АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ставрополь Дело № А63-21071/2022

29 ноября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 22 ноября 2023 года.

Решение изготовлено в полном объеме 29 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Сиротина И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шевченко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление акционерного общества «Сеть телевизионных станций», ОГРН <***>, г. Москва,

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, Ставропольский край, г. Ессентуки, ОГРНИП <***>,

о взыскании компенсации,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Сеть телевизионных станций», ОГРН <***>, г. Москва, обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1, Ставропольский край, г.Ессентуки, о взыскании компенсации в общей сумме 55 000 руб., в том числе: за незаконное использование изображения образа персонажа (рисунка) «Папа» в сумме 5 000 руб., «Мама» в сумме 5 000 руб., «Коржик» в сумме 5 000 руб., «Карамелька» в сумме 5 000 руб., «Компот» в сумме 5 000 руб., за незаконное использование изображения логотипа «Три Кота» в сумме 5 000 руб., за незаконное использование товарного знака по свидетельству № 707374 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 707375 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 709911 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 713288 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 720365 в сумме 5 000 руб., судебных издержек в сумме 774 руб. 50 коп. (уточненные требования).

Определением от 26.09.2023 судебное разбирательство по делу отложено на 22.11.2023.

Исследовав материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что компания АО СТС является обладателем исключительных прав на товарные знаки:

- товарный знак по свидетельству №707374, что подтверждается свидетельством на товарный знак №707374, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 09.04.2019 г., срок действия исключительного права до 19.07.2028;

- товарный знак по свидетельству №707375, что подтверждается свидетельством на товарный знак №707374, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 09.04.2019 г., срок действия исключительного права до 19.07.2028;

- товарный знак по свидетельству №709911, что подтверждается свидетельством на товарный знак №707374, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 24.04.2019 г., срок действия исключительного права до 19.07.2028;

- товарный знак по свидетельству №713288, что подтверждается свидетельством на товарный знак №707374, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 24.05.2019 г., срок действия исключительного права до 22.11.2028;

- товарный знак по свидетельству №720365, что подтверждается свидетельством на товарный знак №707374, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 16.07.2019 г., срок действия исключительного права до 22.11.2028.

Также истцу принадлежат исключительные авторские права на следующие рисунки (изображения): «Папа», «Мама», «Коржик», «Карамелька», «Компот», логотип «Три кота».

Данное обстоятельство подтверждается следующим.

Между ООО «Студия Метроном» и ИП ФИО2 был заключен договор № 17-04/2 от «17» апреля 2015 г., на основании которого ИП ФИО2 по акту приема-передачи к договору № 17-04/2 от «17.04.2015 произвел отчуждение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности по настоящему договору в полном объеме, включая права на образы следующих персонажей (рисунки): «Мама», «Папа», «Коржик», «Компот», «Карамелька», «Бабушка», «Дедушка», «Нудик», «Гоня», «Лапочка», «Сажик», «Шуруп», «Бантик», «Изюм», «Горчица».

В последующим ООО «Студия Метроном» произвела отчуждение исключительных прав на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности истцу по договору № Д-СТС-0312/2015 от 17.04.2015, что подтверждается актом к договору №Д-СТС-0312/2015 заказа производства с условием об отчуждении исключительного права от 17.04.2015 и актом приема-передачи Комплекта поставки №1 к Договору №Д-СТС-0312/2015 от 17.04.2015, в связи с чем, в настоящее время, правообладателем исключительных прав на изображения образов персонажей (рисунки) является истец

06.11.2019 в магазине «Mobile servis», расположенном по адресу: <...>, был установлен и задокументирован (под видеофиксацию) факт продажи товара от имени ИП Амбарцумяна В.А., обладающего техническими признаками контрафактности — 1 (одна) игрушка «Три кота», на упаковке которой присутствуют изображения, схожие до степени смешения с изображениями образов персонажей, принадлежащими АО «Сеть телевизионных станций».

На спорном товаре также содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками №707374, №707375, №709911, №713288, №720365.

Указанные товарные знаки зарегистрированы в отношении товаров, указанных, в том числе в 28 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Спорный товар классифицируется как «игрушка» и относится к 28 классу МКТУ.

Факт продажи подтверждается кассовым чеком Сбербанк от 06.11.2019, выданным терминалом № 21465377, спорным товаром и видеосъёмкой, произведенной в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав.

Факт того, что ИП ФИО1 осуществлял продажу с помощью терминала №21465377 подтверждается информацией, предоставленной ПАО «Сбербанк» в ответ на определение от 02.08.2022 об истребовании доказательств по делу № А63-12165/2022, согласно которому терминал № 21465377 зарегистрирован на индивидуального предпринимателя Амбарцумяна Валерия Акоповича, Ставропольский край, г. Ессентуки, ОГРНИП <***>, договор по оказанию эквайринговых услуг № 52-5230-РБ-102492 от 22.08.2019, расчетный счет №<***>, мерчант № 711000028778, название - Mobile servis (MOBILE SERVIS), зарегистрирован по адресу: 357601, Ставропольский край, г. Ессентуки, ул. Титова, д.17.

Истец, указывая на то, что не передавал предпринимателю право на использование объектов интеллектуальной собственности, обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии с положениями статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в том числе, произведения искусства. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

В силу пункта 1 статьи 1255 Кодекса интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства являются авторскими правами.

Авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 настоящей статьи (пункт 7).

Как указано в пунктах 81, 82 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», авторское право с учетом пункта 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяется на любые части произведений при соблюдении следующих условий в совокупности:

- такие части произведения сохраняют свою узнаваемость как часть конкретного произведения при их использовании отдельно от всего произведения в целом;

- такие части произведений сами по себе, отдельно от всего произведения в целом, могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и выражены в объективной форме.

К частям произведения могут быть отнесены в числе прочего: название произведения, его персонажи, отрывки текста (абзацы, главы и т.п.), отрывки аудиовизуального произведения (в том числе его отдельные кадры), подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения. Охрана и защита части произведения как самостоятельного результата интеллектуальной деятельности осуществляются лишь в случае, если такая часть используется в отрыве от всего произведения в целом.

Под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др. (абзац 1 пункта 82 Постановления Пленума от 23.04.2019 № 10).

При подтверждении наличия индивидуализирующих характеристик действующего лица его охраноспособность в качестве персонажа (пункт 7 статьи 1259 ГК РФ) презюмируется. Ответчик вправе оспаривать такую охраноспособность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

В силу указанного пункта статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации произведения изобразительного искусства - рисунки также отнесены к числу объектов авторских прав. Они обладают признаками оригинальности (уникальности, неповторимости), индивидуальными характеристиками, созданными в результате творческой деятельности конкретного автора (художника), и в отношении них существует возможность их использования как самостоятельных объектов интеллектуальной собственности.

С учетом изложенного очевидно, что и рисунок как произведение изобразительного искусства, и персонаж как часть аудиовизуального произведения являются самостоятельными результатами интеллектуальной деятельности (интеллектуальной собственностью), каждый из которых охраняется законом.

Судом установлена надлежащая легитимация истца по настоящим требованиям на основании описанных выше договоров между АО «СТС» и ООО «Студия Метроном» №ДСТС-0312/2015 от 17.04.2015 и № 17-04/2 от 17.04.2015 между ООО «Студия Метроном» и индивидуальным предпринимателем ФИО2.

Истец подтвердил факт создания для него соответствующего аудиовизуального произведения и персонажей такового, а также передачу (отчуждение) в пользу истца соответствующих исключительных прав, в том числе на рисунки.

Факт обнародования мультфильма является общеизвестным, доказыванию не подлежит.

Суд пришел к выводу о наличии и документальной подтвержденности исключительных прав истца на образы персонажей мультфильма как часть аудиовизуального произведения.

Как видно, в магазине «Mobile servis», расположенном по адресу: <...>, были приобретена игрушка в упаковке с нанесенными на нее изображениями персонажей «Три кота», которые являются точными копиями произведений изобразительного искусства – рисунков («Папа», «Три Кота» «Коржик», «Компот», «Карамелька», «Мама», а также логотипа «Три кота»), исключительные права на которые принадлежит обществу. Изображения являются легко узнаваемыми, бесспорно усматриваются как в игрушках, так и в рисунках таковых на упаковке. Кроме того, на упаковке прямо указано название набора как «Три кота».

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя (соответствующая правовая позиция выражена в постановлении Президиума ВАС РФ от 18.07.2006 по делу № 3691/06).

Понятия тождественности и сходства определяются в п. 14.4.2 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных Приказом Роспатента от 05.03.2003 № 32.

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В соответствии с пунктом 41 Правил от 20.07.2015 № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком) — если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 Правил от 20.07.2015 № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

Звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение

Графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание.

Смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. При определении сходства обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Суд считает, что использование ответчиком товарных знаков №707374, №707375, №709911, №713288, №720365 и изображений логотипа «Три кота», «Карамелька», «Коржик», «Компот», «Мама», «Папа», логотип «Три кота» является, безусловно, сходным до степени смешения с товарными знаками, произведениями и персонажами, исключительные права на которые принадлежат истцу по визуальному, графическому и смысловому признаку.

Факт продажи спорной игрушки судом также установлен на основании представленных истцом доказательств.

В подтверждение факта нарушения исключительного права истцом представлены:

- кассовый чек от 06.11.2019 на сумму 200 руб.;

- видеозапись покупки.

Так, в пункте 55 постановления Пленума от 23.04.2019 № 10 разъяснено, что факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Таким образом, представленная истцом видеозапись является надлежащим доказательством.

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Продавцом в отношениях с потребителями, приобретающими товары в торговой сети, является организация или индивидуальный предприниматель, реализующие товары потребителям по договору купли-продажи.

Представленный в материалы дела чек также подтверждает факт приобретения товара у ответчика.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что истцом в достаточной мере подтвержден факт незаконного использования ответчиком товарных знаков и объекта исключительных прав истца (прав на персонажей аудиовизуального произведения) путем предложения к продаже и продажи товара, изображающего соответствующих персонажей.

Разрешение на использование товарных знаков, образов персонажей мультфильма путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, доказательств заключения договора не представил, следовательно, использование ответчиком товарных знаков, произведения изобразительного искусства (рисунка) из мультфильма «Три кота» при реализации товара в своей коммерческой деятельности, в частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено незаконно – с нарушением исключительных прав истца.

Согласно статье 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных тем же Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

В соответствии со статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных этим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума от 23.04.2019 № 10 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 14061, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как видно из материалов дела, истец заявил о взыскании компенсации в сумме 55 000 руб., в том числе: за незаконное использование изображения образа персонажа (рисунка) «Папа» в сумме 5 000 руб., «Мама» в сумме 5 000 руб., «Коржик» в сумме 5 000 руб., «Карамелька» в сумме 5 000 руб., «Компот» в сумме 5 000 руб., за незаконное использование изображения логотипа «Три Кота» в сумме 5 000 руб., за незаконное использование товарного знака по свидетельству № 707374 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 707375 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 709911 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 713288 в сумме 5 000 руб., по свидетельству № 720365 в сумме 5 000 руб., судебных издержек в сумме 774 руб. 50 коп.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 6 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В соответствии с пунктом 62 указанного постановления по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 № 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно. В этой связи размер компенсации не должен рассматриваться как форма обогащения.

Суд при соответствующем обосновании не лишен возможности взыскать сумму такой компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.04.2013 №16449/12).

Из изложенного следует, что в данном случае, при разрешении спора применимы правовые подходы, изложенные в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 №28-П, согласно которым с учетом фактических обстоятельств конкретного дела суд вправе снижать размер компенсации за нарушение интеллектуальных прав ниже установленных в законе пределов в случае ее явной несоразмерности характеру совершенного правонарушения, и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые, а использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не носило грубый характер.

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается на ответчика.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, однако снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного надлежащими доказательствами (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Данный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-2988, а также на указанное обстоятельство обращено внимание в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

От ответчика поступило ходатайство о снижении размера компенсации до 1 000 руб. за каждый объект исключительного права и каждый товарный знак.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся с учетом обстоятельств конкретного дела явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан, как к закону, так и к суду.

При разрешении настоящего спора судом первой инстанции установлено, что ответчиком был реализован товар – игрушка в картонной коробке в количестве одной единицы. Ответчиком по делу является индивидуальный предприниматель, размер причиненных убытков, исходя из стоимости товара, не является значительным, все спорные объекты размещены на одном товаре.

Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, с учетом возможных объемов реализации продукции ответчиком и ее стоимости, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, с учетом того, что данное правонарушение было совершено впервые, с целью пресечения нарушений исключительных прав истца в установленной части, с учетом разъяснений Конституционного суда РФ, изложенных в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд считает возможным взыскать компенсацию за незаконное использование товарных знаков в размере 55 000 руб. (по 5 000 руб. за каждый товарный знак и объект исключительных прав (всего за 11 товарных знаков и объектов).

При таких обстоятельствах, ходатайство ответчика о снижении размера компенсации до 1 000 руб. за одно нарушение удовлетворению не подлежит, поскольку размер компенсации уже снижен ниже минимального размера компенсации и не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимального размера компенсации.

Довод ответчика об истечении срока исковой давности отклоняется судом ввиду следующего.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Пунктом 1 ст. 200 ГК РФ предусмотрено, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Сведения о том, кто является надлежащим ответчиком, истцу стали известны с 16.08.2022, то есть в момент поступления в материалы дела № А63-12165/2022 по иску АО «СТС» к ПАО «Сбербанк» о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, ответа от ПАО «Сбербанк» о принадлежности ИП ФИО1 терминала №21465377, с которого истцу выдан чек о покупке спорного товара. Решением от 23.09.2022 по делу № А63-12165/2022 в удовлетворении исковых требований АО «СТС» в ПАО «Сбербанк» отказано.

В Арбитражный суд Ставропольского края с рассматриваемым иском истец обратился 08.12.2022, то есть в пределах срока исковой давности.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек в общей сумме 774 руб. 50 коп., состоящих из стоимости товара в размере 200 руб., почтовых расходов в размере 374 руб. 50 коп., расходов на оплату госпошлины за получение выписки из ЕГРИП на ответчика в размере 200 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В соответствии с пунктом 10 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Факт несения указанных расходов подтвержден материалами дела, а потому требование истца о взыскании с ответчика судебных издержек в сумме 774 руб. 50 коп., состоящих из стоимости товара в размере 200 руб., почтовых расходов в размере 374 руб. 50 коп., расходов на оплату госпошлины за получение выписки из ЕГРИП на ответчика в размере 200 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб. также подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 65, 110, 167-171, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ :

исковые требования акционерного общества «Сеть телевизионных станций», ОГРН <***>, г. Москва, удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1, Ставропольский край, г. Ессентуки, ОГРНИП <***>, в пользу акционерного общества «Сеть телевизионных станций», ОГРН <***>, г. Москва, компенсацию в общей сумме 55 000 руб., судебные издержки в сумме 774 руб. 50 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1, Ставропольский край, г. Ессентуки, ОГРНИП <***>, в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 200 руб.

Вещественные доказательства после вступления решения в законную силу уничтожить.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья И.В. Сиротин