СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-5157/2025(1)-АК

г. Пермь

25 июля 2025 года Дело № А60-22821/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 июля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Гладких Е.О., Зарифуллиной Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ковалевой А.Л.,

от лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу кредитора акционерного общества «Газпромбанк»

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 07 мая 2025 года

о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении гражданина от исполнения обязательств,

вынесенное в рамках дела № А60-22821/2024 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ИНН:<***>, СНИЛС: <***>),

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО1 (ИНН <***>) о признании его несостоятельным (банкротом), введении процедуры реализации имущества гражданина.

Решением суда от 13.06.2024 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина на срок до 11.12.2024; финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО2 (ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 620041, Россия, <...>), из числа членов Ассоциации « Национальная организация арбитражных управляющих» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>).

Объявление № 12210496771 о банкротстве и введении процедуры реализации имущества должника опубликовано в газете «КоммерсантЪ» №113(7803) от 29.06.2024.

По окончании проведения процедуры банкротства в отношении должника финансовым управляющим ФИО2 (далее – финансовый управляющий) направлены в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в котором он вопрос о применении в отношении ФИО1 правил об освобождения от исполнения обязательств оставил на усмотрение суда, а также документы, относящиеся к проведению процедуры банкротства, в том числе, отчет финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина от 10.04.2025, отчет финансового управляющего об использовании денежных средств должника, реестр требований кредиторов, анализ финансового состояния гражданина ФИО1 и др.

В ходе рассмотрения дела кредитор АО «Газпромбанк» заявил о неприменении к ФИО1 правил об освобождении от обязательств перед ним.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.05.2025 процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО1 завершена с применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Не согласившись с указанным определением в части применения в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором АО ФИО1, последний обратился с апелляционной жалобой, в которой просит данный судебный акт в соответствующей части отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает, что судом дана оценка разумности и добросовестности действий должника по единовременному принятию на себя заведомо неисполнимых обязательств перед Банками применительно к положениям ст. 10 ГК РФ (недобросовестное поведение должника). Поясняет, что в период с 05.12.2023 по 06.12.2024 ФИО1 оформил 4 (четыре) кредитных договора в различных банках на общую сумму 6 242 520 руб. Ежемесячные платежи по указанным кредитным обязательствам составили сумму в размере 151 948 руб. После зачисления денежных средств на счет, ФИО1 снял кредитные средства в терминалах наличными. Заключая в течение двух дней четыре кредитных договора на сумму свыше 6 млн руб., ФИО1 объективно осознавал, что не может исполнять обязательства по возврату денежных средств за счет имеющихся у него дохода. Необходимость единовременного привлечения столь значительной суммы кредитных денежных средств перед судом не раскрыта. Подписание ФИО1 за два дня нескольких кредитных договоров с разными банками, по мнению заявителя, свидетельствует о том, что он заведомо понимал невозможность одобрения каждого последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания. Также указывает, что судом не дана правовая оценка действиям должника, направленным на создание обстоятельств, препятствующих обращению взыскания на имущество, а именно - искусственное придание статуса единственного жилого помещения квартире, приобретенной за счет денежных средств, полученных по договорам потребительского кредитования.

До начала судебного заседания от должника поступил отзыв, согласно которому просит судебный акт оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В материалы дела также от АО «Газпромбанк» представлено возражение на отзыв должника.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили, в соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.04.2024 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.06.2024 в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Из материалов дела усматривается, что в ходе процедур банкротства сформирован реестр требований кредиторов, в который в состав третьей очереди включены требования АО «Газпромбанк» в размере 2 023 128,84 руб. основного долга и 35 376,65 руб. финансовых санкций, ФНС России в размере 3 246 руб. основного долга и 2000 руб. пени, Банка ВТБ (ПАО) в размере 1 874 594,55 руб. основного долга и 35 114,66 руб. финансовых санкций. Всего – 3 973 460,70 руб. Задолженность перед кредиторами первой и второй очереди реестра отсутствует.

В ходе процедуры банкротства финансовыми управляющими были предприняты меры к выявлению и формированию конкурсной массы, а именно: направлены запросы о наличии (отсутствии) у должника движимого и недвижимого имущества в уполномоченные регистрирующие органы.

Конкурсная масса сформирована за счет заработной платы должника в размере 1 078 542,85 руб., требования кредиторов, включенные в реестр требования кредиторов должника, погашены в размере 734 767,77 руб. (18,49%).

По результату проведенного финансового анализа должника был сделан вывод о том, что восстановить его платежеспособность за счет доходов не представляется возможным.

Согласно заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства были сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного банкротства ФИО1 и об отсутствии оснований для проведения проверки наличия признаков фиктивного банкротства.

Таким образом, финансовым управляющим сделан вывод о том, что возможность формирования конкурсной массы исчерпана, в связи с чем, отсутствуют какие-либо основания для дальнейшего проведения процедуры реализации имущества должника.

Принимая во внимание, что финансовым управляющим были проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд первой инстанции правомерно завершил процедуру реализации имущества в отношении должника на основании положений статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В данной части определение суда первой инстанции в апелляционном порядке не обжалуется.

В силу пунктов 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статья 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статьи 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом приведенных разъяснений Постановления N 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д. (данная правовая позиция отражена в определении Верховный Суд Российской Федерации от 15.06.2017 №304-ЭС17-76).

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Как указывалось выше, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции АО «Газпромбанк» заявил о неприменении к ФИО1 правил об освобождении от обязательств перед АО «Газпромбанк», ссылаясь на следующие обстоятельства.

В период с 05.12.2023 по 06.12.2024 ФИО1 оформил 4 (четыре) кредитных договора в различных банках на общую сумму 6 242 520 руб. Ежемесячные платежи по указанным кредитным обязательствам составили сумму в размере 151 948 руб. После зачисления денежных средств на счет, ФИО1 снял кредитные средства в терминалах наличными.

В анкете ФИО1 указал, что имеет постоянное место работы в АО «РЖД» (ИНН <***>) в должности «машинист». Справки по форме 2 - НДФЛ подтверждают официальный доход ФИО1 в период с 2021 года по 2023 года в размере от 70 000 – 98 000 рублей (до уплаты налогов). Иных источников дохода заемщик не декларировал.

В счет погашения задолженности по кредитному договору заемщиком было произведено три полных платежа (январь 2024, февраль 2024, март 2024), после чего платежей в счет погашения задолженности по кредитным договорам не поступало.

26.04.2024 (через двадцать дней после регистрации права собственности на квартиру) ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании себя банкротом, тем самым прекратив исполнять обязательства в пользу банков – кредиторов.

Рассмотрев позицию кредитора, приведенную в апелляционной жалобе, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда в части применения к должнику ФИО1 правил об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором АО «Газпромбанк».

Законодательство о банкротстве позволяет освободиться от долгов честному должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение (пункты 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При установлении недобросовестности должника суд в зависимости от обстоятельств дела, с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестных кредиторов от недобросовестного поведения должника, в виде отказа в освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения банкротных процедур.

На момент обращения ФИО1 в банки за получением кредитных средств информация о заключении кредитного договора передавалась в бюро кредитных историй в срок не позднее окончания третьего рабочего дня после наступления соответствующего события (подпункт 1 пункт 6 статьи 2 Федеральный закон от 31 июля 2020 г. N 302-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О кредитных историях" в части модернизации системы формирования кредитных историй"). Самостоятельно информацию об одномоментном оформлении кредитных договоров в нескольких банках должник своим кредиторам не сообщал.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела, заключая потребительские кредиты с несколькими банками, ФИО1 действовал в обход установленных правил и фактически получил потребительские кредиты в размере, многократно превышающем установленный лимит исходя из доходов заемщика, без какого-либо обеспечения, при таких обстоятельствах поведение должника, осознанно принимающего меры для обхода требований банков при заключении кредитных договоров, не может быть признано добросовестным.

Все негативные последствия такого поведения несет лицо, действующее неправомерно при вступлении в обязательства. Должник осознанно ввел в заблуждение банки относительно уровня своей кредитоспособности, скрыл сведения об объеме своих обязательствах, фактически предоставив недостоверные сведения о финансовом состоянии, сделал невозможным проведение банками полноценной оценки кредитных рисков.

Определением Верховного суда РФ от 26.05.2025 № № 304-ЭС24-24028 по делу А03- 9272/2023 обобщена правовая позиция, ранее выработанная судебной практикой, где изложено, что одновременное обращение потенциального заемщика в разные банки для определения оптимальных для него условий кредитования еще не свидетельствует о недобросовестном поведении должника. Вместе с тем, после определения таких оптимальных условий кредитования стандартным поведением добросовестного заёмщика является обращение в банк, предложивший лучшие условия, с целью получения кредита на всю необходимую сумму, предоставив тем самым банку возможность оценить перспективы и риски заключения сделки

Как указано ранее, в период с 05.12.2023 по 06.12.2024 ФИО1 несколько кредитных договоров в различных банках на общую сумму 6 242 520 руб.

Как указывает сам должник, полученные денежные средства были потрачены им на приобретение квартиры по адресу: <...>, а также на ремонт указанной квартиры.

Согласно договору купли-продажи от 29.03.2024, стоимость квартиры составила 3 700 000 руб.

Доказательств, подтверждающих ремонт квартиры на сумму 3 млн.руб., должником не представлено.

Право собственности зарегистрировано за должником 02.04.2024 (№ записи 66:56:0601002:419-66/200/2024-8).

После приобретения квартиры должник прекратил исполнять обязательства в пользу банков – кредиторов, а 26.04.2024 (через двадцать дней после регистрации права собственности на квартиру) обратился в суд с заявлением о признании себя банкротом. Иное имущество в собственности должника отсутствует.

Приобретая квартиру за счет полученных кредитных средств, ФИО1 также не раскрыл перед судом причины, по которым он не воспользовался процедурой ипотечного кредитования, которая предполагает систему долгосрочного кредитования граждан для приобретения жилья, обеспечивает заемщику пониженную процентную ставку за пользование денежными средствами (по сравнению с потребительскими кредитами), возможность использования материнского капитала и налоговых вычетов. При ипотечном кредитовании права банков, как кредиторов, обеспечены залогом приобретаемой недвижимости, что гарантирует банку возможность погашения задолженности по кредиту за счет реализации предмета залога. Должник, в свою очередь, не воспользовался системой ипотечного кредитования (несмотря на наличие большого количества социальных гарантий и пониженной процентной ставки), а приобрел квартиру, заведомо осознавая, что имущество не будет обременено залогом в пользу банков и обращение взыскания на него будет затруднительно. При этом, цели получения кредитных денежных средств (приобретение квартиры) были раскрыты должником только после того, как банк направил ходатайство о неприменении в отношении ФИО1 последствий в виде освобождения от исполнения обязательств.

Доводы о том, что погашение кредитов планировалось за счет совместных доходов с ФИО3, опровергаются письменными доказательствами.

Согласно справке 2-НДФЛ за 2024, доход, получаемый ФИО3, не превышал 21 000 руб. до налогообложения (с учетом выплат по временной нетрудоспособности).

Таким образом, даже совокупного дохода ФИО1 и ФИО3 объективно не хватало для уплаты ежемесячных платежей по кредитным договорам.

По мнению суда апелляционной инстанции, действия должника по приобретению на заемные денежные средства квартиры, в качестве единственного жилья, направлены на искусственное распространение имущественного (исполнительского) иммунитета на квартиру, не обремененную залогом, с целью исключения имущества из процедуры обращения на него взыскания.

Основной целью института банкротства является достижение баланса между кредиторами и должником, урегулирование конфликта интересов взаимовыгодным способом.

Как указано в п. 29 «Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025) недобросовестное осуществление должником права на распоряжение своим имуществом (злоупотребление правом) имеет место в том числе в таких случаях, когда должник своими целенаправленными умышленными действиями причинил вред кредиторам, создав или усугубив ситуацию недостаточности имущества для погашения своих долгов. Недобросовестными являются также действия должника, в результате которых общая стоимость защищенного исполнительским иммунитетом имущества (и иного имущества, не подлежащего реализации) увеличилась за счет уменьшения размера имущества, подлежащего реализации в процедуре банкротства, или за счет увеличения требований кредиторов.

Действия, направленные на недопущение реализации спорной квартиры для удовлетворения требований кредиторов, свидетельствуют о злоупотреблении правом, недобросовестности поведения должника (ст. 10 ГК РФ).

Следует также отметить, как до приобретения квартиры, так и после должник не менял адрес регистрации по месту жительства (Пермский край, Горнозаводск, ул. Гипроцемента, д.27, кв.55).

Судом первой инстанции не учтено, что исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, следует, что освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

При вынесении определения о завершении процедуры и освобождении ФИО1 от долгов судом первой инстанции допущена ситуация, при которой в собственности должника осталось имущество, приобретенной за счет средств банка – кредитора, в то время как на стороне кредитора сформировалась исключительно убытки в виде «прощения долгов заемщику», что противоречит как общим принципам исполнения обязательств (ст. 10, 15, 309,421 ГК РФ), так и концепции института банкротства.

Подобная практика формирует у физических лиц неверное понимание правовой цели института банкротства исключительно как способа освобождения гражданина от исполнения обязательств, тем самым поощряя действия граждан, направленные на извлечение личной выгоды за счёт и в ущерб интересам других участников правоотношений (кредиторов).

Обращая денежные средства банков в свою пользу, должник, приобретая дорогостоящий актив, на который кредиторы не имеют возможность обратить взыскание, действует недобросовестно, злоупотребляя правом в ущерб правам кредиторов.

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый - пятый пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При таких обстоятельствах, апелляционный суд приходит к выводу о том, что действия должника по отношению к АО «Газпромбанк» являются незаконными и недобросовестными, составляющими предусмотренное пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве основание для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед данным кредитором, основанных на кредитном договоре от 05.12.2023 №026-КР-185718.

В остальной части судебного акта апелляционная жалоба доводов не содержит, в связи с чем, в указанной части судебный акт судом апелляционной инстанции не пересматривается.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции в обжалуемой части следует отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Поскольку апелляционная жалоба удовлетворена, расходы АО «Газпромбанк» на оплату государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы подлежат отнесению на должника на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07 мая 2025 года по делу №А60-22821/2024 в обжалуемой части, а именно в части освобождения ФИО1 от исполнения обязательств, отменить.

Не применять в отношении должника ФИО1 положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором акционерным обществом «Газпромбанк».

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в пользу акционерного общества «Газпромбанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 30 000 (тридцать тысяч) рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.В. Саликова

Судьи

Е.О. Гладких

Л.М. Зарифуллина