АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ
410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;
http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
город Саратов
03 июля 2023 года
Дело № А57-35381/2022
Резолютивная часть решения оглашена 26 июня 2023 года
Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Бондаренко В.Е., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мнацаканян К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ИП ФИО1 (ОГРНИП <***> ИНН <***>, Московская область, Одинцовский район, с. Усово) к ПАО «Сбербанк России» (ОГРН <***> ИНН <***>, г. Москва), ИП ФИО2 (ОГРНИП <***> ИНН <***>, Саратовская область, г. Балаково), третье лицо ФИО3 о признании недействительным заявления на получение согласия на сделку и согласие банка на сделку,
УСТАНОВИЛ
ИП ФИО1 оспаривает договор дарения от 12 сентября 2018 года в пользу ФИО2 Предметом договора являлось нежилое помещение 2634,2 кв.м. <...>, 64:40:020403:2329. Залогодержателем объекта являлся банк. Для совершения сделки требовалось согласие банка. В ходе судебного разбирательства по делу № А57-20056/2021 о признании недействительной (ничтожной) сделкой договор дарения от 12 сентября 2018 г. ФИО1 узнала, что по заявлению от её имени банк 13.09.208 выдал согласие на совершение сделки. В исковом заявлении она указала, что не подавала заявления в ПАО Сбербанк. Она отрицала принадлежность подпись на заявлении. Указанное обстоятельство обусловило обращение с настоящим иском о признании заявления о даче согласия на сделку, подписанного от имени ФИО1 и согласие банка на сделку – недействительными.
Представители ФИО1 уточнили иск и просили признать заявление, выполненное от имени ФИО1 и согласие банка признать недействительными сделками, исходя из того, что ФИО1 не обращалась в банк с заявлением о даче согласия, поскольку она не имела намерения отчуждать в пользу ФИО2 предмет сделки.
Представитель ПАО «Сбербанк России» пояснил что, обращения клиента рассматриваются банком после идентификации клиента. Личность ФИО1 была установлена по паспорту. Занятая истцом позиция является надуманной и направлена на пересмотр вступившего в законную силу решения по делу № А57-20056/2021. Представитель банка просил отказать в иске, в том числе по основанию пропуска срока исковой давности.
Представитель ответчика ФИО2 пояснил, что избранный истцом способ защиты права направлен на пересмотр вступившего в законную силу решения по делу № А57-20056/2021. Ранее судебные инстанции установили, что сделка по отчуждению объекта, была совершена в соответствии с действующим законодательством. Представитель ответчика просил отказать в иске, в том числе по основанию пропуска срока исковой давности.
Выслушав участников процесса, изучив письменные материалы дела, суд пришел к следующему выводу.
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В соответствии с положениями ст. 346 ГК РФ и ч. 1 ст. 37 Закона об ипотеке имущество, заложенное по договору об ипотеке может быть отчуждено залогодателем другому лицу, путем продажи, дарения, обмена, внесения его в качестве вклада в имущество хозяйственного товарищества или общества либо паевого взноса в имущество производственного кооператива или иным способом лишь с согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено договором об ипотеке.
Согласно ч. 1 и 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью.
Истец обратился с требованиями о признании письма-согласия банка на совершение сделки – недействительным. По утверждению представителя истца, ФИО1 в банк с заявлением о получении согласия на отчуждение объекта сделки, не обращалась. Представитель истца полагал, что при доказанности фальсификации заявления и как следствие недействительность согласия банка на отчуждение объекта сделка от 12.09.2018, указанное обстоятельство повлияет на легитимность самой сделки дарения и позволит пересмотреть судебные акты по делу № А57-20056/2021, поэтому разрешение настоящего спора осуществлялось, в том числе с учетом установленных фактов судебными актами по делу № А57-20056/2021.
Объект сделки дарения от 12.09.2018 г. - нежилое помещение, 2 634,2 кв.м., <...>, кадастровый номер 64:40:020403:2329, находился в залоге у ПАО Сбербанк в качестве обеспечения надлежащего возврата денежных средств, выданных ИП ФИО1 20 сентября 2017 года по договору 8622INOWFUOQ1Q0RW1RZ2U на сумму 15 789 495,00 руб.; ИП ФИО2 20 сентября 2017 года по договору НКЛ 8622IU52HG7Q1Q0RW1 RZ2U на сумму 13 157 920,00 руб.
Сделка с указанным объектом была совершена в период нахождения ФИО1 и ФИО4 в браке: 24.01.2013 - 19.02.2019 (решение суда о расторжении брака). Этот же объект неоднократно являлся предметом самостоятельных сделок по дарению в период с 2010 по 2019 г.
19.04.2010 ФИО5 передала объект недвижимости в собственность супруга ФИО2 По договору дарения от 20.05.2015 ФИО2 передал объект в собственность супруги ФИО1 В свою очередь ФИО1 на основании договора дарения от 10.08.2015 передала объект в собственность матери ФИО6, которая 07.09.2018 подарила нежилое помещение дочери ФИО1 12.09.2018 на основании договора дарения недвижимого имущества ФИО2 получил в дар от ФИО1 спорное нежилое помещение. 23.08.2019 ФИО2 передал в дар нежилое помещение своей матери. Все сделки прошли государственную регистрацию в ЕГРН.
Представитель ФИО4 обратила внимание суда на недобросовестность действий ФИО1. Принимая по договору дарения объект недвижимости, ФИО1 должна была понимать, что принимает обязанности по содержанию объекта, уплате налогов и др. Расходы на содержание объекта и уплату налогов она не осуществляла. Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что в 2018 году она знала о совершении сделки по отчуждению этого объекта в пользу супруга, но обратилась в суд спустя более двух лет. Судебным актом апелляционной инстанции ей было отказано в удовлетворении иска. Суд кассационной инстанции поддержал выводы суда апелляционной инстанции.
После чего ФИО1 инициировала обращение в суд с требованием о признании недействительным согласие банка на отчуждение объекта, отрицая обращение в банк для получения согласия, которое было положено в основу сделки.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.
Суд апелляционной инстанции установил поведение ФИО1 до совершения сделки и после. В частности судебная инстанция отметила обстоятельства, установленные решением Балаковского районного суда от 28.12.2020 (дело № 2-2674/2020) по сделке от 07.09.2018. ФИО6 сослалась на отсутствие факта отчуждения нежилого помещения, кадастровый номер 64:40:020403:2329 дочери ФИО1 и просила признать недействительными, в том числе последующие сделки с объектом 12.09.2018, 29.05.2019, истребовать имущество из чужого незаконного владения ФИО3 При рассмотрении дела судом общей юрисдикции, ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО7 признали иск о недействительности (ничтожности) договора дарения от 07.09.2018 г. Суд отказал ФИО6 в удовлетворении иска к ФИО1, ФИО2, ФИО3, усмотрев нарушение признанием иска прав и интересов других лиц. По делу № 2-2674/2020 ФИО1 занимала в судах трех инстанций последовательную позицию, что не является титульным владельцем нежилого помещения, кадастровый номер 64:40:020403:2329 по сделке от 07.09.2018. Вместе с тем, не достигнув желаемого правового результата в рамках рассмотрения спора судом общей юрисдикции, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Саратовской области с настоящим иском о признании недействительным договора дарения от 12.09.2018 г., заключенного между ФИО1 и ФИО2. При этом, в арбитражном суде ИП ФИО1 заняла противоположную позицию, признав состоятельность титула собственника спорного нежилого помещения на основании договора дарения от 07.09.2018 г., в соответствии с которым ФИО6 подарила своей дочери ФИО1 объект недвижимости кадастровый номер 64:40:020403:2329.
По делу № А57-20056/2021 судебная коллегия пришла к выводу, что выбытие нежилого помещения, общая 64:40:020403:2329 из владения собственника ФИО1 произошло по воле Дарителя.
Учитывая установленные апелляционной инстанции непоследовательность действий ФИО1, целью которых является возврат нежилого помещения, суд при рассмотрении настоящего дела руководствуется не только заключением судебной экспертизы, а совокупностью доказательств и обстоятельств.
По ходатайству назначалась судебная экспертиза. Судебный эксперт пришел к выводу о том, что подпись от имени ФИО1 в заявлении от 12.08.2018 в ПАО «Сбербанк России» на отчуждение нежилого помещения по адресу: <...>, кадастровый номер 64:40:020403:2329, выполнена не самой ФИО1, а другим лицом, с подражанием подписи ФИО1
Представитель ФИО4 возражала относительно заключения судебного эксперта, сославшись на рецензию, из содержания которой следует, что в начальной описательной части исследуемых документов и образцов подписей проверяемых лиц, экспертом ФИО8, полностью отсутствует детальная стадия исследования, на которой выявляются морфологические признаки пишущих приборов и печатного текста, а также стадию оценки выявленных признаков, в том числе о способе выполнения подписей в объектах исследования проверяемого лица. Эксперт в нарушение требований методики игнорирует обязательную часть идентификационного исследования подписей, где указано, что при исследовании подписей необходимо определить каков их характер – рукописный или нерукописный. Более того в заключении отсутствует какое-либо описание условно-свободных и экспериментальных образцов подписи ФИО1 – способ их выполнения, наличия признаков технической подделки, даже не указан цвет красящего вещества. В водной части исследования описание образцов подписи и почерка проверяемого лица экспертом не приведено. Количество свободных, условно-свободных образцов подписи и почерка, представленных в распоряжение эксперта не указано. Образцы подписей и почерка в заключении эксперта не сравнивались между собой на предмет их достоверности, что свидетельствует о формальном подходе эксперта к решению поставленных вопросов. Более того сравнительное исследование образцов подписей и записей ФИО1 между собой экспертом не проводилось – не установлено, выполнены ли они одним или разными лицами, что нарушает методику проведения почерковедческих исследований и свидетельствует о формальном подходе проведенного исследования.
Определяя совокупность доказательств, суд исходит из следующих обстоятельств: для чего требовалось согласие банка, роль участника сделки; регистрация сделки и наличие или отсутствие собственного интереса банка в указанной последовательности действий.
В силу ст. 346 ГК РФ, ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке» для совершения сделки от 12.09.2018 продавцу требовалось согласие банка-залогодержателя объекта. ПАО «Сбербанк России» предоставил такое согласие с сохранением обременения в пользу банка (т. 3 л.д. 93). Указанное согласие было приложено к договору дарения нежилого помещения …..2329 (т.3 л.д. 92) и представлено 13.09.2018 представителем ФИО1 – ФИО9 на государственную регистрацию перехода права собственности (т. 3 л.д. 93-96), подлинность подписи которой засвидетельствовала специалист ФИО10 (т. 3 л.д. 96). Полномочия ФИО9 указаны в доверенности, согласно которой ФИО1 уполномочила, включая ФИО9, представлять её интересы во всех государственных учреждениях. На момент подачи ФИО9 документов на регистрацию, включая согласие банка, доверенность являлась действительной, ФИО1 её не отзывала.
Представитель ПАО «Сбербанк России» пояснила, что 12.09.2018г. ФИО1 лично обратилась в Банк с заявлением на выдачу ей согласия Банка на отчуждение вышеуказанного заложенного недвижимого имущества, на следующий день ей выдано согласие.
Анализируя роль каждого участника сделки от 12.09.2018 и роль банка, суд приходит к выводу об отсутствии у банка собственного интереса к оспариваемой сделке, поэтому объяснения представителя банка суд признает действительными, а действия основанными на законе.
При обращении клиента в банк на предоставление кредитного продукта от контрагента согласно Положению Банка России от 15.10.2015 № 499-П "Об идентификации кредитными организациями клиентов, …"; Регламента кредитования клиентов ОАО "Сбербанк России" от 17.08.2011 № 2216 и Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" банк проводит идентификацию клиента.
Согласно п. 1 ст. 7 ФЗ №115-ФЗ организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны: до приема на обслуживание идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя, установив следующие сведения: в отношении физических лиц - фамилию, имя, а также отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), гражданство, дату рождения, реквизиты документа, удостоверяющего личность, данные документов, подтверждающих право иностранного гражданина или лица без гражданства на пребывание (проживание) в Российской Федерации (если наличие таких документов обязательно в соответствии с международными договорами Российской Федерации и законодательством Российской Федерации), адрес места жительства (регистрации) или места пребывания, идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии), а в случаях, предусмотренных пунктами I. I I и 1.12 настоящей статьи, фамилию, имя, а также отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), серию и номер документа, удостоверяющего личность, а также иную информацию, позволяющую подтвердить указанные сведения.
В заявлении (т. 1 л.д. 102) имеется дата «12.08.2018»; подпись и расшифровка «ФИО1». Как пояснил представитель банка в рамках рассмотрения дела А57-20056/2021 ФИО1 лично обратилась 12.09.2018 года, личность которой была установлена согласно паспорту. На следующий день ей было выдано согласие. Объяснения представителя банка, данные в рамках дела А57-20056/2021 и по настоящему делу, последовательны.
Таким образом установлено, что Королева обратилась в банк с заявлением о даче согласия на совершение сделки, затем письмо было передано представителю ФИО1 ФИО9, которая передала письмо банка о согласии на сделку одновременно с договором дарения в регистрирующий орган. Сделка прошла регистрацию по заявлению от 13.09.2018 г. При таких обстоятельствах в удовлетворении иска следует отказать в полном объеме.
Самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении иска является пропуск срока исковой давности. Судом установлено, что банк выдал ФИО1 письмо от 13.09.2018 о даче согласие на дарение заложенного объекта, с этой даты следует исчислять срок исковой давности. Иск поступил в суд 27.12.2022 г., срок исковой давности пропущен, поэтому заявление ответчика о применении правовых последствий пропуска срока исковой давности, подлежит удовлетворению.
Судебные расходы, понесенные истцом, не подлежат возмещению, поскольку в удовлетворении иска отказано в полном объеме.
Руководствуясь статьями 49, 110, 150, 167-171, 176, 177, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении искового заявления (с учетом уточнений) ИП ФИО1 (ОГРНИП <***> ИНН <***>, Московская область, Одинцовский район, с. Усово) к ПАО «Сбербанк России» (ОГРН <***> ИНН <***>, г. Москва), ИП ФИО2 (ОГРНИП <***> ИНН <***>, Саратовская область, г. Балаково) о признании недействительным согласия от 13.09.2018, заявления ФИО1 в ПАО «Сбербанк России» с просьбой дать согласие на отчуждение спорного объекта недвижимости ФИО2 - отказать в полном объеме.
Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.
Решение может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме, через Арбитражный суд Саратовской области.
Лицам, участвующим в деле, разъясняется, что информация о принятых по делу судебных актах размещается на официальном сайте Арбитражного суда Саратовской области - http://www.saratov.arbitr.ru., а также в информационных киосках, расположенных в здании арбитражного суда.
Направить копии решения арбитражного суда лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Разъяснить сторонам, что примирение сторон возможно на любой стадии арбитражного процесса и при исполнении судебного акта.
Судья В.Е. Бондаренко