СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Томск Дело № А45-10761/2025
Резолютивная часть постановления объявлена 23.12.2025.
В полном объеме постановление изготовлено 24.12.2025.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего
ФИО1,
судей
ФИО2
ФИО3
при ведении протокола судебного заседания секретарем Колеговой В.Г. рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4, ФИО5 (№ 07АП-7852/2025) на решение от 17.11.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-10761/2025 (судья Кыдырбаев Ф.А.) по иску ФИО6 и ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5 и общества с ограниченной ответственностью «Династия» (ИНН <***>) по обязательствам – общества с ограниченной ответственностью «Династия» (ИНН <***>),
В судебном заседании приняли участие:
от истца ФИО6: ФИО8, доверенность от 20.08.2024, паспорт, удостоверение адвоката (посредством веб-конференции); ФИО9, доверенность от 11.07.2025, паспорт, диплом (в здании суда);
от истца ФИО7: ФИО8, доверенность от 09.08.2025, паспорт, удостоверение адвоката (посредством веб-конференции);
от ответчика ФИО4: ФИО10, доверенность от 15.12.2025, паспорт, диплом (посредством веб-конференции);
от иных лиц: без участия (извещены).
УСТАНОВИЛ:
ФИО6 и ФИО7 обратились в арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5 и общества с ограниченной ответственностью Династия» (ИНН <***>) по обязательствам – общества с ограниченной ответственностью «Династия» (ИНН <***>).
Решением от 17.11.2025 Арбитражного суда Новосибирской области исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал солидарно с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО6 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности денежные средства в размере 1 798 777,61 руб.; солидарно с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО7 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в размере 453 266,02 руб. В удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.
Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО4, ФИО5 обратились с апелляционной жалобой (с дополнением к ней), в которой просили решение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
В обоснование апелляционной жалобы указано, что в отсутствие достоверно установленного факта прекращения деятельности применение к обществу правового режима «фактически недействующего юридического лица» неправомерно. В настоящий момент оплачиваются налоги, очередность уплаты которых является более преимущественной, чем задолженность перед истцами. Исходя из бухгалтерской отчетности, не усматривается наличия каких-либо активов до момента начала спора, то есть в период до 2022 года, что свидетельствует об отсутствии факта вывода активов должника, и как следствие совершение сделок, направленных на нарушение прав кредиторов. На момент заключения договоров (2020 год) ООО «Династия» входило в реестр субъектов малого и среднего предпринимательства (МСП). Согласно действующему законодательству, к таким субъектам применяется специальный упрощенный порядок ведения кассовых операций. В частности, они имеют право не устанавливать лимит остатка наличных денег в кассе, а значит, не обязаны ежедневно сдавать всю наличную выручку в банк. Таким образом, хранение в кассе денежных средств, полученных от клиентов, в том числе от истцов, само по себе не является нарушением закона для субъекта МСП. Судом допущено существенное нарушение норм процессуального права, выразившееся в несоблюдении правил о преюдициальности установленных обстоятельств. ФИО5 является формальным (номинальным) участником, который, владея долей, фактически не оказывал определяющего влияния на деятельность общества. Реализация участником своего законного права на выход из общества, предусмотренного статьей 26 Закона об ООО, сама по себе не является действием, причиняющим вред кредиторам.
ФИО6 и ФИО7, оспаривая доводы апелляционной жалобы, в отзыве просили оставить решение без изменения, жалобу – без удовлетворения.
ФИО5, ООО «Династия», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатами направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции представителей не направили.
В порядке части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие указанных лиц.
В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, приложенных к апелляционной жалобе.
Представитель истцов возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просил оставить решение без изменения.
Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными (часть 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд апелляционной инстанции полагает недопустимым и не отвечающим принципам равноправия сторон и состязательности арбитражного процесса действия стороны по сбору новых доказательств после вынесения обжалуемого судебного акта.
В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.
К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.
Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.
Таким образом, статья 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ограничивает право представления сторонами новых доказательств в суд апелляционной инстанции, требуя обоснования невозможности их представления в суд первой инстанции.
С учетом изложенного, апелляционный суд полагает приобщение представленных ответчиками документов к материалам дела и их оценку на стадии рассмотрения дела в апелляционном суде не соответствующим условиям применения части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
В этой связи судебная коллегия отказала в приобщении дополнительных доказательств к материалам дела, за исключением тех сведений, которые получены из общедоступных источников.
Представителем ответчика также заявлено ходатайство об отложении судебного заседания.
Рассмотрев заявленное ходатайство об отложении судебного заседания, с учетом положений статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не усмотрел объективных оснований для его удовлетворения, поскольку приведенные доводы не свидетельствуют о невозможности рассмотрения апелляционной жалобы по существу и не являются основанием для отложения судебного заседания, предусмотренным в статье 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены судебного акта.
Как следует из материалов дела, 27.04.2010 зарегистрировано ООО «Династия» (ИНН <***>), директором которого с момента создания являлась ФИО4
До 22.08.2022 в состав участников общества входили ФИО4 и ФИО5 (по 50% доли уставного капитала общества у каждого).
25.11.2020 ООО «Династия» (ИНН <***>) в лице директора ФИО4 заключило договор на оказание юридических услуг с ФИО6, получив оплату в размере 1 100 000 руб.
Кроме того, 28.12.2020 общество «Династия» (ИНН <***>) в лице ФИО4 заключило договор на оказание юридических услуг с ФИО7, получив оплату в размере 250 000 руб.
Полученные лично в качестве директора денежные средства ФИО4 не внесла в кассу ООО «Династия».
Принятые денежные средства по договорам об оказании услуг общество не отработало, что повлекло за собой их взыскание в судебном порядке.
Решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 11.01.2022, измененного определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 20.07.2022, взысканы с ООО «Династия»:
в пользу ФИО6 сумма неотработанного аванса по договору в размере 1 028 000 руб., проценты в размере 36 064,50 руб., штраф в размере 533 032,25 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 56 775 руб., всего в сумме 1 653 871,75 рублей;
в пользу ФИО7 сумма неотработанного аванса по договору в размере 250 000 руб., проценты в размере 8 770,55 руб., штраф в размере 130 385.27 руб., компенсация морального вреда в размере 2 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 25 596 руб., всего в сумме 416 751,82 руб.
Кроме того, определением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 07.03.2024 с ООО «Династия» была взыскана индексация присужденной суммы в пользу ФИО7 в размере 36 514,20 руб., в пользу ФИО6 – 144 905,86 руб.
Таким образом, в настоящее время задолженность ООО «Династия» перед ФИО6 составляет 1 798 777,61 руб., а перед ФИО7 – 453 266,02 руб.
В рамках исполнительного производства взыскание не производится из-за отсутствия имущества у должника.
Ссылаясь на недобросовестное поведение контролирующих должника лиц - ФИО4 и ФИО5, выраженное в недобросовестном и неразумном поведении, отсутствием надлежащих мер для погашения задолженности перед истцами, ФИО6 и ФИО7 обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.
В соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.
На основании пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.
Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что ФИО6 и ФИО7 наделены правом на обращение в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.
Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.
В пункте 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:
1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;
2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;
3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В рассматриваемом случае ООО «Династия» учреждено 27.04.2010, контролирующими ООО «Династия» лицами являются с момента регистрации и до настоящего момента директор общества и участник общества – ФИО4 (50% доли в уставном капитале до 24.08.2022, после 24.08.2022 – 100 %), ФИО5 (50% доли в уставном капитале до 24.08.2022).
Как правильно установлено судом первой инстанции и не оспаривается лицами, участвующими в деле, контролирующее ООО «Династия» лицо – ФИО5 является сыном ФИО4, что свидетельствует об аффилированности данных лиц по признаку близкого родства.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
В силу подпунктов 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.
В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.
В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.
Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 Постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.
К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).
Вопрос о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного 15.05.2024.
Эта позиция сводится к тому, что бремя доказывания сторонами судебного спора своих требований и возражений должно быть распределено судом так, чтобы оно было потенциально реализуемым, то есть, чтобы сторона имела объективную возможность представить необходимые доказательства. Недопустимо требовать со стороны представление доказательств определенных обстоятельств, если она не может их получить по причине их нахождения у другой стороны спора, не раскрывающей их по своей воле.
Если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, то суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.
Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела.
Эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим («брошенным»), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного и нет никаких оснований уменьшать правовую защищенность кредиторов «брошенных» юридических лиц по сравнению с кредиторами ликвидированных (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290).
Признаками недействующего юридического лица, созданного в организационно-правовой форме, предусматривающей активное участие в гражданском обороте для осуществления приносящей доход деятельности, являются следующие (пункт 1 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ)):
1) длительное (в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра) не представление документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах;
2) длительное (в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра) отсутствие операций хотя бы по одному банковскому счету.
Кроме того, во внимание могут быть приняты и иные обстоятельства, например, недостоверные сведения о юридическом лице (несоответствие фактических данных тем, что имеются в регистрационных документах).
Таким образом, кредитор «брошенного» юридического лица, обращающийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности лица, контролировавшего последнего, должен доказать следующие обстоятельства: 1) наличие и размер перед ним задолженности у юридического лица; 2) наличие у должника признаков брошенного юридического лица; 3) контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц); 4) отсутствие содействия последних в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.
Применительно к рассматриваемому случаю суд апелляционной инстанции исходит из того, что ООО «Династия» обладает признаками недействующего юридического лица, в связи с чем, судом допускается рассмотрение вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам названного общества его директора и участника ФИО5
Данные обстоятельства также подтверждаются прекращением исполнительных производств в отношении должника за невозможностью обнаружения его местонахождения, в связи с отсутствием имущества у должника; отсутствием активов у общества «Династия» (ИНН <***>), что следует из исполнительных производств №216521/22/54007-ИП от 21.10.2022, № 218286/22/54007-ИП от 26.10.2022, в рамках которых получены отрицательные ответы из учетно-регистрирующих органов (ГИБДД, Росреестр и др.); финансово-хозяйственная деятельность должником не ведется уже длительное время, движение по расчетным счетам отсутствует более года, сдается отчетность с «нулевыми» показателями.
Предоставленная в материалы дела налоговая отчетность ООО «Династия» (ИНН <***>) за 2021 год и последующие периоды прямо указывает на то, что декларируется выручка общества многократно ниже, чем получено только от одного из множества клиентов ООО «Династия» (ИНН <***>).
Проанализировав банковскую выписку движения денежных средств по расчетному счету ООО «Династия» за 2021 год суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что денежные средства поступали на счет общества лишь в размере, необходимом для оплаты налогов и обязательных платежей во внебюджетные фонды, а в случае недостаточности средств для данных целей, пополнялись наличными, посредством внесения ФИО11, что прямо свидетельствует о получении оплаты за оказанные услуги наличными деньгами.
То обстоятельство, что ООО «Династия» не исключено из ЕГРЮЛ, не является основанием для неприменения правового механизма привлечения руководителя и участника общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества по требованию его кредиторов, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных действий.
К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств настоящего дела может быть отнесено избрание контролирующим лицом такой модели ведения хозяйственной деятельности как умышленное бросание юридического бизнеса, на котором накопились долги перед гражданами, перед предстоящей ликвидацией и исключением из реестра.
Наличие неисполненных обязательств общества перед истцами подтверждено решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 11.01.2022, измененным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 20.07.2022, определением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 07.03.2024.
В ходе рассмотрения дела не представлено документов, характеризующих финансово-хозяйственную деятельность общества, не дано объяснений о причинах, по которым обязательства обществом перед кредитором не исполнялись.
Ответчики не представили доказательств того, что неисполнение судебного акта или невозможность его исполнения связаны не с тем, что общество фактически является «брошенным» юридическим лицом, а явилось следствием объективных факторов, при этом, ответчиками предпринимались действия, направленные на исполнение обязательств перед истцами.
При этом, истцы не имели возможности инициировать процедуру банкротства.
Согласно пункту 2 статьи 6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ) если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее 2 два млн. руб.
Таким образом, сумма задолженности общества перед истцами ниже порогового значения, необходимого для определения признаков несостоятельности (банкротства).
При таких обстоятельствах, с учетом конкретных обстоятельств дела, учитывая, что ответчиками не представлено документальное подтверждение принятия разумных и достаточных мер для расчетов с кредиторами, учитывая, что на протяжении длительного периода времени сложилась ситуация, при которой фактически неработающее общество не производит расчеты с кредитором, а кредитор, в свою очередь, лишен возможности защиты своих интересов иным способом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к ответственности по обязательствам общества.
Доказательства, свидетельствующие о том, что действия (бездействие) ФИО4 и ФИО5, повлекшие негативные последствия для ООО «Династия», не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в материалы дела не представлены, как и не представлено доказательств добросовестности действий и принятия всех необходимых мер для исполнения ООО «Династия» обязательств перед кредиторами (ФИО6 и ФИО7).
Принимая во внимание вышеизложенное, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Династия».
В силу пункта 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) возникает только в том случае, если она предусмотрена договором или установлена законом, в частности, при неделимости предмета обязательства.
Условием солидарной ответственности, в силу закона, является совместность причинения ими убытков. Под совместностью следует понимать действия субъектов, обусловленные общим замыслом, единой целью, скоординированные и влекущие как следствие такой координации единые имущественные последствия для юридического лица.
В соответствии с пунктом 22 Постановления № 53, в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона № 127-ФЗ и абзаца 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность перед кредитором солидарно.
Принимая во внимание, что невозможность взыскания убытков с общества обусловлена совместными действиями (бездействием) ФИО4 и ФИО5, имеются основания для применения к указанным лицам правил о солидарной ответственности.
Выводы суда в части размера субсидиарной ответственности судебная коллегия также находит правомерными.
Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.
Обстоятельства дела установлены судом первой инстанции верно и в полном объеме. Выводы суда сделаны на основе верной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для их иной оценки апелляционным судом, в зависимости от доводов апелляционной жалобы, не имеется.
Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.
Руководствуясь статьями 110, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение от 17.11.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-10761/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства
в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев
со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.
Председательствующий
ФИО1
Судьи
ФИО2
ФИО3