательств также подлежат учету установленные договором санкции.

Согласно ст. 330 ГК РФ на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку).

В данном случае пунктом 7.1 договоров лизинга предусмотрено, что в случае просрочки оплаты лизинговых платежей, предусмотренных в графике лизинговых платежей, и иных платежей лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя неустойку в виде пени в размере 0,2% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.

Поскольку само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не приводит к возврату финансирования, а допущенная лизингополучателем просрочка в уплате лизинговых платежей сохраняется, неустойка подлежит начислению сообразно плате за финансирование.

В связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств по уплате лизинговых платежей истцом начислена неустойка в общей сумме 689 025 руб. 81 коп.

Расчет неустойки ответчика судом проверен и признан верным.

Истец заявил о несоразмерности начисленной ответчиком неустойки последствиям нарушения обязательства, в связи с чем просил суд применить положения статьи 333 ГК РФ и снизить ее размер.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 71 Постановления №7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В абзаце втором пункта 71 Постановления №7 разъяснено, что при взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств, вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В связи с этим применение пункта 1 статьи 333 ГК РФ является не правом, а обязанностью суда в целях установления баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного размера ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О; от 14.10.2004 № 293-О).

Предусмотренный пунктом 7.1 договоров размер неустойки составляет 0,2% от суммы задолженности за каждый день просрочки, что составляет 73% годовых.

Мотивированного обоснования соразмерности суммы неустойки последствиям просрочки исполнения обязательства ответчиком не приведено. Сам факт нарушения обязательства по уплате лизинговых платежей, на который ссылается ответчик, не является таким последствием с учетом фактического возврата финансирования. Доказательств наступления для ответчика каких-либо неблагоприятных последствий в связи с нарушением обязательств, не представлено.

В данном случае начисленная неустойка в размере как сумма компенсации его потерь является несоизмеримой с нарушенным интересом ответчика, нарушает баланс между наступившими для кредитора негативными последствиями ненадлежаще исполненного должником обязательства и тяжестью примененной к последнему гражданско-правовой ответственности.

Таким образом, размер неустойки по договорам применительно к фактическим обстоятельствам дела, существенно превышает учетную ставку банковского процента и не соизмерим размеру взыскиваемой неустойки с последствиями допущенного должником нарушения.

На основании изложенного, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, суд считает возможным реализовать свое право в соответствии со статьей 333 ГК РФ и уменьшить неустойку, начисленную на основании пункта 7.1 договоров, до 344 512 руб. 90 коп., исходя из ставки 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Согласно пункту 11.7 Общих условий, в случае нарушения лизингополучателем сроков регистрации предмета лизинга, предусмотренного пунктом 3.4.1 Общих условий, а также сроков передачи ключей и документов, предусмотренных пунктом 3.6 Общих условий, лизингодатель имеет право требовать от лизингополучателя штраф в размере 1 500 руб. за каждый день просрочки.

В силу пункта 3.6. Общих условий в случаях, предусмотренных пунктом 3.4.1 Общих условий, лизингополучатель обязуется в течение 5 рабочих дней с даты государственной регистрации предмета лизинга передать по акту приема-передачи лизингодателю:

- 3.6.1. Оригинал Паспорта Транспортного Средства (самоходной машины) с отметками регистрирующих органов о проведенной регистрации;

- 3.6.2. Удостоверенную лизингополучателем копию Свидетельства регистрации транспортного средства (самоходной машины).

Ссылаясь на то, что лизингополучателем был нарушен срок предоставления удостоверенной лизингополучателем копии свидетельства о регистрации транспортных средств, лизингодателем были начислены штрафы в общей сумме 5 325 000 руб.

В соответствии с пунктом 11.3 Общих условий в случае нарушения лизингополучателем условий пользования предметом лизинга, установленных в п. 4.12 Общих условий, лизингополучатель обязуется уплатить по требованию лизингодателя штраф размере 2% от стоимости предмета лизинга, определенной по условиям договора поставки.

Как указано в пункте 4.12 Общих условий лизинга лизингополучатель обязуется осуществлять сервисное и техническое обслуживание предмета лизинга и его ремонт в соответствии с правилами и инструкциями технической эксплуатации предмета лизинга на основании договора с поставщиком, производителем или организацией, имеющей соответствующие разрешения на осуществление вышеуказанных действий.

Лизингополучатель обязуется соблюсти все необходимые условия для сохранения гарантии производителя на предмет лизинга, если по условиям гарантии производителя на предмет лизинга сервисное и техническое обслуживание предмета лизинга и его ремонт либо иные действия, связанные с предметом лизинга, должны быть осуществлены определенным лицом, либо лицом, соответствующим установленным требованиям, то лизингополучатель обязан обеспечить выполнение условий гарантии предмета лизинга.

Ссылаясь на то, что предметы лизинга были изъяты в поврежденном виде, лизингодатель начислил штраф по п. 11.3 Общих условий в общей сумме 289 868 руб.

Согласно пункту 12.11. Общих условий в случае, если на момент возврата или изъятия предмета лизинга либо после указанного момента в отношении предмета лизинга будут выявлены действующие запреты, ограничения и аресты по обязательствам лизингополучателя, лизингополучатель обязуется уплатить по требованию лизингодателя штраф в размере 5% от стоимости предмета лизинга, определенной по условиям договора.

Ссылаясь на то, что после возврата предметов лизинга лизингодателем были выявлены действующие запреты, ограничения и аресты по обязательствам лизингополучателя, лизингодатель начислил штрафы в общей сумме 360 585 руб. по 4 договорам лизинга.

Указанные штрафы также включены ответчиком в расчет сальдо.

Оценив основания начисления указанных штрафов, суд полагает, что из расчета сальдо подлежат исключению штрафы, начисленные по п. 11.3 Общих условий в размере 289 868 руб., штраф в размере 360 585 руб. по п. 12.11 Общих условий и штраф по п. 11.7 Общих условий в размере 5 325 000 руб., поскольку указанные условия являются обременительными и неоправданно ограничивают возможность лизингополучателя претендовать на справедливое распределение сальдо.

Как разъяснено в пункте 3.1 постановления Пленума ВАС РФ №17, расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (п. п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ).

При заключении договора лизинга лизингополучатель находился в положении, затрудняющем согласование иного содержания отдельных условий договора, так как "Общие условия лизинга", разработанные лизинговой компанией и размещенные в открытом доступе на ее сайте в сети "Интернет", носили типовой характер.

Наличие в договоре условия, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, в ситуации, когда лизингополучатель был лишен возможности повлиять на его содержание, свидетельствует о том, что при заключении договора равенство участников гражданского оборота являлось только формальным и лизингодатель, предложивший проект договора, нарушил установленные законом (п. 3 ст. 1 ГК РФ) требования разумности и добросовестности поведения.

Спорные штрафные санкции установлены лизингодателем за неисполнение дополнительной (вспомогательной) обязанности и не имеют прямого отношения к пользованию денежными средствами при исполнении договора лизинга, штрафная неустойка носит характер наказания, не будучи направленной на компенсацию каких-либо имущественных потерь лизингодателя. С учетом расторжения договора поведение лизингодателя свидетельствует о том, что при начислении неустойки он не имел в действительности какого-либо интереса в защите своего права, установленные договором ставки начисления штрафов в силу своей значительности не могут не приводить к существенному увеличению объема обязательств лизингополучателя относительно первоначальных условий предоставления финансирования.

Как указано в пункте 26 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023, навязанное лизингополучателю при заключении договора условие о значительной неустойке, начисляемой за нарушение дополнительной обязанности лизингополучателя и не направленной на компенсацию каких-либо имущественных потерь лизингодателя, признается судом ничтожным.

Поскольку ответчик является профессиональным участником оборота, предполагается, что спорные договорные условия установлены по его инициативе, а у лизингополучателя отсутствовала возможность оказать реальное влияние на определение условий договора. В материалы дела со стороны ответчика не представлены доказательства обратного, в том числе преддоговорная переписка, результаты переговоров относительно спорных условий договора лизинга.

В соответствии с пунктом 3.6 постановления Пленума ВАС РФ № 17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Согласно пункту 4.1 договора лизинга страхователем предмета лизинга на его стоимость от рисков утраты (гибели) и повреждения является лизингодатель.

В соответствии с пунктом 12.9 Общих условий лизинга, убытками лизингодателя являются в том числе, но не исключительно затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, страхование, восстановление документации и государственных регистрационных знаков, ремонт и реализацию, предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, затраты понесенные в целях защиты нарушенного права, в том числе расходы оплату услуг консультантов (экспертов, оценщиков, юристов), так и иные убытки. Кроме реального ущерба учитывается также упущенная выгода лизингодателя.

Ответчик также ссылался на понесенные им убытки по договорам:

- 86 576 руб. 55 коп. расходов на страхование предметов лизинга по договорам №27597-К3Н-21-АМ-Л №27598-К3Н-21-АМ-Л;

- 326 300 руб. расходов на хранение предметов лизинга по 8 договорам;

- 19 000 руб. иных расходов.

Изучив доказательства, представленные ответчиком в обоснование указанных убытков, суд полагает, что расходы на страхование в размере 86 576 руб. 55 коп. подлежат исключению из расчета сальдо, поскольку понесены лизингодателем после расторжения договоров лизинга; расходы в размере 19 000 руб. и 326 300 руб. расходов на хранение подлежат исключению из расчета сальдо, поскольку названные расходы и связь их с предметами лизинга не подтверждены надлежащими доказательствами. Бремя доказывания данной связи и несения расходов возложены на ответчика – лицо, заявляющее о необходимости их возмещения ответчиком в составе убытков.

Определение завершающей обязанности одной стороны договора лизинга в отношении другой осуществляется согласно правилам, установленным постановлением Пленума ВАС РФ № 17 и на основании приведенных сторонками сведений о суммах взаимных представлений сторон договора лизинга.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ, лицо, которое сберегло без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательное сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из смысла указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличении стоимости собственного имущества приобретателя, присоединения к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Согласно пункту 15 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом ВС РФ 27.10.2021), при разрешении спора об имущественных последствиях исполнения и расторжения нескольких взаимосвязанных договоров выкупного лизинга подлежит определению совокупный сальдированный результат, который не является зачетом. Поскольку заключенные между сторонами договоры лизинга являются взаимосвязанными, по ним надлежит определить совокупный сальдированный результат.

Таким образом, полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга больше суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, на 6 877 967 руб. 26 коп., исходя из того, что встречное предоставление истца составляет 25 585 066 руб. 26 коп., а встречное предоставление ответчика – 18 707 099 руб. (13 631 130 + 4 405 156, 14 + 344 512, 91 + 326 300).

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Истец предъявил требование о взыскании с ответчика 2 838 550 руб. 13 коп. процентов по статье 395 ГК РФ с последующим их начислением по день фактического исполнения обязательства.

С учетом установленной судом суммы сальдо встречных обязательств в размере 6 877 967 руб. 26 коп., требование истца о взыскании процентов по статье 395 ГК РФ, начисленных на сумму неосновательного обогащения, подлежит удовлетворению в размере 2 168 617 руб. 06 коп. за период с 22.01.2024 по 29.09.2025.

Оснований для уменьшения суммы процентов, с учетом их компенсационной природы применительно к статье 333 ГК РФ, суд не усматривает.

В силу п. 3 ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Согласно п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). Размер процентов, начисленных за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, определяется по средним ставкам банковского процента по вкладам физических лиц, а за периоды, имевшие место после 31 июля 2016 года, - исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды после вынесения решения.

В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

К размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (пункт 6 статьи 395 ГК РФ).

Исковые требования соответствуют статьям 309, 310, 395, 614, 622, 625, 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьям 11, 13, 15 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» и подлежат удовлетворению судом в размере 6 877 967 руб. 26 коп. сальдо встречных обязательств, 2 168 617 руб. 06 коп. процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 22.01.2024 по 29.09.2025 с последующим начислением по день фактического исполнения, с отнесением расходов по оплате госпошлины на стороны на основании статьи 110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям (84,63%), с учетом предоставленной истцу отсрочки уплаты государственной пошлины и увеличения им размера исковых требований до 10 690 422 руб. 58 коп.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ЭТЕРИУМ-ИНВЕСТ" (ИНН <***>) 6 877 967 руб. 26 коп. неосновательного обогащения, 2 168 617 руб. 06 коп. процентов за период с 22.01.2024 по 29.09.2025, а далее - проценты по статье 395 ГК РФ, начисленные с 30.09.2025 по день фактического исполнения обязательства.

В остальной части в иске отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 280 868 руб. государственной пошлины.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЭТЕРИУМ-ИНВЕСТ" (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 51 036 руб. государственной пошлины

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Евдошенко А.П.