Решение по делу № А23-6295/2023 от 17.04.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248600, <...>; тел.: <***>, 8-800-100-23-53; факс: <***>, 599-457;

httр://kaluga.arbitr. ru; е-mail: kaluga.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А23-6295/2023

17 апреля 2025 года г. Калуга

Резолютивная часть решения объявлена 03 апреля 2025 года

В полном объеме решение изготовлено 17 апреля 2025 года

Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Ивановой Е.В., при введении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ерохиной Е.И., рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы вэб-конференции дело

по иску акционерного общества «Завод Протей», 249191, Калужская область, Жуковский район, Жуков город, Коммунистическая улица, зд 18, ОГРН <***>, ИНН <***>, в лице законных представителей ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,

к ФИО8, ФИО9,

о взыскании 306 723 137 руб. 65 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца (ФИО7) – представителя ФИО10 по доверенности от 03.03.2023 сроком действия на 3 года,

от истца (ФИО6) - представителя ФИО10 по доверенности от 02.03.2023 сроком действия на 3 года,

от истца (ФИО5) - представителя ФИО10 по доверенности от 02.03.2023 сроком действия на 3 года,

от истца (ФИО4) - представителя ФИО10 по доверенности от 02.03.2023 сроком действия на 3 года,

от истца (ФИО3) - представителя ФИО10 по доверенности от 29.07.2024 сроком действия на 3 года,

от истца (ФИО2) - представителя ФИО10 по доверенности от 01.03.2023 сроком действия на 3 года,

от истца (ФИО1) - представителя ФИО10 по доверенности от 01.03.2023 сроком действия на 3 года,

от АО «Завод Протей» – представителя Франка Ф.К. по доверенности от 12.02.2025 сроком действия на 3 года,

от ответчика (ФИО8) – представителя ФИО11 по доверенности от 10.08.2023 сроком действия на три года,

от ответчика (ФИО9) – представителя ФИО11 по доверенности от 10.08.2023 сроком действия на три года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 (далее – акционеры) обратились в Арбитражный суд Калужской области с иском к акционерному обществу «Завод Протей» (далее – Общество), ФИО8., ФИО9 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 306 723 137 руб. 65 коп.

18.10.2023 суд, учитывая положения п. 2 ст. 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», вынес протокольное определение о замене процессуального статуса акционерного общества «Завод Протей» с ответчика на истца, ФИО1, ФИО2, ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 с истца на законных представителей истца.

Определением суда от 23.12.2024 была осуществлена замена ФИО12 на его правопреемника – ФИО3.

25.02.2025 от законных представителей поступило уточнение (уменьшении) заявленных исковых требований, в соответствии с которым просили взыскать солидарно с ответчиков сумму в размере 302 874 648 руб. 88 коп., в том числе:

- 89 500 000 руб.– необоснованней выплаты ФИО8 по Договору аренды оборудования от 01.12.2019, заключенному между АО «Завод Протей» и ИП ФИО8;

- 182 000 000 руб.– необоснованные выплаты ФИО8 по Лицензионному договору об использовании товарного знака от 01.11.2019, заключенному между АО «Завод Протей» и ФИО8;

- 31 374 648 руб. 88 коп. – убытков в связи с погашением АО «Завод Протей» задолженности за ООО «Протей».

В судебном заседании 26.03.2025 был объявлен перерыв до 03.04.2025 до 10 час. 00 мин. После перерыва судебное заседание было продолжено.

Суд на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял заявленные истцом уточнения.

Представитель акционеров поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Представители Общества и ответчиков возражали против удовлетворения заявленных исковых требований, поддержали доводы отзывов.

Изучив материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, акционерное общество «Завод Протей» (далее - «Общество») зарегистрировано в качестве юридического лица 12.07.2017, о чем в Едином государственном реестре юридических лиц сделана запись. Основным видом деятельности организации является производство пластмассовых изделий для упаковывания товаров.

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 являются акционерами Общества (далее – акционеры), которым в совокупности принадлежит 28,665% голосующих акций.

ФИО8 является мажоритарным акционером (от 61,455% до 100% акций в различные периоды времени, в настоящее время - 62,83%) и председателем совета директоров, ФИО9 - генеральным директором Общества в период с 27.06.2018 по 30.03.2021 и с 25.03.2022 по настоящее время.

Ссылаясь на то, что являются лицами, имеющими фактическую возможность определять действия общества, и в результате совместных действий вышеуказанных лиц обществу причинены убытки в сумме 302 874 648 руб. 88 коп., акционеры, действуя в интересах Общества, обратились в суд с настоящими исковыми требованиями.

В обоснование заявленных исковых требований акционеры общества указывают следующие обстоятельства:

1. ФИО8 (арендодатель) по договору аренды оборудования от 01.12.2019 было передано АО «Завод Протей» (арендатор) оборудование, необходимое для производства профильной продукции (полимерных изделий). Ежемесячная арендная плата составляет 3 580 000 рублей.

По мнению акционеров, аренда оборудования у ФИО8 в 2021 – 2022 годах была лишена экономического смысла и являлась лишь способом вывода денежных средств в пользу ФИО8, поскольку по данным бухгалтерской отчетности с 2021 года в Обществе имелось новое производственное оборудование. Кроме того, само оборудование являлось устаревшим, а цена арендной платы в 2021 – 2022 гг. за оборудование являлась завышенной.

Таким образом, необоснованно выплаченные арендные платежи в сумме 89 500 000 руб. представляют собой убытки Общества.

2. Между ИП ФИО8 (лицензиар) и Обществом (лицензиат) заключен лицензионный договор об использовании товарного знака от 01.11.2019 (т. 6, л.д. 117).

В соответствии с условиями лицензионного договора об использовании товарного знака от 01.11.2019 и Дополнительного соглашения 10.04.2020 к нему ФИО8 предоставил АО «Завод Протей» исключительную лицензию на использование указанных товарных знаков на территории Российской Федерации.

Роялти за пользование товарными знаками устанавливается в размере 4,5 % (четыре целых пять десятых процента) от суммы продаж Товаров (без учета НДС), но не более 7 000 000 (семь миллионов) рублей в месяц, реализованных Лицензиатом, включая Товары реализованные по поручению Лицензиата третьими лицами, и (или) под его контролем в истекшем отчетном квартале, с использование Товарных знаков.

По мнению акционеров, на протяжении 2021-2022гг. Общество выплачивало ФИО8 роялти в максимальном размере (7 000 000 руб.), что не оправдано реальными объемами продаж маркированной продукции. ФИО8 в действительности использует лицензионный договор как прикрытие для вывода средств общества в собственную пользу.

Таким образом, необоснованно полученные суммы роялти в размере 182 000 000 руб. представляют собой убытки Общества.

3. ООО «Протей» (ИНН <***>, ОГРН <***>) решением Арбитражного суда города Москвы признано несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда города Москвы от 02.04.2021 по делу № А40-100666/20.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.05.2023 в реестр требований кредиторов включены требования ФНС России в общем размере 35 051 137 руб. 65 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.08.2023 признано погашенным путем уплаты соответствующей суммы АО «Завод Протей» требование ИФНС России № 16 по г. Москве к ООО «Протей» на сумму 35 051 137 руб. 65 коп. и произведено процессуальное правопреемство кредитора ИФНС России № 16 по г. Москве на правопреемника АО «Завод Протей» в реестре требований кредиторов должника по требованию в размере 35 051 137 руб. 65 коп.

Как кредитору ООО «Протей» заводу было выплачено в банкротстве 3 676 488 руб. 77 коп.

По мнению акционеров у Общества не было никаких объективных экономических причин погашать задолженность ООО «Протей», в связи с чем считают указанную сумму в размере 31 374 648 руб. 88 коп. убытками Общества (35 051 137 руб. 65 коп. - 3 676 488 руб. 77 коп.). Сделка совершена исключительно в целях минимизации риска привлечения ФИО8, который являлся единственным участником ООО «Протей» в период с 23.08.2013 по 09.10.2019, к субсидиарной ответственности в банкротстве ООО «Протей» по инициативе ФНС России как независимого кредитора.

Таким образом, причиненные Обществу ФИО8 (как мажоритарным акционером Общества и выгодоприобретателем по указанным выше сделкам) и ФИО9 (как генеральным директором Общества) убытки составляют 302 874 648 руб. 88 коп. и подлежат солидарному взысканию с ответчиков в пользу Общества.

Суд, оценивая доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с абзацем 5 пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1).

На основании пункта 5 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон №208-ФЗ) акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1% размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 являются акционерами Общества, которым в совокупности принадлежит 28,665% голосующих акций.

Таким образом, указанные акционеры Общества вправе обратиться с иском о взыскании убытков, причиненных юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ к ответственности в виде возмещения убытков может быть привлечено лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени. Такое лицо несет предусмотренную пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление №62) указано, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как установлено статьей 1082 названного Кодекса, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов ответственности: факта причинения вреда, его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом.

В соответствии с пунктом 5 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно разъяснениям Постановления №62, в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с пунктом 7 указанного Постановления, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.

Не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании.

В силу статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В пункте 1 Постановления №62 разъяснено, что единоличный исполнительный орган обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, а в случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Ответственность исполнительного органа (директора) в виде возмещения убытков, наступает при наличии противоправного деяния, убытков, причиненных обществу, причинной связи между деянием и убытками, вины нарушителя.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом в качестве ответчика указан ФИО9, который являлся генеральным директором Общества в период с 27.06.2018 по 30.03.2021 и с 25.03.2022 по настоящее время, то есть единоличным исполнительным органом общества.

Также истцом в качестве ответчиков указан ФИО8 как лицо, имеющее фактическую возможность определять действия общества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Исходя из анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае акционерами было доказано, что ФИО8 реально имел контроль над АО «Завод Протей».

Так, ФИО8 является мажоритарным акционером Общества (от 61,455% до 100% акций в различные периоды времени, на 10.03.2023 – 61,455%); являлся председателем и членом совета директоров Общества в период с 2019 по 2023 годы; имеет возможность избирать трех из пяти членов совета директоров, которые в соответствии с п. 18.5 Устава Общества могут избрать генерального директора Общества. Также избранные ФИО8 члены совета директоров в соответствии с п. 18.7 Устава Общества могут в любой момент прекратить полномочия генерального директора.

Из показаний ФИО13 – руководителя технической службы АО «Завод Протей», допрошенного в качестве свидетеля в судебном заседании 18.12.2024 следует, что ФИО8 является хозяином Общества, руководит еженедельными совещаниями по проблемам производств, на еженедельных совещаниях дает поручения сотрудникам Общества и контролирует ход их исполнения.

Из устных пояснений представителей Общества и ответчиков данных при рассмотрении настоящего дела и нашедших свое отражение в протоколе судебного заседания, следует, что ФИО8 контролирует превышение всех запланированных расходов Общества, в частности, оплата денежных средств за ООО «Протей» в рамках дела о банкротстве была согласована с ФИО8

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления №62, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения директоров общества следует применять разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления № 62.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявлял ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Кроме того удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу (п. 8 пунктах Постановления № 62).

Существенное значение для правильного разрешения настоящего спора имеет правовая позиция Верховного Суда РФ, изложенная в Определении от 09.01.2025 №305-ЭС24-16398, согласно которой фидуциарные обязанности (включая обязанность действовать добросовестно и разумно) распространяются не только на формальных руководителей, но и на фактических контролеров (бенефициаров), определяющих ключевые решения общества, при этом отсутствие у такого лица официального статуса не освобождает его от ответственности за причиненные убытки.

Аналогичный подход содержится в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 01.10.2015 №Ф05-10535/2011, где подчеркивается, что фактический контроль над деятельностью юридического лица может осуществляться через сложные корпоративные структуры и многоуровневые схемы владения, что не исключает, а напротив, предполагает необходимость привлечения таких лиц к ответственности.

В рассматриваемом деле к ответственности акционеры просят привлечь ФИО8, не являющийся единоличным исполнительным органом АО «Завод Протей».

В то же время, установление одних лишь формальных условий применения закона об акционерных обществах при разрешении корпоративных споров о взыскании убытков недопустимо - иное приводило бы к серьезному ущемлению права участников корпорации на судебную защиту.

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы юридического лица какое-либо лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала). При этом исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента может быть истолковано против нее (статья 9, часть 3 статьи 65, часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если таковая предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное (пункты 1, 2 статьи 322 ГК РФ).

Определения Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2023 по делу №А40-100666/2020 признано обоснованным и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Протей» требование ИФНС России № 16 по г. Москве в размере 30 089 796,65 руб. – основной долг, 4 961 341 руб. – штрафы, с учетом п. 3 ст. 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Из текста указанного определения Арбитражного суда города Москвы от следует, что ФНС доначислила ООО «Протей» налоги за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, поскольку выявила операции с сомнительными контрагентами

До 09.10.2019 единственным участником и генеральным директором ООО «Протей» являлся ФИО8

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.08.2023 по делу №А40-100666/2020 признано погашенным путем уплаты соответствующей суммы АО «Завод Протей» требование ИФНС России № 16 по г. Москве к ООО «Протей» на сумму 35 051 137 руб. 65 коп. и произведено процессуальное правопреемство кредитора ИФНС России № 16 по г. Москве на правопреемника АО «Завод Протей» в реестре требований кредиторов должника по требованию в размере 35 051 137 руб. 65 коп.

В последующем, ООО «Протей» как кредитору заводу было выплачено в банкротстве 3 676 488 руб. 77 коп.

Вместе с тем, в материалы дела ни Обществом, ни ответчиками не представлено никаких объективных экономических причин погасить задолженность ООО «Протей»: оно не входит с ним в одну группу и не ведет никакой совместной деятельности.

Доводы ответчиков о том, что погашение задолженности перед ИФНС №16 осуществлено в пользу Общества, поскольку в рамках дела о банкротстве ООО «Протей» мог быть оспорен договор №02/19 купли-продажи оборудования от 31.10.2019 и Общество было создано на базе имущества, персонала и клиентской базы ООО «Протей» при обосновании целесообразности погашения задолженности по уплате налогов третьего лица являются несостоятельными.

Как справедливо отмечено акционерами, в нарушение абз. 5 п. 1 Постановления № 62 ответчики представили суду лишь формальные пояснения о возможном оспаривании договор №02/19 купли-продажи оборудования от 31.10.2019 в рамках дела о банкротстве ООО «Протей», но не указали в связи с каким обстоятельствами и по каким основаниям договор мог быть оспорен.

На момент погашения задолженности перед ИФНС №16 (июнь 2023 года) конкурсный управляющий и иные кредиторы ООО «Протей» более 2 лет с даты введения конкурсного производства не подавали заявления об оспаривании договора №02/19 купли-продажи оборудования от 31.10.2019.

При этом конкурсный управляющий ООО «Протей» с даты введения наблюдения не обращался с ходатайством об истребовании документов у генерального директора ООО «Протей» в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

В нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчики не привели доказательств того, что Общество было создано на базе имущества, персонала и клиентской базы ООО «Протей», а также не обосновали, как указанные обстоятельства влияют на обязанность Общества по погашению задолженности перед ИФНС №16.

Таким образом, погашая задолженность ООО «Протей», ответчики действовали вопреки интересам Общества. Своими действиями они причинили Обществу убытки в размере 31 374 648 руб. 88 коп.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчики, погашая налоговую задолженность перед ИФНС России № 16 по г. Москве за ООО «Протей» в рамках дела о банкротстве последнего совершили сделку без каких-либо объективных предпосылок, то есть на заведомо невыгодных для общества условиях

С учетом изложенного, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчиков в солидарном порядке убытков в размере 31 374 648 руб. 88 коп.

В остальной части суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в силу следующих обстоятельств.

Так, в качестве убытков акционеры расценивают сумму арендных платежей, выплаченных Обществом в 2021-2022гг. ФИО8 по договору аренды оборудования от 01.12.2019.

Вместе с тем, данные доводы не нашли своего подтверждения в материалах дела.

Для определения разумности размера арендной платы за аренду оборудования, арендованного акционерным обществом «Протей» у индивидуального предпринимателя ФИО8 определением Арбитражного суда Калужской области от 19.08.2024 по делу была назначена судебная экспертизы, проведение которой было поручено эксперту ООО «Центр независимой экспертизы собственности» ФИО14, с постановкой перед экспертом следующего вопроса: какова рыночная стоимость ежемесячной арендной платы за аренду оборудования, арендованного акционерным обществом «Протей» у индивидуального предпринимателя ФИО8 по договору аренды оборудования от 01.12.2019, по состоянию на 01.12.2020 и на 01.12.2021?

Экспертиза была проведена с осмотром оборудования по месту его нахождения в присутствии представителей сторон, в том числе представителя акционеров, который видел и не отрицает, что оборудование установлено на территории цехов завода и функционирует. Также в материалы дела представлялись фотографии оборудования, сведения о его использовании.

В судебном заседании 18.12.2024 на основании ст. 56, ст. 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был допрошен в качестве свидетеля ФИО13 – руководителя технической службы АО «Завод Протей», который пояснил, что основная деятельность Завода - производство ПЭТ-упаковок и крышек к ним; указал, в последнее время завод нарастил значительные темпы производства, в том числе, в связи с тем, что с отечественного рынка ушли импортные производители; в настоящее время существует очередь из заказов; сообщил, что любая остановка оборудования негативно сказывается на производственном цикле: после простоя оборудования необходимо время для запуска и нагрева оборудования, как правило, это 15-20 мин., и первая партия продукции после запуска в большинстве случаев является бракованной; на одном оборудовании происходит выпуск флакона, на другом выпуск крышек к ним и производство должно быть построено таким образом, чтобы и флаконы и крышки к ним были выпущены одновременно; выпуск продукции зависит от станка и от формы, которая на нем установлена, если на другом станке выпускается идентичная продукция, то в случае поломки станка формы может быть установлена на иной станок, в ином случае тормозится выпуск и осуществляется ремонт оборудования; каждая форма производит уникальную продукцию; каждый клиент может заказать форму из общего каталога или принести свой чертеж и под него будет сделана форма, если она подходит к имеющемуся оборудованию; при кажущейся однотипности оборудования, все оборудование размещается под заказ с указанием конкретного набора функций, что дает возможность избежать необоснованных затрат по сравнению с приобретением универсальных машин; у производителя на сладе нет оборудования с конкретным набором функций; каждый процесс производства той или иной формы занимает от 3 до 6 месяцев; на складе может находиться оборудование, которое не используется в производстве, поскольку в настоящее время идет расширение производства и происходит перемещение оборудования из цеха в цех; в настоящее время на Заводе практически все оборудование немецкого и японского производства, которое как правило имеет длительный срок службы при использовании оригинальных деталей, к примеру на заводе имеется оборудование 2010 и 2002 года выпуска.

Кроме того, в материалы дела представлены акты аренды оборудования, фотографии оборудования на настоящий момент (из которых видно, что оно находится в цехах и используется).

В рамках судебной экспертизы ООО «Центр экспертизы собственности» провело расчет рыночной стоимости аренды оборудования, согласно которому: рыночная стоимость на 01.12.2020 г. составила 4 272 644 руб., на 01.12.2021 г. – 3 865 739 руб. То есть, рыночная стоимость оборудования в указанные периоды даже выше, чем стоимость по договору между Обществом и ФИО8

Процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение эксперта соответствует предъявляемым законом требованиям, содержит сведения о примененных методах исследования и выводы по поставленному судом вопросу.

Оснований сомневаться в обоснованности выводов эксперта у суда не имеется. Заключение эксперта сторонами не опровергнуто.

Таким образом, экспертиза подтвердила, что встречное предоставление завода за арендуемое оборудование в виде арендной платы, являлось рыночным, разумным и незавышенным.

Доводы истцов о том, что в качестве убытков должна учитываться разница, возникшая за счет НДС, подлежит отклонению.

Стоимость аренды оборудования по договору (без НДС) - 3 580 000 руб.

Разница стоимости аренды (за счет НДС) за 2021 год – 19 463,33 руб. в месяц (что составляет 0,54% от стоимости аренды) или 214 096,63 руб. за 2021. Разница стоимости аренды за 2022 год – 358 550,83 руб. в месяц (что составляет 10% от стоимости аренды) или 4 661 160,79руб. за 2022 год.

С учетом того, что разница между ценой аренды, установленной экспертным заключением, и ценой, уплаченной АО «Завод Протей» ФИО8 составляет 0,54% в 2021 году и 10% в 2022 году, указанная никак не может быть признана заключением (исполнением) сделки на невыгодных для АО «Завод Протей» условиях, а, следовательно, как в действиях руководителя АО «Завод Протей», так и в действиях ФИО8 отсутствует один из обязательных для взыскания убытков элемент – неправомерное (неразумное) действие ответчиков. С учетом изложенного, по рассматриваемому требованию истцов отсутствует обязательный состав убытков - сам факт причинения убытков, и виновные действия ответчиков, вызвавшие причинение убытков.

Кроме того, акционеры рассматривают в качестве убытков все выплаты ФИО8 за пользование принадлежащими ему товарными знаками на общую сумму 182 000 000 руб.

Как следует из материалов дела, ФИО8 принадлежат товарные знаки:

- товарный знак «ПРОТЕЙ PROTEY» по свидетельству РФ № 425871 с приоритетом от 19 ноября 2009 г. в отношении товаров, предусмотренных 06; 20 классами МКТУ, и 4 услуг, предусмотренных 39 классом МКТУ, согласно перечню, указанному в свидетельстве, далее «Товарный знак 1»;

- товарный знак «ПРОТЕЙ» по свидетельству РФ № 463079 с приоритетом от 15 августа 2011 г. в отношении товаров, предусмотренных 06; 16; 20 классами МКТУ, и услуг, предусмотренных 39 классом МКТУ, согласно перечню, указанному в свидетельстве, далее «Товарный знак 2»;

- товарный знак: ПРОТЕЙ PROTEY по свидетельству РФ №425872 с приоритетом от 19.11.2009 г в отношении товаров, предусмотренных 06; 20 классами МКТУ, и услуг, предусмотренных 39 классом МКТУ, согласно перечню, указанному в свидетельстве, далее «Товарный знак 3»;

- товарный знак: PROTEY по свидетельству РФ №753207 с приоритетом от 26.09.2019 г в отношении товаров, предусмотренных 06;16; 20 классами МКТУ, и услуг, предусмотренных 39 классом МКТУ, согласно перечню, указанному в свидетельстве, далее «Товарный знак 4».

Факт принадлежности ФИО8 указанных товарных знаков подтверждается представленными в дело свидетельствами о регистрации товарных знаков.

Между ИП ФИО8 (лицензиар) и Обществом (лицензиат) заключен лицензионный договор об использовании товарного знака от 01.11.2019.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1489 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на товарный знак (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования товарного знака в определенных договором пределах с указанием или без указания территории, на которой допускается использование, в отношении всех или части товаров, для которых зарегистрирован товарный знак.

Факт использования АО «Завод Протей» товарных знаков подтверждается представленными в дело актами об использовании товарных знаков, отчетами лицензиата.

Так же факт использования товарных знаков подтверждается показаниями руководителя технической службы АО «Завод Протей» ФИО13, который показал, что на всех пресс-формах, используемых в предпринимательской деятельности АО «Завод Протей», кроме части давальческих пресс-форм, нанесены товарные знаки, используемые по лицензионному договору с ИП ФИО8 Они нанесены на внутренние детали оборудования и не могут быть удалены, без выхода из строя оборудования. Товарные знаки наносятся на прессформы с целью идентификации продукции на рынке и защиты от подделок.

Таким образом, материалами дела подтвержден факт использования товарных знаков, принадлежащих ФИО8, в разумных деловых целях.

Обществом в материалы дела были представлена информация бухгалтерского учета, в соответствии с которой осуществлялся расчет суммы вознаграждения ФИО8: список давальческих пресс-форм, развернутые данные по реализации продукции без товарного знака по месяцам и с разбивкой пот номенклатурным позициям, сводные данные о реализации продукции без товарного знака, подробный расчет роялти с учетом реализации продукции как с товарным, так и без товарного знака.

Согласно указанным документам сумма излишних выплат ФИО8 за весь спорный период составила 664 911 руб. 51 коп. При этом при расчете роялти за ноябрь 2024 года была учтена и скорректирована переплата по договору в размере 594 102 руб. 66 коп. за январь 2021 года (отчет лицензиата имеется в материалах дела).

С учетом указанной корректировки на момент составления отзыв сумма переплаты по договору за весь спорный период составляет 70 808 руб. 85 коп.

При этом и указанная сумма не может быть признана убытками по следующим основаниям.

Как следует из отчетов лицензиата, сумма роялти исчисляется от суммы реализации товара, то есть, на основании данных бухгалтерского учета. В связи с этим расчет роялти и формирование отчетов лицензиата производится бухгалтерией завода. В связи с большим объемом реализации при расчетах иногда могут возникать ошибки. Однако, во-первых, указанные ошибки в последующем при выявлении корректируются, а, во-вторых, они являются именно ошибками, а не намеренным искажением данных. В связи с этим в указанных ошибках отсутствует критерий убытков – умышленные неправомерные действия ответчиков.

Более того, в рассматриваемой ситуации речь идет не о убытках завода, а о неосновательном обогащении ФИО8 за счет переплаты, то есть, о требованиях, которые акционеры от лица завода заявлять не уполномочены.

Таким образом, предоставление права пользования товарными знаками полностью соответствует действующему законодательству Российской Федерации, товарные знаки используются в деятельности завода, направленной на извлечении прибыли, а встречное исполнение в виде роялти является разумным и обоснованным. Следовательно, в действиях ответчиков отсутствует факт причинения убытков и неправомерность действий ответчиков, являющиеся необходимым основанием взыскания убытков.

Очевидно, что обе сделки (аренда оборудования и лицензионный договор по товарным знакам) совершены в целях осуществления заводом деятельности, направленной на извлечение прибыли, носили разумный характер, не только не противоречили, но и соответствовали интересам общества.

Довод, что сделки совершены на невыгодных условиях опровергается имеющимися в деле доказательствами.

Более того, обе указанные сделки (их условия и цена) были одобрены Советом директоров общества, что так же свидетельствует об отсутствии противоправных действий ответчиков при исполнении указанных сделок.

При этом судом учтено, что в одобрении указанных сделок принимали участие (как члены Совета директоров) трое из лиц, являющихся истцами по настоящему иску (ФИО5, ФИО2 и ФИО15)., а акционер ФИО1 является супругой ФИО16, а, следовательно, не могла (как афиллированное с ним лицо) не знать об указанных сделках. Следовательно, четверо из семи истцов по настоящему иску были осведомлен о сделках и их условиях. Более того, ФИО15 в 2021 году (то есть, в пределах заявленного периода убытков) был единоличным исполнительным органом АО «Завод Протей». ФИО5, ФИО2 и ФИО15 были участниками Совета директоров вплоть до 2023 года (то есть, на протяжении всего спорного периода). Между тем, до момента обращения с рассматриваемым иском ни одно из указанных лиц не обращалось ни в Совет директоров, ни к руководителю АО «Завод Потей» с вопросом о прекращении сделок. Более того, ФИО15 в период его руководства юридическим лицом так же не прекратил сделки.

С учетом изложенного, установив признаки недобросовестности и неразумности в действиях ответчиков в части погашения налоговой задолженности перед ИФНС России № 16 по г. Москве за ООО «Протей» в рамках дела о банкротстве, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование законных представителей Общества о взыскании с ответчиков в солидарном порядке убытков в размере 31 374 648 руб. 88 коп. В остальной части заявленные исковые требований удовлетворению не подлежат.

Как разъяснено в пункте 32 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В настоящем случае ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 как акционерами Общества предъявил иск в интересах ОА «Завод протей».

Таким образом, денежные средства в размере 31 374 648 руб. 88 коп подлежат взысканию в пользу Общества.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика в соответствии с ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ, часть 5 статьи 3 АПК РФ, статьи 323, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

С учетом положений части 4 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины в рассматриваемом случае подлежат возмещению в пользу процессуальных истцов – акционеров Общества, в интересах которого подано рассматриваемое исковое заявление.

Для определения разумности размера арендной платы за аренду оборудования, арендованного акционерным обществом «Протей» у индивидуального предпринимателя ФИО8 определением Арбитражного суда Калужской области от 19.08.2024 по делу была назначена судебная экспертизы, проведение которой было поручено эксперту ООО «Центр независимой экспертизы собственности» ФИО14. В определении суд установил стоимость экспертизы в размере 480 000 (четыреста восемьдесят тысяч) рублей.

Денежные средства для оплаты экспертизы внесены на депозитный счет Арбитражного суда Калужской области ФИО1 в размере 600 000 руб. по платежному поручению №16 от 25.03.2024.

В соответствии со статьей 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проведение экспертизы подлежит оплате путем перечисления денежных средств на счет учреждения, вопрос об оплате разрешен отдельным судебным актом.

Поскольку в удовлетворении исковых требований в части взыскания убытков в виде оплаты арендных платежей отказано, оснований для отнесения на ответчиком судебных расходов на проведение судебной экспертизы не имеется.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу акционерного общества «Завод Протей» (ИНН <***>) денежные средства в сумме 31 374 648 руб. 88 коп.

Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу ФИО1 государственную пошлину в сумме 2 959 руб. 70 коп.

Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу ФИО2 государственную пошлину в сумме 2 959 руб. 70 коп.

Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу ФИО3 государственную пошлину в сумме 2 959 руб. 70 коп.

Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу ФИО4 государственную пошлину в сумме 2 959 руб. 70 коп.

Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу ФИО5 государственную пошлину в сумме 2 959 руб. 70 коп.

Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу ФИО6 государственную пошлину в сумме 2 959 руб. 70 коп.

Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО9 в пользу ФИО7 государственную пошлину в сумме 2 959 руб. 70 коп.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Возвратить ФИО1 с депозитного счета Арбитражного суда Калужской области денежные средства в сумме 120 000 руб., перечисленные по платежному поручению №16 от 25.03.2024.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

Судья Е.В. Иванова