СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-1009/2025-ГК

г. Пермь

13 марта 2025 года Дело № А60-41199/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 марта 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей Назаровой В.Ю., Яринского С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шималиной Т.В.,

при участии:

от истца, акционерного общества «Уральская фольга»: ФИО1 по доверенности от 09.09.2024, диплом, паспорт; ФИО2 по доверенности от 10.01.2023, диплом, паспорт;

от ответчика, акционерного общества «Регионгаз–Инвест»: ФИО3 по доверенности от 13.01.2025, диплом, паспорт,

в отсутствие представителей третьих лиц, извещенных о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, акционерного общества «Уральская фольга»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 26 декабря 2024 года

по делу № А60-41199/2024

по иску акционерного общества «Уральская фольга» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к акционерному обществу «Регионгаз–инвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третьи лица: публичное акционерное общество «Нефтяная компания «Роснефть» (ИНН <***>, ОГРН <***>), акционерное общество «Объединенная компания РУСАЛ – Торговый дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>), публичное акционерное общество «Газпром» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Екатеринбург» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

о взыскании суммы неосновательного обогащения,

установил:

Акционерное общество «Уральская фольга» (далее – АО «Уральская фольга») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с акционерного общества «Регионгаз–инвест» (далее – АО «Регионгаз–инвест») неосновательного обогащения в размере 2 151 923 руб. 80 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечены публичное акционерное общество «Нефтяная компания «Роснефть» (далее – ПАО «НК «Роснефть»), акционерное общество «Объединенная компания РУСАЛ – Торговый дом» (далее – АО «ОК РУСАЛ ТД»), публичное акционерное общество «Газпром» (далее – ПАО «Газпром»), общество с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Екатеринбург» (далее – ООО «Газпром Трансгаз Екатеринбург»).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2024 в иске отказано.

Не согласившись с принятым по делу решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы истец приводит доводы о том, что надлежащий плательщик за транспортировку газа по газопроводу-отводу Арги-Михайловск-Н.Серьгн определен судебными актами по делам № А60-1607/2023, № А40-35711/2024, № А40-35781/2024 и им является ПАО НК «Роснефть». По мнению заявителя жалобы, обязанность по оплате транспортировки газа у АО «Уральская фольга» возникает только после перехода права собственности на газ в точке распределения поставки газа, которая определена как ГРС г. Мнхайловск. С учетом изложенного, как полагает истец, в силу действующего законодательства у АО «Регионгаз-инвест» отсутствовали установленные законом основания для направления в адрес АО «Уральская фольга» договора на транспортировку газа № 699/21 от 28.12.2021 и его заключения. АО «Уральская фольга» полагает, что в данном случае суд первой инстанции применил принцип эстоппель, оценив лишь поведение истца в отрыве от поведения ответчика, при этом само по себе предъявление АО «Уральская фольга» основанных на законе требований не может свидетельствовать о противоречивом поведении.

Возражая на доводы апелляционной жалобы, ответчик и третье лицо, ПАО «НК «Роснефть», в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направили отзывы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители истца с решением суда первой инстанции не согласились, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержали в полном объеме, просили решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ответчика в заседании апелляционного суда указал на законность и обоснованность обжалуемого решения, просил оставить его без изменения по изложенным в отзыве основаниям, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Привлеченные к участию в деле третьи лица, извещённые надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между истцом (заказчиком) и ответчиком (исполнителем) заключен договор № 699/21 оказания услуг по транспортировке газа по магистральному газопроводу-отводу от 28.12.2021, по условиям которого исполнитель обязуется в период с 01.01.2022 по 31.12.2022 оказать, а заказчик – оплатить услуги по транспортировке газа по газопроводам-отводам в согласованных объемах. Наименование газопровода: Газопровод-отвод «Арти-Михайловск-Нижние Серги I этап, I и II пусковой комплекс». Объем – 25,35 млн. куб.м.

Газ считается принятым для транспортировки с момента его поступления в газопровод-отвод «Арти-Михайловск-Нижние Серьги I этап, I и II пусковой комплекс» (пункт 2.2 договора).

Газ считается протранспортированным исполнителем, а услуга по транспортировке газа оказанной потребителю с момента выхода газа из газораспределительной станции (ГРС г. Михайловск) (пункт 2.3 договора).

Согласно соглашению о расторжении от 01.07.2022 договор № 699/21 от 28.12.2021 расторгнут с 01.07.2022.

Основанием для расторжения договора № 699/21 от 28.12.2021 явилась передача объекта газотранспортной системы магистрального газопровода-отвода Арти-Михайловск-Нижние Серги от ответчика во временное пользование ГУП Свердловской области «Газовые сети» (письмо от 30.06.2022 № 01-01/2329).

Услуги по транспортировке газа по договору № 699/21 от 28.12.2021 оплачены согласно платежным поручениям № 883 от 25.02.2022 на сумму 382 605 руб. 97 коп., № 1487 от 30.03.2022 на сумму 329 164 руб. 20 коп., № 2047 от 28.04.2022 на сумму 374 767 руб. 44 коп., № 255 от 30.05.2022 на сумму 333 289 руб. 69 коп., № 3137 от 29.06.2022 на сумму 371 587 руб. 58 коп., № 3672 от 29.07.2022 на сумму 360 508 руб. 92 коп.

Итого по договору № 699/21 от 28.12.2021 оплачено за услуги транспортировки газа 2 151 923 руб. 80 коп., в том числе НДС.

Между истцом (принципалом) и АО «ОК РУСАЛ ТД» (агентом) заключен агентский договор № УФ/260-19 от 27.09.2019, в соответствии с условиями которого агент обязуется по поручению принципала за вознаграждение совершать от своего имени и за счет принципала, а по указанию принципала от его имени и за его счет сделки по приобретению сырья, материалов, топлива, газа, запасных участей и оборудования.

Между ООО «Нефтегазовая компания ИТЕРА» (поставщиком) и ОАО «ОК РУСАЛ ТД» (покупателем) заключен договор поставки газа № 10-068/14 от 23.05.2014.

Согласно пункту 2 дополнительного соглашения № 100016/05623Д007 от 30.12.2021 к договору поставки газа № 10-068/14 от 23.05.2014 в период с 01.01.2022 по 31.12.2022 поставщик обязуется поставить, а покупатель обязуется принять и оплатить газ горючий природный в точке поставки ГРС г. Михайловск.

В соответствии с пунктом 2 дополнительного соглашения № 100016/05623Д007 от 30.12.2021 к договору поставки газа № 10-068/14 от 23.05.2014 (соглашение № 100016/05623Д о перемене лица в обязательстве от 23.08.2016), заключенному между ПАО «НК Роснефть» (поставщик) и АО «ОК РУСАЛ ТД» (покупатель) точка поставки газа – ГРС г. Михайловск.

Пунктом 3.2 договора поставки газа предусмотрено, что передача газа, а также переход права собственности на газ и соответствующих рисков осуществляется в точках поставки газа (выход ГРС), перечень которых указан в дополнительном соглашении № 1, являющимся неотъемлемой частью договора.

Таким образом, по мнению истца, поставка газа в период с 01.01.2022 по 31.12.2022 осуществлялась ПАО «НК Роснефть» по договору поставки газа № 10-068/14 от 23.05.2014.

Истец полагает, что на оказание услуг по транспортировке газа между АО «Уральская фольга» (заказчик) и АО «Регионгаз-инвест» (исполнитель) в период с 28.12.2021 по 01.07.2022 было заключено два договора с одинаковым предметом: № 699/21 от 28.12.2021 и № 647/21 от 29.12.2021, однако, по договору № 699/21 от 28.12.2021 осуществлялась транспортировка газа, собственником которого АО «Уральская фольга не является, а по договору № 647/21 от 29.12.2021 осуществляется транспортировка газа, собственником которого является АО «Уральская фольга».

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что фактически поставлялся один объем газа, а по документам транспортировался объем газа в два раза больше, то есть ответчик взимал плату дважды за одну и ту же услугу, первая оплата была включена в оплату по договору № 699/21 от 28.12.2021, вторая – в оплату по договору № 647/21 от 29.12.2021.

По мнению истца, обязанность по оплате транспортировки газа у АО «Уральская фольга» возникает только после перехода права собственности на газ в точке распределения поставки газа, которая определена в пункте 3.2 договора поставки газа № ГПН-19/01200/02491/д/11-078/19 от 28.08.2019 и является ГРС г. Михайловск. Как указывает истец, произвольное установление обязанности по оплате транспортировки газа (учитывая, что договор транспортировки газа является публичным и ответчик является субъектом естественных монополий) не собственником газа, является недопустимым, сама по себе транспортировка газа до возникновения права собственности на газ, не является основанием для взимания платы, основания для заключения договора на транспортировку газа № 699/21 от 28.12.2021 у ответчика отсутствовали.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с рассматриваемым иском, в удовлетворении которого суд первой инстанции отказал.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, выслушав в судебном заседании пояснения представителей сторон, оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд апелляционной инстанции оснований для удовлетворения жалобы не установил.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения необходимо установить факт неосновательного обогащения в виде приобретения или сбережения ответчиком чужого имущества, отсутствие оснований, дающих потребителю право на получение имущества потерпевшего.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, правомерным признается вывод суда первой инстанции о том, что заключенный между агентом истца и третьим лицом, ПАО «НК «Роснефть», договор поставки газа № 10-068/14 от 23.05.2014 не регулирует отношения по транспортировке газа по сетям ответчика и не освобождает истца от оплаты оказанных в его пользу ответчиком услуг по транспортировке.

От точки Арти и до точки г. Михайловск в представленной схеме магистральный газопровод принадлежит ответчику.

Расходы по транспортировке газа в отношении всей протяженности магистрального газопровода ответчика (40,75 км) включены в индивидуальный тариф ответчика на основании Приказа ФСТ России № 389-э/12 от 17.12.2008.

В соответствии с частью 1 статьи 18 Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» поставки газа проводятся на основании договоров между поставщиками и потребителями независимо от форм собственности в соответствии с гражданским законодательством и утвержденными Правительством Российской Федерации Правилами поставок газа и Правилами пользования газом в Российской Федерации, а также иными нормативными правовыми актами, изданными во исполнение настоящего Федерального закона.

Аналогичные положения содержатся в пункте 5 Правил поставки газа в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162 (далее – Правила № 162).

В статье 4 Федерального закона «О газоснабжении в Российской Федерации» изложены основные принципы государственной политики в области газоснабжения в Российской Федерации, одним из которых является определение основ ценовой политики в отношении газа.

На основе договоров поставки газа и договоров об оказании услуг по его транспортировке потребители обязаны оплатить поставки газа и оказанные услуги (статья 25 Федерального закона «О газоснабжении в Российской Федерации»).

По мнению истца, если точкой поставки газа и местом перехода права собственности на газ является ГРС г. Михайловск (то есть не в начале магистрального газопровода ответчика ГРС пос. Арти, а в конце магистрального газопровода ответчика ГРС г. Михайловск), то услугу по транспортировке газа на всей протяженности магистрального газопровода (40 км) истец ответчику оплачивать не обязан.

Довод апеллянта о неправильном установлении судом точки поставки противоречит совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Истец ошибочно не принимает во внимание существующие договорные отношения, буквальное и системное толкование условий договоров поставки и транспортировки, границы владения трубопроводами между юридическими лицами и существующее тарифное регулирование, основанное на компенсации затрат регулируемой организации (ответчика).

Суд первой инстанции с участием всех заинтересованных лиц, с учётом неизменности схемы поставки и транспортировки газа, существующих договорных отношений и понятия «точка поставки газа», определенного сторонами в пункте 1.5 договора поставки газа № 10-068/14 от 23.05.2014 в редакции дополнительного соглашения от 30.12.2021, обоснованно признал точкой поставки по договору поставки газа – место раздела балансовой принадлежности ПАО «Газпром» с газопроводами третьих лиц (ответчика). ПАО «НК «Роснефть» и истец договорились понимать границу раздела балансовой принадлежности магистральных газопроводов ПАО «Газпром» и его аффилированных лиц (ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург») с газопроводами третьих лиц (то есть ответчика). Такой границей согласно акту разграничения от 24.06.2021 является именно ГРС п. Арти, 85й км, а не ГРС г. Михайловск, которая является концом газопровода.

Именно на вышеуказанной границе (ГРС п. Арти, 85й км – начало магистрального газопровода ответчика) между ПАО «НК «Роснефть» и истцом произошел переход права собственности на газ, переданный ПАО «НК «Роснефть» по договору транспортировки с ПАО «Газпром» № 38НПтр/с-2016-2018/100015/07352Д от 31.12.2015.

Следовательно, у истца право собственности на газ, вопреки доводам апелляционной жалобы, возникло именно в начале магистрального газопровода ответчика – на границе с магистральным газопроводом ПАО «Газпром» в лице ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург» (согласно акту разграничения от 24.06.2021 – ГРС п. Арти, 85й км).

Судом учтены пояснения третьего лица, ПАО «НК «Роснефть», о том, что точка распределения поставки газа в пункте 3.2 договора поставки газа № 10-068/14 от 23.05.2014 указана некорректно.

Истец в обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на дополнительное соглашение без номера, которое определяет перечень точек поставки с 01.01.2024, однако, не учитывает буквальное прочтение самого понятия «точка поставки», которое по существу неизменно с момента заключения договора.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1, пункт 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Судом первой инстанции верно установлено, что с 01.01.2024 в отсутствие технологического изменения при поставке и транспортировке газа, при неизменности места нахождения прибора учета истец и ПАО «НК «Роснефть» внесли изменения в договор поставки и зафиксировали точку поставки по признаку владения газопроводом, что соотносится с существующей договорной схемой и тарифным регулированием услуг по транспортировке газа. При этом изменения в пункт 3.6 договора поставки об обязанности истца по заключению договора на транспортировку не вносили.

С учетом пояснений третьего лица, ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург», судом первой инстанции также установлено, что в договоре поставки границей раздела балансовой принадлежности магистральных газопроводов ПАО «Газпром» и его аффилированных лиц с газопроводами, в данном случае, ответчика, является ГРС пос. Арти.

В связи с указанными обстоятельствами, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что истец по договору транспортировки газа с ответчиком № 699/21 от 28.12.2021 заказал услугу по транспортировке газа именно в начале газопровода (то есть на входе газа в магистральный газопровод ответчика), а не в конце газопровода – иное означало бы бессмысленность и неисполнимость договора № 699/21, в пунктах 2.1-2.4 которого истец и ответчик однозначно предусмотрели следующее: что услуга оказывается по всей протяженности газопровода, наименование которого по договору № 699/21 от 28.12.2021 тождественно выписке из ЕГРН («Газопровод-отвод «Арти-Михайловск-Нижние Серги I этап, I и II пусковой комплекс»); газ считается принятым ответчиком для транспортировки в адрес истца с момента его поступления в спорный газопровод (то есть газ поступает в начало газопровода, а не наоборот); при этом газ считается протранспортированным, а услуга – оказанной с момента выхода газа из ГРС г. Михайловска (то есть моментом окончания услуги по транспортировке является выход газа с конца газопровода); ответственность за бесперебойность и сохранность газа возлагается на ответчика с момента поступления газа в начало газопровода на границе (в месте врезки) с магистральным газопроводом Газпрома и прекращается в момент выхода из ГРС г. Михайловска (конец газопровода).

Согласно условиям договора № 699/21 от 28.12.2021 стороны договорились об оплате истцом услуги по транспортировке газа в отношении всей протяженности магистрального газопровода ответчика, начиная от ГРС п. Арти, 85й км до ГРС г. Михайловск (пункты 2.1-2.4), которая была оказана.

В подтверждение факта оказания услуг по транспортировке газа ответчиком в материалы дела представлены акты об оказанных услугах по транспортировке газа по магистральному газопроводу № 01/22 от 31.01.2022, № 02/2022 от 28.02.2022, № 03/22 от 31.03.2022, № 04/22 от 30.04.2022, № 05/22 от 31.05.2022, № 05/22 от 30.06.2022, подписанные обеими сторонами без претензий. Кроме того, между сторонами подписан акт сверки взаимных расчетов. Услуги по транспортировке газа истцом оплачены в полном объеме.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Частным проявлением принципа добросовестности является эстоппель, представляющий собой правовой механизм, направленный на обеспечение последовательного поведения участников правоотношений.

Поведение одной из сторон, противоречащее ее предшествующим действиям и заявлениям, на которые разумно положилась другая сторона и вследствие противоречивого поведения понесла ущерб, является недобросовестным и в силу пункта 3 статьи 1, пункта 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации признается недопустимым.

Эстоппель защищает добросовестную сторону, поэтому он находит применение тогда, когда доверие лица, вызванное поведением другой стороны, хотя и противоречит формальной правовой или фактической действительности, но может быть признано разумным, оправданным (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2024 № 300-ЭС24-6956, от 27.12.2024 № 301-ЭС24-12858).

Суд первой инстанции справедливо признал противоречивым поведение истца в связи с отрицанием получения услуги по транспортировке при наличии заключенного и исполненного обязательства по договору транспортировки газа. Истец таким поведением нарушает стабильность длящихся правовых отношений, что недопустимо в гражданском обороте, в котором презюмируется добросовестное поведение.

В рассматриваемом случае действия истца при подписании актов об оказанных услугах по транспортировке газа по магистральному газопроводу, акта сверки взаимных расчетов определенно свидетельствовали о признании объема исполненных обязательств ответчика и согласовании факта оказанных услуг по договору в спорном периоде.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что предъявление истцом требования о взыскании неосновательного обогащения нарушает принцип эстоппеля, в соответствии с которым лицо, ранее утверждавшее обратное, утрачивает право ссылаться на какие-либо факты в обоснование своих притязаний.

Мнение о том, что ответчик знал о судебных актах и это является недобросовестным поведением, не основано на нормах права. Истцом не представлено доказательств, позволяющих сделать вывод об отсутствии факта оказания услуги по транспортировке, а поведение ответчика (регулируемой организации) соответствует принятым обязательствам и является законным, последовательным.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на то, что судом первой инстанции не дана оценка поведению ответчика, также признается необоснованной, поскольку суд пришел к прямо противоположному выводу, указав на законность осуществления ответчиком регулируемого вида деятельности по транспортировке (владение трубопроводами, наличие тарифов) и обоснованности заключения договора с истцом.

Выводы суда в данной части основаны на результатах оценки доказательств, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте, при этом в силу положений части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции исходил из такой степени достаточности доказательств, которая позволяла сделать однозначный вывод относительно подлежащих установлению по делу обстоятельств. Все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения дела обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что, установленные в рамках дел № А60-1607/2023, № А40-35711/24 и № А40-35781/24 обстоятельства имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела, судом отклоняются по следующим основаниям.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как отмечено судом первой инстанции, установленные в рамках других дел обстоятельства должны быть учтены при рассмотрении последующих дел.

Вместе с тем, как следует из правовой позиции, изложенной в ряде Постановлений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (от 03.04.2007 № 13988/06, от 17.06.2007 № 11974/06 и от 10.06.2014 № 18357/13), арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и о толковании правовых норм.

Действие преюдициальности судебного решения имеет определенные пределы, которые объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу.

По смыслу приведенной процессуальной нормы, преюдициальное значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых судом ранее (по другому делу) основано на оценке спорных правоотношений в определенном объеме. Для окончательного вывода о преюдиции судебного акта необходимо учитывать особенности ранее рассмотренного дела: предмет и основание заявленных требований, предмет доказывания, доводы участников спора, выводы суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оцененными судом. При этом текстовое содержание ранее принятого судебного акта само по себе не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное.

Кроме того, факты, установленные при рассмотрении другого дела, носят преюдициальный характер вплоть до их опровержения другим судом по другому делу или в ином судопроизводстве (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 № 2045/04, от 25.07.2011 № 3318/11).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебные акты по делам № А60-1607/2023, № А40-35711/2024, № А40-35781/2024, обстоятельства которых истец счел преюдициальными, вынесены по вопросу взыскания задолженности за иные периоды, в отношении другой газотранспортной организации – ГУП СО «Газовые сети». Изложенные в решениях судов по указанным делам выводы не исключают факт оказания услуг транспортировки газа ответчиком в пользу истца в заявленный исковой период с января по июнь 2022 года.

В частности, принципиальным отличием судебного акта по настоящему делу от судебных актов по делам № А60-1607/2023, № А40-35781/2024 и № А40-35711/2024 является состав участвующих в деле лиц.

В рамках настоящего дела третьими лицами к участию в деле привлечены ПАО «Газпром» и ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург», которые подтвердили, где фактически и в действительности происходит переход права собственности на газ и где начинается услуга по его передаче – в начале магистрального газопровода в точке ГРС п. Арти, что правомерно учтено судом первой инстанции при принятии оспариваемого решения.

Также по настоящему делу судом первой инстанции было установлено и не оспаривалось истцом, что стоимость по транспортировке газа определялась по тарифу, который был утвержден индивидуально для АО «Регионгаз-инвест» и именно для транспортировки газа по спорному магистральному газопроводу, тогда как по делам № А60-1607/2023, № А40-35781/2024 и № А40-35711/2024 услуги по транспортировке газа оказывались иным лицом – ГУПСО «Газовые сети». Наконец, в решении суда по делу № А60-1607/2023 было прямо установлено, что плательщик услуг по передаче газа должен быть определен по соглашению сторон, что и было сделано при заключении договора транспортировки газа № 699/21 от 28.12.2021 между истцом и АО «Регионгаз-инвест».

Вместе с тем, заявитель жалобы, который строит свою правовую позицию лишь на месте (моменте) перехода права собственности на газ, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал, каким образом возникновение, изменение либо прекращение права собственности на газ в отношениях апеллянта и поставщика газа (ПАО «НК «Роснефть») могут повлиять на возникновение, изменение либо прекращение прав и обязанностей по самостоятельному договору на транспортировку между апеллянтом и АО «Регионгаз-инвест». Истец не обосновал, каким образом право владения, пользования и распоряжения газом как объекта права собственности (статья 209 Гражданского кодекса Российской Федерации) влияют или могут повлиять на консенсуальную услугу по транспортировке газа, которая была фактически оказана, потреблена и оплачена именно апеллянтом. Поэтому сам по себе переход либо место (момент) перехода права собственности на газ как на товар правового значения для услуги по его транспортировке не имеет, учитывая, что истец у АО «Регионгаз-инвест» газ не покупает, а последнее газ не продает, оказывая лишь услугу по его передаче, используя своё имущество – магистральный газопровод, который был построен АО «Регионгаз-инвест» для извлечения прибыли путем оказания услуг по транспортировке для поставщиков, у которых нет собственных газопроводов (ПАО «НК «Роснефть»).

Кроме того, конструкция правоотношений по газоснабжению, когда при невозможности поставки газа непосредственно поставщиком договор поставки газа покупатель заключает с одним лицом, а договор на транспортировку – с другим, прямо предусмотрена в пункте 20 Правил № 162 (в редакции от 19.03.2020). Такая конструкция правоотношений полностью корреспондируется со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (свобода договора) и со статьей 309.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой именно покупатель несет расходы на исполнение обязательства, если иное не предусмотрено договором. Аналогичный правовой подход обозначен в Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.06.2009 № ВАС-7960/09.

С учетом изложенного, а также, основываясь на дополнительных доказательствах (акт разграничения от 24.06.2021, схема прохождения магистрального газопровода, расчет тарифа по Приказу ФСТ России № 389-э/12 от 17.12.2008) и на письменной позиции третьих лиц (ПАО «НК «Роснефть», ПАО «Газпром» и ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург»), суд первой инстанции по настоящему делу сделал ясные и определенные выводы о том, что определено сторонами точкой поставки (пункт 1.5 договора поставки газа № 10- 068/14 от 23.05.2014).

При этом, как отмечено ранее, границей раздела балансовой принадлежности магистральных газопроводов ПАО «Газпром» и его аффилированных лиц (ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург») с газопроводами третьих лиц (то есть АО «Регионгаз[1]инвест») согласно акту разграничения от 24.06.2021 и письменной позиции ПАО «НК «Роснефть», ПАО «Газпром» и ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург» является ГРС п. Арти.

Системное толкование условий договора № 699/21 от 28.12.2021 (пункты 2.1-2.4) и оценка его пунктов во взаимосвязи позволила суду первой инстанции прийти в обоснованному выводу о том, что стороны однозначно договорились об оплате услуг по транспортировке газа в отношении всей протяженности магистрального газопровода АО «Регионгаз-инвест» именно со стороны истца. Начиная от ГРС п. Арти до ГРС г. Михайловск, данная услуга была фактически оказана именно апеллянту и оплачена им в полном объеме.

При таких обстоятельствах какого-либо неосновательного обогащения на стороне АО «Регионгаз-инвест» не возникает и возникнуть не может.

Вместе с тем, отклоняя доводы ответчика о том, что магистральный и межпоселковый газопроводы являются единым целым одной системы, что свидетельствует о ничтожности сделки (договор № 699/21), суд первой инстанции верно установил, что магистральный и межпоселковый газопроводы являются абсолютно различными по своему понятию, статусу и технологическому назначению, что прямо следует из понятий «газотранспортная организация», «газораспределительная организация», «газораспределительная система», «сеть газораспределения» и «магистральный газопровод», которые даны в статье 2 Федерального закона «О газоснабжении в Российской Федерации» № 69-ФЗ от 31.03.1999, пункте 7 Технического регламента о безопасности сетей газораспределения и газопотребления, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации № 870 от 29.10.2010, пункте 2 Правил технологического присоединения к магистральным газопроводам, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации № 1898 от 01.11.2021.

Магистральный и межпоселковый газопроводы являются самостоятельными и разными линейными объектами недвижимого имущества.

В материалы дела в отношении магистрального газопровода (спорный договор № 699/21) представлены правоустанавливающие документы, согласно которым данный газопровод является самостоятельным объектом недвижимого имущества протяженностью 40,8 км с кадастровым номером 66:03:0000000:2470; его начало – ГРС п. Арти (85й км), окончание – ГРС г. Михайловск.

В отношении межпоселкового газопровода (договор № 647/21) ответчиком приобщены в материалы дела правоустанавливающие документы, согласно которым межпоселковый газопровод также является самостоятельным объектом недвижимого имущества протяженностью 8723,7 м; с кадастровым номером 66:15/01:777:00:00:00; его начало – ГРС д. Шарама, окончание – промплощадка ОАО «Михалюм» (правопредшественник истца).

В отношении стоимости и обоснованности взимания платы за услуги по транспортировке газа по магистральному газопроводу в материалы дела представлен Приказ ФСТ России № 389-э/12 от 17.12.2008 (вместе с расчетом тарифа), где индивидуально для ответчика как собственника магистрального газопровода и лица осуществляющего регулируемый вид деятельности утвержден тариф в размере 159,94 руб., указанный в счетах-фактурах по договору № 699/21, представленных истцом.

В отношении межпоселкового газопровода ответчик приобщил в материалы настоящего дела Приказ ФАС России № 215/19 от 26.02.2019, где индивидуально для ответчика как собственника межпоселкового газопровода на период до 01.07.2022 утвержден тариф в размере 333,58 руб., указанный счетах-фактурах по договору № 647/21, представленных истцом.

При этом различное тарифное регулирование услуг по передаче газа по газотранспортным системам (только магистральные газопроводы) и газораспределительным системам (только межгородские, внутригородские межпоселковые и внутрипоселковые газопроводы) обусловлено технологическим (функциональным) назначением таких газопроводов, понятия которых, как было указано выше, закреплены нормативно, а также разницей по возмещению затрат на их содержание.

Договор № 699/21 заключен между истцом и ответчиком в соответствии и на основании пунктов 10, 11 и 20 Правил № 162, стоимость услуг по транспортировке газа была определена в порядке, предусмотренном статьей 21 Федерального закона «О газоснабжении в Российской Федерации» и пунктами 29, 31 Правил № 162 на основании экономически обоснованного тарифа, установленного индивидуально для ответчика со стороны уполномоченного органа государственной власти.

Таким образом, учитывая, что транспортировка газа по газотранспортным системам (магистральный газопровод) и газораспределительным системам (межпоселковый газопровод) является разными видами услуг, которые оказываются с использованием разных по своему технологическому и функциональному назначению газопроводов, и которые в стоимостном выражении регулируются разными тарифами, на стороне ответчика при условии встречного предоставления (услуга фактически оказана по обоим газопроводам) неосновательного обогащения не возникает.

Истец сослался на пункт 2 Приказа Федеральной антимонопольной службы Российской Федерации от 05.07.2021 № 662/21 «Об утверждении тарифа на услуги по транспортировке газа по магистральному газопроводу (газопроводу-отводу) общества «Регионгаз-инвест», в котором указано, что тариф на услуги по транспортировке газа по магистральному газопроводу (газопроводу-отводу) учитывается при формировании цен на газ для потребителей, в том числе при формировании розничных цен на газ, реализуемый населению.

Для применения регулируемой цены на газ потребитель не лишен возможности заключить договор на поставку газа с другим поставщиком.

Общество ПАО «Нефтяная компания «Роснефть» исполняло обязательство по поставке на основании договора поставки и транспортировки газа № 10-068/14 от 23.05.2014. При определении условий договора на потребителя возложены обязанности по оплате самого газа по цене, рассчитываемой как сумма определенных в соответствии с действующим законодательством регулируемой оптовой цены на газ в соответствии с пунктом 6.1 договора.

Пунктом 3.6 установлен порядок расчетов покупателя (истца) с газораспределительной организацией (ответчиком).

Объем протранспортированного газа ответчиком истцу последним не оспорен. Стоимость услуг транспортировки определена по установленному для ответчика тарифу.

Поскольку в данном случае не доказан сам факт неосновательного обогащения, то есть сбережения ответчиком денежных средств за счет истца без установленных законом оснований, суд первой инстанции законно и обоснованно отказал в удовлетворении иска в полном объеме.

Доводы заявителя жалобы сводятся по существу к несогласию с оценкой судом обстоятельств дела, что не является основанием для отмены либо изменения судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой судом представленных доказательств и сформулированными на ее основе выводами по фактическим обстоятельствам дела не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Апелляционная жалоба не содержит указания на обстоятельства и соответствующие доказательства, наличие которых позволило бы иначе оценить те юридически значимые обстоятельства, верная оценка которых судом первой инстанции повлекла принятие обжалуемого решения.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы возлагаются на ее заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 26 декабря 2024 года по делу № А60-41199/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Н.А. Гребенкина

Судьи

В.Ю. Назарова

С.А. Яринский