Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru

тел./факс <***>, 210-172

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-1447/2025, Ф02-1461/2025

город Иркутск

04 июня 2025 года

Дело № А19-17707/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 июня 2025 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Левошко А.Н.,

судей: Рудых А.И., Шелёминой М.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Эбауэр С.Ф.,

при участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции представителей Енисейского Управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору – ФИО1 (доверенность № 189 от 20.05.2025, паспорт, диплом), ФИО2 (доверенность № 190 от 20.05.2025, паспорт), ФИО3 (доверенность № 4 от 09.01.2025, паспорт, диплом), ФИО4 (доверенность № 120 от 09.01.2025, паспорт),

при участии в судебном заседании в здании Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа представителей Акционерного общества «Международный Аэропорт Иркутск» - ФИО5 (доверенность № 206/16-1д от 09.12.2024, паспорт, диплом), ФИО6 (доверенность № 7/16-1д от 13.01.2025, паспорт, диплом), Общества с ограниченной ответственностью «БайкалСтройКомплекс» - ФИО7 (доверенность № 31/03/2025 от 31.03.2025, паспорт, диплом), первого заместителя Восточно-Сибирского транспортного прокурора Гришаева М.В. (служебное удостоверение), Байкало-Ангарского транспортного прокурора Галинецкого К.Л. (служебное удостоверение), представителя Байкало-Ангарской транспортной прокуратуры и Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры ФИО8 (доверенность № 50-2025/151-25-20009306, № 3041-24/20009301 от 09.09.2024, служебное удостоверение).

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы Акционерного общества «Международный Аэропорт Иркутск» и Общества с ограниченной ответственностью «БайкалСтройКомплекс» на постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2025 года по делу № А19-17707/2024 Арбитражного суда Иркутской области,

установил:

Акционерное общество «Международный Аэропорт Иркутск» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Байкало-Ангарской транспортной прокуратуре (далее – прокуратура) о признании незаконным представления № 15-2024/831-24 от 26.07.2024 об устранении нарушений федерального законодательства (далее – представление).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Общество с ограниченной ответственностью «БайкалСтройКомплекс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «БСК»), Енисейское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее - Ростехнадзор), Восточно-Сибирская транспортная прокуратура.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 06 декабря 2024 года заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2025 года решение суда первой инстанции отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, общество и ООО «БСК» обратились в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационными жалобами, в которых просили обжалуемый судебный акт отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Согласно доводов кассационной жалобы общества (с учетом дополнений), суд первой инстанции обоснованно признал оспариваемое представление прокуратуры незаконным; спорный объект - модульный пассажирский павильон (сборно-разборного типа) по адресу: г. Иркутск, территория аэропорта, на земельном участке с кадастровым номером 38:36:000024:11263, (далее - павильон) не отвечает признакам объекта капитального строительства; проведенной экспертом Федерального бюджетного учреждения Иркутская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (далее – ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России) судебной строительно-технической экспертизой, а также экспертами Общества с ограниченной ответственностью «Иркут-Инвест Инжиниринг» - досудебной экспертизой в отношении спорного объекта установлены все признаки некапитальности; основываясь на неверном толковании положений Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ), апелляционный суд пришел к ошибочному выводу о том, что в силу особого статуса и специальной правоспособности спорного объекта проектная документация и результаты инженерных изысканий по нему подлежат государственной экспертизе, а его строительство - федеральному государственному строительному надзору вне зависимости от статуса его капитальности; доводы апелляционного суда о том, что наличие свайного фундамента с ростверком свидетельствует о капитальности объекта и его прочной связи с землей, не соответствуют требованиям градостроительного законодательства и представленным заключениям экспертов; кроме того, не обладая специальными познаниями в области проектирования, строительства и инженерии, используя лишь предположения, апелляционный суд необоснованно взял на себя роль эксперта и переоценил выводы проведенных экспертиз, в том числе судебной; оценка экспертных заключений свелась к рассмотрению не юридических, а технических вопросов; поскольку спорный объект не является объектом капитального строительства, положения статьи 51 ГрК РФ о наличии разрешения на строительство применению не подлежат; законодательство не отождествляет особо опасные и технически сложные объекты с исключительно объектами капитального строительства; кроме того, ни воздушное, ни градостроительное законодательство не содержат императивных предписаний, обязывающих возведение терминала пропускной способностью 100 пассажиров в час и более только в качестве объекта капитального строительства; отнесение объектов воздушного транспорта к особо опасным, технически сложным объектам устанавливает лишь особый правовой режим эксплуатации данных объектов, как объектов повышенного уровня ответственности; указанные в Федеральном законе от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» (далее – Закон № 384-ФЗ) уровни ответственности применяются исключительно к объектам капитального строительства; выводы апелляционного суда, основанные на модульности строения, подключении к инженерным сетям и недоказанности его временного характера основаны на неправильном толковании закона; доводы общества подтверждаются сложившейся судебной практикой.

Доводы жалобы ООО «БСК» (с учетом дополнений) сводятся к недоказанности прокуратурой в оспариваемом представлении нарушения обществом требований законодательства; все суждения основаны только на справке Ростехнадзора от 29.05.2024, которая не отвечает установленным законом признакам доказательств, не отражает реальную оценку, представляет собой мнение конкретного лица при визуальном осмотре спорного объекта без исследования всех условий его возведения и технической документации; апелляционный суд при формировании выводов о том, что при строительстве спорного объекта требуется проведение экспертизы проектной документации, результатов инженерных изысканий и в целом - получение разрешения на строительство, не учел, что указанные действия невозможно провести при фактически возведенном объекте; апелляционным судом не исследован вопрос, какие документы проанализированы Ростехнадзором при оценке строящегося объекта, не дана оценка составу специалистов и их компетентности; выводы судебного эксперта участвующими в деле лицами надлежащим образом не оспорены, о повторной (дополнительной) судебной экспертизе прокуратурой не заявлено, в связи с чем ею принят на себя риск наступления негативных последствий в соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ); не имея специальных познаний, без ссылки на строительные нормы и правила, апелляционный суд указал на несуществующий критерий в оценке капитальности/некапитальности объекта – способ крепления к фундаменту несущих конструкций объекта; спорное строение является мобильным, сборно-разборным, имеется технологическая возможность разборки конструкций на элементы, их перемещение и воссоздание на новом (ином) месте без причинения существенного ущерба; в остальной части доводы кассационной жалобы ООО «БСК» аналогичны доводам общества.

В представленных отзывах и возражениях на дополнения к кассационным жалобам прокуратура, Восточно-Сибирская транспортная прокуратура и Ростехнадзор выразили несогласие с доводами кассационных жалоб, полагали их не подлежащими удовлетворению.

Участвующие в судебном заседании представители общества, ООО «БСК», прокуратуры, Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры и Ростехнадзора поддержали правовые позиции, изложенные в кассационных жалобах, дополнениях к кассационным жалобам и отзывах на них соответственно.

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, в пределах доводов кассационных жалоб правильность применения Четвертым арбитражным апелляционным судом норм материального права и соблюдение им норм процессуального права, соответствие выводов суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено материалами дела, в связи с поступившей в Восточно-Сибирскую транспортную прокуратуру информации от Ростехнадзора о строительстве капитального объекта - павильона в отсутствие соответствующего разрешения, предусмотренного градостроительным законодательством, в адрес прокуратуры направлено поручение № 23/1-35-2024/1607-24-20009301 от 13.05.2024 о проведении проверки соблюдения федерального законодательства при модернизации аэропорта города Иркутска.

На основании решения № 28 от 22.05.2024 прокуратурой совместно со специалистами Ростехнадзора проведена проверка исполнения градостроительного законодательства, в ходе которой в деятельности общества при строительстве павильона на основании заключенного с ООО «БСК» договора подряда № 15Д-23-0976 от 17.10.2023 выявлены нарушения части 15 статьи 48, пункта 4 части 2, части 2.2 статьи 49, части 2 статьи 51, части 5 статьи 52 Грк РФ, части 1 статьи 743 ГК РФ, а именно осуществление строительства в отсутствие положительного заключения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий и разрешения на строительство объекта, без направления извещения о начале строительства в орган государственного строительного надзора, с отступлением от Технического задания, являющегося приложением к договору подряда.

26.07.2024 прокуратурой в отношении общества внесено представление № 15-2024/831-24 об устранении нарушений федерального законодательства; обществу надлежало безотлагательно рассмотреть представление с участием представителя прокуратуры, и принять исчерпывающие меры к устранению выявленных нарушений, а также причин и условий, им способствующих; предложено рассмотреть вопрос о привлечении виновных лиц, допустивших указанные нарушения, к установленной законом ответственности.

Не согласившись с данным представлением, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемое представление прокуратуры является незаконным, нарушает права и законные интересы заявителя.

Суд апелляционной инстанции не поддержал изложенные выводы суда первой инстанции, отменив принятое решение и отказав в удовлетворении заявленных требований ввиду законности оспариваемого представления и отсутствия нарушения им прав и законных интересов общества.

На основании пункта 1 статьи 24 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» представление об устранении нарушений закона вносится прокурором или его заместителем в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, и подлежит безотлагательному рассмотрению; в течение месяца со дня внесения представления должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующих; о результатах принятых мер должно быть сообщено прокурору в письменной форме.

Согласно положениям Главы 24 АПК РФ требование об оспаривании представления может быть удовлетворено при доказанности наличия совокупности следующих условий: несоответствие данного представления закону или иному нормативному правовому акту и нарушение им прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 4 статьи 200 АПК РФ). Установив совокупность указанных условий, арбитражный суд принимает решение об удовлетворении заявленного требования (часть 2 статьи 201 АПК РФ). При отсутствии совокупности указанных условий арбитражный суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования (часть 3 статьи 201 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого представления закону или иному нормативному правовому акту, законности его внесения, наличия у органа прокуратуры надлежащих полномочий, а также обстоятельств, послуживших основанием для внесения представления, возлагается внесший соответствующее представление орган прокуратуры.

Исходя из требований АПК РФ, законность при рассмотрении дел арбитражным судом обеспечивается правильным применением законов и иных нормативных правовых актов, а также соблюдением всеми судьями арбитражных судов правил, установленных законодательством о судопроизводстве в арбитражных судах (статья 6); арбитражный суд обеспечивает равную судебную защиту прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле (часть 2 статьи 7); арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (часть 3 статьи 8); арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела (часть 3 статьи 9); принимаемые арбитражным судом судебные приказы, решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными (часть 4 статьи 15); доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 1 статьи 64); арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (части 1, 2, 4 и 5 статьи 71).

Положениями АПК РФ также установлено, что для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных познаний, арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, или с его согласия назначает экспертизу (часть 1 статьи 82); экспертиза проводится государственными судебными экспертами по поручению руководителя государственного судебно-экспертного учреждения и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями, в соответствии с федеральным законом (часть 1 статьи 83); на основании проведенных исследований и с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дает заключение в письменной форме и подписывает его; заключение эксперта оглашается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу; по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание и после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда, что заносится в протокол судебного заседания (части 1, 3 статьи 86); при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту; в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (части 1, 2 статьи 87).

Суд первой инстанции, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные по делу доказательства, в том числе представление прокуратуры, справку Ростехнадзора от 29.05.2024, договор подряда № 15Д-23-0976 от 17.10.2023, заключенный между обществом и ООО «БСК», Техническое задание «Приложение № 1 к договору подряда», дополнительные соглашения к договору подряда № 1 от 04.12.2023 и № 2 от 15.12.2023, строительную и рабочую документацию, заключение эксперта от 18.06.2024 (шифр № 09/2024/15Д-24-0527), заключение судебной экспертизы ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России № 1467/4-3-24 от 14.10.2024, пояснения эксперта ФИО9 в судебном заседании, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц пришел к выводу о том, что павильон по своим признакам является некапитальным, сборно-разборным строением полной заводской готовности, перемещение которого без несоразмерного ущерба его назначению возможно; технологическая возможность демонтажа (и дальнейшей сборки) несущих и ограждающих конструкций является определяющим признаком некапитальности, поскольку такая возможность установлена без учета свайного фундамента и свайных оголовков; при этом отсутствует неразрывная связь павильона с землей, поскольку крепление к свайным оголовкам является болтовым (разборным); удельный вес свайного фундамента является незначительным; пол устроен из сборных железобетонных плит, бетонная стяжка отсутствует; несоразмерный ущерб при демонтаже, перемещении и дальнейшей сборке конструктивных элементов данного объекта отсутствует; при перемещении объекта затраты по демонтажу, перемещению и восстановлению в ином месте с учетом возможности повторного использования всех элементов после демонтажа несущих и ограждающих конструкций объекта, расположенных выше относительно отметки «0», будут значительно меньше стоимости строительства нового объекта; результатом установки (монтажа) перемещенного объекта на ином месте будет являться объект с теми же техническими характеристиками, которыми он обладал до демонтажа и перемещения, допустима его последующая эксплуатация в течение установленного срока эксплуатации; выводы прокуратуры о неисполнении обществом обязанности по проведению государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, направлению извещения о начале строительства в уполномоченный орган, получению разрешения на строительство, а также нарушения условия договора подряда в отношении спорного объекта не основаны на нормах градостроительного законодательства, в связи с чем признал оспариваемое представление незаконным, нарушающим права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и на основании части 2 статьи 201 АПК РФ удовлетворил заявленные требования.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований, апелляционный суд, соглашаясь с выводами прокуратуры в части признания общества нарушившим положения части 15 статьи 48, пункта 4 части 2, части 2.2 статьи 49, части 2 статьи 51, части 5 статьи 52 Грк РФ, пункта 1 статьи 743 ГК РФ, указал, что павильон относится к особо опасным, технически сложным объектам инфраструктуры воздушного транспорта, в отношении которого осуществляется федеральный государственный строительный надзор и, следовательно, проводится государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий вне зависимости от статуса его капитальности; вопросы капитальности строения, ключевыми признаками которого являются прочность связи объекта с землей и возможность его перемещения и последующей сборки без несоразмерного ущерба его назначению и без изменения его основных характеристик, разрешаются с учетом назначения этого строения и обстоятельств, связанных с его созданием, и являются юридическими; спорный объект не отвечает признакам некапитального, модульного, сборно-разборного строения полной заводской готовности, а является объектом капитального строительства, поскольку имеет прочную связь с землей, его основанием является заглубленный свайный фундамент, состоящий из 134 железобетонных свай длиной 8 и 9 метров, вбитых в грунт, возведенный непосредственно для спорного строения, связанный с несущими конструкциями и обеспечивающий его пространственную устойчивость, воспринимающий его нагрузку; строение не является временным, срок его службы не ограничен; к нему на постоянной основе подведены сети электроснабжения и электроосвещения, водоснабжения и водоотведения, канализации, отопления, вентиляции и кондиционирования, связи, средства обеспечения пожарной безопасности и иные коммуникации; обстоятельства о возможности свободного перемещения павильона (с его несущими конструкциями, всеми сетями инженерно-технического обеспечения и системами инженерно-технического обеспечения) без нанесения несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик, не установлены. Кроме того, апелляционный суд, оценив имеющие в материалах дела экспертные заключения (в том числе по результатам проведения судебной экспертизы), пришел к выводу об их несоответствии положениям пунктов 6, 23 части 2 статьи 2 Закона № 384-ФЗ, пунктов 10 и 10.2 статьи 1 ГрК РФ, СП 13-102-2003 «Правила обследования несущих строительных конструкций зданий и сооружений», СП 478.1325800.2019 «Свод правил. Здания и комплексы аэровокзальные. Правила проектирования», СП 56.13330.2021 «Свод правил. Производственные здания. СНиП 31-03-2001», СП 70.13330.2012 «Несущие и ограждающие конструкции. Актуализированная редакция СНиП 3.03.01-87», ГОСТ Р 58759-2019 «Национальный стандарт Российской Федерации. Здания и сооружения мобильные (инвентарные). Классификация. Термины и определения», СП 14.13330.2018 «Строительство в сейсмических районах. Актуализированная редакция СНиП II-7-81», СП 501.1325800.2021 «Здания из крупногабаритных модулей. Правила проектирования и строительства. Основные положения», ГОСТ 27751-2014 «Межгосударственный стандарт. Надежность строительных конструкций и оснований. Основные положения», в связи с чем данные заключения не отвечают требованиям допустимости доказательств.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции в силу следующего.

В соответствии со статьей 1 ГрК РФ объектом капитального строительства признается здание, строение, сооружение, объекты, строительство которых не завершено, за исключением некапитальных строений, сооружений и неотделимых улучшений земельного участка (замощение, покрытие и другие) (пункт 10); некапитальными строениями, сооружениями признаются строения, сооружения, которые не имеют прочной связи с землей и конструктивные характеристики которых позволяют осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строений, сооружений (в том числе киосков, навесов и других подобных строений, сооружений) (пункт 10.2).

Частью 2 статьи 2 Закона № 384-ФЗ предусмотрено, что здание представляет собой результат строительства, представляющий собой объемную строительную систему, имеющую надземную и (или) подземную части, включающую в себя помещения, сети инженерно-технического обеспечения и системы инженерно-технического обеспечения и предназначенную для проживания и (или) деятельности людей, размещения производства, хранения продукции или содержания животных (пункт 6); сооружением является результат строительства, представляющий собой объемную, плоскостную или линейную строительную систему, имеющую наземную, надземную и (или) подземную части, состоящую из несущих, а в отдельных случаях и ограждающих строительных конструкций и предназначенную для выполнения производственных процессов различного вида, хранения продукции, временного пребывания людей, перемещения людей и грузов (пункт 23).

Таким образом, определяющими признаками, отличающими объект капитального строительства от некапитальных строений (сооружений) являются прочная связь с землей и невозможность осуществления перемещения и (или) демонтажа и последующей сборки без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик объекта. Иные обстоятельства, в том числе наличие (отсутствие) фундамента, подведение (подключение) к централизованным сетям электроснабжения и электроосвещения, водоснабжения и водоотведения, канализации, отопления, вентиляции и кондиционирования, связи, средствам обеспечения пожарной безопасности и иным коммуникациям законом не установлены в качестве квалифицирующих признаков капитальности объектов. Установление таких признаков связано с разрешением технических (строительных) вопросов назначения и создания объекта, его конструктивных особенностей, следовательно, свидетельствует о необходимости использования специальных познаний, не относящихся к области юриспруденции. В свою очередь, при установлении наличия (отсутствия) признаков капитальности дальнейшая квалификация объекта в качестве объекта капитального (некапитального) строительства является уже вопросом права, разрешаемым судом.

Суд округа полагает, что апелляционный суд в нарушение установленных статьями 7, 8, 9 АПК РФ принципов равенства всех перед законом и судом, равноправия, состязательности, а также бремени доказывания, установленного частью 1 статьи 65, частью 5 статьи 200 АПК РФ, возложил обязанность по доказыванию незаконности представления на общество; оспаривая выводы представленного последним в обоснование заявленных требований заключения экспертов от 18.06.2024 (шифр № 09/2024/15Д-24-0527), а также полученного по результатам проведения судебной строительно-технической экспертизы заключения эксперта ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России № 1467/4-3-24 от 14.10.2024 и пояснения эксперта ФИО9 в судебном заседании, не дал надлежащей оценки послужившей основанием для внесения оспариваемого представления справке Ростехнадзора от 29.05.2024, в которой содержатся выводы о капитальности павильона ввиду наличия свайного фундамента и нарушении обществом обязательных требований при организации и осуществлении строительства (положений ГрК РФ, Сводов правил), что не свидетельствует об исследовании составившим справку специалистом вопросов назначения и возведения спорного объекта, требующим применения специальных знаний; тем самым, по сути, освободил прокуратуру от обязанности доказывания законности и наличия оснований для внесения оспариваемого представления.

По смыслу положений статьи 86 АПК РФ экспертное заключение является одним из важных доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, в связи с чем суд не вправе самостоятельно разрешать вопросы, требующие применения специальных знаний в определенной области. Для установления обстоятельств прочности связи объекта с землей, возможности его перемещения и последующей сборки без соразмерного ущерба его назначению и без изменения основных характеристик необходимо изучение, в том числе проектной (строительной, рабочей) документации, для познания и расшифровки которой юридических знаний явно недостаточно. Однако при необходимости применения специальных технических (строительных) знаний в вопросах установления признаков капитальности павильона апелляционный суд неправомерно признал данные вопросы юридическими и, отклоняя выводы судебной и досудебной экспертиз, вопреки процессуальным механизмам доказывания, по сути, самостоятельно разрешил имеющие значение вопросы за пределами судебной компетенции, что недопустимо в силу положений статьи 82 АПК РФ.

Более того, суд округа учитывает, что прокуратура (как и Ростехнадзор), не соглашаясь с выводами экспертиз (в том числе судебной), в суде первой инстанции (в том числе по предложению суда) каких-либо ходатайств о проведении дополнительной и повторной экспертиз не заявляли, то есть не исполнили в полной мере свои процессуальные обязанности доказывания по спору, вытекающему из публичных правоотношений. Апелляционным судом вопреки положениям части 2 статьи 9 АПК РФ, согласно которым лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, указанному процессуальному бездействию органов власти не дана какая-либо правовая оценка.

Выводы апелляционного суда о том, что в отношении особо опасного, технически сложного объекта инфраструктуры воздушного транспорта осуществляется федеральный государственный строительный надзор и, следовательно, проводится государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий независимо от статуса его капитальности, не основан на положениях градостроительного законодательства в силу следующего.

Как следует из положений пункта 6 части 1 статьи 48.1 ГрК РФ, к особо опасным и технически сложным объектам относятся объекты инфраструктуры воздушного транспорта, являющиеся особо опасными, технически сложными объектами в соответствии с воздушным законодательством Российской Федерации.

Согласно пункта 2 статьи 7.1 Воздушного кодекса Российской Федерации к особо опасным, технически сложным объектам инфраструктуры воздушного транспорта относятся, в том числе аэровокзалы (терминалы) пропускной способностью 100 пассажиров в час и более.

В силу пункта 5.1 части 1 статьи 6 ГрК РФ к полномочиям органов государственной власти Российской Федерации в области градостроительной деятельности относится организация и проведение государственной экспертизы проектной документации указанных в статье 48.1 настоящего Кодекса особо опасных, технически сложных и уникальных объектов,

Вместе тем, положения части 8 статьи 54 ГрК РФ, в соответствии с которыми федеральный государственный строительный надзор осуществляется при строительстве, реконструкции объектов, указанных в пункте 5.1 части 1 статьи 6 настоящего Кодекса, не могут применяться вне связи с частью 7 указанной статьи, согласно которой федеральный государственный строительный надзор является частью государственного строительного надзора, и частью 1 указанной статьи, согласно которой государственный строительный надзор осуществляется при строительстве и реконструкции объектов капитального строительства, соответствующая проектная документация которых подлежит экспертизе в соответствии со статьей 49 настоящего Кодекса. Более того, в соответствии с пунктом 4 Положения о федеральном государственном строительном надзоре, утвержденным постановлением Правительства РФ от 30.06.2021 № 1087, объектами федерального государственного строительного надзора являются деятельность, действия (бездействие) застройщика, технического заказчика и лица, осуществляющего строительство, реконструкцию объекта капитального строительства, по строительству, реконструкции объектов капитального строительства, указанных в части 8 статьи 54 ГрК РФ, в случаях, установленных частью 1 статьи 54 Градостроительного кодекса Российской Федерации, а также указанные объекты капитального строительства, которыми граждане и организации владеют и (или) пользуются.

Также положения пункта 1 части 3.4 статьи 49 ГрК РФ о том, что государственной экспертизе подлежат проектная документация и результаты инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой документации, объектов, указанных в пункте 5.1 части 1 статьи 6 настоящего Кодекса, не могут применяться вне связи с пунктами 4, 5 части 2 данной статьи, где являющиеся особо опасными, технически сложными или уникальными в соответствии со статьей 48.1 ГрК РФ объекты не относятся к объектам капитального строительства, в отношении проектной документации которых экспертиза не проводится; с частью 2.2 данной статьи, согласно которой при отнесении указанных в пунктах 4, 5 части 2 объектов капитального строительства к объектам массового пребывания граждан экспертиза проектной документации на осуществление их строительства, реконструкции является обязательной; с частями 3, 3.1 данной статьи, в силу которых экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий не проводится в случае, если для строительства или реконструкции объекта капитального строительства не требуется получение разрешения на строительство; а также с частью 1 данной статьи, в силу которой экспертизе подлежит именно проектная документация объектов капитального строительства и результаты инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой проектной документации. Более того, подпунктом «б» пункта 2 постановления Правительства РФ от 05.03.2007 № 145 «О порядке организации и проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий» установлено, что государственная экспертиза проектной документации объектов капитального строительства и результатов инженерных изысканий, выполняемых для таких объектов, организуется и проводится в отношении объектов, указанных в пункте 5.1 части 1 статьи 6 ГрК РФ.

С учетом изложенного, а также положений части 15 статьи 48, части 2, пункта 2 части 17 статьи 51, части 5 статьи 52 ГрК РФ применительно к обстоятельствам настоящего дела федеральный государственный строительный надзор осуществляется, государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой документации, проводится, разрешение на строительство выдается, а извещение о начале работ направляется в уполномоченный орган власти в случае строительства и реконструкции объектов капитального строительства, которыми могут также являться объекты инфраструктуры воздушного транспорта, являющиеся особо опасными, технически сложными объектами в соответствии с воздушным законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах для целей рассмотрения настоящего дела, исходя из предмета заявленных требований, не имеет правового значения пропускная способность павильона. Более того, принимая во внимание сведения прокуратуры о пассажировместимости принимаемых Международным аэропортом Иркутск воздушных судов и количестве принимаемых прилетающих внутренними авиалиниями пассажиров, апелляционный суд не учел, что, помимо спорного объекта, приём указанных пассажиров будет продолжаться и в действующем ныне в терминале внутренних воздушных линий, доказательства иного отсутствуют.

Суд округа отмечает, что отсутствие оснований для осуществления федерального государственного строительного надзора за строительством некапитального объекта, отнесенного воздушным законодательством Российской Федерации к особо опасным, технически сложным объектам, не исключает осуществление иных предусмотренных законодательством направлений и видов государственного (муниципального) контроля (надзора), однако не является основанием для возложения на общество обязанности по совершению предусмотренных градостроительным законодательством действий в отношении объекта капитального строительства.

Оценивая выводы апелляционного суда о несогласии с выводами представленных в материалы дела экспертных заключений (в том числе составленного по результатам судебной экспертизы) с учетом иных доказательств по делу, установленных обстоятельств и применимых положений законодательства суд округа приходит к следующим выводам.

Оспаривая выводы экспертов об отсутствии неразрывной связи объекта с землей, апелляционный суд указал, что основанием объекта является свайный фундамент, который связан с несущими конструкциями павильона и воспринимает его нагрузку; в связи с чем павильон представляет собой объемную строительную систему и его невозможно воспринимать как отдельную конструкцию, находящуюся на фундаменте в отрыве от самого фундамента и назначения фундамента как несущего конструктивного элемента, поэтому не имеет значения способ крепления к фундаменту несущих конструкций - колонн каркаса павильона; более того, примененное болтовое соединение обеспечивает прочную связь между каркасом (строением) и его фундаментом, что свидетельствует о прочной связи с землей, перемещение (демонтаж) данного объекта без фундамента, то есть без несоразмерного ущерба назначению и основным характеристикам строения невозможно.

Вместе с тем, как указывалось выше, из буквального толкования положений пунктов 10, 10.2 статьи 1 ГрК РФ следует, что само по себе наличие (отсутствие) у строения фундамента не установлено в качестве квалифицирующих признаков капитальности объектов; разрешение вопроса прочной связи с землей требует применения специальных технических (строительных), а не юридических знаний. С учетом изложенного суд округа считает обоснованными выводы суда первой инстанции, основанные на исследовании и оценке представленных экспертных заключений в совокупности и взаимной связи с техническим заданием (приложение № 1 к договору подряда), строительной и рабочей документацией, пояснениями эксперта и иными доказательствами по делу, в соответствии с которыми в отношении спорного объекта имеется технологическая возможность демонтажа несущих и ограждающих конструкций без учета свайного фундамента и свайных оголовков; при этом отсутствует неразрывная связь строения с землей, поскольку крепление к свайным оголовкам является болтовым (разборным), сам удельный вес (и стоимость) свайного фундамента относительно соответствующих показателей павильона являются незначительными, пол устроен из сборных железобетонных плит, бетонная стяжка отсутствует, в связи с чем при демонтаже, перемещении и последующей сборке несоразмерный ущерб назначению и изменение основных характеристик данного объекта отсутствуют и допустима его последующая эксплуатация в течение установленного срока эксплуатации. Суд округа также учитывает, что, исходя из технического задания, изначально в качестве основания строения предусматривалось существующее асфальтобетонное покрытие, однако в дальнейшем, на основании пунктов 1.18 и 2.1.4 данного задания, предусматривающих проектирование конструкции основания и его последующее устройство по результатам инженерно-геологических исследований, согласно представленной в материалы дела рабочей (строительной) документации силами подрядчика произведен монтаж и установка свайного фундамента для дальнейшего возведения на нем некапитального объекта без существенного изменения конструкции последнего. В связи с чем заслуживают внимания признанные обоснованными судом первой инстанции пояснения представителя общества о том, что спорный объект может быть установлен и без устройства фундамента, в связи с чем в случае демонтажа павильона необходимость в извлечении свайного фундамента отсутствует, а возможность свободного перемещения объекта на другое место с последующей установкой обеспечивается его конструктивными характеристиками. Кроме того, подведение к спорному строению сетей электроснабжения и электроосвещения, водоснабжения и водоотведения, канализации, отопления, вентиляции и кондиционирования, связи, средств обеспечения пожарной безопасности и иных коммуникаций, не являющихся составной частью самого павильона, вопреки выводам апелляционного суда, также не свидетельствует о прочной связи с землей и не препятствует его демонтажу с отключением соответствующих коммуникаций от имеющихся внутренних сетей и сбору на новом месте с соответствующим подключением к подведенным коммуникациям на новом месте. При этом выводы апелляционного суда о том, что в случае проведения демонтажа внутренние сети строения придут в негодность, их невозможно будет использовать повторно, не основаны на имеющихся в материалах дела доказательствах.

Следовательно, изложенный в обжалуемом постановлении анализ конструктивных характеристик павильона, его связи с фундаментом, подключения к централизованным коммунальным сетям и основанный на этом вывод о наличии прочной связи спорного объекта с землей, невозможности его перемещения (демонтажа) без несоразмерного ущерба назначению и основным характеристикам направлен на переоценку именно экспертных выводов, основанных на применении специальных познаний, подтверждаемых иными доказательствами по делу, отвечающими требованиям допустимости, относимости, достоверности. Выводы апелляционного суда фактически ставят под сомнение необходимость назначения и проведения экспертизы для разъяснения возникающих при рассмотрении настоящего дела вопросов, требующих технических (строительных) знаний, что умаляет требования статьи 82 АПК РФ.

При этом суд округа не оспаривает основанный на «СП 13-102-2003. Правила обследования несущих строительных конструкций зданий и сооружений», принятый постановлением Госстроя РФ от 21.08.2003 № 153, вывод апелляционного суда о том, что свайный фундамент, примененный при строительстве павильона, связан с несущими конструкциями спорного строения и воспринимает (распределяет) его нагрузку, поскольку в ином случае необходимость использования фундамента отсутствовала, при этом для целей рассмотрения настоящего дела имеет значение наличие неразрывной связи между фундаментом и несущими конструкциями павильона, что прокуратурой не доказано.

Ссылку апелляционного суда на пункт 3.6 «СП 70.13330.2012 «СНиП 3.03.01-87 Несущие и ограждающие конструкции», утвержденных приказом Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 25.12.2012 №109/ГС, согласно которой при возведении железобетонных, сталежелезобетонных, стальных конструкций применение изделий металлопроката, бывших в употреблении (эксплуатации), не допускается, в связи с чем не представляется возможным разобрать металлический (стальной) каркас павильона и собрать его вновь в другом месте, суд округа признает неприменимой к обстоятельствам настоящего спора, поскольку какие-либо доказательства повторного применения (после использования при возведении иных зданий, сооружений, строений, а также в других целях) металлических (стальных) изделий (конструкций) при строительстве павильона в материалах отсутствуют; в противном случае любое строение, при возведении которого использовались такие изделия (конструкции), не могло быть признано некапитальным, поскольку при его демонтаже и дальнейшей сборке данные изделия признавались бы уже бывшими в употреблении.

Суд округа признает необоснованным и применение пункта 5 «СП 14.13330.2018. Свод правил. Строительство в сейсмических районах. Актуализированная редакция СНиП I1-7-81*», утвержденного приказом Минстроя России от 24.05.2018 № 309/пр, поскольку данный свод правил распространяется на проектирование, строительство, реконструкцию зданий и сооружений на площадках с расчетной сейсмичностью от 7 до 9 баллов по действующей шкале сейсмической интенсивности и не препятствует проектированию (строительству) некапитальных объектов, в том числе с их установкой на фундамент, в сейсмических районах, а какие-либо конкретные доводы неучета расчетной сейсмической нагрузки при проектировании павильона не приведены.

«ГОСТ 27751-2014. Межгосударственный стандарт. Надежность строительных конструкций и оснований. Основные положения», введенный в действие приказом Росстандарта от 11.12.2014 № 1974-ст, устанавливает общие принципы обеспечения надежности строительных конструкций и оснований, согласно его пункту 4.3 необходимые меры по обеспечению долговечности конструкций и оснований сооружений с учетом конкретных условий эксплуатации проектируемых объектов, а также расчетные сроки их службы должен определять генеральный проектировщик по согласованию с застройщиком или техническим заказчиком, а в Таблице 1 приведены лишь рекомендуемые сроки службы отдельных видов зданий и сооружений; вместе с тем, приведенный перечень временных зданий и сооружений, для которых установлен примерный срок службы в 10 лет, не является закрытым, в связи с чем данный стандарт не порождает каких-либо сомнений в экспертных выводах о временном характере спорного строения, сделанных, в том числе с учетом Технического задания, строительной (рабочей) документации павильона, разработанной подрядчиком и согласованной заказчиком, то есть указанными выше уполномоченными для определения расчётного срока службы объекта лицами. Кроме того, суд округа не находит оснований для отклонения доводов общества о том, что строительство павильона является вынужденной мерой в связи с увеличением пассажиропотока на внутренних рейсах, а также его временности ввиду наличия планов по строительству в городе Иркутске нового аэропорта, что в информационном пространстве является общеизвестным обстоятельством.

Выводы апелляционного суда о том, что павильон не может являться модульным и сборно-разборным, поскольку он не заводского изготовления на основании положений «ГОСТ Р 58759-2019. Национальный стандарт Российской Федерации. Здания и сооружения мобильные (инвентарные). Классификация. Термины и определения», утвержденного приказом Росстандарта от 12.12.2019 № 1389-ст, и «СП 501.1325800.2021. Свод правил. Здания из крупногабаритных модулей. Правила проектирования и строительства. Основные положения», утвержденного приказом Минстроя России от 13.05.2021 № 284/пр, суд округа считает необоснованными, поскольку ГОСТ Р 58759-2019 распространяется на мобильные (инвентарные) здания и сооружения, применяемые для нужд строительства, а СП 501.1325800.2021 содержит рекомендации по проектированию, расчету, изготовлению конструкций и возведению зданий из крупногабаритных модулей повышенной заводской готовности, который представляет собой прямоугольную замкнутую пространственную конструкцию, собираемую на заводе-изготовителе из плоских элементов, что не соответствует установленным в ходе судебного разбирательства конструктивным свойствам спорного объекта, в связи с чем данные стандарты в рассматриваемом случае применению не подлежат.

Суд округа также учитывает разъяснения, изложенные в письме Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации № 3236-СМ/08 от 23.01.2025 «О нормативно-правовом регулировании применения модульных зданий и сооружений при строительстве социально значимых объектов в части их возведения, получения заключения государственной экспертизы и ввода в эксплуатацию». Данные разъяснения хотя и не носят нормативно-правового характера, но даны федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере строительства, архитектуры, градостроительства, в полномочия которого входит предоставление разъяснений по вопросам, отнесенным к установленной сфере его деятельности (пункты 1, 6.2 Положения о Министерстве строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства РФ от 18.11.2013 № 1038). Так, согласно данным разъяснениям, законодательство о градостроительной деятельности не оперирует понятиями «модульное здание», «модульное сооружение», «модульные конструкции», «модуль»; монтаж модульных объектов (конструкций), отнесенных к некапитальным строениям, включает монтаж сетей инженерно-технического обеспечения, благоустройство территории, подключение к инженерным сетям, оснащение оборудованием/изделиями различного назначения; модульное строительство является технологией строительства и не связано с отнесением объектов, созданных с использованием данных технологий, к объектам капитального строительства или некапитальным строениям, сооружениям.

Кроме того, ссылаясь на несоответствие выводов экспертного заключения требованиям СП 478.1325800.2019 «Свод правил. Здания и комплексы аэровокзальные. Правила проектирования», утвержденного приказом Минстроя России от 10.12.2019 № 794/пр, и СП 56.13330.2021 «Свод правил. Производственные здания. СНиП 31-03-2001», утвержденного приказом Минстроя России от 27.12.2021 № 1024/пр), апелляционный суд не указал на какие-либо конкретные положения данных правил, которые обществом были нарушены (не соблюдены), ссылка на нарушение данных правил имеет общий, неконкретный характер.

Также суд округа не усматривает нарушения требований пункта 1 статьи 743 ГК РФ, в соответствии с которой подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ, и при отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете; как установлено в ходе судебного разбирательства, монтаж и установка свайного фундамента для дальнейшего возведения некапитального строения произведена на основании рабочей документации, разработанной подрядчиком в соответствии с пунктами 1.18 и 2.1.4 Технического задания, являющегося приложением № 1 к договору подряда № 15Д-23-0976 от 17.10.2023, согласованной и принятой заказчиком, что не противоречит реализации прав по внесению изменений в техническую документацию, предусмотренных статьей 744 ГК РФ, так и общим положениям изменения условий договора, установленным статьями 450, 452, 453 ГК РФ.

Вопреки выводам апелляционного суда, как заключение судебной экспертизы ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России № 1467/4-3-24 от 14.10.2024 (т.2, л.д.118 - 195), так и заключение эксперта от 18.06.2024 (шифр № 09/2024/15Д-24-0527) (т.1, л.д. 33 - 107) содержат подробное исследование и обоснование вопросов отсутствия у павильона прочной связи с землей и наличия возможности его перемещения без несоразмерного ущерба его назначению, что свидетельствует о наличии установленных законом признаков некапитальности; в свою очередь, в справке Ростехнадзора от 29.05.2024 (т.2 л.д.7-10), послужившей основанием для внесения оспариваемого представления, какое-либо мотивированное обоснование противоположных выводов отсутствует, указано на прочную связь с землей ввиду наличия свайного фундамента, а также на нарушение обществом обязательных требований при возведении спорного строения, что фактически относится к правовой квалификации действий последнего.

С учетом изложенного выводы апелляционного суда не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, постановлены с нарушением изложенных выше норм материального права, при несоблюдении требований процессуального законодательства, в частности, в вопросах распределения бремени доказывания, необходимости применения специальных знаний при установлении имеющих значение обстоятельств, создания участвующим в деле лицам условий для реализации своих процессуальных прав и исполнения обязанностей, компетенции суда в разрешении вопросов, требующих специальных знаний. Поскольку судом первой инстанции установлено, что экспертное заключение ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России № 1467/4-3-24 от 14.10.2024 соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», подписано экспертом, удостоверено печатью экспертного учреждения и является надлежащим, относимым, допустимым, достоверным и достаточным, в совокупности и взаимосвязи с иными доказательствами по делу – договором подряда № 15Д-23-0976 от 17.10.2023, Техническим заданием, дополнительным соглашениям к договору подряда № 1 от 04.12.2023 и № 2 от 15.12.2023, строительной и рабочей документацией, заключением эксперта от 18.06.2024 (шифр № 09/2024/15Д-24-0527), а также пояснениями эксперта ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России ФИО9 в судебном заседании - подтверждает обстоятельства, на которых общество основывало свои требования, при правильном применении норм материального права и соблюдении норм процессуального права, руководствуясь положениями частей 1, 2, 3 статьи 288, пункта 5 части 1 статьи 287 АПК РФ, суд округа по результатам рассмотрения кассационных жалоб общества и ООО «БСК» приходит к выводу о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого постановления Четвертого арбитражного апелляционного суда с оставлением в силе решения Арбитражного суда Иркутской области по настоящему делу.

С учетом требований статьи 110 АПК РФ, правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 марта 2012 года № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе», расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационных жалоб, понесенных обществом и ООО «БСК», подлежат взысканию в их пользу с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа. По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 274, 286-289, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2025 года по делу № А19-17707/2024 Арбитражного суда Иркутской области отменить.

Оставить в силе решение Арбитражного суда Иркутской области от 06 декабря 2024 года по настоящему делу.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Акционерного общества «Международный Аэропорт Иркутск» понесенные судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в размере 50 000 рублей.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Общества с ограниченной ответственностью «БайкалСтройКомплекс» понесенные судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в размере 50 000 рублей.

Арбитражному суду Иркутской области выдать исполнительные листы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

А.Н. Левошко

А.И. Рудых

М.М. Шелёмина