ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, <...> E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

15 мая 2025 года г. Вологда Дело № А66-293/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2025 года. В полном объёме постановление изготовлено 15 мая 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Алимовой Е.А., судей Болдыревой Е.Н. и Мурахиной Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Михайловой Р.А.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Металлосервисный холдинг» ФИО1 по доверенности от 16.01.2025, от Управления Федеральной налоговой службы по Тверской области

ФИО2 по доверенности от 19.09.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Металлосервисный холдинг» на решение Арбитражного суда Тверской области от 04 марта 2025 года по делу № А66-293/2025,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Металлосервисный холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 170028, <...>; далее – ООО «Металлосервисный холдинг», общество) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением к Управлению Федеральной налоговой службы по Тверской области

(ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 170100, город Тверь,

улица Вагжанова, дом 23; далее – УНФС, управление) о признании недействительным решения от 21.11.2024 № 14575 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 04 марта 2025 года в удовлетворении требований общества отказано.

Общество с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит суд апелляционной инстанции его отменить, удовлетворить заявленные требования. В обоснование жалобы ссылается на то,

что судом первой инстанции нарушены нормы материального и процессуального права. Считает, что судом принято недопустимое доказательство – протокол допроса ФИО3 от 02.07.2024, который, согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц, является достоверным руководителем. Считает, что суд необоснованно возложил на общество обязанность представить оригинал протокола допроса, что банковские выписки не исследовались и не изучались. Не согласился с выводами суда по обстоятельствам дела по факту оценки наличия расчетных счетов, условий договора. Указало, что общество реализовало товар, приобретенный у спорного контрагента, что суд не рассмотрел ходатайство общества от 24.01.2025 о приобщении документов, подтверждающих дальнейшую реализацию товара, в протоколе судебного заседания от 03.04.2025 оно не отражено. Сослалось на наличие нарушений при проведении проверки и дублирование судом решений налогового органа.

Представитель общества в судебном заседании жалобу и дополнительные пояснения к ней поддержал.

Управление в отзыве и его представитель в судебном заседании с доводами жалобы не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заслушав пояснения представителей общества и управления, исследовав доказательства по делу, доводы жалобы, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, управлением в соответствии со

статьей 88 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) проведена камеральная налоговая проверка уточненной налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) за 1 квартал 2024 года (корректировка № 2), представленной ООО «Металлосервисный холдинг» 06.06.2024, и составлен акт камеральной налоговой проверки от 20.09.2024

№ 25487.

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки и представленных обществом письменных возражений от 20.11.2024 управлением вынесено решение от 21.11.2024 № 14575 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 41 152,30 руб. (с учетом применения норм статей 112, 114 НК РФ о смягчающих ответственность обстоятельствах штрафные санкции уменьшены налоговым органом

в 4 раза). Указанным решением доначислен НДС в сумме 411 523 руб.

Не согласившись с решением, общество обжаловало его в апелляционном порядке в Межрегиональную инспекцию Федеральной налоговой службы по Центральному Федеральному округу (далее – Межрегиональная инспекция).

Решением Межрегиональной инспекции от 09.01.2025 № 06-07/00056@ апелляционная жалоба общества оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с решением управления, общество обратилось в суд с заявлением о признании его недействительным.

Суд первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказал.

Апелляционная коллегия не находит оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По смыслу статей 65, 198 и 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие).

Исходя из части 2 статьи 201 АПК РФ обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативного акта недействительным (решения, действий, бездействия незаконными) является установление судом совокупности юридических фактов: во-первых, несоответствия таких актов (решения, действий, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, во-вторых, нарушения ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В свою очередь, на основании статьи 65 названного Кодекса лицо, обратившееся в суд с заявлением, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом налогообложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со

статьей 166 данного Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи либо для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 данного Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 172 НК РФ вычетам подлежат, если иное не установлено названной статьей, только суммы налога, предъявленные при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

В силу пункта 1 статьи 169 указанного Кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению, в связи с чем в пунктах 5-6 названной статьи установлены требования к ее оформлению, соблюдение которых в согласно

пункту 2 этой же статьи обязательно для применения налоговых вычетов.

Поскольку применение налоговых вычетов по НДС связывается с приобретением товаров (работ, услуг), их принятием на учет, то реальность соответствующих хозяйственных операций также является необходимым условием для использования налоговых вычетов.

Из приведенных норм следует, что необходимым условием для применения затрат является реальное осуществление хозяйственных операций, признаваемых объектами налогообложения, принятие товара на учет и оформление их документами, составленными по формам, установленным законом, и содержащими достоверные сведения о совершенных хозяйственных операций, соблюдение условий, изложенных в статье 54.1 НК РФ.

Как разъяснено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2018 № 305-КГ18-7794, возможность применения налоговых вычетов по НДС обуславливается наличием реального осуществления хозяйственных операций, а также соблюдением установленных законодателем требований статей 169, 171, 172 НК РФ в части достоверности сведений, содержащихся в первичных документах.

На основании пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011

№ 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Представление в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Нормой пункта 1 статьи 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Согласно пункту 3 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Из пункта 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021

№ 309-ЭС20-23981 отражено, что изложенные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды и определению последствий злоупотребления правом в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1 НК РФ, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

Как разъяснено в определении Судебной Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981, согласно подпункту 2

пункта 2 статьи 54.1 НК РФ одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом – лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-О обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике – покупателе услуг, поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога,

подлежащей уплате в бюджет (возмещению из бюджета), вычет сумм налога, начисленных исполнителями.

В уточненной налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2024 года, представленной обществом 06.06.2024, заявлены налоговые вычеты налоговые вычеты по НДС по сделкам с ООО «Сфера» по поставке товара (пруток, труба, и т. д.) на общую сумму 411 522,83 руб.

Основанием для доначисления НДС (штрафа) послужил вывод налогового органа о нарушении обществом положений пункта 1 статьи 54.1, статей 169, 171, 172, 252 НК РФ, а именно: об отсутствии реальных финансово-хозяйственных отношений, наличии формального документооборота, созданного с целью получения необоснованных налоговых вычетов по НДС по договору поставки товарно-материальных ценностей (пруток, труба, и т. д.), оформленному между налогоплательщиком и ООО «Сфера».

Как установил суд первой инстанции из материалов дела, основной вид деятельности общества – торговля оптовая металлами в первичных формах (ОКВЭД 46.72.2).

Обществом в обоснование применения налоговых вычетов и подтверждение факта совершения заявленных операций с ООО «Сфера» представлен договор поставки от 09.01.2024 № 24-221-1, универсальные передаточные документы (УПД), свидетельствующие о приобретении материалов (лист, пруток, плоская деталь, труба).

Согласно представленному договору ООО «Сфера» (продавец) обязуется передавать в собственность общества (покупатель) товар в ассортименте и в количестве, согласованном сторонами в счетах на оплату, а покупатель – принимать этот товар.

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что цена единицы товара включает стоимость товара, упаковки, затраты по его доставке к месту хранения и по хранению на складе продавца, оформлению необходимой документации.

В силу пункта 5.1 договора деньги за проданный товар по согласованию сторон перечисляются на расчетный счет продавца путем либо предоплаты, либо с отсрочкой платежа.

При этом документы, предусмотренные договором, счета на оплату, соглашения об отсрочке и другая документация не представлены.

Представленные счета-фактуры (УПД) по взаимоотношениям с ООО «Сфера», согласно которым общество якобы приобретало:

лист 2*280*280 мм, пруток 8т6 ф 56 мм, лист 12*1100*120000 мм, плоская деталь 100*5 оц, труба 30*30*2 мм, труба 50*25*2,5 мм, ненадлежащего качества: плохой оттиск печати ООО «Сфера», искажена информация о названии, количестве, стоимости товара.

Руководитель контрагента (ООО «Сфера») ФИО3 в ходе допроса (протокол от 02.07.2024 б/н) пояснил, что является номинальным учредителем и руководителем ООО «Сфера», не владеет информацией по деятельности организации. Информации о характере своей хозяйственной деятельности в ООО «Сфера» и взаимоотношений с обществом предоставить не смог, не было предоставлено никакой конкретной информации не сообщены: источник

приобретения реализованных обществу материалов, организация - поставщик, перевозчик, фамилии контактных лиц, и прочая информация, которая отвечала бы критериям достоверности.

С учетом того, что договор и счета-фактуры со стороны ООО «Сфера» подписаны ФИО3, суд первой инстанции согласился с тем, что управление правомерно не приняло их во внимание как документы, подтверждающие реальность заключения договора поставки и его исполнения. Управление установило, что расчетный счет, указанный в договоре, закрыт 03.06.2024. Дополнительных соглашений, изменяющих порядок перечисления денежных средств (с указанием иных реквизитов), заявителем не представлено, в связи с этим суд первой инстанции не принял довод заявителя о наличии иных расчетных счетов у контрагента как не имеющий правового значения в отсутствие доказательств по перечислению денежных средств.

Оценивая довод представителя заявителя о недопустимости в качестве доказательства по делу протокола допроса свидетеля, представленного управлением, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что само по себе неуказание в протоколе допроса свидетеля места проведения такого допроса не свидетельствует о недостоверности данных свидетелем показаний и не может служить основанием для признания такого протокола допроса недостоверным либо недопустимым доказательством.

Материалами проверки подтверждено, что протокол допроса ФИО3 от 02.07.2024 б/н составлен государственным налоговым инспектором ФИО4 в соответствии с требованиями статьи 90 НК РФ, свидетелю перед дачей показаний разъяснено его право, предоставляемое

статьей 51 Конституции Российской Федерации, свидетель предупрежден об ответственности, предусмотренной статьей 128 НК РФ, за дачу заведомо ложных показаний. Все показания свидетелем подписаны лично.

Суд первой инстанции на основании частей 8, 9 статьи 75 АПК РФ не принял в качестве доказательства представленную заявителем в судебном заседании 04.03.2024 светокопию протокола допроса свидетеля ФИО3 б/н, б/д, поскольку из материалов налоговой проверки не следует, что

ФИО3 допрашивался дважды, общество оригинал данного протокола не предъявило, документального подтверждения происхождения документа не представило.

Ссылки в жалобе на неверную оценку судом указанного протокола допроса и неправомерное признание надлежащим доказательством протокола допроса от 02.07.2024 б/н, представленного управлением, апелляционным судом не принимаются на основании следующего.

Согласно части 6 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

В данном случае обществом с заявлением представлена копия протокола допроса ФИО3 от 02.07.2024 б/н на 9 страницах (том 1, листы 69-77), управлением с отзыва также представлена копия протокола допроса

ФИО3 от 02.07.2024 б/н на 9 страницах (том 3), содержание которых идентично.

Поскольку нетождественных копий протокола допроса ФИО3 от 02.07.2024 б/н в материалах дела не содержится, непредставление в материалы дела оригинала указанного документа не привело к неверной его оценке судом в качестве надлежащего и допустимого доказательства по делу.

Вместе с тем представленная обществом копия протокола допроса

ФИО3 б/д б/н на 8 страницах (том 2, листы 36-43) не одержит сведений о лице, проводившем допрос, в копии протокола допроса ФИО3 б/д б/н на 9 страницах (том 3, листы 119-127) имеется 9 страниц.

Таким образом, процессуальных нарушений при оценке спорного доказательства судом первой инстанции не допущено.

Как указал суд первой инстанции, по условиям пункта 3.1.1 договора поставки с ООО «Сфера» (продавец) обязан в день отгрузки за 2 часа до поставки по телефону (факсом) сообщать покупателю, а в случае указания о доставке иному грузополучателю – об отгрузке товара в адрес покупателя (или иного грузополучателя, указанного покупателем).

Таким образом, суд первой инстанции посчитал, что именно на обществе лежит обязанность обеспечению доставки груза покупателю. Однако обществом в ходе налоговой проверки не представлены документы, подтверждающие перевозку товара от ООО «Сфера» (товарно-транспортные накладные, путевые листы грузового автомобиля, акты оказания услуг, расчет стоимости услуг перевозчика, заявки на перевозку груза, подтверждающие оказание услуг по доставке (перевозке) товара, а также спецификации, заявки иные документы, сопутствующие при осуществлении реальных хозяйственных операций), документы, подтверждающие оприходование товарно-материальных ценностей от спорного контрагента, их принятие на учет, и их дальнейшую реализацию (использование товара в хозяйственной деятельности), что свидетельствует о формальности оформления сделки.

Ссылки в жалобе на то, что судом изложено содержание

пункта 3.1.2 договора, а не пункт 3.1.1 договора апелляционная инстанция признает верными, однако неверное отражение номера пункта договора и того, что доставку товара осуществляет общество (покупатель), не привели к необоснованному выводу об отсутствии документов, подтверждающих перевозку товара, а также иных сопутствующих документов.

Представленные обществом транспортные накладные не подтверждают факт доставки товаров от ООО «Сфера», так как не содержат полных сведений об осуществленной перевозке груза, в них отсутствует информация о транспортном средстве, стоимость перевозки груза, не указаны единицы измерения, а также количество (объем) перевозимого груза. Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что факт перевозки товарно-материальных ценностей не подтвержден.

Кроме того, суд учел, что в представленных транспортных накладных в качестве перевозчика товаров указано ООО «Сфера», между тем проверкой установлено, что в собственности спорного контрагента отсутствуют транспортные средства, также отсутствуют перечисления за аренду, ремонт и техническое обслуживание транспортных средств, приобретение запасных частей, ГСМ, что свидетельствует об отсутствии факта оказания услуг перевозки силами ООО «Сфера».

Обязанность по документальному подтверждению операций возложена на налогоплательщика, а документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение права на уменьшение налоговой обязанности, должны отражать достоверную информацию о реальной операции в соответствии с ее действительным экономическим смыслом.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, при непредставлении налогоплательщиком документов либо представлении недостоверных сведений и документов по спорной сделке, в силу наличия формального документооборота, следует считать указанную операцию документально неподтвержденной, что дает право налоговому органу отказать в применении налоговых вычетов по НДС.

По результатам анализа представленных документов суд первой инстанции не принял доводы заявителя о представлении документов, подтверждающих его право на применение налоговых вычетов по НДС, как несостоятельные и опровергнутые материалами налоговой проверки.

Доводы общества о неполноте проведения налоговой проверки, в том числе непроведении почерковедческой экспертизы, отклонены судом первой инстанции, поскольку целесообразность проведения тех или иных мероприятий налогового контроля определяется управлением самостоятельно.

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что ООО «Сфера» не обладает трудовыми и материальными ресурсами, транспортными средствами, складскими помещениями, производственные активы отсутствуют, не осуществляются расходы, свойственные обычной финансово-хозяйственной деятельности, перечислений в адрес поставщиков товаров, якобы реализованных обществу, не установлено. Документы, подтверждающие привлечение иных лиц в целях исполнения спорных сделок, не представлены ни проверяемым налогоплательщиком, ни его контрагентом ООО «Сфера» .

По расчетному счету контрагента отсутствуют операции, характерные для организации, осуществляющей реальную финансово-хозяйственную деятельность (расходы: на отопление, освещение; по аренде недвижимого имущества; на приобретение материалов для хозяйственных нужд, содержание электросети, отопительной сети, водоснабжения и канализации, транспортные услуги). Также не установлено перечислений денежных средств за лист, пруток, плоскую деталь, трубу, подтверждающих реальность закупки указанной продукции для ее дальнейшей реализации в адрес общества.

В ходе налоговой проверки установлено, что источник налоговых вычетов по НДС не сформирован, ввиду аннулирования представленных

ООО «Сфера» первичной и уточненных налоговых деклараций по НДС

за 1 квартал 2024 года по причине подписания данных деклараций неуполномоченным лицом.

Вопреки доводам жалобы, аннулирование декларации подтверждено управлением приложенными к отзыву сведениями (том 3).

Из анализа банковской выписки общества за период с 01.01.2024 по 30.06.2024 установлено, что расчеты с ООО «Сфера» не осуществлялись. Кроме того, расчетный счет № <***>, указанный ООО «Сфера» в договоре поставки от 09.01.2024 № 24-221-1, закрыт 03.06.2024. Таким образом, управление посчитало, что общество не понесло фактические расходы по данной сделке, что свидетельствует о формальности финансово-хозяйственных взаимоотношений со спорным контрагентом.

Ссылки в жалобе на то, что оплата произведена с использованием векселей, коллегией судей не принимается, поскольку управлением установлена совокупность доказательств, свидетельствующих о фиктивности документов, оформленных по взаимоотношениям со спорным контрагентом.

Доводы заявителя о том, что налоговый орган при вынесении решения ссылался на выписки из банка, полученные после составления акта, судом первой инстанции не приняты, поскольку однозначно не влекут его недействительность или незаконность и не влекут нарушение прав и законных интересов налогоплательщика, поскольку выводы, изложенные в акте проверке, сделаны управлением на основании ранее запрошенных и полученных выписок банков о движении денежных средств в проверяемый период.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, довод заявителя о реальности ведения коммерческой деятельности ООО «Сфера» сам по себе не опровергает вывод налогового органа, изложенный в решении.

Заявления общества о проявлении им должной осмотрительности при выборе спорного контрагента со ссылкой на факт его регистрации в установленном порядке в качестве юридического лица судом первой инстанции отклонены с учетом конкретных обстоятельств, установленных в рамках проведения налоговой проверки, как несостоятельные и не являющиеся доказательством, свидетельствующим о реальности спорных хозяйственных операций.

Суд учел, что общество, указывая в заявлении в суд на обстоятельства, которые, по его мнению, не подтверждают получение им необоснованной налоговой экономии, тем не менее не опровергло установленные в ходе проверки факты, в том числе общество не представило доказательства, достоверно подтверждающие, что контрагент поставлял товары в адрес общества, а также что спорные хозяйственные операции имели действительный экономический смысл.

Вместе с тем установленные проверкой обстоятельства в их совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о создании обществом формального документооборота, не связанного с осуществлением реальных договорных отношений с контрагентом, и, как следствие, направленности действий общества на создание схемы в целях неправомерного завышения вычетов по

НДС в отсутствии реальных хозяйственных операций, чем нарушены положения статей 169, 171, 172, 54.1 НК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что после проведения управлением камеральной проверки налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2024 года (корректировка № 2) общество 10.10.2024 представило уточненную налоговую декларацию (корректировка № 3) по НДС за 1 квартал 2024 года, в которой заменило контрагента ООО «Сфера» на ООО «Глобалснаб».

Доводы жалобы об ошибочности данных выводов коллегией судей не принимаются, поскольку из представленных с отзывом управления уточнений № 3 налоговой декларации и книги покупок к ней следует, что в книге покупок спорный контрагент – ООО «Сфера» не значится, однако отражены операции по ООО «Глобалснаб» (том 3, листы 21-24).

При оценке доводов общества о том, что налоговый орган должен был прекратить камеральную проверку по ранее поданной декларации и начать новую, суд первой инстанции обоснованно руководствовался положениями статей 88, 100 НК РФ и не установил нарушений при проведении камеральной налоговой проверки.

Пунктом 9.1 статьи 88 НК РФ определено, что в случае, если до окончания камеральной налоговой проверки налогоплательщиком представлена уточненная налоговая декларация (расчет) в порядке, предусмотренном статьей 81 настоящего Кодекса, камеральная налоговая проверка ранее поданной налоговой декларации (расчета) прекращается и начинается новая камеральная налоговая проверка на основе уточненной налоговой декларации (расчета).

Прекращение камеральной налоговой проверки означает прекращение всех действий налогового органа в отношении ранее поданной налоговой декларации (расчета). При этом документы (сведения), полученные налоговым органом в рамках прекращенной камеральной налоговой проверки, могут быть использованы при проведении мероприятий налогового контроля в отношении налогоплательщика.

При этом моментом окончания камеральной налоговой проверки является истечение предусмотренного пунктом 2 статьи 88 НК срока, либо, если проверка заканчивается ранее, момент ее окончания следует определять по дате, указанной в акте камеральной налоговой проверки.

В соответствии с подпунктом 9 пункта 3 статьи 100 НК РФ даты начала и окончания проверки указываются в акте проверки.

В данном случае уточненная налоговая декларация по НДС за 1 квартал 2024 года (корректировка № 3) представлена обществом 10.10.2024, то есть после составления акта налоговой проверки от 20.09.2024 № 25487, которым установлены факты совершения обществом налогового правонарушения, поэтому суд первой инстанции верно посчитал, что отсутствовали основания для прекращения проведенной камеральной проверки и начала проведения новой проверки.

Как видно из материалов дела, в спорном решении налоговый орган дал анализ деятельности контрагента ООО «Глобалснаб» и сведениям, отраженным

обществом в уточненной налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2024 года (корректировка № 3), представленной обществом 10.10.2024.

В ходе анализа представленной 10.10.2024 уточненной налоговой декларации по НДС (корректировка № 3) выявлено исключение счет-фактур по контрагенту ООО «Сфера» на сумму 411 523 руб. и включение счет-фактур, оформленных от имени ООО «Глобалснаб», на сумму 416 181 руб., что свидетельствует о правомерности доводов налогового органа об отсутствии реальности хозяйственной деятельности с ООО «Сфера».

Управлением установлена невозможность реального осуществления

ООО «Глобалснаб» финансово-хозяйственной деятельности и отсутствии у него необходимых условий для достижения результатов такой деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, транспортных средств.

Представление обществом уточненной налоговой декларации № 3 (10.10.2024) совпало с представлением ООО «Глобалснаб» уточненной налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2024 года с использованием одного IP адреса.

При этом подача уточненной декларации по налогу за проверенный налоговым органом в ходе камеральной проверки налоговый (отчетный) период не может изменять отраженные в решении по налоговой проверке результаты такой проверки, в том числе начисленную недоимку, пени и штрафы, учитывая положения статьи 101 НК РФ о неизменности вынесенного решения и возможности его изменения или отмены только в порядке, установленном статьей 138 НК РФ, то есть путем административного или судебного обжалования. Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 30.11.2018 № 305-КГ18-19282, от 11.07.2018

№ 305-КГ18-8696, подача уточненной налоговой декларации после проведения выездной налоговой проверки не является основанием для проведения перерасчета налоговых обязательств.

Представляя уточненные декларации, заявитель вносит изменения в отдельные разделы декларации, приводящие не к исправлению выявленных ошибок и расхождений, а к замене контрагентов, удаляет и вновь вносит в книги покупок и продаж счета-фактуры, стремясь лишь сформировать книги покупок и продаж с выгодными для организации значениями (цифрами), но не устранить расхождения, несоответствия и нарушения.

Вышеприведенные факты в совокупности с установленными ранее обстоятельствами могут свидетельствовать о недобросовестности ведения налогового учета обществом и направленности его действий на избежание ответственности за выявленное нарушение законодательства о налогах и сборах (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2020

№ 307-ЭС20-1730).

Изложенный судом вывод соответствует правовой позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.03.2010 № 8163/09, а также в определениях

Верховного Суда Российской Федерации от 09.11.2020 № 308-ЭС20-17472, от 09.11.2020 № 308-ЭС20-17488, от 09.07.2020 № 310-ЭС20-7544.

В связи с этим доводы общества в жалобе по вопросу проверки уточненной налоговой декларации, предъявленной до принятия оспариваемого решения, подлежат отклонению и не принимаются возражения об отсутствии какого довода, поскольку суд обязан проверить процедуру принятия оспариваемого решения.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении от 20.02.2001 № 3-П, налогоплательщик, злоупотребляющий правом, не может рассчитывать на такую же судебную защиту, как добросовестный налогоплательщик.

В соответствии с правовой позицией арбитражных судов, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020

№ 307-ЭС19-27597 по делу № А42-7695/2017, если налоговый орган установит, что экономический источник вычета (возмещения) НДС не создан, а поставщик (исполнитель) в период взаимодействия с налогоплательщиком-покупателем не имел экономических ресурсов (материальных, финансовых, трудовых и т. п.), необходимых для исполнения заключенного с покупателем договора, в связи с чем сделка в действительности исполнена иными лицами, которым обязательство по ее исполнению поставщик не мог передать в силу своей номинальности, данные обстоятельства могут указывать на то, что налогоплательщик не проявил должной осмотрительности при выборе контрагента, пока иное не будет доказано налогоплательщиком.

С учетом указанных обстоятельств суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что управлением собраны доказательства, подтверждающие, что заявитель при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности использовал схему ухода от налогообложения, а именно: используя документы, оформленные от спорного контрагента, умышленно создал фиктивный документооборот, направленный на искусственное завышение налоговых вычетов по НДС.

Доводы общества о наличии процессуальных нарушений со стороны управления отклонены судом первой инстанции как основанные на неверном толковании норм права и противоречащие материалам налоговой проверки.

В соответствии с положениями статьи 100 НК РФ к акту приложены копии всех документов, отраженные в мотивировочной части и свидетельствующие, по мнению управления, о совершении налогового правонарушения.

При этом документы, полученные от лица, в отношении которого проводилась проверка, к акту проверки не прилагаются. Документы, содержащие не подлежащие разглашению налоговым органом сведения, составляющие банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, а также персональные данные физических лиц, прилагаются в виде заверенных налоговым органом выписок (пункт 3.1 статьи 100 НК РФ).

В силу пункта 1 статьи 102 НК РФ налоговую тайну составляют любые полученные налоговым органом, органами внутренних дел, следственными

органами, органом государственного внебюджетного фонда и таможенным органом сведения о налогоплательщике, за исключением сведений, являющихся общедоступными, в том числе ставших таковыми с согласия их обладателя - налогоплательщика.

В соответствии с положениями статьи 102 НК РФ налоговый орган не имеет право представить на ознакомление документы, содержащие в себе охраняемую законом информацию (сведения) о деятельности третьих лиц, которые стали известны проверяющим при осуществлении своих должностных обязанностей.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что неразглашение налоговым органом налоговой тайны, а именно сведений, содержащих банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, а также персональные данные физических лиц, не может расцениваться как воспрепятствование сотрудников налогового органа в ознакомлении представителя налогоплательщика с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля.

Суд первой инстанции учел, что заявитель, указывая на неознакомление с банковскими выписками и отсутствие в протоколе допроса ФИО3 сведений, в том числе персональных данных опрашиваемого, не приводит обоснованных доказательств, препятствующих подготовке возражений и невозможности ознакомления со всеми материалами проверки до вынесения решения.

Кроме того, в силу прямого указания в абзаце третьем пункта 2

статьи 101 НК РФ на то, что проверяемый налогоплательщик может ознакомиться с материалами проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля только в период сроков, предусмотренных для представления письменных возражений пунктом 6 статьи 100 и пунктом 6.2 настоящей статьи, обязанность ознакомить налогоплательщика с материалами налоговой проверки возложена на налоговый орган только до вынесения решения по итогам проверки.

Налоговый орган обязан выполнить лишь те действия, обязанность совершения которых возложена на него законом.

Обязанности налогового органа по предоставлению налогоплательщику материалов налоговой проверки после истечения срока, предусмотренного для представления письменных возражений пунктом 6 статьи 100 НК РФ, данный Кодекс не содержит.

Налоговый орган обязан обеспечить лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представителю), возможность ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля на территории налогового органа не позднее двух дней со дня подачи таким лицом соответствующего заявления. Ознакомление с такими материалами осуществляется путем их визуального осмотра, изготовления выписок, снятия копий. По окончании ознакомления составляется протокол в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса.

Заявитель не реализовал свое право на ознакомление с материалами проверки, предусмотренное абзацем третьим пункта 2 статьи 101 НК РФ.

В связи с этим суд первой инстанции обоснованно посчитал, что отсутствие со стороны общества реализации права на ознакомление с материалами проверки, материалами судебного дела не свидетельствует о нарушении его прав.

Довод заявителя о нарушении сроков принятия оспариваемого решения отклонен судом первой инстанции, поскольку суд учел, что акт налоговой проверки составлен 20.09.2024 и вручен налогоплательщику 07.10.2024, возражения на акт проверки, представленные налогоплательщиком за пределами срока, установленного пунктом 6 статьи 100 НК РФ, рассмотрены налоговым органом, предельный 10-дневный срок для вынесения решения по результатам налоговой проверки с учетом срока для представления возражений по акту (пункт 6 статьи 100 НК РФ) исходя из даты получения акта (07.10.2024) установлен 22.11.2024, оспариваемое решение вынесено 21.11.2024, то есть с соблюдением срока, установленного пунктом 1 статьи 101 НК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 6.1 вышеназванного Кодекса течение срока начинается на следующий день после календарной даты или наступления события (совершения действия), которым определено его начало.

В соответствии с пунктом 6 статьи 6.1 НК РФ срок, определенный днями, исчисляется в рабочих днях, если срок не установлен в календарных днях. При этом рабочим днем считается день, который не признается в соответствии с законодательством Российской Федерации или актом Президента Российской Федерации выходным, нерабочим праздничным и (или) нерабочим днем.

Возражения апеллянта по порядку исчисления указанного срока коллегией судей не принимаются, поскольку сроки судом исчислены с учетом положений статьи 6.1 НК РФ, согласно которым начало срока следует исчислять с 08.10.2024, поэтому возражения должны быть представлены 08.11.2024, а 10 рабочих дней для принятия решения истекает 22.11.2024.

В соответствии с пунктом 73 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки или материалов иных мероприятий налогового контроля является самостоятельным, безусловным основанием признания решения налогового органа, принятого на основании статей 101 или 101.4 НК РФ, недействительным.

Согласно пункту 14 статьи 101 упомянутого Кодекса к таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения

процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения (абзац третий пункта 14 названной статьи Кодекса).

Судом первой инстанции не установлено существенных процедурных нарушений, допущенных управлением, при принятии оспариваемого решения.

Оснований для отмены оспариваемого решения управления в связи с несоблюдением существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки апелляционной инстанцией также не установлено.

Обжалуемым решением общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ по взаимоотношениям с рассматриваемыми контрагентами.

При оценке размера штрафа за неуплату НДС, наложенного на общество по пункту 3 статьи 122 НК РФ в сумме 83 818 руб., суд первой инстанции не установил нарушения порядка привлечения общества к налоговой ответственности, определенного главой 15 НК РФ.

В силу пункту 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 названного Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

Пунктом 3 названной статьи установлена ответственность за деяния, предусмотренные пунктом 1 статьи 122 НК РФ, совершенные умышленно, в виде штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

В силу пункта 2 статьи 110 упомянутого Кодекса налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Следовательно, умысел представляет собой такую форму вины, которая характеризуется осознанием лицом противоправности своего поведения, предвидением последствии своего противоправного поведения и желательностью или безразличным отношением к их наступлению.

Вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения (пункт 4 статьи 110 НК РФ).

Материалами дела и собранными инспекцией доказательствами подтверждается умышленное совершение нарушения, об умышленности действий налогоплательщика по взаимоотношениям с рассматриваемыми контрагентом свидетельствуют изложенные выше факты и приведенные в решении управления обстоятельства.

Следовательно, привлечение общества к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ является правомерным.

При принятии решения управление установило наличие смягчающих ответственность обстоятельств, с учетом которых снизило штраф в 4 раза.

Общество размер начисленных штрафных санкций не оспаривало, новых обстоятельств не привело, суд первой инстанции также не усмотрел оснований для применения положений статей 112 и 114 НК РФ и дополнительного снижения штрафа.

Мотивированных самостоятельных возражений по данным требованиям обществом не заявлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции посчитал, что решение управления обоснованно и законно, а требования общества о признании его недействительным удовлетворению не подлежат.

Общество в жалобе сослалось на наличие процессуальных нарушений при рассмотрении ходатайства общества от 23.01.2025, представленного в суд 24.01.2025.

В указанном ходатайстве общество просило приобщить приложенные к нему документы (том 3, листы 1-13). Согласно протоколу судебного заседания от 04.02.2025 суд приобщил данное ходатайство, в приобщении судебных актов заявителю отказано, указано, что вопрос о приобщении иных документов, поименованных в ходатайстве, будет решен в следующем судебном заседании (том 3, лист 27).

Согласно протоколу судебного заседания от 04.03.2025 в материалы дела от заявителя поступили возражения на отзыв управления с приложением списка документов и ходатайство о приобщении дополнительных материалов (уведомления), суд

определил:

в части приобщения вышеупомянутых документов, озвученных судом, отказать. Документы не приобщены как не относящиеся к предмету спора. В протоколе документы, перечисленные в приложении к ходатайству от 23.01.2025, не поименованы.

Вместе с тем в соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Общество в суде апелляционной инстанции воспользовалось правом заявления ходатайства о приобщении дополнительных доказательств, в том числе документов, подтверждающих дальнейшую реализацию приобретенного товара, которое разрешено судом апелляционной инстанции.

Таким образом, неотражение судом первой инстанции документов, о приобщении которых ранее заявлено в ходатайстве от 23.01.2025, не свидетельствует о нарушении процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы не опровергает выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, поэтому не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда первой инстанции коллегией судей не установлено.

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм материального и процессуального права не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оснований для отмены (изменения) решения суда первой инстанции не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины в сумме 30 000 руб. относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил :

решение Арбитражного суда Тверской области от 04 марта 2025 года по делу № А66-293/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Металлосервисный холдинг» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд

Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий Е.А. Алимова

Судьи Е.Н. Болдырева

Н.В. Мурахина