Постановление по делу № 19АП-6817/2024 от 04.03.2025

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

04 марта 2025 года Дело № А48-12417/2023

г. Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 04 марта 2025 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО4,

при участии:

от Управления Федеральной налоговой службы по Орловской области – ФИО5, представитель по доверенности, предъявлен паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего юридического образования;

от ФИО6 – ФИО7, адвокат по доверенности, предъявлено служебное удостоверение;

от ФИО8 – ФИО9, адвокат по доверенности, предъявлено служебное удостоверение;

от ФИО10 - представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от общества с ограниченной ответственностью «Миди» - представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от ФИО11 Слои - представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от ФИО12 –представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования системы веб-конференции апелляционные жалобы ФИО6, ФИО10 и ФИО8 на решение Арбитражного суда Орловской области от 24.10.2024 по делу №А48-12417/2023 по исковому заявлению Управления Федеральной налоговой службы по Орловской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) к 1) ФИО10; 2) ФИО8; 3) ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Миди», взыскании денежных средств,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков: 1) общество с ограниченной ответственностью «Миди» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), 2) ФИО11 Слои; 3) ФИО12,

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной налоговой службы по Орловской области (далее - истец, УФНС по Орловской области, Управление, уполномоченный орган) обратилось в Арбитражный суд Орловской области с исковым заявлением к ФИО10 (далее - ответчик 1, ФИО10), ФИО8 (далее - ответчик 2, ФИО8), ФИО6 (далее - ответчик 3, ФИО6) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Миди» (далее - третье лицо 1, должник, Общество, ООО «Миди») на сумму 61 069 791,91 руб., а именно: 38 609 088,49 руб. – основной долг, 16 144 983,52 руб. – пени, 6 315 719,90 руб. – штраф (уточнение от 07.10.2024, принятое судом к рассмотрению протокольным определением от 01-11.10.2024г.).

К участию в деле качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков привлечены ООО «Миди», ФИО11 Слои (третье лицо 2), ФИО12 (третье лицо 3).

Решением Арбитражного суда Орловской области от 24.10.2024 исковые требования Управления Федеральной налоговой службы России по Орловской области удовлетворить частично, ФИО10, ФИО8, ФИО6 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Миди». Взыскано солидарно с ФИО10, ФИО8, ФИО6 в пользу Управления Федеральной налоговой службы России по Орловской области 54 754 072 руб. 01 коп., в том числе налоги - 38 609 088,49 руб., пени- 16 144 983 руб. 52 коп. В остальной части в удовлетворении искового заявления отказано. Взыскана с ФИО10 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 60 670 рублей. Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 60 670 рублей. Взыскана с ФИО6 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 60 670 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО6, ФИО10, ФИО8 обратились в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых указывают на незаконность и необоснованность решения Арбитражного суда Орловской области от 24.10.2024, в связи с чем просят его отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО6 поддержал доводы, приведенные в своей апелляционной жалобе, считая решение в части незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, без учета фактических обстоятельств дела, просил суд решение в обжалуемой части отменить и принять по делу новый судебный акт.

Посредством веб-конференции в судебном заседании представитель ФИО8 поддержал доводы, приведенные в своей апелляционной жалобе и с учетом дополнения, считая решение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, без учета фактических обстоятельств дела, просил суд обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Посредством веб-конференции в судебном заседании представитель истца возражал относительно доводов, изложенных в апелляционных жалобах, считая обжалуемое решение законным и обоснованным, а жалобы – не подлежащими удовлетворению.

Представители иных лиц в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Ввиду наличия у суда апелляционной инстанции доказательств надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений к апелляционной жалобе ФИО8, письменных объяснений истца, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, в том числе посредством веб-конференции в судебном заседании, исследовав и оценив представленные доказательства, арбитражный апелляционный суд считает, что решение Арбитражного суда Орловской области от 24.10.2024 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Миди» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.11.2002 с присвоением ИНН <***> и ОГРН <***>, основной вид деятельности – производство кровельных работ. Место нахождения: 302007, <...>.

Единственным участником ООО «Миди» с момента основания является ФИО6, владеющий 100% долей в уставном капитале Общества.

Руководителями ООО «Миди» согласно выпискам из ЕГРЮЛ в проверяемом периоде (2017-2019гг.) являлись:

- ФИО10 - с 11.03.2012 г. по 07.02.2019 г.;

- ФИО8 - с 08.02.2019 г. по 10.02.2020 г.

ИФНС России по городу Орлу проведена выездная налоговая проверка ООО «Миди», в том числе по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) и налогу на прибыль организаций за период с 01.01.17 по 31.12.19, по результатам которой составлен акт от 18.08.2021 №1710/07 и принято решение от 05.03.2022 №17-10/06 о привлечении общества к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ – за умышленную неуплату НДС в виде штрафа в размере 5 665 148 руб.; по налогу на прибыль в федеральный бюджета в виде штрафа в размере 1 044 686 руб., по налогу на прибыль в бюджет субъекта РФ - 5 919 883 руб.

Также указанным решением обществу доначислен НДС за 2017-2019 годы в общей сумме 18 900 616 руб., пени за несвоевременную уплату НДС в размере 7 338 059,05 руб.; налог на прибыль организаций за 2017-2019 годы в федеральный бюджет в размере 2 937 596 руб., в бюджет субъекта РФ в размере 16 646 376 руб. и пени за несвоевременную уплату налога на прибыль в федеральный бюджет - 1 166 566,63 руб., в бюджет субъекта РФ - 6 610 939,92 руб.

Решением УФНС по Орловской области от 20.06.2022 № 190, решение ИФНС России по городу Орлу отменено в части привлечения к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа за неполную уплату НДС в размере 2 832 574 руб., за неполную уплату налога на прибыль в общей сумме 3 482 285 руб. и предложения уплатить его в этом размере, в остальной части решение инспекции от 05.03.2022 № 17-10/06 оставлено без изменения.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 29.08.2022 ИФНС России по городу Орлу реорганизована в форме присоединения к УФНС по Орловской области, о чем в ЕГРЮЛ внесены соответствующие записи, в том числе о прекращении деятельности инспекции.

Основанием доначисления вышеупомянутых сумм налогов, пени, штрафа послужил вывод уполномоченного органа о нарушении обществом пределов осуществления прав по исчислению налогов со ссылкой на установленные в ходе выездной налоговой проверки обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии реальных хозяйственных операций с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг», ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» (далее - также спорные контрагенты), поскольку в действительности общество использовало формальный документооборот в целях получения налоговой экономии в виде неправомерного учета расходов по налогу на прибыль организаций и применения налоговых вычетов по НДС.

По мнению истца, установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты в своей совокупности свидетельствуют о том, что в период осуществления ФИО10 полномочий руководителя должника (с 11.03.2012г. по 07.02.2019г.) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, в части заключения с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделок, являющихся формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений.

В период осуществления ФИО8 полномочий руководителя должника (с 08.02.2019г. по 10.02.2020г.) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: заключены с ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» сделки, являющиеся формальными и направленные на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющие под собой фактов реальных хозяйственных отношений.

Единственным участником ООО «Миди» (доля участия - 100%) в период с 29.11.2002 по настоящее время является ФИО6.

В период владения ФИО6 мажоритарной долей в уставном капитале осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: создан формальный документооборот по имитации расчетов ООО «Миди» с ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг». Фактически действия были направлены не на приобретение товаров и выполнение работ по ремонту кровли и устройству асфальтового покрытия, а на получение необоснованной налоговой выгоды. Действия руководящего состава ООО «Миди» по оплате фиктивных услуг ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг» в общей сумме 116 820 478 руб. направлены на вывод денежных средств, сэкономленных в результате незаконной оптимизации. Проверкой установлено, что наряду с руководителями, активное участие в финансово-хозяйственной деятельности должника принимал и учредитель, который не мог быть не осведомлен о заключаемых ООО «Миди» сделках.

ООО «Миди» обратилось в Арбитражный суд Орловской области к УФНС по Орловской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции ФНС РФ по г.Орлу от 05.03.2022 №17-10/06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (с учетом решения Управления от 20.06.2022 №190).

Решением суда первой инстанции от 02.03.2023г по делу №А48-8144/2022, оставленным без изменения постановлениями Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.01.2024 и Арбитражного суда Центрального округа от 13.06.2024, в удовлетворении требований Общества отказано.

Федеральная налоговая служба России 06 декабря 2022 года обратилась в Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании ООО «Миди» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника в соответствии со ст.230 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Просила включить сумму задолженности, подтвержденную решениями о взыскании задолженности за счет денежных средств или иного имущества должника, в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Миди» в размере 60 034 954,42 руб., в том числе: во вторую очередь - 2 553,09 руб. (основной долг); в третью очередь - 60 032 401,33 руб., в том числе основной долг — 38 606 761,11 руб., пени - 15 110 782,22 руб., штраф - 6 314 858 руб.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 16 января 2023 года по делу №А48-10720/2022 заявление кредитора принято к производству.

Определением от 28 апреля 2023 года производство по делу №А48-10720/2022 прекращено на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Судом установлено, что по данным последней бухгалтерской отчетности за 2021 год, представленной в налоговый орган 13.03.2022, балансовая стоимость активов ООО «Миди» составила 15 756 тыс. руб., в том числе запасы - 10 354 тыс. руб., дебиторская задолженность - 5 111 тыс. руб., денежные средства - 291 тыс. руб. Основные средства по данным бухгалтерской отчетности за 2021 год отсутствуют. Актуальные сведения об активах должником не представлены, срок сдачи бухгалтерской отчетности за 2022 год - 30.03.2023.

По данным бухгалтерской отчетности по состоянию на 01.01.2023, представленной в налоговый орган 19.02.2023, активы ООО «Миди» составили 4 758 тыс. руб., в т. ч. дебиторская задолженность - 4 758 тыс. руб. По данным Росреестра, СМЭВ ГИБДД, Управления по государственному надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники, движимое и недвижимое имущество ООО «Миди» не зарегистрировано.

Таким образом, в целях финансирования процедуры банкротства у должника недостаточно имущества, за счёт которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве, либо на основании п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 №91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве».

В соответствии с п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В связи с прекращением производства по делу о банкротстве ООО «Миди» и непогашением задолженности перед уполномоченным органом, Управление Федеральной налоговой службы по Орловской области обратилось в суд с рассматриваемым иском о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Истец в качестве правового обоснования заявленных требований привел положения пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и разъяснения, изложенные в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презюмируется, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий/ бездействий);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога/сбора страховых взносов составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Презумпция, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является материально-правовой, что предопределяется природой отношений, возникающих в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, имеющих в своей основе доказывание наличия гражданско-правового деликта. Закрепление в законе презумпций, которые, пока не доказано обратное, предполагают наличие в действиях контролирующего лица таких элементов состава как противоправность и вина, в каждом случае является реакцией законодателя на выявленные практикой типичные способы причинения вреда кредиторам. В то же время отсутствие указанной презумпции на момент совершения вменяемых действий, не должно исключать возможность доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на общих основаниях.

Указанные факторы, свидетельствующие о создании контролирующими лицами ситуации, при которой должник не может исполнить свои публично-правовые обязанности, по уплате налогов в пользу единственного кредитора, могут проявляться при выстраивании такой модели ведения бизнеса, при которой юридическое лицо, предпринимает действия по уклонению от уплаты налогов либо уменьшению суммы налогов, подлежащих уплате в бюджет, погашает задолженность перед контрагентами в рамках построенных на началах эквивалентности и взаимности гражданско-правовых отношений, и, в то же время, намеренно не осуществляет уплату налогов, наращивая задолженность перед бюджетом, совершая действия по выводу имущества, денежных средств, заключая мнимые сделки и пр.

Требование истца о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности основано на обстоятельствах, установленных в рамках налоговой проверки, имевших место в 2017-2019 гг.

Как было установлено инспекцией, в период осуществления ФИО10 полномочий руководителя должника (с 11.03.2012 г. по 07.02.2019 г.) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, в части заключения с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 42,8 млн. руб.

В период осуществления ФИО8 полномочий руководителя должника (с 08.02.2019 г. по 10.02.2020 г.) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: заключение с ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 73 млн. руб.

В период владения ФИО6 мажоритарной долей в уставном капитале ООО «Миди» осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, состоящие в том, что обществом создан формальный документооборот по имитации расчетов ООО «Миди» с ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг». Фактически действия направлены не на приобретение товаров и выполнение работ по ремонту кровли и устройству асфальтового покрытия, а на получение необоснованной налоговой выгоды.

Действия руководящего состава ООО «Миди» по оплате фиктивных услуг ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг» в общей сумме 116 820 478 руб. направлены на вывод денежных средств, сэкономленных в результате незаконной налоговой оптимизации.

Так, в актах выполненных работ ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы» и ООО «Святки» указана одна и та же площадь, одни и те же работы, из чего следует, что ни одна, ни другая организация не выполняла вышеуказанные работы, так как в ходе проверки установлено, что данные работы выполнялись ООО «Миди».

В отношении ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» по договорам субподряда налоговым органом установлено, что данные лица не имели права проводить работы, которые влияют на безопасность объектов капитального строительства.

Показаниями свидетелей, представителей заказчиков, установлено, что строительные работы на объектах выполнены работниками ООО «Миди», оформленными в соответствии с законодательством и работниками, нанятыми обществом без оформления трудовых отношений.

Анализ расчетного счета ООО «Миди» показал, что оно перечисляет денежные средства ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы» (руководитель ФИО16) за формально оформленные договоры субподряда и участвуют в схеме по обналичиванию денежных средств через ООО «Барон Мюнхаузен» (учредитель ФИО16), ИП ФИО16, КПК «ФЕНИКС.РУ» (учредители ФИО16, ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы»), ООО «СтройКонсалтТрейдинг» (руководитель/учредитель ФИО17 (бывшая жена ФИО16), физических лиц.

Согласно анализу расчетных счетов ООО «Святки», денежные средства, полученные от ООО «Миди», переведены в адрес ООО МКК «ВераЗаймГрупп» с назначением платежа «Пополнение оборотных средств на ведение хозяйственной деятельности». ООО «Святки» и ООО «Барон Мюнхаузен» являются учредителями МКК «ВераЗаймГрупп» с долей в уставном капитале 50%/50%, соответственно.

Таким образом, учредителем ООО «ВераЗаймГрупп» являются ООО «Святки», а руководителем и 5% учредителем КПК «ФЕНИКС.ру» является ФИО18, который также является руководителем ООО «Святки». В свою очередь, данная организация переводит денежные средства с назначением «Заем по договору займа» в адрес физических лиц, что свидетельствует об обналичивании денежных средств.

Анализ выписок по расчетному счету ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15 за 2018 год показал, что денежные средства, перечисленные ООО «Миди», в дальнейшем перечисляются в адрес физических лиц, индивидуальных предпринимателей, а также осуществляется снятие наличных денежных средств самими индивидуальными предпринимателями.

По расчетному счету операции, свойственные предприятиям, ведущим обычную финансово-хозяйственную деятельность (затраты на коммунальные услуги, услуги телефонной связи, канцелярские товары и иные расходы), ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» не производили, что свидетельствует об отсутствии ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности; отсутствуют платежи, связанные с оплатой по привлечению трудовых ресурсов, перевозки, аутсорсинга, аутстаффинга, аренды транспортных средств, техники, необходимой для выполнения строительных работ, аренда которой была необходима.

ООО «Миди» не представило доказательств выяснения налогоплательщиком вопросов о наличии у контрагентов материальной базы, штатной численности работников, деловой репутации и опыта.

Указанные факты в совокупности свидетельствуют о том, что заключенные с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделки являются формальными и направлены на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений.

Действия ООО «Миди» и его контрагентов являются согласованными и направлены на создание видимости соблюдения требований статей 169, 171, 172 Налогового кодекса РФ с целью предъявления к вычету НДС, путем создания фиктивного документооборота.

Совокупность собранных в ходе выездной налоговой проверки обстоятельств свидетельствует о том, что вышеуказанные контрагенты фактически не осуществляли реальной хозяйственной деятельности, а являлись участниками цепочки фирм, расчетные счета которых использовались для транзитных операций в схемах ухода от налогообложения и легализации денежных средств.

В отношении ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» установлено, что они не имели право проводить работы, которые влияют на безопасность объектов капитального строительства.

Показаниями свидетелей, представителей ФИО19, установлено, что строительные работы на объектах выполнены работниками ООО «Миди», оформленными в соответствии с законодательством и работниками, нанятыми обществом без оформления трудовых отношений.

Кроме того, при анализе IP-адресов контрагентов (субподрядчиков) в ходе проверки установлено следующее:

- ООО «Модус», ООО «Торгсервис», ООО «Маркетинг» имеют одинаковые IP адрес 95.107.2.63, 77.235.218.245, при этом у юридических лиц адреса мест регистрации различаются;

- ООО «Строительные технологии», ООО «Моноит-Групп» имеют одинаковые IP адрес 95.107.57.206, адреса мест регистрации различны;

- ООО «Партнер» и ИП ФИО15 имеют одинаковые IP адреса 188.116.186.164, при этом у юридического и физического лица адреса мест регистрации различаются;

- ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки» имеют одинаковые IP адрес 217.174.7.159 и разные места регистрации;

- ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Барс» имеют один адрес IP 176.192.59.146, при этом у юридических лиц адреса мест регистрации различаются.

Из анализа расчетных счетов вышеуказанных налогоплательщиков следует, что в проверяемом периоде (за 2017-2019 гг.) поступившие от ООО «Миди» денежные средства перечислялись на расчетные счета транзитных организаций, а в дальнейшем – на счета индивидуальных предпринимателей.

В последующем поступившие денежные средства обналичивались, в частности, ФИО16, ФИО20, ФИО17, ФИО21, ФИО18, ФИО22, ФИО13, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО14, в том числе и по договорам займа, при этом возвраты денежных средств по договорам займов от физических лиц отсутствуют.

Материалами выездной налоговой проверки установлено, что все вышеуказанные лица не осуществляли финансово-хозяйственную деятельность в проверяемом периоде, что дает основания полагать, что они были зарегистрированы в налоговом органе с целью создания видимости финансово-хозяйственных отношений путем формального оформления сделок и участвовали в схеме по обналичиванию денежных средств.

При этом, в ходе допроса получателей денежных средств установлено, что ряд из них денежные средства вообще не получал, кто-то после получения сразу их отдавал ФИО16, а тот через месяц выдавал справку о погашении займа, который фактически не возвращался получателем, трое из свидетелей указывали, что в запрошенный период 2017-2018 годы меняли паспорта (утерян/похищен/испорчен под дождём), но свои данные для получения займов никому добровольно не передавали. Супруга ФИО16 поясняла, что она денежные средства не получала, картой пользовался супруг. Некоторые свидетели пояснили, что заключить договор займа им предлагали за вознаграждение в размере от 500 до 1000 руб.

Перечисленные факты указывают, что ФИО16, ФИО20, ФИО17, ФИО21, ФИО18, ФИО22, ФИО13, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО14 являлись заинтересованными лицами в осуществлении схемы незаконной минимизации налоговых обязательств ООО «Миди» и действовали совместно с руководством проверяемого налогоплательщика с целью получения экономии.

В ходе выездной налоговой проверки также установлено, что согласно условиям договоров подряда, заключенным ООО «Миди» с заказчиками на выполнение работ на строительных объектах в 2017-2019гг., в основном использовался материал подрядчика. Стоимость материалов, использованных для выполнения работ, включена ООО «Миди» в акты выполненных работ, выставленные в адрес заказчиков в 2017-2019 гг.

В отношении работ, выполняемых на объектах заказчиков ООО «Миди» субподрядными организациями, налоговым органом установлено, что материалы для выполнения работ на 90% принадлежали ООО «Миди», а указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности давали руководители ООО «Миди» ФИО10, ФИО8 (протокол допроса свидетеля от 17.06.2021г. № 17-10/274, протокол допроса свидетеля от 01.06.2021г. № 17-10/223). При этом ФИО8 до назначения на должность в качестве руководителя ООО «Миди (с 08.02.2019) уже получал доход в данной организации (согласно справкам 2-НДФЛ), что в совокупности с протоколами допроса подтверждает факт осведомленности последнего о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Работникам ООО «Миди» в ряде организаций-заказчиков выдавались временные пропуска.

Так, в частности, в ходе проверки взаимоотношений должника с ООО «Мускат» при проведении работ на объекте ПАО «Линейный» установлено, что согласно представленным ООО «Миди» письмам пропуск на территорию ПАО «Линейный» (Заказчик) имели как сотрудники, так и работники должника. Среди них указаны: ФИО8 как директор, ФИО6 – заместитель директора, ФИО10 – работник ООО «Миди».

При выполнении работ на объекте АО «Автоком» ФИО6 был заявлен как работник ООО «Миди», при этом руководитель АО «Автоком» при даче показаний относил его к руководящему составу ООО «Миди», а на работах по заказу АО «Агрегат» сведения о нём подавались как на водителя.

На объектах СХП «Колпнянское» и СХП «Свердловское», по показаниям инженера-строителя по техническому надзору ООО «Авангард-Агро-Орел», работами руководили ФИО10 либо ФИО38

На объекте ООО «Проминвест» за инструктаж на рабочем месте в 2017 году стоит подпись ФИО10 как руководителя должника.

В письме от 14.05.2018, направленном в ПАО «Наугорский», ФИО10 заявил в числе работников, выполняющих работы на объекте, ФИО6, а контроль выполнения и приёмка работ осуществлялась им самим.

Налоговым органом установлено, что в проверяемом периоде и после ФИО8 приобрел в собственность: самоходную машину СР-563С, VIN 5KN00106, 1996 года выпуска, дата регистрации - 19.12.2018г.; самоходную машину ГС-14.02, VIN 120746, 2012 года выпуска, дата регистрации - 20.02.2019г.; легковой автомобиль TOYOTA CAMRY, VIN <***>, 2020 года выпуска, дата регистрации - 07.11.2020г.

ФИО10 приобрел: прочие самоходные машины - TEREX TLB890SM, дата регистрации 03.06.2019, VIN <***>, мощностью 101,29 л.с. (примерная стоимость 3 250 000 руб.); прочие самоходные машины - MST М542 PLUS, дата регистрации 29.03.2023, VIN <***>, мощностью 101,29 л.с. (примерная стоимость 9 900 000 руб.); легковой автомобиль BMW 520D XDRIVE, дата регистрации 29.10.2022, VIN <***>, мощностью 190,3 л.с. (примерная стоимость 4 450 000 руб.); легковой автомобиль ВАЗ 21053, дата регистрации 06.08.2022, VIN <***>, мощностью 71.4 л.с. (примерная стоимость 70 000 руб.)

ФИО26 Аджамовича - ФИО11 Слои (дата заключения брака 28.05.2010) приобрела: 15.03.2021 (на основании справки ЖСК «Эталон-Сити 5» от 10.02.2021) зарегистрирована квартира, площадью 92,6 кв.м, расположенная по адресу: <...> кадастровой стоимостью 12 689 222,46 руб.; 20.01.2022 зарегистрировано машино-место площадью 22,5 кв.м, кадастровый номер: 57:25:0010610:1465, расположено по адресу: <...>, кадастровой стоимостью 669 118,2 руб.

ФИО6 приобрел: легковой автомобиль HYUNDAI SOLARIS, дата регистрации 27.03.2020, VIN <***>, мощностью - 122,6 л.с; легковой автомобиль MERCEDES-BENZ E-CLASS, дата регистрации 25.12.2020, VTN W1K2130871A880700, мощностью 197,1 л.с.

ФИО27 Шарифовна (дата заключения брака 19.10.2001) приобрела: 10.02.2020 (на основании справки ЖСК «Эталон-Сити 5» от 12.07.2019) зарегистрирована квартира, площадью 92,6 кв.м, расположенная по адресу: <...> кадастровой стоимостью 12 661 815,94 руб.; 07.02.2020 (на основании справки ЖСК «Эталон-Сити 5» от 12.07.2019) зарегистрирована квартира, площадью 52,6 кв.м, расположенная по адресу: <...> кадастровой стоимостью 7 207 916,86 руб.

При этом, по данным налогового органа, несопоставим объем и стоимость имущества семьи с размером доходов согласно официальным источникам.

Кроме того, в период проведения налоговой проверки ООО «Миди» установлено отчуждение легкового автомобиля TOYOTA CAMRY, VIN <***>, 2020 года выпуска (дата регистрации - 24.03.2020г., дата отчуждения - 19.02.2021г.)

ООО «Миди» был заключен договор лизинга данного автомобиля с АО «ВТБ-Лизинг» от 17.03.2020г. № АЛ 157845/01-20 ОРЛ. Согласно данному договору АО «ВТБ Лизинг» предоставило автомобиль ООО «Миди» во временное пользование и пользование за плату в общем размере ежемесячных лизинговых платежей 2 944 574,92 руб. Выкупная стоимость автомобиля TOYOTA CAMRY, уплачиваемая по окончании срока лизинга, – 1166,67 руб. Срок действия договора - до 28.02.2021г.

Согласно выписке банка по расчетным счетам ООО «Миди» сумма лизинговых платежей по договору лизинга №АЛ 157845/01-20 ОРЛ уплачена налогоплательщиком в полном объеме, после чего ООО «Миди» вернуло АО «ВТБ-Лизинг» автомобиль TOYOTA CAMRY согласно дополнительному соглашению № 1 от 15.02.2021г. к договору лизинга. 19.02.2021г. права на автомобиль у АО «ВТБ-Лизинг» выкупил ФИО28 (ИНН <***>), цена сделки - 1 000 руб.

Отчуждение транспортного средства в период проведения выездной налоговой проверки при отсутствии у должника иного имущества причинило вред ФНС России. ФИО6, будучи единоличным участником ООО «Миди», не мог не знать о негативных последствиях в результате отчуждения имущества в период проведения выездной налоговой проверки.

По данным Управления ЗАГС по Орловской области, ФИО28 является сыном единственного участника ООО «Миди» ФИО6.

Иной источник для приобретения имущества в период осуществления контролирующими должника лицами в ООО «Миди», кроме выгоды от реализации схемы по занижению налоговой базы с последующим выводом денежных средств, не выявлен.

Помимо того, налоговым органом установлено, что 24.03.2020 в налоговом органе зарегистрирована организация ООО «Инфотехсервис» (ИНН <***>), основной вид деятельности - «Производство кровельных работ». ФИО28 является генеральным директором и единственным участником (доля участия - 100%) ООО «Инфотехсервис» за период с 24.03.2020 по настоящее время. Как ранее было указано, ФИО28 является сыном единственного участника ООО «Миди» ФИО6. Основной вид деятельности ООО «Инфотехсервис» аналогичен виду деятельности ООО «Миди» (производство кровельных работ).

Адреса регистрации ООО «Миди» и ООО «Инфотехсервис»: 302005, <...>. Также установлено совпадение IP-адреса ООО «Миди» и ООО «Инфотехсервис»: 109.61.135.55.

При изучении работников, осуществляющих свою деятельность в данных организациях, установлено, что с момента начала выездной налоговой проверки 24.12.2020 из ООО «Миди» в ООО «Инфотехсервис» перешёл 1 сотрудник (ФИО29 – ранее работала в должности бухгалтера и инженера-сметчика), при этом одновременно в 2021 году свою деятельность в вышеуказанных организациях осуществляли следующие сотрудники: ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36

Анализ справок 2-НДФЛ, с учетом основного вида деятельности двух организаций, позволяет прийти к выводу, что вышеуказанные лица не являлись постоянными сотрудниками, а привлекались по мере необходимости (в справках о доходах отражены лишь конкретные месяцы работы, а не весь год или полугодие).

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что ООО «Инфотехсервис» является аффилированной к ООО «Миди» организацией.

При анализе бухгалтерских балансов должника за 2017 - 2019 год установлено следующее:

- балансовая стоимость активов должника за 2017 год составила 23 809 000 руб. при этом количество денежных средств, перечисленных контрагенту ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы»– 12 818 036 руб., что в свою очередь составляет 53,8% от балансовой стоимости активов должника;

- балансовая стоимость активов должника за 2018 год составила 12 993 000 руб., а количество денежных средств, перечисленных контрагентам,– 31 322 773 руб., что более чем в два раза превышает балансовую стоимость активов должника;

- балансовая стоимость активов должника за 2019 год составила 31 731 000 руб., количество денежных средств, перечисленных контрагентам,–72 679 669 руб.

Необходимо отметить, что ФИО6 помимо того, что являлся бессменным учредителем должника, также согласно протоколу допроса свидетеля от 21.04.2021 №17-10/130 работал в 2018-2019 году в ООО «Миди» мастером, что свидетельствует о его фактическом участии в деятельности должника, осведомленности о деятельности руководителей ФИО10 и ФИО8 по заключению фиктивных договоров с субподрядными организациями.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Ответственность, предусмотренная ст.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 г. №9127/12).

По правилам ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность, наличие у потерпевшего лица убытков, причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями.

Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности доказыванию в силу ст. 65 АПК РФ подлежит состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

По смыслу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

С учётом абз.7 п.4 ст.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности на основании п.4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины и причинной связи с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Пунктом 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, разъяснено, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Согласно п.21 постановления Пленума №53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло контролирующее должника лицо, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, солидарно с руководителем должника (абзац 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации). Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными (пункт 23 постановления Пленума № 53).

Из представленных в дело доказательств следует, что ФИО10 являлся руководителем должника в проверяемый налоговый период 2017-2019 годы.

Установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты в своей совокупности свидетельствуют о том, что в период осуществления ФИО10 полномочий руководителя должника (с 11.03.2012г. по 07.02.2019г) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника в части заключения с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 42,8 млн. руб.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного суда Российской Федерации от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713, исходя из положений статьи 10 ГК РФ, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 Постановления № 53).

ФИО10 осуществлял руководство Обществом, то есть в силу имевшегося у него статуса имел возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника.

Показаниями свидетелей также подтверждается, что ФИО10 контролировал проведение работ на спорных объектах своими сотрудниками, направлял письма заказчикам на выдачу пропусков. При этом, заключал договоры с лицами, которые фактически работы на объектах заказчика не выполняли.

Сам ФИО10 факты подписания договоров оспаривал, но об их фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ не заявил. Такое заявление было сделано ФИО8, который в последующем его не поддерживал.

ФИО10 утверждал, что на должность директора его пригласил ФИО6, который является родным братом его жены. Должность директора ФИО10 считает, что занимал номинально.

Вместе с тем, вышеуказанные договоры помимо подписи ФИО10 имеют и печать Общества.

Заверение печатью организации подписи конкретных лиц подтверждает правомочность лица на совершение данного действия. При этом из правовой позиции, сформулированной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.07.2012 № 3170/12 и № 3172/12, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении, предполагается.

Создавая или допуская создание обстановки, свидетельствующей о наличии полномочий у представителя, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие трудовых или гражданско-правовых отношений с представителем, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, о потере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 №303- ЭС15-16683, от 24.12.2015 №307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 №307-ЭС15-9787, от 28.04.2014 № ВАС-4971/14).

В период подписания договоров и актов выполненных работ ФИО10 занимал должность руководителя должника, сведения о нём были внесены в ЕГРЮЛ.

ФИО10 неоднократно подавал документы в регистрирующий орган лично, а также выдавал доверенность на сдачу документов по внесению изменений в учредительные документы, что также следует из материалов регистрационного дела должника (том 5).

Таким образом, ФИО10 имел свободный доступ к печати должника, подписывал договоры с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг», находился на объектах заказчиков, контролируя проведение работ, расписывался за проведение инструктажей на объектах, вел переписку с заказчиками, подавал документы в регистрирующий орган, что не соответствует признакам, отличающим номинального руководителя должника.

Более того, в соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, имеющий признаки номинального, не утрачивает статуса контролирующего лица, так как не утрачивает возможности оказания влияния на должника, не освобождается от надлежащего выполнения обязанностей по управлению юридическим лицом, организации его бухгалтерского учета, обеспечению законности распоряжения его активами, принятию мер к привлечению к ответственности лиц, виновных в их утрате.

Тем более, что термин «номинальный руководитель» ранее использовался в работе налоговых органов для целей проверки достоверности сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, и отражал только один из возможных признаков номинального руководителя (одновременное исполнение обязанности директора в нескольких организациях). В то время как ФИО10 занимал должность руководителя ООО «Земдорстрой» (ИНН <***>) начиная с 21.11.2019, т.е. только после окончания его полномочий как руководителя должника.

Вторым признаком номинального руководителя является неполучение оплаты труда, однако ФИО10 подтвердил в судебном заседании, что зарплату он получал.

Третьим признаком может служить плохая осведомленность о деятельности компании, тогда как с учётом вышеприведенных фактов, ФИО10 не только был осведомлён о такой деятельности, но и выступал инициатором и исполнителем.

Пока не доказано иное, презюмируется, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если вред имущественным правам кредиторов причинен в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Показаниями свидетеля ФИО37 (т.2, л.д. 11-39) также подтверждается, что ФИО10 давал указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности должника.

В отношении довода Управления о получении выгоды, ответчик 1 объяснил, что указанное истцом имущество он мог приобрести на доходы от деятельности ООО «Земдорстрой» (ИНН <***>), в котором он был руководителем, но соответствующих доказательств в суд не представил.

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что достаточных и достоверных доказательств, позволяющих освободить его от субсидиарной ответственности, ФИО10 не представлено.

ФИО8 занимал должность руководителя должника в период с 08.02.2019г. по 10.02.2020г.

В период осуществления ФИО8 полномочий руководителя должника им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: заключены сделки с ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива», являющиеся формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 73 млн. руб.

ФИО8 факты подписания договоров оспаривал, сделал заявление об их фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ, которое в итоге просил не рассматривать.

ФИО8 пояснил, что является племянником ответчика ФИО6, который является родным братом отца ФИО8 – ФИО38 В феврале 2019 года ответчик ФИО8 занял должность руководителя ООО «Миди» именно по просьбе своего дяди ФИО6, т.к. до этого был трудоустроен в данной организации в должности менеджера, а фактически выполнял функции одного из производителя работ (прораб).

На момент трудоустройства ФИО8 в ООО «Миди» в должности заместителя руководителя уже работал ФИО37, который совместно с ФИО6 осуществлял фактическое руководство организацией и являлся близким другом ФИО6 В дальнейшем ФИО8 за период с февраля 2019 года по февраль 2020 года не принимал участия в руководстве ООО «Миди».

ФИО8 указал, что он не имел доступ к расчетному счету ООО «Миди» и не мог осуществлять перечисление денежных средств на расчетные счета, так как электронный ключ доступа к расчетному счету ООО «Миди» находился в пользовании иных лиц.

Вместе с тем, показаниями свидетеля ФИО37 (т.2, л.д. 11-39) подтверждается, что ФИО8 давал указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности должника. ФИО37 подтверждал, что решение по вопросу одобрения того или иного контрагента принималось коллегиально (ФИО8 и ФИО10), они же выбирали поставщиков услуг, контролировали процесс выполнения работ, давали указания, следили за сроками, подписывали договоры субподряда.

Руководитель ООО «Маркетинг» ФИО39 подтверждала, что по поставкам общалась непосредственно с директором Максимом. Подписание договора с ООО «Модус» именно ФИО38 подтверждал ФИО40 Аналогично руководители ООО «Строительные технологии» и ООО «Конвент» в своих показаниях ссылались на работу с ФИО38.

В банковском досье ООО «Миди», представленном ПАО «Райффайзен Банк», имеется нотариальная доверенность от директора ООО «Миди» ФИО8 на бухгалтера ФИО29, по которой ей полностью доверяется производить все действия, связанные с банковскими счетами и финансовыми операциями организации.

На ФИО8 в ПАО «ВТБ 24» оформлена ЭЦП, что подтверждает осуществление им полномочий единоличного исполнительного органа должника в спорный период. При этом сведения об изменениях в отношении телефонного номера, который принадлежит ФИО6, вносились по письменному заявлению ответчика 2 об изменении логина, о чем стоит отметка Банка и подпись сотрудника. Тот факт, что ответчиком ФИО8 в добровольном порядке указан данный телефонный номер свидетельствует лишь о его согласии с отправлением соответствующих сообщений на указанный номер, но не с передачей в пользование ЭЦП ФИО6

Если заявитель не осуществлял полномочия руководителя должника, то должен был отозвать свою ЭЦП либо аннулировать данный сертификат электронной подписи, чтобы исключить использование личного ЭЦП другими лицами в противоправных целях. Однако таких действий осуществлено не было.

При этом, ФИО6 подтверждал, что ответчик 2 не являлся номинальным директором, а указанный ФИО8 телефонный номер использовался для управления расчётными счетами (данный довод также подтвердило ООО «Миди»), следовательно, по мнению суда, ФИО8, изменяя номер телефона, не мог не знать о возможностях его использования.

В своем отзыве ответчик 2 также указал, что часть имущества была приобретена им в период до момента назначения на должность руководителя ООО «Миди», однако не отрицает, что свою деятельность ФИО8 осуществлял в ООО «Миди» и в 2018 году в должности менеджера по снабжению (ФИО6 в отзыве подтвердил данный факт), при этом возможность приобретения данного имущества не подтверждена. Приобретение автомобиля «Тойота Камри» с помощью средств родственника (отца) документально не подтверждено. Факт того, что отец ответчика зарегистрирован в качестве предпринимателя, не подтверждает возможность приобретения указанного транспортного средства за его счет.

ФИО8, также как и ФИО10, получал заработную плату за деятельность в Обществе, что также опровергает довод ответчика 2 о нём как номинальном руководителе.

По совокупности вышеизложенного суд области пришел к правильному выводу о том, что убедительных доказательств, позволяющих освободить его от субсидиарной ответственности, ФИО8 не представлено.

В период владения ФИО6 мажоритарной долей в уставном капитале им осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, в частности, установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты в своей совокупности свидетельствуют о том, что обществом создан формальный документооборот по имитации расчетов ООО «Миди» с ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг». Фактически действия были направлены не на приобретение товаров и выполнение работ по ремонту кровли и устройству асфальтового покрытия, а на получение необоснованной налоговой выгоды.

Из материалов дела следует, что наряду с руководителями, активное участие в финансово-хозяйственной деятельности должника принимал и учредитель, который не мог быть не осведомлен о заключаемых ООО «Миди» сделках.

Судебная практика выработала совокупность косвенных признаков, свидетельствующих о наличии группы и подконтрольности её единому центру. В частности, об этом могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. (Определение Верховного суда Российской Федерации от 31.08.2020 г. по делу №305-ЭС19-24480).

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений. При ином недопустимом подходе бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности выгодным для них образом и уходить от ответственности.

В своих объяснениях свидетель ФИО37 (т.2, л.д. 12) назвал ФИО6 как лицо, дававшее указание по ведению финансово-хозяйственной деятельности ООО «Миди».

В дополнение к изложенному в своих письменных отзывах по настоящему делу ФИО8 и ФИО10 указали, что в ООО «Миди» их пригласил на работу ФИО6, по его приказам данные лица были назначены на свои должности, учредителем устанавливалась заработная плата, он же их и освобождал от должности руководителя должника.

ФИО10 утверждал, что ФИО6 является родным братом его жены. ФИО8 пояснил, что является племянником ответчика ФИО6. ФИО8 подтверждал, что фактическое руководство Обществом осуществлял именно его дядя.

При анализе деятельности ответчика 3 в ООО «Миди» усматривается, что без его ведома не могли быть осуществлены выявленные уполномоченным органом схемы ухода от налогообложения.

В ходе проверки взаимоотношений должника с ООО «Мускат» при проведении работ в ПАО «Линейный» установлено, что согласно представленным ООО «Миди» письмам пропуск на территорию ПАО «Линейный» (заказчик) имели как сотрудники, так и работники должника, в том числе ФИО8 как директор, ФИО6 – заместитель директора, ФИО10 – работник ООО «Миди».

В письме от 14.05.2018, направленном в ПАО «Наугорский», ФИО10 заявил в числе работников, выполняющих работы на объекте, ФИО6

Сам ФИО6 на допросе давал показания, что в период 2018-2019гг. работал мастером.

Сведения об изменениях в отношении телефонного номера, который принадлежит ФИО6, хотя и вносились по письменному заявлению ответчика 2 об изменении логина, но не могли происходить без согласия самого владельца.

Таким образом, вне зависимости от занимаемой должности в ООО «Миди» ФИО6 находился на многих объектах заказчиков в момент выполнения работ и не мог не знать, что лица, выполняющие работы, являются сотрудниками должника, а не субподрядчиков.

По инициативе ФИО6 менялся адрес места нахождения должника, вносились изменения в Устав, заключался договор аренды на помещение, в котором находился должник, а 12.04.2019 произошло увеличение уставного капитала.

Согласно протоколам допроса свидетелей ФИО41 и ФИО42, фактическим руководителем должника работники считали именно ФИО6

Доводы ответчика 3 о том, что работы выполнялись субподрядчиками, а не работниками ООО «Миди», опровергаются судебными актами по делу №А48-8144/2022.

Так, в постановлении Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда отражено, что наряду с обстоятельствами, опровергающими реальность выполнения субподрядных работ для ООО «Миди» спорными контрагентами ввиду отсутствия у последних соответствующих материальных и трудовых ресурсов, неподтверждения их участия в выполнении работ на объектах заказчиками налогоплательщика, противоречивости сведений в представленных первичных документах по приемке-передаче работ, выявления схемы по осуществлению незаконной банковской деятельности с использованием расчетных счетов спорных подрядчиков, налоговым органом также установлено наличие у заявителя возможности самостоятельного выполнения данных работ.

В частности, ООО «Миди» имело свидетельство СРО о допуске к работам, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, обладало необходимыми трудовыми ресурсами (что подтверждается как данными о выплате работникам вознаграждения и представлением сведений по форме 2-НДФЛ, так и показаниями свидетелей (как со стороны самих работников, так и со стороны заказчиков) о привлечении физических лиц без оформления трудовых отношений с осуществлением расчетов наличными денежными средствами; обладало специальной техникой для выполнения работ. Таким образом, фактически спорные работы выполнялись самим налогоплательщиком без привлечения заявленных субподрядных организаций.

Ответчики обращали внимание на то, что выводы судебных актов по делу №А48-8144/2022 для них не могут иметь преюдициальное значение, поскольку они не участвовали в названном деле. Однако никаких доказательств, позволяющих суду прийти к иному выводу– о выполнении подрядных работ силами контрагентов, ими в материалы настоящего дела не представлено.

Проверяя довод ФИО6 о том, что приобретение имущества осуществлено по договорам паенакопления, суд проанализировал условия данных договоров и периоды оплат (т.13, л.д. 5-30), и соглашается с истцом в том, что совокупный доход семьи ответчика 3 не позволял ему приобрести недвижимость за счёт официального дохода и реальных сделок, даже с учётом продажи 20.12.2018 квартиры на сумму 4400000 руб. При этом, продажа 14.10.2023 и 25.06.2020 по договорам купли-продажи автомобилей не относится к спорному периоду. Внесение паевых взносов на суммы 12059186 руб. и 6350283 руб. происходило 06.12.2017-28.12.2018, именно в проверяемый налоговым органом период 01.01.2017-31.12.2019гг. Доказательства наличия иных источников получения дохода для внесения семьёй таких сумм в течение года ответчиком 3 не представлены.

Суд также установил перевод деятельности должника в другую организацию - ООО «Инфотехсервис» (ИНН <***>), созданную 24.03.2020г., с тем же основным видом деятельности - «производство кровельных работ».

ФИО28 является генеральным директором и единственным участником ООО «Инфотехсервис» в период с 24.03.2020 по настоящее время и является сыном единственного участника ООО «Миди» ФИО6.

При изучении работников, осуществляющих свою деятельность в данных организациях, установлено, что с момента начала проведения выездной налоговой проверки 24.12.2020 из ООО «Миди» в ООО «Инфотехсервис» перешёл 1 сотрудник (ФИО29 – ранее работала в должности бухгалтера и инженера-сметчика), при этом одновременно в 2021 году свою деятельность в вышеуказанных организациях осуществляли ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36

Анализ справок 2-НДФЛ, с учетом основного вида деятельности двух организации, позволяет прийти к выводу, что вышеуказанные лица не являлись постоянными сотрудниками, а привлекались по мере необходимости (в справках о доходах отражены лишь конкретные месяцы работы, а не весь год или полугодие).

Анализ выписок по расчетным счетам ООО «Миди» показывает, что после начала проведения контрольных мероприятий организация постепенно в 2021 год прекращает свою деятельность путем выполнения ранее подписанных договоров и отсутствии вновь заключенных.

Данный вывод также следует из сопоставления выручки двух организаций.

ООО «Миди»

ООО «Инфотехсервис»

Выручка от продажи товаров, работ, услуг, тыс.руб.

2019

100 266

2020

64 458

2020

14 535

2021

26 355

2021

59 825

2022

88 616

Создание иной организации, располагающейся по тому же адресу, что и должник, с аналогичным видом деятельности, периодическим привлечением работников свидетельствует о нежелании лиц, контролирующих ООО «Миди», продолжать деятельность должника и намерении продолжить деятельность во вновь образованной организации.

Должник после раскрытия налоговым органом используемой схемы по уклонению от уплаты налогов, фактически перевёл свою деятельность в аффилированное ООО «Инфотехсервис».

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 8 февраля 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

ФИО6 являлся единственным участником должника и не мог не знать о прекращении основного направления деятельности.

Права ФИО6, предоставленные ему Уставом ООО «Миди», предполагали широкий перечень возможностей для проведения тщательного контроля деятельности Общества, однако явно усматривается устранение единственного участника от проверки законности принимаемых решений, выводу имущества и переводу деятельности в фирму сына, что в конечном итоге повлекло неспособность должника отвечать по своим обязательствам.

ФИО6 ни привел ни одного доказательства того, что после выявления схемы ухода от налогообложения, им были предприняты какие-либо конкретные меры для поддержания нормального функционирования деятельности ООО «Миди», кадровые перестановки, способствующие финансовому улучшению, привлечение бывших руководителей к субсидиарной ответственности и пр.

Вместо этого ООО «Миди» произвело фактическое отчуждение автомобиля TOYOTA CAMRY, уплатив по договору лизинга от 17.03.2020г. № АЛ 157845/01-20 ОРЛ в полном объеме денежные средства, после чего ООО «Миди» вернуло АО «ВТБ-Лизинг» автомобиль TOYOTA CAMRY согласно дополнительному соглашению № 1 от 15.02.2021г. (период проведения проверки) к договору лизинга, а 19.02.2021г. права на автомобиль у АО «ВТБ-Лизинг» выкупил ФИО28 (сын) за 1 000 руб.

По совокупности вышеизложенных обстоятельств, суд области пришел к правильному выводу о том, что ФИО10, ФИО8 и ФИО6 являются контролирующими должника лицами, чьи действия привели к его несостоятельности, материалами дела подтверждается причинно-следственная связь между совершенными ими действиями и невозможностью удовлетворения требований кредитора.

Ссылка ответчиков на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 02 мая 2024г. (т.12 л.д.30-50), которым, по их мнению, подтверждается вина только ФИО37 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.199 УК РФ, на исход спора не влияет.

Согласно указанному процессуальному документу, принятому в рамках предварительной проверки в порядке статей 144 - 145 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), уголовное дело в отношении ФИО37 прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности. Объяснения, полученные в рамках предварительной проверки, не являлись предметом оценки в рамках судебного следствия.

Процессуальное законодательство не предоставляет арбитражному суду право устанавливать обстоятельства на основании пояснений, данных в рамках другого дела, в том числе уголовного, по которому, по результатам предварительной проверки, вынесено постановление о прекращении уголовного дела. Постановление о прекращении уголовного дела не имеет преюдициального значения при рассмотрении дела арбитражным судом (статья 69 АПК РФ).

Кроме того, в названном постановлении не конкретизировано, в чем состоит вина ФИО37 во вменяемом преступлении, никаких объяснений указанного лица постановление не содержит, а преимущественно сводится к заимствованию текста постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу №А48-8144/2022, согласно которому среди лиц, участвующих в деятельности ООО «Миди» по созданию схемы уклонения от уплаты налогов названы ФИО10, ФИО6, ФИО8

Ходатайство о согласии с вынесением постановления об отказе в возбуждении уголовного дела подано ФИО37 24.01.2023г., умершим 29.06.2023г. от неизлечимого заболевания. Учитывая факт нахождения в родственных отношениях всех соответчиков, крайне доверительные отношения между ними и ФИО37, что подтверждается, в частности и допрошенной в рамках рассмотрения дела бывшим бухгалтером ООО «Миди»– ФИО29,– правомерен вывод суда первой инстанции о невозможности признать приоритетное значение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по сравнению с иными имеющимися в материалах дела доказательствами. К последним, в частности, относится протокол допроса ФИО37 сотрудником налогового органа 17.06.2021г. (т.2, л.д.11-39), полученным в рамках проведения выездной налоговой проверки даже до составления акта этой проверки. В нем ФИО37 относит всех соответчиков к лицам, дающим указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности ООО «Миди» в 2017-2019 годах.

Определяя размер ответственности, суд области правомерно исходил из следующего.

В связи с частичным погашением задолженности по основному долгу в размере 225,71 руб. предъявленная истцом сумма составляет 61 069 791,91 руб., в том числе основной долг - 38 609 088,49 руб., пени - 16 144 983,52 руб., штраф - 6 315 719,90 руб.

Недоимка ООО «Миди» по налогам и сборам составляет 38 609 088,49 руб., из них:

1) доначисления по решению ИФНС России по г. Орлу №17-10/06 от 05.03.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения - 38 346 123,29 руб. (НДС, налог на прибыль);

2) представленные налогоплательщиком налоговые декларации и расчеты -262 965,20 руб., из них:

- НДС консолидированный за 4 квартал 2021 года по срокам уплаты: 25.02.2022 на сумму 106 669,18 руб., 25.03.2022 на сумму 152 471 руб.;

- страховые взносы за 1 квартал 2022 по сроку уплаты 15.02.2022 на сумму 3 825,02 руб.

Сумма задолженности ООО «Миди» по пени составляет 16 144 983,52 руб., из них:

1) доначисления по решению ИФНС России по г. Орлу №17-10/06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения - 15 108 666,18 руб.

2) начисленные в связи с неуплатой налога (на дату прекращения производства по делу №А48-10720/2022) - 1 036 317,34 руб.

Сумма задолженности ООО «Миди» по штрафам составляет 6 315 719,90 руб., из них:

1) по решению ИФНС России по г. Орлу №17-10/06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения - 6 314 858 руб.

2) по решению о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения №2590 от 14.07.2022 - 861,90 руб.

В связи с наличием задолженности налоговым органом в соответствии со ст.69 НК РФ в адрес ООО «Миди» направлено требование об уплате налога, сбора, пени, штрафа №154527 от 17.08.2023 на сумму 63 899 198,07 руб., в т.ч. основной долг - 38 609 088,49 руб., пени - 18 974 389,68 руб. (из них сумма пени, указанная в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности от 22.11.2023 №19-45/100908 - 16 144 983,52 руб.), штрафы - 6 315 719,90 руб.

В связи с ежедневной актуализацией сведений сумма решения о взыскании задолженности №5316 от 14.10.2023, размещенного в реестре решений о взыскании задолженности, и сумма поручения в банк на списание сумм задолженности равна сумме отрицательного сальдо единого налогового счета должника на 14.10.2023 и составляет 64 828 390,14 руб., в т.ч. основной долг - 38 609 088,49 руб., пени -19 903 581,75 руб. (из них сумма пени, указанная в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности,–16144 983,52 руб.), штрафы-6 315 719,90 руб.

Из чего следует, что вся задолженность ООО «Миди», отраженная в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности от 22.11.2023 в размере 61 069 791,91 руб. включена в решение о взыскании за счет денежных средств должника в соответствии со ст.46 НК РФ. Однако в рамках применения мер принудительного взыскания задолженность ООО «Миди» в полном объеме не погашена.

Согласно абз.1 и 3 п. 11 ст.61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Следовательно, в размер субсидиарной ответственности подлежат включению не только требования налогового органа, возникшие в связи с привлечением ООО «Миди» к налоговой ответственности, но и иные требования, которые остались непогашенными вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

Таким образом, в размер субсидиарной ответственности включается сумма недоимки по налогам и взносам– 38 609 088,49 руб. и пени в сумме 16 144 983,52 руб.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 30.10.2023 №50-П указал, что пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика.

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что из размера субсидиарной ответственности следует исключить сумму штрафов за налоговые правонарушения – 6 315 719,90 руб.

Общий размер удовлетворённых требований составил 54 754 072 руб. 01 коп. В остальной части в удовлетворении искового заявления правомерно отказано.

Довод ответчиков о том, что пени также подлежат исключению из суммы ответственности, правомерно отклонен судом области, поскольку в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-П указано, что неуплата налога в срок должна быть компенсирована погашением задолженности по налоговому обязательству, полным возмещением ущерба, понесенного государством в результате несвоевременного внесения налога; поэтому к сумме собственно не внесенного в срок налога (недоимки) федеральный законодатель вправе добавить дополнительный платеж - пеню как компенсацию потерь государственной казны в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога; что касается взыскания различного рода штрафов за нарушение налогового законодательства, то они выходят за рамки налогового обязательства как такового.

Доказательства наличия оснований для снижения размера субсидиарной ответственности ответчиками по правилам ст.65 АПК РФ не представлены. По результатам анализа материалов дела такие основания также не установлены, принимая во внимание, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за совершение налоговых правонарушений.

Утверждение ФИО8 о том, что он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности наравне с ФИО10, поскольку занимал должность директора ООО «Миди» 1 год, а ФИО10– 7 лет, юридического значения не имеет.

В период занятия должности ФИО8 Обществом не уплачены налоги в общей сумме 24 269 753 руб., в период занятия должности ФИО10 – 14 214 835 руб. Учитывая реализацию общего для родственников намерения по созданию такой модели ведения бизнеса, которая позволяет минимизировать налоговую нагрузку, правомерен вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для снижения размера ответственности для кого-то из ответчиков.

Довод ФИО8 об истечении срока исковой давности подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно пункту 58 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, срок подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ограничен объективными обстоятельствам и не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Таким образом, срок исковой давности для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности истекает 28.04.2026 и не зависит от периода, в котором было выявлено налоговое нарушение, как необоснованно указывают ответчики. Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в установленные сроки.

В соответствии с ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально.

Довод, содержащийся в апелляционной жалобе ФИО6, о том, что судом области не учтена правовая позиция ВС РФ, КС РФ о субсидиарной ответственности, согласно которой подозрений в виновности ответчиков недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины, подлежит отклонению как невлекущий отмену решения суда как законного и обоснованного судебного акта, заявленный без учета фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что неправомерными действиями ФИО6, как учредителем, причинен вред имущественным интересам должника, состоящий в том, что обществом создан формальный документооборот по имитации расчетов ООО «Миди» с ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг».

Фактически действия были направлены не на приобретение товаров и выполнение работ по ремонту кровли и устройству асфальтового покрытия, а на получение необоснованной налоговой выгоды.

Доводы, содержащийся в апелляционной жалобе ФИО6, о том, что доказательств противоправности ответчиков (ФИО10, ФИО8, ФИО6) в рамках исполнения контрактов с контрагентами ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг», не имеется, все работы, произведенные с привлечением вышеприведенных субподрядных организаций заказчикам сданы в полном объеме и без замечаний, доказательств того, что ФИО16, ФИО20, ФИО17, ФИО21, ФИО18, ФИО22, ФИО13, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО14 аффилированы с ФИО6, не имеется, подлежат отклонению, как невлекущие отмену решения суда как законного и обоснованного судебного акта, противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

Довод апелляционной жалобы ФИО6 о необходимости учета вывода, содержащегося в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 02 мая 2024г., о вине ФИО37 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.199 УК РФ, подлежит отклонению как основанный на неверном применении норм права.

Правомерен вывод суда первой инстанции о невозможности признать приоритетное значение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по сравнению с иными имеющимися в материалах дела доказательствами.

К последним, в частности, относятся материалы налоговой проверки, движения по расчетным счетам всех контрагентов, а также протокол допроса ФИО37 сотрудником налогового органа 17.06.2021г. (т.2, л.д.11-39), полученным в рамках проведения выездной налоговой проверки даже до составления акта этой проверки. В нем ФИО37 относит всех соответчиков к лицам, дающим указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности ООО «Миди» в 2017-2019 годах.

Довод, содержащийся в апелляционной жалобе ФИО6, о том, что не может быть основанием для привлечения к субсидиарной ответственности вывод суда о превышении совокупного дохода супругов Нгоян над стоимостью приобретенного ими имущества, подлежит отклонении, как невлекущий отмену решения суда как законного и обоснованного судебного акта, поскольку совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о доказанности истцом наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

При этом вывод суда о реализации общего для родственников намерения по созданию такой модели ведения бизнеса, которая позволяет минимизировать налоговую нагрузку в интересах семьи, ответчиком не опровергнут ни в ходе рассмотрения спора в суде области, ни в суде апелляционной жалобы.

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о том, что судом области не указано, какие конкретно указания ФИО6 давал руководителям должника относительно отражения в налоговом учете спорных сделок и какими его действиями вызвано банкротство общества, подлежит отклонению по основаниям, изложенным в настоящем постановлении.

Ответчик, указывая на отсутствие оснований для удовлетворения иска, не привел доказательств, опровергающих доводы истца о недобросовестности и неразумности действий ответчика ФИО6 как собственника бизнеса, направленности его действий на создание такой модели ведения бизнеса, которая позволяет минимизировать налоговую нагрузку в интересах себя, своих родственников и членов семьи.

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, об отсутствии доказательств того, что спорные сделки в 2017-2019 существенно ухудшили финансовое положение должника, а также явились основанием банкротства должника, как невлекущий отмену решения суда как законного и обоснованного судебного акта.

При анализе бухгалтерских балансов должника за 2017 - 2019 год установлено следующее:

-балансовая стоимость активов должника за 2017 год составила 23 809 000 руб. при этом количество денежных средств, перечисленных фиктивному контрагенту ООО «Агрозапчасти-Сервис - Кромы составило 12 818 036 руб., что в свою очередь составляет 53,8% от балансовой стоимости активов должника;

-балансовая стоимость активов должника за 2018 год составила 12 993 000 руб. при этом количество денежных средств, перечисленных фиктивным контрагентам составило 31 322 773 руб., что более чем в два раза превышает балансовую стоимость активов должника.

- балансовая стоимость активов должника за 2019 год составила 31 731 000 руб. при этом количество денежных средств, перечисленных фиктивным контрагентам составило 72 679 669 руб., что более чем в два раза превышает балансовую стоимость активов должника.

Из изложенного следует, что контролирующее ООО «Миди» лица в ходе осуществления руководства финансово-хозяйственной деятельностью допустили действия, которые привели к невозможности погашения требований кредиторов, а именно, перечисление денежных средств в адрес недобросовестных контрагентов, достаточном для погашения требований кредиторов.

Таким образом, сделками, заключенными между должником и выявленными налоговым органом недобросовестными контрагентами, причинен существенный вред кредиторам, данные сделки являются не только значимыми для должника, но и одновременно существенно убыточными, что доказывает наличие оснований для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о том, что работы выполнялись субподрядчиками, а не работниками ООО «Миди», поскольку собственных мощностей было недостаточно, подлежит отклонению, как не основанный на материалах дела и опровергающийся судебными актами по делу №А48-8144/2022.

В постановлении Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.01.2024 отражено, что наряду с обстоятельствами, опровергающими реальность выполнения субподрядных работ для ООО «Миди» спорными контрагентами ввиду отсутствия у последних соответствующих материальных и трудовых ресурсов, неподтверждения их участия в выполнении работ на объектах заказчиками налогоплательщика, противоречивости сведений в представленных первичных документах по приемке-передаче работ, выявления схемы по осуществлению незаконной банковской деятельности с использованием расчетных счетов спорных подрядчиков, налоговым органом также установлено наличие у заявителя возможности самостоятельного выполнения данных работ.

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о том, что суд области при принятии оспариваемого решения сослался на решение налогового органа без фактического исследования доказательств по делу, подлежит отклонению ввиду следующего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Решением Инспекции ФНС России по г. Орлу 24.12.2020 начата выездная налоговая проверка ООО «Миди» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) по всем налогам и сборам, страховым взносам за период с 01.01.2017 по 31.12.2019. По результатам проверки составлен акт от 18.08.2021 №17-10/07 и с учетом представленных ООО «Миди» возражений, а также с учетом проведенных мероприятий налогового контроля налоговым органом принято решение о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения № 17-10/06 от 05.03.2022.

Данное решение было обжаловано в Арбитражном суде Орловской области и на момент вынесения оспариваемого судебного акта вступило в законную силу.

Установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты в своей совокупности свидетельствуют о том, что ответчиками совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника в части заключения с ООО «Агрозаичасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13 У .Д., ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений.

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о том, что кругового движения денежных средств между участниками сделки с последующим их возвратом в адрес ООО «Миди» или ФИО6 не установлено, подлежит отклонении, как невлекущий отмену решения суда как законного и обоснованного судебного акта, поскольку совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о доказанности истцом наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о том, что в спорный период 2017-2019 ФИО6 не приобретал транспортные средства, приобретение имущества осуществлено по договорам паенакопления, размеры паевых взносов не сопоставлялись ни по датам, ни по суммам с возможностью их какой-либо взаимосвязи с денежными средствами по спорным сделкам, подлежит отклонению, как невлекущий отмену решения суда как законного и обоснованного судебного акта по основаниям, изложенным в настоящем постановлении, поскольку обстоятельства последующего расходования незаконно выведенных денежных средств находятся вне предмета доказывания по делу о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о том, что в период 2018-2020 у общества имелось достаточно денежных средств для уплаты налогов и их уплата/неуплата не повлияла бы на финансовое состояние организации, отклоняется как несостоятельный и неоснованный ни нормах права, ни на обстоятельствах дела.

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о возможности снижения субсидиарной ответственности, поскольку невозможность удовлетворения требований истца находится в причинно-следственной связи с отказом финансирования заявителем процедуры банкротства должника, подлежит отклонению, как нормативно необоснованный.

Довод, содержащийся в дополнении к апелляционной жалобе ФИО6, о несогласии с выводом суда первой инстанции о том, что должник после раскрытия налоговым органом используемой схемы по уклонению от уплаты налогов, фактически перевёл свою деятельность в аффилированное ООО «Инфотехсервис», подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств.

Доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах ФИО10, ФИО8 об отсутствии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности, подлежат отклонению как противоречащие доказательствам по делу.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что неправомерными действиями указанных лиц, как руководителями должника, причинен вред имущественным интересам должника, состоящий в заключении сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС.

Указывая на отсутствие оснований для удовлетворения иска, ответчики не привели доказательств, опровергающих доводы истца о недобросовестности и неразумности их действий, не подтвердили свою позицию документально, тогда как отсутствие вины должно доказывать лицо, допустившее нарушение.

Предположения об обстоятельствах дела, равно как и критика ответчиками решения суда, не основанная на доказательствах по делу, не влекут отмену законного и обоснованного судебного акта.

При указанных выше обстоятельствах, требования истца правомерно удовлетворены.

Довод апелляционной жалобы ФИО6 о необходимости установления даты объективного банкротства должника и, как следствие, указание на отсутствие оснований для ответственности ФИО6, опровергается совокупностью доказательств по делу.

Аргументированных доводов, основанных на представленных доказательствах, позволяющих согласиться с позицией заявителей апелляционных жалоб, апелляционная коллегия не усматривает.

Судом первой инстанции установлены все обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне и полно исследованы представленные доказательства, правильно применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в соответствии со статьей 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, допущено не было.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены решения Арбитражного суда Орловской области от 24.10.2024 не имеется.

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на их заявителей.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Орловской области от 24.10.2024 по делу №А48-12417/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья

ФИО1

Судьи

Е.В. Маховая

ФИО3