СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-7470/2025(1)-АК

г. Пермь

25 декабря 2025 года Дело № А60-42875/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 декабря 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Чухманцева М.А.,

судей Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 07 августа 2025 года

по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего должника о признании сделки по передаче денежных средств согласно расписке от 23.04.2024 недействительной,

вынесенное в рамках дела № А60-42875/2024

о признании ФИО2 несостоятельной (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчика: ФИО3;

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4, ФИО5, ООО «Априори»,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2025 принято к производству заявление ФИО2 о признании ее несостоятельной (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.10.2024 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1, член Ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

11.11.2024 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой передачи должником денежных средств в размере 1 804 966 руб. согласно расписке от 23.04.2024 ФИО3, применении последствий недействительности в виде взыскания с ответчика денежных средств в указанном размере по основаниям, установленным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Ответчиком в материалы дела представлен отзыв на заявление, полагает требования не подлежащими удовлетворению, поскольку сторона заявителя получила встречное предоставление по сделке в виде товарно-материальных ценностей ООО «Априори», а также заказов на проведение праздничных мероприятий.

От третьих лиц ФИО4 и ФИО5 поступили пояснения, согласно которым ФИО4 приобрела у ФИО3 коммерческое обозначение «Априори», предполагая покупку всего бизнеса, далее ФИО4 работала в помещении, которое ранее занимало ООО «Априори», при этом совместной деятельностью с ФИО2 не занималась. ФИО5 указывает, что не вела предпринимательскую деятельность вместе с ФИО4 и ФИО2, работает в медицинской сфере, передала денежные средства ФИО3 для покупки бизнеса.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.08.2025 (резолютивная часть от 21.07.2025) сделка о передаче денежных средств, согласно расписке от 23.04.2024 признана недействительной; в остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении требований.

Заявитель в жалобе, ссылаясь на фактические обстоятельства спора, пояснения сторон, данных при проведении проверки по заявлению ФИО3 (КУСП № 10359 от 25.06.2024), в рамках гражданского дела, рассмотренного в Ленинском районном суде, а также в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, отмечает, что можно сделать вывод о том, что стороны фактически имели намерение заключить договор простого товарищества. Выводы суда первой инстанции основаны на неверном толковании норм права, поскольку не содержат опровержения позиции заявителя, кроме того, суд первой инстанции не исследовал и не запросил иные доказательства, на отсутствие которых сослался в обжалуемом определении.

От ответчика ФИО3 поступил отзыв об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке статьи 266, статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Априори» (ИНН <***>) зарегистрировано 14.10.2016. Единственным участником и директором общества является ФИО3.

Основной вид деятельности общества – производство прочей верхней одежды, дополнительные: производство готовых текстильных изделий, кроме одежды; производство нетканых текстильных материалов и изделий из них, кроме одежды; производство прочих текстильных изделий, не включенных в другие группировки; производство прочей одежды и аксессуаров одежды; производство прочих вязаных и трикотажных изделий; торговля оптовая одеждой и обувью; торговля розничная одеждой в специализированных магазинах; деятельность в области исполнительских искусств; деятельность вспомогательная, связанная с исполнительскими искусствами.

ФИО2 по расписке от 23.04.2024 переданы ФИО3 денежные средства в размере 1 804 966 руб. в счет доли бренда – Априори, из которых 16.02.2024 внесено 1 250 000 руб., март 2024 внесено 554 966 руб.

Ссылаясь на то, что договор не заключен, так как не определен предмет договора и его существенные условия; указанная сделка является ничтожной, так как предмет договора - «Бренд», является объектом интеллектуальной собственности, права на который подлежат регистрации, продавец свое право не зарегистрировал; указанная сделка является оспоримой, поскольку стороны сделки не являются субъектами предпринимательской деятельности по смыслу части 3 статьи 1027 ГК РФ при заключении договора коммерческой концессии, в нарушение пункта 1 статьи 168 ГК РФ; полагая, что указанная сделка совершена в отсутствие встречного предоставления, финансовый управляющий обратился с заявлением о признании сделки недействительной применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО3 указывала, что предметом договора являлось коммерческое обозначение «Априори» - бренд, являющийся средством индивидуализации самой организации, как совокупности имущества. Процедура регистрации коммерческого обозначения не предусмотрена в законодательстве. .Коммерческое обозначение, как предмет гражданско-правовых отношении, является более узким понятием по отношению к понятию «Бренд», не является объектом интеллектуальной собственности, однако входит в вышеуказанное понятие. Исключительное право на коммерческое обозначение по закону, принадлежит юридическому лицу, ведущему реальную деятельность, или ИП, в данном случае исключительное право на Коммерческое обозначение «Априори» принадлежало ООО «Априори», где ответчик являлась учредителем и генеральным директором, имеющим право действовать от имени ООО «Априори». Исключительное право на коммерческое обозначение может перейти к другому лицу (в том числе по договору, в порядке универсального правопреемства и по иным основаниям, установленным законом) только в составе предприятия, для индивидуализации которого такое обозначение используется. Сделка купли-продажи коммерческого обозначения «Априори», породила права и обязанности сторон, установленные юридическими фактами, и не только в отношении должника ФИО2, а еще в отношении ФИО5 и ФИО4, последняя, как участник сделки, зарегистрировала для этих целей ИП, в рамках которого заявитель ФИО2 осуществляла использование купленной ею доли «бренда» «Априори», в виде коммерческого обозначения при осуществлении предпринимательской деятельности. Покупатели ФИО5, ФИО4 и ФИО2 согласились со стоимостью продаваемого Коммерческого обозначения - 9 000 000,00 руб., оплата по договору по договоренности производится в рассрочку до конца сентября 2024г. При продаже Коммерческого обозначения, вышеуказанным лицам были переданы, в том числе: офис по ул.Исетская, 37 в г.Каменске-Уральском (ИП ФИО4 заключила договор аренды и охраны), клиентская база с заключенными и частично исполненными договорами, в том числе ФИО6 и ФИО7

Квалифицировав правоотношения, как отношения, направленные на заключение договора простого товарищества, а не на отчуждение имущества без встречного предоставления, суд первой инстанции признал сделку о передаче денежных средств, согласно расписке от 23.04.2024, недействительной, не установив оснований для применения последствий в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в сумме 1 804 966 руб.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд усматривает основания для изменения принятого судебного акта в связи со следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу части 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно абзацу четвертому пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 Постановления №63).

Таким образом, в предмет доказывания при оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомлённости другой стороны сделки об указанной цели должника на момент её совершения.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что производство по делу о банкротстве должника возбуждено 13.08.2024, оспариваемая сделка совершена 23.04.2024, то есть в пределах периода подозрительности, определенного как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий указывал на факт отсутствия равноценного встречного предоставления по сделке со стороны ответчика в пользу должника.

В силу статьи 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Ответчик в возражение заявленных требований пояснила, что ООО «Априори» занимается организацией свадеб, праздников в г. Каменск-Уральском. В сентябре 2023 года ФИО3 приняла решение закончить предпринимательскую деятельность, в связи с чем опубликовала в социальной сети сообщение о продаже бизнеса «Априори», предполагая продать клиентскую базу и исполнение уже заключенных договоров на организацию различных мероприятий. После опубликования сообщения к ФИО3 обратились ФИО2, ФИО4, ФИО5 с целью заключения договора. 24.01.2024 ответчиком для ведения предпринимательской деятельности под обозначением «Априори» с ФИО5, ФИО4 и ФИО2 был фактически заключен устный договор (купли-продажи) о приобретении коммерческого обозначения «Априори». Письменный договор планировали подготовить, составить и подписать 02.05.2024, где указать все нюансы в том числе акты передачи материальных и нематериальных активов. Покупатели ФИО5, ФИО4 и ФИО2 согласились со стоимостью продаваемого Коммерческого обозначения в размере 9 000 000,00 руб. ФИО2, ФИО4 и ФИО5 передали денежные средства для участия в общем деле, а ФИО3 предоставила коммерческое обозначение «Априори», клиентскую базу, доступ к оборудованию и заключенным договорам. В подтверждение встречного предоставления ссылается на представленные ею в материалы дела инвентаризационные описи, квитанции об оплате услуг, договор аренды помещения. Получение денежных средств в счет стоимости бренда ответчиком подтверждается составленными ею соответствующими расписками.

Ответчик также указал на то, что предметом договора являлось коммерческое обозначение «Априори» - бренд, являющийся средством индивидуализации самой организации, как совокупности имущества; исключительное право на коммерческое обозначение по закону, принадлежит юридическому лицу, ведущему реальную деятельность, или ИП, в данном случае исключительное право на Коммерческое обозначение «Априори» принадлежало ООО «Априори», где ответчик являлась учредителем и генеральным директором, имеющим право действовать от имени ООО «Априори». Исключительное право на коммерческое обозначение может перейти к другому лицу только в составе предприятия, для индивидуализации которого такое обозначение используется.

Кроме того, ответчик ссылается на то, что органами полиции были проведены проверки по заявлениям ответчика к ФИО2, ФИО4, ФИО5 и по заявлениям клиентов ООО «Априори» по факту покушения на мошеннические действия указанными лицами; ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО5 были опрошены по вопросам, связанным с заключением сделки по продаже бренда «Априори», вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Также ссылается на материалы гражданского дела №2-5814/2024 Ленинского районного суда г. Перми, в котором имеются договор аренды на помещение, заключенный ИП ФИО4 для осуществления предпринимательской деятельности под коммерческим обозначением «Априори», совместно с ФИО2, ФИО5, а также ответ охранного предприятия с указанием лиц, допущенных в арендованное помещение с правом постановки и снятия помещения под охрану, среди которых отсутствует ФИО3

Судом первой инстанции установлено, что во исполнение заключенного сторонами устного договора купли-продажи коммерческого обозначения «Априори» для ведения предпринимательской деятельности не представлено каких-либо подписанных со всех сторон актов передачи имущества ООО «Априори», договоров на оказание услуг, клиентской базы; представленные ФИО3 в материалы дела инвентаризационные описи имущества ООО «Априори», базы клиентов, списка имущества, переданного ФИО2, ФИО4, ФИО5 составлены в одностороннем порядке.

Из пояснений должника следует, что ею денежные средства по расписке от 23.04.2024 переданы ФИО3, должник планировала заниматься изготовлением и продажей аксессуаров для праздников на базе ООО «Априори», но в результате никаких материальных ценностей от ответчика не получала, в состав участников ООО «Априори» как совладелец бизнеса не включена.

ФИО4, ФИО5 представлены письменные пояснения, согласно которым ФИО4 приобрела у ФИО3 коммерческое обозначение «Априори», предполагая покупку всего бизнеса, далее ФИО4 работала в помещении, которое ранее занимало ООО «Априори», при этом совместной деятельностью с ФИО2 не занималась. ФИО5 указывает, что не вела предпринимательскую деятельность вместе с ФИО4 и ФИО2, работает в медицинской сфере, передала денежные средства ФИО3 для покупки бизнеса.

Из вышеуказанного следует, что ФИО2, ФИО4, ФИО5, ознакомившись с объявлением в социальной сети передали денежные средства ФИО3, полагая что приобретают бизнес – ООО «Априори», что согласно положениям Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам на основании сделки.

Судом принято во внимание, что ИП ФИО4 заключила договор аренды на помещение ООО «Априори», далее стали заключать договоры на проведение праздничных мероприятий, что следует в частности из квитанций об оплате услуг, представленных в материалы дела как от ООО «Априори», так и от ИП ФИО4, ФИО5 Также представлено заявление от швеи-закройщика по устройству на работу к ИП ФИО4 от 19.02.2024.

Также имеется ответ ООО «Зеленый отель» о том, что от ООО «Априори» организатора свадеб ФИО5 поступала предоплата за свадебный банкет в мае 2024 года.

При этом ФИО3 каких-либо действий по изъятию печатей, иного имущества ООО «Априори» из арендуемого помещения не предпринимала. Какой-либо договор о продаже ООО «Априори» сторонами не заключался. При этом квитанции от имени ООО «Априори» оформлены в том числе ФИО3 (от 14.02.2024).

Из представленного в материалы дела ФИО3 скриншота из переписки следует, что ФИО4 сообщает о том, что далее не будет заниматься этим бизнесом.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства, с учетом позиции финансового управляющего суд первой инстанции пришел к выводу, что стороны фактически имели намерение заключить договор простого товарищества.

Вместе с тем, судебная коллегия считает, что не имеется оснований для квалификации отношений, возникших между ФИО2, ФИО4, ФИО5 как отношений нескольких лиц (товарищей) (глава 55 Гражданского кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1041 Гражданского кодекса по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Таким образом, существенными условиями этого договора являются совместные действия, направленные на достижение общей цели, и соединение участниками товарищества своих вкладов. Кроме того, при ведении общих дел и в отношениях с третьими лицами участники простого товарищества действуют совместно (статья 1044 Гражданского кодекса).

В силу пункта 2 статьи 1041 сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

В рассматриваемом случае у ФИО2, ФИО5 отсутствует статус индивидуального предпринимателя.

Кроме того, из пояснений ФИО4, ФИО5 следует, что совместной деятельностью c ФИО2 не занимались; из пояснений финансового управляющего ФИО2 следует, что должник не имела никаких коммерческих связей с ФИО4, ФИО5, между ними не заключены никакие соглашения о коммерческой деятельности, а также они не являются участниками совместного юридического лица; из пояснений ФИО2 следует, что на момент заключения вышеуказанного устного договора с ФИО3 должник уволилась с постоянного места работы и подрабатывала у ИП ФИО4 по гражданско-правовому договору, оформила статус самозанятого гражданина.

В данном случае, должник не принимала на себя обязательств о совершении тех или иных конкретных действий совместно с иными сторонами для извлечения прибыли или достижения иной цели, денежные средства были переданы ответчику за покупку доли в бизнесе, регистрация, либо выдел которой так и не произошли, в связи с чем на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в спорной сумме.

При оценке представленных в дело доказательств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", поскольку перечисление денежных средств в размере 1 804 966 руб. в адрес ФИО3 произведено при отсутствии встречного исполнения обязательств в пользу ФИО2

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает доводы ответчика о наличии с его стороны встречного предоставления в указанном размере необоснованными.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о доказанности совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Ответчиком указанные обстоятельства, соответствующими материалам дела, не опровергнуты.

При признании сделки недействительной подлежат применению последствия ее недействительности.

Пунктом 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве)

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Ввиду отсутствия встречного предоставления по сделке с ФИО3 в пользу ФИО2 подлежат взысканию денежные средства в размере 1 804 966 руб., переданные должником в пользу ФИО3 согласно расписке от 23.04.2024.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.08.2025 подлежит изменению в связи с неполным выяснением судом обстоятельств спора, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам (п.п. 1, 3 части 1 статьи 270 АПК РФ).

В порядке статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение иска и апелляционной жалобы подлежат отнесению на ответчика, поскольку апелляционная жалоба финансового управляющего удовлетворена.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07 августа 2025 года по делу № А60-42875/2024 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

«Признать недействительной сделку по передаче ФИО2 денежных средств в размере 1 804 966 руб. в пользу ФИО3 согласно расписке от 23.04.2024.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ФИО2 денежных средств в размере 1 804 966 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 49574 руб. государственной пошлины.»

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.А. Чухманцев

Судьи

Т.Ю. Плахова

М.С. Шаркевич