АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Дело № А27-19328/2024

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 января 2026 г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения оглашена 20 января 2026 г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Тышкевич О.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Брызгаловой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании

при участии представителя истца Витязь М.И., по доверенности

дело по иску Страхового акционерного общества «ВСК», г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>

к обществу с ограниченной ответственностью «Экипаж+», Кемеровская область, Кемеровский район, д. Креково, ОГРН <***>, ИНН <***>

о признании договоров недействительными,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

- ФИО1, город Кемерово,

- ФИО2, село Елыкаево, Кемеровский район,

- ФИО3, город Кемерово,

установил:

страховое акционерное общество «ВСК» (далее – истец, компания) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Экипаж+» (далее – ответчик, общество) о признании недействительными договоров страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от 11 апреля 2024 года ААН № 3026679140, от 26 июля 2024 года ААН № 3027255649, от 23 января 2024 года ААН № 3026639301, заключенных между сторонами.

Исковые требования со ссылками на пункт 2 статьи 179, статьи 942, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мотивированы предоставлением ответчиком при заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства заведомо недостоверных сведений о цели использования принадлежащего ему транспортного средства.

При первоначальном рассмотрении дела ответчик исковые требования оспорил, указав, что транспортные средства, в отношении которых заключены спорные договоры страхования, в дальнейшем переданы в аренду физическим лицам, в связи с чем ответчик не располагает сведениями о фактическом использовании указанными лицами транспортных средств. При этом как профессиональный участник истец обязан был самостоятельно принять меры к установлению цели использования транспортных средств при заключении договоров.

Принимая во внимание обстоятельства спора, в соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, арендаторов транспортных средств ФИО1, ФИО2, ФИО3

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 24 апреля 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21 июля 2025 года решение Арбитражного суда Кемеровской области от 24 апреля 2025 года оставлено без

изменения.

Постановлением арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21 октября 2025 года решение Арбитражного суда Кемеровской области от 24 апреля 2025 года и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21 июля 2025 года по делу № А27-19328/2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Арбитражным судом кассационной инстанции в постановлении от 21.10.2025 указано, что суды не дали должной оценки доводам истца, не включили в предмет исследования: поведение самого общества при заключении договоров ОСАГО, действительную цель использования ТС на дату заключения договоров ОСАГО и на момент ДТП (с учетом видов деятельности общества и содержащейся в ответе от 11.03.2025 Министерства транспорта Кузбасса на запрос суда информации), факт наличия (отсутствия) прямого умысла в действиях страхователя. Суды также не установили, являлись ли сообщенные обществом компании сведения заведомо ложными, касались ли они обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. С учетом изложенного выводы судов об отсутствии оснований для признания договоров недействительными являются преждевременными.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд округа указал на необходимость при новом рассмотрении дела суду первой инстанции устранить отмеченные недостатки, дать мотивированную оценку всем доводам и возражениям сторон; с учетом вышеприведенных нормативных положений и разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в контексте осуществляемых ответчиком видов предпринимательской деятельности, в том числе на основании лицензии на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси, проанализировать и оценить действия общества по оформлению полисов с внесением сведений об использовании автомобилей для личных целей на предмет их достоверности; в случае выявления факта представления обществом заведомо ложных сведений – включить в предмет исследования вопрос о том касались ли они обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, после чего принять законное и обоснованное решение, правильно применив нормы материального и процессуального права.

Дело принято к производству на новое рассмотрение, назначено к разбирательству в судебном заседании суда первой инстанции на 20 января 2026 года.

После направления дела на новое рассмотрение от ответчика дополнений не поступило.

В настоящее судебное заседание ответчик и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания в порядке статей 121-123 АПК РФ, явку представителей не обеспечили, ответчиком дополнения по делу с учетом направления дела на новое рассмотрение не представлены.

Присутствующий в судебном заседании представитель истца поддержал требования в полном объеме.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц (статья 156 АПК РФ).

Исследовав материалы и обстоятельства дела, заслушав представителя истца, суд установил следующее.

Между САО «ВСК» (страховщик) и ООО «Экипаж+» (страхователь) заключены договоры страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств:

- от 11 апреля 2024 года, серии ААН № 3026679140 сроком действия до 12.04.2025 в отношении автомобиля Hyundai Solaris, VIN <***>;

- от 26 июля 2024 года, серии ААН № 3027255649 сроком действия до

27.07.2025 в отношении автомобиля Kia Rio, VIN <***>;

- от 23 января 2024 года, серии ААН № 3026639301 сроком действия до 24.01.2025, в отношении автомобиля Hyundai Solaris, VIN <***>

При оформлении полисов в соответствии со ст. 15 Федерального закона РФ от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» ответчик в числе прочих обязательных сведений сообщил о том, что транспортные средства, в отношении которых заключены указанные договоры страхования, используются в личных целях.

В сентябре 2024 года с участием указанных транспортных средств произошли дорожно-транспортные происшествия, в связи с чем ответчик обратился в САО «ВСК» с заявлениями о признании случаев страховыми.

В ходе проведенной проверки страховщиком были выявлены недостоверные сведения, представленные страхователем при заключении договоров относительно личных целей использования указанных в договорах транспортных средств, поскольку согласно общедоступным данным сайта Министерства транспорта указанные транспортные средства включены в реестр выданных разрешений на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси на территории Кемеровской области.

Ссылаясь на предоставление ответчиком при заключении договоров страхования заведомо недостоверных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно пункту 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

По договору имущественного страхования может быть, в частности, застрахован риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, а в случаях, предусмотренных законом, также ответственности по договорам – риск гражданской ответственности (статьи 931 и 932 названного кодекса).

В соответствии с положениями статьи 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления

(страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 1).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 названной выше статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 данного кодекса (пункт 3).

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств - договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Договор обязательного страхования заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, и является публичным.

Статьей 3 Закона об ОСАГО к основным принципам обязательного страхования отнесена недопустимость использования на территории Российской Федерации транспортных средств, владельцы которых не исполнили установленную настоящим Федеральным законом обязанность по страхованию своей гражданской ответственности.

Статьей 4 Закона об ОСАГО установлена обязанность владельцев транспортных средств страховать риск своей гражданской ответственности при возникновении права владения транспортным средством (приобретении в собственность, получении в хозяйственное ведение или оперативное управление и тому подобном), не позднее чем через десять дней после возникновения права владения им.

В силу пункта 1 статьи 6 Закона об ОСАГО объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 15 Закона об ОСАГО обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств путем заключения со страховщиками договоров обязательного страхования, в которых указываются транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Постановление № 31) разъяснено, что ложными или неполными сведениями считаются представленные страхователем сведения, которые не соответствуют действительности или не содержат необходимой для заключения договора страхования информации, при надлежащем представлении которых договор не был бы заключен или был бы заключен на других условиях. Обязанность по представлению полных и достоверных сведений относится к информации, влияющей на размер страховой премии: технических характеристик, конструктивных особенностей, о собственнике, назначении и (или) цели использования транспортного средства и иных обязательных

сведений, определяемых законодательством об ОСАГО (например, стаж вождения, использование легкового автомобиля в качестве такси, а не для личных, семейных нужд и т.п.).

В случае представления страхователем заведомо ложных сведений страховщик вправе требовать признания договора недействительным на основании пункта 3 статьи 944 ГК РФ и применения последствий, предусмотренных статьей 179 названного кодекса.

С учетом изложенного сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Аналогичный правовой подход сформулирован в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 ГК РФ».

Из содержания приведенных норм и разъяснений следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике.

Такие способы защиты как признание договора страхования недействительным, досрочное прекращение договора страхования и регрессное требование к страхователю, предоставившему недостоверные сведения при заключении договора, являются для страховщика альтернативными. Закон не устанавливает требований о последовательности их применения, не ограничивает возможность применения каких-либо способов из названных необходимостью предварительного исчерпания других способов защиты.

Обязательным для заключения договора обязательного страхования документом является заявление о заключении договора обязательного страхования (часть 3 статьи 15 Закона об ОСАГО), форма которого установлена приложением № 2 к Положению о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденному Банком России от 01.04.2024 № 837-П.

Предоставление сведений о цели использования транспортного средства является обязательным при заключении договора ОСАГО, поскольку данные сведения оказывают влияние на определение базовой ставки страхового тарифа (Приложение 1 к Указанию Банка России от 8 декабря 2021 года № 6007-У «О страховых тарифах по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

В силу статьи 1 Закона об ОСАГО договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств является публичным. Отказ от заключения такого договора при наличии возможности предоставить потребителю соответствующую услугу не допускается, за установленными законом исключениями (пункт 3 статьи 426 ГК РФ). Уклониться от заключения договора при наличии воли страхователя на его заключение страховая компания не вправе.

Как следует из материалов дела, оспариваемые договоры ОСАГО заключены сторонами на основании заявления, при составлении которого страхователь сообщил о цели использования транспортного средства «личная».

Несоответствие указанной страхователем цели использования транспортных средств их фактическому использованию выявлено страховщиком при проведении дополнительной проверки в связи с дорожно-транспортным происшествием, в результате которой было установлено, что транспортные средства используются для пассажирских перевозок.

Установленный механизм проверки достоверности представленных страхователем сведений направлен на защиту страховщика, но не может использоваться недобросовестным страхователем, предоставившим недостоверные сведения при заключении договора страхования

Сведения об осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности в виде предоставления услуг по перевозкам включены в Единый государственный реестр юридических лиц (https://egrul.nalog.ru).

Согласно общедоступным данным сайта Министерства транспорта указанные транспортные средства включены в реестр выданных разрешений на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси на территории Кемеровской области.

Согласно ответу Министерства транспорта Кузбасса от 11.03.2025 (т.1 л.д. 53) срок окончания действия реестровых записей – август 2028 года.

Таким образом, при заключении договоров ответчик достоверно знал о целях использования транспортных средств, поскольку все транспортные средства включены в реестр ФГИС «Такси» в августе 2023 года, договоры страхования заключены в 2024 году.

Вместе с тем сознательно оформил полисы с внесением сведений об использовании автомобилей для личных целей, а не для оказания услуг по перевозке.

При новом рассмотрении дела ответчик указанные обстоятельства, а равно отсутствие умысла на представление страховщику заведомо ложных сведений не опроверг.

В рассматриваемой ситуации обстоятельства фактического использования ответчиком застрахованных транспортных средств для регулярных пассажирских перевозок пассажиров имеют определяющее правовое значение для признания договоров ОСАГО по основаниям статей 179, 944 ГК РФ недействительными.

С учетом предоставления страхователем при заключении договоров заведомо ложных сведений, исковые требования подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные участвующими в деле лицами, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Таким образом, право на возмещение судебных расходов возникает у лица при условии, что судебный акт принят в его пользу.

При новом рассмотрении суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме, спор разрешен в пользу САО «ВСК», в связи с чем, основания для отнесения судебных расходов на истца отсутствуют.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску (150 000 руб.), апелляционной (30 000 руб.) и кассационной (50 000 руб.) жалобам относятся на ответчика в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительными договоры страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от 11.04.2024 серии ААН № 3026679140, от 26.07.2024 серии ААН № 3027255649, от 23.01.2024 серии ААН № 3026639301, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Экипаж+» и Страховым акционерным обществом «ВСК».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Экипаж+» (ИНН <***>) в пользу страхового акционерного общества «ВСК» (ИНН <***>) 150 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по иску, 30 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы, 50 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы, всего 230 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия путем подачи жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья О.П. Тышкевич