Постановление по делу № 19АП-892/2024 от 12.05.2025 | 19 арбитражный апелляционный суд

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

12.05.2025 года дело № А48-3959/2023

г. Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 29.04.2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 12.05.2025 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Безбородова Е.А.

судей Ботвинникова В.В.

Потаповой Т.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Омельченко О.В.,

при участии:

от финансового управляющего ФИО1 ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 06.12.2024,

от конкурсного управляющего ООО «Инстал» ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 03.02.2025,

ИП ФИО6, паспорт гражданина РФ,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО7 на определение Арбитражного суда Орловской области от 18.12.2024 по делу №А48-3959/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инстал»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Орловской области от 02 мая 2023 года принято заявление ИП ФИО6 о признании ООО «Инстал» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Орловской области от 14 сентября 2023 года (резолютивная часть 07 сентября 2023 года) требования ИП ФИО6 признаны обоснованными, в отношении ООО «Инстал» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4, являющийся членом Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства - наблюдение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 172 от 16.09.2023, на сайте ЕФРСБ - 12.09.2023 г.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 27 декабря 2023 года (резолютивная часть объявлена 20 декабря 2023 года) ООО «Инстал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего было возложено на временного управляющего ФИО4

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 30.12.2023, №245.

ФИО7 (далее - заявитель, кредитор) 09 октября 2023 года посредством сервиса «Мой арбитр обратилась в Арбитражный суд Орловской области с заявлением, в котором просила суд включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 3 126 950,00 руб.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 18.12.2024 в удовлетворении заявления ФИО7 о включении в реестр требований кредиторов отказано.

Не согласившись с данным определением, ФИО7 обратилась в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В электронном виде через сервис «Мой арбитр» от ФИО7 поступило дополнение к апелляционной жалобе с приложением, которые суд приобщил к материалам дела.

В электронном виде через сервис «Мой арбитр» от ФИО6 поступили возражения на дополнения к апелляционной жалобе с приложением.

Судом апелляционной инстанции приобщены к материалам дела возражения ФИО6 на дополнения к апелляционной жалобе с приложением копии доказательства направления стороне; в приобщении к материалам дела приложенных копий: заявления о признании сделки недействительной с приложением копий платёжных документов, отказано в связи с отсутствием оснований, предусмотренных ст. 268 АПК РФ.

ИП ФИО6 с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Инстал» ФИО4 с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель финансового управляющего ФИО1 ФИО2 с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 09 часов 40 минут 29.04.2025 г.

Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда (http://19aas.arbitr.ru/) и в картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru).

После перерыва в 09 часов 50 минут 29.04.2025г. судебное заседание продолжено в том же судебном составе.

В продолженное судебное заседание явились:

от конкурсного управляющего ООО «Инстал» ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 03.02.2025,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом.

За время перерыва в электронном виде через сервис «Мой арбитр» от ФИО7 поступило ходатайство содержащее позицию по жалобе.

Выслушав ИП ФИО6, представителя конкурсного управляющего ООО «Инстал» ФИО4, представителя финансового управляющего ФИО1 ФИО2, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, платежными поручениями, а также справкой по счету клиента - ФИО7, выданной Райффайзен банк 14.07.2021, подтверждается, что в период с 25.06.2019 по 18.06.2020 ФИО7 были перечислены на счет должника денежные средства в общей сумме 3 126 950 руб., с указанием в платежных поручениях оснований перечисления - договоры займов от 10.06.2019 и от 24.06.2019.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 26 Постановления Пленума № 35, в силу п. 3 - 5 ст. 71 и п. 3 - 5 ст. 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником. Рассматривая вопрос относительно правомерности и обоснованности требований кредитора, основанных на сделке (договоре), суд обязан оценить сделку на предмет соответствия ее закону.

В круг доказательств по спорам об установлении размера требований кредиторов в обязательном порядке входит выяснение обстоятельств возникновения долга, даже при отсутствии на этот счёт возражений со стороны лиц, участвующих в деле о банкротстве. Формальный подход при рассмотрении данной категории споров недопустим.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В статье 808 ГК РФ установлены требования к форме договора займа. Так в силу пункта 1 названной статьи в редакции, действовавшей на момент перечисления денежных средств, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В пункте 2 статьи 808 ГК РФ предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу пункта 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно пункту 1 статьи 162 ГК РФ несоблюдение требований о форме совершения сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

При отсутствии письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы. К таким доказательствам может относиться также платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне. При этом такое платежное поручение подлежит оценке судом, арбитражным судом исходя из объяснений сторон об обстоятельствах дела, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ.

При этом указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств, и т.п.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции представитель и.о. конкурсного управляющего ООО «Инсталл» подтвердила, что у и.о. конкурсного управляющего договоры займа отсутствуют. Так, согласно имеющегося акта приема-передачи документов ООО «Инстал» от 22.12.2023 г. усматривается, что генеральный директор ООО «Инстал» ФИО1 передал конкурсному управляющему ФИО4 документацию финансово-хозяйственной деятельности общества, в том числе, учредительные документы общества, приказы и распоряжения руководителя, печать, база С1 предприятия, бухгалтерскую отчетность, документы первичного бухгалтерского учета, налоговую отчетность, документы текущей хозяйственной деятельности ООО «Инстал» с контрагентами за период 2020-2023 г. При этом, в переданных материалах отсутствовали договоры займа.

В письменных объяснениях заявитель требования указал, что договоры займов между ООО «Инстал» и ФИО7 от 10.06.2019 и от 24.06.2019 подписывались в единственном экземпляре, так как на момент их подписания никаких корпоративных конфликтов между участниками общества не было и у ФИО7 не возникало сомнений в том, что она в любой момент может ознакомится с документами общества и сделать их копии, тем более, что это прямо предусмотрено статьёй 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Однако, впоследствии оказалось, что ФИО1, будучи директором ООО «Инстал», проигнорировал указанные положения закона и права ФИО7 в связи с чем, она была вынуждена обращаться в Арбитражный суд Орловской области с соответствующим иском об истребовании документов. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Орловский области по делу №А48-8701/2021 от 23.03.2022 установлено, что в 2021 году между ФИО7 и ФИО1 возник корпоративный конфликт.

Относительно позиции ФИО7 о том, что факт наличия заключенных договоров займа от 10.06.2019 и от 24.06.2019 подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Орловский области от 23.03.2022 по делу №А48-8701/2021, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Действительно, решением Арбитражного суда Орловский области от 23.03.2022 по делу №А48-8701/2021 на ООО «Инстал» возложена обязанность предоставить ФИО7 материалы общества, в том числе, договоры займа от 10.06.2019 и от 24.06.2019.

Вместе с тем, как следует из содержания мотивировочной части указанного судебного акта, материалов дела № А48-8701/2021, вопрос фактического наличия указанных договоров займа у ООО «Инстал» предметом рассмотрения в деле не был. Факт наличия не устанавливался, доказательствами не подтверждался.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, ООО «Инстал» зарегистрировано 10.09.2012 за основным государственным регистрационным номером 1125740006204. Уставной капитал ООО «Инстал» составляет 10 000 руб. и с 25.12.2023 г. состоит из 100% доли ФИО7, государственный регистрационный номер 2235700144909.

С момента создания общества и до 25.12.2023 г. доля учредителя Общества «Инстал» - ФИО7 составляла 65 %.

В период с 10.09.2012 г. до 24.08.2022 г. ФИО1 являлся учредителем должника с размером доли в уставном капитале 25%.

18.08.2022 г. ФИО1 было подано заявление о выходе из общества, заявление удостоверено нотариусом ФИО8, зарегистрировано в реестре: № 57/35-н/57-2022-1-2050. Регистрация выхода ФИО1 из состава учредителей ООО «Инстал» произведена 24.08.2022 г., что подтверждается листом записи, выданным Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы по централизированной обработке данных.

Таким образом, как правомерно установлено судом первой инстанции, в силу ст. 32-39 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» ФИО7 на момент перечисления денежных средств являлась участником общества, который вправе принимать участие в общих собраниях ООО «Инстал» и влиять на принимаемые им решения.

Как обоснованно указал и.о. конкурсного управляющего в дополнениях к отзыву, заявитель требования не предпринимал мер по взысканию задолженности, связанной с перечислениями денежных средств, не обращался в суд с иском о взыскании возникшей задолженности, в том числе не предъявлял требований длительное время.

Как следует из информации, содержащейся в государственном информационном ресурсе бухгалтерской (финансовой) отчетности (https://bo.nalog.ru/), у должника отметилось ухудшение показателей финансово-хозяйственной деятельности, наличие убытков предприятия (наличие явного убытка за 2019 год), что согласно пункту 3.4 Обзора Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 является дополнительным признаком возникновения неплатежеспособности должника.

Более того, согласно данным анализа финансового состояния ООО «Инстал» в период с 2019 по 2023 г. деятельность ООО «Инстал» характеризуется снижением деловой активности, увеличением кредиторской задолженности, снижением рентабельности активов, происходит стремительное падение выручки.

При этом, согласно выпискам по расчетному счету ООО «Инстал» за период 2019-2020 г. усматривается, что предоставленные денежные средства направлялись для ведения обычной хозяйственной деятельности общества, которое с помощью указанных денежных средств производило расчеты по договорам с контрагентами, оплачивало страховые взносы, коммунальные и прочие услуги.

Как указал в письменном отзыве уполномоченный орган, при анализе бухгалтерского баланса должника за 2019 год установлено, что в период перечисления денежных средств заявителем, чистый убыток предприятия по итогу года составил 31 484 000 руб.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определениях № 308-ЭС17-1556(2) от 06.07.2017, №310-ЭС 17-17994 (1,2) от 21.02.2018, №305-ЭС 15-5734(4,5), №305-ЭС18-6649 от 07.06.2018, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

В частности, предоставление должнику денежных средств, в том числе на льготных условиях, может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации финансирование может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать произведенные платежи в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции перечислений, привлечения денежных средств именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Из представленной и.о. конкурсного управляющего финансовой отчетности следует, что у должника отметилось ухудшение показателей финансово-хозяйственной деятельности, наличие убытков предприятия (наличие явного убытка за 2019 год), что свидетельствовало о наличии признаков неплатежеспособности и невозможности своевременно рассчитываться с кредиторами.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что между ООО «Инсталл» и ФИО7 сложились правоотношения по дофинансированию деятельности должника, т.е. корпоративные, что влечет переквалификацию платежей в отношения по поводу увеличения уставного капитала, а также признание за прикрываемым требованием статуса корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

Таким образом, предоставленные со стороны ФИО7 денежные средства в размере 3 126 950,00 руб. по своей правовой природе являлись капиталозамещением.

Аналогичная правовая позиция нашла отражение в определении Арбитражного суда Орловской области от 25.07.2024 и постановлении Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2024 по делу № А48-3959/2023 при включении в реестр требований кредиторов должника ФИО1, являвшегося участником ООО «Инстал» в период с 10.09.2012 до 24.08.2022 с размером доли в уставном капитале 25%.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, действия ФИО7 очевидно отклоняются от добросовестного поведения, что является основанием для применения к ней положений ст.10 ГК РФ и оставления заявленных ей требований без удовлетворения.

ФИО7, непосредственно являющаяся участником и оператором сделок должника, не опровергла заявленные и.о. конкурсного управляющего доводы о корпоративном характере ее правоотношений с должником.

Кроме того, все установленные судом первой инстанции обстоятельства свидетельствуют о «круговороте» денежных средств и искусственном наращивании «подконтрольной» кредиторской задолженности в ущерб независимым кредиторам в преддверии банкротства должника и корпоративном характере отношений ФИО7 с ООО «Инстал», которая путем предоставления должнику денежных средств тем самым компенсировала негативные последствия управления обществом; а также, исходя из большого количества совершаемых ежедневно должником финансовых операций, невозможно однозначно и достоверно определить, что денежные средства, являющиеся предметом спора, расходовались именно на нужды должника, а не являлись частью указанного «круговорота» денежных средств.

Участник не могла не располагать информацией о неудовлетворительном финансовом состоянии компании на момент предоставления финансирования. Последующее изъятие ранее представленных средств причинит вред кредиторам.

Таким образом, установленные судом первой инстанции обстоятельства свидетельствуют об очевидном отклонении действий заявителя требований от добросовестного поведения, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о применении в рамках настоящего обособленного спора ст. 10 ГК РФ.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно принята во внимание позиция и.о. конкурсного управляющего о пропуске заявителем срока исковой давности по заявленному требованию. При этом суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 статьи 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства (пункт 2 статьи 200 ГК РФ).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, а истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статья 199 ГК РФ).

Факт истечения срока исковой давности с учетом разъяснения, данного в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», служит самостоятельным основанием для отказа в иске.

Пунктом 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве.

Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что при отсутствии доказательств финансирования по договорам займа, требования заявителя, предъявленные 09.10.2023, не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Орловской области от 18.12.2024 по делу №А48-3959/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.А. Безбородов

Судьи В.В. Ботвинников

Т.Б. Потапова